Текст книги "Ректор моей мечты. Дилогия (СИ)"

Автор книги: Диана Билык

сообщить о нарушении

Текущая страница: 7 (всего у книги 35 страниц) [доступный отрывок для чтения: 13 страниц]

Глава 13

Мэйлисса

Он смотрел. Теперь уже не изучающе, а с вызовом. Практически вдавил меня в стену сильным телом, но не прикасался. Держался в миллиметре. И смотрел. Пялился на мой лоб, покрытый плёнкой испарины, скользил взглядом по кончикам волос, которые от природы были ровнее стрел, а сейчас перекрыли видимость и сделали ректора призрачной тенью. Он бросал вызов моему дыханию, что вдруг запнулось без особых причин. Без слов пугал и смущал, потому что его дикий, голодный, как у волка, взгляд был мне знаком. Мне даже почудилось, что зрачки ректора вытянулись в тонкую полоску и блеснули синевой. Такие бывают у кошачьих оборотней. В Имане они редкость.

Я боялась двинуться, убрать локоны со щеки и увидеть вместо чистой зелени глаз горящие радужки оборотня. Боялась, что мужчина набросится. Убьёт? Разоблачит?

Нет…

Боялась, что он меня поцелует. Потому что за несколько секунд маг оказался так близко, что я услышала знакомый запах его губ. Слова о свободе отношений между ученицей и педагогом сдавили горло, плеснув в кровь горячего яда.

В Имане нет таких ограничений, а вот кританцы точно их придерживались, но до появления Полога. Откуда мне было знать, что за пятьсот лет маги пересмотрели эти вещи?

– Ты будешь говорить?

Я вздёрнула подбородок, будто подставляя его жёстким пальцам. Приоткрыла губы и судорожно выдохнула мучителю в лицо.

– Нет? – придавил он глубоким голосом. Приблизил крупную грудь, заставив меня вжаться в стену и невольно выставить перед собой кулаки. Но оттолкнуть его не получилось, ректор словно был из камня.

– Я всего лишь артефактор-собиратель… – просипела испуганно, и взгляд мужчины замер на моих губах.

– Тогда… – Он наклонился, провёл вдруг большим пальцем по моей нижней губе, вызвав ответный трепет.

Я дёрнулась, высвободила руку и залепила ему пощёчину. Мужчина не дрогнул, лишь растянул скупую улыбку и наклонил голову. После чего договорил, чётко расставляя ударения:

– Мэйлисса ис-тэ Согу, объявляю тебя официально своей. – Он перехватил руку без браслета и, глядя в мои широко распахнутые глаза, поцеловал в раскрытую ладонь.

– Что вы делаете?! – успела я вскрикнуть, прежде чем магия вспыхнула под кожей, растеклась по руке синим огнём и обернула запястье новым браслетом.

– Этого ты добивалась? – жёстко, стискивая губы и цедя каждое слово, спросил ректор. Его лицо разрумянилось, волосы выбились из хвоста и обвисли с двух сторон прядями.

– Нет… Так нельзя, – я чуть не упала, осознавая, что произошло. Никогда не видела такого, не знала, что это вообще реально.

– Можно.

– Что вы наделали? А если я не хочу быть с вами?

– Правда? – На лицо мужчины легла лёгкая довольная ухмылка. – Нельзя без согласия пары обручиться с ней.

– Отпустите! – Я озверела от его наглости. Рвалась и била ректора по рукам, но причиняла боль лишь себе. – Я не позволяла! Уберите это! Немедленно!

– Я дал тебе личную защиту и не сниму, пока ты не скажешь правду.

– Какую?! Что вы мне омерзительны? Что вы властный идиот?! Отпустите или закричу…

– Кричи. – Маг сжал мои ладони, сцепив своими. Сместив их, положил себе на грудь, отчего я почувствовала подушечками пальцев удары большого сердца. Ректор придвинулся и прошептал в губы: – Мой купол ещё никому не удавалось пробить голосом и взглядом. Да и теперь, – он оказался безумно близко к губам, – все подумают, что мы предаёмся плотским утехам. Только и всего.

– Это нечестно, – упиралась я. Снова дёрнулась, но тут же опала – у меня больше не осталось сил. Моя сущность зверя внезапно успокоилась, а стигма стала нестерпимо холодной.

– У меня не осталось выбора, Мэйлисса. Ты сильный и нужный маг, и я не потеряю тебя из-за детских глупостей. Теперь ты будешь под моей личной опекой.

Я опешила и всё-таки вызвала внутреннюю сущность. Волчица задрожала под рёбрами, плеснула в кровь ярости и силы, и у меня получилось отшвырнуть ректора от себя. Но я перестаралась.

Мужчина вылетел из магического купола и проехал на спине по актовому залу.

Не дожидаясь, пока он поднимется, я подхватила сумку, приподняла юбку и выбежала прочь, не оглядываясь.

Ещё одного жениха только не хватает. Вот тебе и мечты! Говорила мне бабуля: «Будь осторожнее с желаниями, они иногда сбываются».

Я бежала по коридору, не жалея ног. Он казался бесконечным. Зажав рот ладонью, пыталась не кричать и не привлекать к себе внимание. Но студенты всё равно оборачивались, и мне казалось, все теперь знают. Я прятала новый браслет под длинным рукавом платья и впервые поняла, что Шэйс по-настоящему отвернулся от меня, как и от остальных иманцев. Я больше не хочу в него верить и не буду ничего просить.

Наверное, кому-то статус невесты ректора был бы по нраву, но для меня, со стигмой и нераскрытой сущностью – настоящее испытание.

Сдалась же ректору моя сила!

Я посмотрела на дрожащую руку и сжала её в кулак до хруста. Придётся каждое утро выливать магию, нужно только решить куда. Потому что этот артефакт не должен попасть чужому в руки.

– Мэй? Что случилось? – Перед глазами появилось конопатое лицо Эри. – Я тебя еле догнала. – Она сильно запыхалась, стёрла пот с маленького носа и показала вдаль. – Наша аудитория в другой стороне.

– Я не пойду, – ринулась в сторону, чтобы продолжить бегство, но подруга встала на дороге.

– Тебя выгонят, и ты не сможешь найти… – Она наклонилась к уху и прошептала: – Призрака… А я знаю, как это сделать. Нужно только метку оживить… она замерла по неведомой нам причине.

– Эри. – Я покачала головой, оттянула немного рукав и оглянулась, чтобы никого не было рядом. – Теперь не получится.

– Шэйс благодатный, что это? – Тонкие пальцы подруги осторожно провели по сегментам браслета. Сейчас он был серебристым, холодным, без синего отлива и перетекания магии. Просто красивое украшение. – Парный браслет? Не может быть! Это ректор сделал? Он на тебя так смотрел в зале, все шептались, что вы вместе…

– Тише… – Я спрятала руку и выглянула в коридор. Ученики разошлись по аудиториям, стены академии наполнились приятным гомоном и шорохом.

– Мэй, это странно. Такое расположение одного из сильнейших магов… Не поспешила ли ты?

– Я этого не хотела!

Эрика тепло засмеялась.

– Ты же артефактор и знаешь, что такие штуки возможны только…

– По согласию. Знаю. – Я заломила руки. – Он мне понравился, не скрою, но чтобы обручаться – нет. Этого я точно не хотела. Он принудил.

– Насильно?

Я кивнула и, почувствовав слабость в ногах, отступила к стене. Всё ещё не получалось принять случившееся.

Эри бросила взгляд на ученический браслет и потянула меня за собой.

– Быстрее, а то опоздаем. Я не хочу вылететь с учёбы и тебе не позволю сдаваться. У артефактов есть законы. Мы узнаем, какие у кританцев правила обручения, и решим, как тебе помочь. А сейчас настройся. У нас пары, нельзя задерживаться, особенно на лечение и восстановление.

Я автоматом переставляла ноги. Эри права. Прежде всего нужно не вылететь из академии, потому что дома я свою пару всё равно не найду. И это гарантированная смерть.

Около распахнутых дверей столпились студенты. Здесь Эрика меня отпустила и побежала в класс, махнув светлой многослойной юбкой.

У входа я заметила нашего куратора по учебной части – Ронну. Я будто почувствовала её взгляд и сильнее натянула рукав, что не ускользнуло от глаз опытного мага.

– Не толпитесь. – Знакомый низкий мужской голос впился в лопатки. Я не стала оборачиваться и двинулась за подругой, опустив голову и вжимая плечи. Лишний раз смотреть на ректора не хотелось. Но в дверях Ронна вцепилась в моё запястье и резко отвернула рукав. По браслету перетекала туда-обратно синяя и золотая магия. Даже я такого не ожидала, а у магички округлились глаза. Взгляд метнулся за спину и потемнел.

– Ты с ней теперь? – Голос куратора засвистел, взвился до писка и оборвался. – Нариэн, эта малолетка – твоя невеста? Правда?

Тёплые руки легли на мою талию, и меня оттащило назад. Женщина стала мрачной и страшной, моя кисть уже горела от её прикосновения.

– Отпусти девушку, Ронна, – попросил ректор и, напирая со спины, расцепил пальцы женщины и высвободил меня. – Да, мы с Мэй теперь официально вместе. – Тёплая рука спрятала мою кисть в своей. – Любовь с первого взгляда. Так бывает.

– Что за бред! Вы даже не целовались, это же чувствуется.

– Ничего, мы успеем, не волнуйся.

Магичка отступила, её шёлковое платье качнулось в сторону, будто кровавая волна.

– Через три месяца посмотрим, как ты завоешь, Нари!

– Ронна, не нужно сцен. Здесь слишком много свидетелей, и истерика тебя не красит.

– И что? Пусть слышат. Пусть все знают, какой у них подлый главный учитель. Два года на тебя потратила! Животное ты редкостное!

– Хватит! – не крикнул, но отрезал ректор. От его голоса, что пробуждался где-то за моей спиной, по коже бежали мурашки. – У меня сейчас урок, поговорим позже.

– Тебе есть с кем поговорить, а ко мне не приближайся. – Ронна впилась в меня холодным взглядом, но ректор внезапно развернул меня по оси и прижал мою щёку к своей груди, будто защищая.

– Договорились, – немного мрачно ответил мужчина и внезапно нежно пригладил мои волосы. – Теперь пропустишь нас на занятия?

Ронна шевельнулась, я чувствовала это лопатками, но не пыталась вырваться, потому что от всех этих нервов у меня горели ладони, чесались пальцы, и я боялась, что амулет не справится с сущностью.

– Пусть малолетка теперь тебя развлекает, – зашипела женщина мне в затылок. – Не только разговорами.

А чем ещё? Я всё-таки повернулась, отчего пальцы ректора немного запутались в волосах.

Ронна вильнула бёдрами и, красиво цокая каблучками, ушла по коридору.

Я дёрнулась, чтобы высвободиться из цепких рук, но ректор прижал меня к себе и ногой захлопнул дверь, отрезая нас от шума и любопытных глаз студентов.

– Мэй, послушай, – шепнул он, прижав меня к стене спиной. Его глаза были слишком яркими, а губы слишком притягательными. – Обратной дороги нет. Придётся пройти этот путь вместе. Со временем ты доверишься и расскажешь всё. Пойми, я не враг тебе.

– Вы принудили меня к отношениям. За такое отец лишил бы вас головы.

– Его сейчас рядом нет, а твоя сила вызывает много вопросов. Ты не понимаешь, чем это грозит.

Я скрипнула зубами.

– Пока опасность исходит только от вас!

– Возможно, но мы это исправим. – Он выдохнул, облизнул губы, как хищник, и потемневший взгляд опустился на мой стиснутый рот.

Нет. Нет. Нет. Не позволю!

Уверенная улыбка ректора оказалась обезоруживающей и сбивающей с толку. Лёгкое прикосновение губ к губам обожгло, стрельнуло огнём в стигму, заметалось по телу колючими вспышками и лишило воздуха. Я невольно приоткрыла рот, и горячий язык скользнул внутрь.

Это было странно. Это было жарко и мокро. До ужаса приятно. Немыслимо неправильно.

– Теперь, – ректор резко отстранился, втянул широкими ноздрями воздух и блеснул зеленью радужек, – наш союз не будет казаться фикцией.

Мужчина отвёл взгляд от моих губ, открыл дверь и пригласил войти в аудиторию. Только я не могла. Ноги не шли.

Что со мной не так? Или с ним?

Глава 14

Мэйлисса

Магия – тонкая субстанция, распознать которую можно, лишь увидев её. Нужен хотя бы слабый шлейф синей или золотой пыльцы, без него ни одна душа в нашем мире не узнает – маг ты или пустой человек. А вот почувствовать страсть намного легче. Особенно магам, которые сидели в аудитории и заставляли меня сжиматься всем телом. Чувствительные одарённые глаза и нос никогда не ошибаются.

Заходя в класс, я чувствовала жуткий обжигающий стыд. Ведь все знали, что мы делали с ректором в коридоре.

Есть особенные запахи: рождение человека или мага, болезнь, смерть. Есть запахи, которые ни с чем не спутаешь. Это злость и страх, печаль и горе, радость и счастье… А есть ароматы, что слаще мёда диких пчёл и оттого ещё сильнее. Любовь. Желание. Первый поцелуй.

Я уже поняла, что не дала ректору завершить обручение, когда отбросила его в зале.

Вот о чём говорила Ронна. Вот что сделал Нариэн в коридоре: закрыл ритуал, поставил точку и привязал меня к себе.

Ступая по гладким доскам скошенного пола, я думала о том, как повлияет на меня эта связь. Думать о чувствах пока совсем не получалось. Меня пугало, что на прочтение связующего заклинания стигма пары отозвалась болью, разлила жар по всему телу, и последние пятнадцать минут на плече не было никаких ощущений, будто метка исчезла совсем. Но я не могла проверить здесь и сейчас, что с плечом, придётся потерпеть и дождаться уединения.

– Мэй, садись, – попросил ректор, остановившись внизу огромного кабинета, вмещающего сотню учеников. Стену за учителем закрывала огромная белая доска для записей и отображений, массивный стол в центре толстым ножками, будто лапами огромного зверя, упирался в натёртый до блеска мраморный пол. По бокам, как охрана, возвышались дубовые шкафы. Некоторые полки их оказались за стеклом, и там просматривались бутылочки и колбы. Верхушки «охранников» уходили под арочные окна с двух сторон. Сейчас лотта пробивался сквозь витражи и щедро освещал аудиторию. За счёт заднего света учитель казался вытянутым силуэтом, но один взмах властной руки, и на окнах повернулись ставни, а свет равномерно рассеялся по классу.

Студенты перешёптывались и настороженно посматривали в мою сторону. Их голоса сливались в единый шум, похожий на приближающийся рой ос.

– Мэй ис-тэ, нашла место? – настаивал ректор, спрятав руки за спину.

Аудитория затихла, а я вдруг поняла, что мест нет. По крайней мере быстро найти такое, чтобы спрятаться ото всех и оказаться подальше от учителя, не выходило. Я так и стояла в проходе, не желая смотреть вперёд, но смотрела, мечтая провалиться сквозь паркет и не попадаться мужчине на глаза.

– Вы меня задержали, вы и усаживайте, – наконец решилась сказать я, когда выдерживать взгляд «жениха» стало невыносимо. Не ругаться же с ним при сотне студентов, заставляя отменить своё решение? Я ещё должна понять, насколько эта связь обратима и как её порвать.

Учитель кивнул, отошёл вправо и ступил вперёд, к одному из ребят на первом ряду.

– Как тебя зовут? – обратился к нему.

– Рейн, ли-тэ, – отозвался русоволосый. Я видела только затылок. Пушистые пряди закручивались спиральками на ушах и спадали на спину густыми завитками.

– Пересядь на последний ряд. – Ректор не двигался, но его взгляд, направленный на ученика, не оставлял ему выбора. – Там есть место.

– Но у меня зрение плохое, – воспротивился парень.

– Мы как раз сегодня и поучим, как поправить твоё зрение или облегчить тебе жизнь. Пересядь.

Рейн поднялся из-за столика, нервно перекинул тканевую сумку через плечо и слишком медленно, будто растягивая удовольствие, пошёл вверх, мне навстречу. На миг замер напротив меня, обогнул слева и, нарочно зацепив плечо, прошипел еле слышно:

– Шлюха ректорская…

Это было похуже пощёчины, потому что незаслуженно. Я поджала губы и метнула в виновника моих бед яростный взгляд. Ноги стали тяжёлыми, а пальцы, что до боли стискивали ткань юбки и сумочку, побелели и загудели.

Не могу. Я этого не выдержу. Тело уже развернулось, чтобы снова сбежать. Пусть лучше выгонят!

– Мэй! – остановил мой побег ректор. – Сядь. Это приказ.

Тяжёлый взгляд мужчины провёл языкатого парня до крайнего места. На бледном лице ректора внезапно расцвели большие пятна, будто ему было дело до моего оскорбления. Я не тешила себя этими мыслями, потому что его поступок всё равно перекрывал всё. И симпатизировать теперь у меня не получалось, я только с каждой минутой закипала внутри сильнее.

Осторожно спустившись по аудитории, прошла мимо учеников и села за стол.

– Давайте усвоим правила поведения в моём классе, – твёрдо начал учитель.

Я уставилась в поцарапанную столешницу и не поднимала глаз.

– Кто посмеет распускать неправдивые слухи, унижать других, оскорблять девушек, угрожать их чести и имени, не просто будет иметь дело лично со мной, но и вылетит из академии с пометкой непригодности. Это ясно, Рейн ли-тэ? Или повторить доходчивей?

– Не стоит, – послышался напряжённый голос кудрявого паренька, и я буквально почувствовала, как он безмолвно обещает мне месть за такой позор.

– Тогда начнём урок, – натянуто заулыбался ректор и, выпрямив спину, сделался ещё выше, чем был. – Меня зовут Нариэн ли-тэ Лавин. Я веду у вас лечение и восстановление – одно из самых важных направлений в магии. Здесь и сейчас я не ректор, а ваш учитель, и требовать буду соответственно. Не всё можно вылечить, не всё можно восстановить, но кое-чему мы всё-таки можем научиться. – Он глубоко и шумно вдохнул, отчего светлый китель натянулся на грудных мышцах. – Кто мне скажет, какой тип энергии использует лекарь или маг-восполнитель?

Цепкий зелёный взгляд поплыл по рядам, бережно коснулся моего лица, сорвался к губам, а потом улетел вверх. Я поняла, что не дышала в этот миг, а стоило ректору отвернуться, воздух ворвался в грудь, развёл рёбра до хруста и сдавил сердце изнутри, будто клешнёй.

Я так устала от волнений, что не передать словами. Хотелось в голос разрыдаться, притворяться сильной уже не получалось. Я вообще с трудом понимала, где нахожусь, как выпутаться и не погибнуть. Если бы знать, как отвязать метку оборотня и чем чревато моё обручение с ректором, я бы провалила учёбу в первый же день и отправилась домой, даже без рекомендаций и с отметкой непригодности. Уже всё равно. Буду мыть полы в одном из правящих домов Имана, папа бы устроил, или торговать травами на рынке – тоже неплохой выход.

Я опустила голову на сложенные перед собой руки и задрожала от накатывающей истерики. Вот же влипла! Я себя обманывала, потому что знала, что отец не примет меня с таким багажом – он просто откажется признавать меня своей дочерью. Дочь мэра не может вылететь из элитной академии и вернуться домой пустышкой. После этого мне прямая дорога к Пологу смерти.

Стиснув кулаки, я пообещала себе, что буду сражаться за свою судьбу до последнего вздоха. Никто – ни мёртвый оборотень, ни ректор не сломают меня. Я справлюсь.

Я резко выпрямилась, чем привлекла к себе внимание зелёных глаз, вздёрнула подбородок и широко заулыбалась. Ты ещё пожалеешь, что обручился со мной, Нариэн ли-тэ.

– Можно я отвечу? – тонкий голос Эри зазвенел где-то справа от меня.

– Нет, – отозвался ректор, свёл брови, будто почувствовал моё настроение. – Ответит ис-тэ Согу.

– Не слишком ли много внимания девице? – брякнул кто-то с другой стороны аудитории. Остальные тут же подхватили смешками и гулом. Студентов слишком много, чтобы понять, кто сказал, но Нариэн вдруг подобрался, шаркнул каблуком, а потом произнёс:

– Поднимись, говорун, если не хочешь, чтобы я сам тебя поднял.

Мёртвая тишина, будто кокон, окутала класс. Я привстала и заступилась за ученика-смельчака:

– Вы же не будете отрицать, что питаете ко мне неподдельный интерес? – Сжала обручающий браслет и стрельнула в мужчину ненавистью.

Он поджал губы и провёл широкой ладонью по виску, слегка пригладив волосы назад. Я поспешила одёрнуть себя и добавила:

– Я отвечу. Это не трудно, если вы соизволите слушать, а не искать бедного болтуна.

Ректор сощурился, постоял молча несколько секунд, а потом согласно кивнул мне и, отступив к столу, грациозно сел. Отряхнул с белого кителя невидимые крошки и наклонил голову немного набок.

– С удовольствием послушаю, чему вас научили в Имане. – И положил ладони перед собой. С моего места можно было рассмотреть не только мощь мускулатуры ректорских рук, но и выраженный рисунок вен, крупные кости, плоские и чистые пластины ногтей.

– Так какой тип энергии используют лекари?

– Никакой, – смело посмотрела я в глаза мучителю.

Он повёл головой, косо ухмыльнулся и сложил на груди сильные руки.

– Правда?

– У эссахи нет разновидностей. Магия или есть, или нет.

– Но почему тогда мы такие разные? Почему есть лекари, а есть артефакторы? Есть повелители воды и огня, а есть те, кто может видеть больше других. Что скажете?

– Это всё таланты. Они есть даже у не одарённых волшебством.

Ректор отклонился на спинку стула и выгнул тёмную бровь. По белым, как молоко, волосам слабо прошла волна синей магии, а у меня в голове промелькнула мысль: как и когда мужчина стал архимагом? Это ведь сложно. Нужно не просто отучиться в академии, но и пройти практику у короля и выполнить задание Квинты. Последнее самое сложное – многие выпускники АЭМ на этом этапе погибали.

– Таланты у простецов? – переспросил ректор.

– Именно. Среди простых людей есть прекрасные художники, танцоры, певцы, пекари, модистки, писатели и даже актёры.

– Но это всё бесполезно, если в город проберётся нечисть и решит, что маленькие спящие девочки и мальчики для неё лучшее лакомство. Ни один из ваших талантов не поможет убить монстра и спасти людей.

– Если откровенно, здесь больше половины учеников ничего не сделают вашему чудищу. Так чем тогда люди и маги отличаются друг от друга? Тем, что у первых выше статус и они умеют подчинять стихии?

Ректор сильнее прищурился, взгляд из-под густых ресниц бродил по моей фигуре и вызывал колючий трепет. На меня часто смотрели мужчины. Многие служили на отца, кто-то приезжал по государственным делам, и я замечала их взгляды, но так на меня не смотрел никто. Жадно. Испытывающе. По-настоящему.

– Не будем сегодня углубляться в иерархию нашего мира. – Нариэн всё-таки поднялся, сложил руки за спиной и выпрямился. – Садись, Мэйлисса, ты молодец. Десять баллов за сегодня. – Мой учебный браслет дрогнул, подсветился цифрами и погас. Я позволила себе сесть, но не сводила глаз с мужчины. Следила за его движениями, выискивала недостатки, пытаясь найти то, что отвернёт напрочь, вызовет отвращение, но не получалось – его чувственные тонкие губы, тяжёлые скулы, сияющие зеленью глаза, красиво посаженные, под хмурыми и очень густыми бровями, его волосы, светящиеся серебром, словно они сотканы из магии. Никогда не видела таких. Пшеничные, золотистые, светло-русые встречались, но белые как снег я видела только у Изу и старых людей. Сколько же пережил ректор, чтобы так высветлить локоны? Всё это привлекало, вызывало неподдельный интерес, и я не могла себе лгать – он очень красивый и мужественный. И имя у него невероятное. Нариэн. Хотелось произнести вслух, покатать на языке, попробовать на вкус. А голос… Низкий, бархатный и очень глубокий. Негодный ректор, спутал все мои мысли!

– Рейн, выйди к доске, – попросил учитель. – Есть ещё желающие побыть подопытным? Поставлю высокую оценку за сегодня, но предупреждаю – будет больно.

Я оглянулась через плечо и увидела лес рук.

– Отлично. – Тяжёлый ботинок ректора стукнул по мрамору. – Ты, ты и ты, – он выборочно указал на студентов и отступил к доске. – И ещё говорун с предпоследнего ряда, – мужчина коротко усмехнулся и прицельно посмотрел вперёд. Паренёк с пышной тёмной шевелюрой всё-таки поднялся и поплёлся вниз, а Нариэн довольно продолжил: – Сегодня мы разберём, что такое лечение и восполнение. Кто знает, в чём разница?

Эри, что сидела от меня через ряд, вытянула руку вверх и на кивок ректора ответила:

– Лечение восстанавливает физические силы, а восполнение – магические.

– Совершенно верно. Ли-тэ…

– Эрика ли-тэ Линс, – подсказала подруга.

– А знаешь, как практически это сделать?

– Конечно.

– Тогда тоже выходи к нам. Будешь моей помощницей.

Студенты выстроились в ряд – четверо ребят и Эри. Соседка возле ректора выглядела крошечной куколкой, но держалась уверенно.

– Ну что, говорун, ты первый.

Высокий кривоносый парень тряхнул редкими тёмными волосами, что торчали во все стороны, и выступил вперёд.

– Род ли-тэ Васмилл. – Небольшой поклон, и на его лице расплылась ехидная улыбка.

Ректор обошёл паренька и вытянул руку.

– Болтать ты умеешь, сейчас проверим, как терпишь боль. – Кинжал лежал в кожаном чехле на бедре ректора и по велению сильных пальцев оказался в его руке.

Короткое и быстрое движение лезвием по раскрытой ладони, и на коже парня выступила полоска крови. Род даже не пикнул, лишь шире заулыбался.

– Эрика, что нужно делать теперь? – позвал подругу учитель, и она, бледная, как призрак, подошла ближе.

– Эссаха быстрее всего раскрывается магу, который определился с даром. – Девушка показала ректору свою аккуратную руку, приложила её к груди и вытянула из себя золотую нить. Ловко собрала пальчики между собой и добавила короткое заклинание, мне не знакомое: – Проиберекруэнти. – Рассыпала золото над раной, дождалась, пока кровь перестанет капать, срываясь на пол, и смело завершила: – Сиккум.

Кровь быстро свернулась, раскрошилась, а потом рассыпалась в воздухе тёмной пылью, и все увидели чистую и здоровую руку парня.

– Отличная работа, Эрика, – похвалил ректор. – А можно ли опустошить эссаху?

Парень, что стоял за Родом, подтянул пухлый живот и выдал:

– Мальца вроде Рода – элементарно, а меня ни один из группы не выпьет. – Идовольно похлопал себя по брюху.

Ученики взорвались смехом, и я впервые поймала на лице ректора чистое, почти детское веселье.

– Это вызов? Кто смелый напиться? – Он обвёл взглядом аудиторию, но студенты притихли. Испить магию – значит прикоснуться к святому, божественному. Побыть в шкуре другого мага. Мало кто на такое способен.

– Я! – вытянула я руку вверх.

– Ис-тэ Согу? – Нариэн перестал смеяться, сомкнул тонкие губы и пригласил меня к доске. – Прошу.