Текст книги "Ректор моей мечты. Дилогия (СИ)"

Автор книги: Диана Билык

сообщить о нарушении

Текущая страница: 13 (всего у книги 35 страниц) [доступный отрывок для чтения: 13 страниц]

Глава 25

Мэйлисса

В комнату я возвращалась, будто плыла в тумане, без надежды найти маяк. Что ты со мной сделал, ректор проклятый? Я же теперь как на привязи… С одной стороны стигма, которую не оторвать, с другой – желание стать женой светловолосого архимага. А ему будто плевать. Или это назло мне? Да? Так я не собираюсь страдать.

С уверенностью, что справлюсь с чувствами, влетела в комнату и не сразу настроилась на яркий свет внутри. Шторы были распахнуты, и лотта, убегая за горизонт, окрашивал стены алыми разводами и оранжевыми пятнами.

Алисия после уроков ушла с компанией других менталистов, я видела, когда бежала к Омару, а Эри покинула аудиторию раньше меня. Я оставалась, чтобы поговорить с ректором, но он в класс так и не вернулся, а кабинет его оказался закрыт. Решила, что Нариэн занят, вот и не может встретиться со мной. Позже свяжусь с ним по внутренней связи браслета. Или оставлю, как есть. В конце концов, бегать за ним не собираюсь.

Прогоняя тревогу и негодные мысли, сходила в душ, переоделась в чистое креповое платье светло-малинового цвета. Вышивка из нежной нити эйники, сделанная руками Сиэль, красиво поблёскивала и подсвечивала чистую кожу. Расчёсывая волосы у зеркала и разглядывая сверкающий на руке брачный браслет, я задумалась. Что же задумал Нариэн? Почему так тревожно?

Отложив щётку, вызвала окошко сообщений на учебном браслете и занесла палец, чтобы вбить несколько слов, напроситься к нему в гости хотя бы, но в дверь настойчиво постучали. Я быстро свернула голограмму и, унимая в груди обезумевшее сердце, поспешила открыть.

Одумался? Пришёл?

– Чернушка! – заулыбался Эверис и, приглашая за собой, кивнул в сторону, отчего чёрная чёлка немного приоткрыла правую часть лица. – Дело есть. Идём.

– Эвер, я сейчас не могу, – попыталась я отказаться, отступила в глубь комнаты и спрятала руку за спиной.

– Это срочно. – Парень украдкой оглянулся и, убедившись, что никто в холле больше нет, наклонился ко мне: – Ты слышала, что война началась?

– Что?

Он закивал.

– Нужно уединиться, Мэй, – поманил он рукой. – Быстрее, – и, перехватив мою ладонь, потащил в коридор. – Это связано с ректором.

– Что с ним? – выдохнула я, когда мы оказались на лестнице и поспешили вверх, на крышу, где встретились с парнем в прошлый раз.

Эвер развернулся и жестом попросил молчать. Я согласно моргнула, а в горле стало горько.

Оказавшись на знакомом балконе, Эвер раскрыл над нами магический купол, но не запечатал его с одной стороны, подождал немного – дверь приоткрылась, и к нам, смущаясь и краснея, шагнула Эри.

– Давай, малышка, прячься, – махнул ей парень.

Она виновато помялась, зыркнула на меня, а потом всё-таки вошла под купол, и тот с мягким шелестом закрылся.

– Все в сборе, – заулыбался парень и замер, разглядывая румяное личико подруги. С трудом оторвавшись от созерцания её губ, он всё-таки повернулся ко мне и приглушённо заговорил: – Мэй, насколько серьёзно у вас с Нариэном ли-тэ?

– Эвер… я не…

– Не бойся. – Эри подступила ближе, коснулась влажной ладонью моей руки и кивнула. – Ему можно доверять. Он… – оглянулась на паренька, – тоже не такой, как все.

– О чём ты? – напряглась я.

– Вот о чём. – Эвер приподнял длинными пальцами чёлку, закрыл на миг глаза, а потом распахнул их и явил нам с подругой вертикальные зрачки оборотня. Кошачьего рода.

Я даже отшатнулась от неожиданности.

– Ты тоже…

– Да, – спокойно кивнул он, спрятал глаз под густой чёлкой и проверил крепость купола ладонями. Перламутровая пелена задрожала от прикосновения, но не порвалась.

– Выслушай его, Мэй. – Встав ближе, подруга заглянула в моё лицо и заломила руки. – Ректору грозит опасность.

– Почему?

– Ты не посвящённая. Он допустил ошибку, привязав тебя к себе брачным артефактом.

– Он что-то говорил об этом…

– Озвучивал, что собирается дальше делать?

– Нет. Пообещал, что разберётся сам.

Подруга прикусила пальчики и, обернувшись, дрожащим голосом прошептала:

– Ты прав, Эвер, он попытается погибнуть.

– Что?! – Я дёрнулась назад, ударилась лопатками о магическую защиту, и она пошла волнами. – Что вы несёте?

– Брачные артефакты разрываются лишь смертью, – пояснил Эвер. – Их используют кританские архимаги, другим они недоступны по уровню магии. Они созданы для политических браков, для усиления власти.

Я замотала головой, пытаясь переварить услышанное.

– Послушай, Мэй, – парень вдруг взял меня за плечи и сильно сдавил, – есть другой способ оторвать такой артефакт, но он ещё хуже…

– А если я не хочу разрывать наш союз? – сглотнула я подступившие слёзы.

– И он не хочет, но иначе тебя не спасти. И ректор жертвует собой, видя в тебе потенциал.

Я закрыла ладонью губы, чтобы не закричать, захлопала ресницами, но слёзы всё равно вырвались из уголков глаз и скатились по щеке.

– Что делать? – посмотрела я на Эвера, а потом на подругу.

– Вам нужно пожениться, – припечатал парень.

– Но…

– У тебя стигма. Знаю. Мёртвая стигма, а этот наглец, – он ткнул пальцем куда-то за моё плечо, – не собирается тебя отпускать. Я всё вижу, не первый день некромант.

Эри лукаво заулыбалась и прижала ладошки к горящим щекам. Вот почему они друг друга нашли – у них похожий дар. Запретный и тёмный.

– Нужно уберечь ректора от жертвы, – твёрдо сказала девушка. Придумаем, как тебя спасти, но не так… кардинально – это слишком. Из царства мёртвых не возвращаются, Мэй.

– Но как? – Меня подкидывало от жуткой дрожи, я не понимала, почему Нариэн изменил своё решение. Обещал же быть рядом, помочь, отвязать от меня пару, а теперь… сдался?

– У меня есть идея, – коварно заулыбался Эвер, сверкнув нитью острых белоснежных зубов. – Доверься, Чернушка.

Через некоторое время мы замерли друг напротив друга уже в моей комнате.

– Тише, – успокаивал меня парень, склонившись немыслимо близко, так, что я чуяла его терпко-горчичный запах. Чёрные волосы соскользнули со лба и приоткрыли светлый глаз. – Не дрожи так, а то догадается.

– Я н-не м-могу… Эт-то без-зумие, – вцепилась я в его рубашку на груди и максимально отстранилась, но стена не дала уйти от неизбежного.

– Безумие. – Эвер кивнул, заулыбался. – Но разве не стоят две жизни маленького безумия?

Я замотала головой. Даже думать об этом не хочу.

Из приоткрытой двери послышались шаги и голоса. Мне стало ещё страшнее, тело будто начинили магическими бомбами. Я сотрясалась и боялась разбить эмаль – так цокали зубы друг о дружку.

Эвер поставил руку на стену и закрыл меня с одной стороны. Вторую завёл на затылок, пропуская пальцы в волосы, и приблизился к губам.

– Только не кусайся, – прошептал он и слабо коснулся моей кожи горячими губами.

– Да, она здесь, – послышался бодрый голос Эри, и дверь со скрипом распахнулась. – Мэй… к тебе… пришли. – Подруга вскрикнула, довольно натурально: – Что ты делаешь? Эверис!

– Ой, да ей не всё ли равно, с кем обжиматься? – вклинился жёсткий голос соседки, Алисии. – Потаскуха – и в Имане потаскуха.

Эвер отстранился, подмигнул мне игриво, подбадривая, нарочно ласково провёл кончиком пальца по моим губам, словно вытирал наш поцелуй – я чуть не завыла от желания увернуться, а потом отступил и, потянув меня к себе, закрыл большим плечом.

– Есть проблемы, ведьмочка? – перевёл он спокойный взгляд на Алисию. – Или задевает, что её целуют, а тебя нет?

– Пф… – фыркнула соседка.

Я перевела взгляд на дверь и впервые по-настоящему испугалась. Нариэн стоял между Эри и Алисией и не сводил глаз с довольной рожи Эвера. В зелёных радужках ректора мерцала безумная ярость, губы стали тоньше нити, скулы заострились, мышцы на плечах налились. Он будто стал крупнее и мощнее в этот миг.

– Никаких проблем, кроме того, что ты целуешь невесту нашего ректора, – выдала колкость брюнетка, высокомерно прошла к своей кровати и, бросив на неё строгий чемоданчик, ехидно засмеялась. – Хорошо, что мы вовремя пришли, а то бы вы на поцелуях не остановились. Мэй, – её перекосило, когда она перевела взгляд на меня, – да ты развратница, оказывается. Такими страстными часто бывают… – сучка прищурилась, – оборотни. Я ведь права, Эрика?

Подруга вздрогнула и спряталась за спиной ректора, а он вдруг развернулся на каблуках, отодвинул Эри за плечи и вышел в коридор. Будто происходящее его не касалось.

– А теперь добей его, – шепнул на ухо Эвер и, развернув меня к выходу, шлёпнул по ягодице. – Бегом, Чернушка!

Я ринулась к двери, остановилась на миг возле подруги и одними губами пролепетала:

– Прости…

Она хлопнула ресницами, показывая, что всё понимает, но тут же демонстративно отвернулась. Хороша актриса.

Ректора я догнала на лестнице. Оттолкнуть его к стене смогла, а сказать что-то, встретившись с разочарованным взглядом, затягивающим в мутно-зелёные омуты, не получилось.

– Извини, что помешал, Мэй… лисса, – шевельнул он губами, поджал их и, стиснув до боли мои плечи, отстранился.

– Я…

– Не стоит объяснять. – Ли-тэ уронил полыхающий взгляд и замер на моих губах. – Насильно мил не будешь.

– Ты не понимаешь, – подалась я к нему, но ректор выставил руку и небрежно оттолкнул меня. Зная, что сильнее его, снова подступила ближе. Прижалась, потянулась, но маг дёргано отступил и повёл головой.

– Прекрасно понимаю. – Нариэн отводил взгляд, сжимал губы. Я чувствовала, как он борется с собой, но ещё не дошёл до грани. – Я был неправ и не стану тебя держать.

– Вот как? – Я сильно стукнула его в грудь кулаком, пытаясь привести в чувство, вызвать эмоции, пробудить хоть что-то, что всколыхнёт и заставит его остановиться.

Ректор выпрямился, запрокинул голову, будто умоляя прекратить цирк. Дёрнул снисходительно уголком губ.

– Отпускаешь, значит? – заскрипела я зубами и, приподнявшись на носочки, почти коснулась его губ своими. – Позволишь кому-то другому прикасаться ко мне? Быть со мной? Целовать и…

– Да… – Ли-тэ тяжело выдохнул, отодвинулся, будто боялся обжечься, поискал взглядом мои глаза, но снова сорвался вниз, на губы. – Да, – зачем-то повторил он.

Я отошла от ректора, вытянула перед собой руку и показала на браслет.

– Тогда сними его сейчас же! Не хочу иметь с тобой ничего общего.

В его глазах что-то загорелось, замерцало, по белым волосам пошли неудержимые волны магии.

– Не могу…

– Можешь. И ты пытаешься это сделать! – Я рванула браслет, но он лишь впился в кожу и разрезал её до крови. – Признаешься или оставишь меня в неведении?

– Мэй…

– Думал, что я не пойму, да? Что не узнаю правду? Ты совсем, что ли? Взрослый мужчина, а ведёшь себя как мальчишка!

– Мальчишка целовал тебя в комнате! – зарычал он сдавленно, но тут же закатил глаза, будто пожалел, что не сдержался. – И ты… позволила.

Я хмыкнула, ещё чуть отошла и, глядя прямо ему в глаза, добила:

– Я не обязана перед вами отчитываться. Вы мне никто! Нариэн ли-тэ… Ректор – и только.

– И только… – ответил он эхом.

Я искала в его взгляде надежду, а находила только разочарование и боль. Не сработало представление, Эверис ошибся. Ректор слишком сдерживает свои эмоции, так банально правду из него не вытянуть. Да и ревность эта больше напоминает собственничество.

– Он твой суженый? – вдруг спросил Нариэн, опустил руку на перила и отступил на одну ступеньку вниз.

– Какая разница?

– Теперь никакой. – Жёстко бросив последние слова, Нариэн окинул меня цепким взглядом, будто запоминал и, развернувшись, пошёл вниз.

И всё? Не простится? Не объяснится? Ничего?

– Ненавижу! Так сильно, что дождусь тебя с войны! – выкрикнула ему в спину и убежала вверх. Добравшись до двери на балкон, вылетела на воздух и стекла на каменный пол, закрылась руками и, прижав к себе колени, зарыдала. Кулон на груди разогрелся, стал жечь платье и кожу. Я сорвала его, хотела выбросить через парапет, но в последний момент перехватила кулачком и выплеснула скопившуюся силу оборотня в камень. Получи свою правду, жестокий ректор! Выпей всё… Я не хочу так жить.

– Мэйси… девочка моя, ну зачем так? – Нариэн появился рядом, как ниточка спасения, оборвав поток магии. Опустился на колени, прикрыл меня собой, завернул в объятия, уткнулся губами в мой затылок. – Не плачь из-за меня. Так нужно. Иначе тебя не спасти, дурочка.

Я отпихнулась, отползла ближе к стене, ударилась лопатками о камень. Мутными от слёз глазами рассмотрела мерцающий над нами плотный купол тишины.

– А меня ты спросил? – перевела я взгляд на ректора. По щекам ползли горячие слёзы, тело сотрясалось от желания и переизбытка магии. Оборотень лишь раззадорился, метался под рёбрами, рвал мне жилы. – Или тебе всё равно, что я думаю и что чувствую?

– Не всё равно, но я не должен был… привязывать тебя, не проверив, что это безопасно. Я виноват, мне и отвечать.

– Я запрещаю тебе погибать, слышишь?

Он заулыбался. Так улыбался мне дедушка, когда уходил на клановые войны или охоту. Каждый раз одна и та же улыбка – мол, не от меня зависит, всё в руках великого Шэйса.

– Браслет снимется, ты сможешь пройти посвящение, найдёшь своего неправильного оборотня и будешь счастлива. Сейчас в крови играет магия, это не настоящие чувства, Мэй.

– Ты обманываешь… И я ненавижу тебя за это.

– Правильно. Я не против. Можешь ненавидеть. Так даже лучше.

– Кому? Кому лучше?

Он повёл головой, но не ответил.

– Обещай, что будешь сильной и станешь беречь себя. – Тёплая ладонь коснулась мокрой щеки, пригладила беспокойные спутанные волосы.

– Нет.

– Не упирайся, ис-тэ, милая. – Его голос был ласковым, льющимся, успокаивающим. – Уже всё равно ничего не изменить. Меня призвали.

– Если ты не дашь слово вернуться, я, клянусь Шэйсом, буду приходить к тебе во сне, буду целовать Эвериса тебе назло, чтобы ты терзался и мучился.

– Зря мальчишку использовала. Я же ему теперь спуску не дам, голову откручу. – Он говорил ровно, но я чувствовала, как в его жилах кипит кровь, видела, как наливаются яростью глаза.

– Лучше мне открути. И сердце вырви, Нариэн. – Я приподнялась, переместилась на колени и оказалась напротив его румяного лица. – Потому что не знаю, как жить… Ты обещал что-то придумать, отвязать мёртвую метку, помочь, а теперь сдаёшься?

– Нет, не сдаюсь. – Он вздрогнул, обнял меня, будто умоляя его не ласкать и не прикасаться. – Я нашёл выход. Единственный.

– Пожалуйста… не делай этого. – Всё во мне противостояло его решению. – Сначала привязал, а теперь меня на мусорку? Да я лучше сама тебя убью! – Ударила его по груди, толкнула на пол, навалилась, чтобы дотянуться до шеи и придушить, но маг легко перехватил мои руки и, перекатившись, лёг сверху. Сверкающий серебряный ключ с капельками рианца по вензелям выскочил из-под светлой рубашки и качнулся перед глазами. Ректор наклонился и, всматриваясь в мои глаза, тепло озвучил:

– Не забывай, что я пользуюсь твоим даром, Мэй, и теперь стал сильнее, чем раньше.

– Пользуйся, Нариэн, но не умирай, пожалуйста…

– Почему, Мэй?

– Мне кажется, что я без тебя не смогу дышать.

Он на миг захлебнулся словами, но тут же подобрался и закивал.

– Это всё артефакт…

– Ложь. Ты и сам знаешь, – вырвала я руку. Рана под браслетом разошлась, и алая горячая ленточка обвила запястье. Ректор перехватил мои пальцы, прочитал тихое заклинание и, остановив кровь, припал губами к моей ладони.

– Знаю, – прошептал он. – Но так приятно обманываться.

Глава 26

Мэйлисса

– Нариэн, я нужна тебе? – спросила, застыв напротив. Прикосновения его губ к коже забирали любые сомнения, но я всё равно должна была озвучить вопрос.

Ли-тэ прикрыл веки, спрятав зелень глубоких глаз.

– Очень нужна… – выдохнул он и опал, осунулся, будто ему было тяжело держать спину ровно. – Но я не могу так. За несколько дней ты лишила меня сна, покоя и привычной жизни. Если мы продолжим встречаться, я сойду с ума.

– Что ты предлагаешь?

– Я бы разорвал обручение иначе, если б мог.

– То есть ты не передумаешь?

– Мэй. – Нариэн поднялся и, отступив, вцепился ладонями в парапет, запрокинул голову и посмотрел в небо. С горечью уставился на горизонт и снова повернулся ко мне. – Я не твоя пара. Оборотень не найдёт тебя, если я не уйду.

– Умрёшь, ты хотел сказать?

Он слабо качнул головой, а я отвернулась, потому что не встречала более упрямого мужчины. Даже отца, могучего альфу, можно было убедить что-то сделать по-другому, уговорить, но ректор стоял на своём.

– Мэйлисса, – тихий шёпот оказался вдруг над головой. – Я могу дать обет, разорвать нашу связь иначе, но… – в яркой зелени появились вкрапления тьмы, – это сделает тебе больнее.

– Но ты будешь жив? – Я сжала кулаки и приподнялась, с надеждой заглянув в его искрящиеся глаза.

– Но пять лет я не смогу никого полюбить, Мэй. Никаких чувств и эмоций. Ничего.

– Пять лет? – выдохнула я. – Это второй способ разрыва обручения?

– Я готов отпустить тебя в любом случае, – поджал он губы.

– Я не готова. – Тоже поднялась, подступила к нему. – Нариэн, я хочу быть с тобой… Не отпускай, прошу. Сначала привязывал, заставлял, а теперь… так просто отказываешься? Мы же даже не попробовали. Дай нам время. Не убивай… нас… так просто. Так легко. Я ведь не сдаюсь, видишь. Верю тебе, буду ждать, буду искать дальше. Что хочешь сделаю, безумный ректор! Буду учиться лучше всех, буду примерной и самой сильной – только ради тебя. Ты слышишь? – тряхнула его за плечи, но он обвис, будто кукла. – Мне никто больше не нужен…

– Это обманчиво. Как только связь уйдёт, чувства рассеются и тебе станет легче. Сейчас важнее, чтобы ты… – он поднял руку и ласково провёл ладонью по моей щеке, завёл её на затылок, наклонился к губам и прошептал: – Чтобы ты жила…

– Я жива, пока жив ты, Нариэн…

– Не говори так, – тряхнул он головой. Белые пряди переместились на плечи, засверкали в синеве мауриса. – Времени очень мало, чтобы найти твоего оборотня. – Он выпутал пальцы из волос, спустился на плечо и перевёл ладонь вперёд, на ключицу, на место, где замерла метка. – Я приглушил его своим поступком, поэтому паренёк не может найти пару, и это убьёт тебя. Я этого не допущу, Мэйлисса. Пока чувства не разыгрались, это самый лёгкий способ избавиться от навязанного обручения. Отрывать с помощью обета можно тогда, когда партнёру всё равно… Я не могу обречь тебя на такие мучения, Мэй.

– Прекрати. – Я потянулась, почти коснулась губами его губ, но маг отшатнулся. – У нас есть время, Нари… Несколько месяцев. Мы успеем найти способ оторвать эту бесполезную метку.

– А если нет? – Его голос дрогнул, светлые ресницы вспыхнули синевой. – Я всё равно не выживу, если ты погибнешь. Лучше так… Будешь свободна после первого боя, найдёшь настоящую любовь, выйдешь замуж. – Он перехватил мою кисть и ласково провёл указательным пальцем по рисунку вен, переплёл наши руки.

– Прошу тебя… – задрожала я. От услышанного было больно. – Не делай этого, дай мне слово, что будешь бороться.

Потянув узел из наших рук вверх, маг поцеловал тыльную сторону моей ладони и строго сказал, будто знал наверняка:

– Ты ещё слишком юна, чтобы любить, Мэй. Сейчас немного поболит, но недолго, а потом придёт он, и ты обо мне забудешь. Обещай, что будешь беречься. Ты очень сильна, очень ценна…

– Ты ведь сейчас не серьёзно? – Меня душили слёзы, но я стирала их ладошками, снова и снова смотрела в его глаза и пыталась понять, что делать и как его отговорить. – Скажи, что ты играешь, что издеваешься, что шутишь…

– Не до шуток. – Он прижал мою мокрую от слёз руку к своей щеке и зажмурился. – Отпусти меня, Мэй, умоляю… И так тяжело.

Я вырвала руку и крепко его обняла. Прижалась всем телом к большой груди, где под тонкой рубашкой ошалело билось сердце.

– Нет. Нет. Нет! Бессовестный! Я же тебе жизнь спасла, я же тебе свою невинность хотела отдать… Не бросай, прошу. Не оставляй.

Нариэн с трудом оторвал меня от себя, перехватил руку с браслетом, провёл кончиком пальца по ободку, и украшение отозвалось ярким сиянием. В глазах ректора на миг загорелось удивление, но тут же потухло.

– Я ни о чём не жалею, Мэй… Мне было по-настоящему хорошо с тобой, несмотря на короткий срок. Надеюсь, что после меня в памяти останется только хорошее.

– Не позволю, – заскрипела я зубами, встала напротив двери и бросила гневный взгляд на ректора. – Буду отдавать тебе всю магию, чтобы у тебя никогда-никогда не закончились силы, – показала я на кулон. – Чтобы ты, дурак белобрысый, жил! Я так хочу.

Нариэн нахмурился, заулыбался так, будто я непослушный ребёнок и мелю чепуху, а потом поднял руку, прошептал «Прости» и щёлкнул пальцами.

Тело сковало тысячей иголок, колени подогнулись, и я оказалась в его руках. Горячие губы коснулись лба и, проваливаясь в темноту, подрагивая от невозможности двигаться, я слышала обрывки фраз:

– Она упала в обморок…

– Всё в порядке, я лекарь. Мэй просто устала, ей нужно поспать.

А затем тихий голос в голове, ласковый и печальный:

– Я не могу позволить любить себя… Когда-нибудь ты поймёшь.

Я пришла в себя, когда небо окрасилось насыщенным оранжевым и горячий лотта вышел из-за горизонта, приглушив лиловый цвет Полога.

– Мэй, – дёрнулась ко мне Эрика, нажала на плечо, заставляя лечь на постель. – Тебе нельзя вставать.

– Почему? – Я всё равно приподнялась. С трудом, но смогла согнуть локти и мутно осмотреть помещение. Знакомое лекарское крыло, где я уже бывала в первый день пребывания в академии. – И сколько я здесь… валяюсь?

– Ночь. Ректор просил. – Подруга отвела взгляд, перевела его на окно. – Вернее, приказал дать тебе выспаться и проследить, чтобы не нервничала.

– Да мне всё равно, что он просил. Лекции уже начались? – Я проследила за взглядом Эри, она упорно прятала от меня глаза.

– Давно, – кивнула подруга. – Но тебе сейчас туда нельзя. Ректор дал тебе выходной.

Вот же! И здесь за меня решил. Я его убью когда-нибудь за то, что вмешивается в мои решения и судьбу.

Мышцы гудели, словно я пробежала наш лес от опушки до опушки. В голове искрило от боли, особенно когда я приподнялась выше и попыталась встать – мелкие молнии заплясали перед глазами. Шум заглушил всё, что дальше говорила Эри, а я лишь отмахнулась и сползла на пол.

– Что он со мной сделал? – прошептала я, злясь и нервничая.

– Усыпил на сутки, – словно сквозь вату долетал до меня голос подруги. – Ты и так раньше времени проснулась, магия ещё не выветрилась. Могут быть сильные головные боли, Мэй, лучше прилечь.

– Я сама лично ему шею сверну, ректору бессовестному. И усыплю на несколько недель, чтобы не смел так делать. Веди меня к нему! Сейчас же. – Встать на ноги не получилось, я устало присела на кровать. Тело не слушалось. – Эри, мы должны его остановить. Должны!

– Боюсь, мы опоздали. Призывники-старшекурсники уже все ушли в портал, насчёт учителей не знаю, но, скорее всего, бесполезно. – Светлое личико подруги потемнело, уголки тонких губ опустились. – Нариэн ли-тэ явно не был намерен ждать твоего пробуждения. Мне жаль.

– А мне нет! Я ему не позволю, – проскрипела я сквозь зубы. – Идём в библиотеку. Немедленно!

– Ты еле стоишь на ногах. – Эри оглянулась на дверь. – Ладно. Только держись крепче и молчи. Приказ Нариэна – не пустой звук, меня накажут за ослушание. Кажется, кто-то идёт. – Она потянула меня за руку, завела в коридор, ведущий к корпусам, оглянулась с опаской. Никто не преследовал. Или мне так казалось, или так хотелось. Я мало что соображала, перемещалась как пьяная, но злость толкала вперёд. Я до боли и хруста стискивала зубы.

– Отравитель… – прорычала я, когда в очередной раз ноги запутались и чуть не утащили нас с Эрикой вниз по каменным ступенькам.

– Быстрее, – тревожно шептала рыжая. – Урок сейчас закончится, нас поймают и вернут назад. Омар за поворотом, а там до библиотеки два пролёта. Поднажми, Мэй.

Никогда не думала, что ступеньки могут быть такими… бесконечными и опасными.

– Вот козёл, – срываясь в тысячный раз со скользкого края камня, ворчала я. – Не позволю умереть, не спросив моего разрешения. Совсем сдурел.

– Как и ты. Вы оба чуть-чуть того. – Вспотев, Эри поджимала губы, но всё равно тащила меня по коридору. Хоть я и была чуть выше, сильно оттягивая её плечи, она неплохо справлялась и причитала: – Ладно ты, молодая и неопытная, но ректор же… взрослый вроде мужик. Любовь портит людей, однозначно. Никогда не вляпаюсь в подобное! Слово даю. – Эрика поймала меня в очередной раз, буквально подставив руки. Я чуть не рухнула лбом в камень, даже присела на попу, чтобы не покатиться кубарем по ступенькам.

Хорошо, что мы никого не встретили. После призыва академия словно погрузилась в небытие и тишь. Пугающую и неотвратимую. Несколько студентов-прогульщиков, с которыми мы столкнулись в главном холле, не в счёт. Они на нас даже не оглянулись, побежали по своим делам.

– Эрика, знаю, что ты не одобришь, – начала я. – Знаю, что будешь меня отговаривать, но… – Я пыталась найти нужные слова. Моя идея вытащить Нариэна из его же ловушки была крайне опасной и безрассудной, но он не оставил мне выбора – я его не брошу. Пусть не надеется.

– Ты пугаешь меня, Мэй.

– Я сама себя боюсь. Обещай, что будешь рядом, что бы ни случилось.

– Обещаю.

Мы подступили, а если откровенно, подползли к Омару. Камень тут же ожил, осветив нас золотом мёртвых глаз.

– В библиотеку, – твёрдо сказала Эри.

– В учебное время в библиотеку допускаются только преподаватели, – уведомил он.

– Мы по просьбе Нариэна ли-тэ Лавина, – осмелилась я соврать и протянула руку вперёд, показывая брачный браслет.

Омар медленно моргнул, и в груди знакомо загудело. Я знала, что защита ректора всё ещё работает и будет работать и дальше.

Нас с мягким хлопком втянуло в портал и выплюнуло на нужном этаже.

Здесь было тихо и темно. Я даже не сразу сориентировалась, и слабость накрыла с новой силой. Потянувшись к стене, чтобы удержаться, неловко присела. Хорошо, что Эри рядом, иначе я бы не дошла. Теперь бы ещё добраться до высшего уровня.

Сегодня на посту библиотекаря был Эвер. Заметив нас, сгорбленных и еле переставляющих ноги, он бросился к нам.

– На высший уровень, Эверис, пожалуйста, – пролепетала я, чувствуя, что магия ректора снова пытается утащить меня в сон. – Быстрее…

– Эрике туда нельзя, – замялся парень. – Я проведу. А ты жди, – бросил он взгляд на рыжую, на миг задержался на её губах и подхватил меня на руки. Прижал к себе и прошептал, чтобы подруга не слышала: – Решила перед сном почитать?

– Я выспалась, – еле шевеля языком, попыталась отшутиться я. Прикрыла глаза и чуть не провалилась в темень.

Парень перехватил меня поудобнее, и нас потянуло на платформе вверх.

– Зачем тебе туда? Что искать? Я так понимаю, это связано с ректором? Я вчера срочно ушёл, подписывал бумаги. Меня тоже призвали, Мэй.

– Всё настолько плохо? – Я тяжело открыла глаза, но не сразу рассмотрела светлое лицо парня сквозь молоко слабости.

– Если сейчас ничего не сделать, монстры будут свободно гулять по городу, а магов на Крите всё меньше… Вас, иманцев, ещё не обучили толком.

– Я могу драться. Пусть призывают.

– Девчонку? – Эвери глухо засмеялся, прошёл через арку, и мы попали в знакомое помещение с бесконечными стеллажами. – Куда? – окинув взглядом помещение, спросил он.

– Опусти меня на ноги.

Говорить было всё труднее. Пока меня осторожно опускали на пол, мир дважды затемнился и перевернулся. Я сфокусировалась на стигме, из последних сил пробудила эссаху, накрыла ладонями грудь и от слабости опустилась на колени.

Ничего не происходило.

– Ну где же ты? – сипло выдохнула я в пространство. – Откликнись. Мне нужна твоя помощь.

– Мэй… – позвал Эвер, но я остановила его жестом. Сил совсем нет, не могу отвлекаться.

– Помоги… ты же моя пара, прошу, отзовись. Я знаю, что ты здесь.

– Здесь, – тихо пробормотал Эвер и, встав за спиной, коротко сжал мои плечи.

Я с надеждой всмотрелась вперёд, приподняла голову, но не смогла ничего заметить.

– Ты его видишь?

– Мэй… Когда маг разделяет сущность, – меня вдруг потянули вверх, развернули и прижали к сильной груди, – его глаза не всегда, но часто меняют цвет…

Я от удивления открыла рот и, будто рыба, выброшенная на сушу, хватанула недостающий воздух.

– Ты? – прошептала я, обвисая на его руках.

– Вероятно потому, что я всегда был кареглазым. Пока не провёл один ритуал, – и, позволив мне утонуть в разноцветных радужках, Эвер слабо заулыбался. – Это позволило не только учиться в академии, но и не бояться, что меня внезапно поймают и казнят.