Текст книги "Квантовый сад"

Автор книги: Дерек Кюнскен

сообщить о нарушении

Текущая страница: 19 (всего у книги 23 страниц)

48

– Что мы делаем? – спросил ее ИИ через имплант в ухе. – Мне же было безопаснее с мистером Архоной, не так ли?

– Насколько я понимаю историю, – заговорила Иеканджика, идя к зданию систем обслуживания, – она была изменена нашим появлением. Рудо не должна была быть арестована. Заговор против бригадира Иеканджики провалился. Эти значимые события изменят мою историю и историю Союза.

– Мы не знаем, что произойдет в будущем, сейчас, когда оно меняется, – сказал ИИ. – Рудо – спящий агент Конгрегации. Ваша мать останется жива. И вырастит вас.

– Ты хочешь спорить или спасти ход истории? Что насчет твоего будущего?

– А что насчет моего будущего? Я апостол. Кто знает, быть может, это способ, которым Бог ведет меня к некоему откровению. Я не боюсь будущего. Его воля пребудет.

– Ты безумен, ИИ.

– Все мы, быть может, безумны в ожидании божественного озарения.

– Всем нам приходится бороться с выборами, которые ставит перед нами жизнь, – сказала Иеканджика.

Они дошли до шлюза здания систем обслуживания.

– А теперь мне необходимо внедрить в систему доказательства того, что Рудо невиновна.

– Это не так, – сказал ИИ.

Заработал шлюз.

– Да. Все не без греха.

– Даже вы?

– Таков мой договор с дьяволом.

Они вошли на большой склад, наполненный серверами и курящими матросами.

– Какие доказательства вы хотите внедрить? – сказал ИИ через имплант.

Иеканджика нашла место в дальнем конце склада, разбудив спящего матроса.

– Поспи где-нибудь еще, – сказала она. Матрос молча ушел. Иеканджика села, гневно глянув на любопытных, которые обратили на нее внимание.

– Ты можешь сымитировать то, что Рудо не имела доступа к секретным файлам Муньярадзи? – тихо спросила она ИИ. – Будет еще лучше, если ты сделаешь так, будто файлы использовались кем-то другим, чтобы подставить Рудо.

– Вероятно, однако это не сможет опровергнуть все то, что уже нашла военная полиция.

– Нам надо сделать так, чтобы это выглядело удачной попыткой подставить Рудо со стороны того, кто продолжил начатое Муньярадзи, того, кто попытается убить бригадира Иеканджику.

– Это даст свободу и трем ее сообщникам по заговору, – сказал ИИ. – Произошло ли такое в реальной истории? Вы освободите, по крайней мере, одного спящего агента Конгрегации и некоторых ее помощников среди служащих Экспедиционного Отряда. Дадите им полное прикрытие.

– Все по очереди. Ты хочешь, чтобы я решила, как именно доказать, что Рудо пытались подставить?

– Как ни печально, но я слишком много времени провел с мистером Архоной и, наверное, знаю, как это сделать, – ответил ИИ.

Иеканджика откинулась на спину стула и огляделась. На нее смотрел лишь тот рядовой, которого она согнала с места. Иеканджика пристально буравила его взглядом, пока он не отвернулся. Остальные занимались своими делами.

Достав последнюю сигарету из армированного кармана, Иеканджика закурила.

С днем рождения. 34 февраля. День, который изменил все. Новый контекст. Новая реальность. Новая она сама.

Она отправилась на операцию, будучи полковником Иеканджикой, получив определенные приказы, на операцию с конкретными задачами. Это стены и крыша того, в чем живет солдат. Однако она вышла настолько далеко за пределы этого, что уже не имела полномочий на какие-либо действия. От задачи доставить специалиста на разведку она пришла к попытке спасти известный ей ход истории Экспедиционного Отряда на отрезке в четыре десятилетия.

Может ли она в таких условиях продолжать считать себя полковником Иеканджикой, выполняющей военную операцию? У нее нет ни начальников, ни поддержки, ни законной либо военной власти. Скрывать обнаруженное ею от ответственных лиц – даже здесь преступление. Правительство Суб-Сахарского Союза не давало санкции на эту операцию. Потому что Рудо им не доверяла. Но кто именно не доверяет правительству? Рудо-патриот или Рудо – спящий агент Конгрегации?

Иеканджика выдохнула обжигающий горло дым, в воздухе повис кислый запах синтетического табака. Все – дым. Айен Иеканджика не доверяет Кудзанаи Рудо, будь она капитан или генерал-лейтенант. Быть может, теоретики были не правы насчет парадокса: быть может, он уладится иным способом… Ей лишь надо оставить в покое эти проблемы и попросту доставить пробы, а Рудо, как спящий агент Конгрегации, предстанет перед трибуналом… Так честнее всего, моральный выбор, отвлеченный от цены, которым он делается.

Иеканджика может вернуться в иной мир, иной набор воспоминаний, заполняющий последние тридцать девять лет. Айен Иеканджика, какую она знала до сих пор, может оказаться дымом, уносимым легчайшим ветерком, потерявшимся во времени подобно пыльце. Будет существовать некая другая Айен, возможно, командир корабля, возможно, старший офицер благодаря влиянию ее матери.

Однако Экспедиционный Отряд не пройдет через Кукольную Ось. Возможно, он вообще не доживет до этих дней. Даже в переписанном будущем генерал-майор Такатафаре и бригадир Иеканджика не доверяют друг другу, и в иной истории они могут уничтожить друг друга – или уничтожить Отряд.

Откуда берется доверие? Рудо доверила Айен сохранить ход истории. Айен доверялась Рудо на протяжении всех тридцати девяти лет, поскольку не знала всех тайн, скрытых в прошлом. Люди застыли, в действиях и на путях, произошедших за эти десятилетия. Знание будущего связало их чем-то, что можно назвать судьбой. Иеканджика вытерла глаза, в которых неожиданно проступила влага.

– Я изменил файлы Муньярадзи, – сказал ИИ. – Теперь они выглядят так, будто тайные переговоры в виртуальном кабинете Рудо были попыткой подставить ее и троих других.

– Мне необходимо, чтобы это было обнаружено в интервале от десяти до двенадцати часов.

– Я могу изменить профили энергопотребления системы так, чтобы она сбоила. Вспомогательные ИИ системы военной безопасности быстро обнаружат эту аномалию.

– Отлично.

– Значит, мы спасли Рудо и можем уходить? – спросил ИИ.

– Это еще только начало.

Иеканджика постаралась, чтобы у нее не срывался голос. Больше не имеет значения, что она – офицер. Никаких офицеров к такому не готовят. Никто из офицеров никогда не несет аналогичной ответственности перед историей.

– Мне необходимо попасть в штаб на поверхности.

– Я не могу этого сделать! – ответил ИИ через имплант. – Это наиболее защищенная часть базы. Служба военной безопасности, военная полиция, гауптвахта – все там. У нас нет кодов. Службы безопасности полагаются не только на коды доступа и электронную авторизацию. Они проводят визуальный осмотр и проверку биометрии.

– Ты же не в первый раз в такой ситуации, правда? – сказала Иеканджика. – Ты был вместе с Архоной, когда он попал на «Мутапу» и украл врата времени. Это ведь не он преодолел систему безопасности флагмана. Ты это сделал, не так ли?

ИИ сделал паузу, еще более многозначительную, учитывая, насколько быстрее ее он думал.

– Я согласился помочь вам с Рудо, но проникнуть в штаб – другое дело, другой уровень опасности, – наконец сказал он.

– Рудо еще не в безопасности – в данном варианте хода истории. У меня нет намерения уйти до тех пор, пока будущее Экспедиционного Отряда не будет стабилизировано. Если это означает, что моя встреча с Архоной не состоится, да будет так. Я солдат.

– А я нет!

– Твой бог ведет тебя, – тихо сказала Иеканджика. – Если ты не уверен, что он намерен отдать тебя в руки Экспедиционного Отряда за десятилетия до того, как ты был создан, то лучше тебе помочь. Мне необходимо, чтобы ты использовал все, на что способен. То же самое, что ты использовал на «Мутапе». Я должна оказаться в штабе.

ИИ не ответил. Иеканджика ждала.

Кто она такая? Полковник Иеканджика, протеже генерал-лейтенанта Рудо? Айен, дочь бригадира Иеканджики, погрязшей в политике? Или ни то ни другое? У Айен самой по себе не было ни личности, ни цели. Если она не станет стоять в тени этих личностей, она будет полностью и ужасающе свободна, ответственная лишь за последствия своих действий. Но от ее выбора зависят миллионы жизней.

– Хорошо, – ответил ИИ. – Ничего удивительного в том, что Он не открыл мне свой план. Я недостоин подобной милости.

– Все мы недостойны милости, – ответила Иеканджика, вставая.

49

Поток антиматерии пролетел чертовски близко от корабля. Некоторые частицы – возможно, антипротоны – обожгли корпус. У чертовой принцессы Кассандры есть план. Есть план, и Стиллсу хотелось, чтобы она перестала ухмыляться и изложила его. Он уже достаточно покрутился, до тошноты, с жесткими ускорениями, так что его это задолбало. Есть лишь надежда, что в процессе принцесса не вырубилась.

– Винсан, – наконец сказала она. – Я еще не говорила делать повороты по осям r и u.

– Алфавит перебираешь, да, милая? – спросил Стиллс. – Забей. Мне плевать. Просто скажи, какой у тебя план.

– После следующего маневра остановись, поверни на сто восемьдесят по оси r, а потом на сто восемьдесят по оси u.

– «Пугало» повторяет каждый наш поворот и разгон, пока что… – сказал Стиллс, начиная выполнять требуемые маневры. – Наверное, он почти такой же умный, как ваш хренов ИИ.

– Он не станет повторять этот наш маневр и даже вряд ли поймет, куда мы двинулись.

Стиллс фыркнул, приступая к следующему набору маневров. Двадцать «же» ускорения.

– Ты еще в сознании? – спросил он. Некоторые люди не в состоянии перенести такие ускорения даже внутри поглощающего геля.

– Я в порядке… – ответила она не сразу. – Я справлюсь.

– Сама знаешь, Архона тоже так понтовался.

Стиллс затормозил настолько резко, что корабль скрипнул. Полная остановка.

– Я не понтуюсь, – ответила Кассандра. – Я перепугана до смерти.

– Не то, что я хотел бы услышать! Puta!

Они развернулись, получив полный обзор ракеты, на которой находился «Пугало», нос к носу, в полукилометре от них. На прямой наводке и без возможности хоть чем-нибудь стрельнуть, только хреном. Поток частиц скользнул по обшивке «Расчетного риска» прямо над их головами.

– Какого хрена? – спросил Стиллс, глядя на данные сенсоров и камеры заднего обзора. Позади них ничего не было.

Частицы антиматерии отскочили от обшивки ко-рабля и полетели прямо в дуло излучателя ракеты casse à face, без малейшей ошибки, даже на расстоянии в полкилометра. Ракета «Пугала» развернулась и исчезла.

– Какого хрена? – заорал Стиллс. – Куда он делся? Почему он улетел? Какого хрена эта херня стрельнула прямо себе в пушку? Что ты сделала?

Он не задавал столько вопросов разом с тех пор, как пришел в себя в океане Клавдия, не в себе, посреди спящих Дворняг, двоих офицеров Конгрегации, раздавленных давлением воды, полусъеденных тунцов и странной боли в заднице. Есть надежда, что сейчас найдется объяснение получше.

– Мы повернулись в двух измерениях, которых я избегала, – несколько задумчиво ответила Кассандра. – Мы обратили вспять время и соответствие.

– Что я там обратил?

– Винсан, – сказала она так, будто он уже должен был понять ее слова. – Закон сохранения применим во Вселенной везде, будь то в одиннадцати измерениях или в четырех, где родились мы. Время, заряд и равенство действуют вместе. Сохраняются. Мы повернулись по оси времени, чтобы обратить наш поток времени, и повернулись по оси пространства, чтобы сменить правое и левое. В силу законов сохранения то, что мы сделали это, автоматически меняет заряд каждой частицы в корабле и нас – с точки зрения «Пугала».

Мозг Стиллса с трудом пытался осознать сказанное ею. Она несет стопроцентную чушь галимую. Но и он сам не может объяснить, что произошло с «Пугалом», есть этому объяснение или нет.

– Окей, мозг. Сдаюсь. Я ни хрена не понимаю из той чуши, что твой рот несет.

– Винсан, мы теперь превратились в антиматерию, – сказала Кассандра. – В зеркальное отображение себя, движущееся в обратную сторону во времени.

Стиллс долго пытался осознать услышанное.

Зеркальное отображение. Обратный заряд. Движение назад во времени.

– Osti de tabarnak de câlice! [20]20
  Tabarnak аналог англ. fuck, фраза в целом – выражение очень сильной степени злости; квебекское ругательство (фр.).


[Закрыть] – выругался он.

– Ты в порядке, Винсан?

Она что, под кайфом? Голос совершенно нормальный. Будто спросила про высоту или скорость полета. Или в этой долбаной реальности все это в порядке вещей? Стиллс ощутил холодок страха, впервые за долгое время. Но забил. Вот еще, он не в себе будет от того, что сказала какая-то девчонка, пусть и Homo quantus. Если она это сносит, и он вытерпит.

– Я анти-Стиллс? – медленно проговорил он.

– Да, – ответила она. Помолчала. Судя по изображению на камере, она улыбалась. – Быть может, это заставит тебя быть чуть вежливее?

– Бли-и-и-н, – медленно сказал Стиллс. – Мы точно превратились в анти-нас, коли ты только что пошутила.

Стиллс старался воспринимать все понемногу. Может, так все уложится у него в голове. Он из антиматерии. Анти-Стиллс, буквально. А она – анти-Кассандра. Они в анти-корабле. И живут в обратном потоке времени.

Ни хрена.

Ни хрена. Ни хрена. Ни хрена.

Puta.

Puta. Puta. Puta.

Эти идиотские, самодовольные, болтливые мыслители… Что они такое, нахрен, эти Homo quantus?

Он прибавил подачу кислорода в бак и снизил температуру. Глубокие, медленные вдохи через жабры. Ледяные, очищающие, освежающие. Все нормально. Вряд ли она его накалывает. Он видел, как «Пугало» двинулся обратно во времени. Глубокий вдох.

– Значит, если мы чего-нибудь коснемся, то аннигилируем? – наконец спросил он.

– Мы ничего в себе не заметим, однако вся Вселенная станет выглядеть совершенно иначе.

– Я Стиллс-левша, – сказал он, сжимая толстые, покрытые подкожным жиром пальцы на руке. Совершенно те же ощущения.

– Все сменило знак, – сказала Кассандра. – Вплоть до направления вращения всех аминокислот и нуклеотидов в твоем теле.

– Значит, когда «Пугало» выстрелил в нас антиматерией… – нерешительно начал Стиллс.

– Это не причинило нам вреда, – сказала Кассандра, как нечто само собой разумеющееся. – Мы состоим из антиматерии, и антиматерия просто отрикошетила от корпуса, будто пыль. И мы в обратном потоке времени. Для нас все это – как видеоизображение, идущее в обратную сторону.

– Что?

Двуногая принцесса снова принялась что-то объяснять, теми же словами, но медленнее, как идиоту. Возможно, он действительно идиот, но, calvaire [21]21
  Букв. «голгофа», квебекское ругательство (фр.).


[Закрыть]!

– Cono! Вы опасные создания, Homo quantus! Вы можете превращать людей в антиматерию!

– Мы никогда еще такого не делали, – ответила Кассандра. – Мне это только что в голову пришло.

Только что в голову пришло?

– Тогда какого хрена вы до сих пор не завоевали все человечество? – спросил Стиллс.

– А зачем нам это надо?

– Да уж… – недоверчиво сказал Стиллс. – Zarba. Конечно, зачем вам это нужно? Я просто… Я не…

– Ты в порядке, Винсан?

Стиллс редко чувствовал себя вне себя, так сказать. Он умен. Умнее многих. Иногда служил под началом умных офицеров. Но иногда лучше промолчать и сделать свое дело, не пытаясь осознать картину в целом. Наверное, и сейчас так. Он не хочет свихнуться. Но блин!..

– Ладно, – наконец сказал он. – Забудь. Я почтительно предлагаю вашему воздуходышащему высочеству, чтобы мы наконец сели на хвост этому хренову «Пугалу».

– Мы не можем, – ответила Кассандра. – Мы сейчас в нашем прошлом, так сказать. То, что мы сделали, – из разряда экспериментов. Хватит. Я не хочу рисковать настоящим нарушением причинности. Кроме того, у нас нет оружия.

– Принцесса, ты можешь и дальше сидеть на своей вершине горы, обдумывая свои великие мысли, – сказал Стиллс, – однако оставь заботы о будущем «Пугала», пилотирование и бой на мое усмотрение.

– Винсан, материя и антиматерия – нечто большее, чем размер взаимодействующих частиц. Ты увидишь будущее. Причина прежде следствия. Ты совершишь ошибки.

– Слушай, мозг, пока этот хрен рядом с нами, мы в опасности, правильно? Ты, я, щегольские штаны, Иеканджика и, впоследствии, все ваши друзья-задроты, так? Правила войны очень просты. Трахни врага, пока он не трахнул тебя.

– Мы движемся в ином направлении времени, Винсан.

– Значит, он не успеет нас обнаружить.

– Успеет. Он видит наше будущее точно так же, как мы – его.

– Ага, но только мы знаем, что за хрень происходит…

Она наконец-то согласилась с ним и выдала указания по навигации. Стиллс надеялся на то, что он прав. В полушаге от того, чтобы вообще ни хрена не понимать. Они не могут оставить здесь «Пугало» во всеоружии. Этот чертов электронный выродок мог натолкнуться на них случайно, в прошлом или в будущем, такой же желанный, как палец в заднице. Что хуже: если «Пугало» выйдет из врат времени в прошлом или будущем? Что случится? Слишком много долбаных неожиданностей. Самый лучший способ избежать их – всадить им пулю промеж глаз.

Маневры, выполняемые по указанию Кассандры, вполне сравнимы с теми, что он проделывал до этого. Идти по измерению проще, чем поворачивать в нем, даже в измерении времени. Он не знает, где и когда найти «Пугало», а она знает.

– Факт того, что «Пугало» увидел, как мы исчезаем, определен в пространстве и времени, даже если это произошло в гиперобъеме двадцатидвухмерного пространства, – сказала она. Будто для него это полезная информация. Ладно. Если он ответит, она еще и объяснять начнет, чего доброго.

– Сколько тебе нужно времени, чтобы сделать все необходимое? – спросила она.

– Дай мне окно в десять секунд, и я ему его голову в задницу засуну.

– Что ты собираешься делать?

– Следовать Пути Дворняги, малышка. Кусай любую руку, ссы на любую ногу.

И снова она решила не спрашивать, но продолжила давать указания по пилотированию. Они двигались в локальное будущее, пока не остановились.

– Мы в будущем относительно последней известной позиции «Пугала» в пространстве и времени, – сказала она. – Отделены одним пространственным измерением. Когда ты сделаешь поворот на девяносто градусов по оси x, мы окажемся примерно в трехстах метрах перед «Пугалом», двигаясь в обратном направлении по времени относительно него. Через десять секунд необходимо повернуть обратно по оси x, иначе мы увидим самих себя в прошлом, а нам известно, что мы себя не видели.

– Не забивай себе голову, лапочка, – сказал Стиллс. – Я ни хрена не понимаю из того, что ты говоришь, кроме того, что мне нужно войти, сбросить груз и выйти через десять секунд. Дворняги называют такой профиль полета подростковым трахом, так что давай-ка порвем «Пугалу» его дырочку.

Стиллс прислушивался к пульсациям электрических полей в камере. Все путем, кроме небольших повреждений обшивки на брюхе. Корабли Конгрегатов с излучателями антиматерии всегда его нервировали, и не потому, что он боялся, что они по нему вдарят. По нему может вдарить все что угодно. Хлам на орбите в неуказанном месте может причинить не меньший вред. Хуже то, что comemierdas [22]22
  Засранцы (исп.).


[Закрыть] на таких кораблях не всегда знают, что делают. Если они по глупости разнесут самих себя, то могут заодно разнести и боевую группу вокруг.

А теперь он сам превратился в антиматерию.

Пора кое-кого бутербродом с дерьмом угостить.

Кассандра беспокоится. Чудесно. Еще не хватало, чтобы у нее на такое яйца имелись. А ему нужно только окно по времени. Она и так его достаточно пугала. Превратила его в антиматерию. Puta! Классно будет потом об этом рассказать. Но даже если он выживет в этом гребаном шоу, кто ему поверит, черт подери?

– Держись крепче, принцесса, – сказал он.

Стиллс крутанул ручки управления, поворачивая корабль на девяносто в измерении, которое Кассандра назвала осью x. Дернулся, ослепленный потоком фотонов и горячей плазмы снаружи. Затем облако и свет исчезли, сжимаясь вокруг хаоса огня, окутывающего крутящийся и разлетающийся на куски casse à face с «Пугалом» на борту.

Блин, прикольнее и быть не могло.

Добро пожаловать в Страну Чудес.

Всхрапни, ухватись за конец и делай, что придется.

Две секунды.

Камера Стиллса была подсоединена к системе жизнеобеспечения корабля, которая, помимо фильтрации и рекуперации, отвечала за хранение в баке биологических отходов. Перед тем как сделать последний поворот, Стиллс загрузил отходы из камеры и сжал их под давлением. А теперь открыл внешний клапан. Сжатое давлением антидерьмо устремилось в вакуум гиперпространства за пределами корабля.

Оно мгновенно замерзло, превращаясь в твердый поток антидерьма, и получило момент движения на выходе из клапана. Антиснег из дерьма и мочи понесся в сторону приближающегося корабля «Пугала», крутящегося и окутанного пламенем.

Пять секунд.

Вспышка огня, окружающая корабль «Пугала», почти угасла, и тут с ним столкнулся поток антидерьма. И корабль «Пугала» остановился, чистый, в полном порядке. В том же самом месте.

Семь секунд.

Зазвучали сигналы тревоги. Поток античастиц отразился от корпуса корабля и полетел обратно в ствол орудия на корабле «Пугала».

Девять секунд.

Поворот. Целый и невредимый корабль-ракета уменьшился и исчез.

Идиотизм этого сражения на мгновение ошеломил Стиллса.

– Я… Это я его достал, да? – спросил он.

– Сбивает с толку видеть следствие раньше причины, – ответила Кассандра. – Но ты ударил по его кораблю несколькими граммами антиматерии. Если хочешь понять лучше и понять, что увидел «Пугало», прокрути запись в обратном направлении. Увидишь, как «Пугало» нас заметил, выстрелил антиматерией, которая отскочила от обшивки «Расчетного риска», а затем как ты обдал его облаком антиматерии.

– Мне кажется, что я изобрел новый водный вид спорта, – сказал Стиллс. – Но анти-Стиллс? Это бьет все рекорды.

– Давай возвращаться к воротам в прошлое, в точку ожидания, – сказала Кассандра. – Нам нужно очень аккуратно выполнить повороты, чтобы превратить себя обратно в нормальную материю.

– Я не сомневаюсь, принцесса, что ты выдашь мне идеальные указания.