Текст книги "Магия драконов (СИ)"

Автор книги: Денис Петриков

сообщить о нарушении

Текущая страница: 15 (всего у книги 19 страниц)

Глава 9: Сумасшедшие дни. Часть 2

– Арт, у тебя всё в порядке? – оценив мой потерянный вид, счёл нужным спросить Лютик.

Пожалуй, вопрос был уместен, так как уже десять минут, я задумчиво созерцал остатки печёного гуся. А может не гуся. Продавщица в мясной лавке обозвала покупку «Эвдаладо латар аран», что переводилось на русский как «большая вкусная птица».

Покупку, не без помощи младших, этим утром приготовила Лика. Она же заявила мне, что у нас кончаются топливные брикеты.

Кстати, о брикетах, точнее, об удобствах.

Газа, как и воды, у нас в доме не было. Зато имелась удобная чугунная плита. Рассчитана она была на прессованные из опилок кирпичики. Пропитанные чем-то горючим, они горели жарко и долго и, судя по всему, практически без дыма. Не газ, конечно, но жить можно. Куда более неудобным мне казался ежедневный привоз воды.

При этом, как я уже успел убедиться, о возможности подавать по трубам газ в этом мире знали, но, похоже, подобный «хайтек» имелся лишь в Серой крепости. А вот водопровод в городе имелся и чем-то особенным не считался. Однако, разведён он был не по всем городским кварталам. Вчера один из работников-авантюристов рассказал мне, что изначально запитать водой планировалось весь город. Но в процессе строительства водопровода выяснилось, что глубинные скважины дают не так много воды, как хотелось. Как итог, централизованным водоснабжением могли похвастаться лишь расположенные возле Серой крепости кварталы.

Так! Что-то мысли мои опять не туда поскакали. Оно и неудивительно: вчерашние события до сих пор не покинули моей головы. И, что странно, то, что вчера меня фактически пытались убить, взволновало моё сознание до неприличия мало. А вот сопутствующая злым намерениям информация солидно выбила из колеи.

Обращаясь к Лютику, я произнёс:

– Да понимаешь, у нас вчера прораб сбрендил. Вот всё думаю, не из-за замкового ли это проклятия?

Как там говорится? Хочешь хорошо соврать, скажи правду.

– Ну… – задумчиво протянул Лютик, – с этим замком вообще всё мутно. Ты вот не задумывался, почему Небесный замок имеет столь неудобное расположение? Вот сам подумай, в него же хрен попадёшь по-человечески. Его, кстати, относительно недавно перестроили. Знаешь почему одно из названий замка – «Гребень дракона»? Скала, на которой он стоит, раньше была вытянутой и действительно чем-то напоминала гребень. Её чуть ли не наполовину стесали. А знаешь, что при переделке убрали?

– Нет, – замотал я головой.

– Площадку для приземления драконов. Они на ту площадку приземлялись и превращались в людей, – торжественно произнёс эльф.

– Что, правда драконов? – с сомнением уточнил я.

– Ну да, – подтвердил Лютик. – Флаенбург основал драконий род восемьсот лет назад. Драконы и сейчас живут на южном окончании материка. Западнее нас – эльфов. Но триста лет назад Империя включила Юг в зону своих политических интересов, – постепенно распаляясь, продолжил он. – А так как с летающими кораблями особо не повоюешь, драконов, скажем так, выжили. Да и немного их здесь было. Они играли на Юге роль знати.

– Так вот, – вещал эльф, – с того момента, триста лет назад, Драконий пик разграбили и забросили. Ну, не так чтобы совсем разграбили: южане народ хозяйственный, но внутрянку растащили солидно. А ещё в нём никто не жил из-за банального неудобства. По крайней мере, в холодное время года. И ты держи в уме, что никакой Серой крепости тогда не было. За её постройку взялись примерно восемьдесят лет назад. Да так взялись, что соседи подумали: в городе началась религиозная истерия. Половину города выселили за городскую стену, так появился Ветхий город. В центре всё изрыли, кучу зданий снесли, скалу перетесали. И это на Юге, где недвижимость священна. Жители работали день и ночь как проклятые, но при этом мы до сих пор не можем понять, как они всё за тридцать лет успели. Даже притом, что ресурсы поставляли все соседние города. И поверь мне, то, что построено над землёй – это даже не половина. А технологии? По отдельности в них нет ничего необычного, пусть позволить себе подобное могут лишь очень богатые люди. Но объёмы и то, что собраны они в одном месте – немыслимы! Использованные во Флаенбурге технологии невероятны! Взять только один городской защитный периметр! Да одни манаводы. Их там километры! Подобное даже гномы сделать не могут.

– Не смотри на меня так, – поймав мой настороженный взгляд, удручённо вздохнул эльф. – Это не прелюдия к вербовке и не попытка выудить из тебя подробности. Мы, эльфы, и так знаем о крепости куда больше, чем узнаешь о ней ты – обычный работяга. Я лишь хочу сказать, что так называемое проклятие появилось всего двадцать восемь лет назад. И с ним, представь себе, не пытаются что-то сделать.

– Ну да, замок очень необычное место, – согласился я с эльфом и тут же возразил ему. – Однако, твоя, хм, точка зрения банально не клеится с реальностью. Как по мне, в религиозной истерии ломают, а не строят. Далее Юг, судя по тому, что я успел увидеть, место богатое и могущее многое себе позволить. Был бы запрос и политическая воля. Ну и наличие Империи. Случись в городе что-то нехорошее, она бы наверняка вмешалась.

– В чём-то ты прав, – с неохотой признал Лютик. – Незадолго до строительства Культ объявил, что Флаенбург станет Столицей Юга и торговым хабом с Империей. Так оно, должен признать, и вышло. Ко всему, за полгода до тех событий, рядом с городом возник «Лабиринт запретных желаний». Первые месяцы богатства с верхних этажей везли телегами. И всё же, всего произошедшего это не объясняет.

– Ну так работайте, господин шпион, – отсалютовав эльфу гусиной ногой, я принялся наконец за еду.

В голове же моей возникла мысль, что я, очень возможно, один из немногих, кто может объяснить Лютику, что именно в городе произошло и откуда взялся неуёмный энтузиазм его жителей.

«Надо поговорить с Лавирой», – подумал я, сообразив, что вчера мы не обговаривали детали возможной встречи.

– Слушай, а как местные объясняют источник проклятия? – прожевав неожиданно вкусное и нежное мясо, спросил я.

– О!.. Тут одна легенда другую погоняет, – оживился бард. – Самая ходовая байка, что, якобы, двадцать восемь лет назад во Флаенбург заявился дракон в человеческом обличии и потребовал отдать ему содержимое некоего тайника, что находился в Небесном замке. Якобы, во время перестройки тайник нашли и вещички из него забрали. Когда же ему сказали «давай иди до свидания», он ушёл, но на прощание солидно нагадил городу.

– А такое может быть в реальности?

– Теоретически, да. О драконьей магии много всякого рассказывают. Да и драконы, особенно древние, ребята загадочные, – опять был вынужден признать эльф.

– Так тебя послали сюда разузнать о Драконьем пике? – продолжая уничтожение гуся, поинтересовался я.

– В том числе… – с кислым видом признался эльф, сменив тему. – Вчера приходил человек из цеха целителей, хотел с тобой поговорить. Я объяснил ему, что ты на работе. Он оставил адрес и просил тебя зайти к ним при первой возможности.

– Это по поводу Лики? – уточнил я.

Лютик кивнул.

Лику привезли домой позавчера вечером. Вернувшись, она так и не смогла внятно передать выводы целителей. Мы поняли лишь, что «Всё сложно, но небезнадёжно».

Оценив полный нетерпения вид сидящего напротив барда и помножив его на излишнюю болтливость, я задал товарищу вопрос:

– Дай догадаюсь, тебя утомило сидеть взаперти двое суток?

– Скажем так, условия содержания изменились в лучшую сторону. Женщины вокруг всё так же красивы, кормят, но при этом не требуют «странного», – пошутил в ответ эльф. – Да и моей балладе «творческая фокусировка» идёт на пользу, – добавил он, перейдя к «жалобам». – Но, не буду кривить душой, хорошая прогулка гарантирует подъём творческой потенции на новый уровень. Кстати, у тебя не осталось пару монет от вчерашней получки? Бедный эльфийский бард очень не прочь хлопнуть пару стаканчиков местного вина, – застенчиво пролепетал Лютик.

– Ты пьёшь вино? – удивился я.

– Нет, что ты. Только утреннюю росу и слёзы плачущих фей. От последних мои уши становятся ещё более эльфийскими, – издевательски передразнил меня бард.

– А знаешь, я бы тоже «культурно попьянствовал». Может возьмём пару бутылок и хлопнем вечером? С Ликой за компанию? – предложил я.

Почему нет? Мне вот, честно говоря, хочется напиться. Но напиваться нельзя и ненужно. А вот пропустить пару стаканчиков, вполне. А тут ещё выяснилось, что Лика младше меня всего на год.

– Арт, Арт, – покачал головой Лютик. – Я – эльф, вынужден рассказывать южанину о ваших законах. Южные традиции запрещают употреблять хмельные напитки на глазах у детей. Дети – это до шестнадцати лет. Это не закон, но за нарушение можно попасть на последствия. А твои брат и сестра, как ты заметил, просиживают с нами допоздна.

– Ну тогда слушай мою команду! – взвесив за и против, театрально заявил я, после чего крикнул в сторону комнаты сестры: – Лика, ты пойдёшь с нами «бухать» после обеда?

Дверь приоткрылась. В помещение заглянула сидящая в своей коляске сестра. Какое-то время назад, решив не мешать мне и Лютику, она уединилась к себе.

– Давайте лучше посидим вечером дома. Устроим праздничный ужин, – с неожиданным для меня энтузиазмом предложила Лика.

– Лютик говорит, что при детях нельзя, – возразил я.

– Нельзя, – кивнула Лика. – Но Диг и Анна не глупые. Просто отправлю их спать пораньше, они не будут упрямиться. Только пообещай им какую-нибудь компенсацию. А ещё, тебе лучше не появляться в тавернах… – с намеком подытожила она и зачем-то направилась в свою комнату.

– Разумно, – понимая к чему клонит сестра, согласился я. – Тогда мы ушли добывать деньги! Много денег!

Сейчас у меня на руках имелось три заряженных маной кристалла. Жадность победила и вчера перед сном я зарядил шестой оставшийся в режиме «полведра маны мимо».

Уже было понятно, что без денег в этом мире я не останусь, однако, зарядка магического кварца оказалась исключительно истощающим занятием. Зарядив вчера вечером один единственный кристалл, я проснулся разбитым. Похоже, даже с моим званием клеврета, в «неправильном режиме» мне не удастся заряжать больше пары кристаллов в сутки. Надо выходить на «правильный» режим, продвигая заодно своё магическое обучение.

В момент, когда мы с Лютиком встали из-за стола и принялись одеваться, Лика вернулась в гостиную. Подъехав к нам, она протянула мне пару серебряных монет среднего номинала.

– Возьмите пару бутылок «Оковы богов», – попросила она.

– У меня есть деньги, – возразил я.

– Я хочу поучаствовать. «Проспонсировать удачу», – настояла Лика.

– Твоя сестра знает толк в выпивке, – всполошился эльф. – «Оковы богов» – знаменитая южная марка. Очень хорошее вино. Южане вешают имперцам лапшу на уши, что оно якобы настаивается на цветах «Серебряной лозы». Её ещё называют «Оковы богов». Это очень редкое растение, растущее исключительно на магических землях, – мечтательно пробормотал эльф.

– Я знаю, видел, – беря в руки уличные ботинки произнёс я.

– Правда?! Где? – замерев, захлопал глазами Лютик.

Упс, я проговорился. Называемое Оковами богов растение мне удалось увидеть на пути в Посёлок, во время путешествия с Антоном. Можно конечно сослаться на вход в Небесный замок, но знать о моём визите в него барду точно не стоит.

Здесь стоит отдать себе – любимому должное. Не растерявшись, я сделал вид, что крепко задумался. Далее, обернувшись к эльфу, растерянно произнёс:

– Я не знаю. У меня есть уверенность, что я это растение видел. Я даже могу тебе его описать. Но где и когда, не помню.

Лютик собирался было забросать меня вопросами, но не успел. В дверь громко и настойчиво постучали. В стуке, как мне показалось, присутствовала некая неуверенность. Стучали быстро, сильно, но коротко. Словно стучавшему потребовалась вся его скудная решимость.

Бывает, что за дверью оказываются люди, которых ты никак не ожидаешь увидеть. И что самое удивительное, в людях этих нет чего-либо странного или внезапного. Люди как люди. Но не ждёшь ты их и всё тут.

Вот и сейчас, за дверью стояла молодая женщина. Брюнетка, симпатичная, высокая, пусть не так чтобы очень. Фигуристая, но опять же в меру. Крепкая, но не излишне и не той крепостью, что возникает в результате физического труда. Спортивной была та крепость.

Женщина, а точнее девушка, выглядела взволнованной. Встретившись со мной взглядом, она так и осталась стоять с видом человека, собиравшегося сказать много и сразу, но, когда дошло до дела, слова её застряли в районе лёгких.

– Доброго дня, вы к кому? – приветливо поинтересовался я.

Откровенно говоря, незнакомка мне понравилась.

Здесь в голову мою с опозданием пришла мысль, что мне необходимо, притом срочно, заказать для револьвера две кобуры. Скрытую – нательную и классическую, на пояс. Обернувшись к сестре, я попросил:

– Лика, подай мне пожалуйста коробку со стола.

– Простите… – выпалила незнакомка, развернулась и торопливо направилась от двери прочь.

– Заходите, если что… – пробормотал я в след, прикрыл дверь и принялся соображать, как мне донести оружие до мастерской.

Угадав мои затруднения, Лика первым делом подкатила коляску к комоду у стены, принявшись доставать из него наплечную сумку.

– Кто это был? – с интересом спросил Лютик.

– Не знаю, – пожал я плечами. – Домом ошиблись, наверно.

– Она выглядела сильной. Даже очень, – задумчиво пробормотал эльф.

– Девушка, как девушка, – пожал я плечами, невольно подумав, что при более располагающих обстоятельствах стрельнул бы у неё адресок.

– Ну не скажи, у неё контракт с сильным духом. Для людей подобное редкость, – прокомментировал эльф.

Получив от сестры сумку, я стал дожидаться пока она привезет от стола револьвер.

Как многие люди с ограниченными возможностями, Лика не любила, когда вокруг неё охали со словами «Не надо, я сам всё сделаю и принесу». Быстро эту штуку приметив, я и Лютик в меру её эксплуатировали, позволяя быть полезной.

В дверь опять постучали. Открыв, я обнаружил всё ту же волнующуюся брюнетку.

– Я могу войти? – выдавила она из себя.

– Да, конечно, – делая шаг в сторону, пригласил я в дом непонятную гостью.

Войдя в помещение, девушка замялась. Вся её решительность опять сдулась как проколотый шар. Старательно пытаясь на меня не смотреть, она через силу начала:

– Я…

И опять сдулась.

– Может обсудим ваше дело по пути? Нам надо в лавку магических ингредиентов, тут недалеко, – предложил я.

Собрав свою волю в кулак, странная гостья замотала головой, после чего наконец выпалила:

– Спасибо тебе за моего отца! Он мне всё рассказал! Но я всё равно не могу помочь, прости. Но я попрошу одного человека, он мне должен. То есть не человека… Он поможет. Прости… – забормотала она.

О тупняк! Как часто ты заставляешь нас выглядеть идиотами. Но иногда, пусть и редко, кроется в тебе великое благо и спасение. Вот и сейчас, подсознание моё было наполнено Антоном, Культом, вчерашними событиями, дальнейшими перспективами. Всё это отражалось на сознании, которое не сказать, что особо тупило, но не сумело с ходу сложить два и два. А ведь догадайся я кто передо мной, наверняка бы смутился, растерялся и наговорил бы глупостей.

– Всё к лучшему. Мы одобряем чужой выбор и ни к чему не смеем вас принуждать, – не понимая, за что благодарит и за что извиняется гостья, дипломатично произнёс я общие фразы.

Девушка подняла на меня пронзительный взгляд светло-карих глаз. Без труда его выдержав, я приветливо улыбнулся, подумав, что адресок всё же стоит стрельнуть. В следующую секунду произошло странное. Низко поклонившись, гостья всхлипнула, из глаз её брызнули слёзы. Развернувшись, она стрелой выскочила в дверь.

– Я сделал что-то неправильно? – уставившись на Лютика, растерянно спросил я.

В этот момент к нам подъехала Лика. Протянув мне коробку с револьвером, она очень серьёзно произнесла:

– Сейчас не могло быть чего-то правильного или неправильного. Но как мужчина ты повел себя уверенно и достойно. На мой взгляд, конечно, – замявшись, добавила она.

– Так кто это был? – опередив меня, задал вопрос эльф.

– Маргарита Нито – адамантовый авантюрист города Флаенбурга, – удручённо вздохнув, ответила ему Лика.

***

Порхо Он Тора тащили по сырому плохо освещённому коридору. Тюремщики испытывали с перемещением узника некоторые сложности, ведь будучи высоченным чернокожим островитянином, Порхо весил более ста двадцати килограмм. При этом большую часть его веса составляли хорошо тренированные мышцы.

Из-за присущей жителям Парга удивительной телесной крепости, его мучители регулярно сталкивались с разного рода трудностями. Сначала, когда их арестовывали, точнее с боем брали в портовой таверне, возникла проблема собственно «взять». И это при том, что капитан и его команда толком не сопротивлялись. Так, влупили пару затрещин особо обнаглевшим индивидам, после чего те уже не сумели подняться. Далее, когда их транспортировали в столицу, лошади не смогли сдвинуть телеги с установленными на них клетями. Пришлось пересаживать часть арестованных в ещё одну телегу. А после проблемы возникли конкретно с Порхо, когда на допросе его били и калечили, пытаясь выбить удивительной абсурдности признания. Хотя начиналось всё относительно культурно.

В столичной тюрьме капитана первым делом обвинили в контрабанде, на что он, загривком почувствовав, что дела плохи, осторожно заметил, что морская торговля не обходится без контрабанды в принципе. И что за контрабанду уплачены все необходимые взятки, а местный барон давно получил свой куш и уже отстегнул кому надо в столице.

Такой ответ ввёл следователей в откровенный ступор. Заявив, что «во всём разберутся», они перешли к следующему обвинению, а именно, к найденным на борту корабля ядам и наркотикам.

Яды и наркотики действительно имелись, однако, не в том количестве, чтобы в здравом уме обвинять в их транспортировке. Дело в том, что любой чернокожий мужчина островов Парга – в первую очередь бесстрашный воин и уже после торговец или моряк. А воину положено иметь при себе наносимые на оружие яды и дающие бесстрашие препараты. Вот только предназначены они не для продажи на берег, а на случай столкновения с кровожадными Сатурскими пиратами или с какой другой морской швалью.

Но и здесь сообразительный капитан не сплоховал, а дипломатично поинтересовался, знают ли следователи Леграмские законы, по которым, так между делом, морское судно является территорией чужого государства. И пока что-то из него не вынесено на берег, не их милейшее дело есть оно на борту или нет.

Следователям ответ Порхо не понравился, однако, они его проглотили, перейдя к следующей части обвинений: якобы он и его команда шпионили в пользу Лиги.

Обвинение, строго говоря, нелепое.

Капитан продолжил оборону, используя верных союзников – логику и здравый смысл. Первым делом он спросил, знают ли Ленграмские чиновники политическую и экономическую географию и, если да, то представляют ли где островное государство Парга находится? Ну а если представляют, то пусть ответят, на хрена ему сдались Ленграмские секреты? В виде завершающего аргумента он захотел узнать, что такого они могут передать Лиге, чего она не способна добыть сама?

После этих, разумных в общем-то вопросов, Порхо в первый раз ударили. Плечистый ленграмский дознаватель ушиб об его широкую скулу свой кулак. Более такой ошибки он не повторял и бил исключительно в латной перчатке.

Убедившись, что ответные аргументы внесены, следователи потребовали не отпираться. По их словам, один из членов команды во всём признался и уже подписал необходимые следствию документы.

Собственно, на этом моменте капитан понял, что угодил в большую беду. И не только он сам, но и его немногочисленная команда.

Далее же начался откровенный сюр.

Глядя на напряжённое лицо чернокожего капитана, довольные ленграмские чиновники перешли к следующей части обвинений, а именно, к порче ленграмского генетического фонда.

Порхо, честно говоря, даже не сразу понял, что имеется в виду. Ему великодушно объяснили. Оказывается, несколько членов команды успели посетить портовый бордель, воспользовавшись услугами местных проституток. То-есть, по мнению следователей, вступили в половую связь с представителями высшей магической расы. Подобное, по новым законам Ленграма, недопустимо, так как чернокожие островитяне не владеющие магией – низший вид. И если вдруг от такой связи родятся дети – они будут преступным плодом, подрывающим магический генотип.

Услышав подобное обвинение, капитан растерялся настолько, что даже забыл о своём поломанном носе. Самым же глупым в обвинении ему казалось то, что именно островные традиции предписывали не иметь детей от чужестранок. Но не из-за каких-то там непонятных «рас», а из-за того, что достойный воин, зачав ребёнка, должен позаботиться о нём, воспитав хорошую мать или бесстрашного мужчину. При этом дураку ясно, что в портовые бордели ходят за чем угодно, но только не ради заделать детей.

Озвучить свои аргументы Порхо не успел. Обвинения, как и разговоры, закончились. Начались требования. Требовали всего две подписи. Одну на письменном признании во всех грехах этого мира, другую на документе о добровольной передаче корабля в собственность ленграмских властей. И что, якобы, стоит лишь ему эти подписи поставить, как всех их освободят и посадят на ближайшее, идущее до островов судно.

Имелась у жителей Парга одна фатальная слабость. Они были добрыми и даже наивными людьми. Настолько, что порой с опозданием соображали, что им целенаправленно желают зла. Вот и капитан, до последнего думал, что произошла какая-то ошибка.

С другой стороны, во всё том же Парге, к капитанам судов предъявляли особое требование – хорошая сообразительность. Порхо этому требованию соответствовал.

Как человек неглупый, капитан немедленно сообразил, что, стоит ему бумаги подписать, в самом лучшем случае всех их сгноят на каторге. В худшем, они не проживут и недели.

Увы, но как вскоре выяснилось, коленными суставами и пальцами на руках он пожертвовал зря. Участь его и команды уже определили, и она не зависела от поставленных на бумаге закорючек.

Дотащив узника до камеры, тюремщики отомкнули решетчатую дверь и бросили тяжёлое тело на слой подгнившей соломы. Раздражённо пнув пленника, один из конвоиров зло произнёс:

– Одно радует, это место вы покинете в виде дерьма. В виде дерьма… – хохотнул он. – То есть, суть не изменится, а таскать легче!

Довольный своей шуткой, тюремщик вышел из камеры, после чего запер решётчатую дверь. Оценить чужой юмор капитан не сумел. Стоило телу упасть на солому, как сознание его покинуло.

***

Очнулся Порхо в довольно странном состоянии. С одной стороны, ему было очень плохо, с другой, вроде бы ничего не болело. Но вот сознание прояснилось и он понял, что боли настолько много, что она воспринимается как общий фон.

Темнота вокруг царила непроглядная. Попытавшись приподняться, чернокожий мужчина застонал и обессиленно опустился на подстилку.

– Капитан? Капитан, ты как? – настойчиво поинтересовались откуда-то сбоку.

– Плохо… – пролепетал Порхо и не узнал своего голоса.

Передние зубы отсутствовали, губы и язык распухли. В голове возникло обидное воспоминание, как один из надзирателей, подловив момент, когда он начал оправдываться, подло ударил его ногой в подбородок. От удара солидно досталось языку.

Далее мужчине стало обидно за свою глупость. Вера в разумность Ленграмской правовой системы не покидала его до последнего. Но тут же он понимал, что дело не столько в его наивности, сколько в стремительности произошедших изменений. Полгода назад, когда они прибыли на материк с богатым грузом ткани и сауриновых смол, ничем подобным в воздухе даже не пахло.

Безусловно, намеки имелись. О всех этих «высших расах» он конечно же знал, но считал их придурью местной знати. Строго говоря, капитан и представить себе не мог, что Ленграм решит прервать торговые и дипломатические отношения вот таким вот наитупейшим способом. А отношения прервутся, ведь информация в Паргу дойдёт. И когда это случится, ленграмцам дадут просраться. Не на суше, так на море. Жаль только, лично ему легче от этого не станет.

– Все мы скоро умрём, это точно, – раздался из темноты мрачный голос старпома.

– Да… Всегда страшился подохнуть от сатурского ядовитого дротика, а тут вон оно как обернулось… – задумчиво протянул один из матросов.

– Боги отвернулись от нас… – пробормотал другой.

– Отставить панические настроения! – взяв себя в руки, прошепелявил капитан.

От попытки активно командовать, превратившееся в сплошной синяк лицо дико заболело. Но это оказалось мелочью, так как в следующую секунду от неосторожного движения болью взорвалось вывернутое колено.

– Х-а-а-а-м-м-м, – сдержав крик, забулькал от боли капитан.

Разговоры в темноте сочувственно смолкли.

– Что известно о нашем положении? – перетерпев острую фазу, обратился к темноте Порхо.

– Это мы у тебя хотели спросить, капитан, – прозвучал совсем рядом голос корабельного врача.

– Меня в подробности не посвятили. В основном били и приговаривали какую-то чушь о высшей расе. Похоже все они здесь с ума посходили, – пробормотал капитан.

– Ну не скажи, корабль-то наш с грузом они конфисковать не забыли. И в бумажках обвинительных напишут не про эту свою «высшую расу», а что-нибудь про шпионаж, – недовольно проворчал старпом.

– Не будет никаких бумажек, – уверенно заявил корабельный врач. – Бумажки – это они так, по привычке. С недавних пор всех, кто не имеет «магических глаз», объявили «вторым сортом». А таких как мы, чернокожих, отнесли в разряд скота.

– Так что известно о нашей судьбе? – вернулся к заданному ранее вопросу капитан.

– Из обмолвок стражи мы сделали вывод, что завтра нас бросят на арену. На растерзание монстрам и на радость безумной толпы, – обречённо ответил старпом.

– Хотя бы умрём в бою, как воины! – вероятно пытаясь подбодрить остальных, произнёс один из матросов.

– Ага, как воины. Как бараны на бойне, – хриплым голосом прокомментировал кто-то ещё, капитан не разобрал, кто именно.

В следующую секунду в темноте раздался специфический хлопок. Любой маломальски опытный человек немедленно заявил бы, что связан он с магией. Где-то рядом приглушённо застонали, но не от боли, а от возмущения, что ли.

– Антон, я говорил тебе, что ты мудак?! – обиженно пробормотал незнакомый голос.

При этом капитан готов был поклясться, что говоривший находился не в камерах. Но откуда он взялся? Может находился здесь всё это время?

– Ты с завидной регулярностью повторяешь мне это со второго курса. На третьем, помнится, даже грозился вызвать на дуэль, с формулировкой: «Да чтоб ты сдох, мудила вселенского масштаба!» – насмешливо произнёс второй, появившийся в темноте мужчина.

– Не напоминай, – с нажимом попросил первый голос.

– Вот только не надо этого. Если бы не мои старания, девственность бы ты потерял лет в сорок, ботаник чёртов, – хмыкнули голосу в ответ.

– Куда ты нас переместил? И что это за вонь? Я чувствую, здесь есть люди… – проигнорировав подколку, забормотал названный ботаником человек.

– Ну конечно же, здесь есть люди, дурная твоя голова! – ответил некий Антон.

В темноте громко щёлкнули пальцами, после чего темнота перестала существовать. При этом случилось нечто действительно странное: в помещении стало светло как днём. Без какого-либо источника света. Просто светло и всё тут.

Похоже странность сотворённой магии осознал не только Порхо, так как тюремный блок наполнился перешёптываниями и осторожными возгласами.

Но, прежде чем разобраться в сути незнакомцев, капитан поспешил понять состояние своих людей. Не без труда оглядевшись, он понял, что всё плохо. Но не в том смысле, что члены команды истощены или ранены. Увы, нет. В нарезанном на сектора металлическими решётками помещении обнаружились пятнадцать из шестнадцати членов его команды. Отсутствуй хотя бы половина из них, это давало бы надежду, что кто-то да выживет.

Отбросив тревоги, Порхо принялся разглядывать стоявших за решёткой людей. Один из них, по меркам жителей Парга невысокий, носил коричневый кожаный плащ. Голову его, скрадывая и так непримечательную внешность, защищал короткополый шапель. На поясе «коротышки» висел полуторный меч в чёрных ножнах.

А вот второй мужчина выглядел куда более выразительно. Высокий, сутуловатый и долговязый, он был одет в кожаный рабочий комбинезон. Подобные комбинезоны – простые на вид, но пошитые из дорогих и удобных материалов, обычно предпочитали авантюристы. Особенно выделялась голова незнакомца. Вытянутая и большая, она имела гипертрофированные в отдельном рассмотрении части. Выступающий массивный подбородок, большой рот, орлиный нос, неестественно разведённые глаза, высокий лоб и массивные надбровные дуги. Венчала всё это взъерошенная рыжеватая шевелюра. При всей своей неказистости, незнакомец производил впечатление очень доброго человека. Глаза его, в отличии от присущих ленграмцам серебристых зрачков с чёрными ободками, имели светло-карий оттенок.

– Кто главный? – обведя строгим взглядом запертых в камерах людей, требовательно спросил «коротышка».

Шепот и звуки возни смолкли. Узники недоверчиво впились в незнакомцев своими тёмными глазами. Никто из команды и не думал выдавать капитана. Все ждали, когда капитан решит заговорить сам.

В голове Порхо родилась логичная в общем-то мысль, что принадлежи эти странные люди к королевским служащим, они не стали бы задавать подобных вопросов. С другой стороны, мало ли что взбредёт в голову местному руководству? Вполне вероятно, происходящее есть какой-то непонятный развод.

– Ну, не хотите, как хотите… Мы пойдём тогда, – не дождавшись ответа, показательно обиделся человек в коричневом плаще.

– Антон, хватит паясничать, – забеспокоился долговязый. – Дураку же понятно, что их лидер он… – указал мужчина на камеру избитого капитана.

– Он? Этот «красавец» с отбивной вместо лица? Да я бы его стадом коров командовать не поставил… – оценив вид пленника, насмешливо выдал «коротышка».

– Кто вы такие и что хотите? – с трудом ворочая распухшим языком, спросил Порхо.

– Дружище, ты себе пол языка отгрыз с голодухи? – возмутился человек в плаще. – Приведи его в порядок, что ли? – обратился он к своему компаньону.

– Открой дверь камеры, – попросил долговязый.

– Да пожалуйста, – пожал плечами «коротышка».

Не пожелав сдвинуться с места, он указал на замок пальцем. Внутри вклёпанной в дверь железной коробки послушно щёлкнул запорный механизм. Долговязый уверенно направился к камере, намереваясь в неё войти.

В голове Порхо замелькали мысли. Пусть ноги его покалечены, зато руки, за исключением пальцев, целы. Вполне можно попытаться свернуть долговязому шею, после, орудуя его трупом как щитом, обезвредить коротышку, ну а там видно будет. Уж лучше побороться, чем умереть просто так.