Текст книги "Хозяин Пустоши. Книга 2 (СИ)"

Автор книги: Денис Мист

сообщить о нарушении

Текущая страница: 6 (всего у книги 15 страниц)

Глава 8

Игнис и лиса тут же выскочили вперед и встали между котом и нами. И случилось то же, что два дня назад – Игнис поймал взгляд кота и они заворчали друг на друга. Лиса тоже что-то подтявкивала. Потом волк тряхнул башкой, посмотрел на меня и сел. А кот скрылся на дереве.

– Я уже думала, что драться придется, – с облегчением выдохнула Лена и убрала флакон с эликсиром обратно на пояс.

– Да, я тоже, – усмехнулся я и сделал шаг вперед.

Но Игнис поднялся и встал передо мной. Я попытался обойти, но он явно не давал двигаться дальше. Лиса тоже крутилась перед нашим отрядом.

– В чем дело, друг? – удивленно спросил я.

Разумеется, сказать он не мог и снова сел на попу.

– Ждем? – уточнил я. Он вроде бы кивнул. – Ну ладно, ждем.

– А чего ждем? – озадаченно спросила Людмила.

– Он не говорит, – весело ответил я. – Но если не волнуется, значит, ничего страшного нас не ждет. Вернее, мы не ждем.

Но дядя Миша все равно поставил парней наблюдать. А я задумался над тем, можно ли применить ментальную магию к Игнису, чтобы попытаться с ним поговорить.

Ждали мы недолго, всего минуты три. Потом перед нами бесшумно спрыгнул с ветки все тот же кот. Но теперь не один, а с котенком в зубах. И тут я понял, что это кошка. А она положила котенка перед нами и жалобно мяукнула. Лизнула свое дитя в лоб, посмотрела мне в глаза и снова мяукнула. Подтолкнула котенка ко мне. А у самой слеза из глаза катится.

Людмила тут же потянулась к пустому флакону с жадным видом, но Лена звучно шлепнула ее по руке. Я опустился на колено и медленно протянул руку к котенку.

Его серебристая шерстка с черными полосками казалась шелковой. На вид ему не было и трех месяцев, хотя размером котенок уже вымахал с обычную кошку.

– Я не понимаю. Ты отдаешь своего ребенка. Почему? – потрясенно спросил я.

В ответ кошка провела языком вдоль хребта котенка, потом лизнула себе лапу.

– Неужели не видишь? – Лена догадалась первой, села рядом со мной и погладила зверька. – Его шерсть серебряная – в лесу он будет заметен и не сможет нормально охотиться.

– Но ведь зимой лежит снег.

– Не знаю. Может, с ним еще что-то не так, если мать считает, что в лесу ему не выжить. И если не хочешь, я возьму его себе.

Лена протянула руку и бережно взяла котенка. Кошка уронила слезу и кивнула. И снова исчезла на дереве. Я посмотрел на Игниса, но он остался сидеть в прежней позе. Значит, еще ждем.

– Если бы не увидела своими глазами, не поверила бы, – пробормотала Людмила.

Наши дружинники удивленно перешептывались. Лена гладила котенка, а он прижимался к ней всем телом и низко урчал. И тут даже телепатия не нужна, чтобы понять, насколько он грустит. Я знал, что урчанием кошки не только выражают удовольствие, но и успокаивают себя.

Прошло еще немного времени и кошка вернулась. Я не удивился, увидев в ее зубах еще одного котенка, тоже серебристого. И это уже оказалась кошечка. Уже без слов я взял ее на руки.

– Спасибо, что доверилась нам. Они будут расти в любви и заботе, – пообещал я мохнатой матери.

Она лизнула своих малышей последний раз и исчезла среди рыжей листвы. Игнис тяжело вздохнул и поднялся, показывая, что можно идти дальше.

* * *

Бобровых хвостов и желез с енотов они набрали без проблем – с некоторых пор это стали простые цели. Зато вторая часть заказа Голицына выглядела сложнее. Ему понадобились реагенты для магии света. К западу от Орла тоже была зона света, но там водились в основном рыбы, слизни и ящерицы. Князю же понадобились реагенты с химер, что обитали здесь.

С одной стороны ничего странного – у всех предрасположенность к эликсирам из разных типов монстров, а из города сюда намного дальше, чем из их деревни. Но если посмотреть под другим углом, то заказ правителя Орла на порядок опаснее, чем предыдущие три. Потому и пошли выполнять его Илья и Володя. Они как раз недавно разожгли Искры до сапфира и стали сильнее. А охранять Корсунь должны не менее трех магов, как они выяснили опытным путем.

С тех пор, как вошли в зону светлой магии, разговоры прекратились. Здесь обитали крылатые кабаны и белки-единороги. Еще можно встретить светящихся пауков, папоротник, а если выйти к озеру, то собрать золотые кувшинки. Но им нужны химеры, а они опасны, потому лучше соблюдать тишину.

Илья не забывал смотреть по сторонам и под ноги, но мысли крутились вокруг Людмилы и последнего разговора с Сашкой. Да, сначала он сам подозревал красотку, но ведь она усталая и без своих эликсиров пошла на стену отражать атаку, хотя могла найти кучу причин этого не делать. И никто бы и слова не сказал. И если бы с ней было что-то не так, то другие женщины из бандитского лагеря уже сообщили бы. И вопросы про деревню Люда задавала самые обычные, и про себя рассказывала как все. Нет-нет, все с ней в порядке, а у Сашки паранойя, что неудивительно после вероломства Вадима. Конечно, он посмотрит за ней и как можно с более близкого расстояния, но не только чтобы успокоить друга, а потому что девочка понравилась.

– Ты чего такой задумчивый всю дорогу? – спросил его Владимир на привале.

Уже полностью стемнело, весело трещал костер, жир с шипением капал с мяса над ним. Олег, уже почти привычно тихий и молчаливый, сидел с другой стороны костра рядом с другими бойцами. В прежнее время он уже травил бы байки под взрывы смеха всего отряда, но сейчас он только смотрел в огонь и подкидывал в него хворост. Очень хотелось его пнуть, растормошить. Но уже и говорили, и увещевали, и пытались свести к шутке – увы, их сержант продолжал чувствовать себя виноватым и предателем, хотя его вины нет в реакции на магию.

– Да так, думаю. О Людмиле, – пояснил Илья.

– А-а, – с пониманием протянул Володя и улыбнулся. – Да, симпатичная девочка.

– Да не в том дело. Сашка подозревает ее и просил присмотреться.

– А ты не подозреваешь?

– Вот еще скажи, что ты тоже… – взвился Илья. – Ты же ее осматривал. Вот скажи, если бы она врала, это было бы заметно?

– По женской части она от осмотра отказалась. А в остальном все сходится – бланш настоящий, руки сбиты, косметики нет.

– Ну вот.

– Психологическое состояние только смущает – слишком она бодрая и веселая для того, кто три недели провел в плену. Особенно после ее прежнего образа жизни. Или же она очень устойчива. Но мы не знаем, как с ней на самом деле обращался тот бандит, – добавил Володя ложку дегтя.

– Я бы не доверял, если есть хоть малейшее сомнение, – вдруг подал голос Олег.

Илья обрадовался инициативе сержанта, но заострять на ней внимания не стал, чтобы он не замкнулся снова. Тем более имелось что сказать по теме.

– Она не похожа на ту, кто жаждет власти любой ценой. Людмила могла выйти замуж. Да, брак фиктивный, но поднял бы ее статус.

– Кто знает. Я видел, как она бродила по деревне в первый день, а после гуляла с тобой. Где ты ее встретил? – уточнил Олег.

– У арсенала. Но она даже не знала, что это он.

– А потом?

– Потом была атака. А после мы посмотрели на мельницу, терем, амбар, склад.

– Стратегически важные здания, – подвел итог Олег.

– Справедливости ради, логично интересоваться такими вещами, – вставил Володя. – Каждый должен знать, куда прийти за едой, куда за одеждой или оружием.

– Вот! – победно воскликнул Илья.

– А может быть и разведка, – добавил мрачно Олег.

– Какая разведка? Ее выгнали из города, из самой Москвы. Она должна быть обижена еще больше нас на город и систему! К тому же у нее Георгий на руке. Ну какой…

– Берегись! – крикнул Олег и прыгнул через костер, сбивая Илью на землю.

Костер зашипел и вспыхнул еще ярче. Бойцы повскакали со своих мест. Ночь разорвали короткие автоматные очереди. А Олег все никак не поднимался с Ильи.

– Володя?.. – прохрипел Илья, придавленный сержантом. – Олег?

– Сейчас, – услышал он напряженный голос Владимира.

Олега с него сняли, что позволило увидеть причину переполоха. Над костром висел черный паук размером с теленка, окруженный золотистой аурой. Он уронил на них свою сеть в надежде накрыть всех, кто сидел у костра. Но Олег увидел и успел оттолкнуть Илью. Только какой ценой…

Сеть, разумеется, сплетенная из света, упала в костер и заставила его вспыхнуть. Этой вспышкой сержанту опалило спину. Илья опасался смотреть внимательнее, насколько все серьезно. Он не врач, а воин. Быстрым взглядом Илья оценил обстановку и потянулся за флаконом.

– Лечи его, паук наш, – бросил он Владимиру и выпил эликсир.

С тех пор, как в Корсуни появились спирт и молоко, Илья перестал варить простые эликсиры. Вот и этот имел двойное действие – совмещал разрез бобра-секача и огонь из шерсти Игниса. Как только магия разлилась по телу, Илья начал действовать.

Первым делом он отскочил подальше от огня. И не только для того, чтобы не обожгло, но и чтобы лучше видеть паука. И не прогадал. Пока бойцы лупили по нему из автоматов, Сиятельный паук, как он назывался официально из-за золотой ауры и сети из света, защищался той самой аурой и не мог делать ничего больше, даже уползти. Этим Илья и воспользовался.

Он взмахнул рукой и перерезал паутину. Паук шмякнулся в огонь. От удара щит золотого света рассыпался и монстр запищал от ожога. Теперь пули достали его, еще и Илья помог разрезами, что оставляли ожоги, и, меньше чем через минуту, паук перестал дергаться.

Илья сразу бросился к Володе, что колдовал над Олегом.

– Жив?

– Помоги убрать остатки ткани, – напряженно сказал вместо ответа Владимир.

Одного взгляда хватило, чтобы понять всю серьезность ситуации. Сержанту спалило всю спину и даже затылок. В прожаренной плоти с трудом различались куски ткани от одежды. Илью едва не стошнило от вида и запаха, но он сдержался и начал осторожно вытаскивать нитки и целые лоскуты.

– Смелее, все нервные окончания сгорели, ему не больно, – ободрил Володя.

Сам он вливал в Олега магию, не позволяя отправиться в лучший мир, и осторожно исцелял уже очищенные от ткани участки спины.

И тут стало темно. Это бойцы вытащили паука из костра, но здоровая туша разметала хворост и загасила пламя.

– Дайте свет! Быстро! – прорычал Владимир. Обычно спокойный, когда дело доходило до спасения жизни, он мог и накричать, и нецензурно выругаться, и даже ударить – и хорошо, если не магией. Все это знали и старались не доводить главного врача Корсуни до греха.

Потому сразу четверо из шести бойцов включили фонарики и направили лучи на спину Олега. Раздались потрясенные шепотки «ох, ничего себе» и «да как так-то⁈», но все мужики закаленные, проверенные, так что ни один фонарик не дрогнул. А вскоре двое других оттащили тушу паука и зажгли костер.

Илья спешно убирал куски постороннего материала из ран. Если оставить и залечить, ткань начнет гнить внутри и сделает только хуже. Увы, магия лечения не растворяла и не выдавливала грязь из ран, приходилось делать это вручную.

– Охраняйте, – бросил Илья, не отрываясь от дела. – Не забывайте смотреть и вверх тоже. Не только по сторонам.

Бойцы только угукнули – они знали свое дело и развернулись лицами в темноту, как только погасили фонари. Знать-то знали, но все равно кто-то пропустил паука.

Наконец, когда у Ильи уже пальцы сводило от мелкой работы, Олег хрипло вздохнул и закашлялся. На последних каплях заряда магии Володя закончил с исцелением и устало отстранился. Он прислонился к стволу дерева, на толстой ветке которого болтался обгоревший кусок паутины, и вздохнул с облегчением.

Илья помог Олегу сесть и накинул на обнаженную спину с новой нежной кожей спальник. Сержанта трясло, он диковато поглядывал вверх, словно ожидал еще одного паука или ту же белку.

– Кто проворонил? – спросил он.

И Илья с Владимиром переглянулись с улыбками облегчения – в голосе сержанта снова звучали старые добрые нотки металла.

* * *

Мне очень хотелось назвать лису Людвигом в честь лисенка из любимой в детстве книжки, но это все же оказалась девочка, так что назвали Алисой. Котенок Лены получил имя Матиас, а свою кошечку я назвал Минервой в честь мудрой героини одной книжки. В этом мире вряд ли написали такую альтернативку про мальчика-волшебника в мире, где простые люди не знают о магии. И верно – моим спутникам это имя не сказало ровным счетом ничего. Они и иностранные имена знали только по книгам трехсотлетней давности.

Я снова мысленно возмутился тому, что появление монстров разрушило социальные связи на всей планете и заперло основную часть населения в маленьких мирках в пределах своего города. И только небольшие горстки людей путешествовали, да и то в пределах ближайших городов. В моем мире я мог долететь из того же Орла до Москвы за какие-то двадцать минут. За несколько часов до любого города Европы. За половину дня перелететь через океан. Здесь же путь в Москву занимал несколько дней, а о путешествиях на другой материк тут вообще, кажется, никто не думал. В морях и океанах тоже водятся монстры. И если на суше человек с ними на равных, то в воде преимущество точно у монстров.

Потому и воздухоплаванье тут заглохло, что монстры появились, когда оно только начало развиваться. Вот вторгнись они хоть на сотню лет позже, когда наверняка разработали бы уже реактивные самолеты, тогда и с драконами можно было бы полетать на равных.

Но это все лирика. Имеем, что имеем. Конечно, я собираюсь разобраться в проблеме монстров, но для этого нужны ресурсы, а их можно добыть только силой. Значит, сначала качаем мышцы и параллельно копим знания. Но кое-что я мог начать изучать уже сейчас. Странно, что за триста лет до этого не додумались местные. Впрочем, может и додумались, но где-то в других странах, может, на других континентах – слишком далеко, чтобы знания дошли до всех. Это значит, что каждый регион должен делать открытия сам и для себя. Надеюсь, буду таким для России. Желательно всей.

Пока это чудесное будущее. А в настоящем мы вернулись в Корсунь под удивленные возгласы сначала охраны на воротах, а потом и каждого встречного. Народ с интересом оглядывался на лису, достигающую мне середины бедра, так что я спокойно мог положить руку ей на холку без того, чтобы наклоняться. На котят размером со взрослую кошку, что высовывали любопытные мордочки у меня и Лены из-за пазухи, тоже удивлялись, но с умилением.

На подходе к терему мы услышали голоса и громкий смех. Я узнал его. И как же соскучился. Это смеялся Олег, легко и непринужденно. Значит, вторая группа уже вернулась. И у них произошло что-то, что вернуло прежнего Олега. Как же здорово! И даже снова начавшийся мелкий дождик не омрачил нашей радости.

Мы встретились, поздоровались, похлопали друг друга по спинам и дружно зашли в терем. Алиса сначала не хотела входить, но тепло и сухость помещения все же соблазнили ее. А вот Игнис остался снаружи. Не порядок. И ведь зима близко. Конечно, свободные огневолки как-то справлялись, но Игнису уже не обязательно.

– Игоря видели? – спросил я.

– Да, он у коровника с Егором. Что-то обсуждают, – ответил Илья, а сам не сводил жадного взгляда с Людмилы, которая с интересом рассматривала убранство комнаты.

– Сейчас вернусь, – сказал я, оставил Минерву Лене и отправился на поиски наших архитекторов.

Они действительно стояли у недостроенного коровника и обсуждали, с какой стороны лучше поставить сеновал.

– С возвращением, Александр. – Игорь первым меня заметил и протянул руку. – Только вернулся и сразу за дела?

– Да. – Я пожал руки им обоим. – Надо поставить домик для Игниса.

– Конуру для огневолка? – искренне удивился Егор Викторович. – Но он же дикий зверь, они живут под открытым небом. Да и из чего строить, из бетона?

– Он дает нам защиту и реагенты – должен же получать что-то взамен. Это справедливо, – ответил я. – А строить из дерева. Потом обработаем против огня и все.

– Тратить на конуру редкие реагенты? – снова не согласился Егор.

Игорь помалкивал и только хитро усмехался. Он знал меня дольше и понимал, что я не стал бы просить о ерунде.

– Домик – не конуру, – поправил я. – Реагентов у нас теперь полно. Лиса пришла с нами. Так что домик лучше делать на двоих.

– Огневолка тебе мало? – Глаза архитектора округлились и едва не стали больше очков. – Ты целый зоопарк монстров решил собрать?

– Да, – честно ответил я с широкой ухмылкой. – Так мы закроем наши потребности в куче реагентов и вдобавок получим дополнительную защиту.

– Получается то, что прежде стоило больших денег, теперь не будет стоить ничего? – уточнил Игорь.

– Для нас ничего, а в Орел будем продавать как продавали. Для Румянцевых только снизим цену.

– Хочешь ввести деньги?

– Не для жителей. А вот для расчетов с городами, да, имеет смысл держать некоторую сумму на всякий случай. Но еще обсудим, – добавил я.

– Хорошо. Тогда, может, устроить какой-то большой крытый загон для монстров? – предложил Игорь.

– Нет. Они все разные по характеру и по размерам. Даже по условиям содержания. Лучше строить под каждого индивидуально, – решил я. – По мере появления. Но да, имеет смысл подобрать место или места для их будущих жилищ. А сейчас идем, познакомитесь с лисой и котятами.

– Еще и котятами⁈ – едва ли не хором воскликнули наши строители.

– По дороге расскажу, – рассмеялся я.

Когда мы поднялись на второй этаж, в печи уже весело гудел огонь, рядом лежала лиса Алиса, котята ходили на полусогнутых лапах и изучали обстановку. Народ устроился на диванах с чашками кто чая, кто кофе. Некоторые наблюдали за котятами.

Игорь и Егор Викторович поздоровались и озадаченно посмотрели на зверинец. Но потом уселись за стол, взяли чашки и приготовились слушать о наших приключениях. Меня тоже интересовало, что же приключилось с Олегом.

– Это Никиту я видел сейчас в библиотеке? – перед началом разговоров уточнил я.

– Да, он учится читать, – ответила Вероника и улыбнулась. – Ему очень понравилось узнавать новое. И учится мальчик быстро.

– Вот и хорошо. Так что у вас случилось?

За разговорами время пролетело до вечера. Рассказы и обмен эмоциями продолжились за ужином. Мы радовались, что Олег перестал себя винить. Смеялись над тем, как бежали от медведей, потом над тем, как парни охотились за летучими кабанами.

Мы с Леной ушли отдыхать чуть раньше остальных, чтобы котята успели привыкнуть к новому дому перед сном. Лиса решила остаться с Игнисом на улице, тем более дождь закончился.

Пока Матиас и Минерва изучали дом, мы с Леной придумали из каких мисок и чем их кормить. Потом звереныши уснули рядом с нами. А среди ночи решили продолжить изучение и устроили жуткий грохот, уронив стопку посуды. Мы ее собирали и радовались, что не стали менять дерево на фарфор.

А утром я приступил к экспериментам с жидкостью из росянки. Разумеется, перед этим мы с Володей проверили, насколько она вообще пригодна для питья. Оказалось, что вполне. Лена пожелала мне удачи и отправилась дежурить на стену, а Минерва сидела рядом и очень внимательно наблюдала за моими действиями.

Начал я с самого простого, растений. Если росянка у нас растение, решил я, то и с другими растениями она должна гармонировать. Но ничего не получалось ни со звероловкой, ни с поющей кувшинкой.

– Хорошо, значит, если ты хищница, тебе надо что-то животное, – пробормотал я и добавил в новое варево шерсть Игниса.

Влил магию. Получил ответ. И из плошки повалил густой зелено-желтый дым. В носу защипало, на глазах выступили слезы. Я тут же вскочил открывать окно. С возмущенным мявом Минерва выпрыгнула на свежий воздух. Кто-то бежал по улице. Но перед глазами плыло и я не понял, из-под окна или мимо.

Глава 9

– Эй, я тебе что, понравился? Да отвяжись, рыжая, – возмущался Илья. – Алиса, отстань. Ну ты же все понимаешь, так Сашка сказал. Уф, да что с тобой не так? Ой…

Он шел в библиотеку, а тут появилась лиса и начала крутиться под ногами. Сначала Илья пытался ее обойти, но в итоге сменил маршрут. Алиса не отставала и не давала идти вперед. Пришлось снова свернуть. И тут он налетел на Людмилу. Или она на него. Илья на автомате подхватил ее, чтобы не упала, да так и оставил руки на талии – держать красотку оказалось приятно.

Она бежала, словно за ней стая щитомордых медведей гналась. Глаза огромные и… странный запах, словно что-то протухло. А следом за ней бежала Минерва.

– Люда? Ты чего как на пожар? – удивился Илья.

– Я не на пожар, а с него, – выдохнула она и нервно обернулась.

Он посмотрел в ту же сторону и увидел, как из окна дома клубами вырывается зелено-желтый дым. И это дом Сашки, осознал Илья. Он тут же отпустил Людмилу и побежал к дому. Алиса, надо сказать, больше не мешала. А к дому главы деревни спешили еще люди, некоторые с ведрами.

Людмила помялась, но тоже пошла туда же.

На другой стороне улицы Никита недовольно поджал губы, покачал головой и отправился в библиотеку. Покосился на двух парней, что затеяли какую-то игру с палками и мячом. Еще четверо мальчишек его возраста сидели чуть поодаль и наблюдали. Или ждали своей очереди. Никите это было не интересно.

Конечно, в первые дни он присматривался к сверстникам, но они казались ему глупыми и скучными. Какие-то игры, бестолковые бега по деревне. Зачем? Хочешь побегать, так иди в лес, пробегись за зайцем – хоть пользу принесешь. А тут мяч какой-то. Слово-то какое дурацкое. И смысл за ним бегать, да еще и с палкой⁈ Лучше в библиотеку зайти – там столько всего интересного. Ему еще учиться и учиться читать, а они же умеют и не пользуются. Глупые дети.

И взрослые тут… Слишком добрые. И ведь не послушают сейчас – он для них вон такой же как эти, что с палками бегают. Доведет их эта доброта. Ничего, добудет доказательства и тогда послушают.

С такими мрачными мыслями Никита скрылся в тишине библиотеки. Взял букварь, сел за свой любимый стол в самом дальнем углу и продолжил учиться читать. Тетя Маша показала ему основы, теперь он продолжил сам – так интереснее, чем когда тебе все разжевывают.

* * *

Я глотнул свежего воздуха и закашлялся. Дым продолжал валить, едкий не только на вид, но и на запах. Воняло хуже, чем в тот раз, когда росянка переваривала медведей. Даже сравнить не с чем.

Но пора выбираться, пока не задохнулся окончательно. Я вытер слезы и посмотрел в сторону двери. Нет, все в дыму – нормально набрать воздуха в грудь не получится, не добегу. Я перевалился через подоконник и вывалился на улицу с мыслью, что кошка это сделала намного элегантней.

Сгруппировался в ожидании удара о землю, но меня подхватили чьи-то руки и бережно уложили на землю. Перед глазами еще плыло, но голоса я узнал – Илья и Людмила наперебой спрашивали, как я и что случилось.

– И что же ты намешал, милый? – А этот насмешливый голос принадлежал Лене.

– Явно что-то не то, – с неудовольствием ответил я и закашлялся.

Мне на лицо пролилась вода и нежные руки любимой протерли глаза. Теперь я смог проморгаться и осмотреться.

Дым уже почти иссяк и вытекал из окна тонкой струйкой. Толпа, что явно набежала на происшествие, уже рассасывалась. Я лежал под окном в окружении Ильи, Лены и Людмилы. Она-то тут что делает? Подошла Минерва и села рядом, глядя на меня неодобрительно.

– Значит, так. Пока этот аромат не выветрится, домой не приду, – с насмешкой предупредила Лена.

– Какая неожиданность – я тоже. Только одежду надо вытащить и проветрить, – с улыбкой ответил я и огляделся. – Свободных домов не осталось, да?

– Да, так что придется решать, к кому идти в гости.

– Зачем? – удивилась Людмила. – У вас же целый этаж пустует в тереме. Ой. Или это секрет?

– Не секрет и идея хорошая. Спасибо, Люда, – тепло улыбнулась ей Лена.

– Ага. А что это было? – полюбопытствовала она.

– Что-то не то смешал. Хотел реагенты попробовать в новом составе, – проворчал я.

– Попробовал? Больше не будешь? – все в том же тоне спросила Лена.

– Буду, конечно. Только в другом месте, где лучше вентиляция.

Илья закатил глаза, Людмила с непониманием уставилась на меня. И только Лена похлопала меня по плечу.

– Может, тогда на свежем воздухе, м? – предложила она.

– Отличная идея, – со всей серьезностью поддержал я. – В хорошую погоду. А в плохую…

– А в плохую ты будешь сидеть дома и варить уже известное, – фыркнула она.

И тут я поднял на нее глаза и увидел напряженный взгляд при беспечной улыбке. И тут понял: тут же Людмила, а при ней лучше не обсуждать серьезные вещи, пока мы не решили друг она или враг.

– Да, как вариант, – не стал я по этой причине пререкаться.

Еще вспомнил, что все еще валяюсь и поднялся. В голове еще шумело, но на ногах стоял твердо. И ощущал себя школьником, устроившим взрыв на уроке химии. В моем случае алхимии.

– Ладно, я вынесу вещи и пойдем обживать княжеские хоромы, – добавил я.

– Да, хорошо, что никто не пострадал, – заметила Люда и добавила как бы между делом: – Так что ты пытался сделать?

– Я же говорил: что-нибудь новое. Но не получилось, – отмахнулся я. И даже не пришлось изображать досаду – я ее реально чувствовал.

Нет, правда обидно, что не получилось. Хотя надо проверить.

– Ну… ладно. Пойду тогда, – разочарованно вздохнула она.

– Спасибо за участие, Люд, – немного сгладил я неловкость.

– Ага, – ответила она и удалилась.

– Ну зачем ты так? – посетовал Илья и побежал догонять блондинку.

А я подошел к двери, продышался, задержал дыхание и нырнул в дом. Дым к этому времени рассеялся, глаза больше не разъедало. Я поспешно начал хватать вещи и закидывать в рюкзаки, даже не пытаясь аккуратно сворачивать. Разумеется, брал только самое необходимое. Когда легкие начали гореть, я выскочил из дома и с наслаждением вдохнул пряного осеннего воздуха.

– Все взял? – спросила Лена, забирая свой рюкзак.

Кошка сидела рядом с ней и наблюдала словно бы с недоумением за моими действиями. Пока меня не было, к ней присоединился и Матиас.

– Из вещей, кажется, да. Но кое-что хочу проверить. Я сейчас.

И я вернулся в дом. Сразу подбежал к столу. Варево не выкипело. От удивления я вздохнул. И понял, что вони больше нет. Как странно. Проверил варево… а оно эликсир! Я даже выпустил немного магии. И жидкость слабо засветилась оранжевым. С одной стороны так и должен выглядеть огненный эликсир, но кто знает, каким он стал при измененной основе.

– Ничего себе, – выдохнул я и перелил во флакон.

– Саша? Ты там как? – раздался от входа взволнованный голос Лены.

– Лучше всех. Заходи, – откликнулся я.

– Смеешься⁈

– Смог бы я говорить при задержке дыхания?

Дверь сразу открылась и Лена зашла. А я тем временем закрывал окно, чтобы не выстуживать дом дальше. Котята с осторожностью последовали за моей девушкой. Принюхались, осмотрелись. Матиас чихнул, но опасности наши зверята не обнаружили и запрыгнули на печку, где начали вылизываться.

– И что это было? – озадаченно спросила Лена.

– Хотел бы я знать, – вздохнул я и поставил на стол флакон с новым эликсиром.

Она удивленно взяла его в руки, посмотрела, даже взболтала. И поставила обратно.

– Чистый, без осадка. И что он делает?

– Я делал его из шерсти Игниса. Но реакцию ты видела. Свойства надо смотреть на деле. На полосе отчуждения, думаю, чтобы ничего не поджечь.

– А еще лучше у самой воды.

– Верно, – согласился я. – Пойдем?

– Володю только с собой захватим. И пойдем после обеда.

С этим я тоже согласился. И мы стали разбирать вещи обратно под ворчание Лены о том, как я все скомкал.

– Ну что, Мечников, приступим? – с иронией уточнил Владимир.

Конечно, он согласился присутствовать, хоть и поворчал для порядка. Но я видел живой интерес у него в глазах.

– Почему Мечников? – удивился я.

– Один из первых эндокринологов, жил в девятнадцатом веке. Ставил на себе опыты для создания вакцин, – пояснил он.

– А, ты об этом, – протянул я. У нас тоже такой жил в то же время, но я забыл, что после восемнадцатого года двадцатого столетия наши версии истории разошлись. – Ладно, приступим. За тебя, Игнис.

Огневолк сидел тут же и наблюдал, склонив голову на бок. Котята в этот раз предпочли остаться дома на теплой печке. Лиса где-то шастала.

Я отсалютовал флаконом с новым эликсиром и одним глотком осушил его. Горло привычно обожгло, как и любой другой огненный эликсир. Я прислушался к ощущениям.

Через три секунды, как и положено, по телу прокатилась волна пробуждения магии, кончики пальцев защипало от жара. Я осторожно зажег на ладони язычок огня… И он едва не спалил мне лицо! Вместо маленького свечного огонька я зажег буквально факел.

– Осторожнее! – вскрикнула с тревогой Лена.

– Ничего себе не спалил? – обеспокоенно добавил Володя.

– Нормально, – ответил я и нервно дернул уголком рта. – Эликсир оказался мощнее.

Во избежание травм я выставил руку и со второй попытки нашел верную градацию силы, чтобы заряд выходил именно таким, как мне надо. А после занялся экспериментами с мощностью и дальностью. И не только. Я создавал фигуры из огня, проложил пылающий мост через реку, создал огненную розу перед Леной, да такую детальную, какая не получалась у меня и в родном мире!

Володя удивленно смотрел на это. Лена восхищалась, смеялась и хлопала в ладоши как маленькая девочка. А я ощущал себя могущественным огненным магом.

Но через минут десять наслаждение силой оборвалось мерзким писком в ушах. В глазах потемнело. Неужели Алиса подкралась и решила пошутить⁈ Но нет, тогда бы нос не заложило. Я чувствовал себя так, словно на голову накинули пыльный мешок. И внезапно сдернули.

В глаза ударил ослепительный свет. В уши ворвалась какофония звуков. В нос ударил настолько острый запах опавших листьев и реки, что захотелось зажать его. Только я не знал, что же закрывать, нос или уши. Хоть глаза мог зажмурить. В итоге я не нашел ничего лучше, чем сесть на корточки, сдавить ладонями уши и сунуть нос в колени.

И все равно я услышал топот друга и возлюбленной. Да что происходит⁈ И почему Игнис остался на месте, хотя обычно он подбегает первым, если со мной что-то не так?

– Саша? Сашка, что случилось? – наперебой спрашивали Володя и Лена.

– Тише, – простонал я. – Не орите.

Они замолчали. Даже замерли. И тут я понял, что чую их удивление. Да, этот терпкий запах я опознал именно так. Как так? Что происходит? Но в таком положении мне не разобраться. Потому я осторожно поднял голову, продолжая зажимать уши, и глаз не открыл.

С опаской вдохнул. Так и есть, я чувствовал удивление Владимира и страх Лены. К ним примешивались запах рыбы из реки и ароматы осени – опавшие листья, жухлая трава… птичий помет. Особняком стоял горячий запах Игниса. Волк сохранял спокойствие, словно понимал, что со мной происходит. Я подышал, привык к тому, что ощущаю запахи острее. Немного привык к новым ароматам. И осторожно отнял руки от ушей. Зрение решил возвращать себе последним, чтобы глаза дополнили картину.

Потрясающе. Я слышал, как легкий ветерок перебирает шерстинки огневолка. Оказывается, они всегда немного тлеют и шуршат на ветру. Слышал напряженное сопение Лены и тяжелое дыхание Володи. А как мелодично, оказывается, плещется река! И куча других звуков, половину которых я еще не понял, но они сейчас не настолько важны. Так что рискнул открыть глаза. Открывал медленно и осторожно, но все равно свет оказался ярче, чем я ожидал. Снова закрыл, продышался и начал открывать опять.