Текст книги "Хозяин Пустоши. Книга 2 (СИ)"

Автор книги: Денис Мист

сообщить о нарушении

Текущая страница: 11 (всего у книги 15 страниц)

– Вот как. И что же вас навело на это решение? – уточнил я с насмешкой.

– Так вы нам ничего не сделаете, – осклабился второй, который уголовник. – На пытки у вас кишка тонка, разве что побьете немного.

– Нет, бить мы вас не будем, – вздохнул я и подошел ближе. – А пытки бывают разные.

Я уже знал ответ на их браваду и теперь делал вид, что размышляю. Посмотрел на одного, другого. Поднял руку и шевельнул пальцами. У того, что без шрама на руке, уши превратились в деревяшки. Разумеется, я оставил слуховые проходы. Уголовник охнул, здоровяк отшатнулся, а сам пострадавший еще ничего не понял. Я же сделал вид, что размышляю, и шевельнул пальцами еще раз. И его нос удлинился и стал веточкой с листиком. Теперь он заметил и вскрикнул. Потрогал нос и уши. В его лазах заплескался ужас. А я наслаждался – такую магию применял впервые. И это оказалось интересно и сильно. Такой простор для фантазии. Интересно, какие ограничения? Смогу ли, например, вернуть все в исходное состояние? Я потому и сделал именно это, что такие изменения не повредят жизнедеятельности. Мои друзья только улыбнулись. Артем одобрительно кивнул.

– Ну что? Общаемся или перехожу к другим выступающим частям тела? – небрежно уточнил я.

Парень инстинктивно опустил руки к паху. Как-будто это сможет помешать магии.

– Мы ничего не знаем. Правда, – сказал он. Наглость ушла из голоса, теперь в нем дрожал страх. – Верни мне мой нос. И уши!

– Не думаю. Это напоминание, что пытки бывают разными. А вы имейте в виду, что связались с магами. У нас другой подход, – лениво заявил я. – Итак, сколько вас тут?

Кажется, парень впал в ступор. Неужели я перестарался?

– Мы не знаем, – мрачно сказал уголовник. – Я знал только о нем, мы шли вместе. Нашей задачей было отвлечь вас от других. Только нас оттерли в конец очереди и пришлось импровизировать.

Я вспомнил, что тогда при собеседованиях сам периодически отвлекался на шепотки и опасения, что кого-то не примут, с островка посреди зыбучего песка. Только не обращал внимания. А зря, как выяснилось.

– Я вообще ни о ком не знаю, – добавил Алексей мрачно. – Я должен был попытаться убить тебя. А если не получится, то быть рядом со второй машиной из Орла, когда она прибудет.

Как они сразу запели. Стоило только начать превращать одного из них в Буратино. Но запели интересно.

* * *

Людмила уже не слушала. Она поняла, что делает Ира – каждому дает его кусочек информации, чтобы ни один из исполнителей не смог выдать план целиком даже случайно, не то что намеренно. Значит, и из этих троих ничего не вытащить.

Она тронула за руку Лену и постучала пальцем себе по виску. Лена поняла верно и коснулась ее сознания. Так Людмила и свои соображения передала, и доказала верность.

После этого Лена шепнула что-то Александру. Он удивился, но кивнул. На том допрос и закончился. На следующий день Образцов повел отряд на охоту, а Люда осталась скучать в деревне. Впрочем, скучать не приходилось, в деревне постоянно что-то происходило – то монстры нападут, то кто-то из новеньких что-то учудит. И Илья составлял компанию. Она понимала, что нравится ему, но еще не понимала, нравится ли он ей.

Две недели прошли незаметно. Однажды ворота открылись и в деревню въехали три грузовика со знаком князя Голицына на кузовах. Саша с отрядом еще не вернулся, но Людмила все равно собиралась играть на стороне Корсуни до конца. Кто же знал, что все так обернется…

Глава 16

Допрос закончился быстро и почти без результата. Каждый из троих знал только свою задачу. Здоровяк Алексей должен был попытаться меня убить. За это его детей, родившихся в Пустоши, должны были забрать в город. Задачей уголовника было следить за Людмилой и в случае необходимости напоминать о семье, если бы его пропустили. Парень без шрама готовился к смерти. Оказалось, что у его семьи проблемы и его жертва должна была их решить. К моему и его облегчению я смог вернуть его уши и нос в нормальное состояние. После чего оставили их в камерах, чтобы передать Голицыну через две недели с его караваном. Я не собирался брать на себя ответственность за их судьбы, а они ничего нового не узнали и рассказать не смогут.

А на следующий день мы отправились в путь. Разумеется, Лена пошла со мной, а еще Стас, Вероника и Володя. Отряд бойцов возглавил Олег. Разумеется, Игнис тоже составил нам компанию. И, к всеобщему удивлению, котята. А вот Алиса осталась. Как я понял из нашего разговора, она опасалась привлечь еще одного василиска.

Две недели. Казалось бы довольно большой срок. Но и территории Пустоши огромны. Пустошь… кто додумался так назвать бескрайний лес, полный жизни? Опасной, да, но жизни. Так, отвлекся. План я составил большой. Успеем ли за две недели? Если и нет, к прибытию груза нужно обязательно вернуться в деревню.

Нам предстояло пересечь две зоны магии на пути к ментальным животным. Разумеется, по пути мы искали росянки и собирали их сок. Потом я очень рассчитывал найти еще монстров для приручения. Желательно посильнее. С нами пошел Стас, он и предложил несколько вариантов.

– Надеюсь, ты не думаешь о драконах? – уточнил он с улыбкой, когда мы подходили к зоне с ментальной магией.

– Думаю, конечно, – ответил я невозмутимо. – Но понимаю, что будет большой удачей найти яйцо или детеныша.

– Я бы предложил поговорить с уже взрослым. Если он будет слушать Игниса. Но скорее сначала попробует нас съесть, – заметил Стас. – Но можем начать с чудовищ попроще. Под Воронежем водятся мантикоры. Правда, я не знаю, насколько они разумны.

Мы дружно посмотрели на Игниса. После второго применения эликсира из росянки без сил я больше не падал – накачал нужную магическую мышцу, как посмеялся перед расставанием Илья. Но и использовать ценный ресурс просто ради возможности поговорить все мы дружно считали расточительством. А кивнуть огневолк мог и без эликсира. И сейчас он кивнул.

– Вот и отлично. Еще там недалеко обитают медведи с магией растений. – Мы снова посмотрели на Игниса. Он закатил глаза, но кивнул. – И вороны с темной магией. – Мой волк снова кивнул.

– Значит, у нас на повестке четыре зоны, – сделал я вывод. – Насколько они большие?

– Самая большая у мантикоры, примерно десять квадратных километров. Остальные по два-три. Между ними всякое разное с довольно слабыми монстрами.

– Но сначала ментальная. Кто нас ждет?

Ждали нас куропатки, суслики и барсуки со странными жгутиками в височных долях. Увы, магию давали не жгутики, а те образования внутри голов, откуда они росли. Так что эти создания, хоть и обладали магией разума, разумными не были. Их мозгов хватало на то, чтобы понять действия охотника и спрятаться или улететь.

Тактика на них выглядела довольно просто: находим монстра, окружаем и начинаем думать каждый о чем-то своем. Он путается и замирает на месте. Тут мы его и ловим. Впрочем, тварь может начать метаться или нападать. Тогда убиваем. Главное, голову ему сохранить в целости.

Но жили тут создания и опаснее. Правда, встречались реже. Разумеется, нам «повезло». Мы поймали двух куропаток, барсука и трех сусликов. С них реагентов получилось примерно на три десятка порций. Конечно, хотелось еще, но время поджимало, потому мы отправились дальше.

Нам оставалось пройти каких-то метров двести до границы зоны ментальной магии, как вдруг Матвей замер. Снял с плеча автомат и направил на Володю. Игнис зарычал и затряс головой. Еще двое бойцов повторили действия Матвея. Я услышал шум в голове, появилось настойчивое желание взять кинжал и провести им Лене по горлу. Стас притянул Веронику к себе и сжал ее руки – к их ногам упал кинжал. Значит, ей сложнее сопротивляться. Минерва у меня на плече зашипела. Ей вторил утробный рык Матиаса.

– Что происходит? – напряженно спросил я, сжимая рукоять кинжала.

– Назад. Это нетопырь, – глухо произнес Стас.

Я не стал говорить, что предупреждать надо заранее.

– Олег назад, – приказал я первым делом, пока наш сержант не вошел в зону атаки монстра. Зная его восприимчивость к магии, он не будет просто держать на мушке, а сразу нажмет на спусковой крючок.

Но Олег проявил себя намного лучше, чем летом на площади деревни. Он послушался, конечно, но смог сгрести в охапку Матвея так, что тот не выстрелил. Лена стояла и ничего не могла сделать под дулом автомата другого бойца. Игнис поджал хвост и начал отступать следом за Олегом.

– Если он умеет внушать, значит, разумен? – предположил я. – Игнис, если я прав…

Огневолк глухо зарычал, но остановился.

– Игнис, у нас пат… тупиковая ситуация. Одно резкое движение и мы начнем драться друг с другом. Поговори с нетопырем. Скажи, что мы не желаем ему зла, но будем защищаться, если он вынудит. С нами лучше дружить. Скажи про деревню, про Алису, – попросил я.

Но он не двигался с места и только мотал головой.

И тут Минерва спрыгнула с моего плеча, ловко забралась на дерево и побежала по ветке. Матиас мявкнул и последовал за сестрой. Я опасался повернуться и посмотреть, куда их понесло – на меня тоже смотрело дуло автомата. Одной рукой я продолжал сжимать кинжал, не способный его выпустить, зато другой нащупал флакон и снял его с пояса, готовый пить и атаковать.

Так мы стояли еще минуты две. Потом Игнис перестал мотать головой и посмотрел куда-то вверх. Еще через минуту у меня пропало желание резать горло любимой девушки, а бойцы опустили автоматы и схватились за головы, как при сильной боли.

«Дети говорят правду?» – неожиданно раздался у меня в голове мелодичный мужской голос.

«Зависит от того, что они говорят. Я их сейчас не слышу,» – ответил я, догадываясь, что это нетопырь. И, судя по лицам других магов, они тоже слышат.

Видимо, нетопырь полез в головы всем, но простые люди его не услышали.

«Отпусти тех, кто с оружием. Они тебя не слышат, но испытывают боль,» – попросил я.

«Ты же понимаешь, что мне все равно,» – с насмешкой превосходства заявил он.

«Ты же понимаешь, что в этом случае мы не договоримся,» – вторил я ему. И изобразил в голове картину боя, где мы побеждаем. Пусть с потерями, но побеждаем. И следом другую, где мы все вместе возвращаемся в Корсунь.

«Хмм… Да, вас больше, с вами лучше дружить. Но какой мне прок от людей? Еду я добываю себе сам. Здесь мне никто не указ.»

«Хорошо. Не хочешь – навязываться не будем. Тогда просто пропусти нас. Мы же тебя не трогали, просто шли мимо.»

Увы, нетопырь прав – нам нечего ему предложить.

«Но если передумаешь, скучно станет или еще что, прилетай. Ты теперь знаешь дорогу,» – добавил я.

«И никакого торга? Пф, скучный ты, человек. Идите. Да, я не сразу понял, что в вас сила, иначе бы не трогал.»

Воздействие на сознание прекратилось. Все мы вздохнули с облегчением. Я сразу закрутил головой в надежде увидеть нетопыря. Он висел в переплетении веток высоко над нами, с коричневым мехом, огромный настолько, что вполне мог бы поднять человека. Не удивительно, что не побоялся напасть на нас.

Заговорили мы снова, когда вышли из зоны ментальной магии. Это ощутили все – дышать словно стало легче, как-будто все это время каждый нес неудобный мешок на плечах и не замечал этого.

– Стас? – только и сказал я.

– Я думал, кузен шутил, – подавленно сказал он.

– Эта шутка нас только что чуть не съела, – нервно хихикнула Ника.

– Не выпила, – механически поправила Лена. – Они вампиры. Только без магии крови.

– У них вообще естественные враги есть? – спросил я. – Или они и василиска завалят?

– Василиски, драконы, мантикоры и даже танцующие вороны могут заклевать, – усмехнулся Владимир. – Это здесь он вершина пищевой цепи, а вылетит в другое место или кто прилетит к нему, так и станет вторым блюдом.

– То есть любой, кто быстрее или способный противостоять ментальной атаке? – уточнил я.

– Да. Вон, даже Игнис сопротивлялся, только ничего сделать больше не мог.

Так я понял, что бравировать умеют даже монстры. Но мне действительно нечего было предложить нетопырю, пока он не познал горя.

А дальше нам сопутствовала удача.

С вороном договорился Игнис. Оказалось, что за темную магию у него отвечают перья и они постоянно растут. Он их сбрасывает, конечно, но растут они быстрее. Потому, как Алиса рискует однажды упасть под грузом кристаллов, так ворон станет комком спутанных перьев и погибнет, прикованный к земле. Так что ворон отправился с нами дальше. Я лишь сожалел, что у нетопыря нет подобных слабостей.

– Я назову его Полночь, – улыбнулся Стас.

Да, ворон выбрал его. Только сейчас возмущенно каркнул и нахохлился. А мы рассмеялись.

– Кажется, ему не нравится женское имя, – заметила Ника.

– Хм… тогда… Те… нет, тоже женский род, – смутился Стас и задумался.

– Каррак, Эберус? – перечислил я, глядя на большую птицу. Но ворон молчал. – Пепел?

Ворон снова каркнул, но уже положительно.

– Пепел? – уточнил Стас и получил утвердительный кивок. – Ладно.

Через три дня мы вытащили из капкана медведя. Правда, потом еще два дня скрывались от воронежских магов, которые этот капкан поставили. Но мишка пошел с нами в благодарность за спасение. К тому же магия растений жила у него на когтях и они… логично росли. Мы так его и нашли – по следам когтей на деревьях. Он так обрадовался исцеленной лапе, что всем своим большим сердцем прикипел к Володе.

Нашли мы и детеныша мантикоры, уже подростка ростом с пони. Он плакал рядом с тем, что охотники оставили от тела его матери.

– Я не понимаю, зачем было срезать весь хвост, если нужен только сам яд, – хмурилась Лена. – И крылья… ох… мы ведь и сами были такими, да?

– Да. Пока кое-то не указал нам другой путь, – слабо улыбнулся Володя и посмотрел на меня.

Я не стал скромничать, опускать глаза, шаркать ножкой. Зачем, если это правда.

– Иногда нужно посмотреть на вопрос под другим углом, – только и сказал я.

Детеныш в это время обнимался с Никой. А потом пошел с нами. Он сказал, что сейчас мал и слаб, но обязательно отомстит тем, кто это сделал с его матерью. Мы обещали помочь – искренне. Но теперь я задумался, за что мантикора едва не убила Кирилла Румянцева?

Мантикоры сильные монстры, одни из сильнейших. Жало на конце хвоста ядовито, зато слюна исцеляет. Клыки и когти острее сабель, при этом монстр способен парализовать волю жертвы рычанием.

С точки зрения эволюции такой набор казался избыточным. Но если верить легендам, что монстры порождения демонов, то о логике можно забыть.

– Надо добыть кого-то и тебе, родная, – заметил я и обнял Лену.

– У меня есть Матиас, мне пока хватит, – улыбнулась она и положила голову мне на плечо. – Нам пора возвращаться – едва успеваем.

В Корсунь мы пришли, когда грузовики уже собирались в обратный путь. Потому наших новых друзей мы попросили побыть за частоколом – не надо людям Голицына их пока видеть.

Мы приближались к грузовикам, когда увидели зеленоватое свечение между домов. Через минуту оттуда вылетел Никита и врезался в Лену. Следом оттуда же появилась Людмила, раздосадованная и встревоженная.

– Это она! Она предательница! – вдруг закричал Никита и указал на нее.

* * *

Ворота открылись и на главную улицу Корсуни въехали три грузовика с тяжелой осадкой. Ехать им предстояло не очень далеко – склады поставили не в самом конце деревни именно для того, чтобы городские не увидели слишком много по пути к ним.

Людмила бросила взгляд на Илью, что стоял на частоколе над воротами, получила от него ободряющий кивок и на ватных ногах пошла за машинами. Почему-то сейчас она волновалась сильнее, чем месяц назад, когда шла по деревне как ее враг. Оказывается подвести друзей страшнее, чем шантажиста.

Машины уже разгружались. Люда встала у второй машины и стала ждать.

– Где тебя носит, баронесса? – От голоса с легкой хрипотцой она едва не подпрыгнула и начала оборачиваться. – Нет. Не вздумай. Тебе меня лучше не видеть.

– Хорошо. – Людмила замерла и снова обратила внимание на разгрузку. – И что мне делать?

– Поможешь с разгрузкой, – усмехнулся мужчина за спиной.

– Я должна таскать ящики⁈

– Нет. Твое дело отвлечь это отребье, – с презрением сказал он. – Вон те двое – капитан и парень с ним. Пойди и сделай так, чтобы они отвернулись. А мы пока заберем… неучтенный товар. Услышишь свист, возвращайся. Подойдешь к водиле второй машины и ответишь на вопросы. Все, ступай.

Людмила скрипнула зубами, но пошла. Договорились, что она будет играть роль, значит, придется играть. Только никто не думал, что все будет именно так.

– Дядя Миша…

– Началось? – только и спросил капитан. Конечно же он был в курсе.

– Да. Мне велено вас отвлечь. Чтобы вы смотрели в другую сторону. – И Люда показала куда-то на частокол. – У него хриплый голос. Если услышу, узнаю. Лица не видела.

– Если он не специально хрипит, – заметил парень. – Капюшон глубокий.

Дядя Миша и его помощник дружно обернулись и стали делать вид, что чего-то обсуждают. Они не волновались – Иван и Сергей притаились один на крыше, другой между домов и видели достаточно. Должны были.

Так они простояли минут пять.

– Ничего, Ваня должен был заметить, – успокоил ее капитан. – Не нервничай так, надо тебе было чаю с ромашкой попить, а то трясешься как тот лист. Все хорошо будет, девочка.

Тут раздался свист. За ним ругань. Все логично обернулись и увидели, как двое грузчиков, что приехали с караваном, уронили ящик, откуда рассыпались рулоны ткани. Хорошо, что к этому времени дороги уже замостили, а первый морозец сковал землю. Так что ткани не сильно пострадали. Но мужики стояли и орали друг на друга.

– Вы чего орете? – Людмила подошла и прикрикнула. – От ваших слов рулоны не поднимутся и на склад не попадут. Ну-ка, быстро подхватили и понесли. И молча!

– Молодец, сориентировалась, – с насмешкой похвалил ее все тот же хриплый голос за спиной. – А теперь к водиле.

Она послушно подошла к кабине второй машины, откуда выглядывал молодой человек не старше нее самой, и невзначай обернулась. Увы, опознать того, кто ей приказывал среди суетящихся грузчиков из местных и приезжих было невозможно – все вели себя одинаково.

– Госпожа Анна не хочет рисковать и вытаскивать вас из деревни лишний раз, госпожа, – негромко сказал он. – Потому велено, чтобы вы через меня передали последние новости.

– Какие новости? Образцова уже две недели нет. Тех, троих олухов с вами передадут. Знаю только, что он нашел что-то в лесу, и теперь пробует это использовать в эликсирах. И…

Тут Люда поймала на себе взгляд. Никита! И довольно близко. Он ее слышал. И сейчас может все испортить!

– Нас заметили, – только и бросила она водителю и быстрым шагом пошла к мальчику.

Никита стоял на углу одного из складов и все слышал. И побежал, как только Людмила пошла к нему. Она маг, может, уже что-то выпила и теперь ей достаточно щелкнуть пальцами, чтобы от него осталась горстка пепла. А он должен рассказать. Должен сделать хоть что-то полезное для людей, что оказались так добры к нему.

Только сначала надо спрятаться и переждать. Никита юркнул между домов. И лишь теперь понял, что лесные инстинкты тут не работают, что надо не прятаться, а бежать, быть на виду у людей, тогда она ничего не сможет сделать.

Но поздно. Он обернулся и увидел ее прямо перед собой. Людмила нависла над ним. Схватила за плечо и прижала к стенке дома.

– Послушай меня, мальчик, – вкрадчиво сказала она. – Ты лезешь не в свое дело. То, что ты увидел, не то, чем кажется. И если сейчас побежишь и начнешь кричать, все испортишь. Ты навредишь…

От страха Никита почти не разбирал ее слов. Зато он умел выживать. А для этого сейчас надо вырваться. Но как? Она держит. Надо найти выход. Надо…

И тут в груди у него что-то взорвалось. Словно там с рождения дремало что-то горячее в защитной капсуле. И вот теперь оболочка треснула и нечто вырвалось на свободу, потекло по телу. Особенно жарко стало левой руке.

Людмила явно тоже это увидела или ощутила, потому что отпустила и посмотрела удивленно вниз. Он тоже посмотрел. Пустое гнездо в печатке, что выдал ему месяц назад Кирилл Румянцев, наполнялось светом. Сначала молочно белым, потом странно-прозрачным, затем золотисто-желтым, и, наконец, зеленым. Сияние угасло, а в печатке теперь переливался в свете серого дня зеленый камень.

– Ну надо же, – удивилась Людмила. – С пробуждением. Но это не значит…

Никита не слушал. Он понял, что теперь стал магом. Настоящим магом! Только ему не попробовать эликсир, если она его сейчас убьет. А она как раз отпустила. И Никита поднырнул под ее руку, как сделал это тем вечером у ворот, и побежал на главную улицу, туда, где побольше людей. И врезался в Елену. Как же вовремя они вернулись! Но Людмила бежала за ним.

– Это она! Она предательница! – закричал Никита и указал на нее.