Текст книги "В активном поиске (СИ)"
Автор книги: Даша Коэн
сообщить о нарушении
Текущая страница: 19 (всего у книги 22 страниц)
Глава 41 – Точка зрения
Вика
– Так и что там за кручина с твоим другом приключилась-то, что потребовалось накачаться до поросячьего визга сорокоградусным пойлом, да еще делать это на протяжении нескольких дней? – спросила я, по ходу движения наводя марафет, поглядывая на себя в откидное зеркальце на козырьке, пока Вельцин вез меня на работу на свой пафосной гробовозке.
– Говорит, что любовь.
– Вау!
– Только игра получилась в одни ворота.
– Так, Саша, ты чего глухой? – насупилась я.
– Что?
– Не слышишь, как орет кот?
– Какой кот? – вопросительно задрал мужчина брови и скривился, совершенно не понимая, о чем я толкую.
– Тот самый, яйца которого ты тянешь, не рассказывая мне всей истории в подробностях. Ну же! Я же любопытная Варвара, да и до моей работы нам пилить еще минут тридцать, если не больше. Видишь? – указала я себе на уши. – Локаторы настроены. Жги!
– Да рассказывать особо нечего, Вик. Познакомились мужчина и женщина, на обоюдной симпатии сходу весело потрахались. Она ожидала, что новоиспеченный любовник уже потерял голову от ее сногсшибательной персоны и, не ровен час, считай, что за волосы, потащит ее в ЗАГС. А он не ожидал, что его сразу в оборот возьмут и требовать начнут то, до чего он, вроде как сам должен был созреть.
– А у этой дамочки все в порядке с самооценкой, – хмыкнула я. – Ладно, а дальше что?
– Ничего.
– Как это? – закусила я нижнюю губу.
– А вот так. Короче, бегали эти два персонажа друг от друга какое-то время, как черти от ладана, а потом пересеклись снова в закрытом помещении. И друг мой решил, что ебанутость его дамы – меньшее зло, на фоне того, что он хочет ее так, что аж яйца звенят.
– Бедный твой друг, – рассмеялась я и даже в ладоши захлопала.
– Бедный – не то слово. Фляга у него конкретно потекла и давай он к своей пассии клинья подбивать со всех сторон.
– Успешно?
– Нормально. До такой степени, что друг мой решил этой мадаме предложить не через одно место коннекты наводить, а серьезно попробовать что-то большее, чем просто секс.
Я поджала губы, невольно завидуя той самой неизвестной мне девушке, которая каким-то магическим образом смогла прогнуть под себя мужика, не сильно при этом и напрягаясь, как я поняла. Ведьма она там, что ли?
– А чего он тогда страдает, я понять не могу?
– Потому что, пока он собирался с мыслями, его поезд, по ходу дела, ушел.
– В смысле?
– Ну он намутил там романтик, заморочился конкретно: цветы, свечи, живая музыка. А она взяла и съебала от него в неизвестном направлении, на прощание выключив телефон.
– С другим?
– Ну, там со свечкой никто не стоял, но сама посуди.
А я представила себе картинку, где дева красная весело и без обязательств зажигает с мужиком, а потом вдруг уходит в закат. Так бывает только в двух случаях. Первый – когда женщина пытается, чтобы мужик за ней бежал, роняя тапки, и молил вернуться обратно, обещая ей все и полцарства в придачу. И второй – когда женщина просто уходит к варианту получше и надежнее, чем тот, что был прежде.
Я бы, по крайней мере, поступила именно так.
– Но это же не все? – спросила я, любуясь тем, как уверенно и мощно смотрятся крепкие руки Вельцина на кожаной оплетке руля. Нет, все-таки мужские ладони – это чистый секс, и никакой, даже самый красивый член так не раскрутит.
– Не все, – кивнул мой бородатый гоблин, – друг мой пробил дно. Причем дважды.
– Это как?
– Он после всего случившегося все-таки позвонил этой мадаме и предложил себя на блюдечке с золотой каёмочкой.
– Ой! – скривилась я и даже зажмурилась, так мне стало жаль этого парня, кем бы он ни был.
– Она, естественно, его послала. Он вроде бы понял, но не до конца. И сунулся к ней еще раз.
– А она?
– А она уже и забыла, как его зовут. На свидании с другим мужиком такая информация быстро стирается из памяти.
– Вот же сука! – зарычала я.
– Да не говори, – хмыкнул Вельцин.
Оставшийся отрезок пути мы преодолеваем в молчании. По радио вяло обсуждали новости дикторы, фоном играла какая-то популярная музыка, а еще говорили, что на выходные в столицу придет настоящие летние грозы. Опять затопит половину города. Но я все не могла выкинуть из головы историю, которую мне поведал Саша. Все крутила ее и так, и эдак, пытаясь понять, почему за одними женщинами толпы поклонников ходят, спеша предложить полноценные отношения, брак и общую фамилию в придачу. А кому-то только хрен моржовый во всех ракурсах светит.
Не по-христиански это как-то, товарищ Боженька!
Ау, прием! Как слышно? Где мой принц на белом Мерседесе, уважаемый?
Молчит, гад... раздал «любимым женам» полный кузовок ништяков, а мы, нелюбимые, потерпим, поплачем, проглотим, да? Эх...
– Ты чего насупилась, Клубника? – припарковавшись у моего офисного здания, спросил Вельцин, смотря на меня так, как будто бы я на самом деле что-то значила для него. Не так, как просто дырка для утех, на которую все еще встает, а так, словно бы я сама стала важна для него.
Какой бред, Крынская! Окстись! О чем ты думаешь вообще, убогая? Сдалось тебе это чучело бородатое...
– Да про твоего друга все размышляю. Жалко мне его что-то стало. Вот и кумекаю, что, может, тебя бросить, да его утешать пойти.
– Ха-ха, очень смешно, – с непробиваемым покерфейсом произнес Вельцин, клюнул меня в губы и ощутимо прихватил пятерней за шею, почти рыча в лицо очередной поток похабщины. – Я приеду к тебе сегодня вечером, Вика. Сначала пожарю мясо. Потом отжарю тебя.
– У меня сегодня же...
– Похуй, Вик.
– Ладно, – зачем-то согласилась я, сводя ноги вместе и понимая, что уже отчаянно его хочу вот так, стоило этому австралопитеку сказать мне пару ласковых и жарких слов. Низ живота словно бы крутым кипятком обварило, а грудь под ажурным бюстгальтером налилась, царапая кружевом разбухшие соски.
– Не смотри на меня так, а то я не уеду.
– Как? – сглотнула я.
– Словно хочешь мне отсосать.
Я хрипло рассмеялась и покачала головой.
– Я бы могла пропустить эту часть и сразу перейти к той, где ты мня жестко трахаешь на заднем сидении.
– Сука ты, Вика! – впился в меня грязным, разнузданным поцелуем Вельцин, основательно насилуя языком. Но где-то посередине между сумасшествием и желанием умолять его сделать хоть что-то с моим вспыхнувшим телом, он вдруг остановился и по-отечески тепло потрепал меня по щеке. – Пиздец тебе вечером. А теперь беги, пока все твои коллеги не услышали, как ты умеешь кричать подо мной.
Конечно, пришлось уносить ноги, а затем считать минуты до тех пор, пока стрелка часов покажет конец рабочего дня. А дальше и про фитнес пришлось забыть. Ну а как иначе, когда между ног целый день зуд и трусы хоть выжимай? Никак...
Быстрее домой, чтобы прийти в себя, привести тело в порядок и надеть самое развратное белье, что было у меня в запасах. Но уже спустя минуту я замерла и призадумалась, а затем решительно приспустила с себя трусики, оставаясь всего лишь в одном невесомом шелковом халатике.
Да, так, несомненно, лучше.
Но приготовления к очередной встрече с любовником пришлось чуть отложить в сторону, так как на связь вышла лучшая подруга. Опять вся размотанная эмоционально, а я не могла отказать ей в поддержке и общении. Ведь ей было плохо, и я видела это невооруженным глазом.
– Что твой слизняк опять сделал с тобой? – зарычала я, а Нежка поведала мне, что ее пахарь-трахарь отчебучил: приехал в регион, но в дом к брату не явился, а когда она уже не смогла более ждать от него встречных шагов, то пошла на свидание с другим. А этот баран нет, чтобы понять свои косяки, еще и обвинил девушку в предательстве.
Скотина!
– Хочешь, скинемся на киллера и закажем прострелить зад этому придурку?
– Да что мне его зад? – приуныла подруга и вздохнула так несчастно, что у меня за ребрами заболело от шкалящего сочувствия.
Бедненькая моя...
– Правильно! Давай лучше ему яйца отстрелим! Чтобы член только в качестве игрушки-антистресс был полезен. Пусть теребонькаяет до пенсии, собака сутулая.
– Эх, Вика, – шмыгнула носом Романова, не оценив моих шуток.
– Ну, хочешь, я приеду? – в сердцах предложила я, вознамериваясь прямо завтра идти к начальству и просить внеочередной отпуск хотя бы на пару дней.
– Не надо. Чем ты мне поможешь тут, Викусь? Разбитое сердце ведь не склеишь.
– Зато прибухнём. Говорят, при делах сердечных помогает.
– Врут, – отмахнулась подруга, но я не опустила рук и продолжила как могла, ее утешать. И распрощалась только тогда, когда на щеках девушки появился здоровый румянец, на фоне почти смертельной бледности.
А там уж, стоило только связи между нами оборваться, как во входную дверь позвонили. И сердце мое практически выпрыгнуло из груди.
Саша! Пришел!
Как и обещал с мясом. Вот только порядок подачи блюд с ходу перепутал. Сначала отжарил меня, а потом уже занялся отбивной. А я? А я почему-то и не возражала...
Глава 42 – Medium Well
Вика
Картинка почти идеального мужика чересчур сильно резанула по глазам, но я лишь растянула губы в ленивой улыбке и приглашающе распахнула дверь пошире, давая возможность Вельцину перешагнуть мой порог. А он медленно сделал это, ошпаривая мои рецепторы своим свежим ароматом, с нотками жгучего перца и можжевельника. Закрыл за собой дверь и встал передо мной, разглядывая с ног до головы и придерживая в руках увесистый бумажный пакет с продуктами.
Вновь весь на стиле.
Дорогой темно-синий костюм-тройка сидел на нем, как влитой. Сразу видно, что не в магазине каком-то приобретал, а на заказ шил, под свои внушительные габариты. Запонки золотые, туфли начищены до блеска, на запястье виднеются неприлично дорогие часы. От лысого гоблина прямо веяло баблом, состоятельностью и респектабельностью.
И все бы ничего, но рожа такая довольная, что аж бесит. Так и хочется забить на все и даже на крутой секс. И сказать этому бородатому чукче, чтобы уматывал, и глаза мне не мозолил.
Но я молчала. Стояла, прислонившись лопатками к стене, смотрела на него и, кажется, даже не дышала, чувствуя, как неумолимо низ моего живота наливается жаром.
Вот так просто, потому что этот мужик появился здесь. Ничего не делал. Просто стоял. Но уже трахал глазами.
Боже...
– Привет, – низко рокочет он, а по факту будто искры из меня высекает. Хочется прикрыть глаза, опуститься на колени и покорно расстегнуть ему ширинку, сразу же заглатывая как можно глубже.
Ужасно, да? Но мне не стыдно.
– Привет, – сглатывая, отвечаю я, радуясь, что мой голос не выдал того, насколько я уже заведенная.
Но Вельцину всегда было мало просто взять и сделать со мной то, что он хотел. Ему нужно было довести меня до ручки. Чтобы мои мозги вытекли от возбуждения, а я сама превратилась в на все согласную течную самку.
– Приподними подол халата, – режет он меня своим бархатистым голосом с едва заметной хрипотцой, а я ловлю горячий спазм, который скручивает раскаленными стальными обручами грудь и лупит со всей дури в поясницу.
– Так сразу, Саш? А я думала, что мы будем жарить мясо.
Кривая ухмылка, но он даже не шевелится, лишь чуть дергает бородатым подбородком в мою сторону и еще раз повторяет приказ.
– Подними.
Прикрываю глаза и тянусь руками к подолу, но тут же торможу от командного голоса.
– Смотри на меня.
– Саш...
– Давай.
Подчиняюсь. Сминаю тонкий шелк в пальцах, почти оглохнув оттого, как мощно, яростными толчками кровь шарашит по мозгам. И сердце за ребрами уже не бьется, а гудит, ошалело перекачивая загустевшую, давно вскипевшую кровь.
– Выше.
Не спорю. Слышу его смех и медленно выпускаю раскаленный воздух из легких, сдавая последние бастионы. Куда уже, если сквозняк из приоткрытого окна лизнул мои голые бедра и остудил горячую влагу, выступившую между ног?
– Смотрю, ты ждала меня, Вика.
– Ждала, – кивнула я, откидывая голову назад и понимая, насколько развратно сейчас выгляжу перед ним, стоя у стены, с чуть раздвинутыми ногами, без трусов и с задранным до пупа подолом халата.
Давай же, гоблин ты хренов, поимей меня...
– Ждала..., – он словно бы смаковал каждый звук этого слова, а затем медленно поставил свой пакет на консоль и наконец-то сделал шаг ко мне, пока я задыхалась от нетерпения.
Сильные, чуть шершавые пальцы обожгли кожу разбухших и уже давно влажных складочек. Глаза в глаза, но он не остановился. Лишь порхал невесомо, но развратно между моих ног, следя за реакциями, проносящимися по моему лицу.
– Саш...
– Что? Я сегодня весь день, как чумной хожу, Вика. Член колом, в голове нон-стопом картинки, что я с тобой сотворю, когда доберусь. Думал даже сорваться к тебе на обеде и сделать что-то очень нехорошее.
– Сделай это сейчас, – у меня сердце грозилось выпрыгнуть из груди, а бедра сами подались вперед, стремясь позорно насадиться на его пальцы.
– Думаешь, надо? – большой палец коснулся клитора, и я дернулась, а потом и протяжно зашипела.
– Да...
– Тогда попроси меня, Вика.
– Вельцин, – почти умоляюще я глянула на него, но тут же, кажется, забыла, о чем он меня просил, потому что к одной его руке добавилась и вторая. И теперь он развел в стороны блестящие от сока складки и ритмично потирал взбухшую пулю клитора круговыми движениями.
– Проси...
Да и хрен с тобой!
– Пожалуйста, – вцепилась я в отвороты его пиджака, приподнявшись на носочках и пытаясь урвать свой жаркий, развратный поцелуй.
Но снова осталась ни с чем.
– Еще...
– Пожалуйста, Саш. Пожалуйста, трахни меня...
Улыбка тронула его губы, а глаза сверкнули каким-то странным огнем, от которого меня кинуло сначала в дикий жар, а затем в нестерпимый холод. Но уже через секунду я забыла обо всем на свете и покинула этот мир, потому что Саша Вельцин неожиданно встал передо мной на колени, а затем нежно, едва касаясь, провел языком между моих ног.
Я сошла с ума за одно мгновение.
А в другое протяжно застонала, вцепившись себе руками в шею. А он все целовал...
Нежно и неспешно вылизывал меня, всасывал в себя напряженную бусину клитора, дразнил ее, то подводя меня за секунду к черте, то снова откидывая назад, не позволяя приблизиться к заветному оргазму, но заставляя балансировать где-то рядом.
На грани.
– Саша, Саш..., – бормотала я словно в бреду, вперемешку со стонами, а в следующий миг зажала себе рот ладошками, потому что пальцы Вельцина развели мои губки в стороны до легкой боли, лишь немного подразнили какую-то сверхчувствительную точку на входе, а затем погрузились внутрь.
И теперь его рот, язык и пальцы одновременно трахали меня, пока я металась, не в силах зацепиться за свое наслаждение и уже наконец-то улететь к звездам.
– Пожалуйста, Саша, пожалуйста...
Мне казалось, что этот мужчина вечность издевается надо мной. Терзает. Мучает. Заставляет корчиться от невозможности кончить. Но в то же время дарит такое удовольствие, которое я никогда в жизни не испытывала, потому что именно сейчас, стоя передо мной на коленях, испачканный моими соками, этот мужчина владел мной полностью.
И без остатка.
– Саша, – всхлипнула я, выгибаясь дугой, а затем зависла на несколько секунд в наивысшей точке экстаза. Когда назад дороги уже нет, а вперед еще только предстоит упасть. Когда все тело звенит, а сердце перестает биться в ожидании удара навынос. Когда душа ждет, что ее размажет.
Губы на клиторе. Пальцы ритмично погружаются и выходят из меня. Давление на заднюю стенку моей киски усиливается.
Бьет током.
Мир распадается на части.
Меня разрывает...
Ноги подкашиваются, немой крик забивает глотку. И я упала бы, если бы сильные руки не подхватили меня, а затем не понесли дальше. В комнату. Где заботливо уложили животом поперек спинки дивана.
Огладили ягодицы. С силой развели их в стороны и сжали. По одной прилетел ощутимый шлепок, но я даже не дернулась, так меня до сих пор трепал мой сокрушительный и крышесносный оргазм. Снова и снова заставляя взлетать на радугу.
И пока я пыталась прийти в себя, Саша все время находился позади меня. Неспешно разделся, затем аккуратно заплел мои волосы в косу и намотал ее на свой кулак. А когда я почти вернулась с небес на землю, он жестко ворвался в меня и удерживая одной рукой за ягодицу, а второй за волосы, принялся долбить так, что уже через пару минут вновь разгоревшееся пламя эйфории лизало мне пятки.
Это не могло не случиться.
Слишком все было ярко. Слишком вкусно. Правильно и качественно. Даже звук того, как Вельцин таранил меня, почти лишал рассудка, наполняя кровь кипучими пузырьками шампанского. Неудивительно, что меня раскатала очередная вспышка оргазма, едва ли не лишая сознания.
А этому ненасытному монстру все было мало. Он вколачивался в меня снова и снова. Развернул к себе, добираясь до груди, и теперь трахал, похабно улыбаясь мне в глаза, покусывая и посасывая затвердевшие и разбухшие соски.
А затем усадил на колени, чуть надавил пальцами на щеки, открывая мой покорный рот и в пару напористых движений догнался, глубоко удерживая себя внутри и заставляя меня глотать. И, стыдно признаться, но от этого последнего забега, разнузданного и непристойного, меня разворотило наслаждением еще хлеще, чем то было до.
– Вика, девочка моя, – поднял меня на руки Саша, баюкая в объятиях, как ребенка и целуя везде, где мог дотянуться. Сорвал влажный, глубокий поцелуй с губ и зарычал, – моя...
Я же почти не слышала его, только уткнулась носом в волосатую, пахнущую можжевельником и морозной свежестью, мужскую грудь и, как по щелчку пальцев, отрубилась...
А проснулась от легкого как перышко прикосновения губ и бороды к моей шее и урчащего мужского голоса, который сообщал странные вещи:
– Вставай спящая красавица, я ужин приготовил.
– М-м...? – сонно потянулась я и еще долго протестовала против того, что нужно вставать и куда-то идти, но божественные запахи жареного мяса, доносившиеся с кухни, все-таки сделали свое дело.
А там уж мой рот приоткрылся от удивления, ибо на столе действительно стояли две тарелки, наполненные гуляшом и толчёной картошечкой, а еще тут же была миска с овощным салатом и открытая бутылка красного вина.
– Саш..., – охнула я.
– Позже отблагодаришь, Клубника. Натурой.
А я что? Я не против...
Глава 43 – Лот № 1
Вика
– М-м, вкусно! – вскидываю я глаза на Вельцина и удивленно на него взираю. В ответ этот лысый гад только довольно щерится и хмыкает, но ничего не отвечает, предпочитая вкидывать в себя мясо и картошку. – Ладно, колись давай, какие еще таланты ты скрываешь, Лысая Башка?
Прожевав и сделав вид, что напрягает свои извилины, мужчина все-таки соизволил дать ответ:
– Так, дай-ка подумать. Ну, то, что я круто трахаюсь, ты уже в курсе.
– Корона не давит? – скривилась я.
– Спасибо, что побеспокоилась, но нет, все нормально. Так, что там дальше? – причмокнул губами, позакатывал глаза в раздумьях, но почти сразу покачал головой. – А нет, трахаться и жарить мясо – это все мои фишки, более ни на что, увы и ах, неспособен.
– Лжец, – усмехнулась я.
– А точно! Спасибо, что напомнила, – и подмигнул мне дурашливо, пока я сама ловила стрелу прямо в сердце.
И чего это я?
А нет, не показалось. Действительно, было больно, будто бы передо мной сидел не какой-то там левый мужик, который мне даже не нравится, а родной человек, для которого ложь – дело обыденное. Да и я сама зачем-то упорно впихивала в себя по-настоящему вкусную еду, вприкуску с салатом, хотя могла бы задрать нос и выдать чистую правду о том, что в столь поздний час ужинать вредно.
Не смогла. Вообразила, что Вельцин не для себя любимого старался, а для меня. Кашеварил тут с умным видом на ночь глядя, а я ему «фи» в ответ? Язык у меня не повернулся так поступить, хотя, по сути, какая мне разница до его обид?
– У тебя есть планы на выходные? – спросил Саша, расправившись со своей порцией и откинувшись на спинку стула.
– Не знаю, пока не думала. На календаре еще ведь только понедельник, – пожала я плечами, уговаривая себя состряпать какое-то архиважное мероприятие на эти дни, но на ум ничего не приходило. Наверное, как раз поэтому я и уточнила. – А что?
– Одна моя хорошая знакомая...
Блин, а мясо точно было свежее? Что-то у меня живот скрутило. А меж тем Вельцин продолжал.
– В субботу будет устраивать благотворительную выставку молодых и амбициозных художников. Все вырученные деньги пойдут в фонд помощи онкобольных детей. Я хотел бы поприсутствовать, но в живописи ни хрена не понимаю, так что буду тебе благодарен, если ты составишь мне компанию, а потом и ткнешь в понравившуюся картинку, которую я куплю и тем самым добавлю себе очков к карме.
Я уж было хотела напомнить Вельцину о договоренности, что никаких совместных выходов в свет между нами не должно быть, но отчего-то прикусила язык, уже мысленно перебирая свой гардероб и прикидывая, в чем могла бы явиться на такое значимое мероприятие.
– Что скажешь?
– А что, Саш, у тебя в копилочке кармы недобор? – улыбнулась я и чуть пригубила красного вина из бокала, хмыкая и оценивая по достоинству его богатый вкус и аромат.
Но лысый гоблин ничего мне не отвечал, только сидел, прищурившись, и, немного наклонив голову набок, пристально меня рассматривал, будто бы видел впервые.
– Саш, ты меня пугаешь, – рассмеялась я.
– Ладно, – отмер он, – остановимся на том, что слишком много сороконожек пострадало во времена моего бурного детства.
– У-у-у, только не говори мне, что ты отрывал им лапки и весело наблюдал за их страданиями.
– Было дело, – кивнул он, – грешен.
– И не стыдно тебе?
– Очень! Потому давай, Вика-клубника, соглашайся. А иначе я на этом вечере разноцветных картинок в гордом одиночестве откину копыта, не успев даже написать завещание.
– Ладно, уговорил, – кивнула я, внутренне не чувствуя никакого дискомфорта. Подумаешь, один раз куда-то вместе выползем. Да и моих знакомых на таком мероприятии быть не должно, чтобы понять как низко я пала, согласившись на позорную связь в качестве бесправной любовницы.
Со всех в этом мире белое пальто не снимешь.
Остаток вечера мы ленивыми колбасками валялись на диване, посмотрели какой-то забористый фильм ужасов, допив бутылку вина, а затем снова занялись сексом, на этот раз неторопливым и разнеженным, когда член не высекает из глаз искры, а доводит до исступления, заставляя проживать каждый толчок внутри меня как маленькую смерть.
Уснули далеко за полночь, а поутру разбежались по своим делам, чтобы в течение недели увидеться всего один раз, да и то мельком, потому что Саше нужно было лететь по делам вглубь страны и до самых выходных. И эта последняя встреча, где мы, как два подростка предавались своей страсти на заднем сидении его автомобиля, оставила в моей душе неизгладимый след, а послевкусие еще долго играло на языке горько-сладкими нотами.
И к выходным я не скучала. Пф-ф-ф, конечно, нет. У меня была куча дел: работа, тренировка, поддержка Нежки, которая до сих пор убивалась по своему порнодоктору, но искренне радовалась, что у меня все хорошо. Ну и, конечно, покупка нового платья стояла на повестке дня как никогда.
И последнее нашлось после бесконечных часов брожения между бутиками. Уже тогда, когда я отчаялась найти тот самый наряд, который бы подходил для нашего первого выхода в свет вместе с Сашей. Это было элегантное, струящееся платье в пол, сшитое из бежевого атласа, которое мягко ниспадало по моей фигуре, но плавно подчеркивало каждый изгиб. Открытые плечи и вырез лодочкой акцентировали внимание на изящной линии шеи. А облегающий лиф и свободно ниспадающая юбка создавали царственный образ. Но изюминкой этого наряда, конечно же, была открытая спина. Довершали картинку головокружительные шпильки, идеально уложенные волосы в стиле Гэтсби и макияж из двадцатых годов прошлого столетия.
И когда Саша приехал за мной, то аж поперхнулся, а я вышла перед ним вся из себя такая светская львица, довольная до безобразия произведенным эффектом разорвавшейся бомбы, потому что Вельцин смотрел на меня, чуть приоткрыв рот и едва ли слюной не капая.
– Вау! – только и смог проблеять он.
– Сочту за комплимент, – кивнула я и довольная покрутилась вокруг собственной оси, предлагая оценить меня со всех сплошь положительных сторон.
– Вик, а может, ну ее, эту выставку, а?
– Ну уж нет, Вельцин, я собиралась три часа! – фыркнула я и даже ножкой притопнула.
– Блин, – закатил глаза к небу мой лысый гоблин и застонал, – я не видел тебя почти четверо суток, а ты предпочитаешь отвязному сексу какую-то замшелую выставку?
– Увы, – рассмеялась я.
– Знай, я разочарован.
– Поехали уже!
– Ладно. Но только быстро. Иначе я скончаюсь от спермотоксикоза.
– Пошляк, – шлепнула я его по руке, которую он потянул, чтобы прихватить меня за грудь. – Кстати, ты тоже ничего так принарядился.
– Что? Ты пускаешь на меня слюни, Вика-клубника?
– Губу закатай, – фыркнула я, но от мнения своего не отступила. Вельцин, как всегда, был одет с иголочки: франтовато, но очень стильно, и сегодня даже борода не портила его шикарного вида.
И ничего не предвещало беды…
Через сорок минут по запруженной автомобилями вечерней Москве мы все-таки добрались до галереи. Саша передал ключи от машины парню в костюме и бабочке, а тот бодро прыгнул за руль, дабы припарковать ее на специальной стоянке. А мы двинули дальше, и я немного растеряла пыл, потому что уже перед входом в здание толпились журналисты. От чего у меня стойко задергался глаз.
– Саш...
– Все нормально. Просто расслабься и улыбайся.
– Легко сказать...
Мы вошли в огроменный зал, увешанный картинами, выполненными в различных техниках. Но и посетителей было по-настоящему много: дамы сплошь в вечерних платьях, а мужчины в дорогих костюмах. И меня запоздало перекосили от воспоминания, что я еще вчера хотела на все плюнуть и прийти сюда в обычных джинсах и рубашке. Вот был бы позор!
А еще здесь тоже сновали репортеры и официанты с подносами, заставленными высокими бокалами с шампанским. И вообще, атмосфера выставки была наполнена оживленными дискуссиями, обменом мнениями и живым интересом к творчеству еще не знакомых мне, но, несомненно, талантливых авторов. И только Вельцин, как всегда, все испортил.
– О, а мы вовремя. Публика-то уже прибухнула и все начали корчить из себя ценителей квадратов Малевичей.
– Саш, – с упреком глянула я на мужчину.
– Жаль, водки нет. Хрен его знает, как я буду деньгами сорить, покупая что-то из этой дебильной мазни.
– А, по-моему, вон так картина ничего так, симпатичная, – указала я кивком головы чуть в сторону, но Вельцина лишь перекорежило, и он красноречиво прошептал мне на ухо: «симпатичная тут только ты».
Мы еще какое-то время бродили между представленными предметами искусства, пытаясь найти смысл там, где его нет. Несколько раз пересекались с какими-то шапочными знакомыми Вельцина, с коими он обменивался парой ничего не значащих фраз, но меня не представлял или делал это, но говорил обтекаемо:
– Это Виктория, чрезвычайная любительница прекрасного.
Меня это бесило, но я даже бровью не вела. Как и было рекомендовано, пыталась расслабиться и перманентно улыбалась, пока лицевые мышцы чуть ли не свела судорога. И вот наконец-то первая часть вечера подошла к концу и посетителей пригласили в соседний зал, дабы выкупить особенно ценные лоты на аукционе. Толпа потянулась туда, куда было сказано, как отара послушных овец. Мы же с Вельциным плелись чуть позади.
– Покупаем лот под номером один и валим, – буркнул раздраженно Саша, а я лишь кивнула. У меня болела голова, ноги ныли от непривычно высоких каблуков, да и за ребрами творилась какая-то непонятная мне дичь.
Хотелось разреветься и еще почему-то врезать Вельцину по бородатой морде. Почему? Да кто же его знает...
И все шло своим чередом. Вечер близился к концу и скоро должен был перестать трепать нам нервы, но неожиданно случилась ХОБА. Из-за угла, скрывающего уборные, вдруг вышел мужчина. На взгляд, до боли мне знакомый, но я не могла припомнить так сразу его имени. Только понимала – я его знаю. А откуда? То неведомо...
Тоже такой весь напомаженный, в костюме, дорогих часах и с галстуком. А еще на пару с ослепительной брюнеткой, у которой была роскошная шлюховатая грудь и вполне себе рабочий рот, исправленный умелой рукой косметолога.
– Саня, ты ли это? – уже слегка пьяно ворочая языком, воскликнул мужик, и я поняла, что не ошиблась в своих догадках.
– Здорово, Влад, – кивнул тому Вельцин, чуть приобнимая меня за талию.
– Тебе тоже Кристинка приглашение прислала, да? Развела, сучка. Кстати, познакомься, это моя девушка – Регина, – и кивнул на свою сисятстую спутницу, которая тут же продемонстрировала до рези в глазах белоснежные виниры.
– Рад знакомству, – учтиво кивнул девушке Вельцин и только было указал на меня, чтобы ответить уже привычным мне: «Это Виктория, чрезвычайная любительница прекрасного», как этот самый Влад его перебил.
А я наконец-то вспомнила откуда его знаю.
Это был тот гад, что чуть не изнасиловал мою Нежку в бане при первом знакомстве и по вине которого та сейчас страдала из-за своего порнодоктора. Вот же скотина!
И пока я стояла рядом с этим гадом и боролась с отвращением, он времени не терял:
– А ты чего это, Вельцин, совсем с ума выжил или хватку утратил? – скабрезно хохотнул Влад, – Клубную шлюху привел в приличное место? Ну ты выдал!
За одну секунду внутри меня все умерло...
А меж тем никто даже и не думал затыкаться.
– Ни хера себе ты лох. Шмар за собой таскаешь. Заплатил бы ей тогда за услуги и пинка под зад прописал...
– Гусев! – резко оборвал друга Вельцин, но мне уже хватило. За глаза!
– Или чего, хороша, скажешь? Может, поделишься тогда или раскупорим на двоих, а? – практически изнасиловал меня сальным взглядом этот червяк.
– Влад! – запищала затравленно силиконовая Регина, а мне хватило. Совсем!
– Вика, на выход, живо. Гарсону скажи, чтобы тачку подогнал, – а сам в пиджак этого гандона вцепился и хорошенько так тряхнул, что у него зубы клацнули.
– Да ладно тебе, братан, не серчай, – продолжал мямлить этот недоумок, пока я беспрекословно разворачивалась и покидала галерею, словно кинжалы, получая в спину обидные слова, – ты же не будешь с другом ссориться из-за всяких там дырявых блядей, да, Сань...?
Двери за моей спиной наконец-то закрылись.
Прохлада летней ночи чуть окутала и успокоила взвинченные на раз нервы.
Знакомый гарсон вопросительно поднял на меня глаза, но я только качнула головой и прошла к многочисленным такси, караулящим своих потенциальных клиентов вдоль дороги.
Села в первую попавшуюся и назвала адрес.
Все, хватит с меня этой блядской жизни...
