Текст книги "В активном поиске (СИ)"
Автор книги: Даша Коэн
сообщить о нарушении
Текущая страница: 15 (всего у книги 22 страниц)
Глава 31 – Я подумаю об этом завтра
Вика
– Виктория Викторовна, к вам тут посыльный. Можно?
– Пусть у тебя оставит все, я потом посмотрю, Маш. Это, наверное, пакет от Венедиктова с отчетностью по «Альфа-Групп», да?
– Нет, это букет.
– Что? – подняла я глаза от документа, который крыжила, и недоуменно скривилась.
– Красивый. Большой, – и моя помощница развела руки в сторону, демонстративно показывая примерную величину.
– Бред какой-то, – фыркнула я, а затем встала из-за стола и двинула к выходу, через помощницу выглядывая в коридор, где и вправду топтался мальчик-посыльный, одеты по форме с эмблемой довольно-таки известной в городе цветочной сети.
– Видите? – непонятно чему улыбнулась Маша, очевидно, радуясь тому, что букет действительно существует, а не оказался плодом ее больного воображения.
– Вижу, – кивнула я курьеру. – Ну, неси сюда свой веник.
Круто развернулась и двинула обратно к рабочему столу. Через минуту расписалась в получении цветов и наконец-то вновь осталась одна, принимаясь расхаживать вокруг сомнительного подарка туда-сюда и хмуро на него таращиться. И чем больше я смотрела на букет, тем больше злилась, потому что я точно знала, кто его даритель, а еще потому, что он был настолько красив, что не хватало слов для его описания.
Кремовые, с едва заметным лиловым отливом розы, нежные тюльпаны, белоснежные герберы, хрупкие лилии и воздушные гипсофилы – нагромождение всего, что только можно, но так идеальны они были в своей композиции. Склонилась ниже и вдохнула полными легкими. Громко выругалась.
– Ну вот что за дичь? – наехала я на ни в чем не повинные цветы, которые источали просто небесный аромат, свежий и чувственный. И мне бы радоваться такой кричащей роскоши, но я могла только внутренне рычать и бить копытом.
Потому что на фига козе баян? Так и мне эти цветочки были максимально мимо кассы. Тем более что сегодня была пятница. А по пятницам у меня традиционно было плаванье, а не секс без обязательств с лысой дубиной, который за прошедшие две недели нашей связи так и не прекратил попыток нагло отжать в свое пользование еще три дня.
А мне личное время нужно было!
Этого бородатого Саши и так что-то становилось в моей жизни слишком много. А мне не надо столько, мне вообще уже нисколько не надо. Я, между прочим, уже почти ходила в раскоряку и похудела на два килограмма. Конечно, с таким-то порно-тренером немудрено. Он мне и спать-то ночами толком не давал, все требовал очередного подхода.
И где Вельцин вообще в своем-то возрасте силы на весь этот разврат брал? То неведомо...
Нет уж, лысина ты упертая! Пятница моя. И понедельник со средой тоже. Это я в самом начале слабину дала, а теперь я кремень. Закаленная сталь. И завтра возьму и к родителям поеду в деревню. Плевать, что не планировала пока, но надо.
А иначе эта харя нахальная снова меня в сексуальное рабство на все выходные заключит. А мне нельзя в рабство. Я потом, после такого продолжительного марафона отойти не могу еще пару дней. Вот в последний раз придурковатую улыбку на лице заметила, и сама себя испугалась.
Вывод? Такие выпады рубить надо бы сразу и одним махом. Жестко. Решительно. Такое я могу.
Подхватила со стола телефон и смело набрала номер Вельцина, который будто бы чувствовал мое настроение, а потому принял вызов на первом же гудке.
– Клубника моя, привет, что ли.
Боже, я больной человек! Кажется, меня начал возбуждать хрипловатый бас этого бородатого чудовища. Хотя нет, не кажется. Я абсолютно точно почувствовала, как в низ живота хлынула волна крутого кипятка и разлилась между ног пульсирующим жаром.
А на дворе только одиннадцатый час утра. Сегодня пятница, а впереди все выходные у родителей в Мелихово. И никакого Вельцина.
Никакого, я сказала!
– Ну здравствуй, Саша.
– Признаться, я удивлен, – неожиданно ласково проворковал мужчина, а меня от этого тона самоуверенного аж передернуло.
– Признаться, я тоже.
– Интересно, с чего бы это?
– А сам-то как думаешь? – пошла я в наступление, но тут же скисла. Потому что Вельцин был мастером в переводе стрел и сбиванием с ног одними лишь словами.
– Какой там думать, Вика? Я после твоего вчерашнего минета до сих пор не могу мозги в кучку собрать. Только в себя приду, а потом стоит только вспомнить твои губы и язык на моем члене, и все – снова навынос.
– Заткнись!
– Еще хочу.
А я глаза прикрыла, падая на диванчик у стены и складываясь пополам, чувствуя, как жарко насилуют меня его интонации и провокационные слова. Они, словно вирус, просачиваются в мою кровь и убивают во мне все человеческое. Остаются только животные инстинкты и запретные желания.
– Хоти на здоровье. Разве я могу запретить тебе хотеть?
– Конечно, не можешь, Вика. И я даже могу прямо сейчас прыгнуть в тачку и прилететь к тебе, а затем трахнуть в твоем миленьком кабинетике, закрывая тебе рот рукой, пока ты будешь безвольно принимать меня и кончать.
– Боже..., – принялась я растирать пальцами висок, заставляя себя мыслить ясно и не поддаваться на провокации.
– Выбирай: или это случится сейчас, или вечером.
– Вечером у меня случится плавание.
– Тогда ты сама напросилась.
– Вторник.
– Сегодня, – упорно гнул он свою линию.
– Вторник.
– Блядь! – неожиданно грозно рявкнул он, а я даже трубку от уха отняла и с сомнением на нее посмотрела.
– Саша, ты ли это?
– Я не могу ждать вторника, Вика! У меня хер отвалится от тоски по тебе!
– Ну какой еще тоске? – фыркнула я, не позволяя себе признаться в том, что мне нравятся его слова. – Между нами только секс. Ты забыл?
– Старенький стал – склероз.
– Вторник, Саша, – закусывая губу почти до крови, все-таки выдавила я из себя, хотя уже и сама была на грани добра и зла. И как наркоманка раздумывала над тем, чтобы еще разок дать слабину и сорваться. Ну подумаешь, пятница? Зато какой оргазм мне светит, да?
– Сучка ты, Вика.
– Стараюсь, – улыбнулась я и коротко хохотнула.
– Ладно, живи пока, но не забудь прочитать записку.
– Какую записку? – встрепенулась я.
– В цветах.
И отключился, а я тут же, кусая губы, подорвалась с дивана и бросилась к букету, выуживая между бутонов карточку и сразу ее разворачивая. А там уж в размашистом почерке с трудом разобрала следующее:
«Пытаться мне никто не запрещал».
И... что это значит?
Я весь день ходила как йога по иголкам и дергалась от малейшего шума, ожидая увидеть в своем кабинете Вельцина со стоящим членом на перевес. Шарахалась по коридорам, а после окончания рабочего дня побоялась идти домой и припустила в сторону облюбованного мной бассейна, все еще обдумывая значение записки от своего лысого любовника, который, к слову, ни на минуту не выходил у меня из головы.
Хорошенечко наплававшись и промерзнув, я решила, что с меня хватит, и устремилась в сауну. Хорошо, что в вечер пятницы все пили пиво, а потому бассейн был почти пуст, лишь пару бабулек упорно скользили по водной глади, да еще несколько травили байки у бортика. Вот и весь контингент.
А тут нате – стоило мне только войти в парилку, как дверь открылась и порог переступило тело. Мускулистое такое. Поджарое. Прокаченное и в татуировках. В одних лишь купальных плавках, низко висящих на узких бедрах. Но самое страшное было то, что это тело мне было знакомым до боли.
Это был мой бородатый гамадрил.
Вошел с улыбочкой противной и уселся рядом.
– Видишь? – указал Вельцин на свой явный стояк. – Я же говорил, что он по тебе скучает.
– Вельцин! – зарычала я.
– Я ни в чем не виноват. Он сам меня сюда привел, вот тебе крест, Вика-клубника.
– Нет, – упорно процедила я, уже сама не понимая, зачем и почему.
– Ладно, как скажешь. Разгрузочный день – я понял. Но, может, давай хотя бы в кино завалимся сегодня, м-м?
– Кино? – с сомнением в голосе произнесла я.
– Да. Обещаю не приставать. Но мне и правда хочется сходить на новый блокбастер, вот только, увы, не с кем. Представляешь? У лучшего друга период гона.
– Я не твой друг.
– Ты лучше, Вика. Ты – боевая подруга. Пошли в кино.
– И что там за блокбастер такой? – спросила я, пока глаза каким-то неведомым мне образом прилепились к его груди, по которой медленно скатывалась капелька пара.
Мне так хотелось ее слизнуть.
Какой позор! Какой стыд. Срам. Ужас!
– Фантастический.
– М-м, ну можно, если будет только кино.
– Будет кино, Вика, – кивнул он и неожиданно нежно коснулся моей нижней губы своими шершавыми пальцами. Чуть огладил, потянул, смял.
– Я сейчас передумаю!
– Бессердечная!
Спустя полтора часа мы уже покупали попкорн в кассе кинотеатра, а затем прошли в темный зал с удобными, мягкими диванчиками на двоих. И расселись по углам, будто бы были незнакомцами. Правда через минут двадцать фильма, Саша немного подался ко мне, спрашивая разрешения попробовать мой карамельный попкорн. А потом еще раз, когда хотел попить моей колы. А затем приобнял меня и устроил максимально удобно у себя подмышкой.
И мне бы наплевать на это все, но отчего-то стало вдруг дышать тяжело, и сердце забилось чаще. Я тянула носом его парфюм, чувствовала, как жжет он своими невесомыми прикосновениями мою ладонь, и не понимала, чего хочу больше: отпрянуть от него или прижаться сильнее.
А еще невыносимо хотелось целоваться.
Пф-ф, конечно, не с ним. Фу! Бородатое чудовище. Но сама атмосфера как будто располагала к этому.
– Вик, – тихо позвал Вельцин, и я вскинула на него глаза, почему-то зависая в этом мгновении, словно муха на липкой ленте.
Раз – и все, уже не вырваться.
Глаза в глаза, а я только и делаю, что на губы его смотрю безотрывно и понимаю, что захлебнусь внутренними противоречиями, если прямо сейчас что-нибудь не произойдет между нами. Хоть что-нибудь...
А в следующее мгновение мы синхронно подались друг к другу ближе. Столкнулись носами. Глаза сами собой закрылись. Вздрогнули, когда губы лишь едва соприкоснулись, высекая первые искры. Зависли в этом мгновении.
А затем сорвались вниз, резко сталкиваясь языками и со стоном начиная накачивать друг друга собой. Жаром. Страстью. Желанием. И еще чем-то сладким, и пьянящим, названия чему я не знала. И не хотела знать.
Не сегодня.
Каков итог?
Фильм мы не досмотрели. А наутро я не уехала к родителям. Проснулась опять в постели Вельцина и предпочла ничего не анализировать. Списала все на случайность.
Подумаешь потрахалась опять, не страшно...
Глава 32 – Дурные мысли
Вика
– Привет! – кричу я через всю комнату, замечая, что на экране появилось лицо Романовой. – Ну наконец-то мы состыковались по времени и смогли созвониться.
– Прости, Викусь, что-то за последние недели вообще выпала из этой системы координат, – устало потерла кончиками пальцев глаза подруга и тяжело вздохнула.
– А что такое? Так и не смогла найти подход к своей вредной ученице? – уточнила, а сама склонилась вглубь шифоньера, пытаясь разыскать пакет с новым нижним бельем, которое я купила еще пару месяцев назад, да так и не нашла случая, чтобы его надеть.
Такое порой бывает у нас, у женщин. Урвешь, такая вся радостная, что-то на распродаже по дикой скидке, а потом, уже дома, смотришь на себя в зеркало и задаешься вопросом: а есть ли вообще мозги в черепной коробке?
Так и у меня: купить-то купила, а вот надеть на себя это развратное кружево я что-то все никак и не осмеливалась. Да и для кого? А теперь вот крутила перед собой невесомые тряпочки и чувствовала, как по позвоночнику медленно крадется электрическая волна, которая жаром бьет между ног.
«Интересно, а гоблину этому бородатому зайдет вот такая срамота?», – думаю про себя и тут же закатываю глаза. Ну и какая мне разница, что там ему зайдет, а что нет? Пока Вельцин меня трахает качественно – он полезный и нужный. А как запал пройдет, так и пропишу ему пинка под зад. И тут уже ничего ему не поможет, особенно комплименты в честь купленного мной бельишка.
Так что в сторону подобные дурные мысли!
– Нет, Вик, – вырывает меня из задумчивости Нежка, а я даже теряюсь на пару мгновений, не совсем понимая, о чем она толкует, – как раз наоборот. Настя оказалась девочкой смышленой, а потому мы довольно скоро нашли общий язык и темы для разговора. Адаптация прошла, конечно, не без проблем, но сейчас все устаканилось.
– Тогда почему ты такая убитая и потерянная? – спросила я и принялась дальше рыться в шкафу. Так, так, так, а вот и платье у меня как раз не выгулянное есть: открытая спина, пайетки, расклешенная юбка до середины бедра – атас!
То, что нужно, чтобы свести с ума мужика. Такого, как лысый австралопитек, так и подавно. Хотя мне это ни капельки и не нужно.
– Потому что порнодоктор оказался братом моего работодателя, – на протяжном, измученном выдохе, простонала Романова, а я тут же отбросила в сторону платье и злосчастное белье и метнулась к ней, смотря на девушку во все глаза.
– Повтори, что ты сказала? – даже меня, блин, перекосило.
– Ой, Вика…
– Родной брат или какой?
– Да какая разница какой, если я ничего не могу ему противопоставить? Я шарахалась от него все время, пока он жил здесь, в доме Воронцова, но все равно сдалась, стоило этому вралю великовозрастному прижать меня разочек к стенке.
– Ты, что ли, опять с ним переспала? – охнула я и на стул рухнула, не веря в то, что моя нежная, милая, рассудительная Снежана Денисовна сделала то, что сделала.
– Что ли, – кивнула подруга, – и я до сих пор не знаю, как это получилось, Вика. Вот я вроде бы стою и говорю, чтобы он убирался прочь и не смел протягивать ко мне свои грабарки, а потом – бац – и меня уже трахают, как портовую шлюху.
– Так, погоди. Не гони коней, Нежа. То, что он брат твоего работодателя, я уже поняла. То, что он жил вместе с тобой какое-то время – тоже, но где этот твой герой-любовник сейчас, после того как вы опять... ну, это... совокупились?
– В Москву укатил, – закусила губу подруга, а я заметила, что она из последних сил сдерживает слезы.
– Молча?
– Да нет, в этот раз великодушно предложил мне и на обратной дороге ему компанию составить.
– Это как? – нахмурилась я.
– Вот так – вернуться назад. А зачем и для чего? Не спрашивай – то неведомо.
– Вот же сука! – подорвалась я от такого рассказа.
– Не стану спорить.
– И до сих пор тишина?
– Угу.
– А ты как? – задала я риторический вопрос, хотя невооруженным глазом видела, как моей подруженьке плохо.
– Я? Норм, – фыркнула Нежка, – только стыдно, что мной опять попользовались и в утиль списали.
– Странные трусы, – покачала я головой, стуча задумчиво по нижней губе указательным пальцем, – и эффект от их работы странный. Видимо, дырка на заднице во всем виновата – вот тебе и принц дырявый потому попался. Гони его в шею!
– Я и погнала.
– Молодец!
– А ты как? Куда-то собираешься?
– Пф-ф-ф, да не то, чтобы, – закатила я глаза, – просто Вельцин предложил в клуб сходить. Я, конечно, ему отказала, но попутно решила свои залежи тряпочек перебрать. И вот.
– А чего отказала?
– У нас же только секс. Забыла?
– Странная ты, Вика. Локации для секса же тоже менять надо, а то приестся однообразие. Я бы сходила на твоем месте, повиляла задницей бы перед мужиком, подразнила его, а потом поорала бы под ним, как резаная, когда он, перевозбужденный меня приходовал.
– Хэй, Романова, это мой любовник! Губу закатай! – наехала я пылко на подругу, и сама себя испугалась.
Чего это я, собственно?
– Смешная ты, Крынская, – совсем не обиделась на меня Нежка, а только улыбнулась как-то понимающе, а потом и вовсе рассмеялась. – Платье, кстати, крутое. Ну то, что ты достала. Я помню, как мы его с тобой покупали еще в прошлом году. Да и ты в нем смотрелась отпадно. У Вельцина бы точно случился отек мозга.
Она права. Хорошее платье. Надо надевать и идти в клуб. И бельишко это развратное тоже, только без лифа, чтобы только трусики и до груди, в случае чего, можно было бы побыстрее добраться.
Все, уговорили.
Так, где мой телефон?
Отыскала его под грудой тряпья, срочно распрощалась с подругой, приказывая ей более не хандрить, и набрала номер своего бородатого недоразумения.
– Клубника, ты там не заболела ли часом? Опять первая звонишь, опять мне...
– Клуб еще в силе? – спросила я, пока не растеряла запал смелости.
– Разумеется. Все, как я и обещал: посидим, выпьем, кальян покурим, чуть расслабимся. Я так умотался за эту неделю между тобой и работой, что мне срочно нужна смена обстановки. Спасай, Вика-Клубника.
– А с другом своим лучшим чего не идешь в этот клуб?
– А друг сегодня снова в свое Туапсе умотал. Медом ему там намазали, видите ли.
– Туапсе…, – удивленно потянула я, а потом отмахнулась от всего и выпалила, – ладно, заезжай через пару часов, я буду готова.
– Да ты же моя хорошая...
Но я не дослушала, а сразу же отключилась, принимаясь мотаться по квартире, как долбанный электровеник. Душ. Тщательная эпиляция всех зон – и чтобы ни одного волоска. Прическа. Макияж.
Вот только спокойно собраться не вышло, за ребрами будто бы буря бушевала. И руки тряслись– вот и стрелки на глазах пришлось переделывать два раза, все криво получалось. Затем и чулок порвала, пока на себя его натягивала. И над укладкой корпела битый час, пока не добилась желаемого, идеального результата.
А уж когда спускалась вниз, к уже ожидающему меня Вельцину, то поймала себя на том, что тело словно бы гудело и вибрировало от непонятных мне эмоций. И ускорить шаг хотелось до состояния полета. Но я предпочла списать это все на то, что мне просто непривычно было идти в ночной клуб с мужчиной.
Первый раз, как-никак.
А он, мужчина этот лысый уже ждал меня рядом со своей гробовозкой. Весь на стиле снова: костюм-тройка, рубашка, шейный платок, идеально вычищенные туфли. Улыбка в тысячу мегаватт на мордатом лице. Аромат можжевельника и дыма коснулся моих ноздрей, когда наши губы соприкоснулись в коротком, приветственном поцелуе.
– Готова?
– Как видишь, – покрутилась я вокруг собственной оси, ожидая его восторгов, но Вельцин только кивнул на свою машину и скомандовал.
– Тогда прыгай, и погнали.
А я заняла свое место в салоне и чуть было не надулась от негодования.
"Два часа, Саша, я себя утюжила для этой встречи. А что в итоге? Где мои комплименты? Где пена у рта? Где бурное ликование, что ему досталась такая бесподобная женщина?»
Напрашивается максимально неприличный ответ в рифму!
Ну ладно, лысая макака, ты сегодня еще передо мной попрыгаешь на задних лапках. Это я тебе гарантирую. Хмыкнула, облизнулась и победно улыбнулась.
Да!
Глава 33 – Девочка, танцуй…
Вика
Гробовозка Вельцина остановилась у самого пафосного и дорогого клуба столицы, а сам он запарковался на VIP-стоянке, ссылаясь на то, что ночевать его ласточка будет уже здесь. Но я лишь пожала плечами и, походкой от бедра, пошла внутрь роскошного заведения. Лысый гоблин же крался чуть позади, но я видела его самодовольную ухмылку на бородатом лице и взгляд, четко посаженный на суперклей к моей заднице.
Приятно? Черт возьми, ну почему мне так приятно от этого варварского внимания? Не знаю. Мистика, не иначе.
Но я на сегодня позволила себе все. Отпустила себя и словила танцевальное настроение, стоило нам только подняться на этаж, где располагались шикарные ложи для состоятельных и притязательных клиентов клуба.
Пока Вельцин заказывал шампанское для меня и односолодовый виски для себя, а еще кальян и закуски, я встала у поручная и приступила к неспешной мести за то, что мной не восхитились тогда, когда мне это было нужно. Как же это по-женски, да? Сама придумала – сама обиделась.
А вот и нечего!
Мы либо королевы для своих мужчин, либо иди и овец паси, раз такой на комплименты жадный. И тут уже никак не получается быть милой принцессой, потому что сам же нажал на кнопку, переключая меня на режим «злобный и принципиальный кавказец Магомед»!
Теперь не остановить.
И началось...
Мои движения были обманчиво ленивыми и неторопливыми, но они, словно бросок кобры, прицеливались лишь на один результат – убить свою жертву наповал. Я чувственно изгибалась всем телом, но не для этого лысого гоблина, нет. Для себя – это самое важное в конечном результате.
Самоотдача!
Она у меня была на максимуме. Я чувствовала ритм и музыку каждой клеточкой своего тела. И с каждым треком мои движения становились все более уверенными и наполненными чистым сексом.
Короткий перерыв на выпить и покурить сладкий дым кальяна и снова в танцы. Руки вверх над головой, лопатки жжет взгляд черных глаз Вельцина, и оттого мне становится еще слаще. Я вся в этой стихии – танцую, отдаю себя на волю музыке, позволяя каждому своему жесту наполниться огнем и желанием.
Спустя часа полтора я уже в дурмане: пузырьки шампанского игриво курсируют по моим венам, голова затуманена дымом кальяна, а сердце грохочет на максималках, все потому, что бородатый австралопитек ни на минуту не отводит от меня взгляда. Смотрит жадно. С прищуром. Я чувствую загривком его желание, раскаленную страсть и голод, а у меня от этого понимания сердце бьется быстрее, пока окончательно не срывается с цепи.
Этаж заливает дым специальной установки, а я замираю, когда наконец-то вижу, как мой страж срывается с цепи.
Да, наконец-то!
Я знала, что его надолго не хватит. Но он меня не получит. Сегодня мы без сладкого – как урок, что я девочка и мне жизненно важно получать восхищенные комплименты.
– Пошли, – подходит в упор и хватает меня чуть повыше локтя.
– Хэй, я еще не натанцевалась, – улыбаюсь томно, чуть прикрыв глаза и выдирая руку из его хватки.
– Вика, на выход, я сказал, – как-то сурово и безапелляционно произнес Вельцин так, что у меня моментально засосало под ложечкой, а я сама растеряла весь свой бравурный запал.
– Но...
– Нам нужно серьезно поговорить.
– О чем? – спросила я на перехватившем вмиг дыхании.
– О важном.
– Саша.
– Вика, не беси! Топай, давай, – чуть встряхнул он меня и, прижав к себе, буквально потащил прочь из клуба.
И вот где-то тут у меня все и умерло, потому что мой добродушный Саша Вельцин, с вечно стоящим на мою персону членом и огнем в глазах, вдруг начал вести себя так, как никогда прежде. Порывисто. Даже грубо. И, кажется, равнодушно.
А я вдруг только сейчас додумалась начать соотносить факты: его холодность при встрече, вялый интерес при моем танце и до того, когда он не слишком-то и настаивал на этом походе в ночной клуб.
А значит, что у это нас тут получается?
Он что же, поставить точку собирается? Сказать, что пресытился? Что ему хватило Виктории Крынской и ее тела, всегда готового на все подвиги? А теперь все – пора разбегаться.
Навсегда...
Ну, может порадоваться бы надо, да?
Е-ху!
Улыбнуться и выдохнуть, потому что не очень-то нам и нравился этот бородатый гад и его блестящая лысина. Пусть валит на все четыре стороны, а нас и без него неплохо кормят. Что я мужика себе не найду? Пф-ф-ф, да прямо завтра очередь построится как в Мавзолей!
Все это я думала, пока мы спускались вниз, на первый этаж клуба, выходили через задние двери и шли к стоянке, на которой Вельцин оставил свой бронепоезд.
Вот только радость от предстоящего расставания с этим лысым гоблином до сих пор меня как-то не посетила. Напротив – внутри у меня все протестующе дрожало.
От ярости, конечно. Да!
Потому что только пусть попробует первым мне отставку дать, я ему все яйца оторву, сварю вкрутую и сделаю из них «селедку под шубой». Потом пусть не жалуется и не плачет горько. Вот так-то!
Но весь мой пыл кончился, не успев и начаться, когда меня толкнули к черному внедорожнику и с ехидцей в голосе просили:
– Хочешь мне что-то сказать, Вика?
А где же «клубника»? Не будет, да? Все, это точно конец...
– А ты? – едва ли смогла я выжать из себя.
– А я обычно от слов сразу перехожу к делу.
– Ну так переходи, я вся само внимание во плоти, – криво улыбнулась я, хотя, конечно же, больше всего хотелось расцарапать ему мордасы и наорать. Просто так, чтобы он не вздумал меня более так пугать!
Дубина бородатая!
– А мне показалось, что здесь именно ты пыталась что-то донести своими танцами.
– О, неужели?
– Значит, пояснений не будет?
– К черту их, – решилась я на отчаянный шаг и приготовилась ко всему на свете. Даже бить этому гаду морду. Сильно. Если надо, то и кирпичом.
– Я тебя понял, – улыбнулся Вельцин, а затем неожиданно дернул меня на себя, снял автомобиль с сигнализации, открыл салон и одним движением зашвырнул меня в него.
И сам в него залез, закрывая за собой дверь под мой полнейший шок от ситуации.
– Саша, какого черта? – прохрипела я, напуганная донельзя.
– Думаешь, меня можно дразнить до бесконечности? – осклабился он. – А вот и нет. Получай ответку, моя хорошая.
И тут же на меня накинулся, как Серый Волк на Красную Шапочку.
Я даже пикнуть не успела, а на мне уже задрали подол платья до пупа и содрали трусики, на которые я возлагала такие большие надежды.
А дальше только кусь – и нет больше Вики...
– Саша, подожди, – прошептала я, словив электрическую волну, прошившую мой позвоночник. Так бывало, когда этот дикий боров накидывался на меня вот как сейчас: страшно, что разорвет на части, но в то же время кровь вскипает за пару мгновений в ожидании неминуемой эйфории.
– Ты уверена, что хочешь именно этого? – с коварной улыбкой спросил Вельцин, а у меня голова сама собой отрицательно дернулась, хотя еще минут двадцать тому назад я была настроена совершенно категорично насчет нашей близости.
– Нет...
– Я почему-то так и думал, – хрипло усмехнулся мужчина, ощутимо прихватывая меня за волосы и, смотря прямо мне в глаза, оттянул голову назад, а второй рукой подхватил под задницу и усадил на себя сверху, быстро-быстро расстегивая ремень. Через секунду вжикнула ширинка, одновременно с тем, как низ моего живота налился кипящим свинцом, а в рот ворвался беспардонный, пошлый до невообразимости язык.
Обоюдный протяжный стон прозвучал, оглушая нас, когда наши рты накинулись друг на друга, а затем еще один, когда горячий и нетерпеливый член Вельцина уперся в мои уже мокренькие складочки, а затем, не встретив ни малейшего сопротивления, скользнул внутрь до упора.
Несколько секунд томительного оцепенения прошили насквозь, когда вот так близко, когда на грани сумасшествия от желания двигаться. Но Саша плевал на то, что я сходила с ума, он сейчас весь был сосредоточен на том, чтобы изнасиловать мой рот, жадно вылизать, прихватывая зубами то верхнюю, то нижнюю губу, пока мое терпение окончательно не закончилось требовательным рычанием:
– Вельцин!
– М-м?
– Да, трахни ты меня уже скорее...
Тихий смех резанул по рецепторам, но мне было уже плевать. Меня мелко трясло от возбуждения, суставы выкручивало от невозможности финишировать вот прямо сейчас. Но я готова была простить своему бородатому орку все эти незначительные неудобства, только бы он продолжал ритмично вколачивать свой член в меня.
Пока одна его ладонь плотно прихватила меня за ягодицу, задавая нужную ему амплитуду и частоту моих ответных движений, вторая поднялась и прихватила лиф платья. Сорвала тонкую ткань с силой вниз, оголяя грудь и возбужденные пули сосков.
– Ах, – дернулась я, выгибаясь в пояснице и полностью открывая мужчине доступ к своей груди. И пока он вбивался в меня, крепко удерживая за задницу, его рот вытворял такие пошлые вещи, что меня разогнало от нуля до сотни всего за пару секунд.
– Сладкая моя девочка...
– Саш..., – из горла вырвался жалобный, наполненный агонией скулеж.
Бах! Бах! Бах!
Глубже! Жестче! Жарче!
– Хорошая моя...
– Саш, я... кончаю, – все тело скрутило раскаленной колючей проволокой, но она не ранила, а скорее дарила долгожданное освобождение. Оно разрядило в мой мозг полную обойму кайфа, а я, не в силах его пережить, закусила губу до крови и практически умерла, терпя, казалось бы, бесконечные волны оргазма, которые разбивали меня на мелкие осколки.
Боже...
И пока я плавала в бесконечном мареве сладкого киселя, Вельцин рычал и продолжал на бешеной скорости иметь меня, кусая, целуя и лаская меня везде, куда бы только ни дотянулись его загребущие руки.
Момент, когда и он сорвался в свое удовольствие, я почувствовала сразу же, а затем еще раз, но уже вместе с ним, разбилась, ощущая, как он пульсирует внутри меня и бьется от наслаждения.
– Саш, больно, – тихонечко пискнула я, потому что Вельцин настолько крепко стиснул меня в своих руках, что невозможно было даже вздохнуть.
– Прости, – чуть ослабил он хватку, но тут же потянул меня за волосы, находя губами мой рот и врываясь в него с какой-то болезненной отчаянностью.
– Вика...
– Что? – выдохнула я, когда он наконец-то, спустя вечность оторвался от меня и пронзил взглядом исподлобья, сталкивая нас лбами.
– Я что-то так заебался.
Меня закоротило.
Больно и с ноги кто-то невидимый ударил в сердце настолько сильно, что я дернулась и вопросительно посмотрела на своего лысого гоблина. Что он такое вообще несет?
– У тебя, когда отпуск? – откинув голову на подголовник и, глядя на меня из-под опущенных ресниц и все еще находясь во мне, спросил Вельцин.
– Отпуск? – нахмурилась я, не понимая, куда в следующее мгновение свернет наш диалог.
– Отпуск. Время, когда люди отдыхают от работы. Слышала о таком?
– Слышала, – кивнула я, пытаясь подтянуть лиф своего платья, но Саша прервал мои жалкие попытки, принимаясь лениво, но оттого, не менее приятно, скользить пальцами по моей груди.
– И когда он у тебя?
– В последние две недели мая. А что?
– Какие планы у тебя на него? – притянул он меня шею, воруя острый, быстрый и наполненный жарким электричеством поцелуй.
– Думала к родителям съездить, – осторожно просветила я мужчину.
– А на море хочешь?
Что?
– На море?
– Угу, – хмыкнул он и добавил, – со мной.
– С тобой, – повторила я на автомате, – на море.
– Можно в Эмираты полететь. Или в Тай. У меня там, кстати, небольшой домик имеется на самом побережье. Или во Вьетнам давай махнем, на «Vinpearl» – до тошноты накатаемся на карусельках. Ты как?
– Саш? – в ступоре смотрела я на него, не понимая, шутит он или на полном серьезе предлагает мне совместный отпуск.
Со мной – с девушкой для секса.
Это как? Нормально вообще? Как реагировать на такое? Или мне снова нужно воспринимать это так, как советовала Нежка – чисто как смену декораций для траха? Мальчик ведь заебался, можно же и перетерпеть белоснежные пески ради счастья любовника и его потрясающего члена.
Да, да, пора бы и признать – член у Вельцина и вправду выше всяких похвал, и конкурентов ему в моей жизни не было, и, страшно подумать, если когда-то и не будет. А потому, что мне жалко, что ли, пару часов в небе провести и потом немного позагорать, да поплескаться в соленой водичке?
Да легко!
– У тебя загранпаспорт есть?
– Ну, есть.
– И как?
– Что?
– Полетишь со мной? На море...
– Полечу, – сглотнув, все-таки кивнула я утвердительно и пискнула, когда Вельцин внезапно скрутил меня в своих медвежьих объятиях.
