Текст книги "Я и есть дракон (СИ)"

Автор книги: Дарья Вивер

сообщить о нарушении

Текущая страница: 11 (всего у книги 13 страниц)

34

34

Огонек привел меня в заброшенное крыло замка. Здесь не было стражников, не горели факелы. Каждый мой шаг заставлял рассохшиеся половицы скрипеть, и этот звук протяжным эхом отражался от древних стен.

Наконец я остановилась у дверей, которые, казалось, не открывали сотни лет. Осторожно надавив на дверную ручку, я с удивлением почувствовала, как дверь поддалась и почти бесшумно открылась. Дракон снова поднял мою руку и щелкнул пальцами, зажигая свечи в комнате.

Я грустно улыбнулась. Раньше я приписывала эту магию себе, но теперь я точно знала: это он управлял мной и, похоже, больше не собирался сдерживаться. Разгадка нашей связи была близка, и к горлу подкатил ком: значит, и расставание было близко.

Прогнав тяжелые мысли, я огляделась. Комната, в которую меня привел дракон, была библиотекой. По стенам от пола до самого потолка тянулись книжные полки. Днем свет в библиотеку проникал через два огромных стрельчатых окна, одно из которых выходило на балкон. Я тут же представила себе, как хорошо, наверное, было бы сидеть на таком уютном балконе и читать. Рядом с другим окном стояло кресло с высокой спинкой. В такое кресло сразу же захотелось забраться с ногами, взять чашку горячего чая, укрыться мягким пледом и замереть в тишине, вглядываясь в окно и вдыхая запах травяного чая и книжных страниц. А по вечерам можно было бы разжигать камин и перелистывать страницы книг, слушая потрескивание дров и шум дождя.

Я мотнула головой и вздохнула. Эта прекрасная библиотека и ее книги с витиевато оформленными корешками не для меня. Я здесь, чтобы помочь дракону и исчезнуть…

Огонек, блуждающий по комнате, вдруг замер над книгой в красивом переплете из бордовой кожи. Я сняла книгу с полки и села в кресло. С внутренним трепетом провела пальцами по цветам, тисненным на бордовой коже. Огонек надо мной разгорелся сильнее, позволяя мне погрузиться в чтение.

Это была легенда о девушке по имени Мелизанда. Когда-то ее, дочь вождя, изгнали из собственного селения за то, что она могла обращаться маленькой змейкой. Муж предал ее, люди заковали в кандалы, и только мать продолжала тайком заботиться о ней.

Потом люди пленили Великого дракона и решили его убить. Мелизанда пришла к нему, потому что увидела в нем такого же узника, как она сама. Она кормила его, лечила и не боялась его силы.

Когда люди попытались уничтожить дракона волшебным зеркалом, Мелизанда встала между ним и отраженным пламенем. Она не думала о себе – просто не могла позволить убить того, кто был ей дорог. Ее жертва изменила дракона: он обрел человеческую душу, спас Мелизанду и построил для нее Ингизор – королевство вечного лета.

Я захлопнула книгу. Она говорила о жертве Мелизанды, но ничего о том, как вернуть Эдриану дракона. «Я не понимаю, – позвала я дракона. – Что ты хочешь сказать? Я должна принести себя в жертву?»

Но прежде чем я успела получить какой-либо ответ, дверь в библиотеку приоткрылась, и свет тотчас же погас.

Я едва успела спрятаться за портьерой, прижимая к себе книгу, как в комнату вошли Камилла и Матильда.

– Хотите сказать, что никто не входил сюда с тех пор? – недоверчиво произнесла Камилла, пока Матильда зажигала светильники. – А пахнет так, как будто кто-то совсем недавно жег здесь свечи.

– Это исключено, – сдержанно ответила мадам Эберлейн.

На некоторое время воцарилась тишина. Слышен был только стук каблуков Камиллы

– Значит, она погибла здесь, – скорее утверждая, чем спрашивая, произнесла Камилла. – Бедная тетушка Элоиза. Влюбиться в дракона и погибнуть на чужой земле. Это ужасно. Что ж, спасибо, что показали мне это место.

В ответ Матильда лишь тяжело вздохнула, и мои глаза вдруг защипало от слез.

Я поняла, куда привел меня дракон. В ту комнату, где погибли Элоиза и дочь Эберлейнов. Именно здесь все произошло, и именно здесь был спрятан ответ на вопрос, как воссоединить Эдриана с его сутью. Я представила, как тяжело Матильде было находиться в этом месте. Наверное, она не возвращалась сюда все эти годы и вот теперь вынуждена была стоять рядом с Камиллой и отвечать на ее вопросы. Вопросы, которые заставляли кровоточить незаживающие раны мадам.

– Да, я нашла их здесь, – подтвердила Матильда бесцветным голосом.

– Ясно, – хмыкнула Камилла. – Могу я побыть одна?

– Как вам будет угодно, Ваше высочество, – ответила Матильда и я услышала звук ее удаляющихся шагов.

Я закатила глаза, стараясь не вдыхать пыль от портьеры. Интересно, сколько эта Камилла намерена тут торчать? Я надеялась, она уйдет очень быстро, потому что нос нещадно щекотало от пыли. Но все надежды пошли прахом, так как дверь в библиотеку снова скрипнула.

– Вот ты где, – раздался знакомый голос.

– Юн Лун? – воскликнула Камилла.

От неожиданности я зажала рот рукой. Она может себе позволить обращаться к восточному королю так фривольно?

– Убирайся, – крикнула принцесса Андорры.

Но король Востока не был бы собой, если бы сразу прислушался к ее словам.

– И не подумаю. Ты – моя, и ничто на свете не может это изменить.

– Ты всерьез полагаешь, что какое-то древнее драконье право может отменить мою волю? Да я лучше выйду замуж за этого деревенщину, чем стану твоей.

– Ты станешь моей, – спокойно произнес Юн Лун.

Послышался шелест ткани, и на какое-то время в библиотеке воцарилось молчание. Затем раздался тихий женский стон – и едва различимый звук… поцелуя?

Но прежде чем я успела осознать, что они действительно целовались, библиотеку прорезал звук хлесткой пощечины.

– Никогда! – возразила Камилла, и в ее голосе ясно слышалась уязвленная гордость. – Ты похитил меня, держал взаперти в своем проклятом замке и продолжаешь считать, что я стану твоей?

– Дорогая, я никогда не удерживал тебя, – устало ответил Юн Лун. – Ты сама прибыла в мое королевство, скрыв свою личность. И я всего лишь защищал тебя от… нескольких прекрасных женщин моего гарема. Если бы ты дала мне немного времени, я все уладил бы иначе.

– Иначе? Ты считаешь, что я, принцесса Андорры, стану одной из твоих наложниц?

– Ты станешь моей единственной женщиной или ничьей. Предупреждаю: я камня на камне не оставлю во всем Ингизоре, если ты выйдешь за него.

– Кто ты, чтобы распоряжаться мной? – насмешливо поинтересовалась Камилла.

Дверь громко хлопнула, и послышался звук ее удаляющихся шагов.

Я тихонько выдохнула, обескураженная услышанным и таким бурным выяснением отношений, и неожиданно для себя чихнула.

Зажмурившись, я принялась молиться всем богам всех миров, чтобы король Востока меня не услышал. Но он услышал.

– Выходи. Я давно понял, что ты здесь, – произнес Юн Лун.

Чертыхаясь про себя, я вышла из-за портьеры, стараясь не смотреть на отпечаток ладони Камиллы, алеющий на щеке короля Востока.

– Знойная женщина! Именно такая мне и нужна.

Юн Лун поглаживал щеку и улыбался, а я хмуро смотрела в пол, прижимая к себе книгу и не зная, как реагировать на его признания.

– Что это ты читаешь? – Король одним движением выхватил книгу из моих рук и принялся лениво перелистывать страницы.

Внутри меня заволновался дракон.

– Отдайте, – я поспешно выхватила книгу обратно.

– Детские сказки, – безразлично произнес король Востока, нависая надо мной. – Жаль только, что Великие позволили людям пленить своего собрата, а не уничтожили его сами. Теперь мне придется завершить начатое ими.

Я растерянно смотрела на Юн Луна, стараясь отстраниться. Но внезапно дверь снова скрипнула.

– Что здесь происходит? – прозвучал грозный голос Эдриана.

Я резко обернулась, отступила и потеряла равновесие. Я бы точно упала, если бы Юн Лун не поймал меня и не прижал к себе.

– Ничего особенного, – произнес он в своей насмешливой манере. – Просто читаем сказки.

Юн Лун отпустил меня, но тут же приподнял подбородок согнутым указательным пальцем, обольстительно заглядывая мне в глаза.

– Я знаю много древних легенд, красавица. Если хочешь, могу рассказывать их тебе всю ночь.

С этими словами он развернулся и, отвесив легкий поклон Эдриану, скрылся за дверью.

Мы впервые остались вдвоем с тех пор, как встретились утром на лестнице. Я взглянула ему в глаза – и жгучая волна обиды затопила меня. На ресницах застыли злые слезы. Молча сунув книгу в руки растерянному королю, я тоже развернулась и выбежала из библиотеки.

Где-то в глубине души теплилась надежда, что Эдриан окликнет меня, остановит, не даст уйти. Но холодные стены замка отражали лишь гулкое эхо моих шагов. Он не пошел за мной.

Уж лучше бы я оказалась сейчас в своем сумасшедшем доме, чем среди этих бессердечных драконов.

35

35

– Вставай! – чей-то нетерпеливый голос разбудил меня, руки бесцеремонно стаскивали одеяло, а я никак не могла вырваться из объятий сна.

Казалось, я только-только прикрыла глаза после нескольких часов мучительных раздумий. Что хотел сказать дракон, когда показал мне книгу? Чтобы я пожертвовала собой? Но каждый раз при этой мысли внутри меня поднималась волна возмущения. Нет, он хотел не этого. Тогда чего? Чтобы я уехала в Андорру? Здесь дракон замирал, и я не могла понять его намерений. Как и намерений Эдриана. Он игнорировал меня весь день, не стал разговаривать со мной в библиотеке. Его безразличие причиняло такую боль, что хотелось сунуть голову под подушку и оставить ее там.

И вот теперь кто-то стаскивал меня с кровати.

– Ты можешь остановить их! – разраженный голос Камиллы, наконец, проник в мое сознание, и я открыла глаза.

Она стояла надо мной с занесенным графином с водой. Но увидев, что я проснулась, опустила руку.

– Хвала предкам, – облегченно произнесла она. – Поднимайся! Эдриан в опасности!

– Что?

Я кубарем свалилась с кровати.

– Он отказался от свадьбы, – раздраженно пояснила Камилла. – Отец счел это чудовищным оскорблением и вызвал его на бой.

– Но Эдриан лишен драконьей магии, – выдохнула я.

– Именно. Отец знает, что он не выстоит. А если Эдриан уступит Андорре, Юн Лун начнет войну, лишь бы не допустить союза наших государств.

Камилла сдула прядь волос, упавшую ей на глаза и посмотрела на меня.

– Ты можешь поторопиться?!

– Я могу, – огрызнулась я, стоя на одной ноге и натягивая чулки, – но почему ты рассказываешь это мне?

– Потому что ты делишь смежные покои с Эдрианом. Потому что, он пришел ранним утром ко мне и сказал, что разрывает помолвку, ведь его сердце принадлежит другой. Это достаточная причина, чтобы понять, что между вами что-то есть?

Я застыла.

– И что тебе нужно от меня?

Камилла закатила глаза и нетерпеливо топнула ногой.

– Только Истинной может принадлежать сердце дракона. Эдриан лишен магии дракона, а значит, его сердце ошибается: ты – не его Истинная. Как только я стану королевой Ингизора, ты покинешь замок. А пока – спаси его. Он не выстоит один против двух драконов. Но в союзе с моим отцом сможет одолеть Юн Луна. Просто уговори его согласиться на этот брак.

Я нахмурилась, пытаясь осмыслить все, что сказала Камилла и решила открыть карты.

– Я слышала ваш разговор с Юн Луном. Ты – Истинная короля Востока. Не похоже, чтобы он отступил.

Камилла фыркнула:

– Я – принцесса Андорры, а не безвольная рабыня. У него нет на меня прав!

Странно, но я ей не верила. Слишком уж затянутой была вчера пауза с поцелуем, после которой Камилла отвесила Юн Луну пощечину. Слишком уж терпеливым был восточный дракон, дожидаясь, когда принцесса прибудет на территории Ингизора. Почему он не последовал за ней в Андорру? Эта пара была не так проста, как казалось, но сейчас я не хотела разгадывать их тайны.

Словно в замедленной съемке, я застегнула платье, втиснула ноги в туфли и выбежала из комнаты.

Камилла сказала, что Эдриан отказался от свадьбы. Но на что он рассчитывает, выступая один против двух драконов? Быть может, мне лучше поговорить с Юн Луном? Смогу ли я отговорить его от притязаний на Камиллу? Послушает ли он меня, если я расскажу ему о судьбе Лауры, ставшей невольницей драконьего права и этого замка?

Задумавшись, я не заметила, как вышла во внутренний двор, где столпились растерянные гости, а Матильда яростно нападала на начальника стражи.

– Вы обязаны следовать за ним! – кричала она, колошматя маленькими кулачками по доспехам стражника. Альберт стоял рядом, пытаясь перехватить ее руки и прижать рыдающую жену к себе. – Пусти меня, пусти! Я не могу потерять еще и мальчика! Вы должны отправиться за ним.

В бессильных рыданиях Матильда опустилась на землю, цепляясь за Альберта, и он беспомощно гладил ее по голове.

– Что случилось? – рассеянно спросила я у начальника стражи.

– Его величество выдвинулся на поле битвы и приказал никого не выпускать за ворота.

– Один? – уточнила я.

Начальник стражи кивнул и в моей голове наконец-то прояснилось.

– Куда он поехал? Где будет битва?

– Не знаю, – в голосе начальника стражи слышались нотки паники. – Он сел на коня и ускакал, приказав закрыть ворота и никого не выпускать из замка до его возвращения. Я только видел, как короли Албазина и Андорры обернулись жуткими тварями и улетели вслед за Его Величеством.

Не дослушав, я бросилась к воротам.

– Куда вы, мисс? – окрикнул меня начальник стражи, а караульные скрестили секиры, преграждая мне путь.

Оглядываясь в поисках выхода, я увидела клетку с тигром. Вот тот, кто найдет путь. Побежав к клетке, я в отчаянии вцепилась в решетку. Без приказа Эдриана никто не выпустит тигра. Но… Но часть Эдриана уже внутри меня!

«Открой!» – приказала я дракону и почувствовала, как в моих руках появилась сила, способная сорвать дверь клетки с петель.

Но как же это было больно! Мне казалось, что я слышу звук рвущихся мышц, не способных вместить в себя такую мощь. Всего одно движение – и решетка с лязгом отлетела в сторону, а я бессильно упала на тигра, вовремя подставившего свою огромную голову.

Вот что имел ввиду Эдриан, когда говорил, что это не я, а дракон умеет разжигать пламя. Не я управляла этой силой.

Тигр обеспокоенно мяукнул, слегка боднув головой мой живот. Где-то за спиной раздался испуганный женский визг. Кажется, свита короля Андорры не была готова к появлению албазинского тигра в такой ужасающей близости.

Я успокаивающе похлопала тигра.

– Все в порядке, не волнуйся, – сказала и попыталась взобраться ему на загривок по ноге, которая теперь была больше, чем я. Но тут же охнула от боли. Мышцы рук нестерпимо болели, казалось, что и кости тоже.

Где-то внутри шевельнулась паника – это дракон осознал, что сделал со мной и сжался, в страхе причинить мне еще больше вреда.

Я тяжело вздохнула – нет времени утешать обоих. Похлопав тигра по ноге, я дала ему знак опуститься и, едва он припал к земле, я вскарабкалась на него.

– Ищи своего господина, – велела я и тигр, перескочив городские ворота, отправился на поиски Юн Луна.

«Только бы успеть, только бы успеть», – молилась я про себя, чувствуя волнение дракона.

В голове мелькали отрывки из вчерашней книги. Я вдруг ясно поняла, о чем она. Мелизанда не приносила себя в жертву – она просто не могла допустить, чтобы тому, кто ей дорог, пусть даже он был чудовищем, причинили вред. Вот и я не могла допустить, чтобы Эдриан пострадал из-за меня.

Я все еще не знала, как вернуть дракона, но сидеть и ждать вестей с поля битвы я бы не смогла. Если мне суждено погибнуть в этом мире, то я предпочла бы погибнуть рядом с тем, кого люблю – рядом с Эдрианом.

Я увидела их сразу.

Тигр замер на расстоянии трех прыжков. Я знала, что с виду он казался огромным чудовищем, объятым дьявольским пламенем, но на самом деле, он был трусливым котенком, и я чувствовала, как он дрожал от страха.

Я тоже боялась. Но в небе два огромных чудовища – сине-зеленый змей и темно-багровый крылатый ящер – пикировали прямо на крошечную человеческую фигурку, вооруженную лишь зеркальным щитом.

Игнорируя свой страх и ужас тигра, я направилась прямо туда, к Эдриану. Спешившись с тигра, я размахивала руками, пытаясь отвлечь внимание драконов в небе на себя.

На что я рассчитывала, глупая? Разве в моей власти остановить двух драконов, исторгающих огненные клубы из оскаленных пастей?

В последний момент я встала между Эдрианом и чудовищами и, прежде чем их огненный вихрь испепелил его, обратилась к дракону внутри себя:

«Пожалуйста. Защити его».

И время остановилось.

Из моей груди вырвался столп золотистого света, отразился в зеркальном щите Эдриана и накрыл нас непроницаемым куполом.

А потом я увидела дракона – огромного и смертельно изящного. Его изогнутая шея напоминала горный хребет, покрытый шипастыми гребнями, а когти оставляли в земле глубокие борозды. Рядом с ним драконы Андорры и Албазина казались неоперившимися птенцами.

Когда он взмахнул кожаными крыльями и поднял голову, казалось, сама земля заскрежетала от напряжения. В лучах рассветного солнца чешуя переливалась темно-багровыми и угольно-черными всполохами. Из пасти вырывались волны жара, от которых воздух дрожал и плыл, словно над костром. В каждом движении чувствовалась хищная точность.

Ноги перестали держать меня, и я опустилась на траву. Без дракона внутри я не могла даже сидеть. Силы стремительно покидали меня, но я хотела наглядеться на него, запомнить каждую черту того, кто все это время сжимал себя внутри меня, чтобы дать мне возможность жить.

Я протянула руку. Дракон медленно опустил голову. Рядом с ним я была такой маленькой, почти несуществующей.

В его глазах я увидела собственное отражение и робко улыбнулась.

– Я никогда не видела никого прекраснее тебя, – прошептала я.

А потом тьма накрыла меня.

36

36

В нос ударил знакомый запах хлорки и лекарств. Из приоткрытой двери в коридор тянуло подгоревшим молоком. Слышался лязг металлического ведра и всплеск воды: санитарка переставила ведро с водой и продолжила возить прелой тряпкой по выцветшему линолеуму.

Я глубоко вздохнула и слабо улыбнулась: возвращение в привычный мир оказалось горьким и отрезвляющим. Все это было всего лишь сном.

Я пошевелила рукой и уперлась в холодную металлическую стойку капельницы.

– Она пришла в себя! Доктор! – где-то рядом послышался взволнованный голос. Через минуту в палату вошла старшая медсестра и мой лечащий врач.

Я слабо улыбнулась им. Если бы у меня были силы говорить, я сказала бы им что-то вроде «Привет, ребята», но я не могла.

Доктор склонился надо мной, прощупывая пульс.

– Анастасия, вы слышите меня? Моргните, если да.

Я моргнула, и он удовлетворенно кивнул.

– После комы реакция удовлетворительная, – бормотал он, обращаясь к медсестре. Сообщите опекунам, что пациентка пришла в себя.

Доктор говорил что-то про критическое снижение веса и утрату жизнеспособности, но я уже уплыла в свои воспоминания.

Мои опекуны. До них меня уже дважды забирали из приюта – и дважды возвращали. Но эти люди поступили иначе: не отказались от меня открыто, а отправили в психиатрическую клинику и исправно платили за лечение. Наверное, так им было легче думать, что они не бросили замкнутую девочку, которая бродила по ночам и мечтала о драконах.

При воспоминании о драконе на глаза навернулись слезы. Он был таким огромным. Как же он умещался во мне? Больничный воздух был таким холодным, что я поежилась. Но внутри больше не было никого, кто мог бы согреть меня.

И только теперь, не ощущая дракона внутри себя, я осознала, насколько была одинока в этом мире. Неудивительно, что мне приснился мир, в котором все – от чопорной Матильды и всегда настороженного Эдриана до трусливого тигра – были добры ко мне.

Я не просто проснулась. Я в один миг потеряла всю мою семью, всех, кто стал мне так дорог. И самое страшное – их никогда не существовало. Все они были вымыслом.

Тонкие ручейки слез на моем лице превратились в полноводные реки, тело сотрясали рыдания. И только укол успокоительного позволил мне забыться. Но сны об Ингизоре больше не повторялись.

– Ася? – чей-то встревоженный шепот разбудил меня.

Я отвернулась от стены и встретилась с пронзительным взглядом карих глаз. Нижнюю часть лица скрывала медицинская маска, голову – колпак. Едва я открыла глаза, как он сгреб меня в охапку и лихорадочно заговорил на непонятном языке.

Видя мою растерянность, мужчина опустил маску и я вскрикнула. А потом всем телом прижалась к нему, судорожно цепляясь руками и ногами, чтобы никогда больше не отпустить.

Эдриан!

Это был он, настоящий, живой. Он сидел рядом и торопливо что-то объяснял, бережно вытирая слезы с моего лица.

– Эдриан, я ничего не понимаю, – всхлипывала я. – Ни слова не могу разобрать.

Он нахмурился и снова что-то спросил. Но я лишь покачала головой и улыбнулась. Это так странно. В его мире я не задумывалась, на каком языке мы разговаривали, но в моем – мы были разделены даже на уровне слов.

Я с тревогой вглядывалась в его глаза, гладила покрытые колючей щетиной щеки и старалась не думать о том, что он может уйти. В этот момент Эдриан поднялся, и я в панике снова вцепилась в него. Он что-то говорил, но я только мотала головой и сжимала его ладонь.

Он поднял мой подбородок и заставил смотреть ему в глаза. Казалось, в них застыл вопрос «Веришь мне?». Я кивнула, Эдриан подхватил меня на руки и на несколько мгновений замер, бережно прижимая меня к себе. Наверное, его смутил мой вес. Я оказалась слишком легкой, и теперь он с тревогой оглядывал меня. А потом направился к выходу из палаты. Осторожно выглянув в коридор, он убедился, что дежурной медсестры нет, и быстрым шагом прошел к выходу на пожарную лестницу.

– Куда ты идешь? – спросила я, когда поняла, что он собирается не спускаться, а подниматься. Он взглядом указал наверх и снова настойчиво заглянул мне в глаза, молчаливо задавая тот же вопрос.

Да, я ему верила. Не знаю, как он появился там, в странной одежде, в накинутом сверху медицинском халате, в колпаке и маске. Но он явно подготовился, чтобы забрать меня.

От выхода на крышу нас отделяла металлическая дверь, закрытая на амбарный замок. Осторожно поставив меня на пол, Эдриан уперся руками в стены и сильно ударил ногой по замку, создавая невообразимый шум. В лестничных пролетах загорелся свет, реагируя на шум и движения, с нижних этажей раздались взбудораженные голоса дежурных и охраны, послышали торопливые шаги наверх.

Еще один удар – и петли жалобно заскрипели. На третий раз дверь сорвало с креплений, а замок с грохотом упал на пол. Эдриан схватил меня за руку, и мы выбежали на крышу, освещенную лишь светом из коридора за нашими спинами.

Он указал куда-то вперед. Проследив за его рукой, я увидела в воздухе легкое сияние высотой с человеческий рост. Я неуверенно перевела взгляд обратно на Эдриана.

– Что это? Портал?

В этот момент на крышу выбежали двое – судя по одежде, охранник и медбрат.

– Эй, вы! – выкрикнул один из них. – Что вы здесь делаете? Живо спускайтесь!

Эдриан вздохнул и, встав спиной к порталу, крепко обнял меня.

«Веришь мне?» – снова спросили его глаза.

Я кивнула и зажмурилась.

Эдриан сделал шаг назад – прямо в сияние.

Мир качнулся. Теплый ветер растрепал мои волосы.

Открыв глаза, я задохнулась от восторга. Подо мной, в лучах полуденного солнца Ингизора, проносилась серебряная гладь лесного озера. Впереди, насколько хватало взгляда, раскинулись зеленые леса и поля.

Люди внизу, завидев тень дракона, радостно махали ему. Они не боялись его.

А сам дракон, высоко паря в небе, крепко, но бережно держал меня в когтистых лапах.