Текст книги "Я и есть дракон (СИ)"

Автор книги: Дарья Вивер

сообщить о нарушении

Текущая страница: 1 (всего у книги 13 страниц)

Я и есть дракон

1

Я что, дракон?

Пару минут назад старшая медсестра нашего отделения ласково сжимала мою ладонь и уговаривала немного поспать. Я послушно прикрыла глаза и в этот момент почувствовала, как кровать подо мной исчезла.

Светлая больничная палата стремительно приобретала очертания комнаты – мрачной и такой тесной, что я с трудом могла расправить крылья. Крылья? Грудь сковали ледяные тиски паники. Откуда у меня крылья? Вскочив на ноги, я испуганно вжалась в стену, гладкая поверхность которой сменилась прохладной каменной кладкой, и внезапно уперлась головой в потолок. Что же происходит?! От страха я закричала, но из груди с рыком вырвался мощный столп пламени. Мамочка!

К счастью, в помещении не было ничего, что могло бы загореться. Только на стенах появился след нагара. Глядя на него, я в ужасе закрыла рот руками. Вернее, попыталась закрыть, потому что перед глазами мелькнули две огромные когтистые лапищи и больно оцарапали морду.

Я и правда превратилась в дракона?! Нет, это сон, просто кошмарный сон, нужно проснуться. Но как? Крепко зажмурившись, я помотала головой, но она оказалась такой огромной, что, не удержавшись на ногах, больно ударилась о стену.

Где-то внизу раздался шум. Осторожно открыв глаза, я увидела двух стражников в доспехах. Один из них целился в меня копьем. Копьем? Взгляд тут же заволокло кровавой пеленой, тело затрясло от клокочущей ярости. Зверь, внутри которого я оказалась, угрожающе наклонил голову, шумно выдыхая через ноздри. Он явно намеревался испепелить несчастных. Или сожрать? О нет! Я что теперь и людей ем?! Кажется, я действительно сошла с ума. Нужно срочно выбираться отсюда!

Вот только единственное окно было узким даже для человека, а выход из комнаты от пола до потолка преграждала кованая решетка. Похоже, я оказалась в какой-то драконьей тюрьме. Оставался только путь наверх. Высокий сводчатый потолок венчала деревянная шпилевая кровля. Для огнедышащего дракона сжечь ее – раз плюнуть. Значит, мне туда. Нелепо замахав крыльями, я отделилась от пола и изо всех сил закричала. Из пасти снова вырвалось пламя, сухие деревянные балки тут же загорелись, оглушительно потрескивая.

Кто-то из стражников все-таки запустил в меня копьем. Мерзкие твари! Тело дракона развернулось, чтобы наказать обидчика, и я с огромным трудом заставила себя продолжить путь наверх. Отчаянно цепляясь за стены когтями, я зажмурилась и поползла в самое пекло, игнорируя обжигающие языки пламени и доски, летящие вниз. Вцепившись в край кровли, я, наконец, выбралась наружу и замерла.

Чистый воздух вскружил голову. Дракон жадно втягивал его в себя трепещущими ноздрями, щурясь от яркого солнца и легкого ветерка. Я невольно прониклась сочувствием к зверюге. Наверное, жизнь этого чудища не сильно отличалась от моей. О том, каково это – быть запертой, я знаю не понаслышке. Фыркнув и замотав головой, отгоняя грустные воспоминания, я поудобнее зацепилась когтями за останки крыши, позволяя чудовищу наслаждаться моментом.

Дракон, то есть я, сидела на самой высокой башне самого настоящего средневекового замка. Со всех сторон он был окружен неприступными стенами из светло-серого камня, рвом с водой и густым осенним лесом. От открывшегося вида я на мгновение задержала дыхание, и только крики ужаса и ярости, доносившиеся снизу, напомнили, в каком аду я оказалась.

Под тяжестью драконьего тела крыша башни угрожающе затрещала и рухнула, едва я успела перепрыгнуть на соседнюю. Ее кровля тоже не была рассчитана на вес здоровенного чудища. Черепица под моими когтями отрывалась и с грохотом летела вниз, где уже собрались лучники.

Я взревела, пугая саму себя огненными всполохами. Какой кошмарный сон! Как же проснуться? И вдруг вспомнила: нужно перестать сопротивляться и упасть. Во сне падение всегда заканчивается пробуждением. Мысль хорошая, но как заставить себя упасть прямо на летящие снизу копья? Это. Просто. Сон. Стараясь дышать полной грудью, я, наконец, оттолкнулась от стены и, сложив крылья, рухнула вниз.

Однако тело дракона, почувствовав, что я отпустила контроль, стремительно взмыло вверх, ввинчиваясь в белоснежные облака. От скорости и силы встречного ветра я зажмурилась, мысленно умоляя зверюгу остановиться, но дракон, нелепо кувыркаясь в воздухе, продолжал набирать высоту. Похоже, лучше не мешать ему. Доверившись инстинктам нового тела, я спиной почувствовала широкие уверенные взмахи крыльев. Шум в ушах стих, дракон принял горизонтальное положение, и я осторожно открыла один глаз.

Это было невероятно! Я летела сквозь белоснежные облака, медленно плывущие по безмятежному синему небу. Надо мной ослепительно сияло солнце, а внизу раскинулись леса, утопающие в осенних красках, луга и аккуратные поля, на которых созрел урожай. И только тень огромного дракона, скользящая по земле, заставляла сердце сжиматься от страха. Неужели это я? Как такое возможно?!

Внезапно взгляд упал на всадника в темном плаще, неотрывно наблюдающего за мной с земли, и внутри что-то ухнуло. Даже с высоты драконьего полета я отметила красоту мужчины. Непослушные темные пряди каскадом спадали на его лицо и шею. Суровый взгляд карих глаз под темными бровями не предвещал ничего хорошо, но притягивал, словно магнит. Сердце тревожно сжалось, давая понять, что от этого человека лучше держаться подальше. Однако дракон был другого мнения. Изменив траекторию полета, зверюга с пугающей скоростью бросилась вниз. От ужаса я закричала, извергая огненные клубы. И в то же мгновение в меня полетели десятки стрел.

Всадник резким жестом остановил перепуганных лучников и, пришпорив коня, поскакал мне навстречу. Приблизившись, он спешился и принялся создавать в воздухе магические символы. Ну уж нет! Встречаться с колдуном точно не входило в мои планы! Бешено замахав крыльями, я попыталась затормозить снижение и снова набрать высоту. Но пока я барахталась в воздухе, мужчина накинул на шею дракона светящееся лассо, и петля мгновенно затянулась.

Я взревела, пытаясь вырваться из ловушки, но чем больше сопротивлялась, тем крепче петля сдавливала шею. Вокруг образовалась странная белая дымка, а тело стремительно уменьшалось в размерах.

Как только пелена рассеялась, оказалось, что лассо крепко стягивает мои руки и грудь, а я стою перед незнакомцем.

Совершенно.

Абсолютно.

Неприлично.

Голая.

– Ты еще кто такая? – рявкнул он, в недоумении уставившись на меня.

Кажется, настало время потерять сознание.

2

2

Меня зовут Анастасия, но мне больше нравится короткий вариант – Ася. Так меня называет старшая медсестра. Мне двадцать пять лет, и большую их часть я провела в психиатрической клинике. Врачи говорят, что у меня клиническая депрессия, отягощенная сомнамбулизмом. Знаете, это такое состояние, когда нет сил, чтобы подняться с постели. И совсем ничего не хочется. Поэтому я часто сплю. А это самое страшное. Потому что я брожу во сне. Кажется, и сейчас тоже.

– Ты всегда такая болтливая? – нетерпеливо перебил меня мужчина.

– Извините… – промямлила я. – Просто вы задаете так много вопросов, а я не знаю, как вам все объяснить.

– По-твоему, я должен поверить в бред про… мифическую процессию? – холодно поинтересовался он.

– Клиническую депрессию, – автоматически поправила я и тут же прикусила губу, встретившись с его взглядом. Ох, лучше на него вообще не смотреть. Если бы он мог то, наверное, прожег бы меня своими глазами насквозь. Каждое мое слово заставляло его желваки ходить ходуном, а кулаки – сжиматься. Разумнее будет молчать.

Я отвела глаза и уставилась на свои босые ступни, выглядывающие из-под темно-зеленого плаща, который незнакомец набросил на меня, как только туман рассеялся. От плаща исходил приятный древесный аромат, смешанный с пряными нотками. Я вдыхала его и осторожно осматривалась по сторонам.

Судя по всему, колдун привел меня на кухню. В очаге потрескивал огонь, но тепла от него было удивительно мало. Рядом аккуратной стопкой лежали одинаковые по размеру поленья – ровные, будто подогнанные одно к другому. На деревянных полках вдоль стен стояла глиняная посуда: вся по местам, вся по размеру. На полу в таком же порядке расположились чугунные котлы, горшки и деревянные кадки.

Всё было очень чисто и правильно. Слишком правильно для кухни. Здесь ничего не кипело, не сохло у огня, не пахло похлёбкой или свежим хлебом.

Я сидела на краю лавки, не решаясь положить руки на стол. Гладкая столешница казалась холодной и чужой. С потолка свисали светильники, оплывшие воском. Похоже, их часто зажигали, но сейчас, в разгар дня, свечи были потушены. Свет – бледный и неуютный – проникал в кухню через два огромных окна.

– Как ты пробудила дракона? – мужчина чеканил каждое слово.

Я бессильно вздохнула. Он уже спрашивал.

– Говорю же, я не собиралась пробуждать никаких драконов. Это сон, понимаете? Видимо, очень крепкий. Раньше у меня не было таких реалистичных видений. Наверное, врач изменил протокол лечения…

– Проклятье! – мужчина выругался, ударив ладонью по поверхности стола.

Я вздрогнула и испуганно посмотрела на него. Трехдневная щетина, покрывавшая упрямый подбородок, вызывала смутное желание провести по ней рукой. Испугавшись такой дерзкой мысли, я снова уставилась в пол.

Ситуация нелепее не придумаешь. Сижу в каком-то средневековом замке, разговариваю с варваром, умеющим укрощать драконов магическим лассо, и мечтаю коснуться его. Сумасшедшая.

– Прошу прощения, мой господин.

В кухню неожиданно вошла женщина.

– Мне доложили, что вы прибыли с гостьей. Приготовить покои для вашей невесты?

Невесты? Я недоуменно уставилась на женщину, а потом перевела взгляд на того, кого она называла «мой господин». На его лице мелькнула досада.

– Это не она, Матильда, – мужчина устало потер переносицу. – Леди Бриссак со свитой прибудет через месяц. Время есть. Присмотри за… гостьей, я сейчас вернусь.

Он вышел, и мы с Матильдой остались вдвоем. Я поспешно вскочила, и женщина смерила меня неодобрительным взглядом. Еще бы! Ведь единственной моей одеждой был плащ. Представляю, что она могла подумать.

Матильда выглядела лет на пятьдесят. Ее все еще можно было назвать красивой, если бы не жесткий взгляд и сурово поджатые губы. Седые пряди в педантично уложенной прическе усиливали ощущение неприступности. Она стояла с прямой спиной, простое, но строгое темно-синее платье в пол подчеркивало ее аристократичную осанку.

– Меня зовут мадам Матильда Эберлейн. С кем имею честь?

Я поежилась от надменности, звучащей в ее голосе.

– Я… Эм… Меня зовут Ася, – промямлила я, судорожно вцепившись в ткань плаща.

– Ясно, – мадам Эберлейн закатила глаза и снисходительно хмыкнула. Я снова села на место, зябко поджав босые ноги. Неожиданно в районе груди разгорелось пламя, опускаясь все ниже и наполняя тело приятным теплом. Дракон! Он не исчез. Каким-то образом он остался внутри и, едва почувствовав холод, согрел меня. Я прижала руки к груди, надеясь, что он сможет ощутить мою благодарность за такую неожиданную заботу. Теперь мы в одной команде. В этом странном мире я отчаянно нуждалась в друге. Пусть даже и в драконе.

Из задумчивости меня вывела чашка ароматного супа, которую мадам Эберлейн поставила передо мной.

– Уверена, вы проголодались, мисс, – сухо сказала она, сервируя стол.

Действительно, очень хотелось есть. Я осторожно взяла ложку. Поем, согреюсь и подумаю, как отсюда сбежать.

В том, что бежать необходимо, я не сомневалась. И хозяин замка, и эта его мадам наводили ужас своим высокомерием. Зато воспоминания о полете дракона наполняли мое сердце радостью.

На самом деле мне всегда снилось что-то подобное: зелень бескрайних лесов, яркая радуга, пьющая воду из горного ручья, цветущие луга. Во снах я любила бегать босиком по траве, ощущать прохладу утренней росы. Стоя на краю высокого утеса, я раскрывала объятия навстречу теплому ветру. Мне так хотелось, чтобы он подхватил меня и унес далеко-далеко…

Правда, потом оказывалось, что утес – это карниз крыши психиатрической клиники, а я снова бродила во сне. Говорят, меня всегда успевали поймать в самый последний момент, до того как я сделаю шаг в пустоту. Однажды лечащему врачу надоели ночные побеги и меня заперли в одиночной палате. Это жуткое место. Я сопротивлялась, плакала, обещала исправиться и быть хорошей. Мне поверили, но когда я снова оказалась на крыше, больше не выпускали. Надели смирительную рубашку, назначили курс сильнодействующих препаратов. Я перестала видеть сны, в которых чувствовала себя по-настоящему счастливой, и целыми днями лежала в кровати, глядя в окно.

Сегодня, впервые за долгое время, я снова ощутила вкус жизни. И если для этого придется стать драконом, что ж.

Я им стану.

3

3

– Эй! – мужчина пощелкал пальцами перед моим носом. – Меня слышно?

Требовательный голос хозяина замка вырвал меня из размышлений. Ой, кажется, он что-то сказал, а я пропустила. И теперь, слегка присев, чтобы быть со мной на одном уровне, он с едва скрываемым раздражением смотрел мне в глаза.

Проглотив кусок хлеба, я поспешно вскочила на ноги и уставилась на мужчину. Сердце гулко билось в груди, заглушая все звуки на свете. Он пугал до дрожи в коленях. От одного только колючего взгляда хотелось бежать и в то же время остаться.

– Да… Да, конечно, сэр, – пискнула я и откашлялась, стесняясь своего дрожащего голоса.

Мужчина выпрямился и презрительно оглядел меня с головы до ног. Обнаружив, что я стою босиком на каменном полу, он с досадой поморщился.

– Будешь жить в северной башне. Матильда, приготовь ее комнату. И подбери ей… какую-нибудь одежду.

Мадам Эберлейн присела в легком реверансе, а я схватила мужчину за руку.

– Что значит «жить»? Я не хочу у вас жить. Я же не пленница, да?

– Как только я верну себе дракона, ты можешь отправляться ко всем чертям, – произнес он с плохо скрываемым раздражением.

– Дракона? – переспросила мадам, и в ее голосе явно слышалось потрясение. Такое сильное, что чашка выпала из её рук и с неприятным гулким эхом покатилась по каменному полу.

– Матильда, самообладание подводит и тебя, – тихо сказал мужчина, а я сжалась под ее недобрым взглядом.

– Прошу прощения, господин, – голос Матильды дрогнул. Пытаясь скрыть эмоции, она наклонилась за чашей. – Мне доложили о нападении дракона, но я сочла, что это очередной набег с восточных земель…

Мужчина медленно выдохнул.

– Так я сказал начальнику стражи. На самом деле наша гостья пробудила дракона. Только не знает как. Или говорит, что не знает, – с нажимом произнес он, не спуская с меня своих колдовских глаз.

Они оба – Матильда и хозяин замка – смотрели на меня так, словно я в любой момент могла стереть их с лица земли. А я могла?

Внезапно схватив мои запястья, он надел на них золотые браслеты с причудливыми узорами. Металл холодил кожу, а прикосновения длинных мужских пальцев заставили мои щеки пылать. Я нервно сглотнула.

– Что это значит? – спросила я осипшим голосом, но меня никто не слушал.

– Так она… Она и есть…? – похоже, самообладание действительно покинуло мадам Эберлейн. Ее шея покрылась пунцовыми пятнами, дрожащую от волнения ладонь она прижала к губам.

– Да, – кивнул мужчина, все еще не выпуская мои запястья из своих крепких рук, – наша гостья и есть дракон. И пока я не пойму, как это произошло, мисс Анастасия будет жить в северной башне, раз уж восточную она сожгла. А чтобы вам снова не пришла в голову еще одна разрушительная идея, – теперь он обращался ко мне, язвительно переходя на «вы», – вы будете носить эти браслеты.

С этими словами он поднес запястья к моим глазам и неожиданно оттолкнул. Я пошатнулась, чувствуя легкое разочарование. Да что это?! Почему он так завораживает меня?

Не удостоив меня взглядом, хозяин замка вышел, а Матильда, справившись с собой, сделала короткий жест.

– Идемте.

И мы пошли через просторные, но холодные комнаты с истертыми коврами и мебелью, накрытой пыльными чехлами, по скрипящим ступенькам парадной и винтовых лестниц. Всё вокруг казалось застывшим во времени и вызывало ощущение безысходности. Замок казался нежилым. А судя по тому, как беднел интерьер на пути к северной башне, хозяин решил поселить меня подальше от любых глаз. Я так много лет провела взаперти, что сама мысль об этом заставляла сердце тоскливо сжиматься.

– Матиль… Мадам Эберлейн, – тихо позвала я. – Что со мной будет?

Матильда не ответила, и я понуро брела следом за ней, теребя браслеты и тщетно пытаясь от них избавиться. В груди по-прежнему было тепло, значит, мои изящные наручники не причиняли вреда зверю. Почему-то это успокаивало.

– Ваши покои, – мадам Эберлейн внезапно остановилась и со скрипом отворила деревянную дверь. – Я принесу одежду и постельное белье.

Матильда ушла, а я замерла, осторожно осматривая свою новую обитель. Ни одно из ожиданий не оправдалось. Вместо темницы с пауками и мышами, или соломенного настила с цепями и кандалами, я стояла на пороге светлой комнатушки под самой крышей башни. По обеим стенам напротив друг друга расположились платяной шкаф и кровать. К шкафу примыкал стол со стулом, а из окна с небольшим балкончиком, открывался чудесный вид на лес и озеро. Что ж, кажется, о моем комфорте здесь пеклись чуть больше, чем о комфорте дракона. Здесь мне определенно нравилось больше, чем в каменном мешке, в котором я очнулась.

Возможно, сказочные принцессы, запертые в башнях вместе с драконами, не разделили бы моих чувств. Но, во-первых, эта маленькая комнатка в удивительном замке лучше палаты в сумасшедшем доме. А во-вторых, никакая я не принцесса, я – жуткий огнедышащий дракон. И улечу отсюда. Сразу, как только смогу.

Вернувшаяся мадам Эберлейн хмуро взглянула на мое довольное лицо и поджала губы.

– Когда-то здесь жил смотритель башни, – пояснила она, аккуратно складывая белье на стуле. – Надеюсь, вам будет удобно. Если холодно, можно разжечь огонь в камине.

Развесив в шкафу одежду, Матильда собралась уходить, но я торопливо схватила ее за руку. В голове крутилась сотня вопросов, и нужно было выбрать один. Самый важный.

– Скажите, а что это за место? И кто этот мужчина? И дракон во мне... Что вы знаете о нем?

Что ж, самый важный выбрать не получилось, и я прикусила губу, глядя на женщину с мольбой.

Матильда смерила меня долгим оценивающим взглядом.

– Кто вы? – наконец произнесла она. – Любой житель и нашего королевства, и соседних земель, знает, что этот замок принадлежит нашему королю – Эдриану Освальду Альваро Четвертому. Это он привез вас сюда. Вам оказана честь быть… его гостьей.

– Или пленницей? – уточнила я, стараясь переварить услышанное.

Вместо ответа Матильда слегка приподняла бровь и вышла из коморки.

Кажется, я попала в ловушку.

4

4

Оставшись одна, я переоделась в льняную рубашку до самых пят и снова и снова пыталась восстановить в памяти всё, что случилось до того, как очнулась здесь. Это утро ничем не отличалось от любого другого на протяжении многих лет. Я просыпалась, ела, меня пичкали таблетками, засыпала. Вот и всё. Сложно отделить один день от другого, потому что ничего не менялось. В клинику я попала семь лет назад, из интерната для детей-сирот, сразу, как мне исполнилось восемнадцать. Сначала мне разрешалось общаться с пациентами, их родственниками и медицинским персоналом. Но с ухудшением моего состояния круг людей постепенно сужался, пока я не оказалась запертой в одиночной палате.

Единственной радостью в жизни было окно. Оно выходило на глухую серую стену, но я могла смотреть на нее часами, любуясь игрой света и тени, отбрасываемых листьями деревьев. А еще я любила драконов... Всегда радовалась, как ребенок, стоило увидеть изображение с ними. Я рисовала их на любом клочке бумаги, на стенах, и даже на запотевших стеклах. Я мечтала о драконах, вот мне и снится, что я стала драконом! Как просто! Возможно, мне даже удастся управлять своим сновидением?

Надо найти короля и все ему рассказать. Прямо сейчас! Если это сон, я должна хотя бы попытаться задать ему правила. Сказать, что не причиню никому вреда, пока не проснусь. Может быть, тогда кошмар перестанет быть кошмаром.

Вскочив, я бросила взгляд на зеркало в шкафу. Встревоженные распахнутые карие глаза, растрепанные темные волосы, доходившие мне почти до середины спины, безразмерная рубаха до пят, скрывавшая хрупкую фигуру. Да уж… Наверное, не в таком виде женщины предстают перед правителями государств. Но мой случай особенный. Да и Эдриан уже видел больше, чем следовало… Ох, и зачем я об этом вспомнила?! Залившись краской по самые уши, я зажмурилась, с досадой закусив губу, вступила в растоптанные кожаные ботинки и бросилась вниз по лестнице.

Где искать хозяина замка, я не знала, поэтому просто шла по памяти в сторону столовой. Уже стемнело, в тускло освещенных мраморных коридорах я брела почти на ощупь, вздрагивая от каждого шороха и скрипа ступенек. Странно, что на пути никто не встретился. Где же стража? Даже в нашей больнице всегда кто-то дежурил ночью. Но обитатели замка словно исчезли. Какое жуткое место.

Спустившись на пару этажей, я замерла, размышляя, не повернуть ли обратно, и вдруг заметила полоску света на полу длинного коридора. Проследив по ней взглядом, я увидела приоткрытую дверь и мужчину, устало склонившегося над столом.

– Эдриан! – облегченно воскликнула я.

Комната была похожа на лабораторию алхимика. Повсюду, на столе и на полках вдоль стен, стояли разного размера склянки. В некоторых что-то бурлило. Трепетные огоньки свеч отбрасывали на стены таинственные тени. В черных замшевых брюках, заправленных в высокие кожаные ботфорты, и в свободной белой рубахе, расстегнутой до середины груди, хозяин замка выглядел невероятно привлекательным. Он поднял голову, откинул волосы с лица и рассеянно посмотрел на меня.

Лучезарно улыбнувшись, я побежала к нему с радостно бьющимся сердцем.

– Эдриан, – прошептала я внезапно севшим голосом, остановившись в шаге от него, – я, кажется, поняла, как попала в этот сон.

Его взгляд растерянно скользил по моему лицу, отчего внутри все сжималось. Нахмурившись, он осторожно сжал мои плечи, и я застенчиво улыбнулась, ощущая тепло крепких ладоней и легкие поглаживания больших пальцев.

– Я вспомнила, что всегда любила драконов. И, знаете, я не опасна, даже если снова превращусь. – Тут я вспомнила, что вообще-то разрушила восточную башню и, может быть, подпалила парочку лучников. – Ну, если не пугать меня, то, думаю, я буду совершенно безобидна. А у вашей стражи я попрошу прощения и… Думаю, что совсем скоро я проснусь и этот кошмар закончится.

Последнюю фразу я произнесла с придыханием, едва справляясь с охватившим меня волнением. Его губы были так близко, что я нервно сглотнула. Смущенно опустив ресницы, я старалась выровнять дыхание, не замечая, как ладони Эдриана до боли сжали мои плечи.

– Кто позволил обращаться ко мне по имени? – злобно прошипел он.

От внезапной перемены его настроения я распахнула глаза и отпрянула.

– Просто… Просто я подумала, что это важно…

– Кто ты такая?! Кто ты, чтобы врываться сюда? – рявкнул он. Теперь его глаза сверкали от ярости, а я не могла вырваться из тисков его жестких рук.

Дракон во мне внезапно встрепенулся. Я в оцепенении наблюдала за огненно-красными всполохами, пробежавшими по моим венам. Золотые браслеты внезапно раскалились добела, оставляя ожоги на запястьях. Я закричала, и Эдриан резким движением вышвырнул меня из комнаты, удерживая в воздухе силой магии.

– Убирайся! И не попадайся на глаза, пока я сам не позову тебя.

Дверь в комнату с грохотом захлопнулась, а я рухнула на холодный пол в коридоре.

Как глупо. Запястья нестерпимо жгло и я, наконец, сделала то, что откладывала целый день – заплакала. А где-то глубоко внутри меня бесновался дракон.