Текст книги "Неправильная Золушка, или Всем сестрам по тыкве (СИ)"

Автор книги: Дарина Ромм

Соавторы: Лесана Мун
сообщить о нарушении

Текущая страница: 8 (всего у книги 11 страниц)

Глава 29/1

Мы почти бегом возвращаемся к торговым рядам. По дороге высчитываем, сколько у нас осталось денег.

– Четыре серебряных монеты в королевском кошельке, плюс то, что мне мама дала, – подводит итог Лори. – Это немного, но…

– Хватит на основное, – киваю я. – Крупы, овощи, может быть, немного масла. Хлеб точно возьмем.

В лавке мы действуем быстро и слаженно. Лори хватает мешочек овсянки и поменьше – местного подобия гречки, я – морковь, лук, картошку. Потом капусту и яблоки – самые дешевые, чуть примятые. Кусок сала – это уже роскошь, но Лори настаивает, что нужно. Две буханки хлеба. Молоко для малышек.

– Это все? – спрашивает продавец, складывая наши покупки в большую корзину.

– Все, на что у нас хватит денег, – честно отвечаю я.

Мужчина взвешивает, считает. Потом смотрит на нас внимательно и говорит:

– Барышни, а вы случайно не те самые, что мальчишке на пирожки добавили?

– Мы, – кивает Лори.

– Тогда держите, – и он кладет в корзину еще пакет с какой-то крупой и небольшой кусок масла. – Это в подарок. За ваше доброе сердце.

У меня снова наворачиваются слезы. Черт, ну что это я сегодня такая чувствительная?

– Спасибо, – выдавливаю. – Большое спасибо!

Мы несем тяжелую корзину вдвоем, держась за ручки с обеих сторон. Тащим ее обратно в проулок, на крыльцо, в дом. Элиас встречает нас с таким видом, словно мы принесли сокровища со всего королевства.

– Ничего себе! – выдыхает он, глядя на корзину. – Это все нам?

– Все вам, – подтверждаю я. – Ну что, показывай, где у вас кухня? Будем готовить обед!

Следующие несколько часов проходят в какой-то лихорадочной работе. Лори принимается за уборку – драит полы, собирает разбросанные игрушки, открывает окна, чтобы проветрить. Я готовлю – варю овсяную кашу с молоком для девочек, режу овощи для супа, ставлю его на огонь. Элиас помогает нам, таскает воду, выносит мусор.

Миланка все это время лежит на кровати и тихо плачет. Я несколько раз подхожу к ней, поправляю подушку, приношу воды.

– Не плачьте, – прошу я. – Все будет хорошо.

– Я не понимаю, за что мне такое счастье, – шепчет она. – Я думала, весь мир отвернулся от нас. А тут вы…

– Мир не отвернулся, – возражаю я. – Просто иногда нужно время, чтобы помощь пришла.

Девочки сначала боятся нас, жмутся к брату. Но когда я протягиваю старшей тарелку с теплой кашей, она робко берет ложку и начинает есть. Младшая тоже тянется к еде. Они едят жадно, давятся, торопятся. Боже, когда они последний раз нормально ели?

– Медленнее, мои хорошие, – говорю я мягко. – Никто у вас не отберет. Ешьте спокойно.

Лори тем временем разобралась с бельем – оказывается, его нужно просто прополоскать и развесить. Она делает это во дворе, а я продолжаю возиться на кухне. Суп почти готов, я добавляю в него сало, нарезанное мелкими кусочками, соль. Аромат стоит умопомрачительный.

– Анна! – зовет Лори из дальней комнаты. – Иди сюда!

Я вытираю руки о фартук, который нашла на крючке, и иду на зов. Лори стоит возле старого сундука и держит в руках какую-то ткань.

– Смотри, – показывает она мне. – Это же тонкое полотно! И кружева, ручная работа, очень талантливая! Наверное, остатки приданого Миланки.

Я беру ткань в руки. Действительно, качественная. Пусть и пожелтевшая от времени, но ее можно привести в порядок.

– Думаешь, она согласится продать? – спрашиваю я тихо. – Это помогло бы ей выплатить часть долга.

– Не знаю, – качает головой Лори. – Но можно спросить. Только аккуратно.

Мы возвращаемся в главную комнату. Там уже заметно чище – Лори постаралась. Девочки доели кашу и теперь сидят на полу, играя с какими-то самодельными куклами. Элиас подметает.

Я подхожу к Миланке и осторожно спрашиваю про ткань. Она вздыхает.

– Я давно думала продать это, – признается она. – Но не знала, кому. И боялась, что обманут – дадут гроши. Если вы знаете, где можно получить честную цену…

– Знаем, – кивает Лори. – Госпожа Шанелис даст хорошую цену. Она честная.

– Мы можем отнести это ей завтра, – предлагаю я. – И привезем вам деньги. Если вы поверите, конечно.

– Берите! Даже если… извините, если это все обман… вы подарили мне надежду.

Суп готов. Я разливаю его по мискам – всем, кроме нас с Лори. Миланка пытается возразить, говорит, что и нам нужно поесть, но я категорична.

– Мы уже ели, – вру я. – А вам нужно восстанавливать силы.

На самом деле живот подводит от голода так, что скоро запоет арию. Но смотреть, как эти дети с матерью едят свой скудный суп, и при этом самим наворачивать – нет, не могу. Не буду.

Элиас ест медленно, смакует каждую ложку. Девочки уже наелись кашей и клюют носом – младшая вообще засыпает прямо за столом. Лори подхватывает ее и несет на кровать.

Я мою посуду, вытираю стол, подметаю и мою полы в кухне и коридорчике, проверяю, чтобы огонь в очаге был прикрыт. Все, больше сделать мы не можем – уже начинает смеркаться, а нам нужно вернуться во дворец.

– Элиас, – зову я мальчика. – Присмотри за мамой и сестренками. А постараемся к вам еще заглянуть. Возможно, завтра принесем вам деньги и еды. Но если не получится завтра, то как только сможем выбраться. Еда у вас пока есть, а там видно будет.

Он кивает, глаза блестят.

– Спасибо вам, – шепчет он. – Вы настоящие волшебницы.

Я уже поворачиваюсь к двери, когда чувствую, как кто-то дергает меня за юбку. Оглядываюсь – это старшая девочка. Она смотрит на меня серьезными темными глазами и спрашивает:

– А ты моя фея-крестная?

Я замираю. В горле снова встает комок. Присаживаюсь на корточки, чтобы наши глаза были на одном уровне.

– Да, малышка, – говорю я тихо. – Это я. Твоя фея-крестная.

Девочка улыбается – первый раз за все время, что мы здесь. И эта улыбка такая светлая, такая доверчивая, что у меня внутри все переворачивается.

Я целую ее в лоб и шепчу – больше себе, чем ей:

– Обещаю. Я буду помогать тебе столько, сколько смогу.

Потом выпрямляюсь, беру Лори за руку, и мы выходим из дома. Миланка кричит нам вслед слова благодарности, Элиас машет рукой. Дверь закрывается.

Мы идем по проулку молча. Я чувствую себя опустошенной и одновременно наполненной. Устала до трясучки, голова кружится от голода, ноги ноют. Но внутри – тепло. Такое, какого я давно не чувствовала.

– Я думала, мы просто выйдем в город, хорошо проведем время. А мы… мы его провели не просто хорошо. А с пользой.

– Это точно. И, знаешь, я даже рада, что мы потратили все деньги на эту семью, а не на бесполезные сладости и всякую ерунду.

– Я тоже, – кивает подруга. Потом хватается за живот. – Но боже, как же я хочу есть! И…

– Что? – спрашиваю у Лори, потому что она резко замолчала и смотрит на меня хитрым лисьим взглядом.

– У нас еще остались деньги! – демонстрирует мне одну монету. На мои удивленно приподнятые брови объясняет. – У меня в кармане дырка, оказывается. И монетка закатилась за слой ткани. А когда мы выходили, и я смывала с платья пыль, нащупала ее… Так что… пошли есть, а?

Мы, уставшие, но счастливые, выходим на главную улицу и почти сразу упираемся в горящие окна большой таверны, из двери которой доносятся звуки музыки и невероятные ароматы кухни.

– Кажется, нам срочно надо сюда! – смеется Лори, и мы заходим в «Таверну дядюшки Го-го».

Глава 30

В таверне нас встречает полный пожилой мужчина в длинном белоснежном фартуке. Лицо у него круглое, как луна, а светлые волосы кудрявые, золотистым нимбом стоят над головой. Широко улыбнувшись, он обращается к нам, перекрикивая звуки развесёлой музыки:

– Доброго дня! Я дядюшка Го-Го, хозяин таверны. Что желают красивые девушки? Ужин, пирожные с чаем или какао?

– Чай. И хлеб, – отвечаем мы, переглянувшись: денег-то у нас одна монета!

– Хм, интересный выбор, – отвечает мужчина и показывает рукой на обеденный зал. – Тогда садитесь на любой свободный столик. Я сейчас всё вам принесу. Можете потанцевать, если захотите – думаю, господа торговцы будут не против.

На наш вопросительный взгляд поясняет:

– Сегодня в моей таверне празднуют Нушуко, праздник торгового сословия – все купцы квартала у меня в гостях. Видите, столы в центре зала? И музыкантов они пригласили, лучших во всей столице!

– Нам только чай попить, – отказываемся мы и идём через зал к маленькому столику в углу.

Через несколько минут дядюшка Го-Го приносит нам чайник и тарелку с булками. На наши возражения, что мы заказали просто хлеб, весело подмигивает:

– Нет-нет, такие славные девушки не будут есть хлеб в моей таверне! Тем более, именно сегодня булочки по цене простого хлеба. Так что приятного аппетита.

– Акция… – улыбаюсь я, а рука уже сама тянется к пышной сдобе с изюмом.

Мы быстро уминаем по паре булок. Утолив первый голод, начинаем неспешно пить душистый чай на травах и наблюдать за танцующими. Возвращаться во дворец пока не хочется, хотя давно пора, – солнце уже катится к закату…

Но долго любоваться весёлыми танцами у нас не получается – дверь таверны открывается, и в неё заходят… Ой и ай, регент Александр и принц Артур заходят!

Мы с Лори переглядываемся в пранике: ну всё, сейчас нам будет кирдык! Наверняка накажут за то, что по тавернам шастаем, хотя должны во дворец вернуться, как положено приличным отборным невестам.

Но принц и король напрочь рвут нам шаблоны!

Во-первых, оба одеты в совершенно простые одежды, никаких тебе шёлков и бархата. Вместо них – простое сукно и ноль украшений.

Во-вторых, оба преспокойно направляются к нашему столу. Через несколько секунд Александр решительно занимает место рядом со мной, а Артур, чуть поколебавшись, устраивается рядом с Лори. Мужчины интересуются, как у нас дела, как прошла прогулка по городу и что интересного мы увидели в столице.

А в-третьих, не успеваем мы с Лори прийти в себя и что-то ответить, как к нашему столу подходят двое торговцев и начинают смущённо, но весьма настойчиво, приглашать регента и принца за свой праздничный стол. Ну и нас с Лори заодно, конечно.

– Анна, вы не против? – интересуется Александр у меня.

– Н-нет, конечно, – отзываюсь я, и мы идём за праздничный стол. И опять регент собирается сесть рядом со мной, незаметно, но категорично оттирая принца в сторону. Ох, Ваше Величество, не портите мне сказку!

Собираюсь сесть ближе к Артуру, но тут замечаю счастливый взгляд Лори – принц выдвигает ей стул рядом с собой. Хм, ладно, пусть пока так будет. А сказку чуть позже буду возвращать на правильные рельсы.

Дальше мы сидим за столом. Принц и король со всеми наравне едят, пьют и смеются над непритязательными шутками, словно обычные горожане, а не особы королевской крови!

После короткого перерыва, когда музыканты сели поесть и передохнуть, танцы возобновляются. Начинает играть весёлая, задорная мелодия, такая знакомая – это же ирландский рил!

Я взвизгиваю от восторга – обожаю его, даже несколько лет танцевала в студии вместе с такими же любителями ирландских танцев.

– О, люблю этот танец! – к моему изумлению поддерживает мой восторг Александр и вдруг предлагает: – Пойдёмте танцевать, Анна?

Обнимает меня за талию и выводит на танцпол. Мы начинаем танцевать, да так слаженно у нас получается, словно сотни часов совместно репетировали перед этим.

Рил меняется на другую мелодию, более спокойную, та – на следующую. Танцоры на площадке сменяют друг друга, а мы с королём никуда не уходим, пляшем так, что уже пятки горят. Я только пару раз бросаю взгляд на Лори. Убедившись, что они с принцем Артуром о чём-то оживлённо разговаривают, продолжаю танцевать.

Тут вдруг звучит объявление:

– А теперь у нас белый танец, дамы приглашают кавалеров!

Свет в зале приглушают до полутьмы, и начинает играть медленная, очень нежная мелодия.

Я стою в растерянности. Белый танец – это отличный повод пригласить принца Артура на танец и продолжить подталкивать сказку в нужном направлении. Но они с Лори так увлечённо обсуждают какую-то тему, что грех их прерывать.

К тому же замечаю, каким напряжённым становится лицо Александра, который замечает мой взгляд в сторону племянника. Ещё секунду думаю и мысленно машу рукой – займусь сказкой завтра. Сегодня у меня веселье и удовольствие для себя лично, а принц подождёт ещё денечек.

Поэтому подхожу к Александру. Приседаю в почти изящном реверансе и произношу: – Позвольте пригласить вас на танец, Ваше Величество…

Он берёт меня за руку и предлагает:

– Зови меня Александр. Сегодня я не король, а ты не одна из невест моего племянника…

Мы кружимся в танце под красивую мелодию. Александр ведёт меня так же уверенно, как на балу во дворце. На душе так хорошо, так приятно… В какой-то момент я понимаю, что мы уже не в таверне, что танцуем на широкой террасе, а с ночного неба нам подмигивают звёзды…

– Анна, ты так прекрасна, – слышу шёпот.

– Ты тоже ничего… – шучу в ответ, и тихонько ахаю – к моим губам нежно прижимаются мужские губы.

Хочу оттолкнуть его, сказать, что мы не можем, не должны этого делать… Но ничего не говорю… Вместо этого обнимаю Александра за шею и отдаюсь сладкому, восхитительному поцелую.

Глава 31

Я отстраняюсь от Александра так резко, словно обожглась. Сердце колотится где-то в горле, щеки горят, а в голове крутится только одна мысль: «Что я наделала⁈»

– Извините, я… мне нужно… – бормочу, пятясь назад.

Александр протягивает ко мне руку:

– Анна, подожди…

Но я уже разворачиваюсь и почти бегом срываюсь с места. Врываюсь обратно в таверну, хватаю за руку Лори, которая всё ещё мило беседует с принцем Артуром.

– Лори, нам пора! Срочно! – выдыхаю я.

– Что случилось? – подруга вскакивает, мгновенно улавливая панику в моём голосе.

– Потом объясню. Идем!

Мы мчимся к выходу, я даже не оглядываюсь, боюсь увидеть лицо Александра. Купцы кричат нам вслед что-то благодарное, дядюшка Го-Го машет рукой, но я ничего не слышу – в ушах звенит, перед глазами все плывет.

Выбегаем на улицу. Темное небо, звезды, прохладный ночной воздух. Я делаю глубокий вдох, пытаясь успокоиться, и…

Спотыкаюсь. Туфля соскакивает с ноги и с тихим звуком падает на мостовую. Нет, только не это!

Я замираю, глядя на злополучную туфельку, и у меня вырывается истеричный смешок:

– Ужас какой. Сначала Артур с туфлей, теперь Александр с туфлей… Так обуви не напасешься! А ведь Золушке положено только раз терять башмак, один-единственный раз! – шепчу я, нагибаясь за туфлей.

Но тут распахивается дверь, и на улицу выскакивает Александр. Блин!

Лори хватает меня за плечо:

– Анна, давай быстрее! Потом разберемся с обувью.

Приходится мне быстро снять и вторую туфлю. Зажав ее в руке, припускаю вместе с подругой со скоростью олимпийских чемпионок по бегу с препятствиями. И снова я возвращаюсь босиком через половину города! К счастью, мостовые здесь чистые, можно не бояться напороться на битое стекло или вляпаться в кучку чего-нибудь собачьего. И во дворце на мои босые ноги никто внимания не обращает. Ладно, не считая того, что теперь у двоих мужчин по одной моей туфле, все остальное завершилось благополучно. Почти…

– Что у тебя произошлов таверне, Анна? – спрашивает Лори, когда мы приняли душ и лежим в кроватях.

– Я… – начинаю и замолкаю. Как объяснить? Что сказать? – Мы поцеловались. С Его Величеством Александром.

Лори молчит долгую, тяжелую для меня секунду. Потом выдыхает:

– Ого!

– Именно, – киваю я. – Еще какое ого! Что я наделала, Лори?

– Ты сама его поцеловала?

– Нет! То есть… он первый начал, но я… я не оттолкнула его. Наоборот. Я обняла его и… – закрываю лицо руками. – Теперь я не знаю, как мне быть.

Лори пытается меня успокоить, она ведь не знает всего:

– Анна, ну ты же не специально. Это просто… случилось. Ничего страшного.

– Случайности всегда неслучайны, – повторяю я слова Александра и горько усмехаюсь. – Вот именно в этом и проблема. Это не случайно. Я… мне нравится Александр. Очень нравится. И это… это катастрофа. Я ведь участвую в отборе для его племянника! И вообще… ужас!

Ночь выдается кошмарной. Я ворочаюсь с боку на бок, смотрю в потолок, пытаясь уснуть, овец считаю – бесполезно. В голове по кругу ходят одни и те же мысли.

Что я наделала?

Как это повлияет на сказку?

Что подумает Артур?

А самое главное – что чувствует сам Александр?

Я переворачиваюсь на живот, зарываюсь лицом в подушку. Бесполезно. Сон не идет. Перед глазами все время всплывает лицо Александра в тот момент, когда мы танцевали. Его улыбка… Его глаза… Губы…

Господи, во что я влипла и где были мои мозги⁈

Когда за окном начинает светлеть, я все еще не сомкнула глаз. Встаю разбитая, с тяжелой головой и темными кругами под глазами. Лори выглядит не лучше – видно, что тоже плохо спала.

– Как ты? – шепчет она, когда мы одеваемся.

– Ужасно, – честно признаюсь я. – Голова раскалывается, и я боюсь идти на завтрак. Вдруг там будет Александр?

– Всё будет хорошо, – пытается успокоить меня подруга, но в её голосе мне слышится неуверенность. Влипла я, похоже!

Мы спускаемся в столовую для невест. Там уже собрались почти все девушки, болтают, смеются. Я стараюсь не привлекать к себе внимания, сажусь в дальнем углу.

Спустя несколько минут входит распорядительница отбора, стучит по полу тростью.

– Участницы отбора! – начинает торжественно. – Позвольте огласить результаты вчерашнего испытания.

Испытания? Я переглядываюсь с Лори – какого испытания⁈

– Ваша вчерашняя прогулка по городу с выданными средствами была не просто развлечением, – продолжает распорядительница. – Это было испытание на умение рационально распоряжаться бюджетом, на способность планировать траты и принимать разумные финансовые решения. Как вы понимаете, будущая супруга принца должна уметь грамотно вести хозяйство.

У меня внутри все сжимается. Боже. Мы с Лори потратили все деньги на помощь Миланке и ее детям. Все до последней монеты! Нас точно отправят домой.

– К сожалению, – распорядительница делает паузу, – некоторые леди показали неудовлетворительные результаты. Кто-то потратил все средства на ненужные безделушки, кто-то – на дорогие наряды, не подумав о более важных вещах. А ведь рациональное расходование это не менее важное умение, чем способность сохранять хладнокровие и проявлять смекалку. Поэтому я вынуждена объявить имена леди, покидающих отбор…

Она начинает перечислять имена. Я слушаю, затаив дыхание, ожидая услышать и свое. Одно имя. Второе. Третье. Всего – десять девушек.

Моего имени среди них нет. Нет и имени Лори. Я не верю своим ушам. Переспрашиваю шепотом:

– Лори, она… она не назвала нас?

– Не назвала, – так же тихо отвечает подруга. Она выглядит не менее ошеломлённой, чем я.

Распорядительница заканчивает речь, желает отчисленным девушкам удачи и покидает зал. Начинается суматоха – кто-то плачет, кто-то утешает, кто-то возмущается несправедливостью. К моему удивлению, сестры тоже остаются на отборе. Неужели удержались и не потратили все до копейки на ерунду?

А я сижу в оцепенении.

Мы остались. Несмотря на то что потратили все деньги. Несмотря на то что ничего не купили для себя. С одной стороны – облегчение. С другой – непонимание. Почему? Разве помощь бедной семье считается рациональным распоряжением средствами?

Но главное – никто не упомянул наш поступок. Никто не сказал: «Ах, какие благородные девушки, помогли нуждающимся!» Никаких похвал, никакого внимания. И я… я выдыхаю с облегчением.

Мне бы не хотелось, чтобы все знали о том, что мы с Лори сделали. Мы же помогали от души, искренне, потому что не могли пройти мимо. А не ради минуты славы, не чтобы выделиться на фоне остальных. Это было… между нами и той семьей. Пусть так и останется.

После завтрака мы с Лори уединяемся в саду. Садимся на скамейку под раскидистым деревом, и я наконец-то могу перевести дух.

– Как думаешь, почему нас оставили? – спрашивает Лори.

– Понятия не имею, – качаю головой я. – Может, решили, что помощь нуждающимся – это тоже разумное вложение?

О том, что на решение распорядительницы мог повлиять Александр, я даже думать не хочу.

– Возможно… – задумчиво произносит подруга. Потом поворачивается ко мне: – Слушай, а что мы будем делать дальше? С той семьей, я имею в виду.

Я замираю. Точно. Мы же обещали вернуться. Обещали отнести ткань госпоже Шанелис и привезти деньги.

– Мы должны сдержать слово, – говорю я твердо. – Нужно найти способ выбраться из дворца еще раз.

– Но это же не решит их проблему навсегда, – вздыхает Лори. – Мы один раз им помогли, да. Принесем деньги за ткань – это второй раз. А дальше? Миланка все еще больна, долг все еще висит, работы нормальной нет… Как им дальше жить?

Я молчу, потому что Лори права. Мы можем дать им рыбу, но это накормит их только на один день. А чтобы помочь по-настоящему, нужно дать им удочку. Старая народная мудрость!

– Надо подумать, – наконец произношу я. – Может быть, найти Миланке нормальную работу? Прачка – это тяжело и денег платят мало. Или… не знаю, помочь ей выплатить долг, чтобы она могла начать с чистого листа?

– А у нас есть такие возможности? – скептически спрашивает Лори. – Насколько я помню, мы с тобой просто невесты на отборе. У нас нет ни денег, ни власти, ни связей.

Я открываю рот, чтобы возразить, и тут до меня доходит.

У меня есть связи.

Александр.

Он – король-регент. У него есть и деньги, и власть, и возможности помочь. Но как я могу попросить его об этом после… после того, что случилось вчера? После того поцелуя, после того как я сбежала, даже не дав ему объясниться?

– Анна? – Лори смотрит на меня, уставившуюся в розовый куст, как в телевизор, обеспокоенно. – Ты о чем думаешь?

– Ни о чём, – быстро отвечаю я. – Просто… просто надо хорошенько всё обдумать. Мы что-нибудь придумаем. Обязательно придумаем.

Лори кивает, но я вижу, что она мне не до конца верит.

А я и сама себе не верю.

Потому что понимаю: чтобы по-настоящему помочь Миланке и ее детям, мне придется снова встретиться с Александром. Придется посмотреть ему в глаза. Найти слова, чтобы объяснить свой вчерашний побег.

И я совершенно не представляю, как это сделать.