Текст книги "Неправильная Золушка, или Всем сестрам по тыкве (СИ)"

Автор книги: Дарина Ромм

Соавторы: Лесана Мун
сообщить о нарушении

Текущая страница: 5 (всего у книги 11 страниц)

Глава 17

Танцую в объятьях короля-регента и лихорадочно соображаю, как из этого выкрутиться.

План был простой: очаровать принца, потанцевать, сбежать в полночь с потерей туфельки. Классика жанра! А тут какой-то левый персонаж вклинился в сюжет и доламывает все то, что и так держалось на клею и честном слове!

– Вы прекрасно танцуете, леди, – говорит Александр, и я чувствую на себе взгляды половины зала. Завистливые, злые, любопытные. Хочется сжаться или сбежать. Но нет, не дождетесь!

– Спасибо, – отвечаю сухо. – А вы прекрасно мешаете.

– Мешаю? – он усмехается. – Чему?

– Сказке, – бурчу себе под нос.

– Простите, не расслышал.

– Ничего, неважно. Вы тоже хорошо танцуете, – говорю, просто чтобы не молчать и не обращать внимание, как вкусно пахнет от короля-регента. Чем-то фруктовым, дымным. Принюхиваюсь. Чернослив? Корица? Сглатываю слюну. Блин! Надо было нормально поесть!

Король если и замечает, как я шевелю носом, никак это не комментирует. Остается ровен, высокомерен и элегантен. Не то, что принц… кхм… в смысле, принц, конечно, гораздо моложе и симпатичнее. А этот… Ну что за гадство! Нельзя так вкусно пахнуть!

Музыка заканчивается. Я делаю реверанс, надеясь сбежать. Но король не отпускает мою руку.

– Еще один танец?

– Нет, спасибо. Я хочу…

Но музыка уже начинается. Медленный вальс. Черт! Оглядываюсь в поисках принца. Вон он, стоит у колонны, переодетый в новый камзол – темно-синий с серебром. Красиво. Смотрит на нас с дядей. Хмурится.

Сначала и я хмурюсь. Это регент мне все портит! А потом… как-то внезапно прозреваю. А может, это и хорошо, что регент ко мне подошел? Теперь принц точно заинтересовался. Ведь всем известно, что повышенное внимание к леди одного мужчины заставляет других тоже посмотреть, а что там за красота такая? Охотничий инстинкт в действии! Теперь главное – не профукать удачный расклад!

Танцую с Александром и краем глаза слежу за принцем. Он о чем-то разговаривает с придворным, кивает, потом его взгляд снова скользит в нашу сторону. Ага, ревнует! План работает!

– Вы рассеянны, словно не здесь. Вам скучно? – интересуется король.

– Нет, что вы, Ваше Величество. Разве можно скучать, когда вы рядом? – улыбаюсь во все зубы и отчаянно хлопаю ресницами. Краем глаза вижу, что принц нахмурился и досадливо швырнул бокал на поднос пробегающего мимо официанта. Есть! Работает! Теперь главное – не перегнуть палку! Иначе не видать мне счастливый финал и возвращение домой, как фею-крестному густой челки!

Король от моей фразы кривится, словно уксуса глотнул.

– Что? – спрашиваю.

– Лучше не переходите на лесть, у вас это очень плохо получается.

– Разве? А может, у вас просто уже иммунитет на льстивые слова? – хлопаю глазами еще активнее.

– Вы поэтому так часто моргаете? Проверяете мой иммунитет? Я сквозняков с детства не боюсь.

Блин! А у него еще и чувство юмора есть. Просто ужас какой-то! Обожаю, когда мужчина шутит вот с таким высокомерно-каменным выражением лица. Только по лучикам в уголках глаз понятно, что он веселится.

– Судя по тому, как близко вы ко мне прижались, вирусов вы тоже не боитесь, – отвечаю, копируя его выражение лица и тон.

Лучики в уголках королевских глаз обозначаются сильнее. Видимо, это улыбка.

– Меня вообще мало чем можно напугать. Разве что… – регент делает паузу, – вы чавкаете за столом и рассказываете с набитым ртом неприличные анекдоты. Вот это действительно пугающее зрелище.

У меня нет такого опыта игры в охлажденную камбалу, как у короля, поэтому моя высокомерная моська рассыпается вдребезги, когда я, не сдержавшись, начинаю смеяться.

И как же все-таки приятно, когда зрелый, умный мужчина смотрит ТАКИМИ глазами на твою смеющуюся физиономию. Даже на душе становится теплее. А может, и не только на душе.

Так! Стоп! Что-то меня опять понесло не туда! Где принц? Кручу головой, как сова. Где принц, я вас спрашиваю⁈

Глава 18

Танец заканчивается, и сразу же начинается следующий. Опомниться не успеваю, как снова кружусь с королем-регентом. Он такой довольный, словно котяра, слопавший мышку. Шутит, комплименты отпускает…

А у меня перед глазами – укоризненный взгляд фея и собственные картины крушения мира, которыми Грег меня пугал.

На очередном пируэте поворачиваю голову в сторону принца и натыкаюсь на его внимательный взгляд. Улыбаюсь ему лучезарнее солнышка поутру. Едва не подмигиваю, но останавливаю себя – нельзя, я же приличная леди, а не шпана дворовая.

Но в любом случае, надо что-то делать с Александром, не желающим выпускать меня из рук.

Поэтому едва музыка стихает, я громко требую отвести меня к столу с едой. Король вроде бы чуть морщится, но тут мой пустой желудок поддерживает меня негромким, но вполне слышимым тоскливым воем.

– Да, пойдемте, Анна. Надо вас покормить, возможно, после этого вы подарите мне улыбку, – решает он и поворачивает в сторону фуршета. Но руку с моей талии не снимает, контролирует, чтобы не сбежала.

Стоит нам приблизиться к столам, как к ним начинают стекаться и другие гости. Вернее, гостьи́, в основном возраста моей мачехи. А вот и она сама нарисовалась. Смотрит на меня с негодованием и презрением. Не пойму, признала во мне падчерицу, пьянчужку Анну, или нет?

Решив, что надо от Александра избавляться, а к принцу Артуру приближаться, прошу у регента подать мне «во-о-о-н ту тарталеточку» с противоположного конца стола. Едва король отвлекается, решительно отступаю в сторону. Мое место тут же занимает томная дамочка с моноклем и колоритными буклями, а я сбегаю.

Прячусь за высокой, объемной цветочной композицией и начинаю выглядывать принца…

– Прекрасная незнакомка, вы от кого-то прячетесь? – слышу за спиной знакомый голос. Оборачиваюсь – ура, принц!

– От вашего дядюшки сбежала! – признаюсь с улыбкой.

– Да, я заметил, что вы ему… понравились.

– А он мне – нет! Совершенно! – безбожно вру и хватаю оторопевшего наследника за руку. Умоляю: – Давайте потанцуем, Ваше Высочество⁈

К счастью, Артур не теряется и, обняв меня за талию, ведет в круг танцоров. Ловлю негодующий взгляд Александра, к которому, как пиявка, прилипла та дама в буклях. Едва удерживаюсь от желания показать ему язык – нечего тут сказку мне портить!

Мы с принцем танцуем, а когда музыка заканчивается, я прошу его отвести меня в сад – полночь близко, судя по часам на стене. Всего час с небольшим остался. Не знаю, можно ли мне задерживаться после полуночи или нет, но лучше подстрахуюсь.

Мы же в саду еще и поцеловаться с принцем должны, кажется?

Ну вот, значит, не будем тянуть кота за хвост, а принца за жабо, сразу перейдем к активным действиям.

Выходим в сад, очень красивый, кстати. Идем по дорожке, о чем-то болтаем. Я с удивлением понимаю, что принц – очень интересный собеседник. И чувство юмора у него есть. Может, не такое роскошное, как у его дядюшки, но тоже вполне себе хорошее. Я посмеиваюсь на какую-то шутку Артура, искренне и жизнерадостно, но не в полное горло. Не рискую деморализовать собеседника своим фирменным ржанием. Сама в ответ начинаю хохмить, а принц задорно хохочет. В общем, весело проводим время.

Тут я замечаю какой-то роскошный куст, усеянный огромными синими цветами. Никогда таких не видела, просто потрясающе красивый! Кидаюсь к нему, начинаю обходить вокруг, любуясь. Правда, на часы не забываю посмотреть – все нормально, только одиннадцать бьет. И тут…

Как хорошо, что в этот момент я за кустом стояла! Потому что… Мамочки! Как у сказочной Алисы мои руки р-раз, и вылезают из рукавов. Потом два-с, и исчезает юбка, обнажая мои ноги. Три, и платье, мое роскошное платье оказывается на траве, превратившись в кучку лоскутов. Прическа распадается, и волосы привычными жесткими лохмами падают на плечи.

Но это все ерунда. Главное – на мне нет нижнего белья! Ни корсета, ни сорочки какой-нибудь. Только панталоны штопаные-перештопаные, да кеды с каблуками на ногах. Стою практически голая и не знаю, что делать!

И тут за кустом раздается голос принца:

– Прекрасная Анна, куда же вы пропали?

А следом – грозный голос короля-регента:

– Анна! Вы где⁈ – И оба голоса приближаются к кусту, за которым я прячусь!

Ё-мое, что с платьем, что с прической⁈ А карета и лошади? Ведь только одиннадцать пробило! Дрожащей рукой срываю ветку с куста, потом вторую – хоть грудь прикрою! Как раз синие цветы на нужном месте будут!

И тут меня словно обухом по затылку шарахает – часы! В какой-то из версий «Золушки» все часы во дворце перевели на час назад. Похоже, и в моей сказке такой трюк проделали, а фей-склерозник не предупредил. Вот это я попала! Убью его, гада! Если выберусь.

– Анна! – голос принца все ближе.

– Анна⁈ – король заходит справа.

Мамочки!!

Глава 19

– Анна? – голос принца всё ближе.

– Анна? – король заходит справа.

Мамочки, окружают!

Стою за кустом, прикрывая грудь ветками с синими цветами, и лихорадочно соображаю. Два мужчины идут на меня с разных сторон. Я практически голая. Платье превратилось в тряпки. Кеды на ногах. Волосы-мочалка на плечах.

Так, стоп. Не паниковать. Думать и пути отступления искать надо!

Оглядываюсь. Куст большой, но не настолько, чтобы спрятаться навсегда. Слева – дорожка к дворцу. Справа – король. Спереди – принц. Сзади – забор. Забор!

Не раздумывая, кидаюсь к нему. Ветки с цветами в одной руке, обрывки платья в другой. Бегу, пригнувшись, как диверсант на вражеской территории.

– Анна! Вы здесь⁈ – кричит принц где-то совсем рядом.

Король молчит. Неужели услышал, как орёт его племянник? Может, уйдёт? Прижимаюсь спиной к забору. Сердце колотится так, что, кажется, его слышно на весь сад. Дышу ртом, стараясь не двигаться и не шуметь.

Слышу удаляющиеся шаги и выдыхаю. Всё, они ушли, теперь главное – выбраться отсюда.

Осматриваю забор. Высокий, метра три, не меньше. Но я же в прошлой жизни по деревьям лазила! Правда, лет пятнадцать назад, но мышечная память должна остаться! Должна же?

Подвязываю тряпьё, которое когда-то было моим платьем, сооружаю что-то вроде шортиков и топа. Сверху на это всё прикрепляю ветки куста, они свисают вниз, как юбка, листики прикрывают срамоту. Спасибо хоть кеды не развалились, босиком было бы совсем плохо. Так, пора уходить отсюда. И таки надо убить Грега!

Беру разбег и прыгаю, хватаясь за верх забора. Подтягиваюсь. Руки трясутся, пресс горит, но я лезу дальше. Перекидываю ногу через верх. Сижу верхом на заборе и пытаюсь отдышаться.

Снаружи тёмная улица. Фонари есть, но редкие. Отлично, там меня принц и регент точно не найдут.

Спрыгиваю вниз. Приземляюсь не очень удачно – один кед слетает и остаётся где-то в кустах с той стороны забора. Чёрт! Оборачиваюсь. Кед торчит из розового куста. Лезть обратно? Или оставить как есть?

Вспоминаю про туфельку. По сказке Золушка должна её потерять! Значит, всё правильно! Оставляю кед и, сняв второй, дальше иду босая. Вот, блин! А ведь только же подумала, как хорошо, что обувь на месте.

Иду по улице. Холодно, ветки колются. Под ноги так и норовит попасть какой-нибудь острый камень. Страшновато и хочется плакать в который раз за эту неделю. ПМС, или просто заколебала эта сказка? Скорее, второе.

Сворачиваю в переулок. Тут темно, пахнет помоями и лошадьми. Слышу голоса впереди – мужские, явно нетрезвые. Замираю – не хватало ещё встретить пьяную компанию в таком виде!

Прячусь за бочкой и жду. Мужики проходят мимо, что-то орут, смеются. К счастью, меня не замечают, но поволноваться заставляют. Выбираюсь из укрытия и иду дальше, хромая. Ноги уже болят до ужаса, ступни исколоты, кажется, до крови.

Вдруг слышу топот копыт. Оборачиваюсь. По улице едет карета. Роскошная, с королевским гербом. Мамочки! Это же дворцовая карета! В окне на секунду мелькает профиль принца – Артур хмур и явно недоволен. Как же тупо получилось! Мы должны были мило разговаривать в саду, потом бы я тихонько сбежала, положив кед на видном месте. Так должно было произойти, а не вот это всё…

Убью Грега! Два раза пришибу!

Сопя и ругая фея, топаю по дороге. Пытаюсь идти нормально, не хромая, не привлекая внимания. Но кого я обманываю? Я – полуголая женщина с ветками в самодельных шортах!

Какой-то прохожий смотрит на меня с изумлением. Я гордо задираю подбородок и иду дальше. Делаю вид, что так и надо, что это – последний писк моды. Прохожий ошарашенно качает головой и отходит. Наверное, решил, что я действительно сумасшедшая.

Сворачиваю на знакомую улицу. Вот и наш дом! Вижу забор, калитку, тёмные окна. Ура! Я дома! Быстро открываю дверь и забегаю в свою комнату.

Стаскиваю с себя ветки, шорты. Бросаю на пол второй кед. Голая стою посреди каморки и тихо смеюсь. От облегчения. От счастья. От того, что всё закончилось.

Я дома. Я в безопасности. Я пережила бал и финальный забег. Правда, без туфельки и без принца, но зато живая и почти здоровая. Психологическая травма не в счёт.

Одеваюсь в своё старое, потрёпанное платье. Ложусь на кровать. Закрываю глаза. Наконец-то посплю.

Раздаётся громкий стук входной двери и дикий вопль с первого этажа:

– Анна! А ну иди сюда, гадина такая!

Глава 20

– Анна! А ну иди сюда, гадина! – вопль с первого этажа заставляет меня застонать и накрыть голову подушкой.

Не сейчас, дорогая мачеха! После бала, штурма забора и пробежки босиком через половину королевства я в себя еще не пришла. Трудиться на ваше благо не в силах.

Только ей мои стоны – что слону муравьиный писк. Еще раз проорав приказ спуститься, мачеха сама несется по лестнице наверх.

Не проходит и полминуты, как меня пинком сносят с кровати. Начинают натурально мутузить и приговаривать:

– Ах ты, гадина! Тебе кто позволил на бал прийти и нас позорить, а⁈ Где платье такое украла, мерзавка? Кого ограбила? Или деньги от меня припрятала и на них купила, забулдыга безмозглая?

– Украла, поди! Теперь из-за нее с властями проблем не оберешься! – это Кики присоединяется к мамаше и примеряется пнуть меня тощей ногой.

Следом Люси визжит:

– Она деньги за мои тыквы притырила и на свое платье потратила! Из-за нее, гадины, мне пришлось дешевыми кружевами наряд украшать! – и тянется скальп мне снять.

Ну нет, пора заканчивать отработку золушкиной кармы! Уворачиваюсь, когда мачеха пытается отвесить мне затрещину. Отбиваю тощее копыто Кики, отталкиваю пухлую лапку Люси. Вскакиваю на ноги и тоже начинаю орать:

– Мне прислали приглашение! Я имела право пойти на бал! А платье… друг подарил, понятно⁈

Хватаю стоящий рядом с кроватью таз с водой, в котором отмачивала сбитые в кровь ноги, и грожу:

– Сейчас оболью вас! И останетесь без своих красивых платьев!

Сестрицы в испуге отскакивают, верещат, что я взбесилась. А мачеха прищуривает глаза и цедит:

– Смотрю, смелой стала, как с регентом потанцевала? Только не надейся, он с пьянчугой дел не захочет иметь. Чтобы ты свое место вспомнила, посидишь взаперти. Без еды. Без воды! – показывает на таз в моих руках: – Из него пей, из него ешь, пока не поумнеешь.

Хлопает дверь, поворачивается ключ в замке, и я остаюсь одна. Падаю обратно на кровать. Смотрю в потолок – да-а, сказка вообще не по тому коридору пошла. Завтра принц с моим кедом начнет по королевству меня искать, а я тут под замком.

Поищет меня безрезультатно. Потом махнет рукой и женится на другой хорошей девушке… Ну, Грег, фей-бракодел!

Устав страдать, вспоминаю, что утро вечера мудренее, и засыпаю.

Утро и правда оказывается мудрым – в доме снова появляется королевский глашатай.

Я прилипаю ухом к щели в рассохшейся от старости двери и с трудом, но слышу, как он важно объявляет:

– Начинается отбор невест для принца Артура! Приглашаются все девушки в возрасте от восемнадцати до двадцати двух лет, кто вчера был на балу.

Раздается восторженный писк, охи-ахи в исполнении сестриц. Глашатай пережидает их восторги и еще торжественней выдает:

– А если какую-то девицу родственники на отбор не пустят или другие препятствия чинить примутся, то будет им штраф и королевская немилость. Вплоть до выселения из королевства! Отбор начинается завтра в восемь утра. Всем участницам прибыть без опоздания!

Объявив все это, королевский гонец уходит. Родственницы мои тут же начинают обсуждать, как на отбор поедут, да как принца очаруют. Начинают носиться по дому и вопить, забыв, что я заперта:

– Анна, где мое желтое платье⁈

– Анна, бездельница, быстро утюг ставь!

– Анна, сундуки тащи, будем наряды для отбора складывать!

И тут Кики взвизгивает:

– Маменька, так Анка-то вчера тоже на балу была! Она что, с нами поедет⁈

Я уже радостно потираю руки – что, не ожидали, милые⁈ Придется выпускать меня из комнаты и во дворец с собой брать. Принц – мой! Мне по сказке положено!

Но тут мачеха отвечает:

– Поедет. Вы же слышали, если кто-то не явится на отбор, у семьи будут проблемы. Но не волнуйтесь, мои крошки, я эту пьянь Анну хорошо знаю. Она быстро свою гнилую натуру проявит и вылетит с отбора…

Сестрицы начинают довольно хихикать, а маман продолжает:

– Да и наряды… Даже не знаю, в каком платье она будет во дворце смотреться лучше: в котором огород пропалывает или в котором курятник чистит?

– А платье, в котором она на балу была? – ревниво спрашивает Кики. – Оно красивое!

– Увы и ах, его взять Анна не сможет. Оно, например, порвется прямо перед отъездом во дворец. Или утюг сожжет на нем все абсолютно кружева.

Я слушаю их разговоры и понимаю, таки да, наряды – это проблема… Согласно первоисточнику, фея не предусмотрела вечерних платьев для отбора. Что логично, ведь отбора и не было. Мне что, принца покорять в фартуке и босиком?

Глава 21

…Мне что, сердце принца покорять в фартуке и босиком?

И ведь самое смешное – вполне могла бы. У меня уже такой уровень житейского дзена, что хоть в мешке для картошки отправляй. Но мачеха у нас женщина принципиальная: если унижать – то со вкусом.

Минут через двадцать после объявления отбора в замке поворачивается ключ. Дверь распахивается так резко, будто меня собираются выносить ногами вперед. Но нет – это просто мачеха, глядящая на меня так, словно я испортила ей жизнь, молодость и любимый сервиз.

– На вот, – бросает на кровать сложенную тряпку. – Платье тебе. Новое.

Я поднимаю бровь. Н-у-у, если это «новое», то мне страшно представить ее версии «старого». Платье цвета… унылого осеннего утра? Вроде бы такая модель в моде была лет десять назад, и то, кажется, на похоронах – помнится, сестрицы обсмеивали соседку, нарядившуюся в похожее платье.

– А что-нибудь… посовременнее? – осторожно уточняю я, надеясь хотя бы на оттенок «бархатный вечер». Все лучше, чем это серое убожество.

Мачеха фыркает:

– Ага. Чтобы ты там принцу глазки строила? На тебя я нарядов не заказывала, ты сама явилась во дворец. Нужны платья, проси того же, кто тебе бальный наряд давал, или папеньку своего любимого на том свете. А с меня хватит его долгов, да тебя – пьянчужки бесноватой!

– Ясно, наряда не будет, – отвечаю, но я в общем-то не сильно и надеялась – мачеха ведь, ей положено такой быть.

– Анка в этом на отбор пойдет! – визжит от смеха Люси.

– Да она сразу из первого тура и вылетит! – вторит Кики.

Я смотрю на платье. Потом на них. Потом снова на платье.

Ну что ж… Значит, работаем не с внешним содержанием, а с внутренним!

– Собирайся, – командует мачеха.

А что мне собираться-то? Переоделась в это серое платье, взяла сумку с личными вещами, рот закрыла – вот и готова.

Сестрицы уже стоят у кареты. Люси в жемчугах, которые я ей когда-то помогала пришить к корсажу. Кики в новом розовом платье, напоминающем пирожные, которые раздавились на полпути к гастроному.

Мачеха оборачивается:

– Анна, не порти всем настроение. Сядь тихо, не разговаривай лишнего, голову вниз, глаза в пол. Ты едешь лишь потому, что так приказал король. Не вздумай привлекать внимание.

Ага, конечно! У меня тут, между прочим, личная сказка почти портится! А я буду тихо сидеть и не привлекать внимание. Конечно, разбежалась.

Сажусь в карету и закрываю дверь. Мысленно довольно потираю руки – что ж, вперед к новой главе, так сказать!

Карета подпрыгивает на каждой кочке, будто специально проверяет, как я еще держусь после вчерашнего бала, утреннего побоища и гениального мачехиного «платья-сюрприза». И, кажется, единственное, что удерживает меня в относительном равновесии, – это мысль о том, что где-то там, за этими деревьями и холмами, меня ждет дворец, отбор, и… он. Артур!

Сестрицы щебечут рядом – громко, с придыханием, каждое второе слово у них о том, кто как будет «нежно» улыбаться принцу, «естественно» проходить мимо, «небрежно» поправлять локон, будто он сам им туда упал через силу природы, а не после сорока минут манипуляций у зеркала. Я слушаю их и начинаю подозревать, что если бы любовь можно было заполучить количеством визга, то Кики и Люси уже давно управляли бы королевством, а Артур в благодарность носил бы их на руках.

Мне же остается просто сидеть, стараясь не слишком расставлять ноги, потому что платье это, даром что новое, на деле ведет себя как очень старый мешок – стоит пошевелиться, оно тут же угрожающе потрескивает в швах. Чудесно. Представляю, как я сойду у дворца, сделаю шаг… и… будет второй раунд «голого забега».

И вот дворец. Огромный, сияющий, словно его лично драили пятнадцать фей с манией чистоты. Девушки перед воротами – ну, толпа! – кружевная, шелковая, блестящая, напудренная, как будто мода решила устроить собрание редких видов. И среди всего этого великолепия я – в скромном платье, с косой. Да уж, выбиваюсь из общей картины, однозначно. Но, возможно, в этом есть плюс.

Мы вылезаем из кареты. Мачеха еще раз напоминает мне тихим злобным шепотом:

– И запомни, Анна. Ты здесь не блистать и выпячиваться. Ты здесь… просто быть, – типа, мне надо об этом напоминать!

Ну что, Анна, вперед, ты справишься! Если уж ты вынесла мачеху, курятник сестер, бал, фейские подарки со сроком годности в один вечер и побег через полгорода голышом, – то отбор точно тебя не испугает.