![](/files/books/160/oblozhka-knigi-chelovek-sudba-si-381343.jpg)
Текст книги "Человек-Судьба (СИ)"
Автор книги: Даниил Широков
Жанр:
Классическое фэнтези
сообщить о нарушении
Текущая страница: 17 (всего у книги 23 страниц)
– Ну-ну, много слов, а всё ни о чём, – хохотнул я, ставя ногу на развороченную грудную клетку. – Именем Совета Богов, я приговариваю твою душу к аннигиляции. Решение обжалованию не подлежит…
Руки сформировали сложный рисунок, оставшийся висеть в воздухе яркой красной фигурой. Я кастовал чары в тишине, нарушаемой лишь хрипами и кашлем находящегося подо мной человека. Закончив, отошёл в сторонку, наблюдая за рисунком, что стал побольше и пообъёмней, прыгнув на грудь белоголового иного меня. Кажется, у него не было сил даже на крик. Только взгляд, мой взгляд, был полон боли и отчаянья. Но не за себя. В голове промелькнуло отчётливое ощущение того, что ему было жаль меня. Не знаю, что он там успел со своими способностями увидеть или узнать, но было это чем-то нехорошим. Стоило поторопиться и вернуться на виллу. Кто знает, что могло случиться.
– Ты был прав, – кивнул я ему. – Смерть и впрямь прекрасна. Выглядит… Просто прекрасно. На тебе.
– Удачи, принявший проклятье я. Она тебе… Понадобится.
– Спасибо.
Тело зашипело, сгорая. Душа, разорванная на части, присоединилась к силуэтам, куда-то попрятавшимся под солнечными лучами. Нет, я их всё ещё видел. Безжалостные, неостановимые души, которые живы только потому, что их помнят. Помнит, точнее. Один человек. Конкретно – я. Шизофреник, м-мать его. Меня в смысле. Самый жуткий кошмар вырвался наружу, став видеться мне даже наяву. Что ж, придётся научиться с этим жить. В конце концов, как иначе-то?
Теперь и я их вижу повсюду, куда бы не ступил. Полагаю, что здесь можно наблюдать тоже своеобразную прелесть разрушения. Медленного, но неумолимого. И я наслаждаюсь им, потому что знаю, что так и должно быть. С самого появления Системы я был проклят, я был обречён на это.
На разрушение собственной души.
Прошелестел портал, принося в эту безлюдную пустошь новое существо. Я даже не стал оглядываться, прекрасно чувствуя, кто именно пришёл. Всё-таки она всегда приходила в самом конце, каким бы он ни был.
– Ты… В порядке, Ганс?
– Бывало и лучше, Судьба, – ухмыльнулся я, всё ещё глядя на то место, где лежал Чемпион Богов.
– Выглядишь, как в старые-добрые…
– Это временно. Как там Фи?
– С ней… Всё хорошо.
– Тогда пойдём, – повернулся я к тёмно-фиолетовой особе. – Надо ещё отыскать Хель… Зуб даю, бабуля просто спряталась где-то в окрестностях.
– Этот иной ты… – замялась богиня, стараясь не смотреть мне в глаза. – Ничего тебе не наговорил? Если да, то не слушай. Бред это всё. Он тянул время… Думаю.
– Не-е-ет, он всё болтал эгоистичные вещи в духе того, какой он красавчик, и какой я гандон, – отмахнулся я. – Ничего такого. Идеи столкнулись, наиболее верная победила. Всего-то.
– В твоих глазах плескается боль.
– Если ты можешь её видеть, то не говори об этом. Потому что человек должен самостоятельно справляться с тем, что его гложет. Что убивает его нутро – с этим. Только человек может одолеть её, Судьба. Прелесть разрушения собственной души.
– Пойдём, Ганс… – потупила рыжеволосая богиня взгляд. – И… Мне жаль.
– Такова судьба, – улыбнулся я.
И хрен мы с ней что сделаем.
Гнев ведьмы изумрудного города
Пустошь раскинулась по обе руки, нашёптывая свою вечную однообразную песню об унынии, печали и будущем психическом расстройстве каждого игрока, ступившего в этот Мир. Давящая атмосферка, должен признать. Никакое яркое солнышко не уберёт её отсюда, да и не так оно надо, на самом деле. Прямо сейчас мне нравилось то, какой она была. Возвращало в молодость, в былые лихие годы, когда запах крови витал в воздухе, пропитывая каждый сантиметр тела, оставаясь в лёгких и решительно отказываясь уходить. Однообразность, правда, смущала. Мы с Судьбой брели по серой пустой земле уже час по направлению к горной цепи, и чего-то нового или интересного не происходило. Не знаю, может, все местные жуткие твари чуяли нас за километры и убегали, уползали или телепортировались как можно дальше, лишь бы не встречаться с обнажённой тёмно-фиолетовой женщиной и белоголовым пареньком в рваной кожаной броне.
– Сканы Жизни и Сущности здесь не работают, – обронила богиня, оглядываясь на идущего чуть медленнее меня. – Теперь понимаешь, почему я ленилась изучать эти врата самостоятельно?
– Ага, – кивнул я, удивляясь в мыслях. Неужели это такое негативное влияние врат? – Впрочем, твоя природная лень тут тоже сыграла не последнюю роль.
– Ганс, – надула губки она. – Такой Ганс.
– Всегда к вашим услугам, миледи, – хмыкнул я в ответ. – Только позовите – и я, в отличие от вас, всегда буду там, где нужен, тогда, когда нужен. Как думаешь, далеко ещё до гор?
– Откуда такая уверенность, что член лиги Отступников спрятался там? – продолжая путь, спросила богиня.
– Жопой чую.
– Серьёзно?
– Не в прямом смысле, конечно. Так, интуиция.
– Что ж, твоей интуиции лучше не врать, потому что иначе я выключу по тысяче золотых из твоего квеста за каждую секунду, что провела в этой скучной пустоши… – рассмеялась Судьба.
Я не ответил, ускоряя шаг. Хель, Хель, где же ты. Почему не спустилась, когда тут развернулось сражение? Дым и пыль, что подняли мы с отражением, не могли остаться незамеченными. Ты же наверняка зализывала раны, пока мы бились языками и собственными силами. Хорошо, не увидеть, так услышать-то точно была обязана, старушенция ты эдакая. Как ты только сумела выжить в схватке с тем подонком? Почти стотысячный уровень против почти миллионного… Разница в десять раз существенна, кто бы что ни говорил. Может, попробовала на прочность его защиту, да слиняла придумывать план-перехват? Да ну, бабуля умней многих лидеров современных гильдий, она бы точно поняла, что нечто такое ей не по зубам, как не старайся. Догадки, загадки, вопросы без ответа. Как же я заманался во всём этом разбираться…
Так-то оно, конечно, так. Только как не пытался я перекрыть одну цепочку донимавших разум мыслей другой, хрен что у меня вышло. Всё думалось и думалось над словами другого Ганса перед смертью. Что обычно говорят люди, когда их душу рвут на части? Что-то вроде "А-А-А!" или "Я НЕ ХОЧУ УМИРАТЬ!", плюс производные этих же фраз. А этот решил посмеяться. И над кем! Надо мной, положившим его на лопатки, словно опытный тренер в боевых искусствах – новичка. Поржать над моей судьбой, которую он, внезапно, видел куда лучше меня. Бред. Впрочем, как и весь он, девиант, тёмное отражение настоящего и прошлого. Как вообще мой путь может привести меня к чему-то худшему, чем у него? Это в принципе невозможно.
– Мы уже близко?
– Нет, осёл, ещё нет…
– Ганс?!
– Прости, – рассмеялся я. – Просто люблю первые части "Шрэка". Потом они скатились в совсем уж шутки для детей и рано повзрослевших подростков. Никакой остросоциальной околополитической критики, только суровая семейная рутина…
– Ганс…
– Что? Вспомни того разбойника-трансгендера. Или он был барменом? Или… Цыганом? Замечательный же был персонаж! Или расовая дискриминация всех сказочных существ… А смерть Большого Печенюки?
– Ганс!
– Слушай, Судьба, ты или хихикай, или молчи…
– Ганс, да посмотри ты! – догнала меня богиня, дёргая за плечо, чтобы развернуть в нужную сторону. – Что это такое?
Я послушно посмотрел туда, куда меня повернули. Там, вдалеке, двигалось непонятное чёрное облако. Такое тёмное, что перекрывало даже свет вечного солнца Мира Времени. В его глубине мерцало нечто зелёное, пульсирующее и явно агрессивно настроенное. Раз сканы не работали, приходилось основываться на том, что мы видели и чувствовали. Судя по масштабу, это передвижные статичные чары. Парадокс, но такое бывает. Тот же Иерусалим, при желании, можно двигать. Да не поймут меня буквально… А-кхм. А судя по тому, что эта туча закрывает даже небеса и уже часть солнца, можно сделать вывод о приличной силе, скрывающейся внутри. Стоило постоять немного да посмотреть, куда будет двигаться внезапно появившийся на горизонте враг.
Через пять минут стало понятно примерное направление. Через десять мы облегчённо вздохнули – туча ехала(или плыла, кому как нравится) к горной цепи. Может, у неё там какое дело – не так важно. Важно то, что мы явно не были в её приоритете. Монстр врат, или человек, что живёт в этих краях. Какой-нибудь суперпрокаченный маг тьмы. Плохие новости – нам таки тоже было к горам. А значит, с высокой вероятностью мы столкнёмся с теми статичными чарами и их создателем. Не хотелось бы нарываться на конфликт, ещё время терять.
Обменявшись понимающими взглядами, мы продолжили путь вперёд по сухой серой земле, украдкой наблюдая за тёмным облаком, огромным куском материи передвигавшегося всё дальше и дальше, теперь уже почти параллельно с нами. Было в нём нечто знакомое, и в то же время – отталкивающее, вынуждавшее смотреть куда угодно, только не туда. До подножия горной цепи оставалось не так далеко, мы уже вошли в небольшой подлесок, наполненный такими же остовами деревьев, как и его собрат, оставшийся за спиной. Кустиков, пожухлых и полумёртвых, здесь имелось побольше, и ноги с благодарностью ступали по мягкой траве, с содроганием вспоминая несколько километров сухой бездушной земли. Не знаю, как Судьба, но лично я вздохнул с облегчением. Тучка же, забравшись вслед за нами в лес, как будто впиталась в него, очищая кусочек неба, который закрывала.
Впереди замаячил склон, убегавший ввысь. Горы – тёмно-серые монолиты, неровные, с полостями, заметными даже снизу. Полно мест, чтобы спрятаться одной уверенной в себе бабуле. Почему, всё-таки, она не сбежала? С её уровнем и специализацией открыть портал хотя бы в ближайший город было довольно легко. Печально, что сканы не работают. Без ограничений Совета Богов я бы перерыл чуть ли не всё обозримое пространство в поисках бывшего товарища. А так… Вот сейчас начнём подъём, а пока взберёмся, Хель успеет десять раз уйти.
– Прямо как в старые добрые, а, Ганс? – с улыбкой окликнула меня Судьба.
– И не говори, – хмыкнул я, поддерживая ностальгию. – Только теперь эти приключения ощущаются не как приключения, но как работа. Видимо, это и есть старость.
– Пха-ха-ха! – рассмеялась богиня. И смеялась, пока не посмотрела случайно в глаза остановившемуся мне. Опустив взгляд, откашлялась, продолжая путь. – Знаешь, Ганс… Ты когда-нибудь чувствовал, что твоё предназначение – неверно? Что то, что ты делаешь, то, чем мыслишь, то, ради чего бьёшься изо дня в день – какое-то… Неправильное?
– Кучу раз, – пожал я плечами, разворачиваясь к склону. Чуть правее была крутая тропинка, что вела ввысь, за камни, частично скрывавшие от нас вершину горы. – Но я увидел, что иначе было никак. Если бы боги тогда победили… Без обид, Судьба. Если бы вы тогда выиграли, то человечество оказалось бы порабощено окончательно.
– Между прочим, я дала тебе прямой выбор, – цокнула она языком, след в след двигаясь за мной по тропе. Подъём начинался довольно спокойно. – В любом случае ты приобрёл бы силу, о какой боги могут только мечтать.
– Для меня выбора никогда не было, – протянул я, цепляясь за выступавший край каменюки и подтягивая себя наверх. Можно было просто облететь гору, но тогда не факт, что удастся отыскать все скрытые выемки-пещеры, в которых могла скрываться Хельга. – Присоединиться к людям или к богам… Пф! Спрашивая такое у человека, ты ожидала услышать какой-то иной ответ? Конечно, я дорожу своей расой. Потому что там мои близкие и мои друзья.
– Звучит логично, – подтвердила Судьба, откуда-то успевшая надыбать одежду. Платье в горошек на голое тело вызывало у меня неконтролируемый смех, но я всё же сдержался, чтобы не заржать в полный голос, пока смотрел на карабкавшуюся богиню. – Ну вот смотри… А-а!
Она сорвалась, едва не улетев вниз. Мы уже были на приличной высоте, хотя для богини в принципе не важно, откуда и куда падать. Женщина просто закричала от испуга, её жизни ничего не угрожало. А я, подорвавшись, подхватил ускользавшую тёмно-фиолетовую ладонь, вытягивая Судьбу на камень, на котором стоял сам. Она помотала головой, быстро приходя в себя. Кивнула, указывая на пещеру, что была едва заметна за задвинутым булыжником объёмом с хороший грузовик.
– Ганс… – начала Судьба, опускаясь на удивительно тёплую поверхность. Хоть платье поправила, и на том спасибо. – Ты стал защитником, хотя мог быть тираном, выражаясь твоим языком, нагнувшим и натянувшим людей и богов по самое-самое.
– Это верно, – хохотнул я, прикидывая, как буду отодвигать камень-великан, чтобы не устроить обвал. – К чему разговор? У тебя что-то наболело?
– Не то чтобы… – со вздохом отозвалась богиня, болтая босыми ногами, что свешивались с края. Под нами простирался подлесок и туча, почему-то замершая на одном месте. – Просто… Иногда я устаю от своего бытия. Прельщать людей чем-то великим, невероятным… Счастьем, в конце-концов. Они бьются за него, не зная о рисках.
– Судьба… – обернулся я к ней. Подошёл, присел рядом. Она редко говорила о чём-то кроме работы или своих дурацких(даже по моим меркам) шуток, а тут целое откровение. – У тебя чего, кризис личности?
– Э-э… Говори, как знаешь…
– Ну так и? – посмотрел я ей в глаза.
– Люди, не знающие о риске, которые я по своему предназначению скрываю, отдают слишком много, Ганс… – с очередным тяжёлым вздохом продолжила Судьба. – Они бьются за своё счастье, за сокровище, что ждёт их там, далеко впереди. И ведь действительно, з-зараза, ждёт. Вот только когда они добираются до него, открывают окровавленными ладонями сундук, получают желанные богатство, силу или власть… Эти люди проклинают меня. Потому что они потеряли гораздо больше, чем приобрели. Они отдали всё… А потом поняли, что оно того не стоит. Жертвы того не стоят. А я всё равно делаю. Из раза в раз…
– Мне жаль, – протянул я, смотря в небеса. – Если тебя это утешит, то я не жалею о том, что потерял. Я был готов на жертвы, я знал, что мой разум сломается из-за всей той крови, что я пролил. Ты подарила обречённому на смерть проклятому парню надежду на что-то светлое, на то, что он сумеет что-то изменить к лучшему. В жизни своей и в жизни других, всего человечества, богов и Системы.
– Я подарила тебе отсрочку, – криво ухмыльнулась женщина, тряхнув рыжими волосами. – Почему люди должны так страдать, Ганс? Я не понимаю этого… И всё равно – я должна показывать им красивую картинку, как свет для мотыльков. Потому что я есть Судьба. Таково моё предназначение. Проводить людей через страдание ради того, что они желают. Через натуральный ад, Ганс!
– Хватит, – помотал я головой. – Ты ведь сама сказала, что даёшь выбор. А кто делает его? Ты? Нет. Люди, которые выбирают идти на жертвы, опускаться по горло в кровь, лишь бы достичь то, что ты им показала. Да, в меру своего предназначения, ты показываешь лишь две точки – А и Бэ. Начало и конец. То, что между, окутано мраком.
– Я ослепляю людей, – дрожавшим голосом сказала Судьба. – Кому как не мне знать себя на все сто процентов? Я делаю так, потому что я Судьба. Потому что такова моя роль в Системе, Ганс. И я хочу кое-что сказать, как часть Системы. Если цена счастья в этом мире выше самого счастья, то оно того просто не стоит!
– Выбор, Судьба, – кашлянул я, поднимаясь. – Ты обязана давать выбор: идти или не идти.
– Я хочу, чтобы люди могли забирать счастье даром, Ганс, – в отчаянии хихикнула Судьба, вставая вслед за мной. – Я так этого хочу… Чтобы вот оно – сделай шаг – и забери! Всё, чего пожелаешь! Всё, о чём мечтаешь! Никаких жертв… Никаких страданий. Но…
– В текущей Системе это невозможно, – кивнул я женщине в белом платье в горошек. – И не в наших силах что-то менять. У каждого свой путь… У богов, у людей. Когда-то мы сражались за это, Судьба. Когда-то мы все, кто бился тогда, поменяли правила игры. Боги не используют людей, люди оставляют за собой право выбирать, кому служить, куда идти, за кого жить и за кого умирать. Мы можем изменить мнение, но не предназначение. Возьми за образец то, о чём ты говорила. Как относиться к счастью, к сокровищу, что ты показала? Рассчитывать риски, размышлять о том, что придётся выдержать на пути… Вот это меняется. Предназначение – нет. Ты даёшь выбор, люди – выбирают.
– И это не изменить, – кивнула Судьба мне. – Просто я не желаю давать выбор. Больше – не хочу. Вот такая я богиня.
– Потерпи, это пройдёт, – улыбнулся я. – Сомнения – нормальная вещь. Просто не придавай им такое серьёзное значение.
– Постараюсь.
Я отвернулся к валуну, закрывая глаза. Медленно, осторожно обхватил камень невидимыми руками через Телекинезис, одно из тех редких заклинаний, что не требовали слов для активации. Попутно пришлось схватить ещё добрую часть горы, чтобы не дать ей обвалиться. Потихоньку, с неизбежным грохотом валун начал выходить из своей зоны комфорта, тут же поднимаясь в воздух. Мелкие камешки посыпались с него, и взвесь повисла в воздухе, заставив чувствительную Судьбу чихнуть. Отодвинув камень в сторону, я продолжил держать его, передвигая сперва до уровня своей головы, а затем ещё дальше, за край горной плоскости, на которой мы с богиней стояли. Через десять метров, когда гигантский камешек не смог бы задеть даже подножие горы, я отпустил его. Через мгновение вновь раздался грохот, а посмотрев вниз, мы увидели, какую ямку образовало препятствие на пути в скрытую пещеру.
Та, кстати, смотрела на нас тёмным безмолвным зевом. Хорошо, никто оттуда не вылез, не зарычал и не зашипел. Здорово! Меньше проблем, проще для дела. Запустив пару Фей Света в широкий и высокий проход, мы вошли внутрь, не решаясь звать Хель. Если бабуля здесь, то ей явно очень, очень хреново. Иначе проход бы скрывала иллюзия, никак не огромный валун. Вполне вероятно, что Хельга где-то прячется, пытаясь восстановиться после ранения. Учитывая, насколько искусен был иной я, он мог сделать что-то эдакое с бедным пожилым человеком. Фу! И не стыдно ведь ему было, я уверен. Какое-то движение привлекло мой взгляд, и с подлётом сотканной из чистого света малютки я сумел разглядеть, что именно.
Там, у чёрной стены пещеры, на меня смотрел облезлый мертвец, состоявший из чистых, гладких костей. Только на черепе виднелись остатки плоти. Один из тех, что разорвали другого Ганса на куски. Я вздрогнул, продолжая путь. А мертвец, что-то прохрипев, продолжил глядеть пустыми, полыми глазницами мне вслед. Кажется, шизофрения окончательно вышла из-под контроля. Я знал, что моя "победа" над искажением Мира Времени является просто катализатором для окончательной поломки бедной моей головы. И конечно же, я понимал, что все эти мертвецы – не более чем пустышка, иллюзия больного разума. Моего разума. Ну и разума иного Ганса, он же тоже шизик. В итоге выходит весьма неприятная ситуация, о которой и поговорить-то особо не с кем…
Как и я, то искажение было проклято с самого появления Системы. Проклятье, де факто, являлось ничем иным, как прописанной заранее судьбой. Не Судьбой. Самой Системой, выбравшей из нескольких миллиардов людей одного, обязанного умереть жуткой, ужасной смертью. Того, чья душа будет гнить заживо всё то время, что он живёт. В нас не было потенциала, в нас не было великой силы некого предназначения. Мы не были избранными, обязанными стать величайшими героями и всё в этом духе. Мы просто должны были помереть в канаве. Судьба как-то шутила про то, что это эдакая жертва, чтобы изменить материю и суть вещей. Система же не абы как припёрлась, она припёрлась со всем причитающимся подобной вещи пафосом – с появлением интерфейса, шкалы здоровья, маны и запаса сил. Ну и сообщений, красивым серебристым шрифтом вставших пред глазами. А чтобы всё это стало возможно, нужно было забрать энергию… Откуда-то. Выбрали меня, вроде как. Почему? Было ли это случайностью? А хрен его знает.
Таким образом, мы оба медленно умирали. А после тех смертей, что принесли в таких разных и таких похожих войнах, мы слегка спятили. Я и иной я. Только благодаря разнице в отношении к тому, что мы совершили, мне удалось победить. Клин клином. Одной шизофрении на двоих оказалось многовато, поэтому кому-то пришлось умереть. То, что я, по сути, сражался с самим собой, подтверждает и отсутствие системного сообщения об уничтожении и получении опыта. Эх…
И я знаю, что мне осталось не так много. Теперь, когда я вижу мертвецов даже наяву, становится даже слегка страшно. Умирать, имею в виду. Спасибо богине Судьбы, что подарила хоть какую-то отсрочку, как она сама это назвала. Когда-то я пообещал ей, что сделаю этот мир лучше. Что потрачу время, которого у меня не должно было быть, на нечто хорошее. Правильно. Справедливое. Как показывает время, трачу. Вот прямо сейчас…
– Хель! – вскричал я, через шаг перемещаясь к бабуле, хрипло и тяжело дышавшей. Её тело было странным образом выкрученным, словно престарелый член лиги Отступников решил поиграть в твистер. Очень плохой твистер, с приколами. – Ты чего ж порталом-то не ушла…
– Ганс… – замерла рядом Судьба, ошарашенно глядя на бабулю. Та, приоткрыв полные слёз тёмно-алые глаза, ткнула взглядом сперва в меня, а затем в богиню, стоявшую рядом. – С её душой… Посмотри на её душу, прошу.
– У меня нет этого заклинания, – отрезал я, создавая Подушку из похожей на резину голубой воды. Подложив её под голову Хель, я прищурился. А затем прошептал, надеясь, что бабуля меня не услышит. – Вскрытие Статуса…
Хельга, Пережившая Богов, лига Отступников.
Уровень: 96249.
Так, это всё фигня, мне не интересная в текущий момент… Ниже, ниже, ниже. Да где он! А, вот. Текущий статус! Прости, Хельга. Но так просто мне его было не посмотреть, а узнать твоё состояние было жизненно необходимо. Ха-ха, каламбур! Ну, типо, от этого зависела её жизнь, поэтому это жизненно необходимо… Да? Ладно, затыкаюсь…
Текущий статус:
Игрок на пороге смерти.
Дебаффы:
Ментальное истощение(полное): -90 % к максимальному Здоровью/Мане/Запасу Сил. Длительность: до снятия эффекта.
Пролом души: невозможность возрождения после гибели. Длительность: до снятия эффекта.
Кровотечение: каждую секунду текущее Здоровье уменьшается на варьирующееся значение(1600–5500). Длительность: 01:09:01…
Баффов нет.
З(доровье)/М(ана)/З(апас)С(ил): 56125/10000/10 из максимальных 425000/10000/5000(-3825000/-90000/-45000 от эффектов).
Пассивные сопротивляемости…
– Едва успели… – выдохнул я, кастуя Высшее Исцеление Архонта, а следом – Гармонизацию Сущности. Это попридержит здоровье и душу бедной Хель в относительном порядке. – Судьба, есть ещё что-то, что может снять дебаффы с Хельги? Я боюсь пробовать: с чем-то подобным ни разу не сталкивался…
– М-м… Да, пожалуй, есть кое-что универсальное… – задумалась на мгновение она, а потом жестом попросила меня отойти. – Райская Свеча…
Из её рук выпрыгнул огонёк, заставивший меня зажмуриться: столь ярким он был. Вероятно, ещё ярче, чем броня Сияния Небес. Насколько я мог понять, заклятье влетело в грудь бабуле, и там же исчезло. Уже потом, когда мы выбирались из пещеры, мне удалось заглянуть в статус старенькой боевой подруги. Пролом души исчез вместе с ментальным истощением. Добавилась пара баффов, постепенно поднимавших хэпэ и запас сил Хель. Не быстро, но зато с огромной длительностью. Семь дней! Это учитывая её родную регенерацию… В общем, пара часов, и бабуля самостоятельно сможет встать и открыть портал. Выбравшись на знакомую каменную площадку, мы застали удивительную картину: как огромное тёмное облако с изумрудной сердцевиной распласталось по всему подлеску, закрывая от нас большую часть небес и в принципе округи.
– Боги, что же это за хрень-то? – выругался я, осторожно положив Хель на тёплый камень. – Статичные чары, выросшие до таких размеров…
– Думаешь, это легендарный артефакт? – с сомнением протянула Судьба, глядя туда же, куда и я. – Не факт. Сила, очевидно, соответствует, но эта штука, во-первых, передвигается, а во-вторых, нестабильна. Артефакты на то и артефакты, что творят что-то одно, конкретное и постоянное. Как Иерусалим, магическая крепость, которую ты нарисовал моей ручкой. Когда вернёшь, кстати?
– Попозже, – вздохнул я. – Слушай, забирай-ка Хель. Она скоро очнётся, и лучше бы ей это сделать в нормальном мире, вне врат. Приведи бабулю к моему дому… Там её ждут. Заодно проверишь Фи…
– Эх, Ганс, – покачала богиня головой. – Ладно. С твоим временно аннулированным контрактом ты хоть весь этот Мир на колени поставишь. Раз интересно: валяй. Обидно только, что ты скидываешь на меня грязную работёнку…
Взгляд, которым я наградил язвительную по своей привычке Судьбу, заставил её заткнуться и немедленно прыгнуть в портал с Хельгой на спине. Спасение товарища – не грязная работа, богиня. Тебе следует это хорошенько запомнить, чтобы не злить меня в подобные моменты. Дождавшись, пока женщина с тёмно-фиолетовой кожей исчезнет в открывшемся овале заклинания, я чертыхнулся, уклоняясь от чёрного щупальца, метившего в лицо. Туча решила перейти в агрессию, но лучше бы она этого не делала. Я же хотел просто постоять и понаблюдать пару минут, что будет. А тут – пожалуйста, акт агрессии. А значит…
Что я в своём праве ответить.
– И-эх… – разбежавшись, прыгнул я со скалы, выступавшей из горы. – Вот я бы-ы-ыл, и вот меня не стало-о-о-о… О-о-о-а-а-а-а-а!!!
Высоковато оказалось. Я не супермен и не бэтмен, чтобы приземляться пафосно и эпично, кидая при этом не менее пафосную и эпичную фразу. Я просто рухнул, как мешок с дерьмом, забыв активировать любое из доступных чар для полёта заранее. Приземлившись спиной на валун, который не так давно сам же скинул вниз, я выругался, кое-как сползая с него. Даже непривычно как-то совсем не чувствовать боли от подобного падения. Ни единая косточка не сломана, позвоночник – целее целого, а в глазах не рябит. Красота, да и только. В общем, оказавшись в тёмном тумане, я попытался отыскать глазами его зелёную сердцевину.
Тут пахло озоном, чем-то гнилым и в то же время – сладким, приторным, как цветы. Сумасшедшее сочетание, к коему пришлось привыкнуть, пока я брёл по подлеску, ловя лицом и телом чёрные путы. Те, попытавшись сперва меня свалить, устремились к лицу, но и там их ждало разочарование. Когда разница в характеристиках слишком велика, любое физическое воздействие будет обнулено. Иными словами, тучка не могла даже задержать меня. Пока я брёл, пискнули сообщения Системы. Хм. Статичные же чары, верно? Выходит, я был прав. Ага, а сообщения предоставили детали… Почитаем, пока идём.
Вы попали под действие статичных чар!
Территория Изумрудного Города нестабильна, она движется вместе со своей благословлённой властительницей, нередко попадая в мир смертных, чтобы предложить рискованную сделку избранным везунчикам. Вы чувствуете, как плывёт голова, как ветер становится холодным, воздух – сухим, а на кончике языка появляется странное солёное ощущение, будто вы нырнули в море с головой. Вы не тот, кого избрала повелительница Изумрудного Города. Не тот, кому она хочет сделать предложение. Уходите, пока не поздно! Если не хотите встретить её гнев…
О всесведущие боги… Какой знакомый текст. Неужели где-то здесь бродит искажённая версия… Ведьмы? Той самой, что пришла ко мне, попытавшись взять на понт ради заполучения Фионы. Когда-то милой, доброй девушки, отдавшей своё сердце ради силы. Время изменило её, её оригинальную. Что могли сделать врата Мира Времени с моим и так настрадавшимся товарищем? Нет, я всё ещё не особо её любил, всё ещё презирал за неутолимое желание власти, но мы ведь когда-то были заодно. Не хотелось бы увидеть, как Ведьма сходит с ума. А именно это пытается провернуть мир, в котором мы находились. Он пробудил моих демонов, столкнув нас лбами. И теперь мертвецы бродят даже в этом тумане. Вон они, голые черепа, остатки одежды и плоти. Смотрят и ждут, чтобы поужинать мной, как и другим Гансом. Подождите, ещё не время.
Я ещё не сделал то, чего желал.
Впереди наконец-то загорелось окутанное тьмой зелёное пламя. Шаг за шагом я продвигался вперёд, раздвигая одним присутствием границы тумана вокруг, ступая по мягкой траве, пригибаясь, чтобы пройти под более-менее высокими остовами деревьев. Наконец, тьма не выдержала, расступаясь окончательно. Показывая мне две фигуры замершие друг напротив друга. Одна, кажется, говорила что-то. Другая внимательно слушала, и даже отсюда я ощущал силу, притаившуюся в ней. Сократив расстояние между нами через заклятье шага, я очутился в паре метров от мадемуазелей, устроивших тут рандеву. Знакомая мне версия Марии дрожала, через ранения в её нарядном алом платье сочилась тёмная кровь, смешиваясь с тканью.
Заметив меня, она стрельнула чёрными глазами, стараясь скрыть отчаянье. О, так я не вовремя! Простите, пожалуйста. Я заглянул чисто посмотреть, честное пионерское. Взгляд невольно перебежал на другую высокую девушку. Та была в бежевом свитере и удобных широких джинсах с кроссовками. Сразу видно, кто тут более целомудренный и спокойный. Впрочем, внешность часто бывает обманчива. И за самой яркой улыбкой может скрываться отвратительнейший человек, а за самым угрюмым лицом вполне может быть настоящий герой. Другая Ведьма смотрела глубокими изумрудными глазами, и смотрела она на меня изучающе. На мгновение я ощутил себя лягушкой, которую изучают под микроскопом. Но – всего на миг. После которого одна из уважаемых дам решила заговорить.
– Я знаю, кто ты, чужак.
– Ганс… – просипела моя знакомая, отступая в сторону. Ведьма в бежевом свитере тут же впилась в неё глазами, округлив их до ужасного положения, словно всерьёз рассчитывая… Не знаю, напугать Марию? – Я-я… Нет! НЕТ!
– Встань за моей спиной, – со вздохом сказал я, подходя ближе и закрывая собой Ведьму в алом платье. Протянул, глядя в аккуратное личико искажения мира Времени. – Мало кто может так напугать моего товарища… Пусть и бывшего. Раз тебе известно, кто я, то я в праве задать зеркальный вопрос. А кто ты?
– Она – это я… – прошептала Ведьма, прижимаясь ко мне. Её тело дрожало, а голос срывался. Кому-то устроили серьёзный промыв мозгов, полагаю. – Другая я…
– Ага, – сказал я, не отрывая взгляд от стоявшей напротив женщины.
– Я – Ведьма, – с каменным лицом сказали мне. Одинаковые голоса не стали для меня неожиданностью. – Покорившая тьму, обрётшая свет. Я пришла, чтобы предложить сделку избраннику. Ты вмешиваешься в то, что предначертано.
– Не в первый раз, – пожал я плечами. – И уверен, что не в последний.
– Она сказала, что нужно сделать с Фионой… – едва не плача, пробубнили мне в плечо. – Я ошибалась, Ганс… Прости, прости меня!
– Спокойно, – осадил я её. Уже обращаясь к иной Марии, добавил. – Что за сделка?
– Тебя интересуют детали? – выгнула тонкую бровь особа в бежевом свитере. – Видишь ли, я из этого мира идёт по правильному пути… Просто в ней осталось слишком много человеческого. Чтобы обрести силу, от этой части нужно избавиться. Необходимо поглотить душу благословленного дитя, поглотить заживо, наслаждаясь страданиями. Не просто воспитать и воспользоваться… Убить. Забрать себе. Как это сделала я…