Текст книги "Лесоруб (ЛП)"
Автор книги: Ченс Картер
сообщить о нарушении
Текущая страница: 4 (всего у книги 14 страниц)
Миссис Хильдегард повела их в комнату Бетси и отодвинула кровать. Она села и жестом показала Отем, чтобы та села рядом с ней. Отем чувствовала себя крайне некомфортно, сидя там голой и мокрой рядом со своим работодателем.
– Что происходит? – спросила она приглушенным тоном.
– Просто заткнись и сиди тут. Смотри на меня.
– Смотреть на вас? – ужаснулась Отем.
Миссис Хильдегард была в белой сорочке, и когда ее рука скользнула под нее, Отем передернуло от отвращения.
– Я не хочу, – сказала она еще тише, чем раньше.
– Ты будешь смотреть, или твоя мать не получит чек на лекарства.
– Вы послали его?
– Первая отправка по почте будет завтра утром, а до тех пор делай то, что тебе говорят.
Отем сидела молча, в то время как рука миссис Хильдегард начала двигаться вверх и вниз внутри сорочки. Отем точно знала, что та делает, и когда она посмотрела вниз в номер Грейди, то увидела почему. Он разжег камин и устроился рядом с ним в кресле, одетый в боксеры. На нем больше ничего не было. Он читал толстый роман, спокойно сидя. Отем почувствовала сильный прилив желания.
Он выглядел так хорошо, таким безмятежным и уютным, таким спокойным. Как ни странно, наблюдать за ним таким расслабленным, было еще более интимно, чем шпионить за Грейди обнаженным.
Отем почувствовала, что ее щеки заливаются краской, а руки начинают дрожать. Она ощущала себя униженной, пока сидела там, полностью обнаженной, в то время как миссис Хильдегард уставилась на Грейди и ублажала себя. Отем задавалась вопросом, что миссис Хильдегард получает от этого. Почему она хочет, чтобы Отем сидела и смотрела на нее? Возможно, присутствие Отем каким-то образом делало шпионаж не таким навязчивым, менее жалким, чем если бы она это делала в одиночку? Возможно ли, что наблюдение дает ей более обостренное ощущение возбуждения?
И чем она занималась?
Отем знала, что не могла судить ее слишком строго. Ведь первое, что она сама сделала, узнав о глазке, вернулась сюда и доставила себе удовольствие.
Она вспомнила, чему была свидетелем накануне вечером, как член Грейди увеличился до огромных размеров, пока он удовлетворял себя. Белую сперму, вылетевшую из него, словно произошло извержение вулкана страсти. Взгляд на его лице, когда он услышал ее приглушенный крик.
Она возбудилась, просто думая об этом.
Затем миссис Хильдегард тихо застонала, и этот звук вернул ее в настоящее. Отем было противно.
Она сидела, не издавая ни звука, когда миссис Хильдегард, наконец, достигла оргазма, дыша с трудом и задыхаясь, что говорило о том, что она подошла к самому краю.
Миссис Хильдегард, выглядя более смущенно, посмотрела, в том числе, и на Отем, пока вытирала пальцы о свои трусы.
– На что ты смотришь? – спросила она. – Не думай, что я не знаю о том, что ты приходила сюда прошлой ночью. Не считай, что я не знаю о том, что ты делала тут, маленькая извращенка.
Отем почувствовала, как волна унижения обрушилась на нее.
Миссис Хильдегард знала!
– Я знаю, что ты сделала. Ты также возбуждена, как и я. И если ты когда-нибудь заикнешься об этом, я расскажу про тебя.
Отем покачала головой.
– Правильно, ты – грязная маленькая шлюшка. Ты знаешь о моем секрете, но я также знаю о твоем.
Отем было больно сознавать, что она сидит здесь обнаженная, поэтому она встала и собралась уйти.
– О, – начала миссис Хильдегард, снимая с себя трусы и бросая их Отем, которая поймала их с отвращением, – постирай их для меня. Они намокли.
– Да, Хозяйка.
Она подошла к двери и остановилась. Кое-что она должна была спросить у миссис Хильдегард, и она подумала, что сейчас было самое подходящее время, которое у нее имелось.
– Как бы там ни было, могу ли я позвонить завтра маме? Мне необходимо поговорить с ней, но в моей комнате не ловится сигнал.
Миссис Хильдегард посмотрела на нее, и Отем поняла по выражению ее лица, что она будет добра к ней. Конечно, не слишком доброй, но явно благосклоннее, чем обычно. Кое-какая тайна, которую они теперь разделяли, казалось, сделала их наперсницами.
– В кафе в городе есть таксофон. Ты можешь пойти туда завтра после того, как закончишь свои утренние обязанности.
Глава 13
Грейди
На следующий день Грейди отыскал главный супермаркет в городе. Он покупал все, что, как он думал, может потребоваться ему и Дестини на новом месте, с трудом находя все это.
Он стоял в полной растерянности в проходе в отделе детских принадлежностей. У него не было ни малейшего представления о том, что ему необходимо купить, чтобы уютно обустроить ребенка. В магазине был удивительно огромный выбор детского питания, смесей, подгузников, одежды, игрушек, лекарств и все остального, о чем только можно было подумать. Если в хозяйственном магазине будет хотя бы наполовину такой же выбор, то ему, подумал он, без труда удастся превратить дом в уютное гнездышко.
– Кажется, вам не помешает помощь, – раздался знакомый голос позади него.
Он повернулся, и его сердце подпрыгнуло в груди, когда он увидел Отем.
– Что ты здесь делаешь?
– Заметила вашу машину, – сказала она. – Я собралась в город по своим делам, чтобы позвонить домой.
– В гостинице не ловит сигнал?
Отем покачала головой.
– У меня тоже, – произнес Грейди.
Он посмотрел на нее и почувствовал дрожь желания, пока его глаза взирали на нее. Она была одета в то же самое простое черное платье, которое носила всегда, и, казалось, словно на ней были натянуты три пары носков на колготки, чтобы держать ноги в тепле.
– На удивление, у них здесь имеются хорошие зимние сапоги и пальто, – заметил Грейди.
– О, у меня нет денег, чтобы купить их прямо сейчас.
– Позволь мне взять их для тебя. Я каждый раз чувствую себя плохо, когда вижу, что ты ходишь по снегу в этих вещах, – сказал он, переведя взгляд на свои черные кожаные ботинки. – Хоть они и выглядят красиво, но не подходят для такой погоды.
– О, я не могу позволить тратить на меня деньги, – произнесла Отем.
Она выглядела так, будто чувствовала себя неловко, и Грейди понял. Некоторые люди действительно не имели привычку принимать подарки от того, кого едва знали. Он бы испытывал то же самое, будь на ее месте, поэтому решил не смущать ее.
– На самом деле, это было бы честью для меня, – сказал он, но когда она покачала головой, то решил оставить эту тему.
– А что насчет тебя? – спросила она, меняя тему. – Что ты ищешь?
– Честно говоря, я немного потерян. Не могу понять, для чего все это надо. В чем разница между всеми этими пустышками?
Отем засмеялась, и, когда услышал ее смех, ему захотелось поднять ее на руки. Она была настолько полна радости и жизни, олицетворяла все, что ему было нужно, и, увидев ее сейчас, глубоко в своей душе он жаждал ее.
– Могу помочь, если хочешь.
– Правда? Ты не возражаешь?
– Конечно, нет. Мне было бы приятно.
– Что ж, уверен, Дестини была бы благодарна тебе.
В течение получаса она вместе закупались, выбирая всякие детские вещи, включая, в том числе, и одежду. Когда Грейди положил еду и кухонные принадлежности в корзину, Отем посмотрела на него.
– Это же еда для взрослых? Тебе не нравится то, что получаешь в отеле?
Грейди засмеялся.
– О нет, там кормят хорошо. Кроме тебя, еда является самым лучшим в этом месте.
Отем покраснела.
– Просто это выглядит так, словно ты делаешь запасы, – сказала она.
– Ну, я купил маленький домик с видом на город. Так что это действительно пополнение запасов.
– Ты купили домик?
– Да. Я привез Дестини сюда, чтобы начать совершенно новую жизнь.
– А раньше ничего не складывалось?
Грейди улыбнулся.
– Можно сказать и так. Это долгая история, но, скажем так, в твоей жизни наступает время, когда понимаешь, что то, что ты делаешь, не работает.
– И тебе нужен совершенно новый старт?
– Точно, – подтвердил он.
– Понимаю.
Грейди посмотрел на нее. Она была слишком молода, чтобы думать о начале жизни с чистого листа, но глядя в ее глаза, он мог сказать, что Отем видела больше в своей жизни, чем многие девушки ее возраста. В ее глазах отражался жизненный опыт, на получение которого у других уходит много лет. Он по опыту знал, что такое исходит от жизненных испытаний.
Она посмотрела ему в глаза и впервые назвала его по имени.
– Мне будет грустно видеть, как ты покидаешь отель, Грейди.
Он снова посмотрел на нее. Звучание его имени в ее устах оказало дестабилизирующее воздействие на него. Он чувствовал себя так, словно только что прокатился на американских горках.
– Ну, это все-таки небольшой городок. Уверен, что буду видеться с тобой.
Она кивнула, но в глазах была видна настоящая печаль.
– Просто ты прибыл в «Гнездо ворона» в ту же ночь, что и я. Я никогда не находилась там в одиночестве. Меня всегда утешало, что, если бы ты понадобился мне, то ты находился там. Несмотря на то, что мы не знаем друг друга.
Грейди кивнул. Он был вынужден признать, мысль о том, что он будет реже видеть Отем, беспокоила его с момента покупки дома, но он не переставал думать, что она могла чувствовать себя также как и он. Это имело смысл. «Гнездо ворона» был самым странным отелем, который он когда-либо видел. Мистер и миссис Хильдегард были похожи на персонажей из романа Чарльза Диккенса. Ни одна девушка в мире не была бы счастлива остаться наедине с этими двумя, особенно такая сладкая и невинная, как Отем. Она просто не была создана для такого обращения с собой, а требовала бережного отношения.
– Если это заставит тебя чувствовать себя лучше, то я могу приходить и поведывать тебя время от времени, – предложил Грейди.
Отем улыбнулась, частично утешенная этой идеей.
– Мне бы хотелось, – заверила она.
Они закончили со своими покупками, и Отем ждала Грейди, держа Дестини на руках, пока он расплачивался в кассе. Ее челюсть отвисла, когда кассир объявила, общий итог. Сумма покупок составила более шестьсот долларов.
Грейди расплатился кредитной картой без колебаний и понес сумки к машине.
– А теперь, как насчет того, чтобы зайти в закусочную, чтобы ты могла позвонить.
– Отлично, – ответила Отем.
– И на этот раз ты должна позволить мне отблагодарить тебя за помощь.
Она кивнула.
– Ну, похоже, у них довольно хорошее мороженое.
– У нас свидание, – сказал Грейди.
Глава 14
Отем
Осень чувствовали себя в безопасности, когда сидела рядом с Грейди в его машине. Это был сильный, мужской автомобиль, с винтажным замком зажигания, роскошной кожаной обивкой и переработанной приборной панелью, которая включала в себя все современные технологические достижения.
– Приятно едет, – заметила она.
– Спасибо. Я собрал его сам, когда жил во Флориде.
– Он быстро ездит?
Грейди засмеялся.
Ей нравилось, как он уверенно вел автомобиль и при этом был уверен в себе. Он переключал передачи, словно готовился к гонке. Ей показалось, что он уже все это проделывал в своей жизни. И это было похоже на правду. Словно весь мир следи за следующим его шагом.
Ей была ненавистна мысль о том, что он уедет из отеля, оставив ее позади, но Отем ничего не могла с этим поделать, поэтому не имело смысла зацикливаться на этом. Жизнь давно преподала ей этот урок.
Она будет извлекать максимум из того, что у нее имеется, и что у нее будет в течение следующего часа наедине вместе с Грейди и его ребенком, без миссис и мистера Хильдегарда, которые были бы помехой.
Они подъехали к закусочной, и инстинктивно Отем взяла ребенка на руки, прежде чем Грейди успел это сделать сам.
– О, спасибо, – поблагодарил он.
– Мне нравится ее держать, – сказала Отем.
Они уселись в кабинку и посмотрели меню. Когда к ним подошла официантка, Грейди заказал на двоих самое большое мороженое и кофе, чтобы запить его.
Отем подошла к телефону-автомату, чтобы позвонить домой. Она нервничала, пока набирала знакомый номер. Прошла неделя после ее отъезда из дома, и это было самый долгий перерыв, когда она не общалась со своей матерью.
– Алло? – раздался голос мамы.
– Мама, это я.
– Ах, милая. Так приятно слышать твой голос.
– Мне тоже, мам.
– Как Монтана? Как еда? Тебя хорошо кормят?
– Еда превосходна, мам.
– А как погода? Твоя тетя Шили сказала, что там в горах холодно.
– Здесь не так уж и холодно, мам. Тебе бы здесь понравилось. Здесь так красиво.
– А отель?
– Отель прекрасен, – солгала она. – Моя комната – милейшее место на свете. У меня имеется свой собственный камин, уголок для чтения, собственная ванна.
– Звучит восхитительно.
– Да, мам.
– А как насчет мужчин?
– Мама!
– Я просто спрашиваю, милая. Старушка может же помечтать, не так ли?
– Я здесь не для того, чтобы ходить на вечеринки.
– Но ты должна выделять немного времени для себя, милая. Ты знаешь, я ценю все, что ты делаешь для меня, но иногда волнуюсь, что ты делаешь слишком много.
– Я не делаю слишком много, мам.
– Просто пообещай мне, что воспользуешься возможностью, что начнешь действовать, если на горизонте появится возлюбленный. Я не хочу, чтобы ты беспокоилась обо мне все время. Заведи друзей. Поцелуй мальчика. Живи своей жизнью.
– Постараюсь, мама, – ответила Отем.
– И купи себе новую одежду. Я уверена, что девушки там более модные, нежели дочери фермеров здесь.
Отем не сказала матери, что каждую неделю она будет отсылать ей всю свою зарплату. Ее мать умерла бы, если бы узнала, сколько было принесено в жертву ради нее.
– Как новые лекарства? – спросила Отем.
– Кажется, они работают лучше, милая. Мне нужно только обновить рецепт снова. Чертовы лекарства стоят больше, чем мой ипотечный платеж.
– Они довольно безумные, я знаю, – сказала Отем, – но это потому, что они лучшие.
– Хорошо, посмотрим.
– Мой босс сказала, что отправит тебе деньги сегодня. Сумма небольшая, но их должно хватить на получение лекарств. Думаю, они придут к тебе завтра или послезавтра.
– О, ты слишком добра ко мне, милая.
– Ты дала мне жизнь, мама! Ты знаешь, я бы сделала намного больше, чем просто купить тебе лекарства.
– Знаю, дорогая, в этом-то и проблема. Ты делаешь слишком много. Ты действительно должна пообещать мне, что не потратишь все свое время на беспокойство обо мне.
– Не буду, мама.
– Я хочу, чтобы ты познакомилась с симпатичным молодым человеком и привела его домой, чтобы познакомиться со мной.
Отем рассмеялась. Приоритеты ее матери ничего общего не имели с реальностью. Она всегда думала о мальчиках, свиданиях и новой одежде даже тогда, когда их мир рухнул. Отем полагала, что в каком-то смысле это было хорошо. Она часто жалела, что у нее не было такого же легкого отношения к жизни, как у ее матери, несмотря на то, что у мамы была самая трудная жизнь из всех, кого Отем встречала, и все-таки при этом она находила время смеяться и получать удовольствия каждый день.
– Ладно, просто последи за этим чеком. Не знаю, сколько времени потребуется, чтобы он дошел до тебя.
– Спасибо, милая. Ты лучшая дочь, на которую мать могла бы рассчитывать.
На Отем нахлынули эмоции, когда она повесила трубку. Несмотря на все эти разговоры о новых лекарствах и методах лечения, в глубине души она боялась, что ее мать не проживет слишком долго.
Она вернулась в кабинку и забрала ребенка у Грейди.
– Позволь мне ее подержать.
– Ты уверена?
– Да. Если ты скоро съезжаешь, то я должна использовать на этого ангела большую часть времени, что у меня осталась.
Грейди улыбнулся. Он был таким красивым, когда улыбался. Отем все еще не могла поверить, что действительно тайком наблюдала за оргазмом этого человека, и чувствовала себя немного виноватой, но, по правде говоря, в ней было больше от ее матери, чем ей бы хотелось в этом признаться. И, несмотря на ответственность и осторожность по отношению к некоторым вещам, она также понимала, что жизнь коротка, и что ей стоит использовать любую возможность, которая у нее могла появиться.
– Восхитительно, – произнесла она, пока поглощала мороженое.
Оно находилось в огромной, высокой стеклянной чаше, заполненной до краев разными сортами мороженого, которое имелось в закусочной, вперемежку с большой ложкой взбитых сливок и увенчанное сверху ярко-красной вишенкой.
Ребенок пытался дотянуться до мороженого, и Отем зачерпнула немного сливок пальцем.
– Давай, детка. Попробуй.
Ребенок пососал сливки, и на лице малышки появилась огромная, светлая улыбка. Отем взглянула на Грейди, и тот рассмеялся.
– Оно ей нравится, – заметил он.
– Конечно, нравится. Какая женщина не любит немного взбитых сливок?
Грейди смотрел так пристально в глаза Отем, что ей пришлось отвести взгляд.
– Спасибо, – сказал он.
– За что?
– За то, что даешь ей немного женской заботы.
– О, ты отлично справляешься с ней, Грейди. Удивительно, что ты так хорошо все делаешь. Я имею в виду, что она буквально свалилась тебе на голову.
– Я делаю все возможное, но есть что-то другое в том, как ты обращаешься с ней. Я вижу.
– Хорошо, я признаю, что мы, девушки, умеем общаться с малышами. Если тебе когда-нибудь понадобится помощь с ней, ты знаешь, где меня найти. Мне бы хотелось присматривать за ней время от времени.
– Время от времени. Как насчет того, чтобы присматривать за ней каждый день?
Отем рассмеялась.
– Ты слышишь, Дестини? – проворковала она, – папа пытается найти тебе маму.
Как только она произнесла эти слова, то тут же пожалела об этом. Не потому, что ей не нравилась эта идея, но было слишком рано шутить с Грейди на эту тему. Она взглянула на него и заметила кое-что, что ей никогда бы не могло привидеться за миллион лет.
Грейди покраснел!
Ха, – подумала она. – Наступило время смущаться ему.
Чтобы избежать неудобного положения, она начала играть с ребенком, но втайне ей было приятно, что сказанное ей, смутило Грейди. Если она смогла смутить его, то это могло означать, что его взволновало сказанное ей, и, что еще более важно, его беспокоит, что она думает о нем.
Они покончили с мороженым, и когда возвращались домой, Грейди оставался застенчивым и робким, пока малышка на коленях Отем ворковала и радостно играла.
Что-то естественное было во всем этом, что они трое были вместе, и все казалось правильным, но когда они вернулись в гостиницу, Отем испытала приступ грусти, что их время подошло к концу. Она чувствовала себя с Грейди так свободно и комфортно. Отем ощущала, что с ним она могла быть сама собой, и нравилась ему такой, какая есть. В гостинице ей пришлось столкнуться с миссис Хильдегард.
Отем не нравилась Миссис Хильдегард такой, какой она была, и та использовала бы любую возможность, которая у нее появилась бы, чтобы показать это Отем.
Она глубоко вздохнула, когда вошла в отель.
Отем знала, что без Грейди все будет иначе. Она должна быть сильной. Ей следует найти способ, чтобы противостоять мистеру и миссис Хильдегард. Она не могла позволить им унижать ее.
Отем попрощалась с Грейди, когда вручила ему Дестини. Она поблагодарила его за мороженое, а он поблагодарил ее за помощь в покупке товаров для малышки.
Когда она добралась до своей комнаты, ее переполняли эмоции. Она держала себя в руках внизу, но теперь в одиночестве в своей комнате, она поняла, что привыкла полагаться на Грейди и его присутствие в отеле гораздо больше, чем была готова признать это ранее.
Она была более чем без ума от него, и тот факт, что он уезжал, был для нее разрушителен. Она будет ужасно скучать, по нему, хотя вряд ли провела с ним больше нескольких часов. Отем поняла, что привязалась к нему, зная, что он всегда был рядом. Она отправилась выполнять свои обязанности с задней мыслью в голове, что, возможно, он заметил ее работу. Может быть, он случайно бы столкнулся с ней и оценил бы ее труд, восхитился ее мастерством, возможно, даже восхитился ею. Она надеялась на работу, которую ей пришлось сделать для него, и постоянно говорила себе, что, возможно, ее следующими обязанностями будет готовка для него или забота о Дестини и о нем.
Даже без проведения время рядом с ним, она испытывала чувства к нему. Сильные чувства.
Она легла на кровать и к своему удивлению расплакалась. Отем позволила слезам течь, и когда они закончились, она приняла долгую, горячую ванну.
Этой ночью она не стала пробираться в комнату Бетси. Отем поняла, что тайно надеется, что между Грейди и ей что-то есть. Что-то настоящее. Она размышляла над предположением, что они могут быть вместе. Именно поэтому она наблюдала за ним, а не из-за того, что была возбуждена, как миссис Хильдегард. Она наблюдала потому, что это ощущалось как начало реальных отношений. Теперь Отем осознала, что это не так, и наблюдение за ним теперь принесло бы ей больше боли.
Глава 15
Грейди
Когда Грейди собирал свои вещи и укладывал их в сумку, собираясь покинуть отель, он испытывал грусть. Он не мог однозначно сказать, что ему здесь понравилось, и то, что он уходит, оставляя Отем наедине с Хильдегардами, не казалось ему правильным. Хотя Грейди и понимал, что это не его дело, и он на собственном опыте убедился, что не может просто так врываться в чужие жизни, делая все, что, как он считал, необходимо было сделать, чтобы спасти женщину.
Он пробовал это раньше. Грейди пытался сделать это с матерью Дестини. Он забрал ее, помог вылечиться и преодолеть наркоманию. Он присматривал за ней на протяжении всей ее беременности, хотя ребенок – было последним, что он когда-либо хотел от нее.
Он поклялся быть с ней рядом и сделал все от него зависящее, чтобы спасти ее от самой себя.
Но этого оказалось недостаточно. Однажды утром он проснулся, и узнал, что все это время она общалась с наркодилером. Она играла с ним. Она считала его слабым и мягкотелым из-за того, что Грейди пытался помочь ей.
Ее слова, сказанные ему, по-прежнему все еще причиняли боль.
Он знал, что та ситуация совсем не похожа на ситуацию с Отем, но факт остается фактом, что у нее есть своя жизнь, и она не нуждается в его помощи, чтобы прожить ее. У нее был свой собственный путь, и последнее, что ей было нужно, чтобы кто-то назойливо вмешался и все испортил.
Может, если бы он усвоил этот урок раньше, то Равенна осталась бы жива. Конечно, она была наркоманкой, но кто он такой, чтобы решать, что для нее являлось правильным?
Его настоящим утешением, единственным, что напоминало ему о том, что все, что он пытался сделать для Равенны, не было напрасным, был тот факт, что Дестини родилась здоровой. В глубине души он знал, что, вмешавшись в жизнь Равенны, он спас жизнь своей дочери. Он думал, что ему не удалось этого сделать, считал, что Дестини погибла в автокатастрофе, но каким-то чудом она оказалась жива.
Он прижал ее к груди, когда оплачивал счет и выписывался из отеля.
– Настоящим удовольствием было видеть вас здесь, мистер Коул.
– Спасибо, миссис Хильдегард, вы были весьма гостеприимны.
– Я хотела быть гораздо более гостеприимной для вас, – произнесла она, лукаво подмигнув.
Грейди ей улыбнулся.
– Знаете что, миссис Хильдегард. Я знаю, вы так говорите, будто это шутка, но вы себя недооцениваете. Вы – красивая женщина, и если бы я был ближе к вам по возрасту, и вы не были бы замужем, я был бы более чем счастлив, продемонстрировать вам парочку вещей.
У миссис Хильдегард чуть не отвисла челюсть, а Грейди, улыбнувшись про себя, повернулся и вышел. Сначала он был встревожен поведением миссис Хильдегард, и его по-прежнему не радовало, что она, казалось, играла роль злой начальницы Отем. Но в глубине души он догадывался, что ее настоящим преступлением являлось то, что она чувствовала себя одинокой. То немногое, что он увидел, навело его на мысль, что мистер Хильдегард не был ей хорошим мужем. По большей части он ее игнорировал, и, насколько он мог судить, если уж человек брал женщину и делал ее своей женой, то, по крайней мере, был бы обязан уделять ей внимание, которого та заслуживала. Мистер Хильдегард не уделял жене внимания, и она страдала из-за этого.
Он не винил ее за то, что она пришла к нему. Он просто подумал, что это очень грустно, раз ей пришлось делать все это подобным образом. Она заслуживала человека, который бы пришел к ней, ухаживал за ней и покорил ее. Что вряд ли произойдет, пока она находится в нынешнем браке, но, возможно, однажды она разберется с этим, либо со своим мужем , либо с кем-то еще.
– Мистер Коул, вы забыли свою карту, – произнесла она, торопливо выходя за ним в дверь с его кредитной карточкой в руке.
– Спасибо, мэм, – сказал он, и пальцами погладил ее руку, забрав у нее карту.
Она улыбнулась и покраснела, и он смог разглядеть красивые черты ее лица, которые не замечал раньше.
– Пожалуйста, не забываете время от времени возвращаться к нам. Наши двери всегда открыты.
Он улыбнулся и направился к машине. Грейди был уверен, что он вернется, только чтобы проведать Отем и убедиться, что с ней обращались правильно.
Он остановился, когда дошел до своей машины и взглянул на особняк, ища окно на третьем этаже, пытаясь понять, где же окно Отем.
И тут он увидел движение за кружевными занавесками.
Это было оно. Это было ее окно.
Она смотрела за тем, как он уезжает.
Эта мысль грела его. Ему было грустно от того, что у него не было подходящего момента, чтобы попрощаться с ней, но он не хотел, чтобы она думала, будто он пытался использовать ее в своих интересах. Он также чувствовал, что если он уделил бы ей слишком много внимания, то миссис Хильдегард стала бы ревновать и срывать свое недовольство на ней. Он не мог поставить ее в такое положение, особенно когда даже не знал, были ли у нее чувства к нему.
Нет уж. Лучше спокойно уехать и пусть красавица в черном платье живет своей жизнью.
Он и так создавал достаточное количество трудностей для людей. Его новый девиз – найти какое-нибудь тихое место, держаться на расстоянии и никому не причинять вреда.
Эту мысль он постоянно держал в голове, пока ехал к хижине. Он пытался не думать об Отем и том, что она заставляла его чувствовать по отношению к себе. Грейди старался не думать о том, что она стала первой девушкой в течение года, которая заставила его сердце что-то испытывать, кроме боли и разочарования. Он старался не размышлять о том, что потихоньку влюблялся в то, что она была рядом, в ее восхитительную личность и ее скромное поведение.
Лучший способ освободить свои мысли от Отем – это занять себя на всю катушку, что он и сделал. Он купил инструменты и расходные материалы в хозяйственном магазине, расположенном на выезде из города, и когда добрался до дома, то сразу же погрузился в работу, ремонтируя крышу, обшивку дома, смазывая дверные петли, и убеждаясь, что окна открываются и надлежащим образом запираются. К тому времени, как наступил вечер, он тщательно осмотрел дом и убедился, что он был безопасным, удобным и уютным для него и его дочурки.
– Дестини, что ты думаешь? – спросил он, играя с ней на коленях. – Как считаешь, у нас все будет хорошо здесь?
Дестини протянула ручку и схватила его за губу, засмеявшись, когда он издал забавный звук.
– Я знаю, все будет хорошо, и обещаю, что найду тебе отличную школу, у тебя будет много друзей, и это место станет лучшим для тебя, чтобы расти и узнавать о мире. Когда ты станешь старше, мы могли бы вернуться к цивилизации, но это произойдет не очень скоро.
Он близко наклонился к ее лицу, и она взглянула ему в глаза. Он никогда не видел ничего столь совершенного, как ее светлые, блестящие глазки.
Это чудо, что только Бог обладал секретом. Секретом воссоздания невинности и чистоты в каждом следующем поколении.
– Спасибо, – прошептал он.
Это была простая молитва, но она подытожила все его чувства.
Он почистил ванную комнату и убедился, что сантехника находится в рабочем состоянии, но в углу он заметил пустое место, там, где должна была стоять ванна, и в доме не было горячей воды, поэтому он решил искупаться в ручье, протекавшем рядом с домом.
Он оставил малышку на берегу ручья и опустил ноги в ледяную воду.
– Боже, как холодно, – сказал он Дестини.
Дестини внимательно смотрела на то, как он мылся. Когда Грейди вышел, то был обнажен, но сомневался в том, что Дестини возражала бы против этого. Они вернулись в дом, и он положил ее на кровать, оставив в одиночестве на несколько минут, пока нарубил небольшую кучу поленьев и сложил их в гостиной у камина. Ему было хорошо работать без одежды, и эти упражнения вскоре согрели его.
Через некоторое время он развел огонь и разогрел бутылочку с молоком в кастрюле с водой, и приготовил себе стейк из супермаркета на открытом огне.
– Все не так плохо, малышка? Ты и я заботимся друг о друге. Нам будет хорошо здесь, не так ли?
Дестини заснула после своей бутылочки, а он ел свой стейк в тишине, наблюдая за пламенем в камине. Он положил малышку на кровать, и лег рядом с ней, мысленно отметив, что завтра ему нужно сделать ей кроватку.
Глава 16
Отем
Следующие несколько дней были самыми трудными для Отем с тех пор, как она покинула дом. Каждое утро она просыпалась с осознанием того, что была одна с Хильдегардами. Каждую ночь она ложилась спать, зная, что стала пленницей в их странном замке. Она отправлялась выполнять работу так добросовестно, как только могла, старалась быть сама по себе и пыталась избегать Хильдегардов, как только могла. Ела она на кухне в одиночестве и в свободное время читала.
Чтение было тем, что ее поддерживало. Она проглатывала книга за книгой, которые брала с книжной полки мисс Хильдегард, и, к ее удивлению, мисс Хильдегард не отчитывала ее за это. По какой-то причине после отъезда Грейди она стала добрее относиться к ней.
Это было похоже на то, словно он, уходя, посеял теплые чувства в ее сердце.
Гостей в отеле не было, что характерно для этого времени года, и означало, что у Отем имелось много свободного времени. Обычно она сидела в своем уголке, огонь потрескивал в ее маленьком камине, и она попивала чай, пока читала. Во второй половине дня она ходила в город, надеясь увидеть там Грейди, но до сих пор так и не столкнулась с ним. Она сама бы сводила себя в кафе за кофе или мороженым, но у нее не было лишних денег, ни копейки, и она отказывалась просить их у Хильдегардов хоть на что-нибудь.
Они отсылали деньги ее матери, необходимые для оплаты медицинских счетов и, по ее мнению, это было более чем достаточно. В конце концов, таково было соглашение, заключенное между ними. Отем не собиралась просить у них немного больше просто потому, что ей нужны были деньги для вылазки из дома.
Кроме того, на кухне для персонала всегда было много хорошей еды и закусок.
Она часто думала о Грейди и задавалась вопросом, как он устроился в своем новом доме с Дестини. Она хотела прогуляться до его хижины, расположенной всего в полутора километрах дальше по дороге, и до нее легко было дойти, но Отем стеснялась.
Что бы она сказала ему, когда бы пришла туда?
Как бы могла объяснить свой визит?
Мог бы он подумать, что она глупа?
Конечно, она всегда могла сказать, что пришла проведать Дестини, но ее застенчивость удерживала ее от этого шага. Кроме того, она говорила себе, что она хранит невинность. Лишь зная, что его дом находился там, вверх по дороге, и что в любой момент она могла бы навестить его, если ей когда-нибудь отчаянно захотелось бы этого, для нее этого было достаточно, чтобы двигаться дальше.
