Текст книги "Вернуть семью любой ценой (СИ)"

Автор книги: Чарли Ви

сообщить о нарушении

Текущая страница: 1 (всего у книги 13 страниц)

Вернуть семью любой ценой

Глава 1

Торговый центр был моим личным адом особенно по субботам.

Белый шум из гула голосов, музыка из бутиков, визг детей и гудки игрушечного паровозика – всё это сливалось в один оглушительный поток, но деваться было некуда – нужны были новые ботиночки для Маши. Дочка росла не по дням, а по часам.

Маша. Моя непоседа. В год и два месяца она была гибридом электровеника и урагана.

Сидеть на руках? Ни за что.

Недавно открыв для себя магию прямохождения, она мчалась по миру с упорством первооткрывателя. Мне оставалось только успевать ловить её, вовремя подхватывать на руки и не давать упасть.

«Мама, дай!» – её любимая фраза.

Дай потрогать, дай поднять, дай залезть. Она и ползать-то начала в пять месяцев, словно торопилась жить.

А в семь – первый полёт. С дивана.

Я отвернулась на секунду – за пустышкой. Грохот. Пронзительный плач. И моё сердце, разорвавшееся на тысячу осколков.

Тот полёт стоил нам двух недель в больнице и диагноза «черепно-мозговая травма». До сих пор стоим на учёте у нейрохирурга, и каждый её новый синяк или шишка – это тихий ужас, сжимающий мне горло.

А шишек было много. Она умудрилась вылезти из ходунков вниз головой, приземлившись на макушку.

Пряталась в шкафу и засыпала там, пока я, обезумев, обыскивала каждый угол нашей квартиры. Она была как Маша из мультика про «Машу и Медведя» – непредсказуемая, шустрая и невероятно энергичная. Вот только в реальной жизни у меня не было разумного Медведя, который всегда мог бы прийти на помощь. Была только я. Одна.

Я поставила её рядом с собой, придерживая за капюшон курточки, и стала рыться в сумке, пытаясь нащупать телефон, чтобы расплатиться за кофе. А он мне нужен был как воздух. Просто на секунду отвлечься, найти деньги…

– Маш?..

Опустила взгляд. Рядом никого. Сердце упало, потом взлетело в горло и забилось там, как перепуганная птица.

– Маша!

Голос сорвался. Вращая головой, я сканировала взглядом толпу. И увидела.

Вдалеке, у фонтана, её знакомую розовую куртку. Она бежала, смеясь, за тем самым игрушечным паровозиком, который катал детей по центру зала. Её маленькие ножки неумело, но быстро перебирали по блестящему полу.

– Маша! Стой! – закричала я, пускаясь вдогонку, расталкивая людей.

Паника, холодная и липкая, заливала всё внутри. Господи, только бы не упала, только бы не ударилась головой…

Я мчалась, не чувствуя ног, и тут увидела новую опасность. Сбоку, из-за угла игровой зоны, неслась детская машинка на аккумуляторе. За рулём – мальчик лет пяти с сосредоточенным лицом гонщика. Он нёсся прямо на Машу, не видя её.

Я поняла, что не успею. Расстояние было слишком велико.

– Маша! – я закричала, она обернулась. Всё замедлилось.

Я видела, как к моей дочки стремительно приближается машинка.

И вдруг – тень. Большая, стремительная. Кто-то резко шагнул из толпы, на ходу наклонился и подхватил Машу прямо с пола за капюшон, подняв её в воздух, как пёрышко. Машинка с рёвом пронеслась в сантиметре от них.

Всё произошло за секунду. Я стояла, не в силах пошевелиться, всё ещё чувствуя отголоски паники внутри себя, в коленях появилась дрожь.

Маша, не понимая ничего, заливисто смеялась на руках у незнакомца, воспринимая всё как новую забавную игру.

– Спасибо вам огромное! – выдохнула я, подбегая и протягивая руки, чтобы забрать дочь. – Я на секунду отвернулась, а она…

Мужчина развернулся, чтобы передать мне Машу.

Время будто замерло, звуки исчезли.

Передо мной стоял он. Те самые карие глаза, что снились мне по ночам. Тот самый жёсткий овал лица.

Только теперь в его взгляде, помимо привычной стали, читался шок, не меньший, чем мой.

– Вика, – произнёс Максим тихо.

Я не могла дышать. Не могла пошевелиться. Просто стояла и смотрела, как моя дочка, моя тайна, беззаботно играет воротником дорогого пальто своего отца.

Глава 2

– У тебя дочь? – первое, что он спросил.

Его взгляд метнулся с моего лица на лицо Машеньки. А дочь, нисколько не растерявшись, посмотрела ему в лицо. Ладошкой провела Максиму по щеке. Тут же отдёрнула и затрясла, уколовшись о его щетину.

– Да, дочь, – я протянула руки, чтобы забрать её, но Максим подался назад.

Я растерялась от такой наглости.

– Сколько ей? – последовал следующий вопрос.

Он смотрел мне в глаза так пристально, будто хотел просканировать мой мозг в поисках ответов на его вопросы.

– Год, – коротко ответила я, снова протягивая руки. – Одинцов, отдай мне ребёнка!

Максим снова посмотрел на Машу, она улыбнулась ему своей улыбкой с четырьмя зубами. Что-то залепетала. Я видела, как она рассматривает её. Понимала, что если сейчас же не заберу её, то он обо всём догадается. Хоть у Маши и были глаза голубые, как у меня, в остальном она была очень похожа на Максима. Такие же чёрные волосы, красивый изгиб губ. Она даже хмурилась как он.

– Тебя как зовут? – обратился он к моей дочке.

– Мася…ы…мама, – дочь ткнула в меня пальчиком и довольно улыбнулась, снова повторив. – Мама.

Как я её учила.

– Какое красивое имя Маша. А меня Максим зовут.

Не знаю, поняла ли она его или нет, внимания у неё пока хватало только на поддержание беседы минуты две. Вот и сейчас она уже смотрела куда-то вбок, тыча пальчиком вперёд.

– Шарик воздушный хочешь? – спросил Максим, сразу поняв её желание.

– Одинцов! Ребёнка мне отдай. Это моя дочь.

– Не кипятись, отдам, – последовал ответ, и они направились к лавочке со сладостями, где над прилавком парили гроздья воздушных шаров.

Я скрестила руки на груди. Нисколько не радуясь нашей встрече.

Он появился совершенно не вовремя. И как теперь сбежать от него?

Довольная Маша уже прыгала с шариком, дёргая его резко на себя и заливаясь звонким смехом.

– Кто отец? – спросил Максим, поднимая на меня свои тёмные глаза с расширившимися зрачками.

Я даже опешила от его вопроса. Почему-то была уверена, что всё очевидно. Дочке год, в разводе мы два года.

По его лицу было видно, что он пытается подсчитать.

Но расчёты вряд ли бы ему помогли узнать правду. Ведь только я знаю и мой врач, что Маша рождаться не хотела ни в какую.

Все назначенные сроки родов благополучно просидела в животе у мамы.

И когда по подсчётам пришла сорок вторая неделя, мне назначили принудительные роды.

– Не думал, что ты так быстро мне замену найдёшь, – похоже, расчёты прошли, как я и ожидала – безуспешно. А в голосе Максим даже обида послышалась.

Неужели он ребёнка хотел? Когда я уходила от него, он свою любовницу спокойно, без переживаний на чистку отправил, лишь бы от ребёнка избавиться.

Тогда мне это показалось таким бесчеловечным решением. Да, я была не рада Арине, мне не нравилось делить мужа с другой женщиной. Но когда я узнала о её беременности, поняла, что не готова бороться с ней и её ребёнком. Не готова жить с человеком, который без зазрений совести распоряжается чужими жизнями так легко.

Стоило только вспомнить события двухлетней давности и мозги сразу встали на место.

– Машенька, иди ко мне, – я позвала дочь, и она торопливо заковыляла ко мне.

Я даже выдохнула, только сейчас осознав, что почти не дышала.

– А муж где? – продолжал расспросы Одинцов, пока я поправляла платьице на дочке.

– Какая тебе разница, Максим? Спасибо за помощь, и на этом всё. Мы торопимся.

Я подхватила Машу и уже развернулась, чтобы рвануть подальше от своего нелёгкого прошлого, как в спину прилетело.

– Или это моя дочь?

Я закрыла глаза, мысленно молясь о том, чтобы хватило сил пережить нашу встречу. Развернулась и, бросив на Максима короткий взгляд, ответила.

– Неужели я похожа на женщину, которая готова лечь под другого сразу после развода? – ответила вопросом на вопрос, с удовольствием отмечая, как вытянулось его лицо.

Максим выпрямился, опустил голову, покачал, будто проверяя реальность это или нет.

Мне было знакомо это чувство, я так же приняла новость о беременности, когда врач сообщила, что внутри меня растёт плод. Семечко, которое посадил в меня Максим.

Я тогда даже рассмеялась от того, как бывает иронична жизнь. Максиму нужен был ребёнок, он и сексом занимался со мной только ради этого. А в остальное время уезжал к своей любовнице, но я не беременела. Но как только я приняла решение уйти от него, во мне зародилась маленькая жизнь.

Превратности судьбы или закон подлости. Называйте как хотите.

Максим выдохнул, поднял голову.

– Почему не сказала? – спросил он тихо, я с трудом разобрала их смысл сквозь шум торгового центра.

– А зачем?

– Я ведь отец. Я должен был быть рядом.

– Зачем тебе ребёнок Максим? От одного ты избавился, а специально бежать к тебе и сообщать, что у нас будет малыш…Это было глупо. Разве нет?

– Нет, Вика! Это было бы правильно. Хотя бы сообщить, написать.

– Ты и так был слишком занят своими проблемами. Я всего лишь лишила тебя ещё одной.

– Максим, я тебя потеряла. Что ты тут делаешь? – раздался женский голос, который я надеялась больше никогда не услышать. Но к сожалению, желания редко исполняются. Вот и сейчас из-за спины Максима появилась Арина. Ещё красивее, чем была, в чёрной блестящей шубе, с кукольной внешностью, будто её только что сделали на заводе.

– Вика? – брови куклы взлетели вверх, пухлые губы изогнулись буквой «о».

Я не удостоила её ответом, только посмотрела на Максима в последний раз.

– Прощай, Одинцов! Надеюсь, больше не встретимся.

Развернулась и зашагала подальше от этой неприятной парочки, которая всколыхнула старую боль.

Глава 3

(Максим)

Я застыл, будто вкопанный, провожая взглядом удаляющуюся спину Вики.

Ещё секунда и она растворится в толпе, надо что-то делать.

Мои пальцы непроизвольно сжались в кулаки. Но не успел сделать и нескольких шагов.

– Максим, хватит смотреть ей вслед! – резкий голос Арины вернул меня к действительности. Она недовольно дёрнула меня за рукав. – Я здесь, с тобой! Мог бы и постыдиться при всех так глазеть на бывшую! ещё и с ребёнком.

Я резко отстранил её руку, сквозь зубы бросил: – Рот закрой! – рявкнул я, сбрасывая её руку. – Твоё мнение меня не интересует!

Сделав несколько стремительных шагов вперёд, я отчаянно вглядывался в мелькающие лица, но Вики нигде не было. Она исчезла, словно призрак. Снова исчезла.

Как ей постоянно удаётся так ловко скрываться?

Два года я нанимал лучших детективов, просматривал тонны отчётов – и всё впустую. А она просто растворилась в толпе, будто её и не было. Как и тогда, два года назад.

Снова упустил. Снова потерял её. И... мою дочь.

По рукам пробежали мурашки. Чёрт возьми... У меня есть дочь. Машенька. Малышка с бездонными голубыми глазами. До сих пор чувствую в ладонях её тепло, помню, какая она лёгкая, словно пушинка. И этот ни с чем не сравнимый запах – смесь детства и тонкого аромата духов Вики, который я узнаю из тысячи.

А если они исчезнут навсегда?

– Максим, мы едем? – надоедливый голос Арины снова вывел меня из раздумий. – Я ещё хотела заскочить в бутик за подарком. Ты же не забыл, что нам к Майоровым нужно?

Я глубоко вздохнул, собираясь с мыслями. Да, приём у Майоровых. День рождения Арсения. Пропустить это событие – значит проявить неуважение к партнёру.

По пути к машине Арина без умолку болтала о чём-то своём, но её слова пролетали мимо моих ушей. Мозг лихорадочно работал: как найти Вику?

Нужно срочно получить записи с камер наблюдения торгового центра. Выяснить, что она покупала. Если расплачивалась картой – появится зацепка.

А если нет? Тогда камеры наружного обзора. Сейчас же можно отследить любого человека. Только два года назад это не получилось.

Мы подъехали к особняку Майоровых. Сразу видно – деньги есть. Ухоженная территория, швейцар у входа.

Арина тут же начала поправлять причёску, а я не мог выбросить из головы Вику и ребёнка.

В холле играла живая музыка, пахло дорогими духами и закусками. Гости разбились на группы, ведя светские беседы с бокалами в руках.

Нас встретил сам хозяин – Арсений Майоров. Мужик под сорок, известный бабник и наглец, если верить слухам. Высокий, спортивный, лицо как с обложки глянцевого журнала. Держится всегда уверенно, словно все вокруг ему должны. В руке – бокал шампанского.

Сначала он мне не понравился – слишком уж самовлюблённым казался. Но за два года работы вместе я понял: под этой показной бравадой скрывается человек с принципами. Слово держит, в трудную минуту выручит. На такого можно положиться.

Рядом стояла его жена Мила – утончённая брюнетка в изумрудном платье. Её улыбка была тёплой, но сохраняла дистанцию. Заметив нас, она чуть шире улыбнулась.

– Максим, Арина, – Арсений шагнул навстречу. – Рад, что выбрались.

Поприветствовали нас. Арина умчалась к кружку таких же трещоток, как и она. Я отошёл в тень, в надежде, что через час смогу незаметно уйти, соблюдая правила приличия.

Время тянулось с издевательской медлительностью. Я стоял посреди зала, смех, шутки, вино льётся рекой, а я не переставал думать о Вике. Каждый идиотский смех, каждый звон хрусталя бил по нервам. Взгляд снова остановился на циферблате.

До закрытия торгового центра – час. Если свалю сейчас – успею. Надо было уже ехать, а не торчать здесь.

В голове стучало одно: Моя Вика. Или уже не моя? Темноволосая девочка – моя дочь. Разве у такого, как я может быть такое прекрасное создание? Я всё никак не мог осознать. И каждый раз, когда вспоминал, как она сидела у меня на руках, наружу улыбка глупая лезла.

Два года поисков, горы денег, выброшенных на детективов-неудачников – ноль. А она появилась на секунду, огорошила новостью и снова исчезла. Чёрт возьми.

– Что-то ты сегодня не в себе, друг.

Я оторвался от часов. Арсений. Мы познакомились два года назад. Он мне помог тогда, вложился в мой проект, по строительству моста. И я смог выкупить свои акции у старого козла, Николая Витальевича, дяди Вики. А потом, когда он лишился власти надо мной, я методично и с холодной расчётливостью уничтожил его.

Это была моя месть за Вику, за себя, за наш неудавшийся брак, за те унижения, которым он подверг её.

Месть удалась на славу. Денег ему теперь хватает только на коммунальные и лекарства от давления. И всё же удовлетворения не было.

Я молча покачал головой в ответ Арсу, не хотел вдаваться в подробности своей богатой личной жизни.

– Брось, – он хлопнул меня по плечу. – Или уже не доверяешь?

В его тоне не было назойливой жалости. Только деловой интерес. Это я в нём всегда уважал.

– Встретил сегодня бывшую жену, – выдавил я, стиснув зубы. – Оказалось, у меня есть дочь.

Арсений замер. Его обычная насмешливая маска на мгновение сползла, за которой появилось его настоящее серьёзное лицо.

– Точно твоя? Может, просто...

– Моя, – не дал договорить ему. Даже мысли не допускал теперь, что не моя. Вика ясно дала понять. ДА и не в её характере врать. Это не Арина, которая соврёт и не моргнёт.

– Неужели до сих пор любишь её? – спросил он.

– Похоже на то, – ответил я резко. – Но теперь не знаю, где её чёрт возьми, искать. Снова исчезла. Есть пара идей, но не уверен, что сработает.

Арсений кивнул, его взгляд стал острым, оценивающим.

– Ясно. У меня есть знакомый следователь, профессионал. Могу его подключить. Всё будет тихо и чётко. Он найдёт.

– Было бы неплохо. Только я уже искал её с помощью профессионалов.

– Поверь. Этот найдёт.

Глава 4

Сердце колотилось где-то в горле, отдаваясь глухим стуком в висках. Я почти бежала по бесконечным коридорам торгового центра, крепко прижимая к себе Машу, которая хныкала, недовольная резкой сменой обстановки.

«Тише, солнышко, тише, всё хорошо», – бормотала я, сама не веря своим словам. Каждый нерв был натянут струной. Я ждала, что сзади раздадутся его шаги, что тяжёлая рука ляжет мне на плечо.

Вот, наконец, стеклянные двери. Я резко выскочила на прохладный вечерний воздух и, не сбавляя темпа, почти бегом пересекла парковку. Руки дрожали, когда я нажимала на кнопку ключа. Пронзительный писк сигнализации прозвучал как спасение.

– Всё, детка, всё, сейчас поедем, – усадила Машу в детское кресло на заднем сиденье, пальцы плохо слушались, запинаясь о ремни. Сама рухнула на водительское место, резко захлопнула дверь и на секунду закрыла глаза, пытаясь перевести дух. Так. Глубокий вдох. Выдох.

Завела машину и выехала с парковки, жадно вглядываясь в зеркало заднего вида. Никто не преследовал. Никаких тёмных внедорожников, которые он всегда предпочитал.

Я выдохнула, но напряжение не отпускало. Старая привычка, выученная за два года жизни в бегах. Я сделала большой крюк, проехала по незнакомым улицам спального района, свернула в случайный двор и, только убедившись в полном отсутствии хвоста, наконец-то направилась к своему новому, временному пристанищу.

Глупость. Возвращаться сюда было верхом глупости. Но я и так отложила свой план слишком надолго.

Сначала беременность, с её бесконечными страхами преследования и ужасным токсикозом практически на все запахи.

Потом – роды, первые, мучительные. Шестнадцать часов со схватками. Потом первые самые трудные месяцы с Машей, когда не было сил ни на что, кроме неё.

Я была одна, когда она плакала, когда болел животик и резались зубки. Меня никто не мог подменить и дать выспаться хоть разок. Это было сложно. Очень.

Но я ни на день не забывала свой план мести дяде, тому самому, который довёл моих родителей до могилы и чуть не сломал меня. Теперь пришло время его реализовать.

И тут такой сюрприз. Ирония судьбы – я вернулась в родной город, и в первую же неделю, в самом обычном торговом центре, наткнулась на него. На Максима.

Это было невероятно.

Я сделала всё, чтобы меня нельзя было найти. Уехала в другой город. Деньги от развода я не тратила на недвижимость – только на аренду, всегда краткосрочную, всегда в разных концах города.

Я сменила имя и фамилию. Когда у тебя есть средства, это не проблема.

Я стала другой женщиной, с другой историей.

И всё равно он появился. Словно призрак из прошлого, которое я так старалась похоронить.

Я загнала машину в арку своего дома, погасила фары и сидела несколько минут, прислушиваясь к ровному дыханию заснувшей на заднем сиденье Маши.

Тишина. Погони не было. Но чувство тревоги не исчезло.

Третий этаж без лифта дался нелегко. Маша, сражённая впечатлениями, дремала у меня на плече, тяжелея с каждой ступенькой. Я, запыхавшись, наконец-то вставила ключ в замочную скважину и с облегчением переступила порог нашей съёмной берлоги.

Отнесла дочку в её комнатку, бережно сняла курточку и уложила в кроватку. Она всхлипнула во сне, перевернулась на бочок и снова затихла.

Да, день выдался богатым на события. Слишком богатым.

Сбросив на диван неудобные уличные джинсы, я натянула старый растянутый свитер – свою домашнюю униформу. Тело гудело от усталости, но мысли лихорадочно метались.

Нужен был кофе. Обжигающий, крепкий, чтобы прочистить мысли.

Пошла на кухню, сделала себе кофе и с кружкой в руках подошла к окну.

За ним раскинулся унылый осенний двор: голые ветки деревьев, промокшие скамейки, лужи, в которых тускло отражался свет фонарей.

Тоска. Та самая, что сжимала горло и нашёптывала: «Собирай вещи. Бери дочь и беги. Пока не поздно».

Но бежать было уже нельзя. Завтра утром – встреча с тётей Ирой. Женой дяди.

Я никогда не забуду его признание, что это из-за него погибли мои родители.

На установку контакта с тётей Ирой ушли месяцы. Она до смерти боялась мужа, и её страх сквозил в каждом тихом слове, в каждой паузе нашего телефонного разговора.

Но без неё мой план – пустой звук.

Она – единственная, у кого есть доступ к его бумагам, к его компьютеру, к его грязным секретам.

А отомстить за маму, за папу, за наши сломанные жизни я поклялась ещё два года назад, когда узнала обо всём. Эта клятва была единственным, что грело меня последние годы.

Надо проверить, не написала ли она. Не отменила ли встречу. Она обещала сама написать место встречи и время.

Я поставила кружку и привычным жестом потянулась туда, где всегда лежал телефон. На столе – пусто. Странно.

Я провела рукой по столу, заглянула за часы. Ничего.

«Наверное, в сумочке», – мелькнула мысль.

Я прошла в прихожую, вытряхнула содержимое сумки на табурет.

Ключи, кошелёк, влажные салфетки, пачка сухариков для Маши. Телефона нет.

Холодок скользнул по спине, но я не сдавалась. Ощупала карманы куртки, висевшей на вешалке. Пусто.

Может, выронила в машине?

Спускаясь по лестнице, я уже почти бежала.Открыла машину, обыскала сиденье, бардачок, пространство под ногами. Ничего. Только крошки от печенья и забытая соска Маши.

Яркая, как удар молнии, картина вспыхнула в памяти: я кладу телефон на стойку у кофейни, чтобы достать из сумки кошелёк. Потом – крик, паника, погоня за Машей… Максим…

Я застыла у машины, вцепившись пальцами в холодный металл крыши. Телефон. Он остался там.

И теперь кто-то мог его взять.

А вместе с ним – все мои контакты, все мои тайны.

И единственный номер, который мог привести меня к тёте Ире.

Чёрт! Я должна вернуться! Может, его ещё не забрали.