Текст книги "Бывшие. Я разлюблю тебя завтра (СИ)"
Автор книги: Чарли Ви
сообщить о нарушении
Текущая страница: 7 (всего у книги 13 страниц)
Глава 24
– Значит, он не по твоей просьбе решил испытать меня? – поднимаю вопросительно бровь.
– Нет, Лика. В отношениях я привык разбираться сам. Или я похож на неудачника?
Уж на кого-кого, а на неудачника Рамиль совсем непохож .
– Ну, если он действовал не по твоей просьбе, то прошу, усмири своего братца.
– Что он сделал?
Рамиль скрещивает руки на груди. Пронизывает тяжёлым взглядом.
– Тебе в подробностях рассказать? – и получив кивок на мой вопрос, продолжаю. – Он зажал меня. Хотел поцеловать.
– Не поцеловал? – прищуривает глаза, ещё немного и, кажется, зарычит.
– Нет. Требовал поцелуй, но я отказала. И пообещала тебе рассказать.
– Умница! Правильно сделала, – одобрительно кивает Рамиль и, кажется, немного успокаивается. Берёт бокал, делает глоток.
– Давай на вечер забудем об этом инциденте и просто спокойно пообщаемся, – предлагает уже более дружелюбно. – Мне бы хотелось, чтобы ты расслабилась и получила удовольствие от вечера.
Чувствую, что мне тоже совершенно не хочется сейчас ругаться. Спокойная, лёгкая музыка приятно действует на нервы. А возможно, так расслабляюще действует вино.
– Может, сначала ты о себе сначала расскажешь? – спрашиваю я, чтобы снова перевести разговор от меня. – Когда ты приехал в Москву?
Нам приносят заказы, Рамиль ловко пользуется приборами, отрезает кусок мяса и отправляет его в рот. Сама не понимаю, почему я считала его дикарём. Ведёт он себя довольно благопристойно. Тоже немного пробую салат и отвожу взгляд от Рамиля.
– Я хотел развиваться, – наконец, отвечает он на мой вопрос. – Сеть автомоек приносила неплохой доход, но ты же знаешь, что мы с парнями были партнёрами. Прибыль делилась на четверых, и на выходе каждый получал не так уж и много. Я хотел роста. Решился, поехал в Москву. Оформил документы на землю. Сначала открыл одну автомойку, потом вторую. К автомойке открыл шиномонтажку и так далее. Потом подтянулись остальные. Ратмир переехал последним. Он же всю семью содержал. Мать и сестра не хотели отпускать его. Данил переехал почти в тот же год, что и я, а Бес набегами. Недавно только обосновался.
– Понятно, значит, вы даже через столько лет всё ещё дружите?
– Ну да.
– И ни у кого до сих пор семьи нет?
– Нет. Я буду первым, – улыбается Рамиль и вытирает губы салфеткой. – А ты, почему до сих пор замуж не вышла?
– Я? – щёки вспыхивают неожиданно, опускаю взгляд на стол. – Некогда было. Работа, учёба. В общем, некогда.
Не хочу рассказывать про бывшего, потому что бывшим не считаю. Мы с ним встречались почти год, но я всё время была так занята, что наши встречи в итоге сошли на нет.
– Неужели даже никто не приставал и не пытался начать встречаться с тобой?
– Нет. Даже если и пытались, я этого просто не замечала.
– Не верится.
– Это твоё право верить мне или нет.
– Ну да, – соглашается Рамиль. – А на кого ты учишься?
– К чему эти вопросы, Рамиль? Неужели ты до сих пор не пробил всю информацию про меня?
– Пробил, – его прищуренный взгляд заставляет меня вздрогнуть. Смотрю ему в глаза в ожидании, что он скажет дальше. – Но хочу услышать от тебя.
Неужели он всё знает?
Почему тогда до сих пор не сказал о том, что знает про сына?
Или может, не думает, что это его сын?
Хотя методом простого подсчитывания это можно выяснить без проблем.
Просто играет? Хочет, чтобы сама призналась?
Столько вопросов, даже голова кружится.
А если всё-таки не знает?
Крохотный огонёк надежды ещё теплится внутри. Тогда признаваться нельзя. Иначе сама себя сдам.
– Хорошо. Если тебе так интересно, слушай. Я учусь в педагогическом университете, на учителя начальных классов. Мне осталось учиться ещё полгода. Летом получу диплом и смогу вздохнуть.
– Ты можешь и сейчас свободнее вздохнуть. Занимайся только учёбой, остальные проблемы я возьму на себя. Кстати, ты бы хотела после свадьбы забрать маму в наш дом?
– Я? Нет. Я вообще не собираюсь с тобой жить. Максимум пару раз в неделю ночевать у тебя.
– Ну это ты ещё дом не видела. Хочешь, покажу?
Он спрашивает так просто, будто мы с ним обычные жених и невеста. Я же всё ещё пытаюсь держать дистанцию. Хочу уже отказаться.
– Ну же, Лика, расслабься. Представь, что мы друзья. Мне бы хотелось показать его тебе.
– Потом ты меня сразу отвезёшь домой ? – уточняю заранее.
– Конечно.
– Хорошо, – соглашаюсь, сама не знаю зачем.
С ним опасно. Опасно оставаться наедине, твердит мой внутренний голос. Но почему-то, мне кажется, он не намерен накидываться на меня. Слишком много изменений в нём произошло. И он это мог сделать уже много раз в машине.
– Тогда идём.
Рамиль встаёт, подаёт мне руку. Мы спускаемся на первый этаж к гардеробу, а затем выходим на улицу. А когда подходим к парковке, откуда-то снизу из-под машины слышится едва различимое мяуканье.
– Слышишь? – спрашиваю Рамиля.
Он тоже прислушивается. Кивает. Открывает дверь водителя.
– Валера, дай фонарик.
– Рамиль Петрович, вот держите.
Рамиль вместе с Валерой начинают осматривать мокрый асфальт, местами припорошенный снегом. Я тоже присоединяюсь к поискам. Даже думать не хочу о том, что может случиться с маленьким котёнком, если не вытащить его из-под машины.
Глава 25
– Кис-кис, – зову котёнка.
Замечаю маленький трясущийся комочек прямо под колесом соседней машины.
Откуда он взялся здесь, посреди парковки в центре города?
Рамиль тоже замечает его и опережает меня. Подхватывает на руки и прижимает к себе. Котёнок сначала орёт. Тонкий хвост трясётся. Такой маленький в руках Рамиля, кажется, чуть сдавил сильнее и раздавит.
– Валера, дай тряпку какую-нибудь, – командует Рамиль.
Через секунду Валера уже протягивает белое полотенце. Рамиль кутает в него орущего котёнка.
– И куда ты его? – спрашиваю Рамиля.
– Домой отвезу. Или хочешь себе забрать?
– Не знаю…нет, наверно. Мне некуда.
– Ну вот. Садись, – открывает дверь в машину, другой рукой прижимает котёнка.
Помню по договорённости, он должен показать свой дом, а потом отвезти меня домой. Сажусь на своё место, Рамиль обходит машину и садится с другой стороны. Машина плавно трогается с места.
– Может, его сначала к ветеринару? – спрашиваю Рамиля, когда из полотенца высовывается облезлая мордашка котёнка.
– Потом свожу, – коротко отвечает Рамиль.
Заплывшие глаза выглядят ужасно. Я в детстве тоже тащила домой всех кошек с улицы, мне было жаль их, и я каждого пыталась спасти. Мама ругалась, но вера и доброе сердце не позволяли ей поступать с животными так, как многие поступали. Котят топили, выкидывали на улицу в любую погоду, увозили в пустошь, чтобы не могли вернуться. Мама же выхаживала их вместе со мной, а потом мы пытались их пристроить. Но после того, как родился Матвей, у меня как отрезало.
Да, я продолжала любить животных, но издалека. Особенно, когда во время беременности врач рассказала про различные инфекции типа токсоплазмоз, который как раз разносят кошки, а ребёнок может от этой инфекции умереть. После этого я перестала даже гладить дворовых кошек из страха подхватить что-нибудь и заразить сына. И сейчас немного брезгливо смотрю, как Рамиль пальцем поглаживает котёнка за ухом, а тот пригревшись разомлел и тарахтел как трактор.
– Не любишь кошек?
– Люблю. Просто он грязный и больной.
– Боишься запачкаться? – Рамиль удивлённо смотрит на меня. – Я помню, как ты босиком по лужам бежала, когда под дождь попали.
– Это было давно, да и платье на мне тогда было намного дешевле, – отворачиваюсь к окну.
Пусть думает про меня что хочет. Время прошло. Из той сопливой девчонки я уже давно выросла и знаю, как тяжело достаются деньги. Это ему с лёгкостью можно менять один дорогой костюм на другой, не задумываясь, что котёнок запачкает пиджак.
– Интересно, – хмыкает Рамиль. – Не думал, что ты так сильно изменилась.
– А что я, по-твоему, должна была остаться всё той же восторженной девочкой?
– Хотелось бы. Ты была искренняя.
– Я и сейчас искренняя. А ещё уверенная в себе, и научилась говорить обо всё людям искренне в лицо.
– Жёсткая стала, получается, – задумчиво произносит Рамиль.
– Пришлось. Учителя хорошие были. Особенно ты.
При воспоминании о прошлом снова поднимается злость на него.
Остальную часть дороги едем молча. Только котёнок продолжает довольно урчать.
Мы уже выехали за город. За окном промелькивают деревья, которые подступают почти вплотную к дороге. А через минут пятнадцать сворачиваем с шоссе направо.
– Почему мы едем в лес? – деревья вокруг начинают напрягать. Страх цепкой хваткой сжимает сердце. Оглядываюсь на Рамиля.
– Сейчас увидишь. Немного осталось.
– В замок Синей Бороды везёшь? – выдавливаю со смешком, на самом деле дыхание перехватывает от страха.
– Нет. В твой дом.
Его взгляд скользит по-моему лицу, будто считывает каждую эмоцию. Я постоянно чувствую на себе его взгляд. Взгляд хищника, который по какой-то причине решил своей жертве дать шанс жить чуть дольше, чем следует. От этих мыслей по спине бежит холодок.
После ещё одного поворота мы выезжаем к жилому участку, который окружён забор. А вдалеке виднеется приплюснутый дом с покатой коричневой крышей. Ощущение будто великан опёрся на него поэтому он такой низкий, одноэтажный. Но когда проезжаем через ворота и подъезжаем к самому дому, понимаю, что первое впечатление было ошибочное. Дом хоть и одноэтажный, но стены высокие.
– Идём, – зовёт Рамиль и подаёт руку. Я секунду раздумываю, не желая к нему прикасаться. Но всё же аккуратно вкладываю свои пальцы в его ладонь. И в который раз ладонь будто пробивает током. Украдкой смотрю на Рамиля, он смотрит пристально, не скрывая своего взгляда.
– Всё ещё боишься меня? – спрашивает тихо, но в оглушительной тишине леса, где нет шума от нескончаемого потока машин, его голос отчётливо слышно.
– Посмотрела бы на тебя, если бы тебя увезли в неизвестном направлении в лес.
– Если бы это была ты, я был бы только рад, – парирует. И не отпуская мою руку, ведёт в дом.
И хоть стены из коричневого кирпича, двери стеклянные, и сквозь них видна большая прихожая.
Рамиль открывает дверь, пропускает меня.
Сразу бросается в глаза высокие потолки. Не просто три метра, а метра четыре точно. С потолка свисает люстра с огромными кольцами, будто кольца планеты, на фоне чёрного звёздного неба, которое видно сквозь большое окно в крыше. Молчу, чтобы не тешить его самолюбие. Но будь на месте Рамиля кто-то другой, я бы уже давно поделилась своим восхищением. Дом действительно шикарный. Проходим в столовую, затем гостиную. Всё выполнено в одном стиле неоклассики. Современная техника гармонично вписывается в интерьер комнат. Картины на стенах, перед которыми хочется постоять, рассматривая тайный смысл, мягкий ковёр перед диваном со слегка вытертым рисунком так и тянет прилечь на него и провести ладонями по нежному ворсу. Красиво. Просто сказочно красиво. Матвею бы здесь понравилось.
Вот только это не твой дом, – одёргиваю себя. – Пусть Рамиль хоть сколько убеждает меня в этом, но я для себя решила, что с ним я только по договору.
– Нравится? – спрашивает и снова сканирует мою реакцию.
– Да, красивый дом, – соглашаюсь.
– Я хочу. Чтобы ты здесь жила постоянно. Места здесь хватит и тебе, и мне. Пойдем, покажу твою спальню.
Глава 26
– Моя спальня? Или ты хотел сказать наша.
– Нет, Лика, именно твоя. Идём.
Мы проходим дальше по коридору, Рамиль всё ещё держит на руках котёнка, который уже никуда не вырывается, пригрелся и уснул.
Моя спальня – это самое настоящее эстетическое удовольствие. Большая кровать с пологом, много света, комната будто соткана из тонких воздушных нитей.
– Красиво, – не сдерживаю восхищения.
Как он узнал мой вкус и что мне понравится этот стиль? Загадка для меня.
– Переедешь? – слышу в голосе Рамиля волнение хоть он его и скрывает.
Провожу пальцами по поверхности глянцевого комода, подхожу к окну. В отражении вижу ухоженную женщину в чёрном платье. Я не узнаю её. Её взгляд настороженный, подбородок упрямо задран к верху. Внутри себя я простая, добрая и мягкая.
– Нет, Рамиль. Не могу. Здесь действительно очень сказочно и природа, и сам дом, но не хочу привыкать. Через год моя жизнь вернётся в привычное русло, даже с твоей помощью я не думаю, что смогу ворочать миллионами. Поэтому оставим всё как есть. Спасибо тебе за вечер, за цветы. Мне всё понравилось. А теперь отвези меня, пожалуйста, домой.
Желваки на его лице приходят в движение.
– Хорошо. Идём.
Рамиль отвозит меня без лишних разговоров. Всю дорогу молчит, смотрит перед собой, и я начинаю чувствовать себя виноватой. Хотя понимаю, что не сделала ничего такого, за что мне должно быть стыдно или неудобно.
Когда подъезжаем к дому, он всё так же молчалив.
– Пока, Рамиль, – говорю ему перед тем, как выйти.
– Свадьба будет после завтра, – отвечает он напоследок. – Уже всё готово. ЗАвтра прогуляйся по магазинам ,выбери себе платье.
– Почему так скоро?
– Хочешь отказаться?
Взгляд Рамиля становится колючим.
– Пока нет.
Я открываю дверь и выхожу.
*** ***
(Рамиль)
– Какого х*я, ты сука лезешь к Лике?
От одной только мысли, что Костя её трогал, внутри поднимается настоящий ураган ,хочется разбить ему всю морду.
– Подумаешь. Что в этой девчонке такого, что ты с ней носишься как курица с яйцом? Пизда, что ли, золотая, всё никак забыть не можешь, как в ней хорошо было, – Костя усмехается, когда на его лицо припечатывается мой кулак.
Кажется, я даже слышу треск. Костя отлетает на несколько метров назад, но всё же остаётся стоять на ногах.
– Ах ты петух! – злобно сплевывает кровавую слюну. – Первый раз я прощу, но имей в виду, после второго удара ты получишь ответ. И не забывай, Рамиль – я знаю твои секреты. И Лике очень не понравятся твои игры.
– Только попробуй к ней приблизиться, я тебе ноги вырву, – почти рычу. Бес на то и бес, умеет выбешивать. Всё своё детство только и делали, что дрались с ним постоянно. Настырный, наглый, циничный, не признаёт авторитетов. С ним невозможно стоить ни бизнес ни отношения, а я как придурок тяну его по просьбе матери. Младший брат всегда приносил в семью одни неприятности. Вот и сейчас вместо того, чтобы развлекаться с другими девушками, которые вьются вокруг него постоянно, он специально положил глаз на Лику. Мне назло.
– Иди на *уй.
Костя разворачивается и проходит мимо, будто ничего не произошло, только бордовые пятна на рубашке свидетельствуют о нашей стычке.
– Или может, ты боишься, что я твоего спиногрыза не воспитаю как надо? – Костя останавливается и ехидно смотрит на меня.– Не переживай, я в отличие от тебя с отцом рос, знаю что такое отцовскую любовь.
И вот что с ним делать? Избить до полусмерти? Он всегда бил в мои слабые места. И сейчас это была Лика и её сын ,которого она тщательно пыталась скрыть от меня. Но надо быть дебилом, чтобы не суметь пробить данные про человека, которого искал все эти годы.
Я знал, что сына зовут Матвей, и знал, что он мой. Первый порыв, когда узнал, был поехать тут же к Лике и сказать, что я всё знаю. Но сдержался. Вернее Данила вовремя остановил.
– Ты девчонку обидел, она тебя к сыну не подпустит. Попробуй сначала настроить с ней отношения, – сказал тогда Данил.
Всё верно. Надо было завоевать доверие Лики, и я готов пойти на всё, чтобы это сделать. Года должно хватить. Но если Бес ей всё расскажет…это будет новый взрыв недоверия.
– Костя, не порть Лике жизнь. Ты же не умеешь любить. Тебе Лика не нужна. Зачем всё это?
– А с чего ты взял, что не нужна? Может, мне она тоже нравилась, вот только ты же был таким важным. Всё, на что глаз положил должно было доставаться тебе. Так вот, хрен тебе. Я тоже хочу её. И у меня-то побольше шансов.
– Я последний раз предупреждаю, – не хочу пугать, но я готов на многое.
– Я тебя тоже предупреждаю. Не суйся ко мне. От Лики я не отстану, так что утрись. Я ведь тоже могу рассказать ей, и тогда никакой свадьбы у вас не будет.
– Что ты хочешь? Долю, акции?
Мне главное – продержаться последние два дня, как только отгремит свадьба, я сам Лике обо всём расскажу. Лишь бы Костя из вредности не сунулся к ней перед свадьбой.
– О, ты решил купить меня? – хохочет, будто я ему шутку рассказал.
Сволочь! Едва сдерживаюсь , чтобы не вьебать этому придурку ещё пару раз. Чтобы надолго запомнил, что значит лезть к чужой женщине. Но сейчас нельзя.
– Разве тебе деньги не нужны? Я думал, ты вчера не хило проигрался. Могу помочь долги твои закрыть.
– А ты в мои дела не суйся. Сам разберусь. А вот насчёт акций подумаю. Может, они действительно ценнее, чем твоя малышка и её священное лоно.
Глава 27
Я никогда не была на свадьбе. Не получалось. Подруги чаще всего были либо уже разведённые, либо придерживались мнения, что им ещё рано. Поэтому когда белый лимузин привёз меня к дворцу бракосочетания на ВДНХ, я несколько минут не решалась выйти из машины.
Матвея пришлось оставить у соседки, она обещала присмотреть за ним. Мама же сидела сейчас со мной в машине молча. Стильно одетая, накрашенная, она стала выглядеть моложе своего возраста. И я в который раз убедилась, от кого мне досталось смазливое личико. Если бы не предательство отца и её уход в веру, она могла бы ещё успеть выйти замуж. Красивая.
– Лика, пора выходить, – она поторапливает меня. – Или передумала? Имей в виду, я поддержу тебя в любом случае.
– Нет, нет. Мам, всё хорошо…просто волнуюсь.
Водитель открывает, и я выхожу на дорожку.
Белое здание с зеркальной передней частью переливается на солнце. Я поднимаю голову к небу, смотрю на выглянувшее солнце, которое золотыми лучами рассыпалось по небу и земле.
Дай бог, чтобы это был хороший знак, – думаю я. Разворачиваюсь к зданию лицом и иду внутрь.
Меня проводят внутрь, в комнату невесты. И мне уже некогда рассматривать интерьер. Всё закручивается так быстро, будто кадры из фильма сменяют друг друга. Вот фотограф просит встать изящно сначала стоя, потом сидя на кресле. Вот уже приглашают в общий зал, и я вижу Рамиля. Широкоплечий, мощный, даже свадебный костюм не скрывает его красивого тела. Не знаю, что произошло с моими мозгами в этот момент , но я будто вижу его впервые. Без хвоста прошлых воспоминаний. Словно мы с ним вернулись в то лето, шесть лет назад. Повернули время вспять и решили переписать прошлое. Я снова влюблена, он смотрит на меня жадно, и сейчас мы станем мужем и женой, как когда-то я мечтала.
Фотограф просит подойти Рамиля, обнять меня. Говорит как нам встать, а я как кукла позволяю Рамилю управлять мной. Он берёт меня то за талию, то мы смотрим в глаза друг другу. Моё сознание будто наблюдает за нами со стороны.
Приближается наше время. Начинает играть Свадебный марш, и мы с Рамилем рука об руку идём по ковровой дорожке.
Всё, что происходит дальше, я больше воспринимаю, как сон.
Так проще. Иначе боюсь, волнение проглотит меня с головой, и вместо церемонии получится шоу припадочной невесты. Хорошо хоть гостей приглашено немного. Иначе панику было бы не остановить.
Сотрудник ЗАГСа спрашивает наше согласие. Во рту так сухо, что язык с трудом отлипает от нёба.
– Да, – шепчу еле слышно и чуть громче добавляю. – Согласна.
– Да, – произносит Рамиль.
– Я объявляю вас законными супругами, мужем и женой. Поздравьте друг друга супружеским поцелуем!
Со смятением и страхом смотрю на Рамиля, как приближаются его губы. Но не успеваю ни запаниковать, ни испугаться, его губы накрывают мои.
Я уже и забыла вкус его губ. Мята, едва заметный вкус табака, и неуловимый вкус самого Рамиля. Аромат парфюма. Всё смешивается и дурманит голову. Ещё немного и я потеряю сознание. Рамиль будто чувствует моё состояние, придерживает за талию, отстраняется.
– Лика! Всё хорошо?
– Да…просто переволновалась.
Ноги подкашиваются, даже шагнуть не могу. Рамиль подхватывает меня на руки и несёт к выходу.
– Молодые, а как же танец? – кричит нам вслед сотрудник ЗАГСа.
– Обойдёмся без танца, невесте плохо, – отрезает Рамиль и выходит в фойе, несёт меня к выходу.
Свежий воздух поступает в мои лёгкие и становится легче. Рамиль садит меня на деревянную лавку.
– Лика? Слышишь меня? – чёрные глаза вглядываются с беспокойством.
– Да. Всё хорошо.
– Готова ехать в ресторан? Или ещё погуляем?
– Сейчас посижу немного. Отдышусь.
Хочу отодвинуться от него, но он крепко прижимает к себе.
– Неужели так поцелуй подействовал? – с улыбкой спрашивает Рамиль.
– Просто переволновалась.
Чувствую, как меня начинает бить дрожь от холода. Моё платье совсем не греет. Тонкая ткань холодит кожу. Рамиль снимает свой пиджак и накидывает на меня. Снова обнимает, согревая своим теплом.
– Лика, с тобой всё в порядке? – слышу мамин голос, но не успеваю ответить.
– Мария Афанасьевна, всё хорошо. Не переживайте, – отвечает Рамиль. – Скажите фотографу, фотосессии на природе не будет. Мы сразу в ресторан поедем.
Мы ещё немного сидим, а потом идём к нашему лимузину, который должен отвезти нас вместо празднования.
– А как же гости? – переживаю я.
– Там на месте организатор свадьбы, она всё устроит.
– Тот самый, которого мама посоветовала?
– Угу.
Рамиль сидит напротив меня. Его взгляд скользит по мне.
– Красивое платье выбрала, – хвалит он.
–Рада, что тебе понравилось.
Неудивительно, что красивое, я за него больше двухсот тысяч заплатила. Хотела подешевле взять, но там в основном были с корсетами и пышными юбками, а у меня и без корсета талия тонкая. Не люблю, когда что-то сковывает мои движения. Поэтому выбор пал на это платье: лёгкое, воздушное, при этом повторяет силуэт, с длинными рукавами и глубоким вырезом на спине.
Рамиль молчит, а взгляд не отводит. Чувствую, как тяжелеет воздух между нами и заряжается напряжением. А ведь теперь я его жена, и он сможет делать всё, что захочет, – напоминаю себе.
Сердце гулко барабанит в груди.
Всю дорогу до ресторана едем в напряжении. Но грань Рамиль не переходит, руки держит при себе. И на этом спасибо.
Весь оставшийся день, до самого вечера вихрем проносится передо мной. В ресторане нас ждёт уже намного больше гостей. Мы везде ходим с Рамилем, он знакомит меня со своими братьями и другими родственниками. Старший Родион окидывает меня пренебрежительным взглядом. Вылитый отец, а вот Захар мне показался более приятным. Егора я помнила ещё с клуба. Наглый и считающий себя великим соблазнителем. А вот МАтвея я увидела впервые. И хоть они были двойняшками и были немного похожи, хоть Егор всеми силами пытался сделать это менее заметным. Разницу между братьями была разительная. Во взгляде, в поведении. И если бы они были идентичными близнецами ,я бы их точно не спутала.
– Лика, поздравляю! – к нам подлетела Ася и торопливо поздравила, видимо, чтобы не перебили. – Очень рада, что ты теперь присоединилась к нашей алмазной семье. Надеюсь, через год вы добавите ещё один алмазик.
От её слов сердце делает кувырок и едва не останавливается.
Господи, про какой она алмазик говорит. Ни в коем случае нельзя позволить, чтобы её пожелание сбылось, – думаю, а вслух произношу благодарность.
Время пролетает на удивление быстро. И хоть я не сторонник конкурсов, но умудряюсь позволить себя втянуть в парочку.
К вечеру ноги уже гудят, щиколотки ноют. Я уже едва стою на каблуках, кляну себя, что не продумала этот момент и не взяла сменные лодочки.
Внезапно к моему плечу прикасаются губы. Поворачиваю голову и встречаюсь взглядом с Рамилем.
– Устала?
Его руки начинают разминать мне плечи и я чувствую как напряжены все мышцы.
– Мы можем оставить гостей гулять дальше, а сами поехать в отель. Я снял там номер для новобрачных.
Замираю от его слов.
– Ты же помнишь о договоре? Никакой брачной ночи, никакого секса.
– Помню. Но мы же не можем разъехаться по домам. Это будет странно. Мы должны переночевать сегодняшнюю ночь вместе.
– Хорошо, – соглашаюсь и заставляю себя успокоиться. Всё это время Рамиль вёл себя достойно. Может, он и правда изменился, и я зря жду от него каждую секунду подвоха. – Да, я бы отдохнула. Ноги устали.
– Тогда я сообщу гостям о нашем отбытии, и вернусь.
Киваю, улыбаюсь, а ладошки противно влажные от волнения и страха. И о платье не вытереть сразу пятна будут. Беру салфетку со стола и комкаю в руке, чтобы высушить ладони.
Рамиль возвращается, берёт меня за руку и ведёт на улицу к машине.
– Отель далеко? – спрашиваю его на ходу.
– Нет.
Действительно, отель оказывается буквально в десяти минутах от ресторана. На часах уже полдвенадцатого, когда мы заходим в номер. Просторный, в светлых тонах номер, а на кровати лепестки роз и два лебедя из полотенец. Через минуту после того, как мы заходим, в дверь стучат. Это принесли шампанское и клубнику.
– Надеюсь, у тебя нет аллергии? – спрашивает Рамиль, как только за сотрудником отеля закрывается дверь.
– Нет. Но пить шампанское я уже не буду. Хочу в душ сходить и лечь спать. Устала ужасно.
– Хорошо. Иди.
Рамиль снимает пиджак, расстёгивает ворот рубашки, заворачивает рукава, оголяя запястья и руки.
Резко отворачиваюсь, слишком пугают меня ощущения, которые испытываю, глядя на них.
– Здесь…есть во что переодеться? – спрашиваю сухо.
– Думаю, нет. Это же номер новобрачных, значит, подразумевается, что им вообще никакая одежда не понадобится, – отвечает Рамиль и откусывает крупную клубнику. У меня рот наполняется слюной.
– И как мне быть? Я не собираюсь разгуливать по номеру в чём мать родила.
– Могу предложить только халат.
– Хорошо.
На халат я согласна. Одну ночь я готова потерпеть.
– Я в душ.
– Хорошо. Или тебе спину потереть?
Его вопрос заставляет меня вскинуть голову. Я вглядываюсь в его лицо, чтобы понять способен ли он воплотить свои слова в действие и не нахожу ответа. Только жадный пронизывающий взгляд.
