Текст книги "Кровавая правая рука. Билеты на тот свет"

Автор книги: Бретт Холлидей

Соавторы: Джоэль Роджерс
сообщить о нарушении

Текущая страница: 16 (всего у книги 22 страниц)

Глава 9

МАЙКЛ ОЦЕНИВАЕТ ПОЗИЦИЮ

Филлис сидела в большом мягком кресле в дамской комнате отдыха. Это маленькое уютное помещение было отделено от главного холла кадками, в которых росли пальмы и папоротники. Между ними яркими красными пятнами тут и там мелькали соцветия гортензий. Большие темные глаза Филлис выдавали волнение. Между бровями появилась едва заметная полоска.

Когда у входной двери появился Шейн, она бросилась к нему навстречу. Морщинка между бровями сразу исчезла. Филлис схватила мужа за руку, посмотрела ему в лицо… и на ее лбу снова возникла морщинка.

– Майкл! Что это случилось с твоим лицом?

Он погладил ее руку и мягко подтолкнул к пустой и безлюдной комнате отдыха.

– Не так громко, милая! Понимаешь, я ехал на машине по шоссе – и вдруг впереди в свете фар увидел маленькую кошечку. Она была ужасно худой и голодной и бежала в сторону холмов. Ну, я остановился и взял ее в машину. Ты же знаешь, я всегда любил животных. И этого котенка тоже пожалел. Но он меня исцарапал – хочешь – верь, не хочешь – не верь.

Мягкие, нежные губы Филлис сжались.

– Блондинка или брюнетка? – спросила она.

– Это была маленькая рыжая кошка, – ответил Шейн, все еще поглаживая руку жены.

– После этого я все время буду ездить с тобой, – сказала она.

Шейн мягко усмехнулся в ответ, но это выглядело неубедительно. Филлис нахмурилась и вырвала у него руку, как только они вошли в пустую комнату отдыха.

– Здесь Билл Джентри! – взволнованно сказала она.

– Ну что ты говоришь, Фил! – удивился Шейн. – Где он?

Глаза Майкла обшаривали главный холл, высматривая шефа детективного бюро Майами.

– Он наверху, в нашем номере, – Филлис села в глубокое кресло и вытянула руки перед собой с видом чопорного негодования. – Он и шеф Бойл ждут тебя наверху. Когда мистер Джентри звонил, он говорил очень строго. Я сказала ему, что ты вышел, но вот-вот должен вернуться. А потом я вышла и оставила дверь открытой, прежде чем он успел подняться. Я решила заранее предупредить тебя – вдруг ты не хочешь с ним встречаться. Я о тебе беспокоюсь, а ты приходишь и выглядишь так…

– Это ты хорошо сообразила, дорогая, – перебил Майкл с широкой улыбкой. – Должно быть, это связано с убийством Мэй Мартин.

– Этого я и боялась, – чуть слышно ответила Филлис.

Рыжеволосый детектив задумался, глядя мимо жены, мимо папоротников, цветов и пальм в кадках. От ноздрей к уголкам рта пролегли глубокие морщины.

Филлис подняла голову и увидела его лицо.

– Что… – начала она.

– О, да. Я слушал тебя, милая, – с напускной небрежностью ответил Майкл. Он медленно повернулся и посмотрел на жену. – Почему бы тебе не съездить на гонки и немного развлечься?

– А тебя оставить здесь одного в беде? Нет.

– В беде, – усмехнулся Шейн. – Да бандиты Кокопалма уже едят у меня с руки.

– А как же мистер Джентри и шеф Бойл?

– Скоро и они у меня станут ручными, – с улыбкой заверил ее Шейн. Он помог Филлис подняться с кресла. – Ты лучше съезди на трек и выиграй там побольше денег, милая. А я закончу здесь с делами и постараюсь успеть к последнему забегу. Увидишь меня где-нибудь возле старта.

Филлис надулась, но тут же подняла на мужа сияющие веселые глаза.

– Насчет котенка я просто шутила. Я была неправа, Майкл. Я поеду – если ты считаешь, что мне здесь нечего делать.

– Абсолютно нечего, милая.

Шейн проводил жену к двери и позвал швейцара.

– Возьмите для дамы такси на собачьи бега.

Он поцеловал Филлис в губы и стоял в дверях, пока она не села в такси. Потом достал носовой платок и вытер с лица капельки пота. Когда Майкл возвращался в холл, линии его костлявого подбородка обозначились еще резче. Взгляд стал мрачным.

Он подошел к столу и кивком головы позвал дежурного.

– У вас зарегистрирован мистер Самуэльсон из Майами?

– Да, сэр. Мистер Самуэльсон с сопровождающими. Они прибыли меньше чем полчаса назад.

– Спасибо. – Шейн отвернулся от дежурного. В его серых глазах появился безжалостный блеск. Он зашагал к двум людям, сидевшим рядом на обшитой войлоком скамье. С места, где они сидели, отлично просматривалась дверь лифта.

Детектив стал прямо перед ними, широко расставив ноги. Один из мужчин делал вид, что читает газету, а второй старательно чистил ногти стальной пилкой.

Шейн холодно обратился к тому, который читал газету:

– Эй, парни, вы сегодня оказались на чужой территории.

Человек посмотрел на Шейна поверх газеты холодными как лед голубыми глазами. Это был высокий, атлетически сложенный человек лет тридцати. На нем был костюм мягкого коричневого цвета, неяркая рубашка и галстук-самовяз. Ничего не выражающее лицо было таким же нечеловечески холодным, как и глаза.

– Вали отсюда! – буркнул он и снова перевел взгляд на газету.

Шейн не пошевелился, только поглубже засунул руки в карманы брюк и качнулся вперед. Второй мужчина – он был помоложе – быстро поднял глаза и встретился взглядом с детективом. Его надутые губы и пухлые щеки были покрыты мягким пушком. Длинные темные ресницы еще усиливали женственность облика. На нем был спортивный пиджак из дорогого материала с осиной талией и квадратными накладными плечами. При виде его Шейн удивленно открыл рот, и молодой человек залился румянцем. Он быстро покосился на напарника и начал внимательно изучать свои ногти.

Тоном вежливой насмешки Шейн произнес:

– Удивляюсь, Мелвин! Как это Макси разрешил тебе сидеть рядом с таким грубым бабуином. Неужели он не боится, что Хими может стереть с тебя пушок?

Мелвин съежился. Он снова бросил взгляд на напарника, словно умоляя его что-нибудь сделать.

Хими опустил газету. Глядя ледяными глазами на нижнюю пуговицу пиджака Шейна, он бесстрастно произнес:

– Занимайся своими – делами, парень. Ты ведь сейчас тоже не на своей территории.

– Может быть, это как раз и есть мое дело, – ответил Шейн.

Хими медленно покачал головой.

– Не пытайся нас вытолкнуть. У нас здесь такие же права, как и у тебя.

– Конечно, конечно. – Ласково улыбнулся Шейн. – Я вижу, тебе нравится в Кокопалме, Хими? Но может быть, ты не знаешь, что я взялся за очистку этого городка? И если сюда начнут собираться громилы из Майами, мне будет очень грустно.

Хими хмыкнул и снова поднял газету. Шейн переключил внимание на молодого.

– Когда снова увидишь Макси, передай, что сегодня днем, когда ему звонила Мэй Мартин, я был у нее в комнате. – Шейн повернулся и пошел к лифту.

Дверь его номера была открыта. Он вошел внутрь и небрежно кивнул Биллу Джентри и шефу Бойлу. Главный детектив Майами был высоким широкоплечим человеком с приятным крупным лицом. И он и Бойл курили толстые сигары, и в комнате было полно дыма.

– А почему вы не воспользовались моим гостеприимством, чтобы заказать спиртное? – спросил Шейн. – Или вы просто не успели?

– Мы просто не успели, Микки, – усмехнулся Джентри. – Закажи мне виски с содовой.

Шейн повернулся к шефу Кокопалма, и Бойл немного растерянно кивнул:

– Мне то же самое.

Шейн вышел в спальню и позвонил в ресторан. Он заказал два "хайболла". Когда Майкл вернулся в гостиную, Джентри спокойно заметил:

– А твоя жена, Микки, ловко научилась исчезать. Она говорила со мной по телефону, но смылась, пока я поднимался лифтом.

– Филлис старается мне помогать, – широко улыбнулся Шейн. – Она ждала меня в холле, чтобы предупредить, что в номере устроили засаду два стража закона.

– И ты все равно пришел? – Джентри искоса посмотрел на него сквозь густой табачный дым. – Это значит, что ты готов доказать свою невиновность?

– Невиновность в чем? – Шейн вышел в спальню и налил себе коньяк.

Когда он вернулся, в дверях стоял официант с двумя бокалами виски. Шейн дал ему на чай и выписал чек, а потом отнес высокие бокалы своим гостям. Он сел, перебросив одну ногу через подлокотник кресла.

– Я думаю, Микки, ты знаешь, о чем я говорю.

– Может, знаю, а может, и нет. Ты что, хочешь устроить здесь викторину?

Джентри вздохнул и повернулся.

– Сегодня вечером в Майами убита женщина по имени Мэй Мартин.

– Убита? – Шейн удивленно приоткрыл рот и присвистнул. Джентри энергично кивнул.

– Убийца пытался запутать следы и представить это как самоубийство, использовав лезвие безопасной бритвы. Но медицинский эксперт сказал, что Мэй умерла до того, как ей перерезали горло.

– А зачем ты рассказываешь об этом мне?

Шейн поднял бокал и посмотрел сквозь него.

– Ты что, собираешься отрицать, что был с ней знаком?

– Не-ет, – неуверенно протянул Шейн. – Я не отрицаю, что с ней встречался. Но мы не были хорошо знакомы. До сегодняшнего дня я ее вообще не видел.

– Она приехала в "Красную Розу" из Кокопалма сегодня днем, – сказал Джентри. – Ты заходил к ней незадолго до темноты, и больше у нее гостей не было. А потом ты примчался сюда. Какая тут связь?

– Когда ее убили? – задумчиво спросил Шейн.

– Видимо, близко к тому времени, когда ты заходил. Доктор не смог определить точного времени.

– Если бы я это сделал, – пробурчал Шейн, – неужели я был бы настолько глуп, что попытался бы вас провести, перерезав ей горло после того, как она умерла?

Билл Джентри уныло кивнул.

– Я не собираюсь вешать на тебя убийство, – возразил он. – Но оно как-то связано с этим кокопалмским делом. Я думал, она могла рассказать тебе что-нибудь, что наведет нас на след.

– Ничего она не сказала, Билл. Она только заявила, что готова продать мне информацию за тысячу баков. Дальше этого у нас с ней дело не пошло.

– О чем информация?

– О фальшивых билетах.

– Я не сомневался, что здесь должна быть связь. Значит, за один вечер произошло три убийства, Майкл. – Он с укоризной посмотрел на рыжего детектива. – Бойл говорит, что не успел ты приехать в город, как ухлопал двух здешних балбесов.

– Это была самозащита, – весело ответил Шейн.

– Я все это знаю. Но эта женщина, Мэй Мартин, была убита не при самозащите. – Джентри сделал паузу, чтобы отхлебнуть виски. – Никто в "Красной розе" не видел, чтобы кто-нибудь, кроме тебя, входил в ее комнату.

– Вы говорили с рыжей в конце коридора?

– Да. Она сказала, что ты вел себя забавно. Прошел мимо, когда она приглашала тебя зайти.

Шейн усмехнулся и хладнокровно заявил:

– Когда я уходил из комнаты Мэй Мартин, она была совершенно живой.

– Может, и так. Но штука в том, что после этого никто ее живой не видел.

– Никто из тех, – поправил Шейн, – кого вы знаете.

– Да, пожалуй. Ты был единственным ее гостем, которого там видели.

– Я знаю по крайней мере одного человека, который встретился с ней после меня.

– Отлично. Я так и думал, Майкл, что у тебя что-нибудь есть. Кто же это?

Шейн медленно покачал головой.

– Пока нет, Билл. Я должен оценить ситуацию.

Билл Джентри заговорил резко.

– Не пытайся что-то скрыть от меня!

– Но мне нужно определить, на каком я свете, – возразил Шейн. – Может быть, мне надо будет что-нибудь выторговать. А если я дам тебе эту информацию, у меня больше ничего не останется.

– Если ты мне этого не скажешь, тебе трудно будет выкручиваться.

– Значит, так обстоят дела?

Джентри поднял пухлую квадратную ладонь:

– Буду с тобой откровенен. Мы нашли в ее комнате кое-что, о чем придется спросить тебя.

Глаза Шейна сузились, выражение лица стало твердым и решительным. Напускная непринужденность Билла Джентри не обманула его. Они были давними друзьями, но Джентри никогда не смешивал дело и дружбу.

Шейн знал, что ему придется выдержать крупный разговор с шефом детективов Майами, но не более того.

– Я объясню все, что смогу, Билл, – сказал он. – Но, клянусь Богом, я знаю об этой женщине не больше, чем ты.

– Ты в этом уверен? Уверен, что до сегодняшнего дня ни разу ее не видел?

Шейн кивнул и проворчал:

– Раньше мне не приходилось доказывать тебе, что я говорю правду.

– Раньше ты никогда не говорил такого, что я, судя по всему, смогу опровергнуть, – сказал ему Джентри.

На щеках Шейна заиграли желваки. Он хотел сказать что-то, но сдержался. Джентри порылся в кармане пиджака и вытащил один из лежавших там конвертов. Он раскрыл его, держа у себя на коленях, и вынул свернутую полоску бумаги.

– Видел это раньше? – он протянул листок Шейну.

Шейн прочел на листке свое имя и номер телефона в Майами, написанные голубыми чернилами. Внизу было написано: "В ЧЕТВЕРГ ДНЕМ".

Шейн наморщил лоб и покачал головой.

– Почему я должен был видеть эту бумажку?

– Листок мы нашли в кошельке мисс Мартин. Почерк не ее. К тому же в ее комнате не оказалось голубых чернил. Обычно такие записки мужчина оставляет женщине, когда хочет, чтобы она ему позвонила в определенный день. Здесь записан четверг.

– Конечно. А вчера была среда. Почему отсюда следует, что я видел ее раньше?

– Ты уверен, что это не твой почерк? – настаивал Джентри. – Это очень похоже на то, как ты пишешь свое имя. Мы с Бойлом сравнивали записку с твоей подписью в книге регистрации.

– Да, – подтвердил Бойл.

Шейн возмущенно засопел.

– Это не больше похоже на мой почерк, чем на любой другой. Дай эту записку своим экспертам, и они найдут тысячу отличий от моего почерка.

– Так я и сделаю, – вздохнул Джентри. Он забрал листок и спрятал в конверт.

– Если это все, что у тебя есть… – сердито начал Шейн, но Джентри строго покачал головой и поднял руку.

– В конце концов, – сказал он, – почерк, может быть, и не твой. Но то, что произошло сегодня вечером в этой гостинице, лучше всего доказывает, что она тебе все-таки что-то сказала. Ведь ты же не будешь отрицать, что знал заранее, что, когда приедешь сюда, тебя будут поджидать эти два громилы?

– А допустим, я буду это отрицать? – серые глаза Шейна стали холодными от сдерживаемой ярости.

– Мне будет очень трудно тебе поверить, Микки. Прежде всего зачем ты взял пистолет, когда шел к Гардеману? Я знаю, что обычно ты не носишь с собой оружия. Судя по рассказу Гардемана, они были наготове и ждали, когда ты войдешь. Однако ты вышел из этой переделки с одной лишь царапиной на боку. Дьявольская удача, если поверить, что ты открыл дверь, не зная, что тебя ожидает.

– Что ты пытаешься доказать? – спросил Шейн.

– Что Мэй Мартин сегодня днем с тобой разговаривала. Она единственная, от кого ты мог узнать об этом деле до приезда в Кокопалм. Это она предупредила тебя о засаде. А если Мэй сказала об этом, то она должна была сказать и о многом другом. Не скрывай от нас ничего. Я знаю, как ты любишь держать информацию при себе до самого конца расследования. Но сейчас три человека уже мертвы, не упрямься и расскажи обо всем, пока не погиб еще кто-нибудь.

– А иначе вам придется отвечать за сокрытие сведений, – важно добавил Бойл.

Шейн не обратил внимания на Бойла. Он говорил сейчас только с Биллом Джентри.

– Тебе сказали, что парень, который говорил по телефону из номера Гардемана, просил меня стучать особым образом, чтобы он был уверен, что пришел именно я?

– Нет, – признал Джентри. – Но…

– Но, черт возьми, – нетерпеливо перебил Шейн, – разве ты не понимаешь, что этого достаточно, чтобы я уже был начеку. Слова парня прозвучали дьявольски фальшиво – ведь он настаивал, чтобы я пришел к нему ровно в семь часов. Ты же знаешь, как бывает в нашем деле, – одна маленькая зацепка может включить твое подсознание.

Джентри внимательно разглядывал его честное лицо.

– Ты что, хочешь сбить меня со следа, Майкл? Неужели Мэй Мартин ничего тебе сегодня не рассказала?

– Ничего, будь я проклят. Она только сказала, что может раскрыть мне Кокопалмское дело. Но когда я с ней говорил, я еще не знал, что такое дело существует. Только когда я от Мэй вернулся домой, Фил сказала мне, что звонил Гардеман. Естественно, мне было интересно, и я старался у нее что-нибудь выпытать. Но она уперлась и заявила, что не скажет ни слова, пока я не выложу на стол тысячу баков. Ты знаешь, что я никогда не выложил бы столько, не зная наверняка, что смогу за это получить.

– Черт возьми, Майкл! – выругался Джентри. – Ты одним махом похоронил все мои надежды. Я-то рассчитывал, что разберусь с убийством Мартин, когда выясню, зачем ты сегодня с ней встретился.

– Я почти уверен, что ответ на свой вопрос ты найдешь здесь, в Кокопалме, – обнадежил его Шейн. – Почему бы тебе здесь не поторчать по крайней мере эту ночь и не посмотреть, что из этого выйдет? Я могу распотрошить это дело с подделкой билетов в любую минуту.

– Ты действительно что-то раскопал? – с сомнением спросил Джентри. – Или просто так болтаешь?

– Я действительно кое-что раскопал, – с волчьей улыбкой повторил Шейн. – Я только что вернулся из "Рандеву", где у меня была очень содержательная беседа с Грантом Макферлейном.

Шеф Бойл съежился на своем стуле. Он торопливо допил остаток виски, встал на ноги и пробормотал:

– Ну что ж, я должен идти. Не могу здесь рассиживаться, когда меня ждет работа.

С совершенно несчастным видом он вышел из номера. Джентри, нахмурившись, посмотрел вслед его сгорбленной фигуре.

– Что с ним вдруг стряслось?

– Макферлейн – это шурин Бойла, – объяснил Шейн. – Помимо других прегрешений, есть серьезные основания считать его причастным к подделке билетов.

– Кого ты еще подозреваешь?

– Многих, включая самых уважаемых жителей этого городка. – Шейн бодро ухмыльнулся и допил свой коньяк. – Все, что мне осталось сделать, – это отобрать тех, кто действительно причастен к делу, и при этом остаться живым.

Он встал и потянулся, подавляя зевок.

– Мне нужно посмотреть на человека по имени Бен Эдвардс. Ты когда-нибудь слышал о таком?

Билл задумчиво покачал головой.

– А что я должен был о нем слышать?

– Будь я проклят, если знаю, Билл. Он должен как-то вписаться в картину. Сейчас я поеду его искать. Хочешь съездить со мной?

– Пожалуй, нет. – Джентри положил руку на плечо детективу. – А как насчет твоей информации об убийстве Мартин? Ты уверен, что ничего не хочешь сказать?

– Я не могу, Билл. Пока не могу.

– Только не надо ничего подтасовывать, пока я жду этой информации, – спокойно предупредил Джентри.

Шейн громко рассмеялся и похлопал его по спине.

– Я все тебе расскажу, как только сориентируюсь.

Они вышли вместе, и Шейн запер дверь. Джентри спускался лифтом вместе с ним, и когда они вышли в коридор, Шейн подтолкнул своего флегматичного компаньона и громко прошептал:

– Не поворачивай голову сразу. Ты видишь то, что я вижу?

Джентри быстро посмотрел на Хими и Мелвина, сидевших на том же месте, где их оставил Шейн. Мелвин под тяжелым взглядом Джентри опустил ресницы, а Хими равнодушно посмотрел сквозь детектива. Шейн снова засмеялся и, взяв Джентри под руку, провел его мимо двух громил из Майами.

– Не трогай их, – предупредил он. – Я хочу посмотреть, зачем они здесь. Хотя ты можешь попросить Бойла установить за ними наблюдение.

– Я посмотрю, можно ли это организовать, – пообещал Джентри, и они распрощались.

Глава 10

ЭТО НЕ НЕСЧАСТНЫЙ СЛУЧАЙ

Швейцар гостиницы подробно рассказал Шейну, как найти дом Бена Эдвардса. Это неприметное приземистое здание стояло на широком перекрестке в двух кварталах от океана.

Шейн заглушил двигатель и немного посидел, опустив голову на руль. За опущенными занавесками двух выходящих на улицу окон горел свет.

Шейн выбрался из машины на тротуар и открыл аккуратно покрашенную калитку. Газоны были гладкие, видно, недавно подстриженные. Весь участок производил впечатление спокойной солидности.

Поднявшись на деревянное крыльцо, Шейн позвонил в колокольчик и, когда дверь открылась, снял шляпу. На пороге стояла женщина средних лет. Она изучающе посмотрела на детектива спокойными серыми глазами. Потом улыбнулась и спросила:

– Что вам угодно?

– Мистер Эдвардс дома? – спросил Шейн.

Женщина покачала седеющей головой. Сложив пухлые руки на груди, она добавила:

– Но я жду его с минуты на минуту. Он всегда возвращается из конторы примерно в это время.

Ее манера держаться и голос были спокойными и сердечными. Интонации как бы приглашали незнакомца войти.

– Вы не возражаете, если я подожду несколько минут? – спросил Шейн. – Это очень важно.

– Конечно. – Женщина распахнула дверь, и Шейн прошел мимо нее в маленькую ярко освещенную гостиную. По чистому ковру к детективу, весело виляя хвостом, бросился скотч-терьер. Он понюхал брюки Шейна, разрешил ему потрепать себя по загривку и после этого обмена любезностями с достоинством удалился. Подняв голову, Шейн увидел мальчика лет восьми или десяти с ясным лицом, скрючившегося в глубоком кресле за столом с учебниками и тетрадями.

– Привет, – сказал Шейн.

Мальчик с интересом осмотрел пришельца и безразлично ответил:

– Добрый вечер.

– Вы должны простить Томми его манеры, – извинилась мать. – Он всегда слишком завален книгами и тетрадками, чтобы встать.

Томми добавил свое собственное извинение, состоявшее в широкой улыбке, появившейся на его веснушчатом лице, и вернулся к занятиям. Шейн повернулся к женщине.

– Миссис Эдвардс, я полагаю?

Она кивнула, и Майкл представился.

– Я узнала вас, мистер Шейн, как только увидела в дверях. Я видела ваш портрет в сегодняшней газете.

– Вот это да! – громко крикнул Томми. – Вот это да! Детектив!

– Томми! – остановила его мать.

Шейн фыркнул.

– Ну как, Томми, я похож на частного сыщика?

– Ага. Ты выглядишь очень крутым. А классно ты их завалил в гостинице! Сам Зеленый Шершень не сработал бы лучше.

– Не смог бы сделать лучше, Томми, – терпеливо поправила его мать. – Хотите сесть в эту качалку, мистер Шейн?

Шейн охотно согласился. Он сел позади круга света от торшера, стоявшего между креслом Томми и выцветшей кушеткой. Миссис Эдвардс села на ближний к лампе край кушетки, взяла корзинку для шитья, аккуратно надела очки, откусила зубами нитку и сказала:

– Наверное, вы пришли к Бену насчет фальшивых билетов? Но не знаю, сможет ли он вам чем-нибудь помочь.

– Папа ходил фотографировать гангстеров, которых ты укокошил, – важно добавил Томми. – Может, ты с тех пор кокнул еще несколько бандитов, и потому папы нет дома?

Мать снова поправила его речь и спросила, сделал ли он домашнюю работу.

– Нет, – ответил мальчик, продолжая вопросительно смотреть на Шейна.

Шейн покачал головой.

– Я больше с ними не сталкивался, Томми.

Он повернул кресло и посмотрел на миссис Эдвардс.

– Ваш муж – профессиональный фотограф?

– Он делает все фотографии для "Голоса", занимается оформительской работой и дюжиной других вещей. – Миссис Эдвардс склонила голову и начала зашивать порванную рубашку сына.

В свете лампы ее волосы отливали темным серебром, создавая впечатление яркого сияния вокруг головы.

Томми вертелся в кресле, с любопытством поглядывая на Шейна, но ничего больше не говорил. Возле локтя Шейна на подставке стояла пепельница. Он закурил, глубоко затянулся и медленно выпустил дым через ноздри. Потом небрежно спросил:

– Вы не знаете, по какой причине юрист из Майами, мистер Самуэльсон, мог приезжать сюда, к вашему мужу?

Миссис Эдвардс уколола иголкой палец. Ее руки вздрогнули, и содержимое корзинки для шитья рассыпалось по кушетке. Глаза вдруг словно замкнулись.

– Юрист? Из Майами? Никогда о нем не слышала, мистер Шейн.

– Глупости, ма, – перебил Томми. – Так звали того дядьку…

– Томми! – резко оборвала его миссис Эдвардс. Ее поджатые губы показали Томми, что он напрасно перебил ее. Потом мать сказала: – Бери свои вещи и отправляйся в спальню. Пожелай спокойной ночи мистеру Шейну.

– Но, мама, я…

– Томми! – снова сказала она.

Мальчик отвел глаза и кивнул. Он молча собрал книги и тетради, потом встал и сказал:

– Спокойной ночи, мистер Шейн.

Шейн затянулся сигаретой и ничего не ответил. Миссис Эдвардс снова сложила шитье себе на колени и сказала:

– Не понимаю, что иногда творится с Томми. Ему так хочется участвовать в разговоре взрослых, вот он и выдумывает всякую ерунду, чтобы привлечь внимание.

– Ну, это совсем не странно для такого смышленого мальчика, как Томми.

Шейн помолчал, глядя мимо женщины, а потом продолжил:

– Но он не выдумал эту историю о мистере Самуэльсоне.

Огрубевшие от тяжелой работы руки женщины застыли на коленях. Когда детектив посмотрел ей в глаза, он увидел в них униженный испуг и мольбу.

– А Бен… У него какие-то неприятности, мистер Шейн?

– Нет, насколько я знаю. Пока.

– Но что вы имели в виду, говоря об этом юристе?

– Мне нужно получить информацию, – с готовностью ответил он. – Макс Самуэльсон – кровосос. Его считают самым ловким адвокатом на Юге из тех, что занимаются патентами на изобретения. Но горе неопытному изобретателю, который попадет ему в лапы. Если ваш муж что-то изобрел, скажите ему, чтобы держался от Самуэльсона подальше.

– У моего мужа нет никакого изобретения, – миссис Эдвардс устало прижала к глазам кончики пальцев. – Я не знаю, откуда… откуда у людей берутся такие мысли.

– Я заключил это из интереса, который проявляет к нему Самуэльсон. Макси не стал бы соваться в чьи-то дела, если бы не чуял носом, что сможет на этом заработать.

– Вы имеете в виду, что мистер Самуэльсон здесь, в Кокопалме?

Шейн кивнул.

– Он сейчас в городе. – Детектив откинулся назад и забросил ногу на ногу. – В сопровождении пары головорезов из Майами, к вашему сведению. Здесь что-то готовится, но я пока не знаю что.

Миссис Эдвардс медленно покачала головой. Ее большие полные губы сжались в узкую щель.

– Я не знаю, о чем вы говорите, мистер Шейн. Бен действительно в свободное время возится в мастерской, которую устроил в нашем сарае. Примерно месяц назад он очень обрадовался, когда решил, что сделал великое открытие – изобретение, как он его назвал. Мистер Гардеман предложил ему поговорить с юристом в Майами – насчет получения патента и всего такого. – Женщина развела руками, и губы ее изогнулись в дрожащей улыбке. – Тем дело и кончилось. Бен решил не брать патента, хотя мистер Самуэльсон его очень уговаривал. Муж чувствовал, что адвокат просто обнадеживает его, чтобы содрать гонорар побольше.

Шейн раздавил сигарету в пепельнице.

– А сейчас мистер Эдвардс продолжает разрабатывать свое изобретение?

– Нет. Он уже несколько недель не заходит в мастерскую. Скорее бы уже Бен пришел домой, – нервно добавила она, взглянув на стоявшие на каминной полке часы. – Он сможет рассказать вам об этом гораздо лучше, чем я.

– Как вы думаете, если позвонить сейчас в редакцию, я его застану?

Миссис Эдвардс с готовностью вскочила.

– Сейчас попробую. Я уверена, он сразу придет, если узнает, что вы его ждете. – Она вышла в соседнюю комнату.

Шейн услышал, как мимо дома медленно проехала машина, остановилась, развернулась в центре квартала и, набирая скорость, умчалась.

Когда миссис Эдвардс вернулась в гостиную, вид у нее был по-настоящему обеспокоенный.

– Мистер Матрикс говорит, что он ушел полчаса назад. Кто-то позвонил ему по телефону, и он тут же уехал. Не представляю себе, куда он мог деваться.

Шейн взволнованно приподнялся.

– Почему вы сказали мне неправду, когда я в первый раз спросил вас о Максе Самуэльсоне? Зачем вы отрицали, что знакомы с ним?

Миссис Эдвардс вздрогнула от этого резкого обвинения. Она судорожно сплела пальцы рук и сбивчиво заговорила:

– Понимаете, я… Многие люди в Кокопалме смеются над Беном из-за его изобретения. Они станут смеяться еще больше, если узнают, что он звонил знаменитому адвокату, занимающемуся патентами… и из этого ничего не вышло.

Шейн кивнул, словно действительно ей поверил, и не спеша встал.

– Пожалуй, я не стану больше ждать, раз ваш муж где-то задерживается. Передайте, пожалуйста, пусть он, когда придет, сразу позвонит мне в гостиницу "Тропическая".

– Конечно, мистер Шейн. Я уверена, что Бен с удовольствием с вами поговорит.

Миссис Эдвардс проводила гостя до двери и взволнованно держала руку у горла, когда он пожелал ей спокойной ночи и вышел.

Когда он обернулся, чтобы запереть калитку, женщина все еще стояла на пороге. Ее короткая плотная фигура четко выделялась в освещенном прямоугольнике дверного проема. В ее позе терпеливого ожидания было что-то жалкое – и в то же время по-настоящему мужественное.

Шейн быстро добрался до гостиницы. Он вошел в холл и сразу заметил, что скамья перед лифтом, на которой сидели Мелвин и Хими, опустела. Он подошел к дежурному и подробно описал ему эту пару. Дежурный их помнил.

– Эти двое прибыли вместе с мистером Самуэльсоном, – уточнил он.

– Вы видели, как они выходили?

– Кажется, видел, сэр. Они вышли почти сразу вслед за вами.

Шейн разочарованно хмыкнул. Это означало, что Джентри едва ли успел установить за ними наблюдение.

– А Самуэльсон сейчас у себя?

– Нет, сэр. Он не поднимался в свою комнату с тех пор, как снял номер. Прибыв, он сразу спросил, где можно найти мистера Гардемана, и тут же уехал. По-моему, на гоночный трек, потому что я ему сказал, что мистер Гардеман скорее всего там.

Шейн кивнул, круто развернулся, быстрыми шагами пересек холл и вскочил в свой "родстер". Взявшись за ключ зажигания, он на мгновение замер. Где-то на юге раздался пронзительный вой сирены. Этот звук перешел в затихающий стон и замер вдали.

Шейн включил зажигание и нажал стартер. "Родстер" задним ходом вылетел со стоянки, круто развернулся и помчался на юг. В нескольких кварталах к югу от делового района Шейн увидел в свете фар толпу людей. Он протиснулся между рядами припаркованных автомобилей, проехал под властно поднятой рукой растерявшегося полицейского, пытавшегося остановить "родстер", и остановился возле людей, тесным кольцом окруживших лежащее на обочине тело.

Сзади стояла машина "скорой помощи", и над телом склонились двое людей в белых халатах. Один из них покачал головой и что-то негромко сказал напарнику. Потом оба выпрямились и заговорили с шефом Бойлом, стоявшим внутри круга.

Шейн протолкался сквозь плотную толпу и подошел к трупу. Посмотрев в невидящие глаза, он сразу узнал сутулого человека, с которым встречался в редакции "Голоса".

– Я никак не мог предотвратить это! – снова и снова повторял Альберт Пейсон ровным монотонным голосом. – Его совсем не было видно. Должно быть, он сидел в тени этих олеандров, поджидая, пока будет проезжать машина. А потом бросился мне прямо под колеса. По-другому это никак не объяснишь. Уверяю вас, я его не видел! Только почувствовал, как мои колеса на чем-то подпрыгнули. В первый момент я подумал, что сбил собаку. Я сразу остановился и побежал назад. Увидев, что здесь лежит человек, я ужасно испугался.

– Разумеется, мистер Пейсон, – дружелюбно перебил его шеф Бойл, опуская руку на дрожащее плечо местного финансиста. – Разумеется, мы понимаем, сэр. Я не вижу, в чем вас можно обвинить. Мы все знаем, что Бен Эдвардс был немного не в себе. Должно быть, у него произошел какой-то заскок, и он решил таким способом покончить с собой.

Шейн отвернулся от Бойла и Пейсона и вернулся к лежащему на асфальте телу Бена Эдвардса, слабо освещенному пробивающимся сквозь ветви олеандра светом луны. Не обращая внимания на удивленные взгляды и перешептывание столпившихся вокруг людей, Майкл стал на колени и быстро осмотрел труп.