Текст книги "Гримстоуновское похмелье (ЛП)"

Автор книги: Брэд Магнарелла

сообщить о нарушении

Текущая страница: 9 (всего у книги 11 страниц)

21

– Еще четыре мили, потом повернем направо на Пиньон – крикнул Тьяльф с заднего сиденья.

Кузов джипа задрожал, когда Джеймс разогнался до восьмидесяти. Обычно я не люблю больших скоростей, но сейчас меня устроила бы и сотня. У нас ушло на это почти два дня, но мы наконец-то нашли зацепку по делу, которую смогли вспомнить.

– Есть большая вероятность, что это приведет нас и к Фрэнксу – сказал я – Если нет, мы вернемся в управление шерифа. Теперь, когда у меня есть мой посох, я могу наложить охотничье заклинание на что-нибудь из его вещей.

Джеймс с сомнением посмотрел на меня.

– Охотничьи заклинания здесь не гарантируют ничего. Странные энергетические линии. Они могут отправить в юго-восточную Юту, как и твою цель, и я говорю по опыту.

– В прошлый раз это сработало с Таффи – заметил я.

– Да, потому что он гном. Из него можно почерпнуть больше энергии.

– Что на меня подействовало? – Спросил Тьяльф, отодвигаясь на середину заднего сиденья.

– Ничего – быстро ответил я, прежде чем повернуться к Джеймсу – Тогда мы увеличим шансы, если воспользуемся чем-нибудь действительно действенным от Фрэнкса. Ролли ведь работает в департаменте, верно? Давай пригласим его.

Джеймс сбросил скорость, чтобы я мог помочь ему справиться с управлением, а сам достал телефон и позвонил ему.

– Управление шерифа – ответил Ролли по громкой связи.

– Привет, это Крофт и Вессон – сказал я – Мы...

– Где Фрэнкс? – выпалил он прежде, чем я успела продолжить – Ты сказал, что привезешь его сюда.

– Да, он оказался не там, где мы думали – сказал я – но мы работаем над этим.

– Мы так влипли – простонал он.

– Как так? – спросил Джеймс.

– Я, наконец, поговорил с шерифом Джексон, я не мог продолжать игнорировать ее звонки. Я сказал ей то, что Крофт велел мне передать, что ты все еще где-то в глуши, но она что-то заподозрила. Сказала, что вернется пораньше.

– Насколько раньше? – Болезненно спросил я.

– В восемь, если она остановится позавтракать. Семь, если она этого не сделает.

Я посмотрел на часы, затем посмотрела на Джеймса. Это давало нам меньше трех часов.

– Она говорит, что хочет подготовить Фрэнкса к суду, но я говорю вам, что у нее есть подозрения.

– Не дергайся, Роллс – сказал Джеймс – Мы позвонили, потому что нам нужно, чтобы ты собрал кое-какие личные вещи Фрэнкса.

– Нам нужно, чтобы найти его – добавил я, чтобы подчеркнуть их важность – Что-нибудь, связанное с его волосами или потом например, шляпа. Что-нибудь эмоционально значимое тоже подойдет, например, семейная реликвия. Вы можете это сделать?

– Я... я постараюсь – сказал он.

Судя по голосу, он был уже не пьян, а просто потрясен.

– Мы скоро приедем – сказал Джеймс и повесил трубку.

– Он доставит заказ?

Джеймс пожал плечами.

– Пятьдесят на пятьдесят.

– Тогда давай найдем преступника.

На Пиньон-драйв Джеймс свернул в район с видом на южную часть Гримстоуна. Там были дома в курортном стиле, но я заметил, что на большинстве из них висели таблички "ПРОДАЕТСЯ", а половина участков вообще не была застроена. Как и в остальной части страны, рынок недвижимости Гримстоуна был на грани краха. Тьяльф указывал повороты, пока мы не оказались на улице, застроенной частично построенными домами.

– Суонсон, последний – сказал он – Единственный, который мы здесь закончили.

В тупике Джеймс остановился перед многоуровневым домом, окруженным забором высотой в десять футов. Внушительные ворота возвышались в конце подъездной дорожки. Он барабанил пальцами по рулевому колесу – Как мы убедим родителей разрешить нам поговорить с их ребенком в четыре утра? Разыграем карту правоохранительных органов?

– Тот, у кого столько денег, сразу же разыграет карту адвоката – сказал я.

Тьяльф хмыкнул в знак согласия. Это должно было оказаться сложнее, чем ограбление банка. Я задумчиво выглядывал из окна, когда среди обломков соседнего дома заметил оранжевый огонек сигареты. Когда я заметил стройную тень, держащую его, она исчезла в кадре.

– Не оборачивайся сейчас – сказал я – Но, по-моему, наш анонимный посетитель тайком курит в соседнем доме. Продолжай ехать. У меня есть идея.

Я поделился своим планом, когда Джеймс проехал обратно по улице и повернул. Когда мы скрылись из виду, я попросил его высадить меня. По какой-то причине Тьяльф тоже выскочил из машины. Когда Джеймс вернулся обратно по улице, мы с гномом последовали за ним, прячась за частичными постройками, пока не оказались на краю одной из них, рядом с укрытием курильщика.

– Я прикрою с другой стороны – выдохнул Тьяльф.

Это не входило в наши планы, но я не хотел спорить после того, как он провел нас сюда. В то же время я не хотел, чтобы он упустил наш шанс. Я указал на овраг, который тянулся за стоянками.

– Спустись вниз и обойди вокруг, чтобы он тебя не увидел. По возможности тихо

Тьяльф кивнул и бросился бежать, размахивая своим массивным боевым молотом, как клюшкой для лакросса.

На улице я услышала, как Джеймс припарковал джип и вышел.

– Свенсон? – крикнул он в сторону стройплощадки: – Я из управления шерифа округа Гримстоун, но все в порядке. Мне просто нужно поговорить с тобой о том, что случилось с твоими друзьями.

Я подумал, что Джеймс либо выманит ребенка на улицу, либо заставит его бежать. Мы просто не могли допустить, чтобы он сбежал обратно на свою охраняемую территорию. Я превратил свою трость в меч и посох, чтобы этого не произошло.

Направив посох, я прошептал:

– Защита.

После того, как мне пришлось пустить в ход руку и автомобильную антенну, энергия, струящаяся по дереву, стала именно такой, какой я представлял себе поездку по открытому шоссе в любимом автомобиле. Воздух вокруг задней части дома затвердел, обрамляясь отблесками света. Мгновение спустя появилась тень курильщика, отступившая при приближении Джеймса.

Должно быть, это Свенсон, подумал я.

Когда он попытался пройти между двумя людьми, он встретил мой призывный взгляд. Сигарета упала, рассыпавшись кучкой пепла. Он ощупью пробрался вдоль невидимой преграды, затем попытался выскользнуть другим путем. Я встал и подошел к нему, создавая еще больше воздушных стен, чтобы перекрыть ему выходы и запереть его внутри.

Ты с нами, приятель.

Мы не хотели причинять ему боль, просто сдерживали его достаточно долго, чтобы убедить, что мы хорошие ребята. Он начал метаться взад-вперед, как та бедная мышка в клетке Бенни. А потом исчез из виду.

Что?

Я бросился вперед, на строительную площадку, и оказался на месте одновременно с Джеймсом. Парень спустился по невидимой лестнице и теперь бежал через большой бассейн к своему дому.

– Черт возьми – проворчал я.

Я подняла свой посох, а Джеймс свою волшебную палочку, но из ущелья выскочила коренастая тень, чтобы преградить ему путь. Малыш вскрикнул от неожиданности и отшатнулся от Тьяльфа и его зачарованного боевого молота.

Прежде чем мы с Джеймсом успели его остановить, Тьяльф с грохотом опустил молоток. Треск металла о бетон вызвал мощную ударную волну, которая сбила парня с ног и сотрясла все здание.

Я ухватилась за Джеймса, чтобы удержать равновесие, когда доски вокруг нас начали валиться. Когда ударная волна распространилась вдаль, мы сбежали по ступенькам в бассейн. Прибыв на место, мы обнаружили, что от воронки размером с военный молот все еще тянутся трещины, а ребенок лежит в большой яме, вырытой для бассейна. Насыпь из грязи и песка смягчила его приземление, но от ударной волны он потерял сознание.

Тьяльф подошел к нам сзади со своим молотом.

– Извините за это – проворчал он – Я привык сражаться с другими гномами.

Мы спрыгнули в неглубокий конец ямы, и Джеймс призвал свет своей волшебной палочкой. Парень, растянувшийся на полу, был одет в рваные джинсы, из-под отворотов его куртки виднелась панк-концертная футболка. У него были черные, как смоль, волосы, но лицо было необычайно гладким. Когда он моргнул и пошевелился, я понял почему.

Нашим анонимным абонентом была девушка.

Я ожидал, что она закричит, но она только оглядела нас, и в ее темных глазах было странное понимание.

Я обрел дар речи.

– Ты в порядке?

Казалось, она была ошеломлена больше всего на свете. Приведя себя в порядок, она вскоре уже сидела на земляном холмике, как будто собиралась сидеть там, подтянув колени. Она достала из нагрудного кармана куртки пачку сигарет, закурила и выпустила длинную струйку дыма, как заправская курильщица, хотя на вид ей было не больше семнадцати. Она убрала пачку и зажигалку подальше.

– Зависит от обстоятельств – ответила она – Насколько серьезные у меня неприятности?

– Никаких – заверил ее Джеймс – Именно это я и пытался тебе сказать.

– Тогда почему Варкрафт, только что вступил со мной в рукопашную схватку?

Тьяльф, который до этого лениво размахивал своим молотом, убрал его за спину.

–мне жаль. Я просто… То есть, я думал… Я пойду постою вон там – Он поднял свой молоток и выбрался обратно из ямы с бассейном.

– Хотя борода у тебя отвратительная – сказала она.

– Во-первых, ты Свенсон?

– А что, если это так?

– Почему анонимный звонок? – вмешался Джеймс – Почему бы не назвать свое имя?

– Я не думала, что вы, ребята, должны были их отслеживать – сказала она, фактически подтвердив, что она была "Лебединой песней" и сделала звонок. Когда Джеймса можно было побеспокоить, его игра в интервью была на высоте.

– Мы просто пытаемся раскрыть дело – сказал он, приятно улыбаясь.

Она сделала еще одну затяжку.

– Мои родители – До меня не сразу дошло, что она отвечает на его вопрос – Я не хотела, чтобы они знали, что я снова сбежала. Это был одиннадцатый раз, и папа угрожал исправительной школе.

– Ой, был там, делал это – сказал Джеймс – Он не одобряет твоих друзей?

– Это еще мягко сказано – Она сдавленно рассмеялась – Но, я думаю, это больше не проблема.

Джеймс присел на холмик под ней.

– Мы видели фотографии. Мне действительно жаль.

Мой партнер правильно меня понял. Это не была ситуация, в которой нужно было засыпать ее вопросами. Это требовало сочувствия, и я мог сказать, что он был искренним. Я отступил, чтобы дать им пространство.

– Самое странное, что мой отец, возможно, спас мне жизнь – сказала Свенсон.

Джеймс поднял на нее глаза.

– О, да?

– Он встал позже обычного, так что я смог вывести машину только после полуночи. Факел раздобыл немного травки, и мы отправились на старую ферму покурить ее. В тот вечер я пришел туда с опозданием на час. К тому времени они уже были больны. Тела сморщиваются, волосы выпадают. Я узнала их только по одежде. Торч издал какой-то звук, но это было похоже на то, как если бы ты пытался закричать во сне – Ее пальцы дрожали, когда она сделала еще одну затяжку – Я не знала, что делать. Не знала, как помочь. Поэтому я схватила пакет, я не хотела, чтобы у них были неприятности, вот о чем я думала, и позвонила в 9-1-1 с мобильного телефона.

– Ты курила из пакета раньше? – спросил Джеймс.

– Ни до ни после.

Мы с Джеймсом обменялись взглядами. Возможно, Блехер был прав, и виной всему был не наркотик.

– Могли ли твои друзья принять что-то еще? – Джеймс спросил – Что-нибудь покрепче?

Она покачала головой.

– Это нам не понравилось. И вообще, у них больше ничего не было. Я проверила.

– Ты помнишь, как они были расположены, когда ты их нашла?

Хотя с Джеймсом ей было хорошо, на меня она смотрела косо, как на наркома. От меня, без сомнения, исходили сильные флюиды беспокойства. Она была слишком молода, чтобы делать хотя бы половину того, что описывала, и не в последнюю очередь быть свидетельницей смерти своих друзей. Но я уже начала понимать, в чем тут дело, и мне нужно было больше информации.

– Он классный парень – сказал Джеймс.

– Торч, Блиц и Куини сидели на заднем крыльце – ответила она – Мы курили там. С поля открывался потрясающий вид на ночное небо, и, если понадобится, отсюда было легко сбежать.

– А как насчет твоего второго друга?

– Лось стоял на краю поля, как будто он спустился отлить. Крупный парень, но мочевой пузырь у него был как у старушки.

– О каком поле идет речь?

Она пожала плечами.

– Может, кукурузное? Оно уже давно мертво.

Мое сердце пустилось в тревожный галоп, когда я повернулся к Джеймсу.

– Кажется, я знаю, с чем мы имеем дело. И если я прав, нам нужно действовать немедленно.

22

– Пугало? – Повторил Джеймс в третий раз – Долговязый чувак, набитый соломой и щеголяющий буквально палкой в заднице?

– Вроде того – сказал я, все еще приводя в порядок свои мысли.

Мы покинули строительную площадку после того, как убедили Свенсон поговорить с кем-нибудь о ее опыте. Ей не нужно было разбираться с этим в одиночку. Тьяльф попросил пойти с нами, пробормотав что-то о том, что в последнее время семейный бизнес работает медленно. Он сидел на заднем сиденье, зажав боевой молот между ног, пока мы мчались по сельской местности.

– Некоторые из самых ранних пугал были существами, проявлявшимися с помощью магии – начал я – Особенно в Германии, где их называли бутзамонами, разновидностью бугимена. Они отпугивали птиц, шурша стеблями и издавая звук, похожий на стук деревянных брусков, которыми ударяют друг о друга. Из более настойчивых птиц это существо высасывало жизнь. Фермеры находили их высохшие трупы по всему полю.

– Ого.

– Бутзамонов, по-видимому, было трудно разглядеть, но их описывали как людей, сделанных из соломы. Фермеры, которые не могли позволить себе волшебство, начали сооружать их подобия из палок и одежды, набитой соломой. Практика распространилась, превратившись в современное пугало. Но кое-что из старой магии сохранилось в определенных областях.

– Как оно оказалось в здесь? – спросил Джеймс.

– Если бы мы порылись в записях о собственности, я уверен, что нашли бы фамилию, которая восходит к Германии, но на это нет времени.

– Ты думаешь, эта тварь воскресла и приняла группу детей за птиц?

– Я думаю, что в магию проникло нечто, питающееся человеческими душами.

Джеймс щелкнул пальцами.

– Дыры.

Он имел в виду недавнее нападение древнего существа, которое уничтожило слои, окружающие наш мир. Пока наш Орден не смог залатать дыры, мы были более восприимчивы к посетителям из других миров.

Я кивнул.

– И паттерны лей-энергии в Гримстоуне не помогают. Я назвал их "странными аттракторами". В данном случае, я думаю, они нарисовали нечто более отвратительное. Возможно, квазидемоническое.

– Хорошо, но что насчет чужеродных соединений в организме детей?

– Перенос. Когда подобное существо высасывает из человека жизненную силу, оно иногда оставляет после себя частичку себя. В данном случае магия бутзамона. Это то, что ты обнаружил до того, как образец разрушился.

– Черт – Джеймс выдохнул – Если эта штука только что зарядила себя четырьмя душами, о какой мощности идет речь?

– Существенной – сказал я – Но, очевидно, недостаточно, чтобы сбежать с кукурузного поля. Еще нет. Если бы это было так, я уверен, к настоящему времени было бы найдено больше тел – Это была удача, учитывая наше состояние прошлой ночью – Хотя меня беспокоит, что Свенсон обнаружила троих своих друзей на крыльце. Это наводит на мысль о дальнобойной атаке.

– Есть ли хороший способ убить его?

– Слабое место бутзамона, это огонь – сказал я.

– И это позаботится и о чуваке-квазидемоне тоже?

– Это усиливает магию пугала, так что да. Без этого его нечем будет поддерживать. На всякий случай нам придется сжечь все поле и посыпать землю солью. Очистите его от остатков эссенции бутзамона.

– Почему бы не отправиться прямо на выжженную землю? У нас достаточно драконьего песка. Зачем вообще заниматься этим делом?

– Потому что там может быть Фрэнкс – Я представил себе, как помощник шерифа, который жил в этом районе, по дороге домой заезжает на место преступления, обходит территорию и, возможно, забредает на кукурузное поле.

– Черт – сказал Джеймс.

– Но пригвоздить это пугало к месту было бы так же просто, как заманить его на край поля. И поскольку один из нас уже устойчив к магии...

Мы оба повернулись и посмотрели на Тьяльфа.

– Что? – проворчал он.

К дому вела грунтовая дорога без опознавательных знаков. Как и большинство заброшенных деревянных фермерских домов, этот выглядел заброшенным, эффект усиливался из-за тумана в лучах приближающегося джипа.

Джеймс огляделся.

– Я не вижу машины помощника шерифа.

– Я тоже – сказал я – Но это Гримстоун. Если он оставил ключи внутри, то прошло почти двадцать четыре часа, прежде чем кто-то мог их забрать.

Джеймс развернул джип и припарковался. Мы втроем вышли из машины и обошли дом, пока не оказались у заднего крыльца, о котором говорил Свенсон. За ним под прохладным ветерком шелестели несколько акров кукурузного поля.

– Ты уверен, что тебе это подходит? – Спросил я Тьяльфа.

– Один час – повторил он – Тогда я буду готов отправиться домой. Я не спал нормально уже два дня.

– Хорошо, тогда – Я обвел пальцем.

– Все на местах – Пробормотал Тьяльф, направляясь к краю кукурузного поля – В любом случае, все это звучит как полная чушь.

Мы с Джеймсом поднялись на крыльцо. Старые доски, усеянные обломками стеблей и сухими листьями, скрипели под ногами. Пока он ходил осматривать дом, я забился в темный угол. Свенсон был прав насчет вида. За полем над далекими холмами и плоскогорьями сиял полумесяц. Я понял, почему дети выбрали это место. Может быть, это из-за моего недосыпания, но, когда я рисовал тени вокруг себя, мне казалось, что я слышу разговоры, похожие на голоса призраков, и смех молодых друзей. Я тоже слышал крики.

С горящими глазами я осматривал поле в поисках убийцы.

Джеймс вскоре вернулся.

– Внутри чисто – прошептал он.

Он занял позицию на другом конце крыльца и растворился в тени. Тьяльф добрался до кукурузного поля и принялся расхаживать по нему, раскачивая свой боевой молот, как маятник. Он затянул резкую гномью мелодию. Если страшила раньше не знал, что он здесь, то теперь понял.

Но пять минут превратились в десять, а затем и в тридцать.

Я пошевелился, чтобы привести в чувство покалывающую правую ногу, когда зашуршали стебли кукурузы. Ожидаемый ветерок так и не достиг меня. Казалось, все замерло. Следующий шорох сопровождался звуком хлопающих блоков.

Я выпрямился, чувствуя, как сердце подскакивает к горлу. Теперь я мог это видеть. Что-то двигалось среди стеблей, направляясь в нашем направлении. Я привлекла внимание Джеймса, чтобы убедиться, что он тоже это заметил. Наши взгляды остановились на Тьяльфе.

Он перестал расхаживать по полю и стоял достаточно близко, чтобы услышать шум. Но его руки оставались безвольно опущенными по бокам.

Из-за того, что его длинная борода служила ширмой, я не сразу разглядел, что обтянутая кожей рукоять боевого молота, который он держал наготове, поддерживает его подбородок. Он каким-то образом умудрился заснуть стоя. Стук повторился, и шорох направился в его сторону.

– Тьяльф! – Крикнул я.

23

Мы с Джеймсом спрыгнули с крыльца, магия потрескивала вокруг моего меча и его палочки.

– Тьяльф! – закричали мы снова.

Гномы, возможно, и не поддавались магии, но это помогало, если они были в сознании. План состоял в том, чтобы он бросил в пугало порцию драконьего песка, который я бы поджег. Звук, но, опять же, только в том случае, если бы Тьяльф проснулся. Пока Джеймс продолжал выкрикивать его имя, я перешел к инструкциям.

– Песок! Приготовьте драконий песок!

Звук шуршащих и хлопающих блоков нарастал, пока он не оказался почти над Тьяльфом. Черт возьми, я собирался применить защиту, лишив нас элемента неожиданности.

Но тут гном пришел в себя и фыркнул:

– Хумпрф? – Он покачал головой – Что за...

Нам нужно было, чтобы пугало проявилось, чтобы уничтожить его. Мы исполнили наше желание, когда долговязая тень метнулась с поля.

Но вместо того, чтобы разбрасывать песок, который мы для него приготовили, Тьяльф обратился к своим воинственным инстинктам. Со скоростью, противоречащей его коренастости, он поднял свой молот и со свистом описал им дугу. Вспыхнул синий свет, когда зачарованное железо встретилось с магией бутзамона. Тьяльф завершил замах и отшатнулся, осыпая нас дождем сухих листьев и стеблей.

Мы с Джеймсом оказались по обе стороны от него, когда на поле воцарилась тишина. Больше не было ни шорохов, ни хлопков.

Тьяльф прислонил молоток к плечу и выпятил свою бочкообразную грудь.

– Что ж, думаю, это все решает.

Я открыл свои магические чувства.

– Пугало не было уничтожено – сказал я – просто разбросано.

– Это даст нам время найти Фрэнкса, прежде чем мы сожжем и посыплем солью это место? – спросил Джеймс.

Не успел вопрос сорваться с его губ, как нас окружило поле. Я выругался, когда стебли и листья хлестнули меня по телу и лицу. Я попытался отразить их мечом и посохом, прежде чем вонзить первый в другой и свободной рукой нащупать бьющегося шторма. Я нащупал мускулистое предплечье и схватил его.

– Где Тьяльф? – закричал я.

– Я поймал его! – Крикнул в ответ Джеймс.

Я призвал силу и высвободил ее одним словом:

– Защита!

Свет запульсировал из опаловой вставки на конце моей поднятой трости и сгустился в защитный купол вокруг нас. Я выдвинул купол, ломая и расплющивая стебли, пока он не оказался бессилен перед магией бутзамона. Мы втроем отпустили друг друга, Тьяльф тяжело дышал под поднятым молотом, его рыжая борода была усеяна обломками.

Поле продолжало сотрясаться со всех сторон.

– Где мы, черт возьми, находимся? – Спросил Джеймс, вынимая свои "Миротворцы" из кобуры на бедре.

– Мы не сдвинулись с места – сказал я – Возможно, эта штука недостаточно сильна, чтобы вырваться за пределы поля, но она может привести поле к своим жертвам – Это объясняло обломки, которые я видел на крыльце – Оно хочет нас разделить.

– Тогда опусти щит и дай ему попробовать! – прогремел Тьяльф.

Но я продолжал держать щит поднятым. Мы были на территории пугала. Мы ушли и перегруппировались? Или мы каким-то образом обернули это в свою пользу?

Джеймс отпрянул, когда в зарослях мертвой растительности появилось крупное лицо. Оно было похоже на гниющий мешок, серые листья забивали его открытый рот и впадины вместо глаз. Оно было там всего секунду, прежде чем исчезнуть.

– Черт, это уродство – пробормотал Джеймс.

Его крест и моя подвеска в виде монеты светились защитной магией.

Справа от меня снова появилось лицо страшилы, в углублениях которого теперь тлели тлеющие угольки. Мы увидели квазидемоническое существо, которое ухватилось за магию бутзамона. Послышался глубокий скрежет, похожий на голодное дыхание. Лицо, нахмурившись, посмотрело на щит, прежде чем снова скрыться в кукурузных стеблях.

Тьяльф хмыкнул и приготовил свой молот, когда пугало появилось с другой стороны от нас.

Возможно, это было мое воображение, но я почувствовал, как существо прощупывает наши силы, выискивая слабые места. Используя свои магические способности, я ответил взаимностью. Каждый раз, когда пугало исчезало, магия бутзамона рассеивалась по полю, и каждый раз, когда оно появлялось снова, магия собиралась в кошмарное лицо.

– Отойдите от меня – прошептал я остальным.

Сунув руку в карман, я открыл пузырек с драконьим песком. Если бы я был достаточно проворен, то смог бы зажечь эту проявленную присоску и уничтожить ее. Когда Джеймс и Тьяльф отступили, я двинулся вперед. Горящие глаза страшилы опустились на руку в моем кармане и снова уткнулись в кукурузу.

Я проследил за магией бутзамона, пока она рассеивалась, а затем повернулся туда, где она снова собиралась. Я приготовил драконий песок, но вместо появившегося пугала раздался громкий скрежет, похожий на сильный выброс воздуха. Поток предметов полетел в меня, разбивая мой щит. Мне потребовалось мгновение, чтобы понять, что это были птицы. Точнее, призраки птиц, которых пугало высасывало досуха на протяжении многих лет.

Неудивительно, что большинство из них были воронами.

Они потоком слетели со стеблей, ударяясь о мой щит и собираясь над ним в растущий рой. Я пошатнулся, как от натиска когтей и клювов, так и от усилий направить больше энергии в наш щит. Тьяльф то прикрывал голову, то готовил молоток, когда купол закачался.

– Как дела, профессор? – спросил Джеймс.

– Не очень.

Я вздрагивал от каждого резкого удара, моя борьба за сохранение защиты становилась все более болезненной и отчаянной. Атака была не только физической, но и психической. Искры посыпались из купола все большим дождем. Прежде чем он успел полностью отключиться, я зарядил его энергией из своего кулона с монетой и крикнул:

– Выдох!

Щит взорвался выбросом силы и голубоватого света, рассеяв призрачных птиц в туман и расплющив кукурузные стебли на добрых двадцать футов. Я моргнул от внезапного разоблачения, поправляя хватку на мече и посохе.

– Давайте выйдем и перегруппируемся – сказал я.

– Да, тут не поспоришь – выдохнул Джеймс.

Я сориентировался в том месте, где, как мне казалось, находился фермерский дом, и нацелил свой меч. Произнеся заклинание, я открыл проход. Я был немного не прав, но там был край двора, тускло освещенный полумесяцем.

– Держитесь вместе – сказал я, но выстрелы Джеймса заглушили мое предупреждение.

Я обернулся как раз в тот момент, когда лицо страшилы рассеялось от брызг соли. К тому времени, как я обернулся, полоса, которую я создал, исчезла. Стебли снова сомкнулись. Тьяльф взмахнул боевым молотом, едва не задев следующее жуткое появление страшилы. Некоторым злодеям нравилось играть в игры со своими жертвами, но голод этого существа был ощутим.

Его единственной целью было поглотить нас.

Джеймс выругался, когда стебель потрескивающей растительности обвился вокруг его ноги. Я взмахнул мечом, освобождая его. Еще несколько стеблей обвились вокруг моей шеи и заставили меня с хрипом отступить. Тьяльф с гневным криком опустил свой молот, разметав их.

– Спасибо – прохрипел я.

– Он ведет против нас партизанскую войну – сказал Джеймс.

Это было подходящее название для этого. Пугало появлялось и исчезало так быстро, используя тактику "бей и убегай", что не было времени выстрелить в него драконьим песком, не говоря уже о том, чтобы поджечь его. Если мы не изменим нашу тактику, то истощим нашу энергию, а я и так уже потратил достаточно сил на поддержание щита.

– Ты знаешь о полигамных узах? – окликнул я Джеймса.

– И что с ними?

– Ну, это связывает нас не только с Лореттой, но и друг с другом.

– Ого, подожди секунду. Ты хочешь сказать, что мы с тобой женаты?

– Что касается отношений... вроде того?

– Чувак, мне не обязательно было знать это прямо сейчас.

Он остановился, чтобы подстрелить еще одну кучу цепких стеблей, соленые шарики временно рассеяли магию.

– Послушай, это просто означает, что мы энергетически связаны – сказал я – Но мы можем это использовать. Пугало будет и дальше так появляться, но если оно хочет есть, ему придется сосредоточиться. Это сделает его уязвимым.

– Немного помощи? – Проворчал Тьяльф.

Я обернулся и увидел, что он борется с несколькими стеблями, опутывающими его руки. Джеймс прикрывал меня, пока я освобождал Тьяльфа. Гном взмахнул молотом, описывая дугу в воздухе, словно отпугивая другие растения кукурузы.

– Какое это имеет отношение к полигамным узам?

– Я собираюсь предложить себя. Когда страшила явится на кормежку, мне нужно, чтобы ты использовал связь, нашел меня и уничтожил его – Я достал из кармана пузырек с драконьим песком и передал ему – И побыстрее, пожалуйста.

Он заблокировал мою руку.

– Я пойду.

– Что?

– Может, тебе и повезло, но в этом браке игрок я.

– Джеймс, все, что тебе нужно сделать, это найти меня – Я сосредоточился на мощном звучании, которое связывало нас с Лореттой, и друг с другом, пока оно не превратилось в отчетливую ноту – Ты чувствуешь это? Когда я войду, следуй за мной. Я не подпущу пугало к себе, пока не увижу тебя.

– Просто позвольте мне сделать это, профессор. Я верю, что ты найдешь меня больше, чем я верю, что найду тебя.

Он выстрелил из обоих револьверов, создав узкую тропинку в анимированных стеблях. Прежде чем я успел его остановить, он нырнул внутрь.

– Эй! – Я позвал его, потом выругался.

Кукурузное поле вокруг нас с Тьяльфом задрожало и замерло. В своем волшебном видении я наблюдал, как магия бутзамона сокращается. Он направился к Джеймсу голодной вереницей, шурша и хлопая в ладоши, предвкушая свою трапезу.

Несмотря на то, что за Джеймсом закрылись ворота, у меня был главный блокиратор в лице Тьяльфа. С чудовищной силой, исходящей от его молота, он взревел и бросился вперед. Я присел на корточки позади него, и мы нырнули в заросли, как фуллбек и тейлбек-опорник, стремящиеся к финишной зоне. Сосредоточившись на полигамных узах, я воспользовался мощным плечом Тьяльфа, чтобы направить его в нужном направлении.

Наконец, мы выбрались на небольшую поляну, где Джеймс расстреливал последние патроны в нависающее над нами пугало. Убрав револьверы в кобуры, он обошел пугало так, чтобы оно оказалось к нам спиной, а затем парой ударов слева размозжил ему голову-мешок.

– Ты не так уж плох – подстрекал он, переминаясь с ноги на ногу.

Пугало, которого никогда раньше не били и не дразнили, отшатнулся. Я запустил пузырек с драконьим песком, призвав силу. Пуля попала в центр спины пугала, рассыпав гранулы.

Прямо в точку.

Но прежде чем я успел высвободить тепловую энергию песка, пугало сделало выпад, похоронив Джеймса в куче засохшей кукурузы.

Проклятье.

Драконий песок оказался именно там, где я хотела, но я не могла поджечь пугало, не обжегшись при этом о Джеймса. Мы говорили о пекле при температуре в пять тысяч градусов. Крики моего напарника стали приглушенными, сменившись долгим хриплым вздохом.

Пугало вдыхало душу Джеймса.

Когда я подбежал к ним, то почувствовал эффект через связь. Это было жуткое чувство, как будто кровь бродяги превращается в лед за мусорным контейнером. И существо, похитившее магию бутзамона, наслаждалось этим.

Если я не могу сжечь тебя, яростно подумал я, я могу тебя изгнать.

Подойдя к кургану, я вытащил свой меч. Первая руна на клинке, та, что означала изгнание, уже светилась. Скрежет прекратился, словно в ответ на вопрос, и я вонзил клинок в бок существа.

Раздался яростный вздох.

– Выдох! – Крикнул я.

Свет вырвался из руны в виде маленькой сверхновой, прорвался сквозь чучело и опрокинул меня на спину. Раздался дьявольский вопль, который эхом разнесся по комнате, а затем вокруг меня посыпались обломки.

Я сел и сморгнул ослепляющее остаточное изображение. Тьяльф, который откатился на небольшое расстояние, выругался, отряхиваясь и поднимая свой молот.

Я заметил Джеймса на другой стороне поляны, он лежал на боку. Я подбежал, стряхнул с него стебли и листья и перевернул его на спину. Испугавшись, что увижу, как на меня смотрит увядшая маска, я с облегчением фыркнул, увидев, как его молодое лицо сморщилось и выплюнуло засохшую кукурузную крупу, а его подвеска с крестом потускнела.