Текст книги "Гримстоуновское похмелье (ЛП)"

Автор книги: Брэд Магнарелла

сообщить о нарушении

Текущая страница: 6 (всего у книги 11 страниц)

13

– Дерьмо! – Рявкнул Джеймс.

Он развернулся, я вскочил на ноги, и мы столкнулись друг с другом. Несмотря на то, что наши ноги путались, мы каким-то образом добрались до задней двери. Джеймс успел открыть ее, когда полуприцеп врезался в дом на колесах.

Магический щит, защищающий даблшайд, опустился и снова раскрылся, сбросив меня с заднего крыльца. Я, подпрыгивая, с синяками на боку, остановился на грязном дворе. Джеймс проворчал что-то в ответ на свое грубое приземление где-то позади меня. Тем временем полуприцеп с визгом вылетел из отделения. Он с хрустом зацепился за угол прицепа, и дальний конец начал отрываться.

– Нет – сказал Джеймс, когда из-под обломков его спальни показалась решетка радиатора. Пара усилителей и электрогитара упали с капота и были быстро раздавлены передними шинами автомобиля.

– Черт возьми, нет – сказал он.

Давление вокруг нас ослабло, когда он собрал энергию и направил ее в руку, которую прижимал к земле. Я вспомнил о его закопанных клейморах за мгновение до того, как из земли начали вырываться взрывы. Магически усиленная сила и огонь приподняли переднюю часть полуприцепа, разрушив жизненно важные механизмы, и сильно уронили его. Когда автомобиль резко затормозил, Джеймс, прихрамывая, побежал к водителю-нарушителю.

Сквозь ревущую суматоху я уловил то, чего не смог уловить он: приближающийся двигатель другого автомобиля. Я выкрикнул предупреждение, но он меня не услышал.

Я проковылял к фасаду дома и увидел, как на меня надвигается второй полуприцеп. Первое столкновение ослабило защиту. Это снесет его вместе со всем, что окажется на его пути. Я начал направлять энергию в защитную защиту, но она была слишком ослаблена, а времени было недостаточно.

Проклятье.

Я ударил ладонью по земле, подключаясь к энергетической матрице, которую Джеймс спроектировал вокруг своей собственности. Водитель заметил меня и скорректировал курс, направив сверкающую решетку радиатора своего полуприцепа на мою сутулую фигуру. Сквозь колеблющиеся волны тепла я разглядел мускулистое лицо в очках и шапочке из пенопласта.

Настоящий дальнобойщик? Боже, кого мы только не разозлили прошлой ночью?

Я отчаянно рылся в матрице, пока приближающийся полуприцеп поглощал грязь, а его решетка радиатора увеличивалась в размерах из-за пыли. Я был почти готов к тому, что мне придется либо подключиться, либо отказаться от нее, когда обнаружил линию электропередачи, ведущую к фронтальным "клейморам". Собрав полную силу лей-энергии, я выпустила ее в линию, выкрикнув Слово. Земля перед полуприцепом взлетела вверх, превратившись в стену земли и пламени.

Когда грузовик появился снова, он лежал на боку, разбрасывая в мою сторону растущую кучу грязи. Я сдавал назад, пока он не остановился всего в нескольких ярдах от меня. За разбитым лобовым стеклом водитель ощупывал свое окровавленное лицо. Если не считать шипения и потрескивания огня, в остальной части каньона было тихо. Больше никаких грузовиков.

Джеймс обогнул свой частично разрушенный дом, держа в одной руке антенну, а в другой фланелевую рубашку дальнобойщика. Он подтащил тощего водителя и опустил его на землю рядом со мной.

– Я был слишком ошеломлен, чтобы говорить – сказал Джеймс.

– То же самое, вероятно, можно сказать и о моем парне – Я кивнул на обломки перед собой.

Несколькими взмахами волшебной палочки Джеймс извлек здоровенного дальнобойщика и посадил его рядом со своим напарником.

– Есть идеи? – Спросил я, осматривая их.

– Гримстоун – крупный транспортный узел. Возможно, мы поссорились с ними у Паулины или в бильярдной. На самом деле могло быть что угодно.

Неуверенно кивнув в знак согласия, я забрал у каждого из них по пистолету, а у того, что поменьше нож. Джеймс вытащил их бумажники.

– Джефф из Бьютта, Монтана – прочитал он на водительских правах того, что побольше – И… Оскар из Лас-Крусеса, Нью-Мексико – Он положил бумажники в карман – Они ничего не получат обратно, пока не починят мой чертов трейлер и не возместят все убытки. Я только что купил и эту гитару.

– По крайней мере, твой джип не пострадал.

Пока мы осматривали затянутую дымом сцену, я прикрыл нос воротником, чтобы отфильтровать пары дизельного топлива.

Джеймс покачал головой.

– Кто, черт возьми, посылает на нас грузовики?

– Кто-то, кто знал о твоей защите. Первый должен был скомпрометировать твоего подопечного, а этот, вывести его из строя, вместе с...

– Ты сказал "танцы"? – спросил хриплый голос.

Мы посмотрели вниз и увидели Оскара, невысокого водителя грузовика, который, прищурившись, смотрел на нас. Кровь текла из раны на голове, стекая по изможденным чертам его лица и попадая в бороду, где она уже подсыхала на жаре последнего дня.

– Нет, защита – осторожно ответил я – Кто вас послал?

– О, я думал, ты сказал "танцы" – пробормотал он, игнорируя мой вопрос – Я подрабатываю диджеем на стороне. В основном, на днях рождения и домашних вечеринках – Он посмотрел на разрушенный трейлер Джеймса – А еще я хорошо управляюсь с молотком.

– Что ж, лучше бы тебе хорошенько заплатить за это – сказал ему Джеймс.

Он недоуменно перевел взгляд с трейлера на Джеймса.

– Это был я?

Прежде чем Джеймс успел отреагировать, я взял его за руку и отвел на несколько шагов.

– У обоих зазвонили колокола, но я также замечаю признаки порабощения в их аурах. Они ничего не вспомнят.

– Тогда кто несет ответственность за ущерб?

– Мой босс – раздался сварливый голос.

Мы обернулись и увидели, что Болвиг парит в облаке сернистого дыма. Я поднял руку, а Джеймс свою антенну-жезл, но бесенок опередил нас, уставив на нас остекленевший желтый глаз. Какая-то психическая сила ударила меня в центр лба. Теряя сознание, я рухнул на землю рядом с Джеймсом.

14

Джеймс все еще был рядом со мной, когда я открыла глаза, но мы уже не стояли на площадке перед его трейлером. Мы стояли в роскошных апартаментах, которые я узнала по своему прошлому визиту, пентхаусе мадам Хельги. Только окна были больше, шторы пышнее, портреты величественнее, все было разукрашено в пух и прах.

– Да-а-а – выдохнул Джеймс – Кстати, о том, чтобы заняться сутенерством в твоем доме.

Я искал ведьму среди изысканной мебели, которая, казалось, простиралась на целые акры бесценных ковров. Свисающие люстры мерцали золотом почти до самого горизонта, насколько я мог видеть. Невероятные размеры подсказывали мне, что на самом деле мы не в ее пентхаусе. Она была в наших головах.

– Это волшебство – прошептал я Джеймсу – Должно быть, она навела на нас свое Око Бабы.

– Это все равно впечатляет.

Если бы не запах, я бы согласился. В воздухе витал цветочный аромат, но он не мог заглушить болотную вонь, которая сопровождала матрону-ведьму. И вместе с запахом появился растущий страх.

– Подойди ближе – раздался голос.

Я вздрогнул, услышав знакомый русский акцент. На возвышении под дальним окном на диване начал формироваться холмик. Вскоре он превратился в внушительных размеров мадам Хельгу. Из-под массивной прически из волос цвета полуночи, украшенных таким количеством перьев, что их хватило бы на выставку экзотических птиц, на покрытое пудрой лицо смотрели глаза ведьмы.

Прежде чем я успел подойти к ней, я вспомнил о себе. В прошлый раз она потребовала, чтобы мы сняли обувь. Когда я начал наклоняться, то увидел, что мы уже босиком. На нас было что-то похожее на грязную крестьянскую одежду. С другой стороны, роскошное платье Хельги, усыпанное жемчугом, выглядело дороже, чем моя квартира в Нью-Йорке.

Джеймс одними губами произнес:

– Какого черта?

Я показал на свои губы, показывая, что говорить буду я. Существовали правила обращения к могущественной матроне-ведьме, но Джеймс не был специалистом ни в одно из них. Главное было пресмыкаться, как можно раньше, часто, а затем еще чаще. Склонив голову к своим сцепленным рукам, я кивком пригласил его последовать моему примеру.

– Правда? – прошептал он.

– Ты хочешь жить? – прошипел я, делая маленькие, шаркающие шаги вперед.

Мы не только уничтожили нескольких ее слуг-бесов, но и посадили ее в тюрьму номер один. И у меня было неприятное ощущение, что присутствие Болвига прошлой ночью связано с тем, что Джеймс задолжал ведьме.

Я прочистил горло.

– Могущественнейшая госпожа Хельга, для нас большая честь вновь оказаться в вашем огромном присутствии. Что касается подарков, то мы надеемся, что нашего безграничного благоговения будет достаточно.

Я ждал ее ответа. Вместо этого в зачарованном пространстве воцарилась ужасающая тишина. Я подглядывал, не в силах сдержаться. Ее серые глаза переместились с меня на Джеймса. Хотя его голова была опущена, он шел вперед с почти невозмутимым видом. Поймав мой взгляд, он вздохнул и неуклюже захромал.

– Лучше? – произнес он это одними губами.

Подойдя к подножию помоста, я поправил свои испачканные бриджи и опустился на колени. К чести Джеймса, он сделал то же самое. Мадам Хельга посмотрела на нас сверху вниз с холодным презрением.

– Вы, жалкие зеленые комочки жабьей рвоты – прошипела она, садясь.

Когда Джеймс пошевелился рядом со мной, я ткнула рукой в пол, призывая его замолчать.

– Вы, жалкие комочки экскрементов червей. Когда она набрала в легкие воздуха, казалось, что из комнаты вышел весь воздух – Как ты смеешь бросать мне вызов! – прогремела она, заставив люстры задребезжать.

– Если бы мы могли просто объяснить.. – начал Джеймс.

По-видимому, он пришел к тому же выводу, что и я, относительно поручения Болвига, но я толкнул его локтем в бок, и все, что последовало за этим, превратилось в сдавленное мычание. Под пристальным взглядом Бабы мы были беззащитны. Хельга могла делать с нами все, что хотела. Единственным выходом было покончить с этим, и у нас было больше шансов, если мы не разозлим ее еще больше. Это означало, что Джеймс должен был молчать.

– Я провела этот день, обдумывая ваше наказание – продолжила она – Я решила превратить вас в пару яичков. Яички. Я не мог выбрать между жирной свиньей и жирной козой. Я решил, что ты не стоишь усилий.

Слава Богу, я вздохнул.

– Я просто убью тебя.

Джеймс выпрямился.

– А теперь подожди немного...

Глаза Хельги вспыхнули красным, и крик моего напарника наполнил пентхаус. Он забился в конвульсиях. Я бросился к Хельге, представляя, как Лея душит Джаббу Хатта. Но в следующий момент я схватился за голову обеими руками и издал вопль, который мог сравниться с криком Джеймса. Ощущение, будто раскаленное лезвие вонзилось в мой мозг. Хотя это и было психическим, это было хуже, чем ослепление. Это было несравнимо ни с чем, что я когда-либо испытывал, включая заклинание ужаса, которое Хельга наложила на нас в прошлый раз.

Это было потому, что это было не заклинание ужаса. Это было заклинание смерти.

Я полез в карман за маминым эмо-мячом, но, хотя он, возможно, и был у меня при себе, его не было там, где сейчас. Невыносимая боль превратила меня в отчаянное животное. Я изо всех сил цеплялся за свою ментальную защиту, но лезвие изогнулось, разбивая ее вдребезги. Я лягнулся и изогнулся всем телом, превратившись теперь в измученного червя, пытающегося спастись от неизбежного.

При следующем повороте лезвие ударилось обо что-то твердое. Раздался еще один крик, но не мой и не Джеймса.

Оно принадлежало Хельге.

Раскаленное лезвие испарилось. Боль отступила. Мы с Джеймсом перестали корчиться. На возвышении Хельга рухнула на диван. От ее рук, которые она сжимала на коленях, поднимался дым. Я проверил свой разум. Моя защита была разрушена, но выделялась полоса сильной, мерцающей магии.

– Вот дерьмо – пробормотал я – Ее только что вышвырнули из-за многоженства Бонда.

Бонд, должно быть, принял насильственное вторжение Хельги за попытку совокупления.

– Да, отлично – сказал Джеймс, потирая затылок – И как нам теперь отсюда выбраться?

Я огляделся, но бежать было бессмысленно. Хельга, возможно, и была ранена, но мы оставались в ее власти. Она лежала на диване, как вулканический холм, и ее дымящееся тело тяжело вздымалось. Время от времени она издавала жалобный крик. Однажды она пукнула. Наконец, она позвала своих слуг.

В комнату ворвался небольшой отряд бесов и перевел взгляд с нее на нас. Я узнал нескольких из тех, кто участвовал в драке в больнице тем утром. Я был уверен, что она прикажет им прикончить нас.

– Обмахни меня – приказала она – Накорми меня.

Бесы разбежались и вернулись, держа в руках огромные веера, похожие на листья, и подносы с испорченной едой. Когда дым рассеялся вокруг ее рук, Хельга произнесла то, что я распознал как исцеляющее заклинание. Она расправила складки платья на коленях, где сохранились узы полигамии, и принялась перебирать блюда. От большинства она отмахнулась. Наконец она остановилась на одном, на котором была горка гранатов, которые начали чернеть и осыпаться. Ее железные зубы разорвали одно из них пополам, обдав нас гнилым соком и мякотью.

– Это мило – пробормотал Джеймс.

Она посмотрела вниз.

– Вы все еще здесь – сказала она, явно раздраженная тем фактом, что мы не умерли. То ли слишком измученная, то ли голодная, чтобы попробовать еще раз, она откусила еще кусочек граната, осыпав нас гнилыми обломками.

– У нас была договоренность – сказала она, причмокивая губами – Я разрешила тебе поговорить с моими девочками, и ты должен был выполнить задание в любое время по моему выбору. Я послала Болвига, а ты бросил его в багажник – Она замолчала, когда бесенок прошептал что-то ей на ухо – Ты назвала его своей маленькой сучкой.

– Пожалуйста, простите моего напарника – сказал я – Он небрежен в выражениях даже в лучшие времена. Я полагаю, вы называете его дураком по-русски. А прошлой ночью он был под воздействием сильнодействующего наркотика, что сделало его сверхдураком. Он не хотел оскорбить. Пожалуйста, прими мои искренние извинения от его имени.

Бесенок снова что-то прошептал ей.

– Это был ты – сказала мне Хельга.

Джеймс хихикнул и покачал головой.

– Чувак, ты такой дурак.

– Мы оба были под воздействием сильнодействующего наркотика – поправился я.

Но Хельга уже вернулась к еде.

– Вы сделали так, что я не смогла его найти – сказала она, без сомнения, из-за магической печати на оружейном ящике Джеймса. Она отодвинула блюдо и погрозила нам мокрыми пальцами – Я устала от разговоров – заявила она – Я дам вам один шанс заключить сделку.

– О, спасибо – искренне поблагодарил я – Ваша щедрость действительно... огромна.

Я толкнул локтем Джеймса, который пытался сморгнуть с глаза комок мякоти.

– Да, супер – пробормотал он.

– Мне нужно кое-что – сказала она – Это в Старом федеральном банке, в центре города. Сейф номер девяносто два. Вы принесете его ко мне, но не должны заглядывать внутрь. Я запрещаю это, и я буду знать.

Ограбление банка? И эта ночь, самая ужасная из всех ночей?

Я пробормотал:

– С-сколько времени вы нам даете?

– Столько, сколько вы хотите.

Ее ответ был одновременно и неожиданностью, и огромным облегчением. Мы могли бы вернуться к поискам Фрэнкса и расследованию дела, а также к устранению неприятностей, в которые мы попали, в идеале до возвращения шерифа Джексона в город. Однако Хельга еще не закончила.

– Но ты должен знать, что у меня есть твой друг.

У меня в груди словно взорвался заряд.

– Фрэнкс? – Выпалил я, забыв о приличиях – У тебя есть помощник Фрэнкс?

Бесенок шептал ей на ухо.

– Он был с тобой, когда ты похитил Болвига – сказала она – Сейчас он во Дворце удовольствий – Она достала богато украшенное ручное зеркальце и подышала на стекло, прежде чем повернуть его. Когда туман рассеялся, в зеркале появилось изображение закрытой двери, вокруг которой мерцала магия – Он в отдельной комнате. Я заколдовала воздух внутри, чтобы он постепенно исчезал. К утру воздух исчезнет, а твой друг будет мертв.

– Если вы позволите – сказал я – мы смиренно просим еще немного времени. Возможно, в другой раз, только тогда мы сможем…

– Нет – прогремела она, обрывая меня.

– Тогда мы отправляемся немедленно, о почтенная матрона – Я низко поклонился.

– Подведи меня, и его смерть будет не единственной – зловеще произнесла она.

– Мы не подведем тебя – пообещал я и посмотрел на Джеймса.

Он вздохнул.

– Да, то, что он сказал. Ваша необъятность.

– Есть еще кое-что.

Хельга поговорила с бесами. Они исчезли и вернулись с чем-то похожим на пару больших чайников. Я узнал в них старинные кувшины для воды. Четверо бесенят, сгибаясь под тяжестью каждого кувшина, неслись, пошатываясь, ко мне и Джеймсу, нацелив горлышки нам в рты.

– Выпей – приказала Хельга.

Джеймс покачал головой из стороны в сторону.

– Что это за дрянь? Она воняет

К счастью, на языке ведьм слово "воняет" чаще всего означало комплимент.

– Это для того, чтобы ты больше не мог прятаться от глаз Бабы – холодно ответила Хельга – А теперь пей!

Еще несколько бесов подлетели, чтобы обхватить наши головы, а другие – чтобы разомкнуть нам рты. Желчно-зеленые испарения потекли из носика, нависшего над моим сжатым лицом. Как только запах ударил в нос, я попыталась оттолкнуть себя. Сказать, что он вонял, было все равно что сказать, что моей кошке Табите было трудно. Это было не передать словами.

Сделай это ради Фрэнкса, уговаривал я себя. Черт возьми, сделай это ради себя и Джеймса.

С огромным усилием я разжал челюсти. Зелье обволокло мой язык, как зараза, и я начал задыхаться. Хихикающие бесенята полились быстрее, заполняя мой рот, пока отвратительное зелье не потекло по щекам.

15

Я пришел в себя, разбрызгивая грязь и камешки. Я лежал лицом вниз во дворе перед домом Джеймса, и меня обдувал прохладный ночной ветерок. Когда я сел, мой желудок скрутило, угрожая извергнуть его содержимое, но и звук, и ощущения прошли. Я причмокнул, ощущая едва уловимый привкус зелья. Слава богу, он тоже исчез.

Двое дальнобойщиков, которых я видел раньше, исчезли вместе с опрокинутым полуприцепом. Остались только кучки обожженной земли. Я подумал, что и задний бампер тоже убрали. Я поспешно проверил карманы и с облегчением обнаружила свой бумажник и мамин эмо-мяч.

Убирая с языка остатки зелья, я вытянул шею. Трейлер Джеймса все еще был частично разрушен, словно в напоминание о последнем предупреждении Хельги: Подведи меня, и его смерть будет не единственной.

Джеймс зашевелился на земле рядом со мной.

– Проснись и пой – сказал я – У нас есть еще одно приключение.

Он облизал губы, роясь в земле в поисках своей ковбойской шляпы – Что, черт возьми, это было за барахло?

– Какое-то очищающее зелье. Похоже, остатки такота сгорели – В любом случае, мои мысли стали более четкими, неожиданное благо от этой встречи – Должно быть, наркотик мешал ей следить за нами.

– Я ничего об этом не знаю – пробормотал Джеймс, надевая шляпу на голову – Определенно, "очищение" не понравилось – Когда я помог ему подняться на ноги, он повернулся, чтобы посмотреть на свой трейлер – Ну и дерьмо.

– Могло быть и хуже. Намного хуже.

– Нет, спасибо тебе – ухмыльнулся он – Называешь ее "маленькой сучкой"?

– Я, очевидно, был не в себе. Нет, спасибо, что ты не предупредил меня о своей подруге-хиппи и ее креативных выдумках.

– Ну, а ты был не в себе, когда только что назвал Хельгу "большой задницей"?

– Что?

– Ты сказал, что ее большая задница была необъятной.

Я раздраженно покачал головой.

– Нет, не "большая задница". "Щедрость". Это означает великодушие или, знаешь что? Неважно. Важно то, что мы знаем, где Фрэнкс и как его найти.

– Думаешь, она блефует?

– Хельга? – Я сухо усмехнулся – Ты действительно хочешь проверить ее после того, что мы только что пережили?

– Я просто не хочу бегать по округе просто так. Не буду врать, Хельга чертовски пугающая. Но, думаю, Мардж я боюсь больше.

– Когда Болвиг не вернулся прошлой ночью, Хельга, должно быть, послала кого-то из своих помощников – сказал я, обдумывая это по ходу разговора – Когда они не нашли ни его, ни нас, им могло повезти, и они заметили Фрэнкса, когда он возвращался домой. Они отвезли его к Хельге и спрятали его крейсер на складе. Из-за потери памяти она не могла допросить его, поэтому заперла во Дворце удовольствий в качестве залога.

– Я могу представить себе места и похуже, чем тюрьма – заметил Джеймс – Даже если у меня кончится воздух.

– Я уверен, что ты сможешь. В любом случае, если она блефует, мы не можем пойти в отель и проверить. Это место кишит бесами. Они поймают нас, когда мы будем шнырять вокруг, и Хельга превратит нас в раскачивающийся придаток животного или найдет способ убить нас заживо. Тут она определенно не блефует

– Да, у этой бабы есть кое-какие проблемы. Но работа в банке?

– Эй, это сделка, которую мы заключили, поправка, ты заключил с ней в прошлый раз. То, что ты утверждал, было твоей проблемой, а не моей? Сделка не только обязательна, от нее теперь зависит жизнь Фрэнкса.

– Обязательна, как наш брак с Лореттой?

– Если ты не заметил, это спасло наши задницы.

Его ухмылка превратилась в смех.

– Как будто ты знал об этом прошлой ночью.

– Может, и нет, но моя магия спасла.

Я размышлял о симбиозе между магией и магами, о том, что мой Орден называл "коэффициентом удачи", который у одних магов сильнее, чем у других. По-видимому, у меня он очень силен.

– Чувак, почему ты продолжаешь демонстрировать свою магию? – Спросил Джеймс – Ты неуверенный в себе или что-то в этом роде?

Мое лицо вспыхнуло, намекая на то, что он задел за живое. Когда мы впервые встретились, я был обеспокоен тем, что Джеймс прошел большую подготовку, чем я, и был более искусен в своих заклинаниях, но я не обращал на это внимания. Так было до тех пор, пока Орден не решил, что я более старший волшебник, и не отправил меня наставлять его. Возможно, я раскрыл больше дел и преодолел более серьезные угрозы, чем он, но насколько это было связано с моим талантом и насколько с моей удачей? И если второе, то какова была моя квалификация, чтобы быть наставником кого-либо?

Возможно, я подыгрывал себе, чтобы компенсировать свои сомнения.

– Если я так себя вел, мне жаль – сказал я – Но послушайте, время идет, и нам нужно кое-что подготовить, если мы хотим провернуть это.

– Хорошо, что две трети сотрудников правоохранительных органов Гримстоуна либо уехали из города, либо находятся в заложниках – заметил он.

Как бы абсурдно это ни звучало, он был абсолютно прав. В двух словах, это были последние двадцать четыре часа: нагромождение абсурда. То, что началось как одобрительный смешок, перешло в приступ хохота, а затем и хихиканья.

– Ты в порядке, парень? – Спросил Джеймс с озабоченным видом.

– Был ли кто-нибудь... в истории волшебства – выдохнул я – когда-нибудь... в таком дерьме?

Истерика просочилась в мои внутренности и легкие, и я согнулся пополам, не в силах остановиться. Джеймс хохотал до тех пор, пока мы не стали похожи на психушку, хрипя и вопя в ночной пустыне. Когда вдалеке нам ответили койоты, мы рассмеялись еще сильнее. Как раз в тот момент, когда я подумал, что могу потерять сознание, истерика утихла.

– О, Боже – выдохнул я, вытирая слезы – Мне это было нужно.

– Пошли – Джеймс обнял меня за плечи – Я сварю нам кофе. Если, конечно, у меня еще есть силы. Поднимаясь по ступенькам его сильно покосившегося передвижного дома, мы снова расхохотались.

Каким-то чудом у Джеймса оказалось электричество, и после того, как мы взяли себя в руки, он сварил наполовину приличный кофе. Мне пришлось подпереть две ножки его кухонного стола, чтобы компенсировать новый наклон дома. Мы разложили на столе все имеющиеся у нас магические принадлежности, магические книги и ингредиенты для заклинаний, и это превратилось в центр управления.

Я достал свой блокнот.

– Хорошо, что вы можете рассказать мне о банке?

Джеймс принялся расхаживать по неровной кухне, подбрасывая и ловя четвертак, сохраняя равновесие.

– Великолепное старинное здание на Главной улице. Его построили Брунхольды, а гномы знают толк в камне, поэтому само сооружение прочное. Входная дверь и системы безопасности выглядят довольно стандартно. Замки на засовах, контактная сигнализация, камеры видеонаблюдения.

– Стоит ли мне беспокоиться, что ты уже осмотрел это место?

– Нет, просто одна из тех игр "а что, если?", в которые я играл, ожидая кассира. И не говори мне, что ты тоже в нее не играешь.

– Вообще-то, я не знаю, но это хорошо. Мы можем справиться с замками, сигнализацией и камерами с помощью базовых заклинаний и инвокаций.

– Да, но депозитные ячейки находятся внутри хранилища, и просто подождите, и вы все увидите сами – Он выдохнул – Это одна из тех больших круглых дверей с блестящими колесиками. Банк с гордостью демонстрирует ее, и я не могу их за это винить. В ней есть что-то от настоящего произведения искусства, но в то же время она сделана из тонны металла и оснащена серьезным запорным механизмом. Все это находится внутри стен из армированного камня. Это исключает применение грубой силы.

– Если правильно нажать, мы сможем взломать засовы с помощью заклинания?

Джеймс покачал головой еще до того, как я закончил.

– Между дверью хранилища и рамой нет зазора. Мы говорим о неразъемной конструкции. Ты даже лист бумаги не смог бы просунуть туда.

– Огонь? – предположил я – Драконий песок может расплавить металл.

– Та же проблема. И даже если бы мы смогли добыть немного огня, дверь хранилища сделана из медного сплава, который рассеивает тепло.

– Ты действительно играл в эту игру "что, если?".

– Да, в этом городе это может затянуться – Он поймал монету, которую подбрасывал, и начал перекатывать ее между пальцами.

– А как насчет самого замка? Для этого нужен ключ?

– Ключ и код.

– У кого они есть?

– Я полагаю, владелец и менеджеры банка.

Если бы это был просто ключ, мы, вероятно, могли бы найти его в одном из офисов банка. Для получения кода нам потребовалось бы привлечь человека.

Я задумчиво прикусил кончик карандаша. Голос моего волшебника, как правило, действовал только на существ с низким интеллектом, поэтому убедить человека никогда не было верным решением. Оставались сила и обман. У меня не было желания ломать голову над первым, но второе было возможным. Я как раз проверял, есть ли у нас ингредиенты для иллюзорной магии, когда Джеймс заговорил.

– Есть еще один вариант.

Я оглянулся.

– Что это?

– Перемещение.

– Да, чего никто из нас не может... – Я замолчал и уставился на него – Ты хочешь сказать, что можешь перемещаться?

Когда он сдержанно кивнул в ответ, я почувствовал, как во мне снова закипает странное чувство соперничества. Перемещение было сложным заклинанием, до освоения которого мне оставались годы, если не десятилетия. Я начал раздраженно притопывать правой ногой, но, вспомнив о своем озарении снаружи, заставил себя остановиться.

– Прости – Я прочистил горло – Продолжай.

– Элси могла это сделать – объяснил он, имея в виду своего первого наставника – Я часто умолял ее показать мне. Она всегда говорила, что я слишком молод и неопытен, и все такое, но однажды вечером она напилась и рассказала мне об этом.

– И это сработало?

– На очень коротком расстоянии. Дюймы. Она просто хотела заткнуть мне рот, и я почти уверен, что в основном это она занималась переводом. Но после этого я некоторое время практиковался втайне. Мне потребовался год, чтобы сделать это самому. Я поднялся на несколько футов, прежде чем остановился.

– Зачем тебе отказываться от чего-то подобного? – Недоверчиво спросил я.

– Мне никогда не нравилось это чувство. Оно странное, чувак. Как будто по тебе ползают личинки – Он с содроганием убрал четвертак в карман – И мне никогда не приходилось им пользоваться. Не для таких расстояний. Я бы предпочел взломать замок, чтобы попасть внутрь, а не перемещаться. Но в данном случае у нас нет выбора.

– Ты уверен, что сможешь открыть дверь?

Ходили истории о волшебниках, которые застревали в стенах и подвергались ужасным ампутациям, чтобы освободиться. Если бы Джеймс сам не вызвался, я бы никогда не попросил его пойти на такой риск.

– Стреляй, пока есть свободное пространство. Оно не может быть больше трех футов.

Хотя он сказал это уверенно, я почувствовал скрытую браваду.

– Может быть, тебе стоит потренироваться – предложил я – Убедись, что в тебе еще есть силы.

– Нет, это не та вещь, которую можно потерять, просто она отнимает много энергии. И если я собираюсь сегодня выпить две порции, то лучше поберечь свои усилители.

– Как насчет того, чтобы открыть банковскую ячейку?

– Для этого у меня тоже кое-что есть.

Он исчез, чтобы порыться в шкафу. Я уже не в первый раз задавался вопросом, что именно Хельга хотела, чтобы мы украли, и будет ли это крупная кража или просто мелкое воровство. Хотя я полагал, что взлом банка, это уже уголовное преступление. Когда Джеймс вернулся, я ожидал, что он покажет мне волшебное приспособление для вскрытия замков, но у него в руках была обычная дрель. Он несколько раз выстрелил из нее для пущего эффекта.

– Алмазное долото – сказал он – Оно просверлит замок насквозь. Мне просто нужно зарядить батарейки.

Я кивнул и просмотрел сделанные мной заметки, каждый блок которых представлял собой шаг в операции. Если предположить, что Джеймс мог перемещаться в хранилище и обратно, то ограбление было раскрыто. Это было дерзко, не говоря уже о том, что в высшей степени преступно, но сейчас жизнь Фрэнкса была на кону. Вздохнув, я закрыл блокнот.

– Хорошо, я начну с зелий.