Текст книги "Школа Фелидиксов"

Автор книги: Барбара Лабан

сообщить о нарушении

Текущая страница: 10 (всего у книги 14 страниц)

31

Ещё долго раздавалось тяжёлое постукивание лап по асфальту после того, как мейн-куны, ворча, отправились в путь. Пабло, Лаэто и Суми поздравляли Лилию с успешным представлением, пока Нова рылась в своём рюкзаке, а Генри наконец нашёл фонарик.

Теперь, когда они знали о трюке с рычагом, дверь в металлическую будку открылась с лёгкостью. Нова скользнула в тёмный проем. Вход был свободен. Деревянные доски всё ещё лежали на боку, сложенные друг на друга, как их оставил Горацио.

– Эй!

Четыре уличных кота, не раздумывая, пробежали мимо Новы. Она вздохнула. Лучше бы ей идти впереди, пока кто-нибудь снова не заблудился в туннелях. Но сейчас было не время отчитывать кошек.

Нова понимала, как сильно она зависит от любой помощи. Лилия только что доказала это. Генри снова занял позицию замыкающего в группе. Вместе они спустились на глубину.

– Как ужасно, что они схватили Эдисона! – голос Лили зловеще зазвенел. – Это было похоже на лесной пожар. Все уличные коты в смятении!

– Мы, конечно, одиночки, – Суми провела лапой по ноге Новы, когда говорила, – но все слушаются Эдисона. Он самый умный и храбрый из нас. Если Пенелопа смогла схватить его, у нас нет шансов.

– Так оно и есть, – мрачно мяукнул Лаэто. – День, когда они поймали Эдисона, – это день, когда они победили нас. Готовьтесь к жизни при королеве Пенелопе Ужасной.

– Ерунда! – Нова развернула карту и направила на неё луч своего фонарика. – Мы не можем сдаться сейчас! Эдисон рассчитывает на нас. И с моей картой мы найдём дорогу так же, как сделали бы с ним.

Хотя до появления кошек она старалась казаться уверенной в себе, Нова вздохнула с облегчением, когда они добрались до старой заброшенной шахты метро, обозначенной на карте. Они выскочили на рельсы, и несколько крыс в ужасе разбежались во все стороны. Здесь уже много лет не было ни одного человека, не говоря уже о стае уличных кошек.

– Праздничное угощение! – прошептала Лилия. – Я вернусь, ждите меня, жирные крысы!

Внезапно наступила гробовая тишина, будто крысы поняли её.

Все дорожки без предупреждения заканчивались у стены. Должно быть, когда-то здесь была станция метро. Нова повернула направо. Она увидела, что вход в следующую часть их пути был очень узким. Канализационная труба. Она была указана на карте, и Нова как раз её очень боялась. Но только Эдисон знал, как узка она была на самом деле, и его здесь не было.

– Пабло, ты не мог бы бежать впереди? – попросила она. – Эта тропа должна привести нас к пересохшему руслу реки. Там мне и Генри снова будет проще двигаться первыми.

– Без проблем. – Пабло взволнованно проскочил мимо неё. Нова задумалась: действительно ли котёнок ничего не боялся?

– Тебе напомнить, что я не кошка? – жаловался Генри позади неё, когда они ползли на четвереньках по узкой трубе, которая когда-то была частью городской канализационной системы.

Нова не ответила и задержала дыхание, когда проход внезапно стал ещё у́же. Она продвигалась вперёд, сантиметр за сантиметром. Когда перед глазами начало всё кружиться, и ей стало страшно, не сузится ли труба ещё больше, она вдруг услышала, как Пабло крикнул:

– Труба становится шире, вы точно не застрянете!

Это всё, что сказал кот, который в прошлый раз сам застрял в туннеле.

Труба внезапно закончилась после того, как ребята сделали небольшой поворот. Нова с радостью выбросила на землю перед собой рюкзак и выпрыгнула следом. Генри появился за ней, пыхтя.

– Отсюда, – сказала Нова так уверенно, как только могла, – мы попадём по руслу реки к Букингемскому дворцу. Прямо в Цератон.

– Отлично, особенно если мне больше не придётся протискиваться, как колбасе, через трубу, – сказал Генри, глубоко вздохнув.

Все кошки засмеялись, но Нова прервала их:

– Нам нужно поторопиться! И будьте осторожны…

Гул, который был едва слышен в канале, теперь всё громче доносился до их ушей. Время от времени он превращался в вой и шум. Предположительно они находились всего в нескольких метрах под землёй. Автобусы на ними проезжали через Ковент-Гарден, Сохо и вокруг Трафальгарской площади.

Без лишних объяснений Нова побежала вперёд. Генри и кошки молча последовали за ней. Девочка заметила, что её брюки прилипли к ногам, а туфли пропитались грязью и илом. К тому же руки были все в мелких царапинах, которые она получила, цепляясь за стены туннеля. А Цератон был ещё не близко.

Когда папа впервые показал ей на карте, сколько подземных рек в Лондоне, Нова сначала не могла в это поверить. Но папа заверил её, что многие из них он уже исследовал во время своих собственных побегов. Большинство рек пересохли за столетия. Нова почувствовала, как в её носу поселился влажный затхлый запах. Она подумала о Генри, который за последние полчаса не произнёс ни слова.

– Можем ли мы ненадолго остановиться? – воскликнула Нова. Пабло снова забежал далеко вперёд. Он совал свой нос в каждое отверстие в стене, прыгал вперёд и носился по глинистому дну каналов, как пушечное ядро. – Мне нужно свериться с картой.

Генри помог ей и посветил на карту своим фонариком. Развернуть её было нелегко из-за больших размеров. В какой-то момент в северной части папе Новы пришлось даже приклеивать дополнительный кусок бумаги, чтобы добавить районы Хакни и Харинги. На западе карта доходила даже до Виндзора.

– Не уверена, что Эдисон проходил по этому каналу, – пробормотала Нова.

Генри попытался помочь ей и провёл пальцем по желтоватой бумаге.

– Это самый короткий путь, – сказал он.

– Видишь три маленькие точки? – спросила Нова. Генри кивнул. – Капли дождя, – сказала Нова. – Некоторые каналы наполняются водой, когда идёт сильный дождь.

– Как вчера, например, – сказал Генри.

– Возможно, нам придётся слегка намокнуть, – задумчиво сказала Нова. – Для нас это не проблема. Максимум – у нас будут мокрые ноги. Но что касается кошек…

Она посмотрела вперёд, на силуэты Лилии, Лаэто и Суми, которые лениво облизывали свои лапы.

– Вы идёте? – услышали они крик Пабло. – У нас ведь мало времени.

Опасения Новы сбылись, когда проход сузился, а потолок, казалось, опускался всё ниже и ниже. Им с Генри уже некоторое время приходилось мотать головами.

Сначала это были просто грязные лужи на полу, от которых кошки, не ворча, уклонялись. Однако лужи превратились в маленькие озерца, и в конце концов на дне не осталось ни одного сухого пятнышка.

Лаэто и Суми, казалось, не обращали внимания на грязь. Они продолжали двигаться вперёд, как будто всё было в порядке. Лилия тоже пыталась делать вид, что её не беспокоит влага, но Нова замечала, как она с отвращением отряхивает лапы после каждого шага. Пабло, напротив, позволил себе поделиться мыслями вслух:

– Вода! Тьфу! Коричневая мутная вода! Просто отвратительно! Кто только выбрал этот путь?

Нова бесцеремонно подняла кота, не дожидаясь его согласия.

– Это из-за плохой погоды прошлой ночью. Не волнуйся, скоро мы снова попадём в сухое русло.

В этот момент с потолка упала большая капля воды и попала точно на нос Пабло. Кот визжал и извивался взад и вперёд. Нова изо всех сил пыталась удержать его, сжимая карту другой рукой.

Между тем на дне образовалась небольшая речушка. Вода спускалась со стен и текла в том направлении, в котором они бежали. Её становилось всё больше и больше.

Генри недолго колебался. Он схватил Лилию, которая умело перепрыгнула из его рук ему на плечо. Затем потянулся к Лаэто и Суми. Им двоим не понравилось, что Генри держал их одной рукой под животом, но это было всё же лучше, чем плавать – так много воды теперь текло по проходу.

– Здесь недалеко! – воскликнула Нова, бросив отчаянный взгляд на карту. – Примерно в ста ярдах должна быть водосточная труба, по которой, надеюсь, вся вода сразу утечёт.

Вода доходила ей теперь почти до колен. Левой рукой, в которой она тоже держала карту, она опиралась на стену и медленно продвигалась вперёд, шаг за шагом. Позади неё Генри балансировал с тремя кошками, не имея ни малейшего шанса за что-нибудь зацепиться.

Шум воды становился всё громче и яростнее. С потолка градом посыпались капли. А потом случилось что-то ужасное.

Сначала Нова ничего не увидела. Она слышала только крик Лаэто, когда тот упал в воду. Генри позвал её. В этот момент кот промчался мимо Новы. Не раздумывая, она нырнула вниз. Пабло вцепился в её правую руку. Боль пронзила всё тело, словно молния. Она потянулась к Лаэто левой. Схватила его за шкирку, но при этом уронила карту. Вода всё сильнее и сильнее хлестала её по ногам, так что она почти потеряла равновесие.

И пока она поднимала Лаэто, Нова увидела, как самое важное достояние её отца – карта – на бешеной скорости плывёт к водосточной трубе, которая теперь находилась всего в нескольких метрах от них.

Она чуть не глотнула водосточной воды, а меж тем течение унесло с собой карту – сокровище, которое доверил ей папа.

32

Слёзы гнева и отчаяния стояли в глазах Новы, когда она боролась с водой и наконец оказалась у проёма. Она высадила Пабло и Лаэто на спасительной площадке – ступеньке прямо над водосточной трубой. Позади них продолжался коридор, в котором теперь уже стоял Генри, обогнавший их.

Он опустил Суми, неистово вылизывающую шерсть, к своим ногам. Лилия, напротив, осталась сидеть на плече Генри и сочувственно посмотрела на Нову.

Она рухнула на колени у канализационной трубы, в которой исчезали потоки, и попыталась нащупать рукой каменный край. Всё, что она нашла, – это кусок полиэтиленового пакета, который там запутался, и несколько веточек.

Генри мягко положил ей руку на плечо.

– Мне ужасно жаль. Я хотел тебе помочь, но…

– Тебе пришлось жонглировать тремя кошками одновременно, и ты справился, – добавила Лилия. – Ну, почти. Лаэто обязан Нове своей жизнью. Пусть кто-нибудь ещё скажет, что нам не нужны Фелидиксы!

По лицу Генри было видно, как сильно он волнуется, хотя и старается казаться оптимистичным.

– Мы и так найдём дорогу, – успокаивал он Нову. – Я совершенно уверен в этом. Это похоже на игру, в которую твой отец всегда играл с тобой. Помнишь, он тренировал твою память? Ты же говорила, что он всегда хотел, чтобы ты запоминала дорогу, не глядя на карту.

Нова сглотнула. Она видела картинки в своей голове. Папа, который играл с ней в эту игру. Она была ещё маленькой, может быть, лет четырёх, и сидела в кресле с цветочным узором. Она вспомнила карту, слова которой едва могла расшифровать, но символы уже понимала. Папа горячо похвалил её, когда она нашла дорогу от Альд-Гейт до Ватерлоо. Но что-то было в этом воспоминании не так, как обычно. Они были не одни. На заднем плане у окна с плотными парчовыми шторами стояла женщина с буйными чёрными волосами и глазами, такими же бирюзово-голубыми, как у Эдисона. Это была её мать. Она рассмеялась, и Нова услышала, как она сказала: «Если ты будешь продолжать в том же духе, то никто и никогда не сможет тебя остановить!»

– Я знаю дорогу, – шептала Нова снова и снова. Почва под ней была мягкой, усеянной мелкими камнями. «Этот туннель тоже время от времени затопляется», – подумала она.

Нова поджала губы. Последним, о чем она хотела бы сейчас думать, была вода. Остальные последовали за ней, Генри – глухими шагами, кошки – пугающе тихо.

Девочка обернулась. Лилия, казалось, хромала.

– Мы уже близко, – подбодрила она кошку, которая шла всё медленнее и выглядела измученной. – Я могу понести тебя на руках, если ты не против.

Она увидела, как Лаэто и Суми покачали головами. Нова забыла, что уличные кошки обращаются за помощью только в случае крайней необходимости.

Но, к её удивлению, Лилия сказала:

– Хорошо. Если тебе так будет спокойнее.

Нова подняла кошку и почувствовала её грубую, лохматую шерсть. Её усы щекотали руку девочки. Теперь они шли по широкому туннелю, который, возможно, когда-то служил резервуаром для воды. Нова знала, что сейчас они должны проходить примерно под Трафальгарской площадью.

Одна из её приёмных семей каждое воскресенье ездила с ней в город. Площадь тогда была заполнена уличными артистами, наряженными в костюмы клоунов или одетыми в серебряные и золотые костюмы, которые неподвижно стояли перед широкими лестницами Национальной галереи.

Приёмный отец Новы однажды поднял её на пьедестал одной из знаменитых статуй льва, и она чувствовала себя такой большой и могущественной среди всех зрителей, как будто сама была львом.

Это воспоминание взбодрило Нову. Остальная часть пути была лёгкой и привела их прямо в Сент-Джеймсский парк. Потом они кое-что услышали.

Нова повернулась к Генри, который втянул носом воздух и побелел как мел.

– Театральный грим, дикий лосось и крем для обуви, – прошептал он.

– Некоторые из них используют крем для обуви, чтобы полировать лапы, – сказала Лилия, и дрожь пробежала по её телу.

Нова приложила указательный палец ко рту. Все они стояли молча и слушали. Без сомнения, шипение, которое Нова слишком хорошо помнила с ночи похищения Леандро, было слышно тихо, но отчётливо. Похоже, что это была огромная стая кошек Пенелопы.

– Мы должны свернуть, – прошептал Генри. – Они могут оказаться здесь в любую минуту. Тут есть какое-нибудь укрытие? – Он вопросительно посмотрел на Нову.

Кошки тоже повернули головы в её сторону. Неужели все забыли о том, что только что произошло? Карту унесло водой, вот что! Один взгляд на неё мог бы помочь Нове. Возможно, там была ветка или старое помещение для технического обслуживания. Но как ей теперь вспомнить всё, что было написано на карте? Она запомнила дорогу, да, но не каждую мелочь вокруг!

Шипение приближалось, и теперь Нова тоже могла уловить едкий запах крема для обуви. Сколько у них было времени? Минута? Несколько секунд?

– За мной! – прошептала она и поспешно побежала в том направлении, откуда они пришли.

– Ой! – услышала она крик Генри позади себя. Она повернулась и увидела, что он лежит на полу.

Он поскользнулся. Нова подала ему руку. Она почувствовала холод и поняла, что рука мокрая! Кошки тоже это заметили.

– Из стены сочится вода! – громко воскликнул Пабло в ужасе. – Если в туннель попадёт ещё больше воды, то мы не сможем идти дальше, Нова.

Генри беспокойно огляделся. Шум становился всё громче, но в другом направлении они точно попали бы в лапы кошкам Пенелопы.

«Карта! – в отчаянии подумала Нова. – Мне нужна карта!»

И тут в её голове всплыла картинка – светлые глаза её матери. «Если ты будешь продолжать в том же духе, никто никогда не сможет тебя остановить!» – твердил её голос.

Нова провела лучом фонарика по стенам туннеля в поисках метки. Знак, который мог бы ей помочь. На карте её отца там была всего одна невзрачная точка, но она смогла её запомнить.

– Ты не это ищешь? – спросил Лаэто.

Нова увидела в отблеске света зигзагообразную линию и стрелку. Она кивнула.

– Мы должны немного пробежать им навстречу. Будьте спокойны и следуйте за мной, куда бы я ни пошла.

На объяснения не было времени. Нова выключила фонарик, опустила его в рюкзак и побежала вперёд. Вода капала с потолка и стекала со стен. Она надеялась, что это задержит кошек Пенелопы, с которыми, если план пойдёт наперекосяк и она ошибётся, они столкнутся в любой момент.

Вскоре после этого Нова нащупала рукой стену туннеля, должно быть, близко над землёй. Её рука так замёрзла, что она практически чувствовала свои пальцы. Шипение стало громче. Кошки Пенелопы. У них оставались считаные секунды. Иначе они сразу оказались бы лицом к лицу со своими врагами. И что потом? У них с Генри, возможно, был шанс противостоять кошкам, но как насчет уличных кошек? И как только их обнаружат, королеве Куинн, Эдисону и другим заключённым не удастся сбежать.

Нове показалось, что она заметила пару сверкающих глаз в той части туннеля, который был перед ними. Она поспешно продолжала ощупывать стену. Ну же, он должен быть где-то здесь!

Её рука потянулась в пустоту. Нова не знала, насколько широким был проход, когда она просунула туда ногу. У кошек было преимущество, они могли видеть путь, по которому теперь шла Нова.

Пабло быстро всё понял. Она почувствовала, как он протиснулся мимо неё, остальные последовали за ним. Тогда она тоже почувствовала шеей дыхание Генри.

Нова забежала на стену и с трудом подавила крик. Когда она продолжила ощупывать руками стену, там оказался холодный круглый металл. Именно то, чего она так ждала. Ступеньки лестницы.

– Я чувствую их запах, – раздался голос из коридора, который они только что покинули. – Рассредоточьтесь по всему пути. Найдите грязных уличных кошек и людей, которые их сопровождают.

Нова поднималась ступенька за ступенькой. Воздух стал теплее. Это был долгий путь. С каждым шагом звуки окружающего мира становились всё громче. Визжали тормоза, гудели автобусы, грузовики громыхали по слишком узким улицам города. Надеясь, что кошки Пенелопы её не услышат, она прошептала своим друзьям:

– Мы скоро доберёмся! Будьте осторожны и не поскользнитесь!

– Я даже рад, что ничего не вижу, – пробормотал сзади Генри. – Похоже, что здесь очень высоко.

– Путь кончился! – крикнула перед ней Лилия. – Я ударилась головой о потолок.

– Мы застряли? – потрясённо спросил Генри.

Нова потянулась вверх.

– Нет, но, возможно, нам будет трудновато выбраться отсюда.

33

Резкий звук заставил Нову испугаться так, что она чуть не соскользнула со ступеньки.

– Что это было? – испуганно спросил Генри.

И что-то снова грохнуло. Лаэто коротко завыл. Ему показалось, что над ними кто-то пинает огромную жестяную коробку. Лаэто сидел на ступеньке вместе с Новой. Она протянула к нему руку и почувствовала, как он дрожит.

Прежде чем она успела что-либо сказать, заговорила Суми:

– Это машины, да? Однажды с Лаэто произошёл несчастный случай. Из-за этого он старается никогда не приближаться к ним, что довольно сложно в городе.

Нова беспокоилась о Лаэто. Но в то же время её сердце колотилось от гордости и волнения, потому что память привела её сюда без папиной карты. Это был единственный выход из опасности, в которой они находились, и он заканчивался люком над ними, прямо на Молле, великолепной улице, ведущей от Трафальгарской площади к Букингемскому дворцу.

К сожалению, такси и автобусы курсировали здесь днём и ночью, что затрудняло их выход.

– Лаэто прав. Мы находимся под одной оживлённой улицей. Когда машины проезжают мимо нас, они издают такой громкий звук, – Нова старалась говорить очень тихо. В любом случае было разумно не говорить кошкам, какая это улица. – К счастью, недалеко отсюда есть светофор, который тормозит машины. Итак, нам просто нужно дождаться паузы, когда мы перестанем слышать шум двигателя, а затем поднять крышку люка. Генри, ты можешь мне помочь?

Генри потребовалось некоторое время, чтобы добраться до Новы, стонущей и задыхающейся. Теперь они стояли вплотную друг к другу, цепляясь за верхнюю холодную железную перекладину.

Кошки были удивительно молчаливы. Было очевидно, что никто из них не считал хорошей идеей внезапно вылезти из люка на оживлённую улицу. Ни одна!

Автокараван снова тронулся в путь. Они переждали раскаты грома над их головами, и Нова услышала, как Генри тихо считает. Нова не понимала, какая им польза от количества машин, но она знала, что цифры – как и запахи – успокаивают Генри.

Когда на несколько секунд воцарилась тишина, Нова крикнула:

– Сейчас!

Они подняли руки над головами и прижались к круглой крышке, которая на самом деле немного сдвинулась. Но внезапно они услышали приближение ещё одной машины и спрятались как раз вовремя.

Лаэто тихонько хныкал.

– Всё будет хорошо, мы справимся! – сказал Генри. – Жди меня, – прошептал он на ухо Нове.

И снова машины проезжали мимо них, и снова Генри считал. Потом наступила тишина, но Генри не давал команды. Ещё одна машина – или это был автобус – проехала мимо них. Только тогда Генри крикнул:

– Сейчас, Нова! Скорее!

Со всей силой, которой они ещё обладали, они надавили на крышку. Сторона Генри уже приподнялась. Нова почувствовала, как тепло улицы и холод канализации одновременно нахлынули на неё, а затем она почувствовала запах вечернего лондонского воздуха. Тёплый жёлтый свет фонаря окружал её, слепя глаза. Нова вылезла на улицу и подала руку Генри, который последовал за ней. Его рот открылся от изумления, когда он увидел, где они находятся. Посреди широкой асфальтированной дороги открывался прекрасный вид на Мемориал Виктории, на вершине которого сверкала статуя золотой богини.

За ними простирался большой и величественный Букингемский дворец. Справа и слева вдоль дороги росли огромные платаны. Но как бы мирно это ни выглядело, в данный момент Нова предвидела надвигающуюся катастрофу. Накатывающуюся, если быть точнее.

Светофор находился недалеко от них. Только что она был красным, но свет уже начал мигать. Таким образом лондонские светофоры сигнализировали автомобилистам, что можно медленно начинать движение, даже если ещё не загорелся зелёный.

– Вперёд! – крикнула Нова, увидев, что Суми и Лаэто уже бегут к деревьям, в безопасное место. Генри побежал следом, и Нова тоже пробежала несколько ярдов, но, когда обернулась, увидела, что Лилия всё ещё сидела у отверстия как вкопанная и смотрела вниз.

Нова побежала назад и краем глаза заметила, как первая машина медленно двинулась.

Всё происходило как в замедленной съёмке. Лилия опустила голову, через несколько секунд подняла её снова, и у неё что-то застряло между зубами. Нова подбежала к ней, схватила её и прыгнула на спасительный тротуар. Спиной она почувствовала ветер проносящейся мимо машины и услышала сердитый гудок, но главное, что они справились. Она стояла рядом с Генри на тротуаре и смотрела на свои руки.

Там находилась не только Лилия, но и Пабло.

– Прыжок был слишком высоким, – ворчал котёнок, – я поскользнулся.

Лилия вообще ничего не сказала. Она закрыла глаз и учащённо задышала.

– Молодец! – Генри похлопал Нову по плечу. – Хорошо, что ты заранее не сказала нам, где мы выходим. Это было настоящее безумие!

– Как хорошо, что ты считал машины, чтобы мы смогли вовремя вылезти, – сказала Нова и увидела, что Генри слегка покраснел.

– Что теперь? – воодушевлённо воскликнул Пабло, будто не он сейчас был на волосок от столкновения с автомобилем. – Куда мы идём сейчас?

– В Сент-Джеймсский парк, конечно, – сказала Нова. – Освобождать королеву Куинн!