Текст книги "Школа Фелидиксов"

Автор книги: Барбара Лабан

сообщить о нарушении

Текущая страница: 6 (всего у книги 14 страниц)

18

– ^Уверен, что здесь нет сигнализации? – спросил Генри то, что Нова не решалась сказать вслух, но Эдисон не обратил на него никакого внимания. На лапе у него была белая повязка, которую Горацио сделал ему перед сном. Лишь она указывала на его травму – кот уверенно шёл по идеально подстриженному газону.

– Горацио не хочет, чтобы мы ходили на территорию Тауэра даже днём. Там просто куча охранников. Если нас сейчас здесь поймают… – Нова вспомнила о том, что учитель рассказывал, когда они с Генри только переехали. Башня Горацио была защищена со всех сторон высокими стенами и являлась частью знаменитого Лондонского Тауэра, который ежедневно посещали тысячи людей. Горацио с самого начала дал понять, что его ученики должны держаться как можно дальше от туристических достопримечательностей.

– Нам правда не стоит привлекать к себе внимание, – вежливо, но настойчиво пояснил он Нове и Генри. – Мы работаем здесь тайно с 1837 года, когда королева Виктория разрешила использовать старую башню в качестве школы и резиденции для бездомных кошек. Так и должно оставаться.

– Ерунда! – сказал Эдисон. – Ночью здесь нет никого, кроме нас и шести взъерошенных воронов Тауэра, которых заботят только они сами. Зия расписала мне верный путь. Я уже говорил, что она какое-то время была компаньонкой известной актрисы?

– Человека или кошки? – пробормотал Генри, с недоумением глядя на огромный прожектор перед собой, который освещал светлые стены исторического здания.

– Человека, – возразил Эдисон, подёргивая усами. – Во всяком случае, эта актриса снималась здесь в фильме. Что-то о Генрихе VIII и его многочисленных жёнах. Все костюмы были из архивов Тауэра, включая украшения. Там Зия и увидела на брошке камень, который мы с вами должны добыть.

Генри поднял голову и скривил лицо.

– Почему-то пахнет бутербродами с ветчиной и мокрой псиной.

Эдисон замер и повернулся к ним. Прежде чем он успел что-либо сказать, Нова крикнула:

– За мной!

Она бросилась к одной из огромных старинных бронзовых пушек позади них. Друзья прижались вплотную к большим металлическим колёсам, спицы которых позволяли им смотреть прямо на ярко освещённую стену.

Они чудом успели. Охранник Тауэра прошёл мимо них и теперь стоял рядом с прожектором на том самом месте, где они только что находились.

– Хороший мальчик! – сказал он старой овчарке, которая обнюхивала землю вокруг прожектора. – Я тоже думал, что что-то увидел. Наверное, снова были эти проклятые кошки. Ну и ладно, побежали назад. Игра уже начинается, и если «Астон Вилла»[4]4
  Английская футбольная команда.


[Закрыть] проиграют сегодня, то точно вылетят в низшую лигу.

Собака зарычала и дёрнула за поводок.

– Знаю, – сказал охранник, – тебе не нравится команда, но, может быть, ты всё-таки составишь мне компанию?

Овчарка была старой, но в этот момент у неё, казалось, появились невиданные силы, так сильно она тянула его всё ближе к пушке, под которой прятались Эдисон, Нова и Генри.

– Давай, я даже разрешу тебе съесть половину моего сэндвича.

К большому облегчению Новы, это, казалось, убедило собаку. Они ушли, и девочка выдохнула.

– Это Гарри и Руперт, – сказала она. – Я разговаривала с Гарри на прошлой неделе. Он покупает сэндвичи у торговца хот-догами возле Тауэра, а Руперт бросается в каждую лужу, которую видит.

– Хватит о них, – Эдисон выскочил вперёд из-под пушки. – При нормальных обстоятельствах я бы бросил вызов этой старой дворняге. Я не из тех кошек, которые прячутся от собаки. Но Зия рассчитывает на нас.

Он уже шёл обратно к зданиям, в то время как Нова и Генри всё ещё настороженно оглядывались.

– Хорошая реакция, Нова! – одобрительно крикнул Эдисон, не оборачиваясь. – Но сейчас можешь выдохнуть.

Они покинули освещённую часть комплекса и пошли дальше в тени стен. Вскоре после этого они оказались перед рядом небольших домиков, которые не соответствовали остальной части Тауэра. Тёмные и украшенные деревянным каркасом, они напомнили Нове домики ведьм в заброшенном лесу.

– Он должен быть здесь, – объяснил Эдисон. – Столетия назад здесь размещались посетители двора.

Он принюхался к синей входной двери одного из домов. Нова и Генри с тревогой посмотрели на большую табличку у входа: «Посетителям вход воспрещён». Позади них каркнул ворон.

– Не смейся! – повернулся к нему Эдисон.

Нова пыталась заглянуть в дом через закрытое решёткой окно. Держа в руке фонарик, она осматривала комнату.

– Везде вешалки для одежды. Похоже на костюмы.

– Конечно! – торжествующе воскликнул Эдисон. – Всё, как говорила Зия! Итак, Нова, не была бы ты так любезна открыть этот замок?

Нова колебалась. Не потому, что у неё не было инструментов или она не разбиралась в замках. Напротив. С тех пор как ей исполнилось семь лет, Нова открывала все двери, которые попадались ей на пути. Она не хотела вламываться в этот дом. В конце концов, она ведь не воровка.

– Этот фальшивый камень, – наконец спросила она, – он ценный?

– К чему ты клонишь? – воскликнул Эдисон. – Кусок пластика. Не более того. Люди со съёмочной площадки используют его в кино. Ты же не думаешь, что я хочу, чтобы вы украли сокровища короны!

Он покачал головой и потрепал себя по усам. Затем обвился вокруг ног Новы и произнёс:

– Я обещаю тебе, что мы вернём всё обратно. Но сейчас нам нужен этот ключ, чтобы освободить королеву Куинн.

Нова вздохнула и вытащила из рюкзака свой инструмент. Она доверяла Эдисону.

19

Несколько секунд спустя они оказались в забитой вещами комнате, где пахло сыростью и таблетками от моли. Генри было настолько тяжело дышать, что он покраснел. Эдисон исчез среди ряда переполненных вешалок для одежды. Время от времени Нова слышала, как он кричал:

– Бархат! Парча! Удивительно, какой гладкий шёлк!

Он будто пришёл сюда за покупками, а не чтобы что-то украсть.

– Что он делает? – спросила девочка Генри.

– Видимо, выбирает, на какой ткани хотел бы вздремнуть сегодня.

– Я думала, что уличные коты предпочитают пакеты от картошки или газеты, – хихикнула Нова.

– Я всё слышу! – воскликнул Эдисон из-под огромного бального платья, играя с ярко-красным подолом. – Вам лучше тоже приступить к поискам.

Нова расправила боа из перьев, зацепившееся за платье с блёстками. Генри отодвигал в сторону одну вешалку за другой и недоумённо смотрел на них. Они начали прикладывать костюмы на себя: Нова то и дело заливалась смехом, когда Генри держал перед собой рубашки с рюшами или надевал шляпу и манерно закатывал глаза.

– Не забывайте, зачем пришли! – нетерпеливо крикнул Эдисон.

Но это было бесполезно. Как они могли найти в таком количестве костюмов маленькое украшение в форме кошачьей головы? О чём только думал Эдисон?

Кот невозмутимо продолжал бродить по горам ткани. Время от времени он высоко подпрыгивал, балансируя на вешалках, а после снова водил лапой по костюмам. Периодически он цеплялся за них когтями, и Нова молча помогала ему освободиться.

– Что именно сказала Зия? Брошь прикреплена к какому-то платью? Или, может быть, где-то есть шкатулка с драгоценностями? – наконец спросила девочка.

Эдисон так резко отдёрнул лапу от переливающегося золотом плаща, что на нём образовалась царапина.

– Она была уверена, что брошь является частью какого-то костюма, а именно – платья.

– Здесь сотни платьев! Как мы его найдём? – вздохнул Генри.

– Как же выглядит это платье? Когда актриса его надевала? – размышляла Нова.

Эдисон смотрел прямо перед собой и думал.

– Зия говорила, что это было тёмное платье. Тогда снимали сцену за ужином. Я хорошо запомнил, потому что Зия упомянула, что там была курица в сливовом соусе и она потом съела все остатки.

Когда Эдисон говорил о Зие, его голос приобретал мечтательный оттенок, и он, казалось, забывал, где находится. Поэтому он и не заметил, как лицо Генри внезапно исказилось от напряжения.

Нова последовала за другом, пробираясь сквозь вешалки с одеждой, пока они не добрались до другого конца комнаты. Нова видела, как дёргается его нос. Затем он решительно потянулся к вешалке, на которой висело длинное вечернее платье из синего бархата. На нём была зелёная брошь!

– Я всегда узнаю запах сливового соуса, – торжествующе сказал Генри.

Все трое одновременно услышали «кар». Оно было таким громким, что Нова не удивилась бы, если бы от него проснулась половина Лондона.

– Ну и зачем ты поссорился с вороном? – спросила она Эдисона, который вяло подмигнул ей.

– Кстати, насчёт кошек и птиц, – начал он, – я мог бы рассказать тебе о них много историй, особенно о тех воронах Тауэра…

– У нас нет на это времени, – крикнул Генри и толкнул дверь. – Нужно убираться отсюда!

Вороны сидели на коротко подстриженной лужайке перед средневековыми домами стройным рядом. Нова знала, что днём они были туристической достопримечательностью, ведь в Лондонском Тауэре всегда должны были присутствовать шесть воронов, такова была традиция, существовавшая более трёхсот лет. По ночам же, ко всеобщему сожалению, эти вороны играли роль сторожевых псов.

– Теперь я понимаю, почему здесь нет сигнализации, – крикнула она, следуя за Эдисоном и Генри, которые бежали впереди неё к башне Горацио. – От этого крика у меня болят уши.

Генри крепко сжал фальшивую брошь и выбежал вперёд. Нова вскоре настигла его – только Эдисон медлил, потому что не мог удержаться от того, чтобы не сказать воронам пару крепких словечек.

– Поторопись! – крикнула ему Нова, уворачиваясь, потому что один из воронов пролетел в опасной близости от её головы. Они пробежали мимо пушек по ухоженным дорожкам и мягкой траве. Нова знала, что вороны не осмелятся преследовать их дальше.

Им следовало держаться ближе к внутренним зданиям башни. Стена, окружавшая школу Горацио, была уже видна, как вдруг Нова увидела странные тени, которые, казалось, поджидали их прямо перед башней. Это были кошки, насколько она могла разглядеть, но ни одна из теней не показалась ей знакомой.

Эдисон сразу понял, с кем они имеют дело.

– Стойте! – крикнул он детям.

Нова услышала знакомое ей ужасное шипение. Кошки Пенелопы заметили их.

– Они пришли за мной, – объяснил Эдисон. – Пенелопа поняла, что мы ищем помощи у Фелидиксов. Я отвлеку их, насколько смогу. Чем дольше они будут преследовать меня, тем меньше у них будет времени добраться до вас. Если от меня не будет вестей, то встречайтесь с Шаяном завтра в полночь на «Лунном свете». Возьмите с собой фальшивую дверную ручку. Полуночный кот знает, что с ней делать. Во всяком случае, я на это надеюсь.

Он уже побежал, но потом крикнул:

– И смотрите, чтобы Горацио вас не поймал. Скажите, что я всё ещё в комнате Новы и вам, ребята, нужно позаботиться обо мне.

Нова и Генри увидели, как тень Эдисона огромными прыжками метнулась к стене. Вражеские кошки тоже пришли в движение. Их ужасное шипение становилось всё громче и громче.

В нескольких ярдах от них Эдисон сделал крюк и заманил своих преследователей к главному входу в Тауэр, подальше от башни Горацио и детей. Они увидели, как белая повязка на мгновение вспыхнула в темноте, а затем исчезла.

Генри посмотрел на фальшивую дверную ручку.

– Не волнуйся, – сказал он больше самому себе, чем Нове. – Эдисон живучий. Никто не поймает его так быстро.

Прозвучало не очень убедительно.

20

На следующее утро Нова проснулась разочарованной и обеспокоенной, потому что обнаружила, что Эдисона в её комнате нет. Генри тоже просунул голову в её дверь раньше обычного, так как надеялся, что кот вернётся. За завтраком они сидели молча и вполуха слушали Риа, которая всё время говорила о новом расписании.

– Как поживает ваш гость? – спросил Горацио, когда они увидели его в классе после завтрака. – Он хорошо спал? Может, мне посмотреть его ещё раз позже?

– С ним всё в порядке, – заикнулась Нова. – Он просто ужасно вымотан, и я пообещала, что мы дадим ему поспать. Ты не против?

– Конечно, – Горацио приветливо кивнул. – Сон творит чудеса. Дадим ему выспаться.

Он отошёл в сторону, и взгляд Новы упал на доску. Прямо посередине были выведены трижды подчёркнутые слова «кошачий этикет», а под ними – «история».

– Итак, с сегодняшнего дня мы начинаем учиться по новому расписанию, – сказал Горацио. – Во второй половине дня мы проведём двойной урок по истории королевских кошек. Но это для вас не в новинку. Утренние занятия наконец проведёт новый учитель с четырьмя лапами. Её зовут мисс Мелония Бридж.

Он указал на доску, случайно смахнув со стола пачку с мелом, и выжидательно посмотрел на детей. У Новы отвисла челюсть. Неужели Горацио только что объявил, что их будет учить кошка?

– Других учителей сейчас трудно найти, – прочистил горло Горацио. – Судя по всему, в Шордиче открылся новый рыбный рынок. Думаю, они все там. Но я надеюсь, что большинство из них скоро вернутся.

– Это значит, что мы узнаем больше о кошачьих боевых искусствах? – просияла Риа.

Горацио кивнул.

– А кошачье изобразительное искусство? – с энтузиазмом воскликнул Саид. – И кошачья литература, помнишь, Эд?

Риа затряслась от смеха, а Эд резко закатил глаза. Нова и Генри не поняли ни слова.

– Это лучшая школа в мире, – сказала Риа, успокоившись. – Я так рада, что мы снова можем учиться по-настоящему. Всякий раз, когда приходят новые Фелидиксы, Горацио приходится притворяться, что мы занимаемся по обычной школьной программе. Вы же видели, как трудно ему это даётся. Только после того, как станет ясно, что новенькие остаются, мы возвращаемся к занятиям с кошками. Некоторые ученики возвращаются домой без какого-либо кошачьего обучения.

Генри смущённо провел рукой по волосам.

– Значит, больше никакой орфографии и математики?

– Не бойся, Генри, – успокоил его Горацио. – Твой любимый предмет останется, но его будет вести другой учитель. Уверен, что ты будешь в восторге!

Дверь осторожно отворилась, и в класс вошла светло-коричневая кошка, которая целеустремлённо направилась к столу Горацио, не взглянув ни вправо, ни влево.

– Мелония! – радостно воскликнул Горацио и пошёл ей навстречу.

Мисс Мелония не выказала никакого волнения. Трудно было определить, была ли она старой или молодой. У неё была отличная осанка, а её длинная шерсть ниспадала идеальными волнами по всему телу. Она подошла к столу и повернулась к ученикам, однако её большие красивые глаза были устремлены в одну точку вдали.

– Мисс Бридж познакомит вас с миром кошачьего этикета, – объяснил Горацио. – Она является признанным экспертом в своей области и уже много лет обучает молодых кошек, которые хотят жить при дворе. Уверен, что она и вас сможет многому научить.

Горацио схватил свою наспех собранную стопку бумаг и вышел из класса. Дети всё ждали, когда мисс Мелония Бридж наконец что-нибудь им скажет.

Но она по-прежнему смотрела в ту же точку над дверью, где краска отслаивалась от стены.

– Мисс? – наконец спросила Риа. – Можем ли мы и на ваших уроках рисовать?

Новая учительница медленно повернула голову в сторону Риа.

– Ты проиграла, – сказала она строгим, но дружелюбным голосом.

Риа и другие ученики с недоумением посмотрели на кошку. Что всё это значит?

– Вы здесь недавно, – сказала мисс Бридж, – но тем не менее вы должны знать основное правило при первой встрече с кошкой: тот, кто заговорит первым, проиграл.

Мисс Бридж затряслась от смеха, когда увидела перед собой ошеломлённые лица учеников.

– Я просто хотела дать вам понять, что некоторые вещи среди кошек допустимы. Например, просто смотреть на кого-то. Мы, кошки, гордимся, тем, что нам не нужно моргать, в отличие от людей. Иногда мы даже проводим соревнования по гляделкам, которые длятся несколько дней, пока одна из участвующих кошек не упадёт от истощения. Но хватит об этом. Это ведь всего лишь одна из незначительных деталей. Давайте лучше начнём всё сначала.

Она сделала круг по столу и звонким голосом начала читать лекцию. Уже несколько минут спустя Нова успела забыть, что её учит кошка. Она узнала, почему незнакомым котам всегда следует сначала дать понюхать руку и что кошек нельзя гладить или поднимать, не спросив. Мисс Бридж объяснила, что большинство кошек считают человеческое чихание неприятным, а громко хвалить собаку, когда она находится рядом с кошкой, считается оскорблением.

Время пролетело так стремительно, будто во сне. К концу урока Нова могла различить по ушам десять пород кошек и знала, что коты любят иностранные языки, поэтому какое-то время при английском дворе было принято здороваться и прощаться по-итальянски.

Вдруг Эд начал что-то нашёптывать Саиду.

Мисс Бридж посмотрела в их сторону и прищурила глаза:

– Никогда не стоит недооценивать исключительный слух кошек! Даже стены не являются препятствием для наших ушей. Кстати, я очень рада, что тебе, Эд, сегодня нравится даже такой скучный предмет, как кошачий этикет, и да – моя мама – рэгдолл[5]5
  Одна из кошачьих пород.


[Закрыть], – Она коротко рассмеялась, затем замолчала и опустила голову. По её словам, при дворе смеялись именно так.

Эд покраснел и пробормотал извинения.

Раздалось мяуканье часов перед классной комнатой, и мисс Бридж элегантно спрыгнула со стола.

– Было очень приятно с вами пообщаться, дети, – сказала она. – Уже не могу дождаться следующего урока с вами.

День, проведённый с Горацио, тоже отвлёк Нову от забот об Эдисоне. Она узнала, что существует не только английский, но и ирландский, шотландский и валлийский королевский двор. Последний, однако, было недавно отменён, потому что кошки в Уэльсе предпочли жить в условиях демократии и теперь сами выбирали своё правительство.

Она также узнала, что несколько лет назад король Фергус Финниган узурпировал власть в Шотландии. С тех пор он заставил некогда свободных котов искать в Шотландском нагорье золото и другие сокровища. Там всем кошкам было запрещено разговаривать с людьми под страхом высшей меры наказания. Шотландские Фелидиксы либо покинули королевство, либо были вынуждены скрываться. После всего, что Нова узнала, ей казалось очень вероятным, что король Фергус был заодно с ужасной Пенелопой.

После ужина Нова и Генри быстро попрощались под предлогом того, что хотели осмотреть раненого Эдисона.

К их разочарованию, он всё ещё не вернулся.

– Эдисон знает, что делает, – сказал Генри. – Тебе лучше лечь спать. Когда придёт Горацио, я скажу ему, что ты очень устала. А в полночь мы отправимся на плавучий дом. Может быть, Эдисон будет ждать нас там.

Нова согласилась. Конечно, Эдисон не собирался возвращаться в башню Горацио и привлекать сюда ещё больше кошек Пенелопы. Он наверняка появится на «Лунном свете» и поможет им открыть дверь, как велела ему его обожаемая Зия.

– Ты прав, – сказала она Генри почти радостно. – Сегодняшнее приключение он точно не пропустит!

21

Посреди ночи Нова и Генри снова прибежали к плавучему дому, залитому лунным светом. Но там не было ни следа Эдисона.

Нова так разволновалась, что ей было не до разговоров. Поэтому Генри взял на себя обязанность рассказать Шаяну об их успехе прошлой ночью и показать ему фальшивую дверную ручку, которую они нашли.

– Мы тоже не знаем, где находится Эдисон, – сказал Шаян. – Он был и остаётся одиночкой. Уличные коты не очень-то любят сотрудничать.

Тем не менее сомнение и беспокойство в его голосе были отчётливо слышны. Серый мех Шаяна раскинулся по мощному телу густыми пушистыми волнами, а его изумрудно-зелёные глаза сверкали в свете уличных фонарей.

– Вчера Эдисон позаботился о том, чтобы взять на себя удар кошек Пенелопы, – возразила Нова. – Я уверена, он сделал бы всё, чтобы быть здесь. Может быть, нам стоит…

– Я понимаю твои чувства, Нова, – прервал её Шаян, – но, к сожалению, у нас нет времени искать его. Эдисон знает, что нам срочно нужно заполучить настоящую ручку от камеры королевы Куинн. Я надеюсь, что и вы, ребята, это понимаете.

Генри кивнул. Нова стояла рядом с ним, недовольно скрестив руки на груди.

– Ладно.

Насторожившись, Шаян огляделся по сторонам.

– Идёмте! – прошептал он и запрыгнул на понтон.

Генри, не раздумывая, последовал за ним. Нова пригнулась и не прыгала, пока не убедилась, что за ней никто не наблюдает.

Держась за ржавые перила плавучего дома, она пошла за Шаяном и Генри на другую сторону «Лунного света». Под ними была тёмная и неподвижная Темза. Нова перевесилась через перила и посмотрела на две гордые башни Тауэрского моста, которые этой ночью сияли голубым светом. С деревьев на берегу до её слуха доносилось карканье ворон.

– Быстро! – крикнул Шаян.

Нова увидела, как он пролез через узкую железную дверь внутрь лодки, и последовала за ним. От неё исходил запах влаги, который смешивался с другим, очень знакомым ароматом. Генри был прав: Полуночные коты, по-видимому, пользовались духами. Нова подумала, что от Шаяна пахло как от букета полевых цветов. Генри, конечно, мог бы описать детальнее.

На полу каюты лежали одеяла и подушки, серые и неприглядные. Два кресла стояли перед телевизором, экран которого был разбит. Нове сразу бросилась в глаза корзина с несколькими щётками, которые выглядели так, будто ими можно было расчёсывать лошадей. Генри посмотрел в зеркало, прислонённое к стене и украшенное снаружи гирляндой.

– Мы смогли вполне удачно приспособить некоторые вещи, найденные на лодке, – объяснил Шаян. – Мебель отлично подходит для заточки когтей, ведь взобраться на мачту непросто даже для Полуночного кота. Даже лучшим альпинистам среди нас трудно подняться на самую вершину плавучего дома, поэтому важно поддерживать себя в форме, а для этого нужны ежедневные тренировки.

Нова взяла в руки одну из щёток. На гладкой стороне была выгравирована маленькая корона – символ Полуночных котов. Кроме того, на ней была петля, через которую кот мог просунуть лапу и привести себя в порядок.

– Только не думай, пожалуйста, что мы тщеславны, – сказал Шаян. – Мы представляем интересы королевы, поэтому всегда должны производить хорошее впечатление, даже в самой большой опасности.

Он посмотрел в сторону. Рядом с ним вдруг оказался большой рыже-коричневый Полуночный кот, которого они встретили ещё во время своего первого визита на лодку.

– Мы не скучаем по дворцу, – продолжил Шаян. – Нам не нужна роскошь или особая еда. Но важно, чтобы мы не забывали, кто мы такие: дворцовая стража королевы. – Он взглянул в зеркало и погладил себя лапой по правому уху. Затем он поднял голову вверх.

– Спасибо, что пришли, ребята. Вчера вы поступили очень смело! С каждым днём всё больше и больше сторонников Пенелопы прочёсывают улицы, пытаясь поймать последних Полуночных котов. Лиса чуть не попалась сегодня, но нас вовремя предупредили, – он повернул голову к кошке, стоящей рядом с ним.

Лиса была даже крупнее Шаяна и, если не приглядываться, вполне могла сойти за одну из лондонских городских лисиц. У неё были заострённые уши, тонкие лапы и проницательный взгляд. Нова почувствовала сильное желание погладить её, но теперь она знала, что Полуночные коты, как и большинство уличных, неохотно допускают прикосновения людей. Она прочитала это в одной из книг в библиотеке Горацио.

– Какая удача, – сказала Нова, приветливо кивнув Лисе. – Эдисон сказал нам, что в армии Пенелопы есть шпионка, которая помогает вам.

– Без Зии нас бы всех давно поймали, – вздохнул Шаян. – Ей следовало стать Полуночной кошкой. Она такая же сильная и неподкупная, как и мы.

Когда он сделал небольшую паузу, задумавшись, Генри прошептал:

– Оу, ещё один влюблённый…

– Только благодаря Зие, – продолжил Шаян, – мы узнали о ручке, подходящей к тюремной камере королевы Куинн, которую Пенелопа хранит как зеницу ока. Теперь вам остаётся только помочь нам подменить правильную ручку на фальшивую.

– Но как мы это сделаем? Она же носит её на шее, – спросила Нова.

– Сегодня вечером Пенелопа созывает большое собрание в своей штаб-квартире. Наша задача – сорвать мероприятие, отвлекая внимание. А вы сможете помочь Зие совершить подмену, – голос Шаяна звучал так безмятежно, будто это был пустяк.

Одно дело – найти секретные проходы на картах и спланировать прорыв. Заниматься всем этим по-настоящему казалось гораздо более опасным. Ещё вчера вечером, во время кражи, Нова задавалась вопросом, что произойдёт, если её поймают. Неужели Горацио просто отправит её обратно к приёмной матери? Да и вообще Нова не горела желанием идти в штаб-квартиру сумасшедшей повелительницы кошек и срывать с её шеи цепочку.

Она вспомнила встречу со сторонниками Пенелопы на Милл-лейн. Вспомнила и крики Полуночного кота Леандро, когда армия Пенелопы забрала его.

– Как ты собираешься её отвлечь? – спросила она.

Вместо Шаяна ответила Лиса:

– Больше всего на свете Пенелопа мечтает поймать всех Полуночных котов. Только тогда она сможет объявить о своей победе над королевой Куинн. Но сейчас им всё труднее выследить последних из нас. – Лиса подалась немного вперёд, и Нова смогла различить, как дрожат её усы. – Как вы думаете, что произойдёт, если Полуночный кот войдёт прямо на их собрание и предложит им бой?