Текст книги "Второй шанс для мачехи (СИ)"

Автор книги: Айли Иш

сообщить о нарушении

Текущая страница: 11 (всего у книги 13 страниц)

Глава 11

Этот вечер просто волшебный, Калистен весь в её полном распоряжении, они танцуют, шутят и хорошо проводят время. Альфидии кажется, что не существует причины, по которой они могут оторваться друг от друга.

– Графиня, граф, – маркиз Лере появляется рядом совершенно неожиданно, но Алифидия рада и его видеть, хоть он и вклинивается их внезапную атмосферу.

Обмен приветствиями и любезностями немного сбивают волшебство момента их единения с мужем, но графиня не расстроена. Ей нужна передышка, Калистен просто закружил ей в танцах.

– Прошу простить, граф, но у меня вопрос не требующих отлагательств, – прямо говорит маркиз, твёрдо смотря на мужа. – Я понимаю, что вы решили провести время с супругой, но и я вас не ради глупости беспокою. Мне хватит и получаса.

Калистен хмурится, он явно не хочет оставлять свою прекрасную жену одну.

– Иди, я пока передохну, – со спокойным сердцем отпускает его Альфидия.

– Я быстро вернусь, не скучай, – нехотя соглашается Калистен и уходит, всё же обеспокоенно обернувшись на жену.

Графиня дарит мужу уверенное улыбку. Ему не о чем беспокоиться. Что может с ней случиться среди большого количества знатных гостей?

И Альфидия остаётся одна посреди этого праздника. Некоторое время графиня осматривает взглядом зал и отправляется к фуршету, решив немного перекусить и выпить прохладительный напиток.

Графиня оставляет выбор на игристом напитке и фруктовом канапе. Она знает, что спокойно побыть в одиночестве ей точно не дадут, потому что многим любопытны их резко изменившиеся отношения с мужем, Альфидия уверенна в этом, ведь они впервые пришли вместе и весь вечер неразлучны были.

И Альфидия не прогадала, ей не дали и пяти спокойных минут, как рядом послышался женский голос.

– Здесь ты меня не выгонишь, Фида, – ядовито зашипела рядом сестра.

Графиня вздрогнула от неожиданности и удивлённо посмотрела на Верину, никак не ожидая увидеть сестру на этом балу, но ей было не интересно, как сестра получила приглашение.

Верина была облачена в откровенные серебристые одеяния. Не смотря на слишком открытый наряд, к сожалению, он не выглядел пошло на сестре, нет ей шло, она соблюла меры и оделась на грани. Все мужские взгляды точно были прокованы к ней.

– Верина, – Альфидия нервно сжала в руке бокал, пристально смотря на сестру. – Я же тебе сказала, что не собираюсь с тобой общаться. Это не значит, что ты можешь подойти ко мне везде, где тебе вздумается. Между нами всё кончено, меня не волнует ваша жизнь. Оставьте меня в покое.

– Ну что ты сразу озлобилась? – Верина подошла ближе, переходя на шёпот, чтобы любопытные уши не подслушал, – я может спокойно хочу поговорить. Откуда я могу знать, может твой муж принуждает тебя не общаться с семьёй?

Альфидия держала лицо, не позволяя эмоциям на нём отразиться. Нет, на них смотрят пристальные взгляды и Эрдман не даст им повода говорить о себе что-то неподобающее.

– Это мой выбор – прекратить общаться с вами, – твёрдо сказала Альфидия, смотря в глаза сестре.

Верина поморщилась и встала плечом к плечу, словно собиралась поведать сокровенную тайну.

– А вон тот человек сказал мне обратное, – и сестра кивнула в сторону.

Альфидия повернула голову, выискивая в толпе взглядом того, о ком говорила сестра. И не дрогнула, совсем нет, когда встретилась с яркой улыбкой Дедала. Этого стоило ожидать, что они уже спелись. Должно быть они уже решили заманить её в свои сети. Но в этот раз у них ничего не получится.

– Не понимаю, каким образом посторонние люди могут что-то знать о нашей семье? – Альфидия повернулась к сестре. – Тебе стоит поменьше слушать всякий болтунов, иначе когда-нибудь окажешься в глупом положении, Верина.

Графиня нервно отпила, потому что во рту стало сухо. Ей хотелось как можно скорее прекратить разговор с сестрой.

– Тебе тоже стоило лучше бы о себе заботиться, чтобы не оказаться в глупом положении, – гадкая улыбка расцвела на губах сестры.

Альфидии это не понравилось, она нахмурилась, смотря на сестру. Они уже что-то придумали? Что-то новое? Наверное, лучше стоило поискать Калистена и предупредить его, что что-то может затеваться. Его хотят отравить?

– Твои угрозы… – начала говорить Альфидия, но почувствовала, что голова резко закружилась. – Что?

– Сестрица, – Верина громко вздохнула, забрав у неё бокал, – тебе стоит быть полегче с напитками.

Альфидия моргнула, но перед глазами стало всё двоиться.

– Ты… мннм чт-то подспн, – язык стал заплетаться и не слушаться, Эрдман пошатнулась, но Верина оказалась с боку, ловко подхватив её и повела в сторону.

Альфидия хотела вырваться и сказать сестре, чтобы та оставила её в покое, но Верина крепко вцепилась в её руку и тащила за собой. На все вопросы посторонних Верина уверено отвечала, что графине стало дурно и они пошли на свежий воздух и в помощи не нуждаются.

Эрдман затащили по ступеням на второй этаж, но в таком состоянии сопротивляться не получалось. Почему никто не видит, что она не хочет с ней идти? Или всем всё равно? Кому вообще до неё может быть дело? В голове всплыл яркий образ мужа.

Да, если бы Калистен был тут, то он вступился бы за неё.

Верина вела её уверенно, будто знала маршрут, они прошли по коридору и сестрица завела её в одну из комнат, довела до диванчика и сбросила на него.

– Ты дорого заплатишь за свою дерзость, мерзавка, – довольно хмыкнула Верина и направилась к двери. – Я тебя так прославлю, дрянь! Твой муж тебе руки больше не подаст!

Альфидия услышала, как повернулся ключ в дверном замке. Она не знала, что задумала сестра, но чувствовал, что что-то нехорошее. Они хотят рассорить её с мужем? Она же почему-то упомянула Калистена. Но что может их рассорить? Нет ведь ничего, что могло бы между ними встать!

А потом холодок осознания пробежал по спине. Нет, они не посмеют, здесь, в чужом доме, где много гостей.

Альфидия ударила себя по щеке, но в чувство не привела, она с трудом встала и пошатываясь, сбивая всё на своём пути, дошла до окна, цепляясь за шторки двинулась вдоль, пока не наткнулась на балконную дверь и толкнула её.

В коридор идти бесполезно, Эрдман слышала, что сестра заперла её. Да и там она точно наткнётся на ловушку. Куда ей бежать?

Холодный зимний воздух приятно ударил в лицо, дышать стало легче, головокружение уменьшилось.

Эрдман вышла на балкончик. Её хотят опозорить. Альфидия уверена, что они решили запятнать её честь. Только публичная измена способна отвернуть от неё Калистена. А что, если он поверит, что она действительно способна это сделать? Нет, она ни за что в жизни не сможет его потерять! Не тогда, когда их отношения стали улучшаться.

Придерживаясь за перила, Альфидия посмотрела вниз. Если она прыгнет, то что-нибудь себе сломает. В крайнем случае прыгнет. Уж лучше сломать что-нибудь в теле, чем сломать её отношения с мужем.

Графиня повертела головой в разные стороны и заметила соседний балкончик, что был недалеко.

Слегка пошатываясь, продолжая держаться за перила, Альфидия направилась к нему. Расстояние между балконами и вправду небольшое. Она вполне может перелезть с одного на другой, только вот это головокружение и слабость не давали гарантии, что ей удачно удастся это сделать.

Но Альфидия не знала, сколько у неё времени и чего ожидать от подлой сестры.

Эрдман задрала юбку, чтобы перекинуть ногу через балкон. Её повело в бок, но Альфидия схватилась за стену, прижавшись к ней и пытаясь унять испуганное сердце. Она сможет, у неё получится. С трудом ей удалось перекинуть и вторую ногу, платье задралось на бёдрах спереди, частично накинутое на перила, а сзади тяжело свисало и тянуло назад.

– Давай, ты сможешь, – тихо прошептала Эрдман, пытаясь справиться с головокружением и подступившей тошнотой.

Сперва нужно ногой попытаться дотянуться до соседнего балкона. Но нога соскользнула и с визгом Альфидия сильнее вцепилась в балкончик, навалившись на перила грудью, потому что немного съехала вниз. Нужно подтянуться на руках и встать, а потом…

Чьи-то крепкие руки обхватили её за талию и Альфидия взвизгнула во всё горло, когда её потянули назад, перила выскользнули из пальцев. Эрдман затащили на второй балкончик и резко крутанули.

Графиня замерла, смотря в грозовые глаза своего мужа.

– Какого чёрта, Альфи? – одновременно зло и испуганно прозвучал его голос.

– Калис, – графиня вцепилась в мужчину, будто до конца не могла поверить, что видит его перед собой.

Ноги дрожали, не привыкнув к устойчивой поверхности. Она в безопасности, здесь её муж, всё будет хорошо. Да, всё будет хорошо, ведь рядом Калистен и он точно на её стороне и он не посмотрит безразличным взглядом на то, что с ней что-то не так.

– Альфи, – граф обхватил её лицо, пристально вглядываясь в широко раскрытые глаза, – ты что делаешь? Ты ведь… ты же могла упасть, ты могла свернуть себе шею!

Альфидия почти физически ощутила страх мужа. О, она прекрасна знала это беспокойство за чужую жизнь, всепоглощающий страх потери. И то, что он так переживал за неё, приносило странное удовлетворение, это было одним из важных показателей, что она важна для него.

Графиня спешно сглотнула, хватаясь за его руки, потому что её повело.

– Они хотели… они всё подстроили, Калис, – нервно зашептала Альфидия, пытаясь собраться с мыслями, язык всё ещё не слушался, но она хотя бы могла говорить, пусть и немного растягивала слова. – Они подстроили, я не ожидала…

Хотелось рассказать ему всё, поделиться своими мыслями, чувствами, переживаниями, но из-за этого состояния ей с трудом давалось донести элементарное.

– Кто и что подстроил? – требовательно спросил Калистен.

– Сестра… что-то подсыпала в напиток, – пыталась объяснить графиня, ведь она совершенно этого не ожидала, что Верина и вправду решиться совершать такую глупость при большом количестве людей вокруг!

– Что? – сталь зазвенела в голосе мужа.

Альфидия видела, как напряглась его челюсть, всё тело напряглось, словно он был в шаге от того, чтобы броситься к её обидчикам и расправиться с ним.

– В напиток, – графиня нервно сглотнула и поспешила рассказать всё-всё, – отвела меня в комнату, я не смогла сопротивляться, мне… я… Сил не хватило. Она закрыла меня там и хотела привести Дедала….

Калистен застыл, кажется, позабыв как дышать. Одного этого имени было достаточно для того, чтобы он всё понял. Но понял ли её муж всё правильно?

– Я не смогу объяснить, но поверь, я знаю, что они хотели скомпрометировать меня, чтобы ты отвернулся и никогда больше…

Альфидия задохнулась в собственных словах. Говорить о таком было страшно. Она помнила молчание мужа после своего признания и уже это болезненно отозвалось в ней, а что будет, если Калистен навсегда захочет вычеркнуть её из своей жизни? Сейчас Альфидия не в том состоянии, чтобы как-то аргументировано донести свою позицию, почему она решила, что будет именно так, её всё ещё держало в плену это противное состояние и слабость. Но поверит ли её муж, поймёт, что она говорит правду? Про ловушку, про коварный замысел, про попытку их поссорить.

– Калис, я бы никогда, я бы ни за что… – сбивчиво пыталась донести до него Альфидия.

– Я верю тебе, Альфи, – он прижался своим лбом к её лбу, заглядывая в глаза.

Графиня нервно сглотнула и расслабленно выдохнула. Этих слов было достаточно, чтобы державшее её оцепенение отпустило.

– Они заплатят за это, Альфи, я клянусь тебе, – пообещал муж, заключая в нежные объятия. – Ты замёрзла, пойдём зайдём.

– Калис, – Альфиия лишь вцепилась в него, не двигаясь с места, в таком состоянии она не чувствовала холода, но только сейчас заметила что изо рта выходит пар. – Ты правда веришь мне? Я бы никогда с ним… я бы спрыгнула с балкона, чем позволила бы ему…

– Альфи, – в голосе Калистена послышался неподдельный испуг.

– Ты правда должен мне поверить, что ни один мужчина, кроме тебя, что никто… – она задохнулась в своих словах, не зная, как ему признаться. Как произнести то, что не умела произносить.

– Я верю, я тебе верю, – спешно стал заверять её Калистен. – Только пожалуйста выброси из своей замечательной умной головы мысли о прыжках с балкона, лучше пырни того, кто попытается к тебе прикоснуться, отрави ядом, что угодно, я разберусь с телом, только не рискуй своей жизнью

– Но Калис…

– Альфи, ты не понимаешь? – он притянул её ближе, вновь близко, заключая в бережное кольцо рук и смотря прямо в глаза. – Я люблю тебя, Альфи. Я безумно люблю тебя.

У неё перехватило дыхание и она уставилась на мужа, не в силах что-то сказать. Что-то тёплое затопило её сознание, пронеслось по всему телу живительной волной, заставляя сердце ускорить свой бег.

Он её любит? Разве может Калистен любить такую, как она? Без сомнений поверил во всё, что она сказала, полностью ей доверяет. Он на её стороне. Всегда был, есть и будет.

– Калис…

– Граф, – резко перебил Эрдман.

– Граф? – недоуменно переспросила Альфидия.

– Да, – довольно выдохнул Калистен ей в губы, лицо его неожиданно оказалось близко, – мне просто был нужен повод, чтобы ты сильно не возмущалась.

И поцеловал её. Напористо, страстно, притягивая к себе крепко, чтобы плотнее соприкасаться телами, одну руку запустил в её волосы, придерживая затылок и оставляя голову в нужном положении, чтобы углубить поцелуй.

Альфидия затрепетала, но сама обняла мужа за плечи, отвечая на поцелуй. С этим поцелуем и признанием, пережитый страх ушёл, ведь Калистен полностью на её стороне, он её любит, только что подарил ей своё сердце, а всё остальное резко стало неважно.

Они долго целовались на балконе, Альфидия даже начала чувствовать, что начинает замерзать, супруги одновременно вздрогнули, когда балкона дверь открылась и к ним в уютное уединение шагнула вдова Шаудер, разбивая их интимную атмосферу.

– Ох, вот же страсти, – лукаво улыбнулась старушка, поправляя свои волосы и кутаясь в тёплую накидку. – А все ищут графиню Эрдман, говорят, что она уединилась с каким-то мужчиной и творит непотребства. Удивительно, что слухи оказались правдивы.

– Что… – Альфидия дрогнула, вцепившись в Калистена, как в спасение.

– Эх, если бы хоть один мой муж так меня целовал, – мечтательно протянула женщина, смотря на диск луны, – я б ещё жила и жила счастливой супругой.

Она вдруг бросила на них быстрый взгляд и усмехнулась, словно застала неловких подростков за первым поцелуем.

– Граф, вы бы завели жену в тепло, не ровен час простынет.

– Вы правы, – согласился Калистен и потянул графиню в комнату.

Тепло обрушилось неожиданным жаром, а потом резким холодом в теле. Альфидия только сейчас поняла, что дрожит.

Калистен усадил жену на диванчик, накинул ей что-то на плечи и стал поочерёдно растирать замёрзшие руки, прогревая каждый пальчик.

– Сейчас ты отогреешься и мы поедем домой, – пообещал Калистен.

Альфидия заторможено кивнула. Ей самой очень сильно хотелось домой, а ещё больше – оказаться наедине с мужем, без пристального чужого внимания, где никто точно не сможет им помешать.

– Можешь не переживать, моя прекрасная жена, твоя честь не будет запятнана, – тёплая ладонь Калистена нежно погладила её щёку. – Только вот, боюсь слухов о твоём неподобающем поведении на балу с собственным мужем не избежать.

– Я надеюсь, что они не будут сочинять дурацких стишков про целующуюся графиню на балконе, – удручённо выдохнула Альфидия и привалилась к плечу мужа.

– Звучит очень даже заманчиво, – рассмеялся Калистен.

Но жена явно не разделяла с ним этого веселья, ведь для неё это всё звучало очень ужасно.

Вдова вышла с балкона, окинула супругов лукавым взглядом и направилась на выход, явно разносить новые подробности и сплетни.

– Может, вызвать лекаря? – приобняв жену за плечи, Калистен посмотрел в лицо жены, пытаясь определить её состояние.

– Нет, просто хочу домой, – отказалась графиня.

– Я даже на минуту теперь боюсь оставить тебя одну, – Калистен нежно поцеловал жену в лоб. – Но раз ты хочешь домой, то я сейчас же этим займусь.

Эрдман больше не желал, чтобы его жена оставалась одна, поэтому попросил вдову побыть с ней, пока Калистен занимается экипажем. Любопытная женщина не отказала и засыпала Альфидию неуместными вопросами, но графиня была так счастлива от того, что страшное обошлось и Калистен признал ей в любви, что даже не обиделась и не расстроилась. Она всё ещё прибывала там, на балконе, в его крепких руках и слышала его слова. Он любит её! Любит!

Как только Эрдман забрался вслед за женой в карету и сел напротив, Альфидия почувствовала, что её отпускает.

Они тронулись в путь и графиню немного качнуло в бок и она начала заваливаться, Калистен тут же сел рядом, прижимая к своей груди жену, и Альфидия закрыла глаза, наслаждаясь мерным покачиванием экипажа.

– Ты спишь? – осторожно спросил Калистен, поглаживая жену по спине, словно черпая от одного этого действия умиротворение.

– Нет, – в темноту ответила графиня, чувствуя, что сейчас между ними вновь возникает это волшебное чувство единения, словно они вдвоём, а весь мир там, за пределами их личного пространства.

– Как себя чувствуешь? Может, тебе вызвать лекаря?

– Я, конечно, слаба, но лекаря не надо, лёгкое недомогание, но надеюсь, что оно пройдёт.

– Тогда как приедем, отправимся спать, тебе нужно будет набраться сил, – мягко сказал Калистен.

Альфидии совсем не понравились эти слова, более того, они вызвали в ней протестное раздражение.

– Я требую, – она подняла голову и посмотрела мужу прямо в глаза, – чтобы ты исполнил супружеский долг.

Брови графа удивлённо взметнулись вверх, а затем он улыбнулся так широко, что внутри аж полоснуло всепоглощающим счастьем.

– Альфи, – муж осторожно убрал волосы от её лица, огладив овал лица, – ты не представляешь, насколько опасные слова произносишь.

– Ты вернулся уже давно и у нас ни разу… – графиня запнулась, опустила взгляд ему на грудь, краснея и нервно облизывая губы. – Ты же сам сказал, что теперь всё будет по другому, так почему…?

– Альфи, – Калистен приподнял лицо жены за подбородок, чтобы смотреть ей в глаза. – Ты действительно не понимаешь?

– Нет, – прямо сказала графиня.

– Ты была не готова всё это время, я же видел, – граф наклонился и мягко поцеловал жену в носик. – Я не хочу, чтобы ты себя заставляла, для меня будет невыносима только мысль, что ты принудила себя, будто я какой насильник.

– Но раньше так оно и было, – просто сказала Альфидия, не собираясь убегать от неприятной правды. – Я ложилась с тобой, потому что так надо было, а не потому что так хотелось.

– Да, – грустно улыбнулся граф. – Но то было раньше, Альфи, тогда мы просто делали то, что от нас требовал закон, не заставлял тебя больше нужного. Но сейчас… сейчас я люблю тебя, сейчас я не отношусь к тебе как к жене, с которой должен жить по закону, теперь ты любимая женщина, которую я желаю, которую хочу баловать и любить. Ты не обязана чувствовать ко мне любовь, но и переступать через себя, чтобы удовлетворить меня, тоже не нужно. Поверь, близость может быть приятной даже без любви. Это будет не тем, что у нас было раньше и я доставлю тебе удовольствие.

Альфидия слушала, задержав дыхание, щёки уже просто пылали в темноте, а жгучие предвкушение свернулось клубком внизу живота и жалило.

– Тогда, – она спешно облизнула сухие губы, – тогда покажи мне это, Калис, покажи какой приятной может быть близость. Я никогда не… не было у меня такого опыта. Если это так же прекрасно, как твои поцелуи, то я согласна.

– Не искушай меня, – хрипло попросил граф, опустив взгляд на приоткрытые губы. – Я не хочу, чтобы наш настоящий первый раз, полный любви и страсти, проходил когда ты так слаба, тебе нужно набраться много сил, Альфи, потому что одним разом я не ограничусь.

Графиня порывисто выдохнула и привстав, попыталась поцеловать мужа, но качнулась и ткнулась губами ему в подбородок и лицом сползла на грудь.

– Какая же ты нетерпеливая, – рассмеялся довольный Эрдман и посадил жену себе на колени.

Альфидия тут же обвила его шею руками, такое положение вещей ей нравилось ещё больше.

– Калис, я тоже тебе должна сказать, – графиня нервно выдохнула и попыталась собраться с мыслями и призвала всю свою храбрость, – я тебя…

Калистен прижал палец к её губам.

– Тшши, моя прекрасная жена, сейчас не время откровений, – граф мягко погладил её волосы, – ты должна говорить только тогда, когда действительно хочешь об этом рассказать.

Альфидия согласно кивнула. Да, она трусила, терялась и не знала, как собрать себя для признания. Возможно, ей требуется чуть больше времени, чтобы рассказать мужу о своих чувствах, но граф Эрдман обладает невероятным терпением, поэтому он сможет подождать.

– Тогда поцелуй меня, – требовательно попросила Альфидия.

– Если моя графиня этого желает, – покорно согласился Калистен.