Текст книги "Операция: Няня, или Как украсть сердце и артефакт (СИ)"

Автор книги: Аврора Орлова

Соавторы: Элси Харт
сообщить о нарушении

Текущая страница: 9 (всего у книги 13 страниц)

– К тому же, – весело продолжила я, – леди Беатрис итак уже досталось…

– Мисс Лайла? – голос магистра Кейна заставил меня вздрогнуть. Как давно он стоит в дверях? Почему мы его не заметили? И зачем я сказала последнюю фразу!

Магистр хмурился, и я решила, что сейчас получу взбучку за то, что натворила с Беатрис. Как бы не отослал меня вон! Сделав глубокий вздох, я медленно пошла к магистру, виновато опустив голову. Совсем как когда матушки ловили меня на проделках и вызывали на воспитательные беседы в главный кабинет, где мне предстояло выслушать часовую лекцию и после отрабатывать свою шалость, чтобы неповадно было творить такое снова. К слову, мои проделки никогда не повторялись. Как и у детей магистра, у меня была прекрасная фантазия, и выдумать что-то новое не представляло сложностей.

Жаль, магистр – это не матушка. От его решения сейчас зависит не просто моя жизнь, а целый приют.

Глава 21. Признание

Глава 21. Признание

Кейн

Успокоив разъяренную Беатрис, а вернее, ее брата, потому что на Беатрис, по большому счету, мне было плевать, я направился к Лайле. Открыв дверь в комнату мальчиков, я увидел странную картину – Дракс стоял, прислонившись к Лайле, и, кажется, плакал. Первым порывом было войти и узнать в чем дело, но что-то меня остановило, и я стал свидетелем их разговора. Какую же горечь я почувствовал от его слов! Мои собственные дети страдают у меня под носом и ставят под сомнение то, что я люблю их больше всего на свете! Столько разных эмоций обуревало меня в тот миг, что я с трудом сдержался, чтобы не выдать своего присутствия. А когда Лайла запретила им вредить Беатрис и Дракс послушался, я застыл уже от удивления. Мой Дракс, непослушный, упрямый сын, согласился с няней!

Когда же Лайла сказала о Беатрис, я, наконец, нашел в себе силы прервать их разговор и позвал ее, сделав самый непринужденный вид, какой мог, надеясь, что Дракс не поймет, что я стал свидетелем его недавних слез. Об этом поговорю с ним позже, наедине.

– Мисс Лайла? – позвал я. Девушка вздрогнула, а потом поплелась ко мне с таким несчастным видом, что я почувствовал себя последней сволочью. Неужели она считает, будто я устрою ей выволочку за Беатрис?

Но, похоже, именно так она и думала, потому что до самого кабинета хранила молчание, не поднимая на меня глаз. Я с трудом удержался, чтобы не успокоить ее, в конце концов, она действительно лишь прислуга в моем доме и обращаться с моими гостями, даже если это столь неприятные гости, как Беатрис, должна уважительно. Никому не повредит немного размышлений о своем проступке.

– Мисс Лайла, – закрыв за ней дверь, начал я, с сожалением, уловив, как напряжена наша няня. – Я бы хотел поговорить с вами о предстоящем вечере.

Она, наконец, посмотрела на меня. В ее взгляде читалось одновременно удивление и облегчение. Как же захотелось коснуться ее щеки, сказать, что я вовсе не сержусь, и стереть это новое, совсем не шедшее ей выражение отчаяния с ее лица!

– Э-э, хорошо, магистр, – осторожно отозвалась она. – Наверное, вы хотите, чтобы я не приходила?

Всемогущие Боги! Как она могла такое подумать? С удивлением я вдруг осознал, что вечер без нее потеряет всю свою ценность. Но не говорить же ей этого, в самом деле! Подбирая слова, я сказал:

– Нет, напротив, я бы хотел, чтобы вы обязательно были. Кто же лучше вас проследит за детьми? – я постарался, чтобы тон мой звучал легко, но это не подействовало. Лайла продолжала смотреть на меня с каким-то странным выражением, которое я никак не мог разгадать.

– А вы не боитесь, что я снова… Не справлюсь? – тихо спросила она.

Ох, черт! Вот что ее волнует! Треклятая Беатрис!

– Боюсь, – честно ответил я. – Но я буду рядом и помогу вам, если что-то подобное вдруг снова произойдет. Обещаю.

Наконец-то ее взгляд просветлел. Она даже улыбнулась, по-детски открыто и доверчиво.

– Правда?

– Конечно! Я не привык бросать слова на ветер. Но поговорить я хотел о другом.

Она тут же сникла, и я проклял себя в который раз за то, что вызываю в ней неприятные чувства. И замялся, не зная, как лучше подойти к следующей части разговора. К той части, ради которой я ее и позвал. Словно окунаясь в ледяную воду, я быстро сказал:

– У вас найдется подходящий наряд?

Как же непросто мне было задать этот вопрос! Я боялся, что могу ее обидеть, но еще больше боялся, что она будет чувствовать себя неудобно на вечере в своем простеньком платье.

Лайла наморщила лоб, о чём-то раздумывая. Потом, будто решившись, быстро сказала:

– Могу я говорить начистоту? – и, не дожидаясь ответа, продолжила. – Я совсем не светская леди, магистр, как вы, должно быть, догадались. Я много времени проводила с детьми, умею хорошо с ними ладить, но никогда не была в свете. И няней, до вас я тоже никогда не была, – она смущенно потупилась. – И я совсем не разбираюсь в нарядах! Я даже не могу определить, какое из моих платьев будет уместно надеть на сегодняшний вечер. Простите, магистр Кейн, наверное, будет лучше, если я вовсе не приду. Кара прекрасно справится без меня. И я пойму, если вы захотите отправить меня обратно в приют.

Что ж, я догадывался, что Лайла не работала няней. Ее признание не было сюрпризом, но сейчас меня это совсем не волновало.

– Я настаиваю на том, чтобы вы пришли на сегодняшний ужин. Если хотите, приглашаю вас лично. И няни лучше у нас еще не было.

Ее волосы окрасились сначала в красный, потом в оранжевый. Я даже привык к этой милой особенности, больше того, теперь я хотел увидеть все оттенки ее настроения, особенно когда сам становился причиной столь яркого их проявления.

– Спасибо, магистр Кейн! Вы не представляете, насколько это для меня важно! – она говорила искренне, я бы почувствовал ложь, но ее глаза наполнились слезами, и в них мелькнуло отчаяние. Я решил не разбираться в этом сейчас и деловито сказал:

– Кара подберет вам наряд. Не возражайте, у моей покойной жены осталось много платьев, которые она не успела надеть. Вы одной комплекции, думаю, вам подойдет. Жду вас вечером, мисс Лайла. И… Спасибо.

Она не стала ни спорить, ни уточнять, за что я ее благодарю, только странно на меня посмотрела и вышла, но осталась в моих мыслях.

Отдав распоряжения по поводу предстоящего вечера, я вернулся к друзьям. Беатрис с ними не было, чему я был очень рад. Алекс с Эриком принялись подшучивать надо мной, друзья слишком долго и хорошо меня знали, чтобы не заметить особого отношения к Лайле. Я старательно уходил от насмешек, переводя разговоры в другую сторону, но это никогда не помогало.

Мы обсудили последние новости, я поделился трудностями с артефактом, намекнув, что в ближайшие дни не смогу уделять внимания гостям и заранее прошу за это прощения. Благодаря Лайле я нашел ошибку и работу планировал закончить через пару дней. А потом явилась Беатрис и все испортила. Переменив наряд и взбив волосы в какое-то невероятное сооружение, теперь она напоминала экзотическую птицу, чудом залетевшую в наши края. Бросив томный взгляд в мою сторону, она села в кресло напротив и сказала:

– Надеюсь, ты наказал свою няньку? Тебе бы следовало вышвырнуть ее вон!

– Прошу простить, Беатрис, но позволь мне самому решать, что делать в собственном доме, – отрезал я.

Она вспыхнула, но очень быстро переменила тон, расплываясь в улыбке:

– Кини, дорогой, я прекрасно понимаю, как тяжело сейчас найти прислугу, особенно няню для сразу четырех отпрысков! Я погорячилась, конечно же, пусть остается, кто-то ведь должен о них заботиться. А тебе надо подумать о себе, мужчине не пристало быть одному, рядом должна быть женщина! Алекс, Эрик, вы согласны?

– Беатрис права, – подхватил Эрик, заслужив от меня уничтожающий взгляд. – Я вот с постели не встану, если под рукой не окажется красивой девицы, – и друг расхохотался своей пошлой шутке, вызвав у Беатрис брезгливую гримасу.

– Кейн – уже большой мальчик, отстаньте от него, – перебил Эрик, – давайте лучше прокатимся на озеро, страсть как хочу искупаться! Беатрис, милая, ты ведь нас извинишь?

Беатрис надула губы:

– Мне будет скучно! Вы должны остаться здесь!

– Обещаю, мы все возместим вечером, – чмокнул ее в щеку братец, и мы направились в конюшню. Я и сам был не прочь понырять, а еще больше не против оказаться подальше от Беатрис.

На озере мы пробыли до самого вечера и вернулись в замок незадолго до ужина, чтобы успеть переодеться и привести себя в порядок. Когда Айворн в своей невозмутимой манере сообщил что гости уже собрались, я спустился вниз и в коридоре столкнулся с детьми и… На миг я растерялся, сердце остановилось в груди, и я забыл, как дышать. Держа на руках Саэ, вполоборота ко мне стояла Лианора! Дети окружили ее, совсем как прежде, что-то наперебой рассказывая, а она отвечала им, по-матерински нежно касаясь их волос и поправляя костюмы. Я словно вернулся на четыре года назад, моя семья снова была полной!

– Папа! – воскликнула Эли, и наваждение спало. Лианор обернулась, и я понял, что это Лайла. Прекрасная, в очень шедшем ей зеленом платье моей Лианор, с убранными в изящную прическу волосами, она робко улыбнулась мне.

Прочистив горло, я с трудом удержался, чтобы не подать ей руки, вместо этого взял ручку Эли, которая тоже выглядела прелестно, кивнул по-взрослому собранному Драксу, смеющемуся Томену, и повел всех в зал.

– Что за прекрасную незнакомку ты к нам привел? – с восторгом встретил нас Эрик, мигом подлетев к Лайле, и поцеловал ей руку, вызвав у меня жгучее желание съездить ему по лицу. – Мисс Лайла, вы просто очаровательны! – продолжал он, – чур все танцы мои!

– Не забывай, что мисс Лайла здесь всего лишь няня, – отрезал я, даже на секунду не желая представлять ее в танце с кем-то кроме меня.

Лайла покраснела, отдернула руку и обиженно поджала губы. Что ж, я был готов стерпеть ее обиду, лишь бы она не сближалась с Эриком. Эрик же ухмыльнулся, подмигнул Алексу и вернулся за стол.

Беатрис, разряженная в алое платье с перьями, недовольно поджала губы, увидев Лайлу и детей, и я понадеялся, что этим все и обойдется. Лайла же, казалось, не замечает Беатрис, она устроила детей, села сама и непринужденно болтала с Эриком и Алексом, будто была знакома с ними по меньшей мере сто лет. На меня она тоже не смотрела, намеренно игнорируя мои взгляды. Обиделась. Что ж, справедливо.

Когда с ужином было покончено, Айворн пригласил музыкантов, и Алекс немедленно пригласил Лайлу на танец. Не отдавая себе отчета, я скрипнул зубами, так сильно сжал челюсти, увидев, как легко, пусть и совсем неловко, она порхает в его объятиях. Беатрис вопросительно смотрела на меня, явно ожидая приглашения, но я подхватил Саэ и закружил с малюткой по залу, намеренно стараясь держаться рядом с Лайлой. Дракс кружил Эли, кажется, дети были довольны вечером, Томен развлекался, рассматривая музыкальные инструменты, его всегда привлекала музыка. Эрик пригласил недовольную Беатрис, и они тоже закружили по залу. Конечно, с детства посещавшая балы Беатрис танцевала куда изящнее Лайлы, но как же различалось выражение их лиц! Холодное и злобное против открытой и искренней улыбки. Лайла наслаждалась танцем, и просто смотреть на это было приятно, словно я сам погружался в ту пору, когда незначительные радости ощущались остро и полно, и теперь чувствовал так же. Я завидовал Алексу, хотел бы я сейчас быть на его месте и смотреть Лайле в глаза, ловить искорки веселья, любоваться вблизи изгибом губ, ощущать под рукой тепло ее тела и вдыхать аромат волос.

Музыка сменилась на более быструю, мы ускорили темп, и тут Беатрис поставила подножку Лайле! Девушка не удержалась и шлепнулась на пол, Алекс, потеряв равновесие и едва удержавшись на ногах, чуть не налетел на нее сверху. Беатрис победно ухмыльнулась. Музыка смолкла, мы собрались вокруг Лайлы, которая беспомощно сидела на полу, держась за лодыжку, и чуть не плакала.

– С вами все в порядке? – спросил я, присаживаясь рядом.

– Лайла! Что с твоей ногой? – обеспокоенно спросил Дракс.

– Алекс, почему ты ее не удержал, как так вышло? – спрашивал уже Эрик.

Почти не слышал их, полностью поглощенный Лайлой.

– Проклятые каблуки, – тихо застонала она, – Магистр Кейн, пожалуйста, помогите мне встать!

Я выполнил ее просьбу и, подхватив за талию, поднял, но стоило ей поставить правую ногу на пол, как она тут же болезненно охнула.

– Позови слуг, пусть уведут ее отсюда, – приказала Беатрис, – не портить же вечер из-за какой-то няни!

Скорее почувствовал, чем увидел, как начинают дрожать вещи вокруг. Волосы Лайлы сменили цвет на ядовито-зеленый, она стиснула зубы, явно пытаясь сдержать магию, так и рвавшуюся наружу. Я даже загордился ею, всего пара дней, а она уже может хоть как-то себя контролировать

– Дышите, – шепнул я ей на ухо, мягко подавляя ее магию своей. Она захлопала ресницами и виновато посмотрела мне в глаза. Именно в тот момент я понял, что эта девушка значит для меня куда больше, чем я считал. Я был готов перевернуть мир, чтобы она всегда смотрела на меня вот так, словно я ее защитник, ее надежда, ее любовь? Возможно ли, чтобы она меня полюбила?

– Да что вы с ней возитесь! – закричала Беатрис, – Айворн! Уведи эту… куда-нибудь! Я сразу говорила, что прислуга должна знать свое место!

Жестом остановил поспешившего к нам Айворна, подхватил Лайлу на руки и понес ее прочь, не слушая вопли Беатрис. Дети шли следом, молчаливые и обеспокоенные. Маленькая мисс Лайла! Как же ей удалось всего за несколько дней приручить целое семейство?

Я отнес ее в комнату, велев Айворну вызвать врача, затем отвел детей в детские, оставив их под присмотром Кары и пообещав сразу же сообщить, что с Лайлой, как только приедет врач. А сам вернулся к друзьям, застав одного лишь Алекса.

– Эрик увел Беатрис, велел ей утром возвращаться домой. Слышал бы ты скандал, который он ей устроил! – пояснил Алекс на мой немой вопрос. – Как наша няня? Ой, да не меняйся ты в лице, не наша, твоя! – усмехнулся он.

– Я и не…

– Кини, Кини, – прервал меня друг, – я знаю тебя с пеленок. Да тут и знать не нужно, достаточно увидеть, как ты пожираешь ее глазами. Эта мисс Лайла для тебя не просто няня. Но о чем ты думаешь? Правитель никогда не разрешит тебе жениться на ней, а просто так пользовать такое сокровище… Ни за что не поверю, что ты на это способен.

– Ты говоришь ерунду! – вскинулся я, прекрасно понимая, что Алекс прав. Во всем прав.

– Ты же знаешь, я всегда на твоей стороне. И девчонка-то отличная! Боги, я бы сам на такой женился, красотка, без этой надменности, что так любят девицы из света, а как с ней легко говорить! Представляешь, она не морщила нос и не закатывала глаза, даже когда я рассказал ей неприличную историю про ту замужнюю даму из Фестерра, она хохотала! Сокровище, а не женщина. Но ты не смеешь с ней так поступать. Будь паинькой, отошли ее, пока все не зашло слишком далеко. Она ведь тоже к тебе неравнодушна, не порти ей жизнь.

Тон Алекса стал серьезным. Он вертел в руках бокал вина и сверлил меня взглядом в ожидании ответа. Челюсть плотно сжата, а в глазах горит негласное предупреждение. Этакий воин на страже прекрасной девы.

– А если уже поздно? – тихо спросил я, признаваясь больше самому себе – Если я уже не могу от нее отказаться?

Так и было. Может, мне было нужно услышать это со стороны, но сейчас я понял, я хочу видеть ее рядом, хочу быть с ней. Хочу, чтобы она стала настоящей матерью моим детям. Хочу провести с ней свою жизнь. Да я готов даже с самим Верховным Правителем биться за право просто находиться рядом с ней.

– Тогда ты влип, приятель, – со вздохом отозвался Алекс.

Глава 22. Пора очнуться

Глава 22. Пора очнуться

Лайла

Когда Кейн опустил меня на кровать, пообещал вернуться с врачом и вышел, закрыв за собой дверь, я принялась прокручивать в голове события сегодняшнего вечера. А ведь все так прекрасно начиналось! Кара помогла нарядить детей так, что девочки выглядели как настоящие принцессы, а в мальчишках, одетых в праздничные костюмы, никто бы не заподозрил маленьких хулиганов.

После того как дети были готовы, Кара принялась за меня. О-о, матушке Клэр с ее мастерством пытать меня юбками было далеко до Кары! Столько одежды сразу я никогда в жизни не надевала. Сколько всего нужно даме на светском приеме! Но хуже всего корсет! Вот уж орудие пытки, я умоляла Кару позволить мне обойтись без него, но она была непреклонна.

– Хозяин приказал нарядить вас как положено, а корсет положен, – твердо заявила она, а я еле сдержалась, чтобы не съязвить на тему того, что таким тоном ей следовало бы говорить с детьми, тогда бы они не посмели ее ослушаться. Я вот не посмела, особенно когда она затянула на мне корсет так, что вдохнуть было трудно. А потом еще сотня юбок, чулки и платье. О-о, платье было великолепно! Когда Кара закончила колдовать над моей прической и позволила мне, наконец, посмотреть в зеркало, я себя не узнала. Я и подумать не могла, что могу выглядеть настолько привлекательной.

– Ах, мисс Лайла, вы как настоящая леди! – с восхищением всплеснула руками Кара, отступая на шаг и разглядывая меня как картину. – И так похожи на мисс Лианор!

А вот это мне уже не понравилось.

– Как ты думаешь, Кара, – с тревогой спросила я, – Дети не разозлятся, когда увидят меня в платье своей матери?

Но Кара лишь махнула рукой.

– Это платье бедная мисс не успела надеть ни разу, так что не беспокойтесь.

Не успела она договорить, как в дверь постучали, и когда я ее открыла, увидела моих сорванцов в полном составе.

Дракс, открывший рот, чтобы что-то сказать, замер. Эли и Саэ захлопали в ладоши и закружили вокруг, вопя о том, какая я красивая. Томен важно кивал, соглашаясь с девочками, только Дракс продолжал молчать, задумчиво разглядывая меня.

– Что-то не так? – спросила я его, отчего-то волнуясь.

– Нет, мисс, – хмурясь, ответил он, – вы выглядите прекрасно! Только туфли…

Кара заохала и тут же подала мне новую пару, на огромных каблуках! Ненавистные каблуки, из-за которых весь вечер и провалился!

Хотя тут я преувеличиваю, конечно же, виновата во всем была несносная Беатрис, не зря она мне сразу не понравилась. Однако же, не могла не признаться себе я, если бы не ее подножка, Кейн бы никогда не взял меня на руки и не нес так бережно, словно я фарфоровая кукла, и не смотрел бы так… Ах, от его взгляда я забыла и о боли в ноге, и о Беатрис, и об артефакте, за которым явилась в этот дом. А еще я забыла о друге.

– Мерлок, – тихо позвала я, ругая себя за забывчивость. Мышь, скорее всего, затаился и обижен. Но ответом мне стала тишина.

Не нужно было быть провидцем, чтобы догадаться, что он в очередной раз ушел. После встречи с Катсоном он осмелел и перемещался по дворцу свободно, а кот по какой-то причине обходил его стороной, делая вид, что никакой мыши в доме нет и в помине.

Сегодня, видимо, воспользовавшись суетой с гостями, друг снова решил развлечься прогулкой по замку.

Я почувствовала одновременно и вину, и облегчение от того, что Мерлока нет. Уж он бы мне припомнил каждый момент, проведенный на его глазах с Кейном. Надеюсь, он не вернется еще какое-то время, чтобы я могла побыть с магистром без пристальных глаз еще хоть немного. Что бы не произошло, этот вечер все равно останется в моей памяти как самый волшебный.

Откинувшись на подушки, я раз за разом представляла Кейна в том великолепном костюме, который так шел ему. Не простая рубашка и брюки, а пиджак с изумительной золотой отделкой темно-синего цвета так подчеркивали цвет его волос, а глаза казались бездонно синими. Таким он еще больше вызывал странный трепет в груди, заставляя биться мое сердце быстрее и быстрее.

Сколько я так пролежала, вспоминая каждое слово, каждый взгляд и касание Кейна, сложно было сказать, но из этого состояния меня вывел звук шагов, который доносился из коридора и становился все ближе к двери моей комнаты. А потом…

– Мисс Лайла, меня зовут Аластар Бенч, я врач. Магистр отправил меня к вам осмотреть вашу ногу, – мужской голос звучал твердо, и уверено. – Я могу войти?

– Да, – немного хрипло ответила я, стараясь взять все свои чувства под контроль.

Дверь отворилась, и на пороге появился невысокий мужчина лет пятидесяти. Он двигался довольно быстро для своей тучной комплекции, которую только подчеркивал пиджак явно на размер меньше. Бедные пуговицы того и гляди оторвутся от чрезмерного давления на них приличного животика. За ним следом в комнату вошел Кейн, его лицо казалось измученным и уставшим.

– К сожалению, доктор Мракус в отъезде, но доктор Бенч любезно согласился осмотреть вас, – объяснил Кейн, наверное, истолковав мой взгляд как вопрос.

Я и правда удивилась, увидев другого врача. По правде говоря мне было даже любопытно, какими сладостями доктор Мракус лечил бы мою ногу, учитывая, что детям от ангины он прописал мармелад.

Доктор Бенч приблизился к кровати и заботливо посмотрел на меня, словно я была маленьким ребенком. Он протянул нерешительно свои руки к моей ноге, но стоило мне кивнуть в знак одобрения, как он вцепился в больную ногу словно клешнями, крутя ее из стороны в сторону.

– Милое дитя, так болит? – спросил он, осматривая мою лодыжку.

– Ой, нет. Не так сильно, больше обидно, что я так и не смогла вдоволь потанцевать, – честно призналась я.

– Ох, молодость. Помнится, и меня раньше могло такое расстроить, а сейчас… Ладно, не будем об этом. У вас легкое растяжение, – произнес доктор Бенч, усердно изучая содержимое своей сумки, пока наконец не извлек небольшую коричневую баночку. – Эта мазь ставит на ноги за одну ночь. Конечно, сегодня вам уже не потанцевать, а вот завтра будете бегать. Обязательно натрите не только лодыжку, но и голень.

С этими словами доктор Бенч вручил мне баночку, а потом попрощался, рекомендовав дать ноге покой. Кейн же все время стоял, отвернувшись от нас, и смотрел в окно. С первого взгляда можно было подумать, что ему все равно, но вот напряженно прямая спина и сжатые в замок руки говорили об обратном.

Стоило двери закрыться, как Кейн сразу повернулся ко мне. Наши глаза встретились, и я смогла прочитать то, что он не высказал.

– Я очень рад, что это только растяжение. Обязательно воспользуйтесь мазью и не вставайте. А то дети завтра расстроятся, не дождавшись вашего урока или прогулки, – голос Кейна звучал наигранно весело, но совсем не скрывая его недавнего беспокойства и даже горечи.

– А вы? – вопрос слетел с моих губ раньше, чем я успела подумать. В последнее время слишком уж часто я руководствовалась эмоциями. От собственных слов стало жарко, щеки запылали огнем, а цвет волос вышел из-под контроля.

– И я, – почти шепотом, словно самую большую тайну, произнес Кейн, – а сейчас отдыхайте.

И он ушел, снова оставив меня одну. Странное чувство радости переполняло меня. Хотелось улыбаться, петь и веселиться. Возможно ли, что я ему не безразлична? Могу ли я надеяться на что-то большее, чем положение няни в этом доме?

«Размечталась» – сурово одернула себя, прогоняя ненужные мысли. После пришла Кара, помогла мне переодеться, расплести волосы и натереть ушибленную ногу мазью. Я от души поблагодарила ее за помощь.

– Ах, мисс Лайла, – улыбнулась она, и уже в дверях добавила: – Я только рада. Пожалуйста, только не уходите от нас!

Я сглотнула комок, застрявший в горле от ее слов, и нервно ответила:

– Ни за что!

“Ни за что бы я не ушла, если бы это было возможно” – додумала про себя с горечью.

– Лайла? – когда я почти задремала, раздался обеспокоенный голос Мерлока.

– Мерлок, почему ты не был в комнате? – сонно заворчала я, совсем не готовая к нотациям друга. – Тебе небезопасно гулять по коридорам средь бела дня, – упрекнула я друга, словно заботливая мама, а не напарник.

– Я прячусь и хотя бы не делаю вид, что я один из них, наряжаясь в чужие платья! – язвительно ответил он, отмахиваясь от моих слов. В его голосе отчетливо слышалось раздражение. Что ж, разговора не избежать.

– Что на тебя нашло? Я просто выполняю свою работу! Ты еще не забыл, что именно она обеспечивает наше присутствие тут рядом с артефактом, – слишком резко ответила я, в то время как мои волосы снова поменяли цвет, выдавая мои истинные чувства.

– Да-да, – в том же ехидном тоне продолжал Мерлок, – Работа! Магистр – вот что тебя волнует, думаешь, я не знаю? Да, как ты не понимаешь! У вас с Кейном просто не может быть ничего общего! Он магистр, ты простая сиротка из приюта. А если вспомнить, что мы с тобой зарабатываем на жизнь грабежами у таких, как он, то рассчитывать на то, чтобы быть с ним, – чистое самоубийство! Думаешь, он женится на няне? Ты забыла законы! Брак магистры заключают только с разрешения Верховного Правителя. Как ты думаешь, он даст свое согласие? Особенно когда ты стащишь артефакт и все узнают, что ты всего лишь воровка! – резко и, не сдерживая себя, заорал Мерлок.

Его слова рвали мне сердце, испаряя все приятные впечатления от вечера.

– Брак – это не главное, – тихо ответила я. И продолжила, не давая себе времени подумать: – Я могу помочь тебе, а сама остаться тут няней.

Я действительно была готова остаться здесь и быть с Кейном в роли... Кем я тогда буду для него в действительности? Удобной няней? Женщиной, которая будет вечно прятаться? Будет ли он меня тогда любить?

– Ха-ха-ха! По-твоему, Кейн – дурак? Он вычислит, что ты воровка на раз-два! Думаешь, он станет разбираться, принудил ли тебя проклятый маг Иллюзий к такому поступку или ты решила украсть артефакт сама? А Бенедикт? Полагаешь, он обрадуется, что та, кто знает о его планах, продолжает жить у Кейна и не пойдет рушить наш приют? – безжалостно продолжал наступать Мерлок, – Но если тебе и на это плевать, то что ты скажешь вот о чем: только что я слышал его разговор с этим Алексом, и знаешь, что друг ему посоветовал? Просто «попользоваться» тобой, вот что!

Его слова звучали словно пощечина. Вот только больно от них было не физически, они заставили истекать кровью мое сердце.

– Он не может… – безжизненным голосом пролепетала я, изо всех сил стараясь сдержать магию, которая вот-вот готова была прорваться наружу и устроить здесь грандиозную перестановку.

– Я слышал собственными ушами их разговор! В отличие от тебя, я не забываю свое место и всегда начеку! – нанес новый удар Мерлок, – как ты только могла забыть грозящую нам опасность? Ну если я тебе уже не важен, и ты готова остаться здесь без меня, то как насчет приюта? Думаешь матушки пустят тебя обратно, после того как твой магистр наиграется с тобой? Что ты будешь делать, когда наскучишь ему? Думаешь после такого ты будешь хоть кому-то нужна?

Каждое слово Мерлока отдавалось новой болью. В груди все сжималось в тугой комок, хотелось вопить от невыносимого отчаяния, но вместо этого я только крепче сжала кулаки. Разные вещи вокруг взлетели вверх и зависли, но меня это сейчас волновало меньше всего.

– Ты сказал, – хватаясь за последнюю соломинку, спросила я, – что Алекс предложил ему это. Что ответил Кейн?

Мерлок вдруг замялся, встопорщил усы и заговорил не сразу, словно подбирая слова.

– Он ответил… Что так будет удобнее всего.

Слезы сами выступили на глазах. Как я могла забыть свое место? Нет, как я могла поверить, что между нами возможно хоть что-то, кроме “попользовать”. Пусть не брак, но любовь. Ха, да я в нее не верила еще в приюте. Все высмеивала глупые поступки других, а сейчас? Да я просто спятила. Готова быть тут на правах прислуги, всегда зависеть от сиюминутной воли Кейна. А что будет, если в один день он узнает, кем я была до прихода сюда? Примет меня? Конечно, нет. И от этой правды стало в сто крат больнее, воздуха катастрофически не хватало, а грудь так и сжимала удушающая боль.

Решение пришло само собой.

– Мы уходим сразу же, как только будет готов артефакт, – сказала я ледяным тоном, от которого поморщился даже Мерлок.

– Лайла, я... – начал он нерешительно.

– Мне не нужно твое утешение. Как только я узнаю, что магистр закончил работу, мы уйдем из этого дома. Позаботься о карете или повозке, все должно быть готово не позднее завтрашнего вечера, – оборвала его я на полуслове.

Мерлок не стал спорить, впервые за время нашего знакомства он не отпустил множество шуток, не попытался возражать, а лишь кивнул в ответ, а потом выскользнул из комнаты. А я снова осталась одна. Уткнувшись в подушку, я зарыдала впервые за много лет. Именно это сейчас мне и было нужно.