Текст книги "Сердце воина (СИ)"

Автор книги: Аврора Майер

сообщить о нарушении

Текущая страница: 9 (всего у книги 21 страниц)

Глава 26. Путь к Земле

Григориан

С унылым смирением начал готовиться к операции. Составил список всего, что может понадобиться, и передал его для комплектации. В последний момент мне пришла в голову идея взять Кира. Иначе, вернувшись через месяц, я его не узнаю, и он меня тоже. От этой мысли стало светлее, он уж точно скрасит моё одиночество. Добавил к списку всё, что могло потребоваться ему, и решил не скромничать с размерами корабля, взял попросторнее. Выполнил необходимые приготовления и отправился домой за своим питомцем. Собирался вернуться сюда только вечером, афишировать то, что я возьму с собой на Землю следопыта, не собирался. Более того, это должно быть скрыто от посторонних глаз.

Думал, будет тяжело отказаться от девушки, но мысль о том, что ей так лучше, перекрывала мою тоску. Всё же не хотелось Алексу обрекать на какие-то страдания, а так ей уготована очень даже завидная доля. Вроде как жертва ради самых близких, которые безусловно заслуживали счастья. Не знаю, когда во мне проснулся альтруист, но сейчас эта мысль мне казалась вполне здравой.

Посадил Кира в сумку. Он совершенно не хотел там оставаться и всё время норовил вырваться, пришлось постоянно его подкармливать, чтобы вёл себя тихо. Преодолев с пропуском от Адамаска беспрепятственно все посты, добрался до базы, где стоял полностью укомплектованный корабль. Давненько я на них не летал.

Кир, попав в незнакомое место, немного присмирел, всё обнюхивал и осматривал. Очень быстро отыскал свой запас еды и начал весело бегать вокруг него. Я поспешил поскорее подняться в воздух и начать движение, чтобы быть уже в безопасности и не переживать, что его обнаружат на борту.

Кир не унимался и уже не на шутку разлаялся, не реагируя ни на какие мои команды. Отвлечься пока не мог, нужно было преодолеть притяжение и выйти из зоны воздействия нашей планеты. Как только поставил машину на автопилот, пошёл разбираться со своим зверем. Оказалось, он гавкал не напрасно, на корабле был чужой. За стеллажом с едой стоял Фахт. Вот его я точно не ожидал увидеть. Дал команду Киру, чтобы тот перестал гавкать, что посторонний не опасен, и он, радостно виляя хвостом, устроился рядом с упаковками своего корма.

– Ты что тут делаешь?

– Добрый вечер! Высадишь меня на первой остановке, и я буду тебе очень благодарен.

– Думаешь, там тебе будет лучше?

– Посмотрим.

Даже не возникло и тени мысли вернуться и оставить сбежавшего. Было какое-то безразличие.

Хотел спросить, как ему удалось выбраться, но давно понял: у старика дар внушения. Настроения выслушивать его предсказания или мудрые изречения не было, я даже сам вслух боялся произнести свои мысли и прятал их так глубоко, как мог. Пытался примириться с обстоятельствами.

– Устраивайся, здесь много места.

– Спасибо, что не прогнал.

– Не уверен, что это моё решение, поэтому благодарность оставь при себе, – сказал я, чтобы он всё же не считал меня полным идиотом, ведь я давно его уже раскусил.

Отвернулся, показав, что продолжать диалог не хочу. Старик оказался крайне проницателен, ушёл с глаз долой, будто его тут и не было.

Вернулся к Киру. Всматривался в звёздную даль и трепал его за ухом, казалось, только он может разделить мои мрачные мысли. Возьму обязательно его на Землю, правда, тогда придётся угнать корабль. Кир же не может переместиться с помощью камня. Это усложняло дело, но не настолько, чтобы от него отказываться. Если его оставить в Малагане, то его там сразу же убьют. Не любят там нестандартных и нефункциональных животных. Поэтому придётся ещё побороться за друга.

Первую ночь боялся ложиться спать. Боялся, что опять меня будут преследовать мысли, которые и рядом не должны находиться с будущей женщиной моего друга. Но, к счастью, в моем сне была кромешная тьма и больше ничего.

Старик не напрягал своим общением, и я ему был благодарен. Первые дня два мы вообще едва ли обмолвились парой слов. Он в основном спал либо смотрел в окно иллюминатора, ещё играл с Киром. Это животное было неутомимо и, измотав меня, переходило к Фахту.

Я занимался изучением своего будущего места обитания. Было интересно, уже строил планы на путешествия, совершенно не хотелось сидеть на одном месте при таком разнообразии.

Была уйма времени заняться воспитанием Кира. Иногда было непонятно, кто кого воспитывает.

– Милый пёсик, – сказал Фахт.

И меня удивило то, что он увидел сходство с псом. Собак на нашей планете как таковых не было, может, были у них? Если честно, то не много уделял времени изучению завоёванных планет, если только этого требовала необходимость. Вообще, старик был очень загадочным, но бродить по лабиринтам его необычной личности не хотелось.

Сидели ели вместе, как обычно, в полной тишине. Он не отводил взгляд, как бывало раньше, а внимательно всматривался. Чувствовал, сейчас начнёт проповедь.

– Знаешь, в чём причина твоей неуверенности?

– А я не уверен в себе?

Заявление меня обескуражило. Я с ним в корне не согласен. Местами я был даже слишком самоуверен, и мне частенько об этом говорили.

– Да. Вот расскажи мне про своих родителей.

– Я их не знал.

Он начал кивать головой, как будто ожидал такого ответа.

– Так и думал. Все дело в них. Ты ничего не знаешь о своих корнях, в этом все дело.

– Почему же не знаю. Мать была сумасшедшей, отец предателем.

Так мне всегда говорила тётка, и эта информация хорошо отпечаталась в голове. С того момента, как ушёл из дома, я не общался с ней. И прошлым своим не интересовался, перечеркнул его и начал новую жизнь. Но я бы не сказал, что это как-то влияло на мою самооценку. Был всегда уверен, что каждый строит свою судьбу сам. Спорить не стал, не было желания. Решил молча выслушать.

Старик задумчиво молчал, будто подбирал слова.

– Хочешь, расскажу тебе о них?

Я пожал плечами. Не скажу, что меня сильно интересовала их судьба. Предателей презирал, а больные люди у меня вызывали жалость.

– Твои мать и отец, Гор и Риана, очень любили друг друга, и не приукрашу, если скажу, что многие завидовали им. Риана была красавицей, а Гор сильным и справедливым мужчиной. Сам знаешь, как сходятся пары в вашем мире, редко кто руководствуется чувствами, сплошной расчёт и выгода. Кому красивое тело, а кому деньги или место в обществе, чувства не в цене, они вторичны.

Почему-то даже не удивился, что старик не промахнулся с именами.

– Если честно, не сильно вникал во взаимоотношения, я как-то всё время на войне.

– Григориан, тебе сколько лет? Посмотри вокруг! Неужели ты настолько слеп?

И как у этого старика вечно получается отыскать моё какое-нибудь слабое место? Отношения между людьми меня и правда мало волновали, поэтому вообще в них не вникал.

– Да я не спорю, ты же видишь. Так – значит, так.

– У Гора и Рианы, всем на зависть, было всё: и деньги, и любовь, и положение в обществе. Ты удивишься, но он был воином, как и ты. Тебе не кажется, что, сам того не зная, ты пошёл по его стопам?

– Нет. Потому что каждый мальчишка мечтает стать воином. В этом желании я совершенно не уникален.

Фахт посмотрел на меня безнадёжным взглядом, будто я неисправим, и продолжил:

– Вижу, ты не любитель длинных рассказов, ограничусь ещё несколькими фактами.

Да, твой отец считался предателем, потому что боролся за свободу. Он видел, что люди сильно ограничены в принятии решений, и хотел равенства для всех. И, конечно, искренне верил в эту утопию. Государству было невыгодно, что он раскрывает глаза людям на их систему управления и призывает к борьбе. Они его быстренько убрали, оставив навсегда на нём клеймо предателя. Риана тяжело переносила потерю любимого, сильно заболела. Она таяла на глазах, и найти причину не могли, а может, и не хотели. Ведь её муж предатель, а страшнее этого ничего нет, и отношение общества к таким людям было соответствующее. Сошла она с ума или нет, сложно сказать, может, в какой-то момент и да. Но, согласись, факты сильно искажены. Тебе прилюдно оставили жизнь и выставили это благородным поступком, сославшись на то, что у тебя есть ещё шанс исправиться и послужить на благо общества. Дальше ты, наверное, помнишь.

История всё же меня поразила, как и всё, что обычно говорил старик. Когда мне казалось, я и так знаю, что он скажет, он всегда выдавал что-то неожиданное. Не верил в голос предков и прочую ерунду, хотя уже давно было доказано, что дети наследуют определённые черты родителей. Но очень сильно меня удивили мысли о свободе. В последнее время очень часто думал на этот счёт.

Фахт подошёл, по-отечески погладил по голове и сказал:

– Я рад, что рассказал тебе историю твоих родителей. Уверен, она поможет тебе пересмотреть свою жизнь.

И ушёл.

Глава 27. Похищение

Григориан

Я опустил корабль в парке, достаточно близко от её дома. Стояла ночь, поэтому здесь не было ни души. Выпустил Фахта, мне совсем не хотелось, чтобы он стал свидетелем дальнейших событий. Поэтому был рад, что тот решил всё же привести в действие свой план побега. На обратном пути предпочитал безмолвную компанию Кира. Его оставил внутри, чему он был, конечно, не рад и тоскливо смотрел на меня. Понимал, ему хочется прогуляться после недельного заточения, но взять с собой, конечно, не мог. Поставил невидимый режим и отправился.

Уже был здесь и помнил всё досконально, поэтому технических вопросов не возникало. Но ощущение, что совершаю предательство, меня не покидало. Отгонял эти мысли и старался не отвлекаться от обдумывания деталей. Хотя, если честно, сложно было провалить эту операцию.

Оделся по-местному и прихватил маску, полностью скрывающую лицо, я всё же лелеял надежду, что она меня так и не увидит. В принципе не было никаких преград. Поэтому одежда была такая, чтобы не выдавала сходства со мной. Да может, она вообще не помнит меня. Люди далеко не всегда запоминают свои сны.

Не хотел сильно её пугать, но этого сложно избежать.

Пробрался в дом, отметив, что окна открыты уже совсем не беззаботно и дверь заперта на два замка. Всё же какие-то усилия я предпринял, чтобы войти внутрь.

Шёл по комнате и испытывал дежавю. Только в этот раз настроение совершенно не то.

Сердце стучало и пыталось выпрыгнуть, потому что мои аккуратные движения его явно не устраивали. Если следовать его желаниям, то я должен сейчас вприпрыжку рвануть в комнату Алексы и с радостью хлопнуться рядом, прижавшись к ничего не подозревающей девушке. Улыбнулся, представив её реакцию.

Осторожно вошёл в комнату и очень надеялся, что она всё же одна, я как-то забыл это проверить. Иначе напрасных жертв не избежать. Девушка спала по диагонали кровати, совершенно не планируя никого туда пускать. Вздохнул с облегчением, что ни говори, приятно, что она одна. Я затаил дыхание и пытался рассмотреть её контуры. Вот уж не думал, что встречу её и совсем буду не рад этому. Алекса нехотя повернулась, оголив бедро. Тяжело вздохнув и отогнав неуместные мысли, сел перед кроватью, ловя её дыхание, оно было близко-близко. Нет, надо это прекращать и не загонять себя самого в яму, из которой вряд ли смогу выбраться.

Аккуратно закрыл ей рот, не хотел причинять боль. Её огромные глаза сразу же широко распахнулись в панике, и, конечно, она бы закричала на весь дом, если бы я не предупредил это. В тот же момент в моё плечо вошёл нож, а зубы больно вонзились в пальцы. Нет, с нежностями покончено, они здесь ни к чему. Не дав больше совершить ей ни одного лишнего движения, быстро связал, надел повязку на рот и голову, перекинул через плечо и совершенно беспрепятственно вышел из дома. Алекса вырывалась и вела себя очень активно, оказалось, девушка вовсе не слабачка, пару раз чуть её не уронил. Ну и чего она хотела этим добиться? Получить пару ушибов или что-нибудь сломать? Куда она сбежит связанная. Но видно, у неё в голове были другие мысли, и она, как могла, мешала моему передвижению. Целеустремлённо шёл к кораблю. Попав внутрь, я положил девушку на пол, а сам занялся полученной раной. Она оказалась неприятно глубокой, и кровь уже запачкала не только Алексу, но и салон корабля. Перетянул наспех, чтобы остановить кровотечение, сел за управление. Хотелось поскорее покинуть этот пункт и перейти в безопасное пространство, где можно расслабиться и вернуться к установленному ритму.

Кир, конечно же, принялся обнюхивать гостью и вилять хвостом. Хоть бы порычал для начала. Сейчас Алекса была явно в плюсе от того, что на глазах была повязка, но в дальнейшем я планировал использовать следопыта как устрашающий элемент. Пока она не поймёт, что он безобиден.

Поднимая корабль, увидел совсем недалеко от нас старика, он лежал на земле в странной позе, было ясно, что явно не отдыхать лёг. Вот ещё несчастье на мою голову. Почему-то мне его всегда было жалко. Вот останется тут на чужой земле, и никто про него не вспомнит. Опустил корабль, забрал его и тоже уложил на пол. Два тела на полу, причём Алекса вся была в моей крови, выглядели очень загадочно. Теперь в путь. Компания для полёта стала ещё более странной, чем была. Половина задания выполнена, уже хорошо. Когда я был достаточно далеко от Земли, смотрел, какая красивая планета издалека. Цветная, живая, и я правда хотел бы здесь жить.

Тут Кир начал скулить, изображать тревогу и облизывать лицо Алексы.

– Кир, что за ерунда?

Тут же выругался про себя, я же не должен говорить! Подошёл. До этого активно сопротивляющаяся девушка лежала совершенно без движения, пульс еле прощупывался. Идиот, совсем забыл. Только сейчас вспомнил про адаптационный камень. Надел ей медальон, внутри которого было то, что поможет избежать неприятных ощущений при акклиматизации. Человеческое тело может ко многому приспособиться, но лучше сократить этот период. Её щёки порозовели, и пульс стал приходить в норму. Она сразу начала опять буянить. Вот неугомонная.

Пошёл к Фахту. Он что-то был совсем плох, но пытался открыть глаза. Видно, у него та же болезнь, только наоборот. Не думал, что старик не подготовился, вроде производит впечатление сведущего во всех делах.

– Стар я уже для путешествий.

– Ты просто не подготовился. Пока покатаешься со мной, а потом посмотрим.

Он еле улыбнулся и опять устало закрыл глаза.

Алекса

Меня бросили на пол, а какое-то животное, тяжело и устрашающе дыша принялось меня обнюхивать. Я затаила дыхание и теперь боялась пошевелиться, дабы не быть разорванной на кусочки. Почувствовала, будто мы поднимаемся, как на вертолёте, только бесшумно. Через какое-то время опять вниз, какие-то движения, перемещения, животное от меня не отходило ни на шаг, и над ухом всё время было его тяжелое дыхание. Наверное, это собака, судя по всему, очень крупная.

Глухой звук, словно кого-то ещё уложили рядом, и опять вверх, стремительно, словно на ракете. Внутри всё сжалось, и начало тошнить, не могла понять, где я и что со мной происходит. Провалилась в пустоту.

Глава 28. Тюрьма

Алекса

Сложно сказать, сколько прошло времени, прежде чем я пришла в себя. По-прежнему была связана и ничего не видела, пыталась прислушаться к тому, что происходит. Рядом чувствовалось горячее частое дыхание зверя. Пыталась пошевелиться и вырваться, ничего не получалось. От беспомощности хотелось кричать, но даже этого я сделать не могла. Прошло минут тридцать, меня взяли на руки и куда-то понесли. Чувствовала себя, словно гусеница в коконе, полностью обездвижена. Затем положили лицом к полу и принялись развязывать верёвки. Когда руки были освобождены, человек просто вышел, предоставив мне дальше справиться самой. Лежала и боялась совершить лишние движения. Потом всё же приподнялась, перевернулась на спину и с трудом села, облокотившись о стену. Руки затекли, и даже большое желание избавиться от повязки на глазах не могло ускорить этот процесс. На шее что-то тянуло вниз. Размяла кисти, и наконец-то получилось стянуть повязку. Ничего нет хуже, чем находиться в неведении, всегда предпочитала смотреть в лицо трудностям. От яркого света болели глаза, и ничего не было видно. Постепенно они привыкли, и можно рассмотреть, что вокруг. Я находилась в небольшой комнате без окон, стены – светло синего цвета и ужасно давили. Кроме стула и какой-то лавки, мебели нет. Очень похоже на комнату в сумасшедшем доме, особенно если добавить мягкую обивку на стены. Где я? В больнице, в тюрьме?

Посмотрев на себя, ужаснулась. Я была вся в крови, пижама местами разорвана, и на шее висит странный кулон. Сняла чужую вещь и швырнула её в другую часть комнаты. Сразу стало плохо, потемнело в глазах, и я провалилась в неизвестность.

Сколько пролежала без сознания, прежде чем опять пришла в себя, было не ясно. Смотрела в потолок и сейчас чувствовала себя куда лучше. Что за ерунда происходит? Может, я сплю? Ущипнула себя сильно-сильно, нисколько не жалея. Стало так больно, что закричала. Нет, видно, не сон.

Опять села. Уже не было ни повязки, ни верёвок, которые я оставила на полу, и на шее опять висел медальон.

Рядом со мной лежала записка: «Медальон не снимай, опять потеряешь сознание».

Покрутила листик. Он был вполне себе обычный. Взгляд упал опять на руку. Она выглядела жутко. Проверив себя, не обнаружила ни одной царапины, значит, кровь не моя. Это, видно, я всё же удачно попала ножом, хоть и совершенно напрасно, это не остановило похитителя. Вздохнула. В принципе я давно была готова, что рано или поздно это произойдёт. И даже рада, что теперь не нужно сидеть и бояться каждый день. Встала и принялась исследовать место обитания. В комнате было две двери. Одна не поддалась, когда я пыталась её открыть, а другая открылась автоматически при лёгком прикосновении. Там было что-то типа душа и туалета. Как только вошла, автоматически начала литься вода. Попила, умылась и принялась оттирать кровь. Зеркала не было. Жаль.

Внутри всё тряслось от страха и обиды одновременно. Кое-как удалила следы крови, вытерла лицо полотенцем и решительно направилась в комнату. Взяла стул и со злостью начала лупить по стенам и всему, что было вокруг.

– Что вам надо, идиоты?! Выпустите меня! – кричала в пустоту, мало надеясь на ответ.

В конце концов, кто-то должен мне объяснить, что происходит и чего ждать. Как любой живой организм, я не хотела сдаваться и собиралась бороться до конца. Только бы знать, что ждёт впереди. Стул скоро разлетелся, а стены не поддались ни на грамм. Мне никто так и не ответил. Все старания напрасны. Походив из стороны в сторону, я поняла, что ничего не могу сделать. Остаётся только ждать… Пожалуй, это получается у меня лучше всего.

В комнате была полка, то ли кровать, то ли сиденье, я так и не поняла, но длины вполне хватало, чтобы лечь. Заняла горизонтальное положение. Что же дальше со мной будет? Нет, убивать не станут. Уже было очень много шансов и поводов это сделать. Принесут в жертву? Больше вариантов в моей голове не было. Но раз отец так опасался, вряд ли это что-то хорошее.

Организм дал знать, что его резервы на сегодня истощены, усталость валила с ног. Я закрыла глаза и сразу же провалилась в сон.

Григориан

Было любопытно смотреть за ней со стороны. Так и думал, что Алекса будет вести себя неспокойно, это вполне в её духе. Ждал, когда она уже устанет от своих разрушительных действий и заснёт. Собирался ей принести одежду, еду и воду. Всё в общем-то было предсказуемо и ожидаемо, зря я волновался. Она достаточно быстро смирилась и успокоилась.

Занялся своей раной, но постоянно держал под наблюдением монитор. Теперь это точно будет моим новым развлечением. Отнёс в её комнату всё необходимое и чувствовал, что очень хорошо справляюсь со своей миссией. Мне нравилось, что она рядом со мной, полностью в моей власти, пусть и временно. Какое-то состояние спокойствия и умиротворения, когда знаю, что она в безопасности.

Старик тоже спал, и только Кир сидел с высунутым языком в ожидании развлечений.

– Друг, я устал, так что прости, сегодня был слишком насыщенный день.

Он расстроенно заскулил, но приставать не стал.

Проснулся и первым делом кинулся смотреть, как там дела у Алексы. Она лежала в той же позе, что и раньше, в той же одежде, и еда была нетронута. Это настораживало. Что-то не так.

Как бы сходить и посмотреть? Резко рванул к её комнате. Остановился на полдороги, как последний трус. Нельзя, чтобы она меня видела и слышала, иначе узнает. А вдруг ей там плохо? Не могу же я вот так стоять и бездействовать.

Надел маску и потихоньку пошёл внутрь. Алекса лежала спиной к двери, и мне было не видно, что с ней происходит. Услышав шаги, она повернулась. Увидев меня, села и испуганно прижалась к стене. Наверное, я и правда выглядел устрашающе. Она часто дышала и моргала глазами, будто это могло помочь ей меня лучше рассмотреть и понять мои намерения. Я чуть ли не сгорал под её взглядом и не мог избавиться от мысли, что она видит меня насквозь. Она жива. Это хорошая новость. Алекса молчала, и я молчал. Всё не мог поверить, что вижу её вот так близко и далеко не во сне. Потом изменил голос и сказал:

– Не бойся, тебя никто не тронет. Вот одежда и еда. Путь не близкий, нужно подкрепиться.

Она недоверчиво смотрела, будто не верила моим словам, а потом резко и со злобой произнесла:

– Я не буду есть и пить, лучше сдохну тут.

Был ошарашен таким заявлением. Такого точно не ожидал услышать. Думал, она опять кинется драться или что-то в этом роде. А тут…

– Умирать от жажды и голода не так романтично, как кажется.

– А я попробую. Для чего я здесь и куда вы меня везёте?

– Не могу пока сказать.

Она с ненавистью всматривалась в мои глаза, словно хотела меня убить взглядом. Я опять злился на неё, потому что она рушила мои планы. Кажется, у неё талант выводить меня из себя.