Текст книги "Кроу неуловимый (СИ)"

Автор книги: Артем Каменистый

сообщить о нарушении

Текущая страница: 6 (всего у книги 18 страниц)

Глава 6
Сто тысяч противников?

Глава 6

Сто тысяч противников?..

Даже император неплохо знаком со здешней географией, а уж я просто обязан её знать. Поэтому не удивился, когда заметил, что горы день ото дня становятся пониже. Мы прилично забрались на юг, отсюда уже недалеко осталось до тех дорог, по которым в Мудавию до последнего поступали товары с побережья. Неудобный путь, но куда деваться, если война обрезала прочие.

Мы не торопились. Здесь уже не было тех густых лесных массивов, что широкой полосой тянутся по северным предгорьям. То и дело приходилось выбираться на открытые места и двигаться по ним часами. Как ни отслеживай небеса, полностью риски обнаружения исключить нельзя, приходилось тщательно согласовывать с разведчиками порядок движения. Иногда устраивали марши ночью, пересекая самые опасные участки в самое тёмное время суток, на привалы становились в рощах и садах, которые здесь местами протягивались на километры.

По пути продолжали вырезать отряды расслабленных карателей, а вчера удалось захватить приличный табун лошадей. Так себе кони, но не дохлые клячи, в хозяйстве сгодятся.

И, несмотря на все эти шалости, южане нас упорно игнорировали.

Вам может показаться это странным, но я что-то такое и ожидал, когда готовил этот рейд. В этом мире, как это часто случалось и в средневековых земных войнах, правит бал централизация. То есть что северяне, что южане стараются если не все силы держать в одном кулаке, то большую часть. И действовать отдельно от этого кулака без острой необходимости никто особо не рвётся. Это ведь и риск нарваться с малыми силами на крупный отряд противника, и вероятность упустить выгодную битву. Да и снабжение привязано к одной конечной точке, отдаление от неё резко повышает затраты на содержание войска.

А здесь затраты повышать никто не любит, и потому ни северяне, ни южане сами по себе по лесам не бегают.

Если же действовать приходится в глубине вражеской территории, негативных факторов становится больше, а риски возрастают на порядки.

Так что наш рейд, при всей простоте действий, для ассиопцев стал сюрпризом. Здесь так воевать не принято, они ещё не поняли, что, собственно, происходит, и как на это реагировать.

Каждый раз мы предпринимали все меры, дабы не позволить никому из врагов ускользнуть после разгрома, но тут что не предпринимай, для противника наша деятельность незамеченной не останется. Да, южане не привыкли к столь глубоким рейдам северян, но они не первый раз на войне оказались и надолго их прострация не затянется. Очень может быть, что где-то на севере, за радиусом работы наших птиц, уже начали устраивать заслоны на рубеже какой-нибудь из речушек, перекрыв там все дороги и тропы. А если так, где-то неподалёку должны готовить ударную группу, чтобы та принялась гонять нас в захлопнувшейся западне.

Перспективы выглядят не очень-то хорошо, но мы знаем, что делать, если всё происходит именно так. Нам может и страшновато настолько глубоко забираться во владения врага, но очень-очень слегка. То есть не сказать, что боимся по-настоящему.

Если бы боялись, давно бы развернулись.

Амулет связи как молчал, так и продолжает помалкивать, несмотря на все наши старания. Даже бесконечно наивный человек не поверит в то, что мы всё время пытаемся говорить из «нехороших зон». Не удивлюсь, если ценный артефакт снова валяется в какой-то грязной канаве или даже нашёл пристанище на дне выгребной ямы.

Ничего страшного в отсутствии связи со ставкой принца не вижу, мне так даже удобнее. Что хочу, то и творю, сейчас никто не обвинит меня в безумном безрассудстве и не потребует немедленно возвращаться.

Хотя насчёт безумия есть вариант оказаться в нём заподозренным и без амулета. Мои люди всё чаще и чаще начинают на меня поглядывать как-то настороженно, с опаской. Замыслы господина им неизвестны, но явно начинают напрягать. Ведь не надо быть географом, чтобы заметить, как мы день за днём глубже и глубже забираемся во вражеские владения. Строго на юг движемся, лишь периодическая охота на карателей на шаг-другой уводит нас с прямой линии. Даже рядовые худо-бедно считать умеют и понимают, что мы уже почти достигли тех самых рубежей, о которых армия принца даже не мечтает.

Хотя именно они и являются главной целью их высочества.

Но при этом он остался далеко за спиной, с десятками тысяч воинов. Невеликий по меркам этой войны отряд почти забытого клана смотрится здесь, мягко говоря, странно.

Лишь Арсай радуется всё больше и больше. По-моему наш камикадзе решил, что раз до Феоронниса всего ничего осталось, я втайне от всех собрался лично снять с города осаду. Всем понятно, что с нашими силами идти на такое – вернейшее самоубийство, но ведь ему именно оно и требуется.

Не самая глупая гипотеза. Я слышал и более странные измышления на тему нашей цели. Даже мои персты знать не знают, что я затеял, что уж тут говорить о прочих.

Народу в неизвестность идти как-то не по себе, хочется какой-то определённости, вот и фантазируют.

Дальше оттягивать нет смысла, ведь мы уже почти на нужном месте в нужное время.

Пора, наконец, объяснить людям, что мы забыли так далеко на юге.

* * *

Военный совет я начал с короткого и почти исчерпывающего описания ближайших наших планов:

– Господа, если мы сейчас свернём на юго-восток и пойдём с полной скоростью, до Феоронниса доберёмся за несколько часов. По данным разведки, крупных сил противника по пути нет, и если действовать быстро и, по возможности, скрытно, остановить нас не успеют. Поэтому я не вижу смысла тащиться туда всем составом, так что оставим обоз и пехоту в одном из здешних чудесных садов. Ну а чтобы уложиться в один день, посадим стрелков на трофейных коней, на них же навьючим аркбаллисты. Их разбирать-собирать недолго, специально для таких ситуаций конструировали. Выступив перед закатом, мы окажемся у лагеря осаждающих около полуночи. Это вполне реально без пехоты и обоза, и людей такой марш не утомит. Сделаем там то, что должны сделать и вскоре после рассвета снова окажемся здесь. Обоз нас ждать не будет, под прикрытием темноты сразу отправится назад на север, но мы его нагоним быстро. Часть лошадей при такой спешке в ночи неизбежно потеряем, сами знаете, качество у наших последних трофеев не самое лучшее, но если прихватим запасных, темп не потеряем. Что-то не так? Я вижу в ваших глазах многочисленные вопросы.

– Ты даже не представляешь, насколько многочисленные, – Кими покачала головой. – Скажи, для начала: что именно мы должны там сделать?

– В идеале мы должны ударить по инженерным частям противника, – ответил я. – Желательно при этом уничтожить самые тяжёлые осадные машины. А лучше вообще все машины, что там есть. Если не получится, попробуем нанести ущерб другим отрядам.

– Спасибо за ответ, вот только вопросов к тебе стало ещё больше… – протянула Кими, глядя на меня с какой-то несвойственной ей опаской. – Гедар, с тобой всё в порядке? Ты случайно не переутомился?

– Да нет, я бодр, как никогда. Откуда такие подозрения, Кими?

– Ты хоть представляешь, сколько под городом ассиопцев?

– Выяснением именно этого вопроса я занимался все те дни, что мы находились в лагере принца. Хотел поточнее понять местные расклады. Если верить имперской разведке и докладам из Феоронниса, на момент нашего выхода под городом находилось около семидесяти пяти тысяч солдат противника. Это если считать сухопутные силы. В морских блокирующих эскадрах десятка три с половиной разных кораблей, включая самые тяжёлые галеры южан, что пытались обстреливать город с моря. Также флот противника сумел захватить один из фортов, прикрывающих малую городскую бухту. Там до трёх тысяч разных моряков высадилось, ну и на кораблях примерно столько же должно оставаться. Однако надо учитывать то, что не все они на виду у города в море болтаются. Южнее на побережье располагаются временные стоянки южан, там они грузы и войска высаживают, и там их прикрывают боевые корабли. Откуда тоже могут быстро выступить приличные силы, но данные противоречивые, по разным сведениям от двенадцати до тридцати тысяч, причём в основном это далеко не самые лучшие солдаты. Севернее Феоронниса, вдоль тракта и побережья тоже хватает всяких отрядов. Но там ситуация изменчивая, воздушная разведка горожан не успевает отслеживать все передвижения противника. Цифры самые разные называют, но они тоже пятизначные. Итого, в считанные часы против нас могут выдвинуться более ста тысяч южан.

– О! Нам будет, кого убить! – восхитился из угла шатра снова пробравшийся на совет Гуинплен.

Арсай заулыбался радостно, а почти все прочие схватились за головы.

– Да, расклад выглядит немного не в нашу пользу, – неохотно признал я.

– Какое интересное у тебя немного… – понуро протянул Паксус. – Если мы будем без пехоты и обоза, это получится по пятьдесят с лишним ассиопцев на каждого из нас.

– Может стрелков оставим тоже? – заволновался Арсай. – Тогда получится больше ста врагов на каждого. Красивая цифра.

– О да, не цифры, а мечта Арсая о достойных похоронах… – пробурчала Кими.

– Да ладно, не надо так драматизировать, – продолжил я. – Вы не учитываете, что никто такие силы ради нас собирать не станет. Большая часть солдат занята осадой, и снимать её южане из-за нашего нападения не станут. Имперское командование полагает, что основная цель Ассиопы в этой войне – захват Феоронниса, так что они могут отступить от города лишь в том случае, когда ничто другого им не останется. Понятно, что мы столь малыми силами заставить их на это пойти неспособны. Если всё сделаем правильно, опасаться нам следует только конницы в основном лагере осаждающих. По самым пессимистичным сведениям, её там до тридцати тысяч, по оптимистичным немногим больше пятнадцати. Если не повезёт, значительная её часть может собраться и подойти достаточно быстро, чтобы помешать нам, или догнать нас, когда мы уже будем уходить.

– Господин, тридцать тысяч это, конечно, не сто, но всё равно как-то чересчур, – осторожно заметил Камай.

– Да и пятнадцать тоже как-то многовато, – добавил Паксус.

– Неужели принц действительно такое тебе приказал? – спросила Кими.

Я покачал головой:

– Нет, такой приказ он, разумеется, отдать не мог, потому что никому в его ставке и в голову не могло прийти, что при всей узости приморской равнины по ней можно так быстро и без преград добраться до самого Феоронниса. Нам изначально чётко и ясно предписано лишь одно: помешать противнику выставить новый заслон на Мокренькой. Причём в случае, если нарвёмся на крупные силы, рекомендовано отступить, чего мы, как вы помните, делать не стали. Также, по возможности, нас просили проверить обстановку южнее реки. Но именно по возможности, причём приказ о дальнейших действиях весьма расплывчатый. Складывается ощущение, что наше командование само не знает, нужно ли нам что-либо делать дальше в предгорьях или лучше о них забыть. Принцу понравилась та лёгкость, с которой мы прошли по краю равнины, однако насчёт Феоронниса вообще никто не заикался. Никто не верит, что также свободно и быстро можно и до города двигаться по каким-то лесам, а не по тракту, как это здесь у всех принято. Но, как вы видели, с нашими силами и возможностями добраться сюда несложно по любой дороге. У нас повышенная скорость передвижения на любой местности и сильная воздушная разведка, а противник упорно игнорирует западное направление. Впрочем, это взаимно, ведь наши командующие тоже его игнорируют, и наш рейд просто исключение и вообще частная инициатива. Аристократам подавай широченные открытые пространства, чтобы красиво бить конницей и ровно выстраивать пехоту, а на западе равнины таких мест до самого Феоронниса практически нет. И скажу честно: лично я изначально сюда направляться не собирался. Но вы же меня знаете, на всякий случай всегда стараюсь подготовиться к любым раскладам. И так получилось, что несколько дней назад возле Дэглби я встретился с одним интересным ассиопцем. Его семья под Меннай, почти на положении рабов, он на них зол и при этом хорошо информирован, потому много чем поделился. При этом всплыло много интересного.

– Я что-то не понял… – задумчиво протянул Паксус. – Ведь Меннай враги Кроу. Зачем им с тобой общаться?

– А я вообще в шоке, – заявил Дорс. – Наш Чак, оказывается, какие-то непонятные дела крутит с ассиопцами, и никто не в курсе. Кстати, если у тебя там связи есть, может пока идёт война, уговоришь их провернуть продажу партии октов? Так-то запрет торговли, но ведь под потери можно списать. Если что, моя семья готова профинансировать любое количество таких коней по тройной цене. В смысле тройной цене от того, что на Большом юге за них берут. И торг уместен.

– Ты можешь хоть раз в жизни подумать о чём-нибудь кроме октов? – устало протянул Паксус.

– Ну как же можно о них не думать, когда такая возможность вырисовывается? – искренне удивился Дорс.

Я поморщился:

– Давайте об октах как-нибудь в другой раз поговорим. И да, если тебе, Дорс, очень хочется в это дело влезть, не надо на меня смотреть, я тут далеко не единственный вариант. Судя по тому, что наблюдается в лагере принца, какие-то тёмные дела с ассиопцами крутят абсолютно все, включая балаганщиков и самых бюджетных солдатских подруг. И да, уточню ещё раз для тех, кто слушал не ушами, а нижним органом: тот южанин не из Меннай, его семья – Мена, она под ними. Причём они не какие-нибудь вассалы, а, скажем прямо: практически рабы с благородной кровью. Меннай их использует там, куда своих отправлять слишком опасно. Естественно, не всех Мена такое положение дел устраивает, в том числе того южанина, с которым мы пообщались. Так уж получилось, что мы с ним оказались связанными неким общим делом, не имеющим отношения ни к этой войне, ни к государственной политике вообще. И он решил нашу связь использовать в своих целях, но для обоюдной выгоды. Попросил, чтобы я принял его под свою руку. И не его одного. Как я уже сказал, не всем Мена по душе существующее положение вещей. Если считать детей, почти шесть десятков человек из этой семьи готовы перейти под руку хоть к Кроу, хоть к самому Хаосу. То есть они в таком отчаянии, что к кому угодно готовы приткнуться, лишь бы не оставаться под Меннай.

Кошшок покачал головой:

– Десница, ассиопцам нет веры. Да и как их Меннай без клятвы оставили? Не верится в такое, обязательно клятва должна быть, ведь старшая семья приличная, значит есть у них такая родовая сила. А под клятвой они своим вредить не смогут, как ни старайся. Да и не уверен, что вообще сбежать смогут с таким-то ярмом. Ну а если и побегут сдуру, старшие Меннай устроят призыв, и у беглецов мозги лопнут, если не вернутся. Сам я мало в этих делах понимаю, просто что-то такое слышал, но подробности сказать не могу.

– Клятва есть, – признал я. – Сразу так и сказал этому Мена, как и ты, почти слово в слово. Но, оказывается, есть хитрые нюансы, тут надо учитывать, что Меннай хоть и сильная, но относительно молодая семья. Кроу куда древнее этих выскочек, нашу кровь даже сравнивать нельзя. И в былые времена не раз случалось так, что именно Кроу одной лишь силой своей крови нередко забирали у южан недовольных, подобных Мена. Мои предки усиливали такими перебежчиками свой клан, а враги на это лишь свирепели, не в силах откатить всё назад. Факты малоизвестные, но эти Мена до них докопались и приложили все силы, чтобы оказаться здесь в нужный момент. Также тот их человек, с которым я общался под Дэглби, объяснил механизм особой опосредованной клятвы. Он, как бы, перенёс её для других, такое возможно при условии всё той же древней крови у конечного получателя клятвы. То есть вначале ему все его сообщники поклялись, как бы авансом, а он, в свою очередь, поклялся мне за себя и за них. Это неполноценная клятва, она лишь на время спасает от Меннай. Однако они надеются, что даже те Мена, которым придётся бежать не из ближних краёв, а от самой Ассиопы, уложатся в отведённый срок. Среди них есть приличные маги, прекрасные спецы-хозяйственники и носители редких навыков, что очень нам пригодятся. Я счёл, что такое пополнение Кроу не помешает.

– Не верю южанам, – снова покачал головой Кошшок. – Тем более, предавшие один раз предадут снова.

– Да, не помешает проверка, – кивнул я. – Ну так в чём проблема? Вот здесь мы её и проведём. Насчёт предательства вопрос сложный и спорный. Лично я бы их поступок так называть не стал. Повторяю ещё раз: эти Мена здорово натерпелись от Меннай. Те с ними обращались и обращаются, будто с псами. При этом Меннай – один из кланов, на котором держится мощь Ассиопы. В десятке рейтинга висит, а их рейтинг, увы, не чета нашему, они посильнее будут при равных позициях. Поэтому большинство Мена не считают Ассиопу своей родиной, для них это скорее враждебное государство, частью которого являются их поработители. Также наши потенциальные союзники понимают, что доверие следует заслужить. То есть патриотизма у них ноль, и они не имеют ничего против того, чтобы хорошенько нагадить стране напоследок, показав нам свою преданность. Так что мы посовещались и разработали совместный план действий. Сам бы я на такую дерзость не решился, но, послушав этого Мена, решил, что грех упускать возможность устроить ассиопцам пакость. Вот поэтому мы сейчас находимся здесь, неподалёку от Феоронниса. Если дальше всё пойдёт по плану, наши действия нанесут осадной армии огромный ущерб и значительно облегчат положение города.

– Господин, но если это хитрая ловушка Меннай, и мы направимся прямиком в западню? – осторожно спросил Камай.

– Я ничего не могу исключать, зато могу точно сказать, что тот человек меня не обманывал. Его клятва сработала, в этом не сомневайтесь, как не сомневайтесь и в том, что риск для них колоссальный. При всей древности крови Кроу невозможно надолго скрыть факт замены клятвы. То есть малейшая заминка выведет этих Мена на чистую воду, и последствия для них будут ужасающими. На всём Большом юге не найти семью, что смогла бы совладать с клятвой Кроу, так что играться с этим механизмом у них нет возможности. Следовательно, никакого предательства быть не может. Но расслабляться нельзя, так что про разведку забывать не будем, надо всегда готовиться ко всему.

– Вообще-то у южан тоже разведка есть, – буркнула Кими. – И если их там больше ста тысяч, страшно представить, сколько у них может оказаться птиц.

Я покачал головой:

– Не так уж и страшно. Насколько мне известно, обычно никто даже приблизительно не уделяет воздушной разведке столько внимания, сколько уделяем мы. Даже один навык птицевода достать непросто, а уж набором их обзавестись почти невозможно. И это я о минимальном наборе из двух умений. Но, как вы знаете, у всех наших разведчиков именно наборы, с одиночными навыками мы в отряд не берём, отправляем дальше учиться и выбивать нужные трофеи. Да, в основном наборы скромные, но даже с такими один наш специалист стоит десятка вражеских. И это если не брать в расчёт показатели в ПОРЯДКЕ, где у наших ребят тоже явное преимущество. Да и тренировкам они уделяют особое внимание, в том числе групповым. Если взять единственного разведчика у Львёнка, то нашим «орловодам» он давно уже в подмётки не годится. А ведь считается сильным и опытным, причём поначалу доминировал над всеми прочими, лучше всех небо контролировал. Однако наши ребята шли вперёд, а он топтался на месте, и оказался за их спинами всего-то за несколько месяцев. Но Кими, так-то ты права, расслабляться и в этом вопросе нельзя, поэтому проблему неба нам тоже придётся учитывать всерьёз. И да, так как под городом мы окажемся посреди ночи, опасаться следует лишь сов да филинов, а их что у южан, что у северян мало. Это тоже играет в нашу пользу.

– Как вы сов и филинов различаете? – вдруг спросил Дорс. – Как по мне: что то сова, что это.

– Наконец-то не про октов, – еле слышно пробормотал Паксус. – Дорс, как по мне, ты прав. Одно и то же, просто филин большая сова.

– Может различия между совами и филинами обсудим как-нибудь потом, а сейчас вернёмся к нашим делам? – предложил я.

– Да, конечно, – закивали персты.

– Господин, позволю заметить, что радиус действий у некоторых дневных птиц весьма значительный, они заметят нас ещё до темноты, – сказал Львёнок, заметно погрустневший при рассказе о том, как его прекрасный ещё недавно разведчик сдал позиции моим выскочкам. – При осадах полагается уделять внимание не только ближним, а и дальним окрестностям, даже если обустроена сплошная циркумвалационная линия. А у ассиопцев контроль нельзя назвать качественным. Об этом можно судить хотя бы по тому, как легко мы сюда добрались. Единственный полноценный бой случился лишь в начале, причём мы о его высокой вероятности знали ещё до выхода из лагеря принца. Также мне известно, что сплошной циркумвалационной линии у ассиопцев нет. Они начали её устраивать к северу от города, по обе стороны от имперского тракта, и на этом остановились. То есть прикрыто лишь самое опасное направление, но должен признать, на месте противника я бы, вероятно, ограничился такими же мерами. Этого достаточно при таком ландшафте и расстановке сил. Дело в том, что с юга и запада их позиции надёжно прикрывает сеть каналов. Для нападения с тех направлений необходимо преодолеть где-то один канал, а где-то два, а где-то и больше. Водные преграды вполне заменяют полноценную циркумвалационную линию, достаточно контролировать мосты и не позволять там плавать на лодках, что, южане, наверняка учли. Однако даже самая надёжная защитная линия должна компенсироваться качеством воздушного наблюдения, особенно дальнего. Это азбучная истина для любого командира на осаде, не стоит рассчитывать на то, что ассиопцы этот момент упустили. Так что птицы вряд ли выпустят нас из вида, и избавиться от них мы, наверное, не сможем. Да и надо ли? Ведь если у нас это получится, противник, потеряв внезапно столько птиц, сможет и без прямого наблюдения сделать правильные выводы.

– А мы не пойдём к городу напрямую, – сказал я. – Первую часть дня будем продолжать двигаться строго на юг по предгорьям, лишь ближе к вечеру развернёмся к морю. И уже там, у самого моря, выйдем на хорошую дорогу и пойдём назад, на север. Появление врага с юга ассиопцы будут ожидать в последнюю очередь. Да, мы не иголка в стогу сена, и как ни хитри, нас могут обнаружить. Если заметим подозрительную активность, основные силы тут же развернутся на северо-запад, и отправятся назад, на соединение с обозом. Ну а мы в таком случае, скорее всего, ограничимся незначительной диверсией малыми силами. Для этого подготовим специальный отряд, я его поведу лично.

– Может лучше я его поведу? – предсказуемо предложил Камай.

Я покачал головой:

– Исключено. Меня человек из Мена знает, а тебя нет. Я должен сам встретить его группу в условленном месте.

– Не вижу смысла так рисковать ради каких-то ассиопцев, – идзумо покачал головой.

– Слишком много пессимизма, Камай. Да, я понимаю, что расклады по соотношению сил выглядят скверно, а план смотрится сложно, следовательно, что-то непременно пойдёт не так. Но вы уже видели ассиопцев в деле, они не настолько непобедимы, как считает большинство. Больше похоже на то, что репутацию их предки наработали, вот и пользуются. К тому же нам не придётся сталкиваться с чёрными квартами и подставляться под десятитысячные отряды конницы. Кварту быстро в поле не выведешь, у них на подготовку долгие часы уйдут, и ждать мы, конечно же, не станем. С кавалерией, понятное дело, ситуация сложнее, но особенности подходов к городу таковы, что если всё правильно обыграть, у противника не будет даже возможности к нам подобраться.

Львёнок покачал головой:

– Господин, так уж получилось, что я немного наслышан о некоторых особенностях подходов к Феороннису. Дороги вокруг города прекрасные, но всё осложняется остатками сети древних каналов. Их поддерживают в порядке, местами используя в логистике, поэтому они являются серьёзными преградами. Мостов достаточно, но не сомневаюсь, что все они хорошо охраняются, и нам будет сложно пройти по ним незаметно. Надеюсь, вы и без моих слов всё это знаете.

Я кивнул:

– Да, мне эти особенности известны, я их учёл. И да, забудьте про мосты, нам они не понадобятся.

– Но у тех каналов большая глубина и обрывистые стены, – добавил Львёнок. – Изначально их, наверное, для морских кораблей проектировали, и хотя они за века обмелели, всё равно преграда серьёзная. Лошадей можно заставить прыгать в воду, но вот выбраться назад они не смогут, а вытаскивать их будет сложно. Переправа обещает затянуться.

– Чак их руками вытащит, он рассказывал, как делал такое, – уверенно заявил Дорс.

– Даже если так, он всю ночь будет их таскать, потому что канал там не один, – сказал Львёнок.

Я покачал головой:

– Никто никаких лошадей на руках таскать не будет. Я вам сказал, что мосты нам не понадобятся, значит так и будет. Просто примите эту информацию и больше не думайте о переправе, я за вас уже всё продумал и не вижу смысла тратить сейчас время на ненужные объяснения. На месте всё увидите. Так что предлагаю обсудить другие вопросы, ведь их у меня много, а вот времени мало. Ровно через сутки мы нападём на более чем стотысячную армию, так что тема каналов нас сейчас должна волновать в последнюю очередь.