Текст книги "Кроу неуловимый (СИ)"

Автор книги: Артем Каменистый

сообщить о нарушении

Текущая страница: 14 (всего у книги 18 страниц)

Глава 15
Гуинплен хочет убивать больше

Глава 15

Гуинплен хочет убивать больше

В лагерь мы вернулись уже в темноте.

Хотя неуверен, что это недоразумение вообще можно называть лагерем. Пользуясь прекрасной погодой, мы не тратили дефицитное время на установку шатров и палаток, и также отказались от организации стандартного укреплённого периметра. Да, это жирный минус к безопасности, но если делать всё по правилам, проиграем в скорости, а это для нас сейчас все десять жирнейших минусов. Так что становились компактной толпой на подходящей поляне, окружались дозорами, поднимали в воздух сов и филинов.

Плюс на этот раз пересеклись с группой прячущихся в лесу крестьян. Уж не знаю, каким образом среди недобитых простолюдинов расходились новости, но эти бедолаги про мой отряд знали и сходу рассказали про пару групп особо злостных карателей, что орудуют в округе.

К сожалению, нам сейчас некогда тотальную месть устраивать. Но новые знакомцы разочарованными не остались, потому что получили в подарок лошадей, оружие и доспехи, которыми добрые южане щедро поделились с нами днём.

Трофейного добра слишком много, и впереди нас ждут новые выгодные стычки. Вряд ли сумеем даже самое ценное дотащить, многое уже приходится топить в болотах и бросать в оврагах, так что раздавать – самый правильный вариант.

Вокруг такие дела творятся, что того и гляди, скоро оставлять повозки начнём. Уже не раз обсуждали такой вариант, но решили, что пока они нам не мешают. Жалко с ними расставаться. Это ведь не какая-то телега крестьянская, это настоящий шедевр, стоит такая подороже иной кареты, и полевые мастерские быстро компенсировать потери не смогут.

Я уж молчу про «драконов» Паксуса. Тот заставил меня разориться на лучшие материалы, что даже в самой мощной струе ракетного пламени не горят. Достать их здесь будет непросто, так что не факт, что вообще сумеем восстановить потерянные единицы «реактивной артиллерии».

Есть и другие плюсы во вместительном транспорте. И я сейчас не только про перевозку грузов говорю. Например, в данный момент все наши повозки размещались по периметру лагеря, и за ними располагались дозорные. Хоть какая-то укреплённая линия на тот случай, если враги всё же как-то сумеют подобраться незамеченными.

И, кстати, шансы у них есть. Мои разведчики однажды заметили отряд, что возник из ниоткуда, вдруг оказавшись посреди тщательно проверенной площади. Изучив этот случай, они пришли к выводу, что воинов прикрывал маскировочный навык. Что-то вроде того полога, с которым я лично сталкивался в Мудавии, когда южане попытались разобраться с моей дружиной. И ещё раз они это повторили уже под стенами столицы, сумев обмануть и разбить всю нашу немногочисленную тяжёлую кавалерию ещё до начала битвы Трёх королей.

Утешает то, что тот отряд большим не назовёшь. Но с другой стороны даже две-три сотни сильных бойцов при неожиданной атаке способны устроить нам грандиозные проблемы.

А шанс на неожиданность у таких невидимок хороший. Если на войне с Тхатом враги умели прятать лишь неподвижные группы воинов, ассиопцы как-то скрывают их в движении. Да, перемещаются при этом небыстро, однако этого достаточно, чтобы устроить тот ещё сюрприз. То есть могут обмануть нас, несмотря на прекрасно налаженную воздушную разведку, данные которой собираются и анализируются.

Вот и приходится придумывать контрмеры, используя любую возможность.

Я прямо сейчас над ними голову ломаю, рассеянно поглядывая в ту сторону, где по данным разведки располагается ближайший вражеский отряд. Ничтожная кучка фуражиров, не больше полусотни самых заурядных солдат. Добыча даже не лёгкая, а смешная, и это настораживает.

Что такие слабаки делают в местах, где гибнут сотнями настоящие воины? Они ведь не могут не знать о том, что на западе стало слишком горячо.

Не надо считать врагов неразумными созданиями, если не хочешь, чтобы они тебя наказали за неверные представления. Эти фуражиры могут быть не теми, кем кажутся, или их выставили в качестве кусочка сыра в мышеловке, где сжатыми пружинами затаились «невидимки».

По слухам, на Большом юге имеются уникальные спецы, способные даже чёрную кварту укрыть посреди чистого поля. А здешние леса густы; местность часто осложнена мелкими озёрами и болотами, располагающимися среди обширных камышовых зарослей; дорог и троп здесь превеликое множество и далеко не все они отмечены на картах. Чтобы надёжно перегородить весь этот лабиринт от моря до гор, ассиопцам придётся согнать половину армии. Вряд ли они на такие меры пойдут, так что ограничиваться лишь тысячными толпами солдат в заметных заслонах не станут, нам стоит ждать от них более хитроумных действий.

Как это часто бывает с Гуинпленом, возник он неожиданно там, где ему не место. Но так как это не кто-нибудь, а сам «мистер улыбка», я на него внимания не обратил.

Он у нас почему-то появляется когда угодно и где угодно, причём обычно никто ничего на это не говорит. Сам не знаю, как у него получилось стать привычной деталью нашего пейзажа.

Гуинплен даже на военные советы проникать умудряется, и, по-моему, это единственное место, откуда его выпроваживают.

Да и то не всегда.

Нет, мы ему, разумеется, доверяем. Ну а как иначе? Он и делами доказал преданность, и, как-никак, самую жёсткую клятву дал (причём не просто добровольно, а сам настаивал). Все прочие обычно ограничивались стандартно-упрощённой формой, что допускает чуть больше вольностей.

Но клятва клятвой, а на военном совете простому сержанту делать нечего.

И всё же Гуинплен моё внимание сейчас привлёк. Потому что не просто так мимо прошмыгнул или где-то в уголке засел, а целенаправленно направился ко мне.

– Простите, господин! Мне очень кое-что нужно! Простите!

– Чего тебе, Гуинплен?

– Я должен вам кое-что рассказать.

– И о чём же ты хочешь поговорить? Определился, наконец, с наградой, которая тебе полагается за тех убийц?

– Нет, господин. То есть да… И да и нет… Господин, вот, взгляните, прошу вас.

Солдат присел, положил на землю небольшой мешок, раскрыл его.

– Господин, это те трофеи, которыми ПОРЯДОК наградил меня за тот бой, где мы стреляли по палаткам и жгли большие катапульты.

Я одобрительно кивнул:

– Выглядит неплохо. Поздравляю с хорошей добычей.

– Да, господин, добыча хорошая. Даже очень хорошая. В том бою от моего арбалета приняли смерть семьдесят девять врагов.

– Сколько⁈ – изумился я.

– Семьдесят девять. Так ПОРЯДОК после боя мне нашептал.

– Звучит, как бред…

– Господин, простите, но я говорю правду. Вы же знаете, я не могу вас обмануть, строгая клятва не позволит.

– Да как тебе болтов хватило на такую толпу? – спросил я недоверчиво.

Клятва, конечно, жёсткая, но кто знает, может по мелочам можно выходить за её границы. Мне ведь функционал не всегда понятен.

– Я всегда беру их больше, чем другие, – ответил Гуинплен. – А тогда нам сказали, что врагов будет много, я взял ещё больше. Я может и не выгляжу крупным, но я сильный, я бы ещё мог утащить, если бы знал, что их окажется настолько много, и что нам позволят стрелять в них так долго.

– Да уж… Ты что, во всех случаях стрелял лишь в тех южан, которые на виду бегали? Ведь большую часть болтов стрелки выпустили вслепую.

– Вначале мы били зажигательными. Хотели сжечь эти грязные палатки и шатры. И я тоже бил вместе со всеми. Но попадал не только в палатки, а и в людей. Часто попадал. Так ПОРЯДОК сказал. От огненного болта человек сразу сильно загорается и мечется от боли, поджигая всё вокруг. Так что если надо больше пожаров сделать, бить надо по людям которых видишь или не видишь.

– Не понял последнюю фразу, – сказал я.

– Господин, я пока никому не говорил, но после битвы Трёх королей у меня появилась особая способность. ПОРЯДОК наградил. Он сказал мне, что я выжил там, где должен был умереть, и после такого я иногда могу становиться счастливчиком. Когда нам приказали стрелять навесом просто по скопищам палаток и шатров, я решил, что это неправильно. Болты очень хорошие и дорогие, нельзя их вот так просто разбрасывать. И я эту способность использовал. Её хватает ненамного, ну так мы и стреляли не так уж и долго. Многие мои болты попадали в людей, которых я даже видеть не мог. Их сам ПОРЯДОК направлял. Вот так и получилось семьдесят девять.

– Гм… Интересная способность…

– Да, господин, полезная очень. Не будь её, я бы так много врагов не убил.

– Да уж, я бы от такой не отказался…

Глаза Гуинплена воодушевлённо вспыхнули:

– Господин, вы можете забрать мою жизнь! Если ПОРЯДОК смилостивится, эта способность достанется вам.

Я покачал головой:

– Да ты и впрямь сумасшедший, ты псих похлестче Арсая. Приятно, конечно, видеть такую преданность, но впредь следи за тем, что говоришь. В моём войске никто никого за способности убивать не будет. Никто и никогда. Мы не южане, мы не станем грызть друг дружку за горсть трофеев.

– Простите, господин. Я просто подумал, что вы маг с сильными навыками, вы с моей способностью сможете убивать так много врагов, что ПОРЯДКУ будет трудно их считать.

– Я и без неё прекрасно справляюсь с врагами, так что оставь для себя и больше не заводи такие разговоры. И да, а что ты, собственно, хотел, Гуинплен? Для чего подошёл? Просто похвастаться добычей и предложить себя убить ради возможной передачи ценного навыка?

Тот покачал головой:

– Нет, господин, я вообще хвастаться не собирался. Как-то само получилось. Пришлось сказать и показать. Простите меня. Господин, я хотел вам все эти вещи предложить, – странный стрелок указал на мешок. – И добавить ещё могу из старых трофеев. У меня много всяких, вы же знаете. Я вам всё готов отдать, что отдаётся, а что не отдаётся, то на символы поменяю и тоже передам.

– Благодарю, конечно, но, Гуинплен, я не претендую на добычу моих людей. Сколько бы вы не взяли, вся она ваша. Богатейте, усиливайтесь, радуйтесь трофеям: я буду радоваться вашему прогрессу вместе с вами.

– Господин, снова меня простите. Я не мастак говорить, не смог вам всё просто объяснить. Я это к чему… Никто не может убивать так много врагов, как я убиваю. Но это если меня с арбалетчиками сравнивать. Маги совсем другое, они могут убивать больше. Гораздо больше. Это когда у магов есть умения, которые убивают не поодиночке, а сразу толпами. Такие, как у вас и у госпожи Кими. Я умею убивать, и я хочу убивать больше. Но даже с таким умением, что само находит цели, я не могу убивать так много. Вы когда-то предлагали мне стать магом, я это помню и сожалею, что остался верен арбалету. Это была ошибка. Я хочу эту ошибку исправить и всё же стать магом. За ошибки надо платить, и все эти богатства – моя плата. Заберите их до последнего символа и дайте мне ещё один шанс. Молю о нём. Господин, не сомневайтесь, став магом я смогу убивать не семьдесят девять врагов за бой, а гораздо больше. Я видел, как убивают маги, я знаю, что с такими навыками смогу убивать лучше. Я смогу. Вот как-то так…

Я кивнул:

– Вот сейчас стало понятнее. Гуинплен, как бы тебе объяснить… Понимаешь, ты и прав и неправ одновременно. Во-первых, надо учитывать то, что маги бывают разными. Таких, как я и Кими в нашем войске пока лишь два человека. Только мы можем бить настолько мощными навыками, что одним удачным ударом сносим до ста и даже больше врагов. У всех остальных массовых навыков или нет вообще, или есть один лишь Огненный шар, а он не очень-то массовый даже на высоких уровнях. Сам, наверное, видел: если двоих-троих накроет, это уже неплохой результат. Причём до таких высот Шар никто кроме меня и Кими у нас пока что не поднял. Дело в том, что это очень дорогой и, главное, долгий процесс. Если взять арбалетчика твоего уровня и обычных наших магов, до тебя им обоим очень далеко, ведь ты болтами выбиваешь больше врагов, чем они своими навыками. Также ты со своими способностями можешь устраивать охоту на прокачанных вражеских арбалетчиков и со временем получить особо сильные навыки для своего оружия. А вот побеждать вражеских магов не так выгодно, потому что стихийные трофеи из людей не выбиваются. И из этого следует второй момент: удары массовой магией изучить очень сложно. Я рад бы каждого своего мага ими обеспечить, но, увы, лишь для Кими кое-что удалось сделать. К сожалению, способ, который сработал с ней, слишком неудобен, он не подойдёт для остальных. Так что, сколько бы ты ни попытался заплатить, повторить его для тебя не смогу. Получается, ты останешься без Чёрного солнца юга и Гнева грозовых небес. Если ничего не изменится, тебе придётся ограничиваться развитием самых низовых навыков до массовых. И, как я уже говорил, массовость там не впечатляющая, и ради этого сомнительного волшебства тебе придётся потратить прорву времени. Как ты, должно быть, знаешь, мои рядовые маги свою магию получали в Запретной пустыне и в Лабиринте. Останется ли способ с Запретной пустыней доступным и дальше, мне неизвестно, а Лабиринт, предполагаю, недоступен минимум до конца этой войны. Получается, даже низовые навыки тебе в ближайшее время получать негде. Такие вот дела… И да, должен добавить, что ты достойный воин и заслуживаешь не просто второй шанс, а куда больше. Увы, мои возможности далеко не безграничны, много обещать не могу, но что до магии, никаких препятствий тебе не будет. Разумеется, в пределах ограничений, о которых я только что рассказал. Если не передумаешь, при первой же возможности постараемся обеспечить тебя нужными параметрами. Так что жди момента, когда ситуация с дальнейшим развитием наших магов определится. Гарантирую, ты станешь первым, кого мы отправим в Лабиринт или хотя бы в Запретную пустыню. А пока что разворачивайся и шагай спать. И да, мешок со своими сокровищами забрать не забудь.

– Спасибо вам, господин, – поклонился Гуинплен. – Клянусь, если я стану магом, вы не пожалеете об этом. Арбалет, конечно, хорошо, но магией я смогу убивать быстрее и больше. Гораздо больше. Наверное. Я постараюсь сделать всё для того, чтобы получить новые навыки, самые сильные. Они мне очень нужны, ведь с ними я убью столько врагов, что вы будете очень мною довольны. Врагов у вас хватает, их всех придётся убить, так что убивать придётся много.

Подошедшая Кими проводила взглядом удаляющегося Гуинплена и спросила:

– Мне не послышалось? Этот распрекрасный психопат обещал убивать ещё больше?

– Угу, – подтвердил я. – Ты не поверишь, но под Феороннисом он пристрелил семьдесят девять южан.

– Ну что ты, я ни капельки не удивлена. Если нужно кого-то убить, этот полностью ненормальный маньяк просто незаменим. Знаешь, он и меня иногда пугает, хотя меня попробуй ещё запугай. Даже для психопата у него редкая целеустремлённость, он будто одержимый. Я сама видела, как он точит болты, а они, между прочим, из мастерской уже острыми выходят. Спросила, зачем он это делает, догадайся, что он ответил.

– Чтобы убивать.

– Ну да, примерно так, – кивнула Кими. – Действительно одержимый.

Я тоже кивнул:

– Дайте мне сотни три таких одержимых сержантов, и я отправлюсь завоёвывать мир.

– И ведь запросто завоюешь, – кивнула Кими и другим голосом добавила: – Дальняя разведка только что вернулась. Впереди, на севере, от хребта и до лиманов всё кишмя кишит южанами. Они устраивают сплошной заслон по какой-то речке и по дорогам рядом с ней, мы такой толпой через них незаметно никак не проскочим. И ещё наши разведчики чуть не потеряли филина. Бедной птице сильно досталось, еле спаслась от сразу двух канюков. Похоже, кто-то из ассиопцев догадался начать щипать наши пёрышки, и этот кто-то находится недалеко, ведь у филинов радиус действия небольшой. Птиц у нас хватает, но ты представь, сколько их наберётся у южан, если они решат с нашими наблюдателями всерьёз разобраться.

– Новости не очень… – задумчиво протянул я.

– Ну а что ты хотел? Я бы на их месте после Феоронниса тоже бы взбесилась. Даже не думай, без боя мы под горами никак не проскочим, и этот бой простым не будет. Если победим, придётся отбиваться от тех, кто будут подходить и с востока, и с севера, и сзади, с юга, догонять. Они там со всех сторон нас быстро обложат. Может через тот нефрит через заслон перескочим и как можно быстрее рванём к нашим? Второй такой заслон они впереди организовать не успеют.

Я покачал головой:

– Здесь мы тоже почти обложены. Если исчезнем бесследно, даже самые тупые заподозрят, что дело нечисто. Догадаются об артефакте, что способен войско перенести за десятки километров, а это допускать нельзя.

– А то они после чёрной кварты Меннай не догадались, – фыркнула Кими.

– Насколько мне известно, нет, не догадались.

– Гедар, ты что, думаешь, они там все дураки недогадливые?

– Нет, не думаю. Но попробуй поставить себя на их место. Представь, что ты знакома с событиями лишь по рассказам, причём рассказчики во время боя сидели в лагере, откуда, сама понимаешь, видели немногое. Какие-то предположения на эту тему они могут высказывать, но не более, потому что полноценными очевидцами не являются.

– Зато там неподалёку солдат и офицеров Тхата хватало, – заметила девушка.

– Да, не спорю, хватало. Но что они могли увидеть со своих позиций? Мы тогда сработали быстро, под пеленой дыма от шашек и взрывов, в неразберихе после отбитой атаки и покушения на их королей. Тхату в тот момент не до нас было. И, самое главное, никто в центре чёрной кварты не выжил. То есть некому рассказывать, как мы появились из ниоткуда, вслед за выкатившимися из пустоты бочками. Поле боя осталось за нами, и сама помнишь, как тщательно наши мудавийцы каждое тело на месте кварты проверили, ни одного раненого не пропустили. Не за страх, за совесть их добивали, ведь некромантию они ненавидят до скрежета зубовного.

– Ладно, пусть так, – согласилась Кими. – Но если не использовать нефритовый артефакт, как ты себе представляешь дальнейшее? Нам идти отсюда дня три, и за это время они впереди нагонят десятки тысяч солдат. А у нас, между прочим, болтов и стрел почти не осталось. На пару минут боя хватит, если растягивать, а это, между прочим, наше основное оружие. Ассиопцы, наконец, поняли, что нам в предгорьях гулять нравится, и сделают всё возможное, чтобы нам эти прогулки разонравились.

– Господин! Важная весть! – подскочил посыльный от разведчиков. – Один из филинов смог пролететь вдоль лиманов до самого моря и нашёл там то, что вы просили высматривать.

Я даже подробности выспрашивать не стал.

Очень уж ценный приз мне светит, надо сейчас же начинать действовать, все детали можно выяснить позже.

– Значит, Кими, говоришь, в предгорьях они всё перекроют?

– Под каждой корабельной сосной по отряду поставят, – уверенно ответила девушка. – Они ведь прекрасно понимают, что мы именно там собираемся проскочить.

Я покачал головой:

– Они что, всерьёз думают, что я настолько предсказуем? Тем хуже для них…

Глава 16
Огромное спасибо южному морскому флоту

Глава 16

Огромное спасибо южному морскому флоту

По предгорьям мы шастали туда-сюда не только ради любования красивыми видами, а потому что это лучший вариант дороги для тех, кто не желают лишний раз попадаться на глаза южным гостям. Использовали момент, свойственный многим средневековым конфликтам, когда противники гонялись друг за другом по карте войны компактными армиями, не распыляя ресурсы на организацию полноценных «линий фронтов». Максимум – перекрывали отдельные, важные направления, почти не уделяя внимания всему прочему.

У южан вся логистика завязана на имперский тракт и прибрежные воды: по дороге ходят войска и снабженческие обозы, по морю караваны судов с грузами и живой силой. Клановые сухопутные войска и флот, естественно, уделяют этим путям особое внимание, именно там наблюдается максимальная концентрация врагов. К тому же чем ближе к морю, тем, обычно, более открытая местность, потому что приличные леса в этих краях прижимаются к Прибрежному хребту. Плюс там же, на западе равнины, реки и ручьи в верховьях маловодные, их проще преодолевать почти в любом месте. Если же сдвигаться к востоку, придётся использовать мосты и броды, где, как минимум, дозоры выставлены, а как максимум – сильные заслоны.

В общем, для нас западная сторона долины – оптимальный вариант. Мы как вышли туда изначально, неожиданно для всех пробравшись через горы, так и шастаем там туда-сюда. Среди ассиопцев, наверняка, немало недогадливых людей, но даже самые скудоумные к этому времени должны заметить наши предпочтения. Неудивительно, что враги спешно и плотно обкладывают именно это направление.

Удивительно то, что они не занялись им всерьёз гораздо раньше. Даже без нас это направление должно выглядеть слишком открытым и потому опасным, а с нами так вообще тревога должна подняться по всей провинции. Мы ведь далеко не первый день бедокурим на западных дорогах и тропах, так что действительно стали предсказуемыми, а предсказуемость – первый гвоздь в крышку гроба плохого полководца.

Я себя плохим не считаю, и поэтому даже до появления посыльного от разведчиков начал осознавать, что с предсказуемостью пора завязывать. Да, выбираться из привычного леса на отрытую со всех сторон местность страшновато, но ведь этого от нас точно не ждут. Понятно, что непредвиденный манёвр заметят быстро, но хвалёная ассиопская связь не панацея, противник потратит время, чтобы направить отряды на новые позиции. Да и вряд ли сразу поймёт, что мы решительно поменяли тактику передвижения, в первую очередь он подумает, что мы намереваемся обогнуть заслоны с востока, чтобы затем снова вернуться в любимые предгорья.

Но зачем возвращаться? Там, на востоке, ближе к морю, дорожная сеть развита куда лучше, причём без учёта тракта. К тому же местами можно быстро передвигаться даже не по тропам едва заметным, а прямиком по солончакам прибрежной равнины, если погода не слишком дождливая.

А она сейчас именно такая.

Я не уверен, что мы успеем проскочить по оптимальному маршруту. И даже более того, опасаюсь там удара такой силы, который в лесу нам не светит. На открытой местности несколько тысяч конников снесут нас с лёгкостью, невеликим остатком запаса болтов и стрел мы их удар не остановим, а прикрываться там нечем.

Так что да, плюсы есть.

Однако и риски выше.

А ещё там наметилась возможность заполучить интересные трофеи. Нет, не те, что ПОРЯДОК начисляет при победах и всяческих мирных свершениях, а особые.

Тот «крест», что нам достался, когда выручали Мена из беды – ценнейшая добыча. В отдалённой перспективе она способна существенно усилить мои позиции, как феодала, что в сложившейся ситуации – жирный плюс к выживанию.

Но один древний артефакт – ничто. Единственным кораблём, каким бы удачным он не получился, очистить Северное море от пиратов нереально.

А про Ралийское лучше даже и не думать.

Не будет мне в него хода, ведь там «кресты» на любом маломальском корабле установлены, и ходят те корабли эскадрами.

Или даже флотами.

Если хочу с южанами держаться в море на равных, надо искать новые и новые корабельные артефакты. Водолазов у меня нет, расположение доступных «полян» с древними кораблекрушениями мне неизвестно.

Тогда что остаётся?

Вот потому, обдумав стратегические перспективы судостроения, со вчерашнего дня гоняю дальнюю разведку к побережью, дабы птицы высматривали самые качественные штурмовые галеры. Нет, я и от других не откажусь, вот только нужные мне гиганты в портах ошиваются, а не на сомнительных стоянках.

Ну да и ладно, мне штурмовых вполне хватит, если они действительно из лучших. По словам Шэттеба, это узкоспециализированные корабли, самые дорогие в своём классе, в морские патрули и караваны их отправляют в исключительных случаях, такие там не нужны. В перерывах между десантными операциями они, как правило, подолгу торчат в портах или укромных бухтах.

Портов поблизости нет, безопасных стоянок всего ничего, но надежды я не терял. Даже разработал тактику действий против таких кораблей с минимальным риском для ценных артефактов и моих людей.

И вот разведка засекла сразу четыре штурмовые галеры третьей линии. И они не на якорях стоят в укромной бухте, их вытащили на мель возле какой-то мелкой рыбацкой деревушки, носами они лежат на суше. То поселение столь ничтожно, что даже на карте не обозначено, но по ориентирам понять его расположение несложно.

Экипажи кораблей устроили палаточный лагерь, где днём и ночью занимаются ремонтными работами. По словам того же Шэттеба, ничего серьёзного, просто днища кораблей очищают от всякой флоры и фауны, что в тёплых водах быстро нарастает даже на добротно обработанной древесине.

Южане уже считают эту землю своей, но про бдительность стараются не забывать. Понимают, что четыре непростые галеры – ценный приз для северян. Так что к охране там относились соответственно. Команды штурмовиков усилили отрядом лёгкой конницы, дозоры из всадников контролируют подступы к деревне на несколько километров, уделяя внимание не только дорогам.

Если у этих моряков имеются хотя бы самые примитивные амулеты связи, мы рискуем выдать себя задолго до подхода к лагерю. Следовательно, они успеют проснуться, надеть доспехи и подготовить горячую встречу. Помимо прочих мер превратят вытащенные на песок корабли в своеобразные укрепления, вроде крепостных башен. Будут постреливать из лёгкой судовой артиллерии и арбалетов, нанося нам потери с удобных позиций.

Мы, конечно же, можем поджечь корабли, для такого варианта у нас разные способы предусмотрены, однако это крайний вариант. Артефакты-движители хорошо защищены от превратностей морских путешествий, но подвергать их длительному воздействию высоких температур всё же нежелательно.

Подбираться на открытой местности к вражеским дозорам – дело непростое. Достаточно ясного неба и одного южанина со среднеразвитым ночным зрением, и за полкилометра сможет срисовать приближение даже небольшого отряда. Так как в тёмную пору ассиопцы предпочитают отсиживаться на стоянках, сразу заподозрят неладное и поднимут тревогу.

Пришлось сбавить ход, отправив вперёд «нелюдей-диверсантов». Там ребята талантливые, нелёгкая жизнь научила их не попадаться на глаза. Дай им белые костюмы, они легко посреди угольного склада укроются так, что в упор не заметишь.

И не запачкаются при этом.

Самая низовая лёгкая конница – не очень опасный род войск у южан, шансы нарваться на серьёзных противников там минимальные. Очень удобно, когда надо тренировать свой зарождающийся «спецназ».

Тренировка прошла успешно, проблемы с дозорами не возникли. Но вот на окраине деревни и лагеря нас ждали столь многочисленные посты, что нечего и думать скрытно «вырезать широкий проход».

Дружинники ударили всеми сотнями вдоль моря, по кромке пляжа, сходу снеся немногочисленный ночной заслон. Экономя болты, следом хлынули арбалетчики, короткими мечами вырезая уцелевших врагов. В переполошенном лагере заметались фигуры с факелами, на кораблях там и сям вспыхнули артефактные фонари. Света теперь хватало даже для тех солдат, у которых не было ночного зрения.

Это здорово облегчило работу обладателям метательного оружия. Лагерь мы разгромили почти бескровно, а вот с кораблями так просто не получилось. Наши с Кими сильные навыки применять опасно – даже Чёрное солнце при соблюдении некоторых условий способно мгновенно устроить сильные пожары. А ведь среди поражающих факторов навыка воспламенение не числится.

Что уж тут говорить про мои молнии.

Спасибо диверсантам за то, что позволили нам устроить внезапную атаку. Мало кто из моряков успел занять позиции у метательных установок, что способны полностью игнорировать защиту рядовых дружинников, да и обычного альфу вроде Дорса тоже снесут одним выстрелом, если воздействие превысит возможности амулета. Также в нашу пользу сыграло то обстоятельство, что корабли стояли в окружении подобия строительных лесов, с которых производилась очистка корпусов и ремонтные работы. Самые ловкие бойцы прыгали на них с сёдел и быстро забирались на палубу, где бросались на врагов с мечами. Хвалёные ассиопские штурмовики значительно уступали моим бойцам, а уж про обычных моряков и говорить не приходится. Один мой солдат легко отбивался от нескольких, часто при этом успешно атакуя в ответ.

В общем, мы справились, и даже корабли не пришлось жечь. Так-то, несмотря на все меры предосторожности, на одном возник сильный пожар, но наши маги с ним справились быстро.

Для водных навыков здесь, на морском берегу, сплошное раздолье. Хорошо, что догадались взять с собой нового союзника из Мена. Я сразу подозревал, что без огня не обойдётся, а у него как раз оказалось интересное умение, будто самим ПОРЯДКОМ созданное для пожарных.

Но как мы ни старались, победа обошлась дорого. Если взять за стартовый момент тот день, когда мы, ещё находясь в Мудавии, выступили в долгий путь на запад, за всё это время не понесли столько потерь, сколько вышло за эту ночь. И ладно раненые, ведь даже самых тяжёлых моими новыми лекарскими навыками можно вернуть в строй за короткий срок. Главное, чтобы руки-ноги на месте остались, а остальное поправлю быстро. Но, увы, у нас сегодня и убитых хватало.

И почти все они нашли смерть на пляже из-за моего приказа относиться к кораблям как можно бережнее.

Покидая деревню, некоторые бойцы оборачивались к морю со странным выражением на лицах. Очень походило на то, что они обижены.

И я их понимаю, потому что за нашими спинами разгоралось зарево четырёх пожаров. Да, с таким трудом захваченные корабли теперь пожирало пламя, что в бою никем не применялось из-за запрета. Мы, уходя, сами сожгли добычу, за целостность которой заплатили непомерную цену.

Стоили ли четыре особых артефакта таких потерь? Я не знаю. Пока могу сказать лишь одно: сам я, при всех своих параметрах, используя самые редкие и дорогие материалы неспособен создать движитель хотя бы в пару процентов мощности от того, что можно соорудить на древней основе. Не говоря уже о прочих параметрах. Это уровень не подмастерья и даже не начинающего рунного мастера, это что-то повыше. Недостижимый уровень при моих возможностях. Даже расщедрись вдруг старец из снов и предоставь все необходимые знания, вряд ли сумею повторить изделие древних кораблестроителей.

Это не то знание, что можно запросто применять сразу после получения. У меня нет учебника, где чётко и просто описаны все моменты, так что рунные навыки нужно закреплять практикой снова и снова, в разных вариациях. Лишь освоив текущий уровень досконально, можно начинать подниматься к следующему. В противном случае то и дело будешь оказываться в тупике, откуда путь лишь один – назад.

И там, позади, снова и снова придётся усиленно заниматься практикой, тратя в итоге на ошибочные метания куда больше времени, чем требует естественная эволюция мастерства.