Текст книги "Кроу неуловимый (СИ)"

Автор книги: Артем Каменистый

сообщить о нарушении

Текущая страница: 13 (всего у книги 18 страниц)

Глава 14
Какое-то удивительное перемирие

Глава 14

Какое-то удивительное перемирие

На материалах для этой галеры южные судостроители не экономили: качественная древесина, прекрасная обработка, пропитка дорогущей алхимией. Не будь у меня Жнеца, мы бы провозились не один час, слой за слоем разбирая палубный настил или проламывая усиленные борта.

Чтобы добраться до движителя, для начала требовалось проникнуть на гребную палубу. Ту самую, что тщательно замуровывалась вместе с невольниками и штрафниками-надсмотрщиками.

Тот, кстати, оказался здесь один и очень волновался, прислушиваясь к нашей деятельности. Кричал всячески, пытаясь выяснить, кто мы такие и с какой целью к нему ломимся.

Наконец, пробившись через последний слой просмоленных досок, мы смогли его не только услышать, а и увидеть.

– Вы кто⁈ – повторил он свою «шарманку», напряжённо таращась на нас из зловонного мрака.

Первый боец, пробравшийся в пролом, наградил любопытствующего южанина ударом в лицо так качественно, что тот вырубился на пару минут.

А когда пришёл в сознание, обнаружил себя в окружении избавленных от цепей невольников. Те, которых ещё не успели освободить, подняли дикий ор, неистово просили избавить их от оков побыстрее, дабы дать возможность принять участие в намечающейся процедуре воздаяния за все грехи.

Мои бойцы, конечно же, в разборки озлобленных рабов не вмешивались. Мена этот корабль хитрым образом угнали, надсмотрщик «шёл бонусом», никакого отношения к клану он не имел.

Так зачем лишать подневольных гребцов кровавой радости, о которой они столь долго мечтали?

Гребная палуба оказалась не просто загажена, здесь нечистотами пропиталась каждая доска. Как бы мне не терпелось побыстрее разобраться с кораблём, пришлось отказаться от идеи пробиваться к днищу через эту клоаку. Вместо этого решил пробиваться по альтернативному маршруту – через борт возле приподнятой носовой оконечности галеры. Спасибо Жнецу и путаным объяснениям того самого бородача из Мена. Старик имел какие-то смутные представления о конструкции артефактов, именно благодаря ему я и выбрал это направление.

И не прогадал, – нужные мне предметы оказался именно здесь.

Но возникла новая проблема – его габариты. Артефакт занимал целый отсек, устроенный над балластом. Высота там такая, что не развернёшься, и повсюду мешаются тяги, проведённые от рычагов, установленных на верхней палубе в своего рода рубке управления. Мельком их оглядев, я запомнил, что и как здесь располагается, после чего принялся крушить всё то, что мешает вытащить главный элемент.

Мне здесь нужен лишь крест длиной метров шесть с двухметровой перекладиной. Местами толщина деталей с поясницу худощавой девушки, материал – обычное железо или неотличимый с виду сплав. Причём по всей поверхности хватает следов коррозии и остатков наслоений, что образовались во времена пребывания на дне морском. Артефакторы южан даже не стали это «добро» полностью счищать. Не думаю, что поработали небрежно, скорее опасались повредить структуру неповторимого изделия.

А повторить такое сейчас им точно не под силу. Во всём мире есть единственный человек, кто, возможно, способен выполнить такую работу.

Это, разумеется, я.

Для Взора Некроса ржавчина и сухие остатки флоры с фауной не помеха. Лунный металл в артефакте не использовался, так что навык просветил крест на всю глубину, показав многослойную рунную структуру, нанесённую на скрытые под железом бронзовые и серебряные детали. Древние мастера, что создавали этот движитель, выполнили, на первый взгляд, колоссальную работу. Символов здесь под миллион, если не больше, одна эта цифра уже внушает уважение, даже без учёта сложности объединённых последовательностей и причудливой схемы их соединения.

Но это новичку в рунных делах она может показаться запредельной. То есть год назад да, я был бы бесконечно потрясён, увидев такую картину. Впору вешаться, глядя на столь неповторимый шедевр, к уровню которого никогда не подберусь. Но сейчас и опыта поднабрался, и новых знаний привалило, и есть рукастые работницы, что могут помочь с начертанием особенно сложных и мелких, почти невидимых простым глазом цепочек.

Миллион знаков, это всего-то пара не самых маленьких, но и далеко не самых больших земных книг. Помнится, некоторые скорострельные авторы за месяц таких по две штуки набивать успевали, при этом даже не полностью копируя чужие сюжеты и не совсем уж нагло привлекая на помощь нейросети. Да, тексты у них куда проще, если сравнивать с этим шедевром древних мастеров, однако и на такое потребитель находится. Так что, если не учитывать задачу наполнения освоенных рун, что даже для меня элементарно, ничего невозможного в таком объёме не вижу.

Ну да, чем я хуже? Мне ничего не нужно переписывать своими словам или, тем более, придумывать, мне надо лишь в точности повторить то, что я здесь вижу. Обвинять в плагиате или нарушении авторских прав некому. Если что-то и упущу, в целом конструкция всё равно окажется рабочей. Просто придётся её править местами, мириться с потерей мощности и прочими возможными недостатками.

Не уверен, что даже с самой упрощённой версией артефакта справлюсь в ближайший год. Хотя, возможно, я преуменьшаю свои возможности, заявляя такое, ведь уже сейчас, куда ни посмотрю, везде что-то знакомое улавливаю.

То есть ничего совсем уж непонятного в этих рунах пока что не вижу. Везде видны знакомые детали, кое-где наперёд улавливаю, как они связываются. Да, в целом картина неясна и чёрных пятен хватает, но даже в самых мрачных местах догадываюсь, в каком направлении следует двигаться.

Представьте себе, я сходу сумел разобраться, как южане управляются с этими артефактами. Причём обошлось без вопросов к мало что понимающему старику, просто посмотрел на «рубку» и на то, куда прикрепляются тяги от рычагов. Здесь, в низком отсеке, располагались четыре дополнительных артефакта. Ничего рунного, всего лишь современные поделки, причём самые простые и распространённые: банальные накопители с дополнительными цепями для самостоятельной подзарядки. Таким для работы и обслуживания не требуются маги, они сами тянут энергию из окружающего пространства и отдают её по мере надобности.

Но с магами, конечно, они набирают её быстрее. Впрочем, на корабле и этот вариант «заполнения баков», предусмотрен, причём спускаться к артефактам для ускорения процесса не требуется.

Да и невозможно это без частичного демонтажа корабля.

Четыре рычага, что располагаются в «рубке» позволяют приближать дополнительные артефакты к концам креста. При соприкосновении энергия начинает перетекать в рунные контуры, и на соответствующей стороне возникает усилие. Корабль начинает тянуть вперёд или назад, а также его носовую оконечность можно двигать слегка вправо или влево, что улучшает манёвренность. Для последних двух вариантов использовались относительно недорогие накопители на основе кристаллов мутно-оранжевого граната, а вот для первых двух выбрали качественные и крупные красные камни: или рубин или шпинель, я не настолько в них разбираюсь, чтобы отличить, но скорее поставлю на второй вариант. Что так, что эдак при таких размерах и чистоте цены ни разу не гуманные. Я точно знаю, что на севере за пару этих камней можно с нуля построить два или даже три не самых плохих корабля, способных ходить по бурному морю. Да, до южных посудин они сильно не дотягивают, но всё равно требуют немалых вложений.

Получается, «самоходный флот» южан – плавучее сокровище. Если его раздербанить на одни лишь драгоценные камни, что скрыты в судовых накопителях, можно собрать такую сумму, что даже мои несметные сокровища на её фоне будут смотреться не так уж и внушительно.

Начинаю понимать, почему алмазы весом больше десятка карат так трудно доставать. Всегда мучился догадками, почему при столь безбожных ценах они на витринах не залёживаются.

Так вот куда лучшие самоцветы так быстро уходят.

А если учесть, что сами «кресты» вряд ли стоят дешевле алмазов во вспомогательных артефактах, итоговая сумма затрат на все движители флотов Большого юга такова, что её представить сложно. Это несколько годовых бюджетов половины стран цивилизованного мира – не меньше. Чтобы набить трофеев на столь чудовищные цифры мне нужно на Крайний север возвращаться и лет пятнадцать оттуда не вылезать, зачищая в ноль сотни квадратных километров лучших «полян» год за годом.

Я уж не говорю про то, что без сложностей продать такое количество добычи не получится. Цены быстро упадут до смешных, обрушатся некоторые отрасли мировой экономики, потянув за собой все прочие, и можно лишь гадать, чем закончится такая финансовая диверсия.

Это невообразимые деньги. Ни одна страна в мире не потянет такие расходы.

И да, если вы скажите, что я сейчас сам себе противоречу, будете неправы. Да, Ассиопа и некоторые другие государства Большого юга как-то себе эти траты позволяют. Но что тут странного? Сильный флот у южан не только что появился, он веками создавался, артефакты при этом передавались от корабля к кораблю, пропадая лишь при загадочных исчезновениях и кораблекрушениях над глубокими частями морей. То есть расходы действительно вышли колоссальными, но растянутыми на несколько поколений и потому безболезненными.

Ладно, сейчас не время забивать голову экономическими вопросами. Надо вытаскивать это сокровище и срочно делать ноги.

Как мы ни торопились, а быстро разобраться с артефактом не получилось. Он, полагаю, весьма крепок, раз пережил долгое пребывание на дне морском, однако испытывать его на прочность не хочется. Поэтому разворотили кораблю весь нос, после чего аккуратно отделили артефакт от системы креплений.

Вытаскивать его на сушу не пришлось. Как только предмет теряет связи с окружением, моё Скрытое вместилище начинает считать его отдельной вещью. А так как пространственный артефакт у меня благодаря Лабиринту прокачан до невообразимых значений, даже такие здоровенные агрегаты запросто в него помещаются.

Бяка, внимательно проследив за исчезновением огромного креста, сделался молчаливым, и пока мы направлялись к лошадям, помалкивал, погрузившись в себя.

И лишь в седле его, наконец, прорвало:

– Гедар, я тебе очень, прям очень-очень благодарен за то Вместилище, что ты мне выдал. Но, знаешь, будь оно таким же, как у тебя, я бы мог существенно улучшить моё материальное положение. В смысле наше.

– Нет уж, мне хватило тех диванов, которые ты из-под задниц ассиопских офицеров умыкнул.

– Не умыкнул, а трофей! И диваны это такая мелочь… – взор приятеля стал мечтательным. – С таким Вместилищем, как у тебя, я бы такую мебель целыми гарнитурами смог воро… захватывать абсолютно законными трофеями в честном бою. Кстати, те диваны навели меня на очень интересную мысль… Впрочем, тебе лучше о ней не знать.

– Господин! – крикнул разведчик. – Вижу зарево где-то в районе тракта!

Я улыбнулся.

Похоже, Камай наконец-то нашёл подступы к какому-то обозу. И охраняемая ночная стоянка южан не спасла.

– Ну так чего стоим, бойцы⁈ – выкрикнул я. – Надо посмотреть, что там вытворяет наш идзумо!

– Да! Мы тоже хотим это вытворять! – одобрительно заорали самые дерзкие воины.

Короткого боя с моряками им не хватило.

Даже чувствительные потери не охладили их пыл.

* * *

Вражеский офицер выглядел так, будто мои бойцы избивали его долго и с особой тщательностью. В принципе, второе предположение имеет под собой почву, они обожают южных командиров физически наказывать, а вот первое явный вздор, потому что этот отряд дружинники разнесли за считанные минуты.

То есть времени для длительных экзекуций у них не было.

Да сколько там тех всадников оказалось? Сотен пять от силы. Аристократическое ополчение, конечно, непростые противники, но качество его различается по силе кланов, и эти явно не находились на вершине топа. Ну а нас там оказалось почти столько же, и если по количеству приличных альф мы проигрывали, по среднему уровню превосходили неприятеля многократно. Там ведь не все сплошь благородные, в основном оруженосцы, слуги и прочая братия, где всякие беты вперемешку с приличными омегами. Плюс мы о них знали заранее, а они о нашем приближении не подозревали до последнего и потому вели себя расслабленно. Двигались южане на запад, дабы усилить очередной опоздавший за нашей стремительностью заслон. То есть это не погоня со следопытами и приличной разведкой.

Но всё же как-то странно. Мы не первый раз так южанам кровь пускаем, а они зачастую всё такие же беспечные.

Пора бы начинать понимать, что дичь, которую они загоняют, имеет склонность то и дело меняться с охотниками ролями.

Продолжая улепётывать на запад, мы не упускали ни одного случая, чтобы побольнее укусить загонщиков. Для этого был выделен отряд из сильных дружинников на лучших лошадях, причём у каждого был открыт навык для улучшения езды верхом. Разведчики, контролируя окрестности, выявляли легкодоступные цели в приличном радиусе, после чего мы быстро с ними сближались, громили и так же стремительно уходили.

Этот отряд уже четвёртый по счёту, пострадавший от такой деятельности. Причём мы настолько обнаглели, что перехватили его под самым трактом. Поначалу думали, что придётся почти на брусчатке его громить, но нет, он вовремя ушёл на обычную разбитую грунтовку, что выводила на удобную поляну.

Там мы его и подкараулили.

Несмотря на опасную близость тракта, всё как обычно прошло. Опыт молниеносных разгромов у нас уже приличный накопился, и он однозначно доказывает, что даже сильные альфы могут падать от руки беты или даже омеги, если это падение правильно организовать. Мы, как и в битве Трёх королей, старались в первую очередь вышибить всех обычных воинов, причем как можно быстрее. Сильные аристократы, оставшись без поддержки рядовой массы, подходили на короткие дистанции, где принимали на себя весь огонь наших стрелков и магов. Тех не зря месяцами гоняли на учениях, цели они распределяли грамотно, не сосредотачиваясь всей толпой на одной, выбивали сразу нескольких, экономя время.

С самыми элитными отрядами Большого юга нам до сих пор сталкиваться не доводилось, как там будет – пока непонятно. Зато со всеми прочими неясностей не осталось. Там при схожей численности у противника обычно нет даже шанса до нас добраться для контактного боя. Сколько не дрались, всегда плюс-минус по одному сценарию всё проходило. Если у врагов недоставало умных командиров, все до единого оставались на поле боя, в лучшем случае отделавшись тяжёлыми ранениями.

Если неглупые офицеры находились, таковые вовремя приказывали драпать, не дожидаясь печального финала. И как мы ни старались этих умников выбивать, те частенько уходили, спасаясь от метко летящих стрел амулетами и навыками.

Среди только что разгромленных южных аристократов мудрецов, способных вовремя заметить очевидное, не нашлось. Завидев нас, ассиопцы мигом срисовали флаги, радостно выстроились и красиво пошли в атаку с грозным боевым кличем. Мы подпустили крикунов на четыре сотни шагов, после чего безо всяких хитростей посшибали большую часть из луков и ринулись навстречу, забирая при этом правее, дабы продолжать обстрел уже в движении.

Даже не пришлось «хороводы» водить, разделали почти всех за один неполный круг, заставив выживших показать спины. Очень уж удобная поляна, и очень уж поспешно и бездумно они попытались устроить атаку, что в столкновении с нами делать нельзя.

Пленных мы взяли немного, причём они не очень-то сопротивлялись. Очень уж впечатлились той дивной быстротой, с которой мы разделали сильный, по всем понятиям, отряд.

Тяжёлая аристократическая конница в этом мире считается элитой элит. Как известно, исторически такой вид войск проигрывает тяжёлой пехоте, и здесь, на примере чёрных кварт, это тоже хорошо заметно, даже с учётом местных особенностей. Однако благородные особы предпочитают войны выигрывать верхом, и те же ассиопцы зачастую ведут себя неразумно, пуская чёрные кварты в дело лишь в особых случаях. Например, когда сразу ясно, что одними лишь всадниками победу обеспечить никак не получится, или необходимо надёжно перекрыть врагам пути к отступлению. Если же силы плюс-минус сопоставимы, предпочитают отчаянно и бестолково резаться верхом. Затоптать при этом собственных пеших вояк у них чуть ли не доблестью считается.

Впрочем, у северян картина схожая. Это общая беда «благородного мира», когда простолюдинов держат за животных.

Пытать носителей голубой крови, как бы, не принято, но если надо, терзают ещё и как. Увы, милая Брунгильда в число дружинников не входит и потому оказаться в этом бою ей никак не светило.

Придётся как-то без её талантов выкручиваться.

Пленник выглядел растерянным, а не упрямым, к тому же ошеломлён изрядно, так что, возможно, разговорится без нежной женской помощи.

– Я Гедар Хавир из Кроу, командующий войсками Кроу. С кем имею честь?

Уставившись на меня одновременно эмоционально и осторожно, офицер напряжённо ответил:

– Эдчер из Рошши, офицер кланового отряда. Младший офицер…

Пришлось напрячь голову. Рошши… Рошши… Если не ошибаюсь, какой-то заурядный клан Ассиопы, далеко ниже первой сотни их рейтинга. К Меннай они точно не относятся, и это плохо.

Очень люблю им пакости устраивать.

– Господин Эдчер, должен вам прямо заявить, что в силу некоторых причин я не заинтересован в пленниках, даже если те знатные. Но и отпускать схваченного врага просто так, сами понимаете, неправильно. Поэтому если вы не окажетесь интересным собеседником, боюсь, у нас не будет причин забирать вас с собой, что, естественно, печально. Для вас печально.

– Но господин Гедар, моя семья заплатит хороший выкуп.

Я поморщился:

– Под словами «не заинтересован в пленниках» имелось ввиду, что выкуп не интересует. Мне не нравится предавать пленников смерти, но вы, как солдат, понимаете, что если опасных врагов нельзя забрать с собой, жалость неуместна. И не надо сейчас взывать к благородным обычаям, ведь ваши солдаты в таких ситуациях без колебаний убивают и рядовых, и аристократов. Обычные превратности войны.

Эдчер судорожно кивнул:

– Да, конечно, понимаю. Что такое интересное вы хотите узнать?

– Прежде всего, мне интересно всё, что вам известно о нас и о той операции, что развёрнута против нас. Особенно та часть знаний, которые включают сведения о силах, которые задействованы против моего отряда. Ну и актуальное расположение этих сил, само собой, мне тоже очень хочется узнать.

– Господин Гедар, я почти ничем не смогу вам помочь. Простите, но я всего лишь младший офицер сборного отряда.

– Тем не менее, вы всё же не рядовой простолюдин, следовательно, вам известно немало. Просто вы, возможно, сами не всегда осознаёте степень своей информированности. Итак: когда и от кого вы вообще узнали о нашем существовании?

– Вот это сложный вопрос… Господин Гедар, за последние недели я четырежды проделал путь от северного рубежа до Феоронниса и обратно. И если в первые разы слышал лишь про ваших крестьян, что прячутся по лесам и иногда набираются дерзости нападать на мелкие группы наших солдат, в последнее время до меня начали доходить иные сведения. Начали поговаривать, что люди вора… В смысле ваши командиры отправили в здешние леса несколько крупных отрядов, и те даже сумели потрепать сильный заслон Меннай. Должен признаться, что Меннай здесь мало кто любит, так что этим вестям мы поначалу даже обрадовались. Ну и, сами понимаете, как это бывает, особо мешать такой деятельности никто не рвался. Я самолично слышал, как идзумо нашего клана требовал никого, ни одного человека не отправлять за запад. Мол, пусть Меннай сами под горами ищут своих обидчиков, не наше дело этим вконец зазнавшимся снобам в таком деле помогать. Все полагали, что Меннай с вашими отрядами где-то там, в предгорьях пытаются разобраться, и до последнего времени эта возня никому здесь не мешала. Однако каким-то образом минимум один из ваших отрядов сумел добраться до Феоронниса и нанести там немалый ущерб. Вот тогда я и понял, что это не какие-то мелкие отряды, это серьёзные силы на западе действуют. И да, именно про вас, господин Гедар, я не слышал. Полагаю, вы командуете одним из тех отрядов, что так ловко добрались до города, но пока недостаточно знамениты, чтобы ваше имя оказалось на слуху. Или даже только-только выступили в поход и потому ещё не успели громко о себе объявить.

Камай хрюкнул, с трудом подавляя смех, дружинники, что грели уши вокруг, изо всех сил попытались сдержать улыбки.

Неправильно определив причину веселья, пленник затараторил:

– Господин Гедар, теперь все ещё больше злятся на Меннай. Считают, что это из-за них осадный лагерь подвёргся нападению. Получается, именно они позволили вашим войскам это сделать, пропустили через свои позиции на западе. Даже ходят слухи, что не так уж незаметно ваши отряды прошли, что Меннай предпочли их не заметить или даже как-то договорились о свободном проходе. Этот клан выскочек здесь и раньше не любили, и это взаимно, но сейчас только об их промахе и говорят. То есть назначили их виноватыми. Пока что неофициально, но как знать. Что в этих слухах правда, сказать не могу, да и это пока что действительно лишь слухи, ведь официально никто им ничего не предъявляет. Нас отправили усиливать клановый заслон, что организовывается на западе и вчера мы на тракте повздорили с группой офицеров из Меннай, когда высказали им свои претензии. Состоялось несколько дуэлей. Я тоже участвовал и, к сожалению, безуспешно. Противник попался сильный, мне повезло, что я отделался лишь синяками и ушибами.

– Ваша дуэль мне неинтересна. Скажите лучше: какие силы против моего отряда выставили?

– Господин Гедар, прошу поверить, я, как уже говорил, впервые слышу ваше имя, да и клан ваш мне неизвестен. Следовательно, я никак не могу знать, что за силы именно против вашего отряда выдвинуты. Не припомню, чтобы нам вообще какие-то имена называли. Просто говорили про каких-то северян, обезличенно.

– Ну хорошо, а кого против этих обезличенных северян отправили? – переформулировал я вопрос.

Эдчер пожал плечами:

– Точно не знаю, но предполагаю, что всех, кого только смогли привлечь. Разве что осаждающую армию ослаблять не стали. Если раньше наши не очень-то рвались Меннай помогать, после того нападения все будто взбеленились. Разговаривал утром с охраной тракта, их отряды тоже на запад посылать собираются, как и часть заслонов, что стоят перед вашей армией. Ведь там вечно тишина и спокойствие, активность ваши отряды лишь на западе проявляют, так что нет смысла такие силы держать по центру. Слышал, оттуда уже столько людей забрали, что основной северный лагерь полупустой остался.

– Убирать северные заслоны и сгонять всё живое ради какой-то облавы? – удивился я. – А если войска принца всё же начнут действовать и ударят вдоль тракта по вашему полупустому лагерю?

– А вы разве не знаете⁈ – удивился пленник.

– Чего я не знаю?

– Я говорю о том, что наша делегация со вчерашнего дня находится в лагере вашего принца. То есть у нас перемирие.

Настала моя очередь удивляться:

– Если это так, по какому праву вы на нас напали?

Эдчер прикусил губу, чуть подумал, затем глаза его озарились:

– Не знаю, мне никто этот момент никак не объяснял, но, полагаю, по условиям перемирия ни мы к вам, ни вы к нам соваться не должны. А раз ваш отряд на нашей территории, он под условия перемирия не подпадает. Получается, у вас нет иммунитета, следовательно, мы вправе атаковать вас всеми возможными силами и способами. А вы не должны атаковать инициативно или в ответ, вам сейчас следует просто уходить на север, к своим, как можно быстрее и не ввязываясь в сражения. Вы же должны понимать, что ваше поведение предосудительно.

Орнич не выдержал:

– Господин, простите меня за то, что дерзко вмешиваюсь, но этот человек лютую хрень несёт! Да он же почти вас оскорбляет! Его надо немедленно отдать Брунгильде!

– Рот закрой, быдло языкастое! – рявкнул на подчинённого Камай и уже другим голосом добавил: – Поддерживаю Орнича.

– Какой такой Брунгильде? – напрягся Эдчер, справедливо заподозрив что-то не слишком для него приятное.

Дружинники заулыбались пуще прежнего, причём как-то зловеще, что ещё больше обеспокоило пленника:

– Хочу вам снова напомнить, что моя семья заплатит за меня хороший выкуп.

– Только Брунгильде об этом рассказывать бессмысленно, – тоже усмехнулся я.

– Что за Брунгильда? И почему ей нельзя говорить про выкуп?

– Господин Эдчер, поверьте, вам лучше про Брунгильду ничего не знать, так что ради вашего же блага отвечать не стану. Скажу лишь, что никаких денег не хватит, чтобы её задобрить. У этой милейшей барышни твёрдые принципы, и эти принципы не продаются. А знаете, пожалуй, одного пленника мы как-нибудь потянем. Орнич, давай, вези его к нашей милой даме. Да побыстрее.

– Господин, это мы мигом! – заулыбался вояка.

– Сильно пусть не увлекается. Просто обычный набор вопросов, по первому списку. И заодно там проследи, чтобы разведчики не бездельничали, по ходу допроса пусть проверяют слова господина Эдчера. Мне нужна полная картина. Надо найти лазейку между заслонами до того, как ассиопцы сгонят в эти леса всё живое и мёртвое.