Текст книги "Смотритель маяка 4 (СИ)"

Автор книги: Артем Град

Соавторы: Сергей Шиленко
сообщить о нарушении

Текущая страница: 14 (всего у книги 14 страниц)

Глава 25

– Владимир! Владимир! – высокий женский голос был еле слышен.

– По моим наблюдениям, он должен прийти в себя.

– Какие наблюдения, Лок, на нем живого места нет. – а это, кажется, Каспар…

– Владимир! – голос прозвучал совсем близко, заставив приоткрыть глаза…

– Ужасное имя… – прохрипел я, увидев перед собой Мирель, и попытался улыбнуться, что вызвало острую боль. Девушка улыбнулась сквозь слезы.

– Вот! Я же говорил, очнулся – рядом склонился доктор Лок, позади него стоял Каспар с дочерью.

– Ка_к? – получилось выдавить почти шепотом.

– Как выжили? – спросил доктор, и получив утвердительное моргание, продолжил. – Гипоксия, молодой человек! Вас спасла гипоксия! Не думал, что когда-нибудь это скажу.

– Док, да что ты загадками-то! – нахмурился Каспар – Он еле дышит!

– Простите-простите. – Лок поправил сползающие с носа очки, – Помните тот момент, когда тонули от некого Марко и использовали кристалл? Вы думали, что пострадали ваши легкие, и это безусловно так! Но гипоксия, которую вы пережили, вызвала смерть клеток мозга, которые кристалл тоже восстановил! Представляете⁈

– И что дальше? – нетерпеливо вопрошал старик.

– А дальше… Удар о камни головой должен был стать смертельным. Но, как видите, не стал. – Он, внимательно осмотрел меня – Косточки придется полечить, это да. Но разве это проблема.

Мужчина засмеялся странным смехом ни то врача, ни то маньяка – Думаю, мы смело можем называть это бессмертием. Ибо только мозг…

– Достаточно, Лок, – Каспар прервал разгорячившегося судового лекаря и подсел ко мне – Как ты, сынок?

Зеленый свет в моих глазах пылал, как прожектор. По крайней мере так я чувствовал изнутри.

– Пойдёт… – я попробовал махнуть рукой, но она уперлась во что-то мягкое, в шерсть. Следом послышалось недовольное мяуканье, и ко мне на груди запрыгнул кот с оторванным ухом. – Боцман… никаких Бартоломео…

Эти слова понимали только мы двое. А может в шуме волн их никто и не разобрал. По небу плыли белые кучевые, солнце было где-то над горизонтом, а значит, наступило утро. Лежа повернув голову, я увидел тонны серого льда. Глыбы плавали в воде, лежали на берегу и окружали маяк.

Я попросил поднять меня, хотя бы опереть спиной на камень.

– Ты победил – сказала Мирель.

– А ты вернулась… – ответил я, и ком подступил к горлу. – Прости, что наговорил. Знал же, что не послушаешь…

– Не прощу – девушка сощурила глаза – Жареной рыбой не отделаешься!

Все посмеялись, будто понимали, о чем речь.

– Спасибо вам, – я обвел взглядом друзей. И только сидя смог увидеть Тьяго, что израненный сидел на камне в паре метров, его хлыст обгорел почти до основания. Недалеко от него белобрысый парень перевязывал обожженные руки. Сторож из детсада в изорванной одежде умывался от крови прямо из океана.

– А где Бенжи? – спросил я.

Мирель завертела головой, Тьяго пожал плечами. Дверь маяка отварилась и из темноты появился Бенжамин, обратив на себя все внимание. Парень был бледен, спотыкался и нес в руках какие-то обломки.

– Что случилось, приятель⁈ – окликнул его белобрысый, но Бенжи не отреагировал.

Он дошел до нас, и стало понятно, он держал полетный жилет. Жилет своей матери.

– Он убил её… – сдерживая крик прошептал парень – Мы же справились… Почему⁉

Мирель прикрыла рот ладонью. У меня не было слов. Бенжи перебирал кристаллы на жилете, не отводя потерянный взгляд. Внезапно его руки засветились, свечение разлилось вокруг тела, которое начало исчезать.

– Что происходит⁉ – закричал он, но больше ничего не успел сказать, и превратившись в золотое облако, улетел длинным шлейфом.

– И что это было? – спросил Каспар, почесав бороду.

– Маяк выбрал его… – Тьяго поднялся с камня и подошел к оставшемуся на земле жилету матери Бенжи. – Кажется, он теперь смотритель. Я читал об этом в судовом журнале.

Круг замкнулось, сын смотрителей занял их место. Но какой ценой… Взросление пришло к Бенжамину через слишком тяжелые испытания. Я не пожелал бы такие никому.

– Я схожу к нему, как только смогу – сказал я, пытаясь подняться. Но ребра были сломаны, да и ноги, кажется, тоже.

– Не вставай, – Мирель придержала меня рукой.

– А это кто? – сказал доктор, и все посмотрели на дверь. В проеме появился молодой человек с растерянным видом. Он ощупывал дверь и стену маяка, но завидев нас, замер.

– Это новый смотритель, ребят – все уставились на меня. – Да, формально я умер.

Мирель усмехнулась, Каспар поперхнулся, а доктор Лок стал протирать очки, чтобы разглядеть новобранца.

– Эй, люди! А я где? – крикнул человек и пошел к нам – Мы где-то в заливе Осло-фьорд?

– Вроде того – пробормотал Тьяго, так что слышали только мы.

Общительный мужчина приблизился со словами:

– Что-то не вижу здесь связи с материком. Да и катера берегового, не на этом же музейном экспонате мы приплыли – он показал в сторону моего Когга. – Я, кажется, напился до чертиков, а вы тоже туристы или местные?

– Какой болтливый, – тихо сказал Каспар, – У меня аж голова разболелась.

– Ты умер! – заявила прямо в лоб Мирель – Здесь почти все мертвы, кто-то даже дважды! – она ткнула в меня пальцем, попав прямо в ребро. Я натянуто заулыбался, сжав зубы от боли, но все это больше походило на шутку, чем на правду.

– Хах, смешно! Но мне бы выбраться, не знаете, когда паром?

– Сколько тебе лет, сынок? – обратился к нему Каспар.

– Мужик, мне 64 – ответил парень – Я тебе не сынок.

– Посмотри в воду что ли?

Парень недоверчиво глянул на капитана и нехотя пошел к краю берега, перебираясь по камням.

– Что за черт! Какого⁉ – он отпрянул от водной глади, затем медленно подошел снова, – Я ничего не понимаю… я снова молод.

– Принимай объект, коллега.

Мои слова вызвали у парня нервную улыбку. Он посмотрел на нас, изорванных и поломанных, затем перевел взгляд на маяк, из закопченных окон которого все еще выходил дым.

– Неужели выгорел до тла? – сказал наконец доктор Лок, – Монументальное сооружение!

– Похоже, Док, – отозвался я – Там не кристалл поработал, а старый-добрый пороховой взрыв. Думаю, всему хана. Парни, поделитесь картами с новичком?

Тьяго и другие смотрители засмеялись и закивали. Работы предстояло много, этому человеку досталась история.

Неделя у меня ушла на восстановление. Пока матросы Каспара выносили гарь и помогали сколачивать новую мебель, смотрители уходили и возвращались с картами и книгами, сжигали тонны серого льда. По какой-то причине бортовой журнал маяка уцелел. – Магия, черт бы её побрал. – Бумага, которую не коснулся огонь, и в которой я гордо поставил дату, когда туман был уничтожен. Тело Марселя мы не нашли, только не догоревшие остатки его сюртука. Лили предпочла уединение. Я посетил её лишь однажды. Она чувствовала вину за смерть Екатерины и боялась смотреть в глаза Бенжи.

Новый смотритель вникал во все со знанием дела. Он оказался корабельным механиком, уставшим от бесконечной качки, и мечтал дожить жизнь, стоя на твердой почве. Ирония сыграла это по-своему. На поиск смотрителя, как и полагалось, ушла вся энергия маяка. Поэтому облачный сектор и подводный отключились. Странная технология, почему-то смотритель не должен приходить на все готовенькое. Всё – сам! Исключением стал Бенжи. Маяк не искал его, он его ждал. Призвав в считанные секунды, он оставил парню всё, что было создано его родителями.

– Владимир, – позвал меня Тьяго, когда я гостил у него, еще передвигаясь на костылях – Ты перестал пульсировать! Выходит, ты теперь кристалл! Иди глянь!

С трудом поднявшись в фонарную, чего старался не делать все это время, я привычно закинул голову под купол и… не увидел ничего. На губах возникла улыбка.

– Я больше не смотритель, старина. Теперь я гость.

– Во дела… интересно, а ты лечить можешь? Кристаллы же лечат.

– Хм, и правда. Пока не знаю, меня что снова надо поджечь?

– Хах, не торопись, но если лечишь, дай знать.

Мы пожали руки, и я вернулся к себе.

Боцман привыкал к новому смотрителю. Все чаще вертелся у его ног, потому что тот его кормил. Парень под моим руководством набрал ракушек, нажег известь и забелил копоть на стенах. Узнав о том, что осталось на облачном маяке, сильно расстроился. Признаться, погреба с деликатесами не хватало и мне. А уж что его ждёт, когда он соберет 100 кристаллов. Ух, не хотел бы я при этом присутствовать.

Вдруг, за окном раздался истошный вопль. Мирель с боцманом выскочили первыми, а я ковылял еще с минуту.

– Господи! Что это! ааааа!! АААААА! – плевался смотритель, тёр глаза и извивался, словно ужаленный.

Мирель заливалась смехом, когда я наконец вышел из маяка.

– Аа, так это концентрат. Для овощей полезно.

* * *

Пианино… оно пострадало от огня, но не сильно. Лак облез, прогорела ножка и лопнуло несколько струн от температуры, но Инесс была счастлива. Да, я хотел подарить его Инесс, а Каспару сыроварню, но не сложилось.

– Еще подаришь – сказала Мирель, поддерживая меня на утесе – Не будет этого дурацкого тумана. И у тебя будет много времени.

– У нас будет много времени. – я обнял русалку одной рукой, а она прижалась ко мне. – Нет, ты можешь остаться жить на маяке, здесь твой д…

– Ты головой ударился?

– Еще как.

Внезапно, как выстрел, я почувствовал вкус мягких губ. Холодных и чуть соленых, но таких родных и любимых.

– Мирель, мне же 70…

– А мне 150, но теперь мы оба бессмертны.

– И то правда, старушка.

Мирель сощурила глаза:

– Еще раз назовешь старушкой, я найду способ тебя убить.

Пора было покидать маяк. Я больше не был связан с ним. Сидя на рассвете с Боцманом возле лодок, мы в последний раз рыбачили. Я подсекал рыбу, а кот её подъедал. Когда клев прекратился, мы оба уставились на поднимающееся солнце, жмурясь в три глаза. – Прощай, дружище, я еще забегу —

* * *

– Отдать швартовы! – Матрос Мирель закрутила скрипучую лебедку, поднимая якорь. – Крепи шкоты!

– Сам крепи свои шкоты!

– Ахахаха, дай мне побыть капитаном! Я много страдал!

Ветер ударил в белоснежные паруса Когга, срывая его с долгой стоянки. Корабль набрал скорость, подгоняемый прохладным муссоном. Значит, погода будет ясной. Мы удалялись от маяка навстречу приключениям.

– У нас 9 белых кристаллов, этого хватит на долго. – сказала Мирель, держась за меня. – А когда кончатся?

– Думаю, ребята пустят нас к себе пособирать. – я кивнул на лежащие возле трюма полетные жилеты. – А сейчас на рынок! Страсть, как хочу на рынок!

Я развернул свежую карту, закрепил от ветра увесистым пресс-папье и воткнул отцовский латунный циркуль точно между маяком и материком. Затем приложил раствор к шкале широт и пересчитал.

– 54 мили на северо-восток!

Грозовые кристаллы остались у смотрителя. Связь была налажена, и теперь разрозненные ранее маяки работали, как единый механизм. И когда новый враг придет, а он придет, смотрители будут готовы.