Текст книги "Настоящая мама для двойняшек (СИ)"

Автор книги: Арина Стен

сообщить о нарушении

Текущая страница: 1 (всего у книги 14 страниц)

Глава 1

Оксана

Устало прислонившись к двери, окидываю взглядом группу – игрушки разбросаны, на столах изрисованные детьми листочки и фломастеры. Так хочется домой, но еще надо убраться, да и не за всеми малышами еще приехали. Кирилл и Олеся, Владик, Тамара – бедняжки, как обычно, последние. И если за двумя из них скоро придут, то за Кириллом и Олесей – неизвестно, когда. Обычно брата с сестрой забирают под самое закрытие детского сада.

Сердце сжимается, когда вижу, с какой тоской они кидают взгляды на дверь, когда она в очередной раз открывается – за Владиком пришла мама. Малыш с визгом бросается в родные объятия, а за ее спиной мелькает бабушка Тамары.

– Оксана Андреевна, простите, что так поздно, – начинают извиняться они практически хором.

– Ничего страшного, – вымученно улыбаюсь, день сегодня был уж слишком заполошный. В детей словно бесята вселились, да еще вторая воспитательница заболела, но я справилась. Не в первой.

Наблюдаю, как ребята наперебой обсуждают с родными прошедший день. Рассказывают о том, во что мы играли сегодня, чем занимались. Женщины с теплыми улыбками слушают детей, помогая одеваться.

Через некоторое время мы с братом и сестрой Строгоновыми остаемся одни. Закрыв дверь группы, поворачиваюсь к ним, стараясь не показывать, как дико устала. Они не виноваты, что их родители такие занятые. Точнее, папа.

Насколько я знаю, он воспитывает их один, попутно занимаясь бизнесом. Мать куда-то делась. Девочки шептались, что она не выдержала равнодушия мужа и сбежала от него с первым встречным. В принципе, не зная толком, что у них происходило в семье, стараюсь не осуждать женщину, но при взгляде на грустные мордашки внутри просыпается плохо скрываемое недовольство. Как можно оставить своих детей? Я бы не смогла. Не то, чтобы у меня когда-нибудь появится возможность испытать радости материнства…

Отгоняя грустные мысли, подхожу к ребятам, прикидывая, чем бы их занять, пока за ними не приедет отец. Или водитель. Папу Кирилла и Олеси я видела всего лишь пару раз и то недолго. Как правило их забирает прислуга. Мысленно фыркаю, королевская семья, елки палки. Хотя, с такой фамилией и учитывая сферу деятельности их родителя, а именно то, какими деньгами он ворочает, если верить все тем же слухам, то к водителю и охраннику применимо именно это слово. Странно, что детей отдали в обычный садик, а не в какой-нибудь вип. Или вообще не оставили дома с няней. Впрочем, это не мое дело.

– Поможете мне убраться? – поднимаю с пола игрушки и бросаю в их сторону максимально жалостливый взгляд.

Олеся тут же подскакивает, с радостью бросаясь на помощь. Кирилл же не спешит. Но я и не ожидала другого. Брат и сестра – двойняшки, но такие разные. Олеся всегда готова прийти на помощь, старается везде и во всем участвовать, ни один праздник не обходится без нее, а Кирилл предпочитает обычно забиться подальше в угол, лишь бы его не трогали. У Олеси друзей полгруппы, а у Кирилла – всего один. Заставить его что-то делать невозможно, лишь гиперактивная сестра может его расшевелить, что она довольно часто и делает. Даже сейчас.

– Кирилл, – грозным взглядом, уперев руки в бока, смотрит на брата, – хватит сидеть. Надо помогать.

Прячу улыбку – смешная. Строит из себя взрослую, видно, что хочет как можно быстрее повзрослеть. Не спеши, маленькая, еще успеешь. Да и взрослая жизнь – не сахар. Хотя, у нее она, скорее всего, будет идеальной. Не знаю, почему, но уверена, что их отец в лепешку расшибется, но предоставит своим детям самое лучшее. Вот только деньги, игрушки и хорошее образование, не смогут заменить им настоящей семьи, а этого им, ой, как, не хватает.

Тяжело вздохнув, мальчик поднимается со стульчика и с таким видом, словно делает нам двоим громадное одолжение, медленно начинает собирать со столов листочки и фломастеры.

В шесть рук мы довольно быстро приводим группу в порядок. Хмурюсь, бросая взгляд на часы, до закрытия садика осталось пять минут. К нам уже пару раз заглядывала охранница, недовольно качая головой. Где же носит их вечно занятого папашу?

Максим

Черт, черт, черт! Дико матерясь на себя и весь окружающий мир, жму педаль газа в пол, резко входя в поворот. Результатом стали визг шин и недовольное гудение клаксона со стороны БМВ, в которую я чуть не впилился. Плевать, не до этого сейчас.

Время на приборной панели неумолимо сообщало мне о том, какой я херовый отец. Восемь тридцать. Детей должны были забрать еще полтора часа назад, но у Владимира, моего верного водителя, прихватило неожиданно спину, пришлось самому садиться за руль, а Коля, один из моих лучших друзей, и по совместительству охранник, находился с сегодняшнего дня в отпуске. Решил куда-то на моря вывезти семью. Еще эта идиотская встреча затянулась на три часа, гораздо дольше, чем планировал изначально. И чем вообще заслуживала.

Зря повелся на уговоры Ушманского. Не нужны мне такие партнеры – с первого взгляда видно, что их единственный интерес – деньги, при этом они абсолютно ничего не смыслят в этом направлении бизнеса. Хотят на елку влезть, и жопу не ободрать, влиться в успешный сегмент рынка, при этом ничего не делая. Завтра же позвоню ему и отменю дальнейшие встречи. И так через чур много времени на него и его недоразвитую компанию потратил.

Погруженный в невеселые мысли, не заметил, как пролетел на красный. До садика оставалось всего ничего, когда услышал звук сирен. Кинул взгляд в зеркало заднего вида и застонал. Полицейская машина настойчиво мигала фарами и прижималась к бамперу, недвусмысленно намекая, чтобы я притормозил.

Припарковавшись у обочины, кинул затравленный взгляд на здание детского сада, который хорошо просматривался между двумя многоэтажками. Очень сильно надеюсь, что сегодня смена очаровательной Оксаны Андреевны, а не этой грымзы, которая как-то выставила детей за дверь, стоило Володе задержаться на пару минут после семи. Я тогда долго ругался с заведующей, но пробиться сквозь железную логику, что садик работает до семи, и это мои проблемы, что я не могу вовремя забрать детей, не смог. С тех пор мы старались никогда не опаздывать. До этого момента.

Нервно постукивая пальцами по рулю, наблюдаю, как ко мне неспешной походкой приближается доблестный представитель органов правопорядка – жирная сволочь, которая неизвестно каким образом влезла в форму. Интересно, ему ее шили на заказ? Уверен, с таким объемным животом ему очень трудно подобрать одежду.

– Нарушаем, уважаемый, – мерзко улыбнулся он, окидывая взглядом мою малышку. Я буквально видел, как у него в глазах промелькнули значки баксов, как в мультике. Узрев марку, «мент» уже точно знал, сколько мне будет стоить нарушение. Простым штрафом я не отделаюсь. Но мне было все равно, хоть карточку ему безлимитную отдам, лишь бы отпустил поскорее.

– Шеф, давай договоримся, а? – Не стал тянуть резину, протягивая документы. – Мне детей из садика забирать надо.

«Шеф» недоверчиво хмыкнул. Конечно, в его курином мозгу небось давно укрепилась мысль, что у любого, у кого есть возможно купить себе такую машину, есть и личный водитель, а также целый штат прислуги для таких земных дел. В принципе, он был прав, только я предпочитал обходиться только двумя помощниками – не хотелось впускать лишних людей в нашу с мелкими жизнь. И вот сегодня мои предпочтения вышли мне боком.

– Можно и не тянуть, – медленно проговорил он, внимательно рассматривая документы. Что он там хочет увидеть? Моя это машина, моя. – Строганов… – пробормотал он, пожевывая губы. – Тот самый? Бизнесмен?

Кивнул, напряженно глядя на полицейского. Давай, думай резче, зараза. Тот что-то написал на листочке, который положил к документам, и протянул их мне.

– Страховка?

Я постарался сдержать порыв закатить глаза, она лежала снизу. Нашел нужный документ, кинув взгляд на вложенную бумажку, и тихо присвистнул.

– А ты не охренел, начальник? – Не выдержал, что-то во мне жутко взбунтовалось против такого произвола, не смотря на то, что скрягой я никогда не был, а всего пару минут назад готов был откупиться от него любыми деньгами. Но язык мой – враг мой. – Пятнадцать косарей за проезд на красный? Выписывай штраф.

Тот побагровел, оскалился, шумно выдохнул и чуть отошел от машины.

– Пройдемте.

Етить твою налево! Ну, кто меня тянул за язык? Теперь он штраф будет выписывать целую вечность. Уверен. Со вздохом вылез из машины. Еще раз взмолился всем богам, которые готовы были меня в этот час слушать, чтобы сегодня в вечернюю смену была любимица детей Оксана Андреевна, и что она не выставила моих сына с дочкой за двери сада, куковать в ожидании горе-отца. Странно, правда, что мне никто не звонит.

Глава 2

Оксана

Я недовольно посмотрела на телефон, словно это он был виноват в том, что абонент не доступен. Уже практически два часа, как я пытаюсь дозвониться до Максима Дмитриевича Строганова, чтобы узнать, где его черти носят, но все безуспешно. Не берет трубку и Николай, который иногда забирает малышей, а Владимир сообщил мне, что приболел, и за детьми должен приехать шеф, когда у него закончится встреча.

Встретившись взглядом с недовольной охранницей, пожала плечами. Понятия не имею, что делать с детьми в такой ситуации. Не выгонять же на улицу.

– Оксан, если мы не поставим сад на сигнализацию в ближайшее время, мне влепят выговор, – сообщила Зинаида, притоптывая ногой.

Изо всех сил постаралась сдержать раздражение и не сказать все, что я думаю по этому поводу. Плевать я хотела и на сигнализацию, и на ее выговор, вообще сомневаюсь, что такое возможно. Точно знаю, что заведующая довольно часто задерживается на работе допоздна. Вряд ли она ее также выставляет.

Поймала взгляд Олеси, у которой уже слезы начали наворачиваться на глаза, посмотрела на отчаянно пытающегося подавить зевок Кирилла и приняла единственное возможное решение – если Магомет не идет к горе, то гора пойдет к Магомету. Или как-то так.

– Вы свой домашний адрес знаете?

– Да, – закивала Олеся, да так активно, что длинные косички, которые я ей соорудила после обеденного сна, зашевелились.

– Березовый проезд, дом 5, – тихо сказал Кирилл, вставая рядом с сестрой.

Мысленно простонала. Это ж пригород. Фешенебельный. И стоимость такси до него – бешеная. Но делать нечего, придется ехать. Молилась, что хоть кто-нибудь будет дома, с кем можно оставить детей. А за такси потом папаню заставлю мне возместить.

– Давайте собираться тогда, поедем домой, – улыбнулась детям.

– А папа где? – настороженно прищурился Кирюша.

– Дома ждет, не смог приехать, только что мне написал, – на ходу врала я, искренне надеясь, что мне не влетит за такое самоуправство от бизнесмена, когда он все-таки доедет до детского сада и обнаружит его закрытым. Без детей.

С другой стороны, будет ему наука – нечего телефон отключать. В глубине души мелькнуло опасение, что со Строгановым что-то могло случиться, но я тут же подавила его. Все с ним в порядке, просто кому-то не слишком интересна судьба его отпрысков. Понимала, что скорее всего такие обвинения в адрес мужчины – не обоснованы, но я слишком устала за этот длинный день, хотела есть, спать и безумно переживала за детей. Мало того, что обычно их самыми последними забирают, так сегодня вообще в садике оставили, на попечение воспитателя. Надо будет поговорить с бизнесменом, если, вдруг, представится возможность. И если я вообще переживу этот день.

Пока я пыталась определиться, правильно ли поступаю, дети уже успели одеться и ждали меня. Вновь улыбнулась пятилеткам, вызывала такси, которое обещало приехать через две минуты, и быстро оделась. Благо, на улице уже вовсю гуляла весна, было не холодно, и не надо было напяливать на себя тридцать три одежки – плащ, ботиночки, шарфик, сумка. Все, готова.

Взяв малышей за руки, попрощалась с Зинаидой, неодобрительно качавшей головой.

– Когда Строганов приедет, я скажу ему, куда вы направились, – крикнула она мне вслед. – Все равно мне тут еще часа два сидеть, – пробормотала она, закрывая за нами дверь.

Хотелось развернуться и пройти обратно в группу, оставить Олесю с Кириллом и выяснить отношения с противной теткой – если тебе тут все равно сидеть, то какого черта ты нас с детьми выгоняешь? Но звук поворачиваемого в замке ключа не дал мне этого сделать, да и такси уже мигало фарами у ворот садика. Плевать. Потом ей скажу все, что про нее думаю. Когда детей рядом не будет, и можно будет выражаться тем языком, который все у нас в стране хорошо понимают, а именно – матом.

– Ого, двое, – присвистнул водитель, когда мы подошли к машине. – Подождите, второе кресло достану.

Мужчина проворно выскочил, установил второе кресло на заднее сиденье и помог мне усадить детей, которые уже откровенно клевали носом.

– Что ж вы, мамаша, так поздно детей забираете? – беззлобно проворчал он, усаживаясь за руль, в то время, как я пристегивала себя ремнем безопасности, то и дело оглядываясь на отрубившихся детишек.

– Прошу вас, поехали, – не стала никак комментировать его реплику. Не его дело, что дети не мои, что отец у них – трудоголик, пропавший неизвестно где, а мать – вообще кукушка. И так мне стало обидно за этих малышей, что в глазах защипало. Как так можно?

Вновь посмотрела на две светловолосые головки, склонившиеся друг к другу. Сейчас было особенно хорошо видно, как брат с сестрой похожи. Когда они бодрствовали, порой создавалось впечатление, что они вообще не родные.

Активная Олеська и тихоня Кирилл. Две противоположности. У нее – яркие, живые, голубые глаза, у него – темные карие, вечно настороженные. Разрез глаз малышки был чуть более тонкий, чем у брата, а носик, наоборот, подлиннее. А у Кирилла были более пухлые щечки, да и цвет волос у него был на пару тонов светлее, чем у сестры.

Уже когда мы отъехали от ворот на небольшое расстояние и выезжали на дорогу, мне показалось, что рядом с садиком резко остановилась какая-то яркая иномарка, а из нее выскочил мужчина, но не была в этом уверена, поскольку в это же мгновенье мы скрылись за поворотом. Надеюсь, это не Строганов. А если и он, то Зинаида сообщит бизнесмену, где его дети.

Максим

Резко затормозив перед садом, ругая на чем свет стоит полицейского, себя, Ушманского и вообще весь мир, я выскочил из машины, не потрудившись даже закрыть за собой дверь, и рванул к калитке. Вот только она оказалась заперта. С ужасом перевел взгляд на окна садика – все были темные, только в одном на первом этаже горел свет.

Потряс калитку, надеясь привлечь внимание, что мне с успехом удалось. Занавеска на окне дернулась, кто-то выглянул, а через некоторое время открылись и двери садика. К воротам спешила недовольная низенькая женщина в форме охранника.

– Строганов? – не здороваясь, рявкнула она, словно я оторвал ее от каких-то жутко важных дел.

– Да, где мои дети? – не стал церемониться и я.

– Увезли их, – фыркнула женщина, окидывая меня с ног до головы уничижительным взглядом.

От двух простых слов сердце ухнуло куда-то вниз. Был бы кисейной барышней – хлопнулся бы в обморок, однозначно.

– Куда увезли?

– Куда, куда, к вам домой.

– Кто? – ситуация казалась какой-то нереальной. Никто, кроме меня не мог забрать моих детей. По крайне мере, сегодня.

– Вы опоздали на два часа, – отчитывала она меня, словно нашкодившего мальчишку, – Оксана Андреевна вызвала такси и поехала к вам. Дети назвали адрес.

Услышав имя чудо-воспитательницы, выдохнул. Если с ними она, значит, с малышами все будет в порядке. Надеюсь. Но почему молодая женщина не дождалась меня?

– Вовремя детей надо забирать, – буркнула охранница и развернулась, намереваясь уйти.

– Давно они уехали?

– Минут пять назад, – бросила, не оборачиваясь, и скрылась в дверях садика.

Отлично, я могу их опередить. Вряд ли таксист будет гнать изо всех сил, когда в машине двое детей. А я могу себе это позволить. Надо как можно скорее оказаться дома, ведь там никого нет. На улице хоть и весна, но ночи еще прохладные. Приехав по адресу, таксист точно не будет ждать, когда я подъеду, высадит их и все, а ребята будут мерзнуть на улице.

Сел в машину, стартанул, не обращая внимания на взревевший мотор, и помчался наиболее короткой дорогой к дому. Надеюсь, мне по пути больше никто не встретится и не решит выписать очередной штраф, на этот раз за превышение скорости. Бросил уничтожающий взгляд на бумажку, валяющуюся на пассажирском сидении. Идиот-мент промурыжил меня еще полчаса, выписывая его. Чтоб он без премии остался в этом месяце!

Взял было телефон, чтобы позвонить воспитательнице и выяснить, почему со мной не связались, а занялись самоуправством, но обнаружил лишь черный экран. Твою мать! Ведь знал же, выбегая из офиса, что зарядки оставалось совсем ничего, но так спешил, что забыл воткнуть провод в машине. Чуть сбавив скорость, подключил телефон к зарядному устройству, и вновь стартанул, ожидая, пока тот хоть чуть-чуть зарядится.

Мобильник ожил уже через пару минут, издевательски известив меня о двадцати пропущенных от Оксаны Андреевны и десяти от Володи, а также о паре сообщений от них же. Еще было что-то от Ушманского, но эти сообщения я полностью проигнорировал. Вскользь просмотрел то, что мне писали воспитательница и водитель. Оба спрашивали, где я шляюсь. Последнее сообщение от Оксаны – информация о том, что она везет детей ко мне домой, и извинения.

Посыпая голову пеплом, сильнее нажал на педаль газа. Главное – успеть раньше них, с остальным разберемся. И точно ни о каких извинениях со стороны воспитательницы и речи быть не может, если бы не она – хрен его знает, где бы сейчас были мои дети. Охранница явно не пылала любовью к этим цветкам жизни, с нее станется – сдать их в ментуру, сказав, что отец их бросил. Чего я точно никогда не сделаю. Хватает и их дуры-мамаши.

Как обычно, при мысли о бывшей жене, перед глазами промелькнул наш с ней последний разговор.

– Ты… что? – непонимающе уставился на женщину, подарившую мне двух очаровательных детей, но не занимавшуюся ими ни одну минуту.

Я тоже не был образцовым отцом, конечно, учитывая развивавшийся бизнес и борьбу с конкурентами, но даже я пытался выделять малышам хоть толику своего времени.

– Я ухожу, – вздернула подбородок Вера. – Детей оставляю тебе.

Потряс головой, пытаясь осознать происходящее.

– Ты же их мать! Как ты можешь их бросить?

Та пожала плечами, равнодушно посмотрев на второй этаж, где находилась детская.

– Мне они никогда особо не были нужны, это ты хотел детей. А я нашла себе другого мужчину, он сможет гораздо лучше меня обеспечить, чем ты.

– Ты вообще соображаешь, что ты несешь? – прошипел, надвигаясь на нее. Хотелось схватить эту идиотку и хорошенько встряхнуть, чтобы мозги на место встали.

– Ой, брось, – сморщилась она, – не надо сцен, словно ты не знал, что все к этому и идет.

Знал. Точнее, догадывался. И не то, чтобы к этому. Я предполагал, что мы в скором времени разведемся. Любви между нами давно не было, сомневаюсь, что была когда-то. Просто Вера была удобной – симпатичная мордашка, хорошая фигурка, дочь друга отца. Я ее даже, можно сказать, уважал. До этого момента. Мы и детей-то решили завести – как последнюю попытку спасти брак и порадовать стариков. Последнее удалось, первое – ни хрена.

– В общем, Артур меня уже ждет, вещи я собрала, документы о разводе пришлешь.

С этими словами мать моих детей покинула нашу с ними жизнь. Даже не оглянулась. И не попрощалась с малышами.

Я оторопело смотрел на закрывшуюся за ней дверь, лихорадочно соображая, что же я скажу с утра Кириллу с Олесей. Как объясню, куда делась их мама? Поморщился. Какая она, к дьяволу, им мать? Мачехи, и те добрее будут (правда, не в сказках). Она лишь донор. Матери у детей нет. И черт с ней. Сами справимся.

Случилось это три года назад. С тех пор я даже не пытался привести в дом женщину. Сначала беспокоился за детей, у которых ушло довольно много времени, чтобы принять тот факт, что мы с ними остались втроем. Причем, Кириллу это расставание далось тяжелее всего. Наверное, именно из-за этого он вырос таким тихоней. Леся осознала все гораздо быстрее брата, может, из-за ее природного жизнелюбия, а, может, и еще из-за чего.

Я порывался даже пару раз сходить с ними к психологу, но так и не дошел. С этим чертовым бизнесом, который мне удалось поставить на ноги довольно быстро, из головы даже вылетело, что детям в садик надо. Пришлось пристроить в тот, что дали рядом с родителями, из квартиры которых я так и не выписался, поскольку в нашем элитном поселке мест в группе не было, о чем мне со скорбной миной на лице сообщила заведующая. И не важно, сколько денег на обустройство сада я предлагал.

Этот же садик был расположен, хоть и практически по середине между нашим домом и офисом, но все равно неудобно. Делать было все равно нечего. Единственное, что есть в этом саду хорошего – это воспитатели. Точнее, одна единственная.

Олеся мне все уши прожужжала про волшебницу Оксану Андреевну – добрую, отзывчивую, всегда готовую с ними поиграть, рассказывающую удивительные сказки и устраивающую интересные поучительные квесты. Даже Кирилл в своей немногословной манере отзывался о ней хорошо. Я только радовался. И удивлялся, откуда в этой молодой женщине столько энергии и желания возиться с детьми.

Я безумно любил своих ребят, но даже мне иногда по выходным хотелось сбежать от них куда-нибудь подальше, где будут тишина и покой. А тут целая группа в пятнадцать человек, и она – хрупкая, маленькая, как мне по началу показалось.

Общался я с волшебницей всего несколько раз. И то недолго. На самом деле, она была обычной – среднего роста, русые волосы, ничего особо выдающегося. Только глаза особенные – они искрились каким-то внутренним светом, теплом и… добром что ли. Хрен поймешь. Но даже мне, здоровому мужику, цинично смотревшему на мир (особенно, после предательства жены, слава яйцам, бывшей), после пары минут разговоров с ней хотелось верить в чудеса. Как бы странно это ни звучало.

Подъехав к дому, затормозил, ожидая, когда откроются ворота. На подъездной дорожке не было никого, так что я успел вовремя. Надо бы позвонить Оксане Андреевне, спросить, где они. Телефон уже достаточно зарядился, но подозрительно молчал, пока я ехал. А учитывая скорость, с которой гнал, сам звонить и отвлекаться от дороги, не решился. Зато теперь можно.

Не успел набрать нужный номер, как увидел свет фар подъезжающей машины. Надеюсь, это ко мне.