Текст книги "Встречайте, красноглазые, я ваш Нереварин...(СИ)"

Автор книги: Арабелла Фигг

сообщить о нарушении

Текущая страница: 4 (всего у книги 12 страниц)

– В общем, запоминай дорогу, вдруг ещё раз надо будет пойти. Или даже ещё не раз, – сказала Эстирдалин. Она заметно успокоилась, пошвыряв молниями в алитов и побегав от них, и махнула рукой на виднеющиеся впереди дорожные столбы с указателями: – Вон на том перекрёстке налево и практически назад, в обход отрога. Дорога там одна, уже не собьёшься. Главное, на перекрёстке свернуть куда следует.

Свен послушно покивал, засовывая топор за пояс, и они двинулись к перекрёстку.

– Эй, земляк!

Придорожные кусты шевельнулись, но раньше чем Свен опять схватился за топор, а Эстирдалин засветила в руках молнии, из них раздался трагический шёпот:

– Подойди сюда, а?

– А сам? – подозрительно спросила Эстирдалин.

– Да не могу я, – над кустами показалась было светловолосая голова, но при виде женщины тут же стыдливо нырнула обратно.

– Живот схватило, что ли? – хмыкнул Свен.

– Да не, я тут это… без штанов, – сознался из кустов нордлинг. – И вообще без всего, – чуть помедлив, прибавил он.

– Ограбили? – сочувственно спросил Свен, представив себе, что было бы, если б алиты учуяли ограбленного или услышали возню в кустах.

– Да можно и так сказать. Убил бы эту ведьму!

– Ведьму? – сразу же напряглась Эстирдалин.

– Ну да. Соблазнила меня, а потом усыпила и с вещичками моими того… тю-тю…

– Как её звали? – перебила Эстирдалин.

– Э-э… Соша или как-то так, – слегка помявшись, ответил ограбленный.

– Соша? Соша Саристиана, целительница? Тебя соблазнила? Врёшь ты всё, дорогуша, – сузив глаза, сказала Эстирдалин, и молнии снова замерцали в тонких изящных ручках. – Скажи-ка правду, ты ведь сам к ней полез?

– Да я же это! – возопил из кустов неудачливый любовник. – Я же просто по-дружески! А она заклинанием как шарахнет… И вещи мои забрала. А мне как в Кальдеру-то теперь? И без Громобоя?! Ладно без штанов, ночью бы у мужиков в ворота попросился. А топор мой?!

– По-хорошему, – сказал Свен задумчиво, – тут бы тебя и оставить, чтобы лапы не распускал. Но раз уж довелось земляка встретить на этом троллевом острове… Она куда пошла, Соша эта?

– Стоянка у неё к северо-западу, – несчастным голосом отозвался земляк. – Слышь, друг, хоть подштанники запасные дай, а? Мне тут уже всю задницу травой искололо, и сколько можно по кустам-то прятаться. А если скальные наездники? Эти суки высоко летают, всё видят, хрен от них в кустах отсидишься.

– А подштанники-то тебе чем помогут от скальных наездников? – усмехнулся Свен. – Да и нету у меня с собой запасных. Рубаха сменная есть, длинная, прикроет это… самое дорогое. Ну, и щит могу одолжить ненадолго.

Он полез в заплечный мешок, но пока он вытаскивал оттуда чистую рубашку, Эстирдалин сказала:

– Ладно, если тебе хочется нянчиться с этим придурком, ждите меня здесь, я сама схожу. Попытаюсь уговорить Сошу вернуть вещи.

– Одна? – с неудовольствием спросил Свен.

– Дорогой, я одна добралась с Саммерсета до Вварденфелла, и как видишь, дожила до твоего появления здесь, – фыркнула она. – Я примерно догадываюсь, где могла остановиться Соша. Если через часок не вернусь, тогда можешь начинать беспокоиться.

Свен пытался заспорить, но получил молнию прямо под ноги (всерьёз, аж щебёнка полетела) и решил, что Эстирдалин действительно как-то же обходилась без него все эти годы – обойдётся и ещё часок. Наверное.

В общем, она ушла, а напяливший его рубаху и слегка повеселевший нордлинг, назвавшийся Хлормаром, вылез из кустов и неумело, непривычно подхватил щит на руку.

– Двуручный топор был? – спросил Свен, глядя, как тот пытается пристроить щит поудобнее.

– Громобой-то? Ага. Отцов ещё, зачарованный, сталь такая… отец им как-то Ужас Трясины в Ротгаре прибил. А вот от снежных волков не отбился, не сумел. Балмиром звали, не слыхал? Ты сам вообще откуда?

– Из Винтерхолда.

– А-а. А я из Виндхельма. Наёмничаю вот потихоньку. Эх, а по молодости любил я подраться! По всем заведениям, бывало, за вечер пройдусь, да на кулаках…

– Ну, так и дрался бы на кулаках, – буркнул Свен. – К бабе-то на кой полез? Да ещё к целительнице. – Вот всегда удивляло его, как такие недоумки доживали не то что до старости, а хотя бы лет до тридцати-сорока? – Остров же, а все маги, которые не данмеры, в одной гильдии, все друг друга и в лицо, и по имени знают. Тебя же потом ни один целитель лечить не станет, припомнит эту Сошу. Или ещё лучше, притащат тебя к ней раненого – как в глаза ей смотреть будешь?

– Ну… – тот почесал в затылке. – Я ж думал она так… ломается, цену набивает, как у них водится.

– Ну-ну. Нарвёшься в следующий раз на такую, как моя, узнаешь, почём ожог залечить.

Он и сам не знал, с чего его дёрнуло сказать про альтмершу-магичку, будто она его женщина. Чтобы виндхельмский придурок не вздумал и к ней лапы тянуть, что ли. Хотя Эстирдалин не целительница, ясен день. Если она заклинанием шарахнет, голой жопой не отделаешься.

Та, легка на помине, вернулась гораздо раньше чем через час, постукивая длинной рукояткой секиры о камни дороги, точно посохом. Кинула под ноги Хлормару узел с тряпьём, секиру демонстративно вручила Свену, отошла чуть в сторону и скрестила руки на груди.

– Свиток пришлось писать? – понятливо спросил Свен.

– Два, – ответила она, глядя сквозь Хлормара, радостно потащившего свои вещи обратно в кусты. – Молнию и огненный шар. И это не считая извинений и пояснений, с какой радости я за этого тупого дикаря заступаюсь. Слышал, ты, герой-любовник? Идёшь с нами на рудник агентов Телванни ловить. Я не нанималась бегать туда-сюда за спасибо. Кстати, я от тебя и спасибо не слышала.

– Э-э… ну это… спасибо. А если надо кого порубить, так это я запросто! – охотно откликнулся Хлормар, шурша одеждой и лязгая металлом снаряжения. Он выбрался обратно на дорогу, уже полностью готовый к подвигам, вернул Свену щит, а тот вручил ему Громобой. Хлормар схватил здоровенную двухлезвийную дуру и только что к груди её не прижал от полноты чувств.

– И учти, – сказал Свен не шутя, – услышу, что ты хоть слово плохое Соше сказал – не посмотрю, что земляк. Не знаю, как и с кем ты там на кулаках дрался, но морду я тебе точно набью.

– Да ладно, ладно, – отмахнулся тот. – Пошли уже поищем, с кем подраться.

– О, Аури-Эль! – вздохнула Эстирдалин. – Свен, как мало я тебя ценила, оказывается.

Надрать перьев скальных наездников по дороге не получилось: сразу к троим вооружённым людям-эльфам летучие твари не лезли. Видимо, сколько-то мозгов у них всё-таки было, хоть с виду и не скажешь. Зато неожиданно легко удалось найти четверых нанятых Домом Телванни ворюг. Они и правда обосновались в пещере неподалёку от шахты, как Айдис и говорила. Похоже, сдал голубчиков кто-то из своих, гильдейских, а то бы пришлось побегать по округе, поискать их. Один из них, стоявший на страже у пещеры, услышав про агентов Телванни, попытался удрать, и Свен не стал бы ему мешать – бежит, и пусть бежит себе, лишь бы потом не засел в засаде со своим луком. Но Эстирдалин была слишком зла за задержку и за глупую пустую беготню туда-сюда, и мелкому лесному эльфу пришлось расплачиваться за шаловливые ручки нордлинга-наёмника и за оскорблённые чувства бретонки-целительницы.

А вот в пещере было не до лишнего человеколюбия, потому что вся троица, рассудив, что терять им нечего, всей толпой накинулась на чужаков, явившихся по их души. Эстирдалин от метательной звезды Свен прикрыть успел, а вот Хлормару такая же врезалась в нагрудник. Он взревел раненым мамонтом и со своей секирой наперевес ринулся бить и крушить. Так что Свен едва в сторону успел отскочить у него с дороги, а Эстирдалин шмыгнула напарнику за спину, справедливо опасаясь, что в пылу битвы буйный варвар вполне может перепутать своих и чужих.

В общем, ранен, и то по мелочи, оказался только Хлормар. Свен помог ему с перевязкой и поделился лечебным зельем, пока Эстирдалин бродила по пещере, дотошно заглядывая во все ящики, бочки и сундуки. Нашлись кое-какие зелья и выпивка, несколько свитков заклинаний, немного денег. Ещё один сундук Хлормар углядел в подземном озерце, но лезть за добычей в ледяную воду, в которой молчаливыми тенями сновали рыбы-убийцы не рвался даже он: «Там, может, всего добра-то десяток монет, а у меня руки-ноги не лишние!» С убитых собрали довольно приличное оружие и кое-что из доспехов (у босмера, кстати, оказался имперский ростовой щит – как ни странно для лучника), добычу увязали, рассовали по мешкам и карманам и двинулись обратно в Кальдеру.

День уже порядком перешёл за половину, когда они вернулись. Начать решили с Холдинсмода, тот брезгливо порылся в куче побитого трофейного добра, но согласился заплатить за всё-про всё полсотни. Свен представил себе, как ради лишних пяти-шести дрейков попрёт это громоздкое и увесистое добро к гильдейскому кузнецу – и махнул рукой. Он честно отсчитал семнадцать монет Хлормару, тот выбрал себе два свитка по своему вкусу, забрал весь мацт, бутылку флина и ещё одну – суджаммы, от зелий отказался: «Ты и так на меня своё потратил» – на том и расстались. Вроде бы без обид.

Эстирдалин ждала Свена в отделении своей гильдии. Не считая смахнула в кошелёк монетки, от свитков отказалась вообще, хотя там были и совсем не её Школы – Отпирание замков, например, – а зелья они придирчиво осмотрели на пару с алхимиком. Тот, презрительно морща нос, сказал, что вот эти два ещё куда-то годятся, а остальное можно смело в выгребную яму выливать, потому что варил какой-то самоучка, да ещё тупой и криворукий в придачу. Ну, или он, Тьерри, попробует их немного доработать. Возьмёте за этот мешок склянок два лечебных зелья – настоящих качественных! – и парочку же зелий, восстанавливающих магию? Эстирдалин кивнула, а Свен в их торг не лез вообще: ему в конце концов все свитки заклинаний достались, а Отпирание замков – это вещь. Это вам не отмычкой в замке ковыряться.

Потом они выставили всю трофейную выпивку на стол, кальдерские маги сообразили чего-то там местного на закуску, а Эстирдалин пошепталась с главой отделения, и ей разрешили оставить переночевать – один раз, в виде исключения! – своего напарника. Свен, честно говоря, предпочёл бы заплатить за отдельную комнату в трактире (но чтобы с одной кроватью!), однако ссориться с главой кальдерского отделения из-за ночёвки не там и не так, как ему хотелось… Нет уж, память у магов отличная, а возможностей подгадить тому, кто их чем-то разозлил, сколько угодно, вон Хлормар не даст соврать.

Так что они очень неплохо посидели, хоть и намешали флина с гриифом, суджаммой и шейном, поговорили о том о сём, начиная с цен на имперские товары и заканчивая моровыми бурями из-за Призрачного Предела, а потом чинно, как приличные люди и не люди, разошлись спать. Мальчики к себе, девочки к себе – отдельных комнат в маленьком захолустном отделении не водилось. Не Альд’рун и не Вивек, как сказала Эмелия. Свен занял самую неудобную и беспокойную, напротив дверей, гостевую койку и уснул как убитый. Никакие типы в золотых масках после флина, смешанного с шейном, ему не снились.

========== Аркнтанд, или Поручения для агента Клинков ==========

Встали поздно, а кое-кто и вовсе остался валяться в постели, когда Свен уже успел умыться, вскипятить водички, кинуть туда травок, выданных вялым и бледным алхимиком (ну, этот хотя бы встал) и сбегать в трактир за лепёшками или пирожками – чего уж там напекли с утра. Подумав, ещё мацта взял, попросив похолоднее, трактирщик понимающе ухмыльнулся и велел служанке принести из погреба. Свен спросил, вернувшись, неужели алхимики не могут придумать какого-нибудь средства от похмелья. Тьерри на это ответил, что если кто-то и придумает такое зелье, то будет держать его рецепт в строжайшем секрете – это же золотая шахта, а не рецепт. Он вот, к сожалению, такого средства не знает, сказал Тьерри и присосался прямо к запотевшей бутылке с мацтом.

На их голоса, хоть они вроде и негромко говорили, выползла из спальни зеленоватая Эстирдалин в мятой бесформенной мантии явно с чужого плеча (таких, как она, в эту мантию двоих можно было засунуть), тоже взяла бутылку мацта и жадно припала к горлышку.

– Обратно пешком пойдём, – сказала она. – Проветримся немного.

Свен ничуть не возражал: вчерашнее путешествие с помощью проводника гильдии ещё очень хорошо помнилось. Он от похмелья особо не страдал, но и переживать заново ощущение, будто опять в бочке спустился по водопаду, – участвовал он как-то по молодости в такой идиотской забаве – нисколько ему не хотелось.

Вышли, надо сказать, нескоро: Эстирдалин надо было не просто умыться, а помыться полностью, чтобы взбодриться, а для этого сначала нагреть воды. Потом, ясен день, обсушиться, одеться по-дорожному, поесть, ещё о чём-то поболтать с нехотя сползающимися в столовую магами… Свен потратил это время на то, чтобы побродить по Кальдере, но поскольку посёлок был невелик, больше всего времени ушло на болтовню с трактирщиком. Заодно там же, в трактире с дивным названием “Лопата Шенка”, Свен и пообедал. Словом, готовы были только к полудню.

За воротами на них опять напал алит, а чуть позже, у перекрёстка, – никс-гончие. Уязвимые места алитов и способы наилучшего их усекновения Свен уже знал, а с никс-гончими, хоть те и были больше похожи на насекомых-переростков, действовал, как с волками. Вроде не ошибся, раз гончие были мертвы, а они с Эстиралин живы и даже не ранены.

– Ты вроде говорила, что от какого-то перекрёстка можно дойти до гномских руин? – спросил Свен, вертя головой по сторонам и стараясь запомнить ориентиры.

– Это от следующего, – ответила Эстирдалин. Потом нахмурилась: – А в Аркнтанд тебе зачем?

– Надо, – коротко сказал он.

– М-м, а ты в курсе, что все двемерские артефакты – это собственность Империи и любые сделки с ними запрещены под угрозой смертной казни?

– Да, – неохотно отозвался Свен. – Антаболис что-то такое говорил.

– Антаболис? Хасфат Антаболис из твоей гильдии? – Свен кивнул, а Эстирдалин посмотрела на него совсем уж мрачно. – Ты не хочешь туда идти, – сказала она без всякого вопроса в голосе, – однако почему-то идёшь. Во что ты вляпался?

– Это мои дела, – терпеливо проговорил он. – Линн, не лезь в это, а? Я не собираюсь никого тащить за собой. И я это не про гномьи руины.

Она ещё посверлила его взглядом, но Свена взглядами пронять было сложно, и Эстирдалин спросила, чеканя каждое слово:

– Что. Ты. Должен. Там. Найти?

Он даже головой помотал: вот ведь пиявка, а?

– Головоломку, – ответил он, чтобы отвязаться. – Какой-то там металлический куб с кулак величиной, тролль знает для чего нужный.

– Головоломка – это головоломка и есть, – пожала плечиками магесса. – Собирать-разбирать. И сколько Антаболис тебе за неё пообещал?

– Да тебе-то что за печаль?

– Да так, – она дёрнула плечом и запустила слабенькой молнией в недостаточно быстро отбежавшую с дороги крысу. Та аж подпрыгнула на месте и стремглав кинулась прочь. – Ненавижу этих тварей, – буркнула эльфийка, словно оправдываясь. – Я к тому, что Антаболис точно знает: такая головоломка в Аркнтанде есть. Стало быть, у него имеются связи с бандой, которая там промышляет, но купить её у контрабандистов он не может или не хочет, поэтому посылает тебя. Я правильно понимаю?

– Умные бабы – зло, – сообщил Свен скрибу, куда-то направлявшемуся из своей шахты. Скриб проскрипел что-то согласное. У Эстирдалин вид был такой, словно она сейчас и безвредное создание молнией угостит, однако она сдержалась. – Линн, – скучным размеренным голосом проговорил Свен, – ещё раз тебе скажу: не лезь в это дело. Меня-то никто о согласии не спрашивает, а тебе вовсе незачем даже знать лишнее. Я тебя нанял за половину вознаграждения, чтобы вдвоём в Кальдеру сходить – я тебе половину эту выплачу как вернёмся в Балмору. Всё. Про дорогу к руинам я спросил, просто чтобы знать окрестности, сам пошёл в форт заклинаньице полезное прикупить, а ты вернулась одна, потому что от форта до Балморы тебе уж точно провожатые не требуются. Хотя, знаешь… давай-ка зайдём в этот форт, покрутимся, чтобы нас там видели и потом, если что, подтвердили: дескать, да, были такие, деньгами трясли, к свиткам приценивались. А потом ты кому-нибудь на хвост сядешь, чтобы одной не ходить, а я потихоньку сверну к тому мосту через эту… как её?.. а, фояду.

Она, кажется, даже не слушала, рассеянно скользя взглядом по холмам вдоль дороги на предмет других никс-гончих или алитов. Свен и сам привычно следил за тем, что делается вокруг, но больше-то всё-таки смотрел на магессу и про себя матерился: маги! Хуже всяких кошек, блядь! Если куда-то нельзя, значит, им как раз туда и надо. А что любопытство кошку сгубило, так эти грёбаные колдуны встают в горделивую позу и сообщают, что они-то не кошки. У них-де и мозгов побольше, и умений за себя постоять. И что тут скажешь? Мозги-то у этих умников и правда есть, только они как-то хитровыебнуто устроены – ну вот совершенно для нормальной, обычной жизни не приспособлены. И умений, ясен день, много полезных. Только вот на каждого такого умельца найдётся другой такой же. Или даже не такой же, а с левой резьбой. Или просто здоровенный орк с вот такенной секирой и с зелёной шкурой, которую не всяким заклинанием возьмёшь.

«Треснуть, что ли, её аккуратно по затылку, – подумал Свен. – Притащить в таком виде в имперский форт, потребовать жреца или просто целителя, заплатить за лечение, а под шумок смотаться в этот… тьфу, язык сломаешь об эти двемерские названия». Он даже чуть приотстал, притопывая ногой, будто ему мелкий камушек в сапог ухитрился залететь, и наметил место, куда очень деликатно ударит. Эстирдалин ещё весьма кстати связала волосы в простой низкий хвост, а не навертела тролль знает чего на затылке, как любят эльфийки и бретонки. Не придётся бить сильнее, чем хотел, чтобы удар не завяз в целой подушке из волос и какой-нибудь скомканной тряпки, подсунутой внутрь, чтобы этих волос казалось побольше.

Он уже примерился, как догонит её в два-три шага, когда она резко обернулась, остановилась и усмехнулась, глядя на него в упор.

– Тебе говорили, что у тебя очень выразительное лицо? – спросила она. – Все твои намерения по нему читаются на раз. Пошли, нам туда, – и махнула рукой на голый тёмно-серый склон, на котором уродливыми корявыми столбами тут и там торчали то ли сгоревшие, то ли просто давно мёртвые деревья.

Свен выругался, но послушно двинулся следом по старой, но не совсем заброшенной дороге (похоже, хаживал по ней народ понемногу). “Вот же в самом деле пиявка! – ругал он магессу про себя. – Вцепилась, не отдерёшь”. Впрочем, если честно, в глубине души он был даже рад, что не полезет в двемерские руины один.

Подняться пришлось довольно высоко. Места были до тошноты унылые: серый камень по все стороны, и ничего, кроме серого камня да, изредка, чёрных остовов сгоревших деревьев. Даже зимние горы дома, в Скайриме, так уныло не смотрелись – там хоть снег лежал, ослепительно-белый, сверкающий, чистый и… Свен вздохнул: ну, никак не получалось у него не вспоминать.

– Фояда Мамея, – сказала Эстирдалин. Она указала на русло застывшей лавовой реки и проговорила: – Если идти по ней на север, то упрёшься прямо в Призрачные Врата. Надеюсь, тебе туда идти не придётся.

– Я тоже на это надеюсь, – буркнул Свен, всё ещё рассчитывая подловить момент и оглушить не в меру любопытную засранку.

Та однако была настороже, но вовсе не из-за него: над скалами и над фоядой вились скальные наездники, и те, что поближе, начинали уже интересоваться путниками. Одного, самого наглого, сунувшегося к мосту через фояду, пришлось шугануть всерьёз. Эстирдалин засыпала его целым градом мелких ледяных копий, а Свен подобрал подходящий камень и метнул со всей дури. Не попал, но тварь поняла, что ей не рады, и благоразумно убралась. Впрочем, не очень далеко, чтобы вернуться, если бескрылые чего-то не поделят: что бескрылые то и дело подкидывают вкусностей падальщикам, скальные наездники наверняка уже хорошо знали.

Ещё бы людям столько же мозгов! Придурок на мосту попытался норда с топором и альтмера-мага напугать призванным скелетом. Только когда от призванного помощника полетели во все стороны косточки, придурок резко поумнел и резво драпанул куда-то в сторону от моста, выкрикивая на бегу оскорбления и пожелания, чтобы парни выпустили кишки обоим, а перед тем хорошенько позабавились с желторожей сучкой. Эстирдалин только плечиками пожала в лучших своих традициях, но Свен не глядя ухватил из тележки, стоявшей на мосту, какую-то железяку и запустил ею в убегавшего. Судя по слишком короткому воплю, не просто попал, а угодил в дурную башку. Скальный наездник, так и крутившийся неподалёку, заинтересованно направился в сторону прозвучавшего вопля.

– Сожрёт, – удовлетворённо произнесла Эстирдалин. – Спасибо, милый. Это так приятно, когда о репутации девушки заботится парень вроде тебя. Да ещё не жалеет на это двемерской шестерни ценой… м-м… нет, не знаю цен на шестерни. Монетку вот как-то двемерскую купила на счастье. Полсотни дрейков отдала.

– И как оно? – поинтересовался Свен, озабоченно оглядываясь по сторонам. – Счастье, в смысле?

– Не очень, если честно, – признала она. – Попалась с этой монетой, как дура. Конфисковали, да ещё штраф пришлось заплатить. Повезло только в том, что отделалась штрафом. Видимо, не зря болтают, что двемерские артефакты прокляты… или закляты так, чтобы не даваться в руки чужакам.

– Ну… монеты вообще-то и должны переходить из руки в руки, – заметил Свен.

– Может, их зачаровали так, чтобы они в конце концов возвращались именно к хозяевам? – Она помолчала и прибавила, хмыкнув: – Знать бы ещё, куда девались сами хозяева.

Дорожка с натугой вползла на крутой склон и упёрлась в странного вида закрытые ворота. Вокруг по-прежнему высились серые скалы, а из них ведьмиными грибами торчали непривычной формы башни с металлическими крышами. Шипел пар, что-то лязгало, земля под ногами едва ощутимо подрагивала. Свен провёл рукой по гладкому металлу ворот, но ни ручек, ни замков не было и следа.

– Стой тут, – распорядилась Эстирдалин и направилась к торчавшей из каменистой земли трубе. Она крутанула там какую-то штуковину, и ворота медленно начали поворачиваться, раскрываясь. Эстирдалин припустила со всех ног, шмыгнула внутрь и дёрнула за собой Свена, потому что ворота, провернувшись, начали закрываться, и пытаться удержать их открытыми вряд ли было в человеческих силах.

– Ты здесь уже бывала? – подозрительно спросил Свен.

– Нет, но на острове Дагон Фел ведутся раскопки силами нашей гильдии, и я кое-что слышала о двемерских механизмах.

Они стояли на верхней площадке какого-то огромного зала. Здесь, наверху, не было ни дверей, ни вообще чего-то интересного, кроме непонятно как горящих век за веком светильников. В айлейдских руинах светились целые гроздья кристаллов, и там явно была замешана магия. Что заставляло до сих пор работать и светильники двемеров, и прочие их устройства – одни двемеры знают, только их уже не спросишь.

Наклонная каменная плита вела вниз мимо пролома в стене. Свен заколебался, свернуть ли в этот пролом или спуститься и, как подобает приличному человеку, войти в одну из круглых стальных дверей на той стороне зала. Парочка типов, грабивших руины, решила за него, кинувшись им с Эстирдалин навстречу. С кинжалами. Вообще без брони. Свен от вида такой беспримерной дурости чуть головой об стену не побился: этих деятелей что, вообще ничему не учили?

– Только не насмерть, – попросил Свен и ухватил щит так, чтобы врезать им плашмя.

– Как скажешь, милый, – промурлыкала Эстирдалин и засветила молнией под ноги первому. Тот шарахнулся от разряда, сбив с ног напарника, а сам свалился с каменных мостков и уже не встал. Сознание потерял или сломал шею, тролль его знает – разбираться было некогда. Свен длинными саблезубьими скачками понёсся вниз и ухватил второго деятеля за шиворот, прежде чем тот успел встать сам. Кинжал тоже полетел вниз, а обезоруженный контрабандист получил пару крепких тумаков и послушно затих.

– Двемерская головоломка, – сказал Свен, встряхнув пленника так, что у того аж зубы лязгнули. – Кубик такой из жёлтого металла. У кого?

Контрабандист отвечать не торопился, и Эстирдалин зажгла в руке огненный шарик.

– Подержи его покрепче, чтобы не дёргался, – попросила она. – И ноги коленом раздвинь.

– Да не знаю я ничего про ваш сраный кубик! – взвыл субтильный имперец, отчаянно извиваясь в руках здорового даже для нордлинга Свена, как крысёнок в зубах у кота. – Всё самое ценное у Крито, босса нашего – вон там, на галерее, дверь в его комнату.

Свен подозрительно посмотрел на кучу камней, ведущую к галерее. Выглядела она не особенно надёжной, но другого пути наверх не было.

– Ладно, – сказал он, – давай наверх. Только без глупостей, парень. Мне с таким, как ты, разобраться и топора не надо.

Тот шмыгнул носом, что-то пробормотал про нордских медведей и послушно заскакал по камням, то и дело оглядываясь на Свена. Эстирдалин осталась внизу – страховать напарника и поглядывать, не появится ли кто-нибудь ещё из круглых дверей или из пролома на другой стороне зала. Наверху имелась такая же круглая стальная дверь, но Свен соваться туда не торопился. Сначала дождался, чтобы к нему поднялась магесса, потом связал пленника и заткнул ему рот. В гудении, шипении, лязге, глухом буханье какого-то, судя по звукам, огромного механизма крики наверняка не очень-то были слышны, но Свен не собирался зря рисковать.

– Пошли, – сказал он Эстирдалин, с интересом вертевшей в руках гномье копьё, прислонённое к стене у дряхлого потемневшего шкафа. – Да брось ты его, незаметно такую дуру в город не протащишь, а штраф платить нечем пока что. Пойдём лучше навестим босса. Крито, говоришь? – Он посмотрел на пленника, и тот угрюмо кивнул, подтверждая, что да, так и есть.

Крито незваным гостям совсем не обрадовался, но ума у него точно было побольше, чем у подчинённых. Бросаться в одиночку на двоих, один из которых маг-альтмер, он не стал, хотя судя по тому, как у него метались глазки, было у него что-то припасено на такой случай, вот только воспользоваться он этим почему-то не смог. Наверное, просто не успел – другую, не стальную двемерскую, дверь Свен бы, наверное, просто вынес, а эту только резко распахнул с ноги.

– Ну всё, вы покойники, – заявил Крито, когда Свен подпихнул его к трубе и привязал к ней руки накрест за спиной.

– Да так уж и покойники? – фыркнула Эстирдалин, расхаживая вдоль полок со всяким добром вроде узорчатых кубков и странного вида деталей. – О, вот она! Дорогуша, всё, что нам нужно – вот эта штучка. Понимаешь? – Свен попытался её перебить, но она сделала небрежный пасс, и он в негодовании замычал, не в силах сдвинуться с места: никак он не ожидал, что эта зараза кроме своего огня-льда умеет ещё и паралич накладывать! – Я могу попросить у Радда Твердосердечного десяток легионеров, – продолжила она свою речь, обращённую к Крито, – чтобы выгребли всё, что вы сюда натаскали. А заодно и переловили вашу банду. Или вырезали, чтобы не болтали лишнего. Делиться придётся, конечно, но куда ж без этого? А я забираю всего только головоломку, цени!

Кажется, Крито оценил, потому что сплюнул и сказал:

– Передай своему нанимателю, что это последняя штучка, которую он получил. Раз он так ведёт дела, то пошёл-ка он на хер.

– Фу, как грубо, – поморщилась Эстирдалин. – Ладно, я сегодня добрая.

Она подошла к столу, взяла перо, открыла чернильницу и что-то быстро набросала на листке бумаги.

– Вот, – сказала она, помахивая листком, чтобы чернила скорее высыхали. – Свиток Яростного огня устроит?

– Сняли сапоги, кидаете опорки? – скривился глава контрабандистов. – Добрые вы мои… Ладно, ограбленному выбирать не приходится. Только ходи теперь и оглядывайся, остроухая. Я тебе это припомню.

– Мне, – хмуро сказал отошедший наконец от паралича Свен. – Она тут вообще ни при чём, это мои дела.

– Оно и видно, – усмехнулся Крито, и Свен подумал, что надёжнее будет прибить гада, а не оставлять тут связанным. Но видно, его намерения в самом деле легко читались по его лицу, потому что имперец заметно побледнел и торопливо сказал: – Ладно-ладно, в расчёте. Буду помнить, что не убил, хоть и мог. Только это… дверь оставь открытой, чтобы кто-нибудь из ребят отвязал. Труба горячая, с-сука.

– Это легко, – кивнул Свен. – А надумаешь-таки разобраться, так я в Балморе, в своей гильдии. Милости прошу в любой день.

На галерее он развязал первого пленника и велел ему освободить босса. Чуток погодя, не прямо сейчас. Парень, с болезненным шипением растиравший онемевшие запястья, буркнул, что ага, вот прямо щасс вскочит и кинется на подмогу начальству. Закончив с руками, он принялся яростно растирать лодыжки, так что Свен с Эстирдалин без всяких приключений спустились в заполненный гудением и скрежетом зал, потом поднялись к воротам и с нескрываемым облегчением вывалились наружу. Солнце уже опасно спустилось к вершинам, следовало поторопиться, чтобы засветло добраться до Балморы.

– И всё-таки, – спросила Эстирдалин, – что тебе обещал Антаболис за эту штуку?

– Рассказать кое-что о Шестом Доме, – устало ответил Свен, поняв, что иначе он от любопытной заразы не отделается.

– И какое тебе дело до Дома Дагот, который был уничтожен даэдра знают когда?

– Надо, – коротко ответил Свен.

– Исчерпывающий ответ, – фыркнула она. – Я тебе без всяких головоломок, просто так, бесплатно, навскидку назову три-четыре книги, где об этом говорится совершенно открыто. «Война Первого совета», «Святой Неревар», «Настоящий Неревар»… Всё можно купить у Дорисы Дарвел или попросить почитать у нас в гильдии. Принесёшь какой-нибудь подарочек Ранис и читай на здоровье. Особенно после того, как разделался с агентами Дома Телванни.

– Она за что-то не любит Телванни?

– Это очень, очень мягко сказано, – фыркнула Эстирдалин. – Терпеть не может магов вне гильдий и люто ненавидит Телванни. Не знаю, за что, но видимо, есть причины. Почему, думаешь, она меня так легко с тобой отпустила? Помогать наёмнику чужой гильдии выполнять контракт? Чуть ли не благословила на дорожку. Так что приходи и проси разрешения почитать «Святого Неревара». Не вынося из библиотеки, конечно.

Свен против воли хохотнул, представив себя в библиотеке Гильдии магов – с раскрытыми книгами, с пером в руке, чтобы выписывать нужное…

– Наверное, Хасфат знает что-то, чего в этих книгах нет, – сказал он. – Но, Линн, вот честно, ещё раз влезешь без спросу в мои дела, и я тебя просто поколочу, как пьяный матрос!

– Да ну? – ехидно улыбнулась она. – А как тебе понравился мой паралич?