Текст книги "Встречайте, красноглазые, я ваш Нереварин...(СИ)"

Автор книги: Арабелла Фигг

сообщить о нарушении

Текущая страница: 9 (всего у книги 12 страниц)

– Что у неё за Школа? – спросила она, переварив его ответ и понимающе кивнув.

– Разрушение точно и вроде бы ещё Иллюзия.

– По Иллюзии вряд ли что-то найдётся, а вот судя по заклинаниям местной наставницы, Разрушение может и быть.

Вечный Страж с откровенным усилием встала и подошла к книжным полкам, а Свен отправился проверять ящики и мешки. В мешках, как он и думал, были съестные припасы: живым, как ни крути, есть надо каждый день, а лучше трижды в день, даже если они некроманты. А вот в ящиках нашлось оружие, причём всё больше серебряное – ясен день, кому и знать, что нужно против нежити, как не её повелителям. Свен покрутил в руке топорик, подкинул несколько раз, замахнулся… хорош. Не слишком тяжёлый, рука не устанет, и баланс отличный. Ещё он взял серебряные же дротики и метательные звёзды. Ерунда, конечно, больше внимание отвлечь, чем настоящий вред причинить, но тоже пригодятся. В тех же костяных лордов покидать, чтобы мешать им колдовать.

– И всё? – удивилась Хеним, набравшая целую стопку книг. – Взял бы побольше, продал бы.

Он покачал головой. Девчонке самой точно нужны были доспехи получше. Трофеи она наверняка сможет продать, а вот позволят ли ей продавать книги?

– Я бы лучше книги прихватил, – сказал он. – Вот эти все можно?

– В том смысле, что они не запрещены? Да все.

– Нет, в смысле, что я всё это заберу.

Вечный Страж фыркнула, покрутила головой и положила набранную стопку на стол.

– Забирай, – разрешила она. И под нос себе проворчала: – Если рассказать – никто не поверит…

Свен только ухмыльнулся: да уж, нордлинг, забравший книги в качестве трофея – это только в качестве забавной байки сгодится, из разряда: “А вот у меня был случай”. Но книги он совершенно точно собирался взять все, сколько сможет унести, и пока Хеним писала рекомендацию, снял с кровати то самое узорчатое покрывало, чтобы увязать в него свою часть добычи.

– А как мы обратно? – спросил он, закончив с этим делом.

– Я ещё останусь, осмотрюсь немного, приберу тут. А тебя я отправлю в ближайший храм. Это… – она наморщила лоб, что-то прикидывая, – Гнисис, я думаю. Когда будешь готов, скажи.

Свен огляделся ещё разок, взялся за узел поудобнее, поправил новый топор на поясе (старый лежал в мешке за спиной, не бросать же его здесь).

– Рекомендацию взял, – вслух проговорил он, – сердца даэдра в мешке, оружие кой-какое взял, книги – вот они, а остальное я и не доставал. Всё, я готов.

– Хорошо, – сказал Хеним. – Не пугайся, в первый раз это не очень приятно, зато очень быстро.

Она сделала пасс и что-то сказала, мир вокруг потемнел, а потом оказалось, что Свен стоит у входа в… наверное, в храм, – они же все на Вварденфелле похожи, – голова у него опять кружится, а кишки бунтуют, но уже не так бурно, как после переноса в Кальдеру.

– Слышь, друг, – окликнул он проходившего мимо орка в кирасе Легиона. – Не подскажешь, куда меня закинуло?

Тот клыкасто ухмыльнулся, скользнув взглядом по узлу с явно награбленным добром, по помятой броне в полосах размазанной крови.

– Гнисис это, – ответил он. – А вот что у тебя в узле, приятель, а?

Комментарий к Дагон Фел, или Гнездо некромантов

* В игре такого нет, но лично я бы на месте Фрифнильд сделала всё возможное, чтобы облегчить молчаливым паломникам процесс расставания с деньгами

========== Балмора, или отчёты ==========

– А это откуда? – поразилась Эстирдалин, похлопав по обложке одной из книг. Той самой, что лежала у некроманта на столе, а Свен её ненароком прихватил вместе с остальными.

– Из Васа же, – удивился вопросу он. – А что?

– Да так, – усмехнулась магесса. – Пойду с Шарн мириться, раз уж ты притащил не что-нибудь – «Н’Гаста! Квата! Квакис!»

Свен нахмурился:

– Это что-то некромантское, да?

– Ну… вроде того. Ты знаешь, кто такой Н’Гаста?

– Нет.

– Тогда просто забудь, – посоветовала Эстирдалин и вышла из женской спальни, где разбирала увесистый подарочек. Свен тем временем вытащил из мешка аккуратно свёрнутое дорогое узорчатое покрывало, отстиранное и откатанное альд’рунской прачкой, и положил его на кровать рядом с книгами. Решив, что если Эстирдалин упрётся, отказываясь принимать подарок, он отдаст его Ажире. Сердца’ даэдра кису откровенно обрадовали, взамен она надавала Свену разных полезных склянок и от красивой тряпочки, наверное, тоже не откажется.

Вернулась очень довольная Эстирдалин и позвала его прогуляться, оставив разбор книг на потом.

– Как твоя поездка? – спросила она.

– Да ничего так, – отозвался Свен. – Узнал, что такое это Вмешательство АльмСиВи. Очень… впечатляет. Р-раз – и ты в Гнисисе, хотя только что был на каком-то островке без названия.

– Спасибо за книги, – сказала она. – Тебе какие свитки нужнее? Огненные?

– Да это подарок вообще-то.

– Я поняла, – легко кивнула Эстирдалин. – И тоже хочу сделать тебе подарок. Несколько свитков никому ещё не мешали, верно? Весят они уж точно поменьше, чем книги. Как ты только тащил такую тяжесть из Гнисиса в Балмору?

– Нанял парнишку с вьючными гуарами. Вернее, сначала предложил проводить его: они с матерью* пасут этих самых гуаров, а из Гнисиса он возит домой всякие припасы. Потом помог им найти украденную скотину, с бандюгами разобрался, которые гуаров угнали, крабов немножко проредил, а то обнаглели совсем… – Он хмыкнул, вспомнив, как варил на костре у пастухов крабовые ноги и как вздыхал, что нет здесь ни порея, ни чеснока, а местных специй он пока что толком не знает. Друлен дала ему каких-то листочков в благодарность, но они на специи уж точно не тянули, пресные, водянистые, похожие на имперский латук, которым только кроликов кормить. Ажира их, листочки эти, тоже охотно обменяла на готовые зелья, но сам Свен так и не понял, что хорошего в хак… хал… тьфу, не выговоришь, хуже всяких двемерских названий. – В общем, – сказал он, – выручил людей… то есть, меров, а они в благодарность помогли добраться до Альд’руна с полным мешком книг. А в Альд’руне я уже решил, что не буду трястись на силт страйдере, а попрошу проводника перекинуть меня сюда. Во второй-третий раз и правда намного легче, чем в первый, – признал он.

– Так я тебе сразу это сказала. Что надо потерпеть разок, а потом привыкаешь, начинаешь ценить скорость и удобство.

Они дошли до знакомого гриба. Веток пришлось наломать-накидать новых, потому что прежняя пышная кучка осела, увяла, да и разворошили её порядком, но место было уж очень удобное – ни с одной стороны незаметно не подберёшься. И вид красивый, особенно после унылой серости Альд’руна. Над горами в стороне Кальдеры, правда, висело подозрительное мутное облако, похожее на исполинскую тучу пыли, но вроде бы до Балморы пепельные бури не добирались. По крайней мере, никто из тех, кого Свен об этом спрашивал, такого не припоминал.

– А ты как? – спросил Свен, усаживаясь рядом с Эстирдалин. – Не надумала всерьёз писать про паломников? Я бы тебе про них порассказал! От Хуула до Дагон Фела на одном корабле с ними плыл.

– А я ещё разок в Вивек наведалась и ещё разок с Мило поговорила, – усмехнулась она. – Разговорила её твоим любимым способом. Пить она, кстати, совершенно не умеет, развезло с каких-то двух бокалов. С двух бокалов флина, – справедливости ради уточнила она, и Свен хохотнул: да уж, где жрице угнаться за гильдейским магом, которого спаивает гильдейский же алхимик. – И болтает, совершенно не думая, что и кому, – осуждающе прибавила Эстирдалин. – Нет, я понимаю, она уверена, что меня к ней послал этот твой таинственный наниматель, и всё же… Я бы на её месте не стала так открыто разглагольствовать о том, что Трибунал, лишённый возможности набираться сил от Сердца Лорхана, теряет свои возможности. Я понимаю, её тревожит то, что Призрачный Предел слабеет и уже не может сдерживать пепельных тварей, что влияние Дагот Ура растёт, что он проникает в сны и подчиняет себе спящих… тех, чьим сознанием он завладел, так и зовут Спящими, кстати. А вот почему Мило боится нордлингов больше, чем созданий Дагот Ура, я, признаться, не очень поняла.

– Нордлингов боится? – удивился Свен.

– Да. Если Трибунал лишится своих божественных сил, уверена она, он не сможет защитить Морровинд от новых нападений нордлингов.

Свен почесал в затылке. Нет, его сородичи оставались всё теми же буйными и воинственными созданиями, что и тысячу-другую лет назад, но вряд ли им так уж нужен пыльный Морровинд, к тому же кишащий моровыми чудищами. Определённо что-то у этой жрицы было в молодости с северянами такое… неприятное. То ли завалить её пытались, то ли наоборот, не соблазнились, когда она была не против – поди пойми, что для бабы тяжелее и оскорбительнее.

– А что ты узнал от торговца-эшлендера? – спросила Эстирдалин, потому что Свен так и не нашёлся, что сказать о страхах Мехры Мило.

– Да толком ничего. Вернее, узнал, что да, кое-кто из них верит в возрождение Неревара.

– Кое-кто?

– Ага. Есть такой культ у одного из племён. Остальные не больно-то в это верят, хотя если появится возможность нагнуть оседлых и выпнуть с Вварденфелла чужаков, я так понимаю, они охотно признают Нереварином кого угодно, хоть пастуха, хоть Вечного Стража. Вот только из рассказов Хассура я ещё понял, что от эшлендеров лучше держаться подальше. И уж точно не лезть к ним ни с какими расспросами.

– А я попыталась побольше узнать про Пикстар, – с непонятной усмешечкой проговорила Эстирдалин. – Не странно ли, что кимерский генерал воплотился в женщине, спросила я. Что вообще жрецы-отступники об этом думают? Оказывается, пол данмера, в которого вселится дух Неревара, не имеет никакого значения. А Пикстар была последним неудавшимся воплощением. Понимаешь, действительно последним? Как и было написано на том листочке, который тебе передал Джобаша. Были и другие – те, что пытались выполнить предназначение, но почему-либо не сумели. Кстати, какой-то тип в Суране уверял, будто именно он очередное воплощение Неревара Индорила. Не знаю, мошенник он, сумасшедший или искренне верит в это.

– А что о нём думает Храм?

– Скорее всего, Храм не думает, а ловит этого деятеля. Скорее всего, его объявят или уже объявили сумасшедшим. И кстати, – усмехнулась она, подчёркнуто окинув долгим взглядом внушительную фигуру собеседника, – это данмер, как и все предшественники.

– Да? – хмыкнул Свен. – А вот мне любопытно, с чего бы вдруг? Неревар данмером не был, он помер раньше, чем Азура прокляла кимеров. Ну, если я верно запомнил то, что ты мне читала и рассказывала. Тем, кто ждёт Нереварина, наверное, следовало бы к альтмерам повнимательнее приглядываться, не? Не знаю, что там с Вивеком двухцветным, а Альмалексия на картинках и гобеленах вылитая высокая эльфийка: и кожа золотистая, и глаза такие… медовые. У тебя красивее, кстати, – сказал он, глядя в глаза Эстирдалин. – Как зелень молодая солнечным полднем.

Она кривенько улыбнулась комплименту.

– Цвет моих глаз, – сказала она, – верный признак моей неполноценности, знаешь ли.

– Зато не похоже на других. А то ваши породистые, наверное, смотрятся как табун лошадей для Вороного Курьера – все одной масти. И вообще, все на одной колодке сработаны. А уж тебя точно ни с кем не спутаешь.

– Подлизываешься?

– Есть малость, – признал он. – Я скучал, Линн. Правда.

– А кто тебя заставлял скучать? – возразила она, но вид у неё, прямо сказать, был довольный. – Знайте, истинный ходок едет только на восток.**

– Ведь если твой посох стал мягким, как воск, спеши в Морровинд, там вернёшь прежний лоск? – Свен ухмыльнулся, потом помотал головой. – Нет, знаешь, меня пугают красные глаза местных красоток. Так и кажется, что вот-вот вампирские клыки из-под губы проглянут.

Эстирдалин не любила, когда её лишний раз трогали без нужды, это Свен уже понял. О том, чтобы спать с кем-то в обнимку, вообще речи быть не могло – отодвигалась, пока не упиралась спиной в стену, сворачивалась клубком, выставляя вперёд коленки и локти, готова была одеялом пожертвовать, лишь бы отгородиться от лежащего рядом. Даже как-то обидно было. Небось, не мечтала бы хоть изредка провести ночь подальше от товарок, вообще ушла бы сразу после.

Свену не спалось. Он лежал на краю кровати, закинув руки за голову, слушая сонное дыхание Эстирдалин и думая, как ему быть дальше. Комнату в «Восьми тарелках» им сдали чистенькую и опрятную, но кровать на двуспальную точно не тянула, так что колено эльфийки через одеяло упиралось ему в бедро. Он-то, понятно, был не против. Он бы вообще бестолочь заносчивую обнял, чтобы даже во сне чувствовать, что она в безопасности. Хотя бы пока он рядом.

В безопасности… Вот как раз пока он рядом, ей много чего грозит, дурище, только как бы ей это вбить в упрямую остроухую башку? Дело с этим дурацким пророчеством прояснялось понемногу: эшлендеры и жрецы-отступники не то чтоб всерьёз ждали возрождения Неревара, но и не возражали против возвращения своего древнего героя. Вот только им и в дурном сне не привиделось бы, что Нереварин будет кем-то ещё, кроме данмера. Эстирдалин пришли в голову те же мысли, что и ему, и она прямо спросила Мило, почему отступники так уверены, что это тёмный эльф? Какой-нибудь альтмер сгодился бы на эту роль куда как лучше. «Какой-нибудь неполноценный, – фыркала она, – которого так же выперли с Саммерсета, как меня. Рыжий, например». Жрица, по словам магессы, страшно оскорбилась, и их дружески-познавательная попойка закончилась безобразным бабским скандалом, аж Ординаторы на шум заявились, потому что снимать паралич эта крашеная сучка умела прямо-таки мастерски, но сама магией не пользовалась, а всё норовила вцепиться обидчице в волосы. Ну, не умеет баба ни пить, ни вести себя прилично в пьяном виде.

И это Эстирдалин всерьёз ли, в шутку ли предположила, что Неревар возрождённый может и вспомнить о своих саммерсетских корнях. Если б она, Шор сохрани, ляпнула что-нибудь про северного варвара, разъярившаяся спьяну жрица точно бы повыдергала ей половину волос. Но Косадес, тролль его задери, упорно намекал, что герой пророчества именно он, прямо-таки нордлинг из нордлингов. И как от этой сомнительной чести отпинаться, Свен представить себе не мог. «Помните, вы обязаны Императору своей жизнью и свободой. Будете верно ему служить – вас наградят. Обманете его – вас постигнет судьба всех предателей.» Уж это он запомнил с первого прочтения. А на Вварденфелле возле любого мало-мальски крупного поселения торчит имперский форт. Он, Свен, даже в Гнисисе, куда его закинуло заклинание Вечного Стража, первым увидел не кого-нибудь – легионера. А прятаться по пещерам и заброшенным шахтам у него по-прежнему не имелось ни малейшего желания.

***

– Вот тут Хассур записал вам всё, что знает о пророчествах, – сказал Свен, отдав Косадесу очередную бумажку.

– А я смотрю, ты не торопился доставить эти записи мне, – с неудовольствием отозвался Клинок, пробегая глазами строчки.

– Ох, вот только вы не начинайте, – покривился Свен. – Я от Вечного Стража Хеним наслушался о том, как долго я добирался в Дагон Фел и как она уже собиралась отказаться от контракта и пойти крушить некромантов в одиночку. Я ведь по вашему совету, сударь, подался в наёмники, а наёмников вечно торопят, дескать, давай-давай, хватай мешки, причал отходит.

– Причал? – удивился тот.

Свен махнул рукой:

– Шуточка портовая. Я с Зайнсубани еле поговорить по-людски успел, Мерциус меня только что пинками к силт страйдеру не гнал, чтобы успел в Хуул на корабль с паломниками. И что за спешка у вас с пророчеством? Сколько раз уже эти ваши Нереварины объявлялись, ещё один вон по Сурану бегает… Кстати, вы его поймать раньше Храма не пробовали? А то вдруг он настоящий, а его того… Запрут в Министерстве Правды, и привет вам с луны Баар-Дау!

Косадес нахмурился.

– Что ещё вам сказал Зайнсубани?

– Так вы читайте, читайте, – Свен кивнул на листок в Косадесовых руках. – Там же всё написано. Шаманка Уршилаку – главная в культе Нереварина, ашхан – её вроде как хранитель и защитник, а Хассур знает обоих. Выпивку, должно быть, Уршилаку продаёт, – ухмыльнулся он. – А шаманка наверняка пьёт по-чёрному. Они же, провидцы-то, все пьяницы, иначе свихнуться можно.

– Про неудавшихся Нереваринов здесь ни слова нет, – возразил Косадес.

– Ну, – Свен пожал плечами. – Значит, не стал он писать об этом. То ли забыл, то ли решил, что такие вещи лучше бумаге не доверять. – Тролль ледяной знает, слышал ли Хассур Зайнсубани про неудавшиеся воплощения. Наверняка слышал хоть краем уха. Так что Свен собирался валить всё на старого торгаша, а Линн от всех этих дел держать подальше сколько сил хватит. Ещё бы эта дурёха сама в них не лезла! Любопытно ей, видите ли! Жила себе ученица Гильдии магов где-то в жопе мира, учила своё Разрушение с Иллюзией потихоньку, с товарками то собачилась, то мирилась под стаканчик флина – тоска. А тут является он, весь из себя такой в древних пророчествах, и как тут устоять любопытной чародейке? Они же, маги, как он сто раз уже повторил, хуже кошек: если куда-то нельзя, значит, вот именно туда им и надо. – Ну так, – повторил Свен, – я вам говорю то, что он не записал: раз за разом являются на Вварденфелл Нереварины, так что одним больше, одним меньше… Но вы бы всё же того суранского придурка поискали. Вдруг он и впрямь настоящий? Ну, в смысле, объединит Морровинд и прогонит имперских захватчиков, – ехидно прибавил он.

Косадес опять нахмурил брови и ещё раз перечитал написанное.

– Возможно, ты мне понадобишься в ближайшее время, – сказал он. – Так что пока воздержись от дальних поездок.

– А кормить-лечить меня вы, сударь, будете? – самым любезным тоном поинтересовался Свен. – Снаряжение чинить и всё такое? Я вон сломанный зуб всё никак выдрать не соберусь, потому что приличный лекарь берёт дорого, а к какому-нибудь немытому коновалу идти – без челюсти остаться можно, не то что без соседних зубов.

– Хорошо, хорошо, – в раздражении отозвался Косадес, – сходи в форт Лунного Мотылька и скажи Крулиусу Понтатиану, что тебе требуются товары, необходимые для долгого путешествия. Но контракты пока что бери у Айдис Огненный Глаз, а не сбега’й от меня в Волверин Холл.

Свен очень охотно убрался бы из Балморы хоть в Садрит Мору, хоть в Тель Вос, да только смысла в этом не было никакого. Всё равно найдут. А не найдут сами, закажут Гильдии бойцов. Оставалось скрипеть зубами и выполнять очередное поручение старого обманщика – ни помощи, ни хоть какой-то защиты просить было не у кого.

Комментарий к Балмора, или отчёты

* Да, я одарила Друлен Фален сыночком, потому что совсем не дело одинокой женщине пасти скотину где-то у даэдра на рогах: то грязекрабы, то бандиты, а она даже отлучиться от стада не может

** – Маленькая грубая песня

========== Балмора – поля Кумму и опять Балмора, или Дурная голова ногам покою не даёт ==========

– Родовая гробница? – подозрительно переспросил Свен. – А почему эти Сарано к наёмникам обращаются, а не у Вечных Стражей помощи просят или там у Ординаторов? Осквернение гробниц как раз по их части. Тем более, если туда вломился не мародёр, а даэдра.

– Здорово же тебя запугали, – усмехнулась Айдис. – Не беспокойся, тебя до гробницы проводит кто-нибудь из семейки Сарано, он же и присмотрит, чтобы ты покой старых костей не нарушал. А к нам они обратились, потому что у Вечных Стражей и Ординаторов своих забот выше головы. Отказать не откажут, но когда-когда ещё соберутся заняться этой тварью. Так что… зря, что ли, ты себе в Васе добыл серебряный топорик? Вот и обновишь.

– Ладно, – сказал Свен, хотя сомнения у него всё равно оставались. Всё не мог он забыть, как его разок чуть не подставили с такой же родовой гробницей. Вряд ли бы Клинки сговорились с Камонна Тонг, конечно, но можно же просто гильдейского мастера подкупить, чтобы дал наёмнику такое задание, из-за которого тот влипнет потом в серьёзные неприятности.

Отправились они аж втроём: Свен и две не в меру бойкие и болтливые баб… почтенные пожилые дамы. Тролль знает, какая из них была Сарано, а какая отправилась к святилищу в полях Кумму, раз уж родовая гробница подружки располагалась по соседству, но Свен уже через час пути жалел о том, что паломничество к полям Кумму не требует обета молчания. Почтенные пожилые дамы, погрузив своё барахло на такого же пожилого гуара, бодро ковыляли налегке, но Свену слегка разгрузиться не предложили и вообще обращали на него внимания ещё меньше, чем на свою вьючную скотину, с упоением перемывая косточки родне и знакомым.

То ли день был пасмурный, то ли так близко к горам в воздухе висел пепел, но солнце не жарило, хвала всем богам, включая АльмСиВи, и ветерок обдувал. Неприятный, впрочем, ветерок. Заметно припахивающий серой. Ещё на одиноких путников (почему-то мало было на дороге паломников) без конца кидались фуражиры квама, Свен замаялся их пинать, отгоняя от нанимательниц и их скотины. Никого опаснее фуражиров, к счастью, не попадалось, но Свен не расслаблялся, пытаясь одновременно следить за всеми сторонами света и за небом заодно. А то горы же, а где горы, там и скальные наездники. Эх, как же ему не хватало надёжного напарника!

На перекрёстке, где им вроде бы следовало продолжать путь на восток, нанимательницы неожиданно потребовали свернуть к озеру: там, оказывается, стоял домик фермера, и можно было попроситься к нему ненадолго – посидеть в тенёчке, перекусить и вообще отдохнуть. Домик с виду был беден и неказист, хозяин его тоже, но тем легче фермер согласился за мелкую монетку пустить прохожих на часок под навес с приятным видом на озеро и причал. Фермер этот был, как ни странно, нордом, а не данмером, назвался он Алофом и спросил Свена, не из Гильдии бойцов ли он. Тот подтвердил, что так и есть, и Алоф попросил передать Айдис, что в даэдрическом святилище Ашунартес завелась банда орков, которая устраивает налёты на плантации и фермы и грабит путников.

– Ашунартес, – повторил Свен. – Передам, конечно, лишь бы название не переврать.

– Да здесь рядом только одно такое и есть, – отмахнулся Алоф. – Айдис сразу поймёт, про что я говорю. Бурюб гра-Бамог там верховодит, жаба клыкастая. Не баба, а прямо буря пепельная. Если её прибить, остальные, я думаю, разбегутся помаленьку, это она их там в кулаке держит.

Они ещё немного поболтали о том о сём. Фермер, искоса поглядывая на данмерских паломниц (он их обеих считал паломницами), негромко пожаловался на храмовых служителей, которые сперва скромненько просили разрешения причаливать к его пристани и оставлять там лодки ненадолго, а теперь уже и разрешения не спрашивают, пользуются как своим. А за ними следом и паломники начали наглеть. И ссориться-то с Храмом… Он вздохнул и безнадёжно махнул рукой.

Тем временем подружки отдышались, перекусили и решили двигаться дальше. До гробницы оставалось недалеко, серокожие дамы довели своего спутника до дверей, а сами направились к святилищу. Кто из них носил фамилию Сарано, ясно стало по тому, какая именно из нанимательниц вручила Свену ключ от какого-то помещения в гробнице.

– Первая же дверь направо, – строго сказала госпожа Сарано. – Мальчики заперли эту тварь там, в остальные помещения не стоит и соваться.

– Как скажете, сударыня, – не стал спорить Свен. Он скинул заплечный мешок и пристроил его в зарослях золотого канета, чтобы не таскать с собой лишний груз, надел шлем, вытащил из петли на поясе топор и пристроил на левую руку щит. – Уж извините, – сказал он, – но ваши почившие родственники меня не знают, так что наверняка нападут раньше этого вашего алчущего.

Обе паломницы покривились, но признали, что да, пройти мимо стражей гробницы чужаку не удастся, придётся с ними разбираться.

– Главное, не броди где не надо, – повторила госпожа Сарано. – Зашёл, открыл дверь справа, убил алчущего и сразу выходи. Так и с костяными лордами драться почти не придётся.

– Хотелось бы верить, – проворчал Свен.

Ну… в общем, почти так и вышло. К другим захоронениям он не лез, так что костяного лорда прибил только одного, а в каморке справа действительно был заперт алчущий. Довольно слабый, кстати, даже не колдовал. Или ему уже от местной нежити досталось? Свен вырезал из твари сердце, повздыхал на эбонитовый шлем*, упавший с чьего-то постамента, но поднимать его и возвращать на место не стал – вообще не стал трогать, чтобы не беспокоить хранителей гробницы, а поскорее вышел из тёмных и затхлых подземелий на свежий воздух. Мешок был на месте, Свен достал из него баклагу с водой, умылся, сделал несколько мелких глотков и задумался, сидеть ли здесь, ожидая нанимательниц, или всё же догнать их, чтобы по дороге не вышло какой беды. Как-то беспокойно ему было, и он двинулся на восток по дороге.

Вернее, он еле успел свернуть на неё с тропки, которая вела к гробнице, как на него с воплем «Помогите!» налетел дорого одетый, но помятый и встрёпанный лесной эльф. Из его восклицаний и всхлипов кое-как удалось понять, что он со своим приятелем наблюдал за брачными играми кагути, но зверушкам не понравилось, что за ними подглядывают, и они напали на извращенцев. Босмеру удалось сбежать, но что стало с его другом, он не знает. Свен почесал в затылке. Если этот Эдрас Орил ломанулся на юг, в поля, далеко он от кагути не ушёл. С севера же дорогу подпирал горный хребет, склоны его были слишком крутыми для нормального человека и зверя, но не для ополоумевшего от страха типа, за которым гонятся распалённые страстью твари. В общем-то, до придурка, вздумавшего подглядывать за ними, Свену особо дела не было, но если кагути, которым помешали спариться, всё ещё рыщут по округе, то нанимательницы, возвращаясь от своего священного камня, наверняка на них наткнутся.

– Ладно, – вздохнул он, – посмотрю, что можно сделать. А вы бы, сударь, пока на ферме, что ли, подождали. Вон ближе к озеру ферма Алофа, всё будет где укрыться, если кагути сюда доберутся.

Босмера дважды просить не пришлось, а Свен с опозданием подумал, что Алоф вряд ли обрадуется, если все, кому не лень, станут посылать к нему всяких встречных-поперечных, точно ему паломников мало. С другой стороны, одет придурок богато, значит, вполне можно стрясти с него пару монет за кружечку эля… тьфу ты, мацта для успокоения нервов.

Впрочем, долго над этим раздумывать не было ни времени, ни возможности. Кагути довольно быстро нашлись в небольшом распадке – они опять было собрались продолжить свой зубастый род и в другое время, может быть, даже не заметили бы прохожего, который шёл себе по своим делам. Но они были злы, что им снова помешали, и разом бросились на Свена оба, так что обоих пришлось убить, и не сказать, чтобы это было легко: без хорошей брони к ним и близко подходить не следовало. Да и в броне-то лучше было не соваться без крайней нужды, а уж как напарника, особенно стрелка или мага, не хватало!

Нашёлся и Эдрас Орил, оказавшийся вовсе не извращенцем, а учёным, который писал книгу о повадках кагути. Хотя, по мнению Свена, изучать брачные игры таких опасных тварей – это было тем ещё извращением. Свен послал его к всё тому же Алофу, заверив, что его друг должен быть там, живой и здоровый, и отправился наконец к алтарю Смирения.

Святилище его разочаровало. После имперских белокаменных беседок с круглыми алтарями, окружёнными стройной колоннадой, одинокий столб на краю дороги смотрелся как-то… неубедительно. А уж подношения… Свен знал, что когда-то давно лорд Вивек помог бедному фермеру собрать урожай муска, в честь чего и святилище построено. Но комки бурой слизистой дряни вместо денег, самоцветов или хотя бы просто цветов – странно это выглядело.

Вываливать это наблюдение на данмерские головы он, понятно, не спешил. Госпожа Сарано и без того приняла ключ с видом: «А не вывернуть ли тебе, голубчик, карманы и мешок заодно?» Опередив её вопросы, Свен предложил ей вернуться в гробницу и проверить урны и что там ещё имеется, чтобы не было потом разговоров, будто он шарился в костях её почивших родственников. Она было отказалась, но Свена неожиданно поддержала её подруга. Пришлось госпоже Сарано спускаться в подземелья, чтобы лично убедиться: костяные лорды, кроме самого первого, живы (то есть, мертвы, конечно) и благополучны, никто ничего не трогал, всё лежит как лежало, кроме свалившегося эбонитового шлема, в осквернённом святилище валяется дохлый алчущий, и он точно дохлый, даже сердце вырезано… В общем, извинений Свен, конечно, не дождался, но старая кошёлка нехотя признала, что всё на месте, алчущий убит и свои обязанности по контракту наёмник выполнил полностью и даже слегка сверх того. О чём мастер его гильдии непременно будет извещена сразу по прибытии паломниц в Балмору. После чего почтенная дама взяла своего гуара под уздцы, или как это называется на Вварденфелле, с одной стороны, её подруга – с другой. Сарано развернула какой-то свиток, и Свен остался один раньше, чем успел спросить, не прихватят ли они и его с собой.

Впрочем, сплюнув с досады на пыльную дорожку, он немного поразмыслил и решил, что так оно даже и лучше. Что вот сейчас он без помех дойдёт до форта и спросит там Крулиуса Понтатиана про «необходимые товары». Свитки, надо думать, или зелья – что ещё может предложить наёмнику служитель Имперского культа?

Заплатили Сарано за убитую тварь не скупясь. Свен заказал в «Восьми тарелках» десяток бутылок шейна, чтобы обмыть удачное дело всем балморским отделением, а пока он договаривался с хозяйкой и потягивал флин в ожидании своего заказа, то поневоле слушал, как подвыпивший местный стражник объясняет приятелям, почему у него редоранский шлем, а не положенный страже Хлаалу. Свен аж крякнул, не удержавшись: одно дело, когда все, кому не лень, обзывают Хлаалу болтунами и ворюгами, и немного другое, когда стражник – стражник, ледяной тролль его залюби! – этого Дома хвастает тем, что украл этот шлем у тупых редоранцев.

– А что, – как мог простодушно спросил он, – у Дома Хлаалу нет денег на нормальное снаряжение для стражи, что приходится таскать чужое?

Стражник-ворюга глянул на него с пренебрежением.

– У Дома Хлаалу есть деньги на всё, что ему нужно, н’вах, – сказал он. – А Редорану надо поучиться лучше следить за своим барахлом, если они не хотят однажды остаться без своего Скара.

Свен пожал плечами.

– Я просто спросил, – сказал он. – А Редорану, наверное, надо лучше следить за своим барахлом и меньше смотреть за Призрачными Вратами, не? На кой они вообще туда людей посылают? Фояда Мамея даже близко к Альд’руну не лежит, она аккурат к Балморе выходит. Ну, то есть, к форту Лунного Мотылька, конечно, но тамошний форт – одно название, он пепельных тварей и на полчаса не задержит.