Текст книги "Кронпринц (СИ)"

Автор книги: Антон Кун

Соавторы: Алексей Шурыгин
сообщить о нарушении

Текущая страница: 5 (всего у книги 15 страниц)

– А Волкодав? Он там?

– Он… – икнул Старичок-Боровичок, и его бледная грибная кожа, или что у него там вместо неё, побелела ещё сильнее.

– Говори, – тряхнул его Безымянный.

– Мощь… необузданная, такая что только у князя Володимира я видел.

– Первый император⁈ – с непониманием произнёс Безымянный и тут же вспомнил свои недавние мысли. Чудо. Этот сукин сын снова сотворил чудо! – А тот гриб?

Старичок сжался, будто Безымянный его ударил и тихо, на грани слышимости пропищал:

– Он забрал его. На самом деле если бы не заложник, то меня бы размазало от его удара. Сырая, ужасная сила. Непостижимая.

– Как у князя, – кивнул Безымянный, после чего отпустил слугу и властно произнёс: – Значит, будем готовится к битве с этим монстром, восставшим из пепла истории. Созывай моих апостолов. Хватит набирать силу, отныне у человечества настали последние дни.

На этих словах Безымянный закрыл портал.

Предстояла большая подготовка к первой со времён исчезновения старших богов полномасштабной войне.

* * *

В жизни случаются удачные дни и не совсем. Но во многом это зависит от самого человека, насколько он подготовился к возможным неприятностям.

Когда открылись порталы и из них шустро повалили различного вида существа, от которых исходила тёмная, видимая невооружённым глазом энергия, я напрягся. В голове уже промелькнули мысли о том, как мне придётся со всеми разбираться, а потом впасть в кому от потери сил на неделю, а может и целый месяц.

Но мои ребятки приятно удивили. Оказывается, Багратион с Антипом не только из меня сделали настоящего монстра в магических сражениях, но и из моей дружины тоже.

Существа пёрли и пёрли, и ничего на первый взгляд не происходило. Но вот ближайший монстр, больше похожий на гуманоидного краба, как бы теперь его развидеть, повернул на нас свои глаза на жёрдочках и оглушительно цокнул клешнями, а через миг он замер и… развалился на мелкие кусочки.

И началась бойня! Существа взрывались, сгорали заживо, обращались в ледяные статуи, а позже в мелкие осколки и так далее и тому подобное. А мои люди, не издавая ни единого звука, просто выполняли свою работу, объединяясь в пары или тройки, и с хирургической точностью использовали свои аспекты.

Причём нашлись и те, кто проповедовал ближний бой, больше похожие на культуристов. Плечистые, крепкие парни с ростовыми явно магическими щитами, загородили мне обзор, стеной встав между нами и врагами.

– Кажется в ход пошла тяжёлая кавалерия, – рядом произнёс медведеподобный Илья муромец и засветившись изнутри, одним рывком перемахнул моих защитников, врезаясь в самую гущу битвы.

После этого раздался вопль ужаса, а Мерлин хмыкнул:

– Всегда они его боялись! В ту войну он в одиночку уничтожал если не армии, то небольшие отряды точно. Его даже тогда прозвали, что-то вроде, – он пощёлкал пальцами, припоминая слово: – «Палач света».

– Тогда уж светоносный, – хмыкнул я.

– Кажется, – нахмурился Мерлин, – Илье нужна помощь.

И он, и Муромец, в отличии от меня, могли ощущать потоки энергии, а потому им не нужны были глаза для отслеживания состояния боя.

Миг, и он растворился в воздухе, а из-за живой стены моих щитоносцев раздались взрывы и крики.

– Пора бы и мне вступить в игру, – обратился я к пустоте.

Источник всё так же не ощущался, а вместе с ним пропала броня Чернобога и мои фамильяры. Но я не ощущал себя беззащитным, напротив, казалось, что я только сейчас обрёл настоящую, свою собственную силу. Хотя, по сути, источник вместе с моими духами, являлись неотъемлемой частью меня самого. Интересно, когда обычная способность колдовать вернётся, я смогу использовать внешнюю силу?

Я подошёл к ребятам и положил двоим из них руки на плечи. В этот момент что-то грохнуло, и обзор на сражение мне загородил громадный, размером с пикап, несущийся на нас бык.

Я даже моргнуть не успел, как его массивные, мерцающие серебром рога, врезались во вспыхнувшую алым защиту перед моими людьми.

– Господин, мы справимся, – просипел один из мужчин, и по его виску потекла струйка пота.

– Всё так, – коротко подтвердил второй, а за ним и остальные, что цепью построились от стены до стены, образуя монолитную линию защиты.

Я им верил, но… удел князя, лидера и, если уж жизнь так повернулась, кронпринца – не прятаться за спинами своих людей.

Бык тем временем издал электрический треск и, мигнув, бесследно исчез.

И тут мне открылась жуткая и в то же время эпичная картина. Илья, облачённый в доспехи из чистого света, что на него было трудно смотреть, полуторным мечом и круглым щитом, которые оказались вполне материальными, рубился с тремя демонами. С самыми натуральными, словно со страниц типичного фэнтези, с красной кожей, витыми рогами, копытами, только вместо рук у этих были сабли.

Он, словно агент из матрицы, практически не двигая ногами, так быстро махал руками и двигал торсом, что верхняя часть тела расстроилась.

«Как же он крут», – промелькнула в голове мысль и тут же исчезла, поскольку чуть дальше в напряженной позе, с вытянутыми перед собой руками стоял Мерлин Анатольевич.

В эту секунду сбоку раздался рёв, и я отвлёкся. На нас бежал натуральный минотавр!

«Словно ожившие кошмары», – пронеслась мысль, и я хотел уже было начать действовать, но тут перед двух с половиной метровой махиной возник Багратион. Он играючи схватил монстра за рога, что отливали золотом, и резко дёрнул в сторону. Минотавр обиженно зарычал и отправился в стену, которую благополучно проломил своей тушей.

«Кажется, здесь и без меня справятся», – и как только эта мысль пришла в мою голову, из портала выплыл живой гриб. Он был очень похож на Боровика Иваныча, и в первое мгновение я даже решил, что мой учитель вернулся, но вот уже в следующую секунду стало ясно, что это другой гриб.

Что ж, пришла пора и мне размяться…

Глава 9

Гриб парил в воздухе, седая длинная борода свисала на добрый метр к земле, а шляпка была другого цвета, не такая как у Боровика Ивановича.

Но это всё так, внешнее, главным отличием этого представителя разумных грибов от моего учителя была густая, материальная тёмная аура, от которой на коже проступали мурашки.

Внезапно, рядом с ним я заметил тёмное мерцающее облако, внутри которого мелькнула знакомая шляпка.

«Боровик Иваныч», – озарило меня узнавание и я, без всякой подготовки, ударил.

Таран из чистой энергии снёс гриба обратно в портал, а невидимая рука одним движением вырвала моего учителя из непонятной тюрьмы.

Спустя десяток секунд портал погас, а слуги Безымянного поспешили отступить в свои порталы, которые вскоре тоже захлопнулись.

– Мерлин, – позвал я ректора.

Тот выглядел усталым, но в то же время довольным, видимо не каждый день ему доводилось сталкиваться с достойными противниками на магической стезе.

Я указал на Боровика Ивановича.

– Что с ним?

На душе скребли кошки. Умом я понимал, что сделал всё от меня зависящее, но сердце считало иначе. Оно разгоняло ярость по венам и требовало казнить всех причастных к этому. Да что там говорить, было за что. Мой учитель, из цветущего и величавого старца с чистой бледной кожей, покрылся тёмными пятнами, в бороде грязь, а под глазами черные круги как у панды. И это было бы забавно, если бы ни было так грустно. Что они с ним делали? Твари.

– Кажется его ввели в магический сон. И судя по его ауре…

– Он видит кошмары, – мрачно закончил я.

Теперь понятно зачем тот проклятый слуга Безымянного принёс учителя сюда.

Всё из-за того, что его уже не спасти из бесконечного лабиринта собственных страхов и желаний.

– Мерлин, – выдохнул я, приняв решение. Оно было настолько же очевидным, как и опасным. – Я должен отправиться за ним. Сейчас.

– Понял. Сейчас же позвоню Вознесенскому, – с готовностью кивнул он.

– Спасибо, – благодарно улыбнулся я.

– Не стоит, – покачал головой Мерлин. – После того, как твой человек пожертвовал всем при спасении Светочки, я твой пожизненный должник.

На это я не стал ничего отвечать, поскольку заметил упрямые нотки в его голосе. Если ему хочется быть должником, то пусть, во всяком случае пока это имеет разумные границы.

В это время на улицу вывалили бойцы и построились в по-армейски ровную шеренгу. Я передал Боровика Ивановича на руки ректору, чтобы он унёс его отсюда, и подошёл к моим людям. Перед строем стояли их командиры Багратион с дедом Антипом, а вот Илья, как ни странно, встал в один ряд с рядовыми бойцами.

– Спасибо за службу, – произнёс я. – Все вы сегодня были настоящими героями. Благодарю вас! – И обратившись к командирам, добавил: – Всем премию и дополнительный выходной. Что по потерям? – прежде всего нужно заботится о выживших, но и о павших забывать не стоило.

– Потерь нет, – вытянулся в струну Багратион, преданно поедая меня глазами. – Раненным уже оказана помощь. Их отправили к Зеване.

– Молодцы, – кивнул я и посмотрел на мужчин, на лицах которых уже проступили первые признаки радости от предстоящего выходного, да ещё и щедро оплаченного премией. – Все молодцы!

Я улыбнулся людям и шагнул в открытый портал. Можно было бы сказать, что нас ожидает ещё много сражений, и это только начало, но зачем? Мы победили и нужно уметь этому радоваться, а о последующих битвах волноваться должны командиры, а не рядовые.

А пока пришло время позаботиться о Боровике Ивановиче.

Вознесенский прибыл через час. Он был крайне недоволен и постоянно ворчал, что его снова оторвали от прогулки по его любимому парку, хотя сейчас в центре Сибири, коим являлся Великосибирск, стояла не самая лётная погода. Минус сорок, с ветром, что автоматически ухудшало температуру минимум на десять градусов вниз. И судя по массивной шубе и валенкам, и пунцово-красным щекам, некромант не пользовался магией для защиты от холода, предпочитая мирские способы.

– Доброго дня, Афанасий Яковлевич, – встрял я в его тихий ропот. – Благодарю, что оперативно пришли на помощь. Без вас нам не справится, – немного патоки никогда не бывает лишней, особенно если она вполне заслуженная.

– И вам не хворать, молодой человек, – чуть смягчился он от моих слов. – Что на этот раз?

– Да всё то же, – ответил я и чуть помедлив, добавил: – Возможно. Но вам лучше взглянуть, – после чего указал на угол дивана, куда положили Боровика Иваныча.

– Ну, это даже не интересно, – хмыкнул он, а потом замер. – Это что⁈ – мужчина комично открыл рот и указал пальцем на моего грибовидного учителя.

– Мой учитель магии из Святого Леса, Боровик Иванович, живой гриб, – не стал я скрываться. Зачем? Вскоре Святой лес присоединиться к империи и станет открытым местом для туристов. А таких, я уверен, будет немало.

– Так это правда! – изумился он, не отводя взгляда от Боровика Ивановича. – Я слышал, что земли, которые вместе с титулом разыгрываются на магических играх, находится в центре Черепановских волшебных земель…

– Насколько мне известно, император лично сообщил об этом на открытии игр, – заметил я. – Да и вы лично там побывали в прошлый раз.

– Нас тогда встретил здоровенный мужик с юношеским лицом и открыл портал в светлую комнату из светлого дерева, – отмахнулся он. – И Мерлин мне говорил про оборотней и людей с магическими мутациями, про резервацию, но я и не подозревал, что там… – он замолк, подбирая слова, – … что люди совсем не будут похожи на людей, – скомкано закончил он.

– Мир полон того, чего мы не знаем, – улыбнулся я. – А теперь давайте перейдём к делу. У моего друга, возможно, осталось мало времени, – сказал я, и внутренне поморщился. Там, в нави, меня ждала очевидная ловушка, в которую я обязательно попаду. С другой стороны, кто предупреждён, тот вооружён, а значит, шанс выжить есть и это главное.

– Конечно-конечно! – торопливо закивал Вознесенский. – У вас есть с ним какая-нибудь магическая связь?

– Мы с ним подписали магический контракт, – припомнил я.

– Отлично! С прошлого раза я тщательно изучил этот вопрос и нашёл способ как наиболее безопасно действовать в подобной ситуации. Пришлось правда неделю просидеть в библиотеке и найти почти забытые фолианты Уткина и Свердлова, но это того стоило! Представьте, оказывается, так называемое измерение Навь – ничто иное как общемировое вместилище душ, и каждый человек, который ложится спать, попадает на первый уровень этого мира! Уткин высказал теорию, что Навь – это ничто иное как межмировое пространство, откуда можно попасть даже в другой, параллельный мир! На это указывает ряд признаков, к примеру, что многие сны очень реалистичные, и некоторые видные учёные сделали свои открытия именно подглядев их в своих сновидениях!

– Это занятно, – отметил я для себя Уткина и Свердлова. – А эти уважаемые авторы ещё живы?

– К сожалению, не имею такой информации, – вздохнул Вознесенский. – Но если вы отправитесь в библиотеку академии, то там эти книги есть.

– У тебя полный карт-бланш в нашей библиотеке, – сказал молчавший до этого ректор.

– Благодарю, – кивнул я, – а теперь давайте уже перейдём к делу.

– Хорошо, – кивнул Вознесенский и обратился к Мерлину: – Мне нужно несколько волшебных камней, думаю средней силы, и волшебный генератор заклинаний.

– Сейчас, – сказал Мерлин, и в его руке возникла золочённая шкатулка, которую он передал некроманту. После чего он шагнул к массивному высокому книжному шкафу и несколько секунд вытаскивал и ставил на место книги, казалось, в рандомном порядке.

– Это что, механическая система безопасности? – удивился я, глядя как шкаф со скрипом отодвигается в сторону.

– Все ждут от ректора магической академии волшебства, особенно в его собственном кабинете. И если сюда заявятся грабители, то обязательно будут вооружены антимагическим металлом, – хмыкнул он.

– И сильно обломаются, – кивнул я, признавая если не гениальность, то сообразительность и смекалку ректора.

– Я даже камеру повесил здесь вполне обычную, – он указал вверх, над неспеша отодвигающимся в сторону шкафом. – Если вдруг когда-нибудь какие-нибудь сумасшедшие решаться меня ограбить, хочу запомнить их лица, ну а если на лицах будут маски, то голоса полные растерянности.

– Достойная награда за смекалку, – улыбнулся я.

– Я тоже так думаю, – хмыкнул он и стал открывать сейф. – А сейф у меня полностью из антимагического металла, плюс трёхступенчатая система идентификации: отпечаток пальца, сетчатка глаза и капля крови. Причём, если воришка схватится за ручку, даже в перчатке, то без специального пароля сейф уже не откроется.

Мерлин рассказывал всё это исполненный гордостью и радостью, что имел возможность с кем-нибудь поделиться. Видимо, не так много доверенных людей, которым можно рассказать такой важный секрет.

– Тогда четырёхступенчатая система получается, – заметил я.

– Пароль – это крайняя мера. Я их плохо запоминаю, да и взломать не так сложно. У меня есть один, и тот спрятан в надёжном месте.

Я понимающе кивнул, а Мерлин наклонился к чёрной металлической двери, и та спустя секунду щёлкнула, отворяясь. Ректор вытащил из тёмного зева хранилища небольшой шар бронзового цвета и протянул его Вознесенскому.

Тот деловито кивнул и стал работать с артефактом. Выглядел тот, как шарообразная версия кубика-рубика, полностью исписанный буквами из магического алфавита.

Пока некромант подбирал нужные символы, строя их в известную одному лишь ему последовательность, я спросил у Мерлина:

– Что это за артефакт?

– Генератор заклинаний Никольского, – лекторским тоном произнёс Мерлин, явно перейдя в режим преподавателя, коим по факту и являлся. – Этот прибор позволяет создавать несколько десятков заклинаний одновременно, при этом, настроить частоту их повторения и силу, порядок создания.

– Сильно! – я с уважением посмотрел на небольшую, размером с теннисный мячик вещицу. Хочу тоже такие уметь делать. – Сколько времени уходит на его создание?

– Таких, насколько мне известно, всего три в империи, – вздохнул Мерлин. – И повторить их пока никто не может.

– Для этого нужно его разобрать, – понимающе произнёс я.

– Верно, – ещё раз вздохнул ректор. – И даже у меня на такое рука не поднимется.

– Нет уверенности, что соберёте обратно, – подытожил я и получил ещё один тяжёлый вздох.

– Я готов! Давайте приступать! – сказал Вознесенский.

Я решительно шагнул к дивану и сел рядом с Боровиком Ивановичем, который никак внешне не изменился. Уверен, Безымянный мог бы убить его в любой момент, но цель охоты не в уничтожении приманки.

Ладно, посмотрим, кто ещё из нас добыча! Один раз я уже победил его в Нави, правда тогда со мной был золотой клинок Хроноса, но не суть. Главное, если получилось однажды, может получится и второй раз и этого мне достаточно.

– Сейчас я вытащу из тела твою душу, а генератор заклинаний проложит путь до твоего друга. Ты не должен сходить стропы до тех пор, пока не достигнешь цели. Обратный путь будет держаться, но я не знаю сколько. Так что лучше поторопиться. Свердлов писал, что на этом маршруте тебя будут ждать видения из прошлого, настоящего, будущего, а возможно, тебе посчастливится мельком увидеть иные миры. Ты готов?

– Нет, – хмыкнул я. – Давайте уже.

– Отчаянный ты человек, Алексей, – с внезапным уважением посмотрел на меня Вознесенский. – Если спасение принцессы-оборотня из Святого Леса я ещё мог понять, то это…

Я стёр улыбку с лица.

– Я не бросаю своих людей. И если есть возможность спасти, то сделаю это.

Вознесенский изменился в лице. На его морщинистом, с тонкими аристократическими чертами лике проступила непонятная мне эмоция, то ли восхищение, то ли удивление, а может и то и другое одновременно.

– Тогда начнём, – решительно произнёс он, и шарик в его руке засветился радугой энергий, очень напоминавших императорскую магию.

Глаза стали стремительно слипаться, и уже почти окунувшись в мир грёз, я услышал голос некроманта:

– Мерлин, кто этот парень? Он не может быть простолюдином.

На это я внутренне улыбнулся. Знал бы он, что в моём мире вполне обычные ребята могли стать великими полководцами и управленцами, без золотой ложки в одном пикантном месте. Воля и разум – вот главный секрет любого лидера.

* * *

На этот раз не было никакого давления и мира, где земля и небо поменялись местами. Более того, место, где я оказался, являлось моим родным городом. Небольшие улочки, нестройные, из разных поколений, высокие и не очень дома, на первых этажах которых обосновались продуктовые супермаркеты, алкомаркеты и аптеки, видимо на случай, если перебрал с продукцией из соседнего магазина.

Здесь тоже была зима, такая же лютая, как и в том мире. Интересно, я оказался здесь из-за того, что отрезан от внутреннего источника магии? Или это выверт моего подсознания.

Оглядев себя, я обнаружил свою любимую чёрную куртку и тёплые, созданные для условий крайнего севера, берцы. Всегда покупал зимнюю обувь в магазинах спец одежды, максимально практичная и зимой не холодно.

Я повертел головой в поисках пути, который мне проложил Вознесенский. Ничего. Просто город, редкие прохожие, спешащие в тёплые объятия домов, магазинов или общественного транспорта, и всё.

– Алёша, – раздался за спиной до боли знакомый голос. Я дёрнулся, словно от пощёчины, и медленно, боясь дышать, обернулся. Там стояла она. Всё такая же красивая, как в первый день нашей встречи. Обрамлённое шапкой и шарфом самое прекрасное на свете розовое от мороза лицо, небесно-голубые глаза, в которых сейчас боролись друг с другом боль и надежда. – Это… ты?

– Я, – голос предательски дрогнул, и я вдруг понял, что невероятно соскучился по Насте. В голове пронеслось предупреждение некроманта, но я импульсивно шагнул к девушке, что была на голову ниже меня ростом, и крепко обнял. – Я скучал, – прошептал, ощущая родное тепло в руках. Пусть на ней была черная норковая шуба, аромат которой щекотал ноздри, это ничуть не мешало. Это была моя женщина! Самая что ни на есть настоящая! Ни сон или иллюзия, а реальность. Я это остро чувствовал сердцем.

– Но как это возможно? – она неверяще отстранилась от меня.

– Магия, – печально улыбнулся я и в этот миг ощутил, как меня стало тянуть в сторону одного из переулков. Бросив быстрый взгляд в ту сторону, я заметил небольшое сияние между домами.

– Ты уходишь? – внезапно догадалась она, при этом голос её дрожал. Вот-вот и расплачется.

Я посмотрел в её ясные глаза и сжал зубы.

– Я пришёл чтобы попрощаться и сказать, что отравил меня Серёга. Не доверяй ему, – выдохнул я.

– Он? – гневом полыхнули её глаза, в которых уже стояли слёзы.

– Да, – кивнул я. – А теперь мне пора.

– Ты не можешь остаться?

– Нет, – сказать ей, что от меня зависят жизни других, значит сказать ей, что я выбрал не её. Всё что я мог сейчас, это вновь умереть для неё, теперь уже окончательно. – Не грусти и продолжай жить дальше.

Я обнял её вновь, ощутив в объятиях враз ослабевшее тело.

– Не уходи, – севшим голосом попросила она.

Я поклялся себе стать сильнейшим в мире. Но не всегда сила – сокрушать врагов и границы собственных возможностей. Порой, это принимать тяжёлые решения и отпускать любимых.

– Не могу, – произнёс я и зашагал в сторону переулка, ощущая всем естеством как её взгляд, исполненный отчаянием, упирается в мою спину.

Иногда приходится выбирать. Порой…

Я резко остановился.

Кто я такой? Человек, что ищет оправдания и бросает возлюбленную? Или тот, кто станет сильнейшим во всех мирах и реальностях? Отпускать?

Обернувшись, я подскочил к ней и впился губами в её губы. Несколько секунд мы стояли не способные оторваться друг от друга.

– Я вернусь, – твёрдо произнёс я. – Даже если мироздание будет против, я его просто сокрушу и вернусь за тобой. И если ты ещё будешь меня ждать, то заберу с собой.

Я говорил это глядя в её глаза, что до этого мгновения источали лишь вселенскую тоску. Но сейчас в них зарождалось нечто новое, точнее пробуждалось в потопе горя забытое. Любовь и счастье.

– Я буду ждать. Если понадобится – всю жизнь, – решительно произнесла она.

– Хорошо, – улыбнулся я и, отпустив её, зашагал в переулок, не проронив более ни слова. Всё было сказано, а обещание дано.

В этот момент на душе стало так легко и светло, а в руке возникла приятная прохлада золотого металла. Клинок вновь со мной, и пусть я до сих пор не знаю, где его материальная составляющая, но дух здесь. Вот он, почти прозрачный и мигающий, и я могу ощутить его мощь. Без источника это ощущалось совсем иначе. Если раньше я был водопадом, то теперь стоял рядом, но чувствовал, что могу направить поток в нужную мне сторону.

Я шагнул в переулок и оказался в новом месте.