Текст книги "Сын империи. Князь. Том 3 (СИ)"

Автор книги: Антон Кун

Соавторы: Алексей Шурыгин
сообщить о нарушении

Текущая страница: 5 (всего у книги 16 страниц)

В этот момент на мне скрестились две пары удивлённых и где-то даже настороженных глаз.

– Что? – не понял я их реакции.

– Алексей Николаевич, скажи мне пожалуйста, утешь любопытство старика, откуда ты знаешь об уровне местной охраны? – аккуратно, словно боясь услышать ответ, спросил дед Антип.

– Да рекрутингом занимался, – отмахнулся я, – параллельно тренировал магию тени. Кстати, вас ещё не познакомил со Степаном, – вспомнил я и в этот момент на пассажирском сидение материализовался теневик.

– Какого ***! – ругнулся дед Антип, и вокруг него вспыхнуло несколько алых капель, что угрожающе замерцали.

– Вот, знакомьтесь, – кивнул я.

– Степан, преданный слуга царевича Алексея, – коротко представился теневик, а я махнул рукой. Хочет называть царевичем, пусть. В конце концов, это тело действительно принадлежит сыну империи, и мне конечно же.

– Ладно, – хлопнул я в ладоши, концентрируя внимание на себе. – Идёмте в дом, нужно узнать в чем там дело.

* * *

От авторов.

Уважаемые читатели, дальше график выуладки новых глав изменится. Новые главы будут публиковаться через день. Извините за неудобство.

Глава 8

Тархун Вандервафлед Ангунский третий из высших людей взирал на то, как к его дому подъехала черная невзрачная машина.

– Покупатели, – фыркнул он и отплыл от окна. Стоило подготовиться к встрече, дабы отбить желание у хозяина продавать особняк.

Дело в том, что Тархун являлся жертвой черной магии. В его мире, что славился искусными войнами и антимагами, он относился как раз именно к последним.

Тархун под непосредственной протекцией святой инквизиции являлся живым воплощением погибели всех нечестивцев, что встали на путь черной волшбы. Бывало так, что целые города оказывались в плену черных магов и приходилось прилагать много усилий для спасения людей. Вот тогда и привлекали антимагов.

В таких городах черные нити, что несли в себе силы разрушения и проклятия, опутывали каждый дом и метр улиц. Там часто происходили несчастные случаи, а вся верхушка покорно служила одному единственному монстру в человеческом обличии.

Тархун поморщился от неприятных воспоминаний, как он в одиночку проник в такой город, как искал дом черного мага, что умело прятался среди элитных коттеджей в пригороде.

Он всё же нашёл его. И чудом выжил, когда на него обрушилась мощь охранной системы, которая, казалось, имела псевдо-разум.

Антимаг тоже не был простым человеком и мог видеть черные силы проклятого мага и успешно защищаться своими – белыми.

Так, окутанный светом, он лицом к лицу встретился с черным магом, и они сразились.

Когда Тархун одолел врага, то весь израненный попытался покинуть дом, но система охраны, несмотря на гибель своего хозяина, по-прежнему была активна, и даже больше.

Тархун ощутил опасность для своей души. В тот момент, когда его силы уже были на исходе, а защита, сотканная из белых светящихся нитей, была на пределе, он создал из антимагии клинок и пронзил своё сердце.

Защита развеялась, и тьма ринулась к нему, пытаясь спасти и сделать своим рабом– новым черным магом. Но не успела. Собственно, на то и был расчёт.

А потом Тархун очнулся в незнакомом месте.

Спустя несколько минут он осознал, что обратился в бестелесного призрака. Это было сложно принять и некоторое время он пытался вернуть себе тело, ведь антимагия до сих пор подчинялась, но всё безуспешно. Он – Тархун Вандервафлед Ангунский третий из высших людей, сильнейший в ордене антимагов, стал почти беспомощным привидением.

С тех пор минуло много лет, и Тархун привык к новой ипостаси, и даже нашёл способ развлекаться.

Облюбовав себе один из особняков, что походил на его собственный, он поселился в нем и стал «шалить». Его нити, невидимые для людей, и как позже выяснилось и для местных магов, могли устроить «случайные» неприятности. Например: сломанные ноги у поскользнувшегося нерадивого Петрова, что мнил из себя хозяина особняка и временами устраивал перестройку, как внешнюю, так и внутреннюю. Тархуну это решительно не нравилось. Он помнил особняк Уварова ещё в те времена, когда тот был наполнен смехом детей и счастьем семейного тепла. А потом глава рода связался с проходимцем Петровым, и тот обманом отобрал дом и вообще обобрал до нитки прекрасных людей.

Тархун не был злым, но в его положении восстановить справедливость никак не мог. Дело в том, что не только нити, но и самого призрака никто не мог увидеть, а его взаимодействие с реальностью проходило исключительно через антимагию.

Увы, но как бы Тархун ни старался, у него не выходило написать письмо с угрозами мошеннику, чтобы тот вернул дом законным хозяевам. А потому, он мог лишь превратить жизнь Петрова в ад, чем и занимался последний год.

И конечно же Петров сдался. Сначала он съехал из проклятого, как ему казалось, дома, а затем и вовсе выставил недвижимость на продажу.

Вот только он не учёл одного. Каждый кто решит войти в дом, поплатится за это, что вызовет отторжение и признание особняка неликвидным. Тархун был готов к сносу дома, и как бы ему ни было жалко своё пристанище в этом мире, ради справедливости можно было и не такую цену заплатить.

Об убийстве Петрова Тархун тоже думал, но отмёл эту идею сразу. Во-первых, он не был черным магом, а во-вторых, смерть – слишком лёгкое наказание. Петров должен был страдать, и Тархун верил, что самый лучший способ для достижения этой цели, забрать у него то, что тот любил больше всего на свете – деньги.

Тархун уже расставил свои ловушки, и по его замыслу новый покупатель должен был сбежать отсюда в ужасе от наведённых кошмаров.

– Полезно и весело – два в одном, – хохотнул он и провалился через пол, оказавшись прямо напротив входной двери на первом этаже, и с предвкушением стал ждать.

Гости не успели нажать на дверной замок, как хозяин уже открыл им:

– Доброго дня! – нервничая произнёс Петров. – Прошу проходите, меня зовут Иван Матвеевич.

Вот только гость, что стоял впереди своих спутников, не спешил внутрь. Его синие, каких Тархун ещё не видел в жизни, глаза, недоверчиво осматривали окружающую реальность.

– Скажите, – медленно произнёс он, – у вас есть другие двери?

– Есть, – с непониманием ответил Петров.

– Тогда давайте воспользуемся ими, – подытожил странный человек, и они направились к черному входу.

Тархун хотел было ринуться туда и поставить несколько нитей на слабость и что-нибудь ещё, но передумал. Впервые за многие годы ему стало интересно. Неужели и в этом мире существуют антимаги? И этот человек, обладает потенциалом к обретению этой величайшей силы? Нужно проверить.

Несколько нитей опутали двери черного входа, через которые молодой человек без сомнений прошёл, после чего, улыбнувшись, произнёс:

– Не так у вас и плохо.

Оно и понятно, нити обладали свойствами восстановления и бодрости, что означало, у парня просто острая интуиция, а не антимагический дар. Жаль. Было бы интересно понаблюдать за таким.

– Благодарю, – удивлённо сказал Петров.

– Вот только что-то всё же у вас здесь есть, – парень прошёл мимо камина и встал прямо перед Тархуном, словно мог его видеть.

От этого призрак замер, словно боясь спугнуть. А вдруг годы бесконечного одиночества, когда он мог выступать лишь невидимым наблюдателем, закончатся?

– Верно, – с испугом в голосе подтвердил Петров. – Вы ведь благородный носитель двух даров?

– Так и есть, – кивнул парень, и в его образе Тархуну отчего-то почудился умудрённый жизнью мужчина.

– Тогда, возможно, вы сможете совладать с этим домом.

В этот момент синие глаза парня мазнули по Тархуну, после чего он сказал:

– Выйдите из комнаты, мне нужно кое-что проверить.

И тон был у него настолько непреклонным, что Петров даже не пикнул, хотя обычно, будучи мошенником и бесстыдником, имел гонор короля.

– Значит так, – когда в зале с камином остались только четверо: сам покупатель, зеленоволосая девушка с янтарными глазами, седовласый старик с цепким взглядом и простоватый человек в чёрном, парень сказал: – Моё имя Алексей Николаевич. Я стану хозяином этого дома. А ты, кем бы ты ни был, имеешь возможность стать моим дворецким и охранником.

Тархун опешил и возмутился одновременно. Он – антимаг из величайшего ордена и… дворецкий⁈

Стоп!

Он что, его видит?

Мысли бешено заскакали в его разуме, и тут произошло невозможное.

Рядом с Алексеем Николаевичем возникла невероятной красоты женщина в сарафане и с тугой косой. Она окинула пронзительными глазами комнату и с удивлением остановила взгляд на Тархуне:

– И правда дух бестелесный. Только странный какой-то, будто сотканный из непонятной силы. Какие-то нити, – она прищурилась, подойдя к Тархуну вплотную так, что тот перестал дышать. Несмотря на свою смерть, он сохранил все привычки и рефлексы, не даром ведь говорят, что именно из этих мелочей и состоит человек. – Кажется, он может использовать свои способности без источника! – с восхищением воскликнула она.

– Почему его никто не видит? А для меня он лишь размытое пятно? – задал резонные вопросы Алексей Николаевич.

– Я не знаю точно, – протянула красавица. – Даже я его вижу не чётко.

– Ты можешь говорить? – парень обратился прямо к Тархуну.

– Могу, но вы меня не услышите.

– Странный язык, но суть я улавливаю, – снова шок ударил по антимагу.

– Представься, – потребовал Алексей Николаевич.

– Т-тархун, – еле шевеля губами произнёс безнадёжно одинокий до этого часа призрак.

– Он говорит, – наморщила лоб красавица, судя по всему, тоже являющаяся призраком, – что его зовут Трах-кун, кажется.

Алексей Николаевич приподнял бровь, и Тархун вынуждено повторил, более чётко.

– Ааа, – лучезарно улыбнулась девушка. – Тархун.

– Это точно? – почему-то хмыкнул Алексей Николаевич.

– Точно, – улыбнулась ему в ответ девушка.

– Ладно, – кивнул он. – Пусть расскажет свою историю, а я решу, что с ним делать.

Тархун помедлил, собираясь с мыслями, и рассказал всё как на духу, не торопясь, чётко произнося слова, чтобы красавице было легче его понять.

– Это правда? – уточнил Алексей Николаевич у девушки-призрака.

– Не чую лжи, – покачала она головой.

– Тогда решим так, – спустя секунду размышлений сказал Алексей Николаевич. – Зови этого Петрова, и будем разбираться честь по чести.

Мужчина в черном, к кому были обращены последние слова, кивнул и вышел из комнаты, а спустя несколько секунд вернулся в сопровождении мошенника Петрова.

– Призрак этого дома говорит, что вы обманом завладели этим домом. Это правда?

– П-призрак? – побелел лицом Петров.

– Призрак, – кивнул Алексей Николаевич. – И он не даст вам продать этот дом до тех пор, пока справедливость не восторжествует. Более того, даже если вы снесёте здание и построите новое, результат будет тем же. Хотя, скорее всего у вас не получится построить здесь ничего. Он не позволит.

Петров затравленно огляделся и нервно рассмеялся:

– Да этого быть не может! Призраков не бывает.

– Хорошо, – внезапно легко согласился Алексей, а рядом с ним возникла девушка-призрак. – Разбирайтесь тогда сами, а мы пойдём. И мне больше не звоните. Не желаю покупать недвижимость, запачканную в мошенничестве. Как решите проблему с предыдущими хозяевами, тогда повторим встречу. А пока, надеюсь призрак не решит проблему с вами радикально. Удачи.

Около секунды на лице Петрова, мелком и вороватом, как и он сам, боролись противоречивые чувства, но прошедшая сквозь стену девушка, что перед этим звонко рассмеялась, подтолкнули мошенника к правильным выводам и действиям.

– Господин! – заискивающе заторопился он, с опаской поглядывая на стену, через которую только что прошла девушка призрак. – Был не прав, осознал. Прошу, помогите ради бога, сил уже нету! Я на всё готов!

– Значит он уже долго вас мучил, – остановился Алексей Николаевич, брезгливо разглядывая Петрова. – Ладно, давайте решим всё по-честному. Кто бывшие хозяева и как именно вы их обманули?

* * *

Чая мне в этом доме не предложили, ввиду отсутствия прислуги, да и продуктов в целом. Здесь никто не жил, потому что все боялись. Звали различных псевдомедиумов прямиком из «Битвы экстрасенсов», пытались найти некромантов, но там вообще гиблое дело, так как представителей этой профессии уже более ста лет не видели. А ведь именно они по старым хроникам умели видеть и взаимодействовать с душами, ну и поднимать мертвяков в придачу. Увы и ах! Что бы Петров ни делал, ничего не помогало, неприятности в доме продолжались. То кто-то ногу сломает, то «глюк» поймает, и с криками ужаса мог даже в окно выйти. И длилось это уже очень долго.

– Вы поймите, господин, они у меня деньги взяли в кредит под большой процент. В имперском банке им отказали, а я, по доброте своей душевной, не смог отказать такому важному семейству.

– И они не успели в срок, – подытожил я.

– Увы, – Петров развёл руками.

– А вот призрак говорит, что вы обманом отжали у них дом, да ещё и силой надавили, когда глава семейства не захотел уступать. Детям угрожали, – я впился в этого слизняка взглядом.

Вопрос не в том, что призрак мог лгать, а в том, нужно ли ему это? Да и после моих слов тело Петрова само себя выдало: глаза забегали, он заелозил на стуле, и даже мимика показала, что человеку было что скрывать.

– Это не совсем так… – начал он, а голос его дрогнул.

– Так, – кивнул я. – Точнее, вы не говорите правды, оттого и я вам поверить не могу.

Всё же презумпцию невиновности никто не отменял. И пусть мне, как оперативнику со стажем, все более-менее ясно, но стоило выслушать обе стороны. Нужно привыкать быть не только следователем, но и судьёй.

Петров помолчал, явно нервничая, пожевал губами и рассказал.

История получилась мерзкая, со всех сторон.

Глава семейства, что тут проживало, тайно увлекался азартными играми, и как следствие, постоянно прибывал в долгах. И действительно занял крупную сумму денег у Петрова, но не ради семьи, а для участия в покерном турнире, где в итоге в пух и прах проигрался.

А ещё, когда он подписывал договор займа, не прочёл самое главное, а конкретно то, что было написано мелким шрифтом. И как итог, семья потеряла дом. И как потом слышал Петров, отец семейства с горя ушёл в длительный запой.

– Ясно, – покивал я. – Сколько он был вам должен?

– Сейчас, – Петров торопливо вытащил из пиджака чёрный блокнот и, секунду поискав нужную страницу, озвучил сумму. Она была почти в два раза меньше запрошенной им за особняк, даже с учётом скидки на привидение.

– Смотрите, – я начал загибать пальцы, – от проклятого дома я вас избавлю, жизнь вашу сохраню, ещё и эту сумму заплачу.

– А остальное? – его глаза вспыхнули жадностью.

– Найду бывших хозяев, точнее хозяйку с детьми, и вручу им. Они стали жертвами вашей махинации и игромании главы семейства.

– Но… – начал он, набрав в грудь возмущение, и в этот момент одна из ваз рухнула сама по себе, разлетевшись на мелкие осколки так, что пришлось ставить защиту перед лицом Петрова, иначе бы тот не избежал множественных порезов. – Ладно! Я согласен! – взвизгнул он.

– Вот и славно, – вежливо улыбнулся я, доставая контракт, что заранее подготовил. – Там осталось лишь вписать ваши данные и конечно же адрес дома с квадратными метрами, а для этого мне нужно свидетельство о праве собственности и ваш паспорт.

Всё это я собирался сделать самостоятельно, ни на йоту не доверяя этому черному кредитору.

В отличие от моего родного мира, в этом не существовало такой профессии как нотариус. Но, даже несмотря на то, что Петров не был одарённым, магия клятвы работала и у него, просто это требовало дополнительных приспособлений.

Он вытащил из кармана дорогой на вид лакированный футляр и, раскрыв его, достал толстое металлическое перо.

Нажав на торец, Петров тяжело вздохнул, посмотрел на меня, после на бумагу, и с видом обманутого человека, поставил свою подпись. Та засветилась и окутала светом Петрова, заставляя его поморщится. Я тоже поставил свою, но уже обычной ручкой, вложив каплю силы.

– Вот и славно! А теперь ваши деньги, – я вытащил из пространственного кармана нужную сумму. – И мне нужна вся информация о бывших хозяевах, в особенности о женщине с детьми.

Петров поражённо посмотрел на меня:

– Так вы не обманывали⁈ Вы действительно собираетесь отдать деньги им⁈ – видимо в его голове любое обещание без магической печати на душе не имеет никакого веса и смысла. Оно и понятно, каждый ведь по себе судит.

– Запишите мой номер и я буду ждать от вас контакты, – перебил я и с нажимом добавил: – Я ведь дождусь? Верно?

Петров посмотрел на меня как кролик на удава, после чего судорожно сглотнул и поспешил кивнуть:

– Конечно-конечно! Такая мелочь, всё будет в лучшем виде.

– Хорошо, – удовлетворённо ответил я. – Если что, я знаю ваши паспортные данные и смогу найти вас. Ну, это так, для информации.

Когда Петров вышел из дома и поспешил покинуть лужайку перед фасадом, я обратился к Алене:

– А теперь узнай у Тархуна вот что. Убил бы он Петрова или нет?

Глава 9

Вопрос был важным, и по факту я не солгал Петрову о возможной смерти от действий призрака, к примеру, это могло случиться совершенно случайно, а дух и подумать не мог бы что оно всё так получится.

– Он говорит, что нет, – спустя секунду ответила Алена.

– Хорошо, – кивнул я и, подумав, добавил: – Можешь сделать его видимым? Не нравится мне так общаться.

– Я попробую, – ответила Алена, и я ощутил, как из меня в неё потекла сила.

Можно было бы перекрыть этот небольшой поток, но фамильяры являлись частью меня, а потому любые их манипуляции мне виделись как действия заклинаний.

То есть сейчас волшебный конструкт потребовал платы за мою волю, не более. Хотя конечно, Алена с Аспидом не были для меня обыкновенными волшебными рунами, я их воспринимал как преданных до последнего атома соратников и слуг.

Спустя минуту размытый образ Тархуна приобрёл чёткость, и передо мной предстал высокий, широкоплечий мужчина. Его лицо от виска до скулы наискосок пересекал шрам, глаза выцветшие, телосложение атлета, видно, что при жизни не пропускал тренировки, волосы – бесцветный ёжик.

– Думал будет зелёным, – хмыкнул я. – Ну, здравствуй, Тархун. Какие у тебя планы на ближайшую нежизнь?

– Если… Вы… Сдержите… Слово… Готов… Присягнуть на верность, – слова давались ему с трудом, а голос дрожал словно некачественная запись на старой пластинке.

– Хорошо, – кивнул я. – А теперь покажи, как ты устраивал неприятности этому мошеннику?

Тархун молча кивнул и вытянул перед собой руку. В этот момент что-то мелькнуло, но разобрать, что конкретно, не получилось.

– Ещё раз, но медленнее, – использовав волшебный разгон мозга, как всегда делал в напряженных битвах, я сосредоточенно следил за полупрозрачной ладонью призрака.

Вновь мелькнуло нечто, но всё так же слишком размыто.

– Расскажи о своих силах, – после десятой попытки, когда прогресс остановился на слабой, почти невидимой нити, попросил я.

– Нити силы, – сказал Тархун, который с каждым мгновением становился всё плотнее и говорил лучше, видимо за счёт постоянного вливания моей энергии. – Это божественная сила антимага, что способна противостоять черным магам. Эти нити могут приносить удачу, а могут нести погибель. Против обычных людей кодекс ордена антимагов запрещает использовать смертельные нити, только против черных магов.

– Манипуляция причинно-следственной связью? – удивлённо уставился я на него. – Это сейчас было серьёзно?

– Да, – помрачнел Тархун. – Именно эта черта в нитях самая опасная. Антимаги, которые злоупотребили этой способностью, превращаются в черных магов – безвольных существ, подчинённых силе нитей.

Я наморщил лоб, пытаясь переварить полученные данные. Но видимо, на это требуется время.

– Ладно, – хлопнул я в ладони, – Как только найдём бывшую хозяйку с детьми и отдадим им причитающееся, тогда продолжим разговор. А сейчас, – я посмотрел на жену, – нужно бы заняться обустройством нашего нового дома и переездом.

– Завтра первое сентября, – напомнил мне дед Антип.

– Верно, – кивнул я. – Поэтому ты поможешь Зеване, а я пойду готовится, как только осмотримся тут.

– Я проведу вам экскурсию по дому, – вызвался Тархун.

– Алена, – обратился я к своему фамильяру и заметил, как вспыхнули глаза призрака дома. Любопытно. – Нужно что-то придумать, чтобы наш новый друг вновь не исчез.

– Нужен волшебный камень и побольше, – тут же предложила она.

– Хорошо, – я вытащил один из мелких камней. – Этого достаточно?

Она взяла чуть мерцающий камешек и кивнула:

– В целом, да, но… Днём Тархуна будут все видеть, а вот ночью…

– Ночью нам и не надо, – кивнул я.

Дом оказался просторным и уютным. Комнаты светлыми, хотя тут и там блестела пыль, но это дело поправимое. Первый этаж – гостиная с камином, где мы заключали контракт, ещё один зал, несколько мелких комнат, судя по всему, для прислуги, большая кухня и дверь в подвал. Увы, но в подвале ничего интересного не нашлось, кроме винного, сейчас пустого, погреба.

– Здесь, пожалуй, можно обустроить магический полигон, – осматривая пустые полки, пробормотал я.

Далее был второй этаж, который состоял из большой спальни с широченной, даже шире, чем у нас в люксе, кровати и шикарного кабинета с дубовым столом, шкафом и пустым глобусом, в котором можно прятать горячительные напитки. М-да, а бывший хозяин видимо не только практиковал игры на деньги, но и выпить был не прочь.

– А это должно быть интереснее, – внезапно улыбнулся призрак и пролетел сквозь потолок, в аккурат там, где в коридоре между кабинетом и спальней был люк.

Я потянул за верёвку, и проход открылся, попутно предоставив нам лестницу.

– Никто не знал, что это. Даже местные маги! Но я отчётливо ощущаю в нём отголоски силы антимагов, – произнёс Тархун, когда мы поднялись на пыльный, заваленный всяким хламом чердак.

– Что там? – я подошёл к Тархуну и посмотрел на лежащую на полу шкатулку, путь к которой преграждал завал из хлама.

– Я не могу открыть и даже коснуться его, – с трепетом проговорил Тархун. – Но, когда я здесь впервые появился, эта вещь уже была здесь.

Я начал разбирать завал, состоящий из коробок, и даже несколько раз чихнул, от поднятой пыли, но в итоге до нужной вещи добрался.

Внешне обычная шкатулка, ничем не примечательная, от которой даже магией не пахло. Открыв её, внутри нашёл такие же самые обыкновенные на вид перчатки чёрной кожи, при этом, что удивительно, в прекрасном состоянии.

– Возможно, в этих перчатках ты сможешь постичь нити силы, даже имея лишь зачаток таланта! – восхищённо проговорил Тархун и внезапно замолчал, после чего потрясённо добавил почти шёпотом: – Возможно ради этого я и появился в этом мире! Чтобы показать тебе их и помочь освоить талант антимага!

– Случайности, они такие… – хмыкнул я, не торопясь примерять аксессуар, – … не случайные.

Призвав черную броню, я ощутил, как внутри что-то будто ёкнуло. Из груди показалась птичья голова Аспида, и тот защёлкал клювом, словно обычная птаха, а не мифический змей сын Чернобога.

– Это… Это… – наконец прорезались слова. – Что это такое⁈

– Часть легендарного сэта, – широко улыбнулся я и надел перчатки. После такой реакции Аспида, что привязал свою душу к броне, это стало очевидно.

– Это… Я чувствую! – мой змей выскочил из брони и стал пыхать холодом, кружась вокруг. – Я чувствую! Я стал более целым! Даже при жизни такого никогда не было!

Возбуждение так и пылало в нем ледяными всполохами, отчего температура на чердаке устремилась вниз.

Я уже хотел было успокоить разбушевавшегося фамильяра, как неожиданно осознал, что не могу говорить. Язык словно прилип к нёбу, а мысли стали свинцовыми и неповоротливыми, будто меня накачали снотворным.

А спустя удар сердца реальность подёрнулась дымкой, и я оказался в городе, переполненном людьми.

Вот только место это было не современным мегаполисом. Напротив – огромное количество людей ходили по разбитым грязью дорогам, а деревянные двухэтажные избы неплотными рядами создавали русло для человеческого потока. При этом стояла оглушительная тишина, словно звук в телевизоре выключили.

Людская толпа обтекала меня. Но при этом народ, что был одет в большинстве своём в крестьянские наряды, меня будто не замечал.

Я обернулся, чтобы посмотреть куда они все двигаются, и в этот миг какофония звуков обрушилась на меня.

Впереди на площади возвышался помост с характерными петлями на деревянной арке.

Люди вокруг говорили, но разобрать, о чем шли разговоры, из-за шума не получалось.

Внезапно меня толкнули в плечо, и послышалось недовольное ворчание:

– Чаво на дороге замер, людям проходу не даёшь?

Я обернулся, но говорившего не обнаружил. Но оно и не нужно было, толпа двигалась вперёд, и если я сейчас не двинусь в потоке, то могут и затоптать.

Хотя, волшебник я или погулять вышел?

Вот только, как и в теневом плане, ни фамильяров, ни энергии здесь не было. Да и броня не отзывалась.

Я зашагал к эшафоту, мысленно обращаясь к аспектам, но всё было тщетно.

Неужели я снова попал в иной мир, и придётся с нуля идти вверх? А как же Святой лес? Зевана? Боровик Иванович и Безымянный? И если Святой лес с женой переживут моё исчезновение, то вот Боровик Иванович точно нет. Да и самое главное – моя цель! Мои планы!

Я передвигал ногами и с каждой секундой начинал злится всё сильнее. Да какого хрена! Где я вообще⁈

В этот момент толпа остановилась, а вместе с ней и я.

Двое солдат в доспехах завели на эшафот молодого и сильно избитого парня.

При этом толпа довольно заголосила, а я с любопытством рассматривал, судя по ситуации, приговорённого к казни.

Вскоре на эшафот завели ещё несколько молодых парней по числу верёвок.

Следом поднялся высокий седовласый мужчина в тёмном расшитом золотом и серебром пиджаке и стал зачитывать приговор, часть которого потонула в гуле голосов.

– … за сговор против… приговариваются к…

Оратор, он же палач, иного слова я не находил, махнул рукой одному из солдат, и тот потянул за рычаг.

Пол под несчастными раскрылся, и те задёргались в предсмертной агонии.

Я поморщился от картины. Если уж ты исполняешь приговор, да ещё и такой, то будь любезен это сделать своими руками, так оно честнее.

Парни дёргались в петлях, а толпа уже не сдерживаясь бесновалась.

М-да… Я, конечно, читал о таком, но всегда думал, что авторы гиперболизируют, чтобы усилить эффект. А нет, вот она толпа, охочая до чужой крови.

Внезапно один из парней, что был меньше всех избит, упал вниз. Его верёвка сама по себе оборвалась.

Его тут же обступили. В этот момент я не выдержал и заорал во всё горло:

– Разве так поступает справедливая власть⁈ Человек чудом выжил! Это знак! Если вы его убьёте, то навлечёте на наши головы невезение и катастрофу! – и добавил, обращаясь к толпе: – Ведь так, братцы⁈

Толпа заговорила, соглашаясь со мной, и надвинулась на солдат.

– Да будет так, – услышал я отдалённо, а потом почувствовал, как на моих руках появились перчатки.

Судьба? Я изменил судьбу чудом уцелевшего парня, и они появились?

Выживший что-то раскатисто вещал, а я, позабыв об этом, двинулся прочь от эшафота, не отрывая взгляда от черной кожи перчаток.

Но почему именно здесь я должен научиться ими пользоваться? Или…

Мир снова померк, и я вновь переместился. На этот раз я оказался за спиной четвёрки в капюшонах. На улице лил дождь, а частые молнии давали прекрасное освещение возвышавшемуся посреди ночи замку.

В этот раз я уже мог в полной мере использовать силу, но… мне нужно было понять принцип работы перчаток, а не тренироваться в магии.

Прежде чем создать первую нить судьбы, мне нужно было научиться видеть окна возможностей, через которые можно влиять на реальность.

Дождь заглушал большую часть слов, но кажется, четвёрка говорила с кем-то, кто находился наверху замка, то ли на балконе, то ли на стене, тут даже молнии не помогали.

А потом четвёрка начала готовить нечто поистине смертоносное.

Мой аспект времени, который обычно был не столь явным, на этот раз практически напрямую предупредил об опасности.

Но если я просто вмешаюсь, тогда неизвестно чем всё это закончится, а значит…

Я вытянул руку в перчатке и сосредоточился.

В четвёрке была одна девушка и было с ней что-то такое… Я втянул носом пропитанный дождём воздух и аспект жизни подсказал мне. Да у неё месячные! Стоит лишь слегка ускорить процесс, совсем каплю, и её концентрация ослабнет.

Сказано – сделано.

В момент, когда они уже почти выпустили заклинание на свободу, я отправил микроскопический импульс жизни в женщину, после чего открыл глаза на своём чердаке.

– Муж? – коснулась моего плеча Зевана.

– Те двое выживут, – я был уверен, что это был не сон, а реальные миры, ну или их отражения. – А теперь мне пора готовится к занятиям. Князь идёт в школу, – хохотнул я и отправился в свой новый кабинет.

* * *

Клуб по интересам военного факультета имперской академии одарённых молча внимал словам своего лидера. В основном здесь состояли парни из старших курсов, но были и первогодки.

– Безродный выскочка должен страдать! – обвёл взглядом своих подчинённых Прохоров Анатолий, студент пятого и последнего для него курса. Можно было пойти на шестой, но там было больше работы на академию, хотя и приз за это тоже весьма солидный – индивидуальные уроки с самим ректором.

– Он ведь силен, – нахмурился один из парней. – Не случайно его сразу на второй курс зачислили.

– Не важно! – раздражённо мотнул головой Прохоров. – Нужно измотать его. Сделать так, чтобы весь учебный процесс для него превратился в кошмар. А на счёт его силы, – он хищно улыбнулся, – это мы ещё посмотрим!

На этом собрание закончилось. Никто точно не знал, как ему действовать, но все они имели представление об учебном процессе и понимали, в каком месте им сподручнее подпортить жизнь новичку.

Когда все вышли, Прохоров позвонил по недавно записанному номеру.

– Мои люди готовы, травля начнётся завтра, на линейке.

– Хорошо, – повелительно произнёс голос. – Сначала он должен быть унижен, а затем убит.

– Всё будет в лучшем виде, – кивнул Прохоров, хотя этого никто и не видел.

– Тогда ты получишь награду, будь уверен, – заверил его голос.

– Спасибо, я не подведу, – севшим голосом произнёс Прохоров, и его собеседник положил трубку.

Парень ещё с минуту смотрел на погасший экран смартфона, после чего его лицо растянулось в зловещей ухмылке, и он произнёс пустой клубной комнате:

– Такой лёгкий способ возвысится. Мне даже жалко этого смерда.

* * *

Как там Шрек говорил? У меня потеют ладони и что-то там ещё, а если кратко: ничего хорошего. Я, конечно, полагал, что академия не станет для меня местом гостеприимства, и даже больше, уверен был что местные детишки попытаются поиздеваться над новичком, но чтобы вот так нагло и прямо на линейке? М-да.

Началось всё с мелочи, на первый взгляд. Какой-то незнакомец фыркнул, пройдя мимо меня. Я даже не сразу понял, что этот жест был адресован мне.