Текст книги "Тайны затерянных звезд. Том 11 (СИ)"

Автор книги: Антон Кун

Соавторы: Эл Лекс
сообщить о нарушении

Текущая страница: 2 (всего у книги 14 страниц)

Экипаж смотрел на это как зачарованные. Кайто даже рот приоткрыл от изумления, словно забыл все языки на свете и теперь не знал, в какие слова облечь собственные мысли.

И только капитан нашёл в себе силы тоже оторвать взгляд от лобовика и посмотреть на меня.

– Где-то в середине нашего путешествия я задал себе вопрос – с какими ещё легендами космоса я повстречаюсь на этом пути… – негромко произнёс я, и перевёл взгляд обратно на черноту космоса и на ряды кораблей, между которыми шныряло уже не два, а три светящихся жёлтых облака. – И если что-то я ставил на самые последние позиции по вероятности, то это – космические киты…

Глава 3

Всё, о чём нам всю жизнь врали, оказалось правдой.

Никогда такого не было, и вот опять.

Хардспейс, «потерянные братья», космические киты… Легенды целых поколений становятся реальностью прямо на наших глазах.

Но если с хардспейсом всё было понятно – он однозначно существует, – да и с «потерянными братьями», в общем-то, тоже – они однозначно опасны и договориться с ними та ещё проблема…

То вот космические киты – это загадка всех загадок. Даже в пьяных барных байках они всегда подавались по-разному, без какого-то единства – то они выводили заблудившиеся в космосе корабли обратно к спейсерам, то наоборот – уводили их ещё дальше от утвердившихся маршрутов, и в итоге корабли просто пропадали без вести в глубинах космоса… Правда тогда непонятно, откуда могли взяться свидетели этого происшествия.

Одни говорили, что космические киты способны чинить все сломанные узлы на корабле, просто проходя сквозь них бесплотной тенью, другие – что киты, наоборот, обволакивают собой корабли, после чего те пропадают навсегда, то ли переваренные неизвестными внутренностями, то ли вовсе – отправленные куда-то в карманное пространство… Правда опять же остаётся вопрос, как эти рассказы могли дойти до людских ушей.

Да и словесные описания китов всегда расходились. У кого-то это были прямо настоящие киты, с плавниками, хвостами и глазами, только сотканные из чистой энергии и живущие в космосе вместо моря. У других – рой светящихся частиц, способных как сжиматься в тончайший световой луч, так и рассеиваться в фосфоресцирующее облако такой малой плотности, что любая туманность по сравнению с ним покажется твёрдым телом.

У третьих вообще – живые астероиды из неизвестного материала, способные менять траекторию по своему желанию.

То, что мы наблюдали сейчас, не соответствовало ни одной из этих баек… И одновременно с этим – соответствовало сразу всем. Светящееся облако – да. Меняет траекторию – да. Сотканы из чистой энергии – скорее да, чем нет.

Единственное, что остаётся неизвестным и что для нас самое важное сейчас – как отреагируют эти создания (создания ли?) на наше появление?

Даже не так… Способна ли вообще их реакция как-то отразиться на нас? Или мы для них находимся в другом материальном плане, и они способны нас только наблюдать, но не оказывать какого-то физического воздействия? Это же хардспейс, тут возможно всё, что угодно…

И подобные мысли явно посетили не одного лишь меня, потому что, пока все остальные заворожённо наблюдали за догонялками, в которых участвовали уже три жёлтых облака, Магнус хмуро спросил:

– Интересно, они для нас опасны?

– Хороший вопрос… – задумчиво ответил ему капитан. – С одной стороны, при взгляде на то, как они наворачивают круги вокруг кораблей, напрашивается вывод, что они не считают их угрозой…

– С другой стороны, напрашивается вывод, что они сами сделали так, что корабли перестали представлять угрозу, – всё так же хмуро возразил ему Магнус. – Что если они способны… Не знаю… Например, стереть из реальности всех членов экипажа корабля, просто пройдя через него насквозь?

– Но они не проходят насквозь! – возразил ему Кайто. – Они кружат между кораблями, но не проходят насквозь!

– Это не значит, что они не могут этого делать, – резонно парировал Магнус. – Мы вообще ничего о них не знаем. Может, это и не космические киты вообще никакие!

– Может, да. А, может, и нет, – я пожал плечами, и чуть не потерял равновесие от запоздалости этого привычного движения. – А, может, не будем гадать? Всё равно у нас нет выбора, кроме как лететь туда, к ним. Мы же прибыли сюда за сокровищами хардспейса, так вот они, прямо перед нами! Приди и возьми!

– Сокровища… – уже не так уверенно пробормотал Магнус. – Металлобаза в карманном пространстве. Гора бесполезного железа старше меня в десять раз.

– Дело не в железе, – тихо произнесла Кори.

Она даже вылезла из своего кресла и встала в полный рост, будто так ей было лучше видно и теперь можно было не отрывать взгляда от кораблей:

– Дело в том, что у него внутри… У них внутри.

Она обхватила себя руками, словно мёрзла, хотя на мостике было вполне комфортно, в том числе и в плане температуры.

Пиявка, даром что сама едва стояла, пристально посмотрела на Кори и сощурилась:

– Девочка моя, скажи, а как ты себя чувствуешь? В смысле, помимо очевидных проблем с ориентированием в пространстве?

– Не очень, – призналась Кори. – Мутит, и…

Договорить она не смогла. Глаза её внезапно закатились, тело моментально обмякло, и Кори плавно, словно в замедленной съёмке, осела на пол.

Я дёрнулся было помочь ей, но совершенно забыл о задержке между намерением и его исполнением, поэтому оказался рядом лишь через секунду. Споткнулся о вытянутую ногу девушки и сам полетел на пол, едва успев подстраховаться – только что опростоволосившийся мозг вспомнил про временную поправку и скорректировал движения правильно, исходя из опережения.

– Так я и думала! – произнесла Пиявка и двинулась к Кори, аккуратно перебирая руками по пульту. – «Звёздочка». После такой встряски, как прыжок в хардспейс, она просто не могла не дать о себе знать. Странно ещё, что так долго. Мужчины, чего стоите⁈ Помогите добраться до лазарета, ей срочно нужен укол!

Пиявка, даром что сама чувствовала себя далеко не супер, умудрилась правильно расставить приоритеты. В другой ситуации мы бы подняли Кори и перенесли её в лазарет, где она спокойно получила бы укол «иммунозы» и осталась там лежать, приходить в себя.

Но сейчас не «другая ситуация». Сейчас мы сами едва стоим на ногах, и то лишь за счёт того, что ежесекундно, ежемоментно напоминаем мозгу о временном лаге между решением и его исполнением. В такой ситуации брать на руки девушку, которая вот-вот забьётся в судорогах, и пытаться отнести её хоть куда-то, хоть на два метра в сторону – не просто задача со звёздочкой, а буквально самоубийственная миссия, даром что весит Кори меньше ящика меруанки. Мы в лучшем случае будем ещё на половине пути к лазарету, когда её тело начнут сотрясать каскадные судороги, а мы, даже понимая, чем это грозит, будем непроизвольно пытаться их удержать, чтобы донести девушку в целости и не позволить ей разбить голову и поломать руки с ногами о стены. И в этих попытках неминуемо забудем о правилах новой реальности, которые уже успели понять, но к которым ещё не успели привыкнуть, и временные лаги сделают своё дело – на полу окажутся все.

И вряд ли уже смогут подняться.

Пиявка ещё не договорила, а я уже начал двигаться к выходу с мостика, аккуратно продумывая каждое движение, но Кайто меня опередил.

– Я сейчас! – возбуждённо пискнул он, присел на корточки и гуськом, гуськом засеменил в сторону выхода!

Да ещё и быстрее, чем двигался я в полный рост!

Вот же хитрая азиатская задница! Первым просчитал, что потери времени на передвижение в неудобном положении – ничто по сравнению с потерями времени из-за расхождений в, как ни каламбурно звучит, времени! Просчитал – и принял решение двигаться на том уровне, на котором этого самого расхождения нет – на корточках!

Правда Кайто остаётся Кайто до конца – очередную гениальную мысль он сразу же постарался претворить в жизнь, не пытаясь углубить и развить её. Ведь удобнее и быстрее, а главное – надёжнее, – было бы передвигаться вообще на четвереньках, держа голову всё на том же уровне и не испытывая последствий временного лага.

Ну, или он просто решил, что это несолидно и недостойно его.

Да бред, конечно, где Кайто, а где солидность…

И через две минуты, когда Кайто вернулся на мостик, я убедился в том, что Кайто плевать хотел на такие понятия как «несолидно» и «недостойно». Потому что в процессе путешествия за «иммунозой» азиат явно пришёл к тем же выводам, что и я. То ли случайно, – например, потеряв равновесие в попытке идти гуськом как можно быстрее, – то ли специально, – потратив несколько секунд на обдумывание и оптимизацию, – но сейчас техник вполз на мостик на четвереньках, сжимая упаковку с препаратом в зубах.

– Во! – заявил он, подползая к Пиявке и выплёвывая «иммунозу» ей в руку. – Она же?

– Она! – с некоторым удивлением подтвердила Пиявка. – Кайто, ты… конечно, чудик каких поискать, но иногда просто гений!

– Ой, да ладно тебе… – Кайто явно покраснел и отвернулся от Пиявки.

Правда отвернулся он ровно настолько, чтобы поймать взгляд Кирсаны. Слегка затуманенный мечтательный взгляд из-под полуопущенных ресниц. Тот взгляд, поймав который, Кайто смутился ещё больше, прямо на месте сел на задницу, достал из кармана терминал и принялся сосредоточенно в нём что-то тыкать с таким лицом, словно в одиночку прямо сейчас спасает мир.

А Пиявка тем временем занималась спасением Кори. Подсмотрев за Кайто, она явно поняла, что к чему, поэтому тоже осторожно присела на корточки – до того уровня, пока её движения не нормализовались, и приступила к делу. Вскрыла упаковку, достала из неё одноразовый, старого, как сама «иммуноза», образца, шприц, и саму ампулу. Обломила кончик, быстро набрала лекарство, и велела:

– Держите ей руку! Надо в вену попасть!

Кори к тому моменту уже начало потихоньку скручивать в приступах судорог. Пока ещё не настолько, чтобы она начала кататься по полу и выгибаться дугой, но уже достаточно для того, чтобы сделать укол стало неразрешимой проблемой.

Пользуясь находчивостью Кайто, я тоже опустился на средний уровень, но не на корточки, а на одно колено для большей устойчивости, перехватил бьющуюся в судорогах руку Кори и прижал к полу.

Ага, прижал, как же! Как только я её коснулся, со временем снова что-то произошло, и собственные ощущения куда-то «поехали»! Как будто моё собственное восприятие времени и восприятие Кори перемешались, даром что она без сознания, и из двух величин родилось какое-то среднее арифметическое, которое явно не совпадало с тем, чего пытался добиться я!

Короче говоря, удержать руку Кори на месте у меня не вышло. Два раза пытался, и оба раза она просто вырывалась из-за того, что я ожидал нащупать её не там, где она находилась на самом деле.

В конечном итоге, я плюнул на все попытки действовать аккуратно, и просто придавил руку коленями – одно на ладонь, второе – на локоть. Где-то отчётливо раздался тихий, с привкусом копчёного мяса, хруст, но я запретил себе об этом думать. Кости, если и повредятся, даже поломаются, Пиявка потом вправит на место и вылечит.

А вот если не вколоть препарат, то лечить уже будет некого и незачем.

– Осторожно! – предупредил я Пиявку, которая на корточках подобралась к нам с полным шприцем. – Когда коснёшься, опять начнётся какая-то херня со временем.

Пиявка серьёзно кивнула, принимая мои слова к сведению, и осторожно, чуть ли не по миллиметру, приблизила шприц к руке Кори, прямо к вздувшейся на предплечье вене – даже никаких жгутов не надо, тело само подсказывало, как ему сделать легче.

Без каких-то усилий Пиявка проколола вену, и начала медленно вводить лекарство. Судя по её удивлённо расширившимся глазам, она тоже испытала странное ощущение расхождения во времени, но закончить процедуру ей это не помешало. Выжав поршень до конца, она медленно и осторожно вытащила шприц, отбросила его в сторону, и заклеила прокол пластырем всё из того же набора «иммунозы». Пластырь, к счастью, сработал штатно – липкие края затвердели, превращаясь в прочный каркас, а середина резко стянулась, проваливаясь внутрь и создавая давление на вену.

– Вот и всё! – прокомментировала Пиявка, устало садясь на задницу – короткая медицинская процедура при условии постоянного напряжения и самоконтроля явно далась ей нелегко. – Теперь десять минут подождём, и всё будет хорошо.

– Отлично! – я аккуратно, чтобы не повредить ещё больше, освободил руку Кори, подтянул девушку к себе и обнял, чтобы она хотя бы не лежала на полу. – Тогда подождём.

Я поймал встревоженный взгляд капитана, который тоже хотел отправиться за «иммунозой» в лазарет, но проиграл в скорости реакции Кайто, да ещё и чуть не упал в процессе, и кивнул ему – всё хорошо, мол. Самое страшное уже позади.

Судороги Кори сразу же стали намного слабее, но полный эффект наступил только через семь минут. Всё это время я сидел на полу, изо всех сил подавляя протесты мозга, который никак не мог определиться, в каком времени ему существовать и как правильно интерпретировать сигналы от органов чувств. Даже мутить слегка начало, но я попросил принести воды, и Кайто с готовностью ринулся с мостика на четырёх точках опоры – по ходу, это теперь его любимый способ передвижения.

И, как ни прискорбно, скорее всего, наш тоже. Просто мы пока не готовы это признать.

Пара глотков воды помогли подавить неприятное ощущение в горле, а там уже и Кори перестала дёргаться. Мышцы, сведённые неконтролируемыми спазмами, расслабились, и девушка обмякла в моих руках и даже задышала как-то ровнее.

А ещё через три минуты, как Пиявка и предсказывала, Кори открыла глаза и тихо застонала.

– Воды… – попросила она и я протянул ей бутылку, из которой совсем недавно пил сам.

Она сделала неловкий глоток, поперхнулась, закашлялась, согнулась пополам, вырываясь из моих рук. Видимо, для неё факт того, что, находясь в контакте, мы начинаем существовать в каком-то третьем времени, стал новостью.

Я отпустил её и отполз подальше, чтобы она смогла нормально прокашляться и наконец-то попить.

Даже удивительно, насколько же окружение и конкретная ситуация могут диктовать линии поведения и даже менять отношение к вещам, которые до этого кажутся незыблемыми. Всегда, всю жизнь и мне, и Кори, и всем, уверен, остальным казалось, что проявить заботу означает обнять, спрятать, укрыть, успокоить.

А здесь «проявить заботу» означает наоборот – не контактировать с человеком сверх необходимого. Просто позволить существовать в своём собственном, ставшем уже более или менее привычным, времени.

Кори наконец-то смогла нормально попить, и отдышаться. Поставила бутылку на пол и подняла голову.

– «Звёздочка», да? – хрипло спросила она, пытаясь убрать с губ прилипшие красные пряди, но раз за разом промахиваясь пальцами.

– Угу, – ответила ей Пиявка, которая после укола так и не поднялась на ноги. – Только реактивная какая-то. Тебя прямо за минуту срубило и судороги начались.

– Видимо, дело не в том, чтобы прыгать через спейсеры, но и в том, как и куда прыгать. – вздохнула Кори, наконец справившись с волосами. – Вообще ничего не помню, просто раз – и в отключку. А потом открыла глаза у тебя на руках, Кар… Спасибо.

Она с благодарностью посмотрела на меня и попыталась подняться с пола. Помогать ей я не стал, помня, что это самый случай, когда лучшая помощь – это отсутствие помощи, и принялся подниматься сам.

– Раз всё закончилось, то спешу вам сообщить приятную новость! – прозвенела Вики в динамиках корабля. – Образования, которые вы назвали «космическими китами» покинули пределы видимости наших камер.

– Не знаю, хорошо это, плохо или просто никак… – вздохнул я, поднимаясь на ноги. – Но будем считать, что хорошо. Вики, ты же можешь взять управление кораблём на себя? Кори не в лучшей форме сейчас.

– В целом могу. Но вынуждена предупредить, что мой стиль пилотирования будет сильно отличаться от привычного вам в силу ориентации на максимальную безопасность.

– Да плевать! – я едва сдержался, чтобы не махнуть рукой. – Для того, чтобы долететь до корабля, будет вполне достаточно и этого.

– Принято, Кар. Какой из кораблей принять как конечный пункт маршрута?

Я усмехнулся и по очереди посмотрел на всех членов экипажа.

Каждый ответил мне одной и той же предвкушающей улыбкой – даже до конца ещё не оклемавшаяся Кори.

Особенно Кори!

И, когда я закончил молчаливое совещание, мы ответили Вики практически хором:

– Конечно же, «Небула»!

Глава 4

Вики действительно пилотировала аккуратно – даже слишком аккуратно, на мой взгляд. Вероятнее всего, она делала скидку на техническое состояние корабля, которое даже несмотря на небольшой ремонт всё равно оставалось далёким от совершенства. Ну и на необычность среды, в которой мы оказались – тоже. И правильно делала, ведь вполне могло быть так, что здесь, в хардспейсе, расстояние, как и время – штука относительная, причём совершенно непонятно относительно чего именно она относительная. Пять километров до «Небулы» мы могли лететь две секунды, а могли – месяц, и спустя этот месяц дальномер показал бы, что осталось лететь ещё четыре.

И их бы мы пролетели за две секунды.

Короче, именно поэтому я не попросил Кирсану сесть в пилотское кресло вместо Кори, хотя это казалось логичным выбором. Не потому, что не хотел расстраивать и так находящуюся в растрёпанных после реактивного приступа «звёздочки» чувствах девушку – сейчас ситуация явно из тех, когда о чужих чувствах думаешь в самую последнюю очередь, тут бы в живых остаться и желательно в трезвом уме.

Просто искусственный интеллект в наших необычных условиях выглядел более разумным выбором. Во-первых, он, вернее, она, способна реагировать на изменения намного быстрее, чем даже самый опытный и тренированный пилот в силу того, что обрабатывает поступающую информацию намного быстрее и не зависит от несовершенных органов чувств, что позволяет ей принимать более взвешенные решения.

Во-вторых, исполнение этих самых решений у искусственного интеллекта происходит самым непосредственно прямым образом, без использования крайне несовершенных посредников в виде человеческих конечностей. Как только какое-то решение было принято – корабль в тот же момент начинает соответствующий манёвр.

Да, искусственный интеллект никогда не сможет импровизировать в ситуации, когда человеку для принятия решения не хватит входных данных… Но сейчас у нас вроде как подобные ситуации не должны были приключиться.

Если, конечно, не считать того факта, что хардспейс это в целом одна большая «подобная ситуация».

Пока Вики неторопливо подводила наш корабль к «Небуле», Кори уже окончательно пришла в себя. Даже села обратно в своё кресло, которое как раз удобно располагалось на «нулевом» уровне временного лага, но за рычаги управления не бралась – понимала, что это плохая идея. И в её нынешнем состоянии, и в нашем нынешнем положении в общем.

К счастью, хотя бы расстояние в этом месте не пыталось корчить из себя задачу с двумя звёздочками, и хотя бы визуально сокращалось с приемлемой скоростью.

«Хотя бы визуально» – потому что дальномер всё же начал сходить с ума, как только мы двинулись с места, и его показания принялись скакать от нуля до тысячи без единицы – максимума, сколько он мог показывать.

Но Вики вполне могла пилотировать по камерам, не полагаясь на показания приборов, поэтому «Небула» медленно, но верно приближалась, и через десять минут мы уже стыковались к легендарному флагману.

К этому моменту все уже пообвыклись с новыми ощущениями от временного лага и научились двигаться более или менее осмысленно – так, чтобы не сносить стены и друг друга.

Правду говорят, что человек ко всему привыкает. Думаю, если бы нам пришлось жить в хардспейсе, то через время мы бы привыкли ко всем его странностям – и к смешению сигналов от органов чувств, и к капризам времени, и ко всему остальному тоже.

– Интересно, интересно… – пробормотал Кайто, разглядывая шлюзовые двери «Небулы», когда они предстали перед нами. – Я почему-то был уверен, что со стыковкой у нас возникнут проблемы.

– Почему? – тут же, будто только и ждала этого вопроса, спросила Кирсана.

– Ну… – Кайто неопределённо пожал плечами. – «Небуле» уже лет типа… дохрена. Это сейчас все шлюзовые узлы типовые и подходят друг к другу, а тогда-то наверняка всё было иначе. Я был практически уверен, что наше железо не подойдёт сюда.

– Но, как видишь, подошло, – Кирсана пожала плечами. – Типовые узлы они же не зря типовые – наверное, это уже издавна тянется.

– Угу, – протянул Кайто таким голосом, что сразу стало понятно, что его это ни капельки не убедило. – И работает-то всё как хорошо после стольких лет, да?.. Ни единого сбоя, ни замыкания, ничего…

– Ты на что-то намекаешь? – капитан посмотрел на него с интересом и даже ноткой сомнения.

– Да нет… – Кайто снова пожал плечами. – Кто я такой, собственно, чтобы на что-то намекать…

И всё же голос его мне не понравился. Он явно что-то недоговаривал – то ли потому, что был не особенно уверен, то ли потому, что боялся, что его поднимут на смех из-за очередной нелепой теории заговора.

Вот только как-то так получается, что все его нелепые теории заговора по итогу оказались правдой. И, чем нелепее теория – тем страшнее и невероятнее она оказывалась в реальности.

Поэтому, как бы глупо это ни выглядело, я настоял, чтобы все взяли оружие, хотя, казалось бы – какие опасности могут быть в хардспейсе?

Вот именно. Мы даже представления не имеем какие опасности могут быть в хардспейсе. Люди – маловероятно. Хотя ничего исключать нельзя, это же неизвестное место, которое неизвестно как работает – вдруг кого-то тут засосало в какую-то временную ловушку, в которой он или она дожили до наших дней, и, не исключено, сошли с ума в процессе. Вроде Семецкого, образ которого неминуемо возникает в голове, когда начинаешь задумываться о пустых, брошенных много лет назад, кораблях.

Но гораздо более вероятными противниками могли стать системы безопасности кораблей. Ведь если тут всё устроено так, что до сих пор работают шлюзовые узлы, то почему бы не работать и всему остальному тоже? И вероятность того, что свихнувшийся от одиночества, голода, жажды и прочих неприятных ощущений экипаж какого-то из кораблей включил перед смертью защитную систему по принципу «Не доставайся же ты никому» – весьма далека от нуля.

Как следствие, мы взяли с собой даже гранаты и, конечно же, Вики тоже, без неё вообще никуда. Жи тоже хотели взять с собой на всякий случай, но он наотрез отказался, сославшись на то, что там могут быть люди, которых он по-прежнему избегал, хоть и не так упорно, как поначалу.

– Пусть остаётся. К тому же, он всё равно будет мысленно с нами, – пообещала Вики перед выходом. – Я немного переделала наши общие протоколы комлинка, так что теперь он может получать не только звук, но и видеопоток с моей камеры. То есть, он будет видеть всё то же, что и я.

– А с человеком так можно? – негромко пробормотал Магнус, но Вики его услышала:

– Можно. С Кайто же я так делала. Но для этого понадобится специальный имплант или хотя бы видео-очки, которые смогут принимать мой сигнал. Без них никак, сам понимаешь.

Так мы и пошли в компании только одного робота вместо двух. Не то чтобы это было плохо, просто когда сам не знаешь какой пакости ждать от окружения, наличие тонны разумного металла за спиной как-то добавляет боевого духа и уверенности в себе.

Мы ожидали, что коридоры «Небулы» будут погружены во тьму, но реальность оказалась куда как интереснее, ведь тут горел свет. Слабый, даже не аварийный, а буквально дежурный, но всё же – горел!

– Нет, ну это уже точно ненормально! – опередив меня буквально на четверть секунды, возмутился Кайто. – Ладно шлюз, он мог прицепиться к нашей энергосистеме, чтобы сработать, но освещение!..

– А что не так с освещением? – быстро спросила Кирсана, которая, кажется, до сих пор не вышла из роля «успокоителя Кайто». – Думаешь, реактор не мог столько лет работать?

– В теории мог! – Кайто важно кивнул. – Если у него есть запас топлива, и он переведён на минимальную мощность, как сейчас.

– Тогда что тебя удивляет?

– Всё остальное, вот что! – Кайто ткнул пальцем в едва светящиеся лампы дневного света, тянущиеся по стенам. – Вот эти лампы давным-давно должны уже перегореть! А они работают! Механизмы шлюза давно должны были заклинить, даже если предположить, что он действительно не новый, а стоит тут ещё со времён Джонни Нейтроника, который – ой, как удобно! – где-то нашёл и поставил узел вполне себе современной конструкции!

– Почему шлюз должен был заклинить? – лицо Кирсаны слегка вытянулось – она явно вышла из режима «успокоителя Кайто» и перешла в режим настоящего удивления.

– Да потому что! – Кайто аж стукнул кулаком по ладони. – Вакуум космоса – это не консервант, как все привыкли думать, это такая же агрессивная среда, как и все остальные! Притёртые детали в вакууме диффундируют друг в друга намного быстрее, чем в атмосфере, и свариваются просто намертво! Сервоприводы, рельсы, по которым ездят двери, даже сами створки – всё это давным-давно должно было встать колом, так что ни сдвинуть, ни выбить! А оно – работает! Узлы – работают! Энергия – имеется! Что тут вообще происходит⁈

На последних словах в голосе Кайто явно проскочили нотки тоски и одновременно с этим – паники, но в этом и есть весь Кайто. Парадокс – он изо всех сил пытается раздвинуть по максимуму границы привычного, заставить мир быть не таким, каким все его привыкли видеть… Но, как только это происходит, как только мир начинает быть непонятным и непредсказуемым, он начинает пугать азиата, и Кайто перестаёт понимать, как с ним взаимодействовать.

Вот и сейчас он оказался в точно такой же ситуации – механизмы, находящиеся перед ним, работают не так, как должны работать, и он не знает, как это объяснить. И от этого – бесится.

– Ладно, у тебя есть объяснения, как всё это может быть? – спокойно спросил капитан, не торопясь идти дальше, пока Кайто не успокоится.

– Хардспейс – моё объяснение! – Кайто всплеснул руками, чуть не упав от этого неловкого движения, которое он явно планировал сделать раньше, чем получилось. – Тут и объяснять ничего не надо, мы по собственной воле влезли неизвестно куда и теперь с нами будет неизвестно что, если мы вовремя отсюда не уберёмся!

– А «вовремя» это когда именно? – меланхолично уточнила Пиявка.

– Это раньше, чем умрём! – огрызнулся Кайто. – Или раньше, чем окажется, что выбраться отсюда мы уже не в состоянии!

– Так, отставить пораженческие настроения! – велел я, не желая дальше слушать эту перепалку, итоги которой легко могли испортить и без того непростую ситуацию ещё больше. – Подумаешь, новая тайна – тут всё вокруг одна сплошная тайна, начиная с самого по себе существования этого места и «Небулы» в нём! В конце концов, мы сюда именно затем и прибыли, если вы вдруг забыли – разгадывать тайны затерянных звёзд! Так что собрались, заткнулись и потопали на мостик – может быть, хотя бы там мы сможем узнать, что происходит с кораблём, и главное – почему это происходит! И про свет, и про реактор, и про шлюз!

Знать бы ещё как именно пройти на этот самый мостик… «Небула» это же настоящий конструктор, собранный из частей разных кораблей, причём неизвестно в какой конфигурации и вообще – какие именно части кораблей брали. А даже если бы и было известно – это же корабли многовековой давности, таких по космосу давным-давно уже не летает, они все пущены на металл раньше, чем родился отец отца моего отца. И даже я, врекер со стажем, не смог бы ориентироваться ни в одном из этих кораблей по отдельности, а уж в собранных вместе в неизвестной пропорции и конфигурации – тем более! Я даже чертежей их никогда в жизни не видел, не то что изучать их изнутри!

А Джонни Нейтроник при этом, похоже, вообще никак не беспокоился о том, что на его корабле могут оказаться гости – тем более, незваные. Никаких цветных полосок на стенах, никаких светящихся плиток на полу, которые бы показывали, куда идти, вообще никакой индикации. Только низкие давящие коридоры, в которых Жи пришлось бы идти чуть ли не на четвереньках, едва-едва светящиеся лампочки под ним, и гулкий железный пол под ногами.

По пути попадались двери, все открытые, но ни за одной из них не обнаружилось ничего интересного. Какие-то склады, всё ещё заполненные всяким пиратским добром, парочка кают-компаний на десяток человек каждая, санитарный блок с душевыми и туалетами – «Небула» представляла из себя практически летающий город. С пушками. Интересно, кстати, с какими именно. Понятно, что кинетическими, тогда других и не было, но всё же интересно посмотреть на то, чем Нейтроник громил флоты Администрации много веков назад.

Постепенно мы продвигались от «хвоста» корабля, где располагались двигатели, к его носу – предположительно, именно там должен был располагаться мостик.

И наши предположения были верны, только узнали мы это уже постфактум, когда прошли через одну, тоже открытую, мощную переборку, и оказались там, куда и шли.

Мостик «Небулы» был большим круглым залом, неуловимо напоминающим таковой на базе роботов. Только тут, в отличие от базы, никто не выносил последние остатки мебели и в принципе ценного, что только нашлось – тут всё было на месте. Древние, просто древнейшие компьютеры на боевых постах, дряхлые, но ещё держащиеся кресла перед ними, а посередине зала, на небольшом постаменте – большой голопроектор, который до сих пор проецировал в воздух карту звёздных систем – такую же старую, как и сам корабль, размером в шестнадцатую часть современного обжитого космоса.

Карта не просто была старой, она ещё и выглядела старой – спроецированное на мелкий водяной туман изображение было таким блёклым, словно проектору не хватало энергии для полноценной работы…

Но на самом деле причина крылась в другом.

Причина крылась в том, что линзы проектора где частично, а где полностью, перекрывались костями. Белоснежными, практически светящимися в темноте костями, сложенными на постаменты аккуратными кучками, каждую из которых венчал череп.

Костяков (а насколько я мог судить, в каждой куче действительно присутствовал полный скелет целого человека) тут было десятка три, и они все были аккуратно разложены по периметру окружности проектора, как почётный караул.

А в центре, точно под картой космоса, покоился ещё один костяк, и его череп отличался от остальных – на нём красовалась косо повязанная, истлевшая до прозрачности, но всё ещё ярко-красная полоса ткани.

– Вот так… – задумчиво проговорил капитан, глядя на это безобразие. – Вот и Джонни Нейтроник нашёлся.

– И его экипаж, – поддакнул Магнус, тоже не отрывая взгляда от костей. – Думаю, что весь.