Текст книги "Тайны затерянных звезд. Том 4 (СИ)"

Автор книги: Антон Кун

Соавторы: Эл Лекс
сообщить о нарушении

Текущая страница: 14 (всего у книги 15 страниц)

– Ты не помогаешь… – пробормотал Магнус, опуская глаза. – Если это была лёгкая, то в чём же будет заключаться сложная?

– Ну, для начала… – я тоже снял шлем с себя, а потом – и с Кайто, всё так же находящегося в бессознательном положении. – Для начала нам нужно разбудить нашего спящего красавца.

И я достал из подсумка на своём скафандре инъектор с пирацетамом и вкатил лекарство технику прямо в шею.

Глава 26

Технические тоннели «Тартара» были слишком узкими для того, чтобы в них можно было свободно передвигаться, но слишком широкими для того, чтобы полностью исключить возможность передвижения по ним. Как-никак, полностью исключить необходимость ревизии, а то и ремонта протянутых по этим крысиным норам коммуникаций, попросту невозможно, а значит, необходимо оставить хотя бы минимум места для того, чтобы ремонтники смогли как-то работать.

В нашем случае «минимум» означало примерно по пояс. В туннеле ещё можно было сидеть, поджав ноги под уши, но уже невозможно было стоять, даже согнувшись в три погибели. Поэтому способ продвижения вперёд у нас оставался только один – ползком, благо высоты хватало для того, чтобы объёмные скафандры не скребли по потолку.

Проще всех было Кайто из-за его миниатюрных размеров, поэтому логично было бы ему ползти самым последним, чтобы в случае чего он хотя бы попытался подтолкнуть застрявшего Магнуса, который натурально скрёб плечами по стенам…

Но у Кайто было ещё одно, намного более важное предназначение, поэтому последним его ставить было ну никак нельзя. И первым тоже – мало ли на что такое мы можем наткнуться в этих тоннелях, что напугает азиата до полусмерти? Ему ж даже слишком страшной тени будет достаточно.

Поэтому первым полз я, за мной – Кайто, и замыкал нашу гусеничную колонну Магнус, который клятвенно пообещал приложить все усилия к тому, чтобы не застрять. Ну а нам оставалось только ему поверить, благо, ползти нам нужно было всего лишь каких-то сорок метров.

И, когда мы преодолели половину этой дистанции, мы столкнулись с первой проблемой.

Технический коридор перегораживала решётка, которой не было на плане «Шестой луны». Разумеется, её там не могло быть, потому что в то время, когда этот план был актуален, её тут и не существовало. Собственно, она тут и появилась, вероятнее всего, именно из-за того, что тот план был слит.

И даже тот факт, что из тюрьмы некуда бежать и вроде бы как нет возможности незамеченным проникнуть в неё снаружи, не поколебал решимости руководства создать дополнительные препятствия. Ведь если планы утекли – значит, кто-то планирует как-то ими воспользоваться. А так как неизвестно, как именно ими собираются воспользоваться, на всякий случай надо усилить абсолютно все меры безопасности, включая те, что касаются самых неочевидных вещей.

Не сомневаюсь, что, существуй такая возможность, этот тоннель вообще взорвали и завалили бы, но это означало бы полную потерю целой сети коммуникаций, чего, конечно же, тюрьма себе позволить не могла. Поэтому единственным выходом было поставить решётку, конечно же, снабжённую приводами, позволяющими ей открываться и закрываться, ведь необходимость ревизии и ремонта коммуникаций никто не отменял.

И у меня даже был способ заставить этот сезам открыться.

– Кай! – позвал я. – Решётка.

– Ага! Да! Ага! – невпопад запыхтел техник, который до этого момента тихонько то ли разговаривал сам с собой, то ли напевал себе под нос. – Ща-ща… Ща-ща…

Он несколько секунд возился у меня за спиной, а потом сзади раздалось тихое знакомое жужжание.

– Подвинься! – произнёс Кайто за спиной, и я вжался в стену, стараясь оставить как можно больше места сбоку.

Тональность жужжания резко изменилась, и мимо меня, повернувшись практически вертикально, скользнул дрон Кайто. Добравшись до решётки, он снова принял горизонтальное положение и завис на одном месте, словно не очень понимал, что делать дальше.

– Я не вижу никакого замка, – задумчиво произнёс Кайто у меня за спиной. – Попробую поискать на другой стороне.

– Интересно, как? – хмыкнул я. – У тебя дрон в полтора раза шире, чем расстояние между прутьями. Проще будет, если я разрежу её резаком.

– Не будет, – возразил Кайто. – Наверняка тут есть сигнализация. Вырежешь решётку – поднимется тревога.

– Я знаю. Но разве есть варианты?

– Есть! – довольно ответил Кайто. – Сейчас увидишь!

Даже раньше, чем он договорил, жужжание снова сменило тональность и дрон медленно начал опускаться прямо на тянущиеся по полу технического тоннеля кабели и трубы. Неторопливо покачиваясь, словно примеряясь к наиболее устойчивому месту, чудо современной техники село на связку кабелей и его винты остановились. Остановились – и немедленно пришли в движение, складываясь и снова превращаясь в часть единой конструкции.

Но и этого будто бы было мало. Как только дрон сложил свои лопасти, он внезапно начал перестраиваться снова, но уже по совсем другому алгоритму. Треугольники, из которых состояла его поверхность, пришли в движение, перекладываясь друг на друга, словно их грани соединялись петлями, которые в любой момент времени могли просто отключиться и перестать удерживать эти грани воедино.

Дрон сейчас напоминал осьминога или, может, слизня, которые, пользуясь тем, что в их телах нет костей, способны принимать самые невероятные формы и проникать в самые узкие места.

Примерно это же сейчас происходило и с дроном. Строго квадратный до этого момента, сейчас он менял свою форму, вытягиваясь в длину и уменьшаясь в ширину, превращаясь в эдакую узкую электронную полоску.

Но, будто и этого было мало, как только его ширина стала меньше, чем расстояние между прутьями, треугольники не остановились в своём завораживающем танце, а продолжили его, срастаясь в шесть небольших, торчащих по бокам, ног, как у жука какого-то.

Всё это заняло буквально четыре секунды, и, когда ноги были завершены, дрон снова пришёл в движение. Он приподнялся на свежесобранных конечностях, и весьма бодро пополз к решётке с явным намерением просочиться между её прутьями.

Шрап, что за невероятное устройство! Никогда не слышал ни о чём даже примерно похожем на этот дрон! И летает, и ползает, и в карман при этом помещается, и… И, похоже, что-то ещё умеет делать, раз Кайто его вперёд себя послал?

Где же он взял это чудо?.. Я тоже себе такой хочу. Не знаю зачем, но хочу.

Перебравшись на ту сторону решётки, дрон снова замер и за четыре секунды перешёл в режим полёта. Запели винты, сложившиеся из крошечных треугольников так же легко, как складывались лапы, и дрон, снова ставший в полтора раза шире, чем расстояние между прутьями, поднялся в воздух и неторопливо двинулся вперёд по техническому коридору.

– Отлично! – воодушевлённо прошептал Кайто спустя несколько секунд. – Вижу на стене контрольную панель с разъёмом под электронный ключ! Сейчас я её…

Что именно он её, Кайто так и не уточнил, но и так было понятно – он её взломает. С помощью всё того же дрона, надо полагать.

Не удивлюсь, если окажется, что треугольнички способны сложиться даже в форму нужного здесь и сейчас электронного ключа. А уж то, что Кайто способен прямо здесь и сейчас взломать кодировку замка, пользуясь одним лишь только личным терминалом и связью с дроном – вообще не подвергается сомнению. Где какой-то там замок, а где – Кайто, который за минуту вскрывает защиту администратской военной базы?

И я оказался прав. Через пятнадцать секунд, не больше, злосчастная решётка дрогнула и медленно сдвинулась в сторону, освобождая путь. Без каких-либо спецэффектов. Даже радостного «Есть!» от Кайто не послышалось, как будто у него такие события, как взлом удалённого замка через дрон в положении лёжа на глубине пяти метров под поверхностью крошечного планетоида – это что-то вроде приятной вечерней прогулки перед сном.

Издалека раздалось нарастающее жужжание, я снова прижался поплотнее к стене, и дрон пролетел мимо меня, лихо накренясь. Я проводил его взглядом, насколько позволили обстоятельства, и, не сдержавшись, вздохнул.

Нам бы такую технику, когда я был командиром «Мёртвого эха», насколько было бы проще. У нас, конечно, были какие-то аналоги, но, говоря честно, аналогами их можно было бы назвать лишь с большой натяжкой. Максимум – рой крошечных разведывательных дронов, настолько маленьких, что их проще было сжечь из огнемёта или поразить широким конусом электромагнитного импульса, нежели попасть из личного оружия. Хорошая штука, но увы – одноразовая, и со слишком малым сроком жизни, ведь маленькие размеры означают и малое полётное время. Так что эти рои даже не предполагалось возвращать, они изначально планировались одноразовыми – полетели, куда указал, срисовали там картинку, кто сколько успел, и тут же прекратили своё существование.

То ли дело этот трансформер Кайто, который и на потолке может сидеть, незаметно снимая всё происходящее в комнате, и в щель под дверью способен проскользнуть, что я уже наблюдал на Роке-младшей… И это я ещё наверняка не знаю даже половины его реального функционала!

Сегодня вот узнал, что с его помощью можно замки взламывать… Или он сам их взламывает и Кайто даже не принимал в этом участия?

– Кар… – раздалось сзади, и я вынырнул из пучины задумчивости. – Я готов.

– Как там Магнус? – спросил я, и Кайто, после нескольких секунд неразборчивого бормотания, ответил:

– Всё нормально. Ну, насколько это возможно.

– Отлично, тогда двинули. Уже немного осталось, – подбодрил я и пополз вперёд, работая локтями.

Оставшееся расстояние мы преодолели без приключений и буквально через пять минут упёрлись в крышку люка, прикрывающего туннель.

Сверившись со схемой планетоида, я убедился, что всё помню правильно – прямо за крышкой должна быть техническая станция с местным атмосферным процессором, по трубам которого в том числе мы и ползли всё это время.

По идее, никого там быть не должно, ведь процессор прекрасно работает и сам по себе, он, собственно, предназначен для того, чтобы работать годами без какого-либо вмешательства извне, но я все равно аккуратно приоткрыл люк, выглянул в щель и внимательно осмотрел помещение.

Никого. Только в полутьме пыхтит, пережёвывая углекислоту, небольшой атмосферник. Совсем не такой, как был на Проксоне, в десятки раз меньше и компактнее. Ну да у него и задача совсем другая – атмосферы в «Тартаре» и тысячи кубометров, наверное, не наберётся, тут и маленький процессор справится. Главное – обеспечить ему возможность доступа во все, даже самые потаённые уголки тюрьмы при помощи всё тех же труб, и дело в шляпе.

Убедившись, что никого в помещении нет я головой вперёд вылез из технического люка, в падении перевернулся и приземлился на ноги. После этого протянул вверх руки и едва успел перехватить вывалившегося, как мешок с мусором, Кайто.

Он, конечно же, даже не подумал посмотреть вниз, прежде чем вылезать, и уж тем более не додумался предупредить о своём появлении.

А вот Магнуса пришлось натурально вытаскивать. Люк оказался чуть меньше по размеру, чем технической коридор, буквально на пять сантиметров, но этого здоровяку хватило. Он не то чтобы застрял, но оказался настолько скован, что своими силами мог продвигаться лишь со скоростью нескольких сантиметров в минуту, что нас, естественно, не устраивало. Пришлось ухватить его за руки, и, упираясь ногами в стену, постепенно вытягивать из люка, как слишком толстый кабель из кабелеканала.

Наконец, самая широкая часть Магнуса – плечи – прошла через злополучный люк, и он сам смог вытянуть тело из туннеля.

– Обратно лезешь первым! – хмыкнул я, когда он наконец встал рядом с нами. – Чтобы мы могли тебя подтолкнуть сзади.

– Сам хотел предложить, – неожиданно миролюбиво ответил Магнус. – Но до «обратно» нам ещё кучу дел сделать надо.

– Это точно! – я вытащил из-за спины бластер и проверил иглострел на поясе. – Все помнят, что делаем дальше?

– Я… Ой… – Кайто зажмурился и помотал головой. – Да, я всё помню!

– Отлично! – я кивнул и снял бластер с предохранителя. – Тогда вперёд!

Открыв дверь, я моментально взял на прицел коридор по левую сторону, Магнус за моей спиной повторил этот манёвр на правую сторону.

– Чисто! – раздалось от него.

– Чисто! – подтвердил я. – Вперёд!

И мы быстрым шагом, но не бегом двинулись по коридору. Я впереди, Кайто в середине, Магнус – замыкающим.

Здесь, под поверхностью планетоида, не чувствовалось даже слабой вибрации, но, судя по тревожно помаргивающим по углам красным лампочкам, «Алый один» не прекращал свою развлекательную программу и всё так же поливал поверхность «Тартара» плазменными залпами.

Я заранее попросил, чтобы канониры не стремились уничтожать пушки системы обороны тюрьмы, хотя у них были к этому все возможности. Просто если вся система обороны окажется моментально сломлена, то у персонала не останется занятий, на которых они могли бы быть сосредоточены.

А нам сейчас ой как нужно было, чтобы они были сосредоточены на каком-то одном занятии. И желательно, чтобы они при этом собрались в одном месте, и чтобы по коридорам их шаталось как можно меньше.

И наш план работал. Не идеально, конечно, но работал – по пути к серверному центру, куда и лежал наш путь, мы встретили только двух человек. Один неожиданно вынырнул из-за угла, практически уперевшись грудью в ствол бластера, так что пришлось срочно дёргать приклад вперёд, совмещая его с челюстью противника. Стрелять на таком расстоянии просто невозможно было – взрыв плазменного заряда и оружие бы повредил, и меня, возможно, тоже. И это всё не говоря о том, что о скрытности после такого вообще можно позабыть.

Впрочем, приклад тоже отработал на ура, и человек, судя по форме являющийся кем-то из персонала «Тартара» закатил глаза и рухнул на пол без чувств. Мы запихали его за первую же попавшуюся дверь, за которой скрывалась какая-то кладовая, и двинулись дальше.

Второй человек тоже показался из-за угла, но не стал сворачивать нам навстречу, а пронёсся перпендикулярным курсом на полной скорости. Не замечая нас. В руках он сжимал какую-то бумажку трёхметровой длины, раскрутившийся хвост которой едва поспевал за носителем.

Я проводил взглядом и стволом этого «гонца», и махнул рукой, показывая, что можно двигаться дальше.

Больше до самой серверной мы никого не встретили.

Дверь в святая святых, конечно же, была заперта, но для Кайто это не было проблемой, и в этот раз ему даже чудо-дрон не был нужен. Он просто вычленил из своего карманного набора проводов-переходников нужный, подключил терминал и за минуту взломал электронный замок.

Мы с Магнусом быстро осмотрели всё помещение, заставленное огромными блоками серверных шкафов, и удостоверились, что тут тоже никого нет. Как и атмосферный процессор, серверы не нуждались в постоянном наблюдении и этот факт играл нам на руку.

– Чисто! – я опустил оружие и повернулся к Кайто. – Ну, что скажешь? Отсюда сможешь подключиться или придётся к главному пробиваться?

– Сейчас посмотрим… – пробормотал Кайто, уже взявшийся за клавиатуру главного сервера. – Сейчас узнаем…

Несколько минут возни с сервером, уже ставшее привычным подключение терминала, а потом – неожиданно! – даже дрона!

Когда количество устройств, с которыми Кайто одновременно взаимодействовал, превысило все разумные пределы, он с удовольствием доложил:

– Есть контакт! Системы у меня! Могу сделать всё, что угодно!

Я бросил короткий взгляд на экран, где Кайто как раз перещелкивал каналы системы видеонаблюдения один за другим, демонстрируя то коридор, то отсек гравитационного генератора, то погрузочный док, заставленный разноцветными контейнерами, и велел:

– Тогда выясни, где сейчас всё руководство тюрьмы.

– В командном центре, конечно! – улыбнулся Кайто, выводя нужную камеру. – И, судя по всему, там не просто командование, там вообще почти вся станция собралась! На постах только охрана, и то, кажется, не вся!

– Отлично! – я хлопнул Магнуса по плечу. – Тогда по моей команде отрубаешь им связь. Чтобы они не смогли по ней передавать указания.

– Ага, не вопрос! – Кайто просиял, но тут же нахмурился. – Погоди, а ты? Ты-то куда собрался?

Я ухмыльнулся:

– А я сделаю так, чтобы они не смогли передать указания лично.

Глава 27

Кайто, конечно же, пытался отговорить меня идти обратно в коридоры тюрьмы, и пытался убедить, что может справиться с дверями командного центра и отсюда, но делал всё это он без огонька. Чисто для проформы он это делал, если быть до конца честным. Потому что он, как и я, прекрасно понимал, что это всё – полумеры.

Разумеется, азиат действительно мог перекрыть выход из командного центра и даже заблокировать в нём двери, отключив при этом внутренние коммуникации и вроде бы как лишив персонал тюрьмы какой-либо связи и возможности отдавать и получать приказы.

Но ключевое слово здесь – «вроде бы как». Потому что в командном центре, кроме непосредственно персонала находился ещё и командующий тюрьмой, о чём сам же Кайто мне и сообщил после того, как подключился к системе видеонаблюдения. А это, в свою очередь, означало, что при помощи своей карты доступа командующий тюрьмой способен открыть любые двери, даже те, что заблокированы, ведь она обладает высшим приоритетом в тюрьме.

Даже то, что Кайто взломал некоторые системы, не позволяло ему обойти этот факт, максимум что он мог – это сравняться в допусках с картой командующего. А то, что один раз полномочиями командующего было закрыто, может быть этими же полномочиями и открыто. И наоборот.

Поэтому оставался только один способ полностью лишить персонал тюрьмы связи – это отключить внутреннюю коммуникацию, которую без доступа в серверные помещения заново не включить, и запереть в командном центре всё руководство тюрьмы, причём запереть так, чтобы выбраться оттуда они уже не смогли, или по крайней мере не смогли это сделать быстро.

И у меня как раз был отличный инструмент для того, чтобы это провернуть.

Вот только, увы, удалённо, в отличие от методов Кайто, он работать не умел.

Поэтому, велев Магнусу приглядывать за техником, и ждать моего сигнала, я выскользнул из серверной, и, сверяясь с картой тюрьмы, двинулся вперёд по коридорам к командному центру.

Я шёл быстрым шагом, но не бежал, чтобы прицел бластера не прыгал и не гулял. Шанс встретить кого-то в коридорах был всё ещё не велик, но надеяться на авось не в моих правилах. Лучше уж я потеряю лишнюю минуту времени, которое всё равно никто нам не ограничивал, нежели внезапно наткнусь на вооружённого противника и не буду к этому готов.

С момента, когда мы проникли в тюрьму, освещение в ней изменилось – лампы снизили яркость как минимум вполовину, благодаря чему размеренные вспышки аварийных проблесковых маяков по углам и на стыках стен и потолка стали ещё заметнее.

Судя по всему, тюрьма перешла с минимального уровня опасности на средний, и, вероятнее всего, это было связано с тем, что они уже потеряли почти все пушки своей системы защиты.

Было бы неплохо связаться с «Алым» и попросить их снизить интенсивность обстрела до совсем уж смешных величин, но, увы, нельзя. С самого момента отсоединения от основных наших сил мы находились в режиме полного радиомолчания, чтобы никак не выдать своё присутствие. Только комлинки можно было использовать, потому что они работали на своих собственных защищённых протоколах, ну оно и понятно – вся эта технология только для того и создавалась.

И сейчас это оказалось как нельзя кстати.

– Кар, – внезапно в ухе раздался голос Кайто. – За углом два человека. Идут быстрым шагом, катят какую-то тележку перпендикулярным тебе курсом.

– Кар да, – тихо, почти одними губами, ответил я, и прижался к стене.

Спустя секунду раздались отчётливые щелчки колёс на стыках металлических плит пола, ещё через секунду они приблизились, а потом мимо меня действительно прокатилась тележка, доверху набитая какими-то инструментами – я успел рассмотреть только разводной ключ и горелку газового плазмореза. Тележка была загружена так плотно и тяжело, что толкающие её два молодых парня чуть ли не грудью налегали на ручки, лишь бы она продолжала двигаться дальше. Они даже по сторонам не смотрели – им было не до того, так что и меня они не заметили тоже.

И всё равно хорошо, что Кайто мне сообщил про них. Это означает, что он следит за мной по камерам видеонаблюдения и как минимум может мешать следить за мной всем остальным, кому тоже сейчас придёт в голову посмотреть туда, куда смотреть не надо. Просто отключит видеосигнал, и непрошенный вуайерист ничего не увидит, кроме помех.

Проводив взглядом толкачей, я отклеился от стены и продолжил свой путь, не опуская ствола бластера и продолжая просеивать через прицельную марку полутьму коридора.

Больше никого по пути к командному центру я не встретил. Оно и понятно – сейчас, в самый разгар атаки силами аж целого эсминца, весь персонал должен находиться на своих боевых постах и делать то, что им предписано делать в подобных ситуациях. Даже у уборщиков на такие случаи наверняка имелись должностные инструкции, а уж у всякого рода офицеров – тем более.

Но офицеры меня интересовали мало, как и уборщики. Больше всего меня интересовала охрана, где она сейчас находится и как вооружена.

Когда мы разом откроем все камеры «Тартара», выпуская одновременно всех заключённых на волю, я, конечно, попытаюсь им помочь справиться с охранниками, как получится… Но в то же время я прекрасно понимаю, что спасти всех может не выйти. И не только на этапе непосредственного освобождения, но и потом – когда будем выбираться в пространство купола, и когда будем грузиться на корабли «Шестой луны», и даже когда эти корабли уже будут покидать «Тартар». На любом этапе возможны потери. И я даже говорил об этом на собрании с руководством «Шестой луны», но они сказали, что это приемлемо.

– Любой из них согласился бы пойти на оправданный риск ради одного лишь шанса вернуться на свободу! – прокомментировала своё решение Эрин, и Франс с Виктором поддержали её молчаливыми кивками. – Особенно те, кто сидит там уже не первый год.

Поэтому сейчас я не думал о том, что кто-то не доживёт до сегодняшнего вечера, а лишь о том, как побыстрее провернуть план и сделать так, чтобы доживших было максимально много.

До самого командного центра я больше никого не встретил. Добравшись до двустворчатых дверей, по краю проёма которых тянулась ярко-жёлтая полоса, намекающая, что вход только для избранных, я связался с Кайто:

– Ты как, готов?

– На все девяноста девять! – серьёзно ответил он.

Я даже хотел было спросить, почему не сто, но потом вспомнил байку о том, что программисты начинают счёт не с единицы, а с нуля и даже слегка улыбнулся – это действительно было забавно.

– Ну раз готов, тогда следи по камерам, чтобы ко мне никто не подошёл. – велел я, убрал бластер за спину и достал лазерный резак.

Просто удивительно, сколько раз уже меня, да и всех нас, весь экипаж «Затерянных звёзд» выручало это пусть специализированное, но гражданское по своей сути снаряжение. Оно ведь не является оружием, и даже при всём желании нельзя классифицировать его таким образом, даже мины! Ведь они взрываются без осколков, да ещё и вся энергия от их взрыва сосредотачивается в одной плоскости и в довольно малом радиусе.

А всё равно – сколько уже раз я использовал врекерское снаряжение для военных и околовоенных дел? Сколько уже раз мы спасались лишь потому, что я попал на корабль именно в сбруе производства «Линкс», а не, скажем, в одном лишь голом рыжем скафандре. Да что там – вся история закончилась бы сразу же в тот момент, когда Кирсана Блок велела нам сдаться. Закончилась бы, даже не начавшись.

Но, коль скоро она уже началась, надо приложить все усилия к тому, чтобы она и дальше продолжалась.

По крайней мере, до тех пор, пока мы сами не решим, что её пора заканчивать.

И, если снаряжение, подаренное мне корпорацией «Линкс» столь же любезно, сколь любезно они простили мне мой долг, поможет в этом… То так тому и быть!

Конечно же, двери в командный центр просто не могли быть не укреплёнными, и стен вокруг дверей это касалось тоже. Поэтому мне пришлось потратить почти девяносто секунд на то, чтобы прорезать их лазерным лучом в нужных местах – по сути, почти вечность.

В реальной боевой обстановке мне бы никто не позволил этого сделать, конечно, но сейчас Кайто молчал и не спешил «обрадовать» меня новостью о том, что кто-то приближается ко мне либо с той стороны дверей, либо с этой. Все были слишком заняты внешним врагом для того, чтобы предположить ещё и врага внутри.

Наконец лазерный луч с шипением пережёг кабели, питающие сервоприводы двери, и обрывки неистово заискрили.

– Готово! – доложил я в комлинк, меняя резак обратно на бластер. – Двери заблокированы!

– Принято! Отключаю связь! – ответил Кайто. – Готово!

Жаль, но у меня нет никакой возможности убедиться в том, что он действительно отключил связь между персоналом тюрьмы. У них, конечно, тоже есть комлинки, как у любого уважающего себя современного человека, но до тех пор, пока они додумаются перейти на них, пройдёт добрых полторы-две минуты. А этого времени вполне достаточно для того, чтобы реализовать оставшиеся пункты нашего плана.

– Переключаюсь на тюремный блок! – продолжал докладывать Кайто. – Открываю камеры, и… Есть!

Всё это я слушал уже на бегу. Ноги несли меня прочь от командного центра, к лестнице, ведущей на уровень ниже, где и располагался тюремный блок. Или, вернее, блоки, потому что это было целых три этажа, на каждом из которых содержалось от десяти до двадцати заключённых. По какому принципу их делили, мы так и не поняли, лишь знали, что каждый этаж охраняют по два охранника и оставалось надеяться, что десять заключённых с ними справятся.

Я ссыпался вниз по лестнице на первый этаж тюремного блока и практически упёрся носом в спину, обтянутую черной униформой. Охранник перегораживал собой проход, и в вытянутых перед собой руках сжимал иглострел, неистово вопя при этом:

– Назад! Назад, твари, а то всех сейчас положу прямо тут!

Перед ним, как я видел из-за его плеча, стоял чернокожий худой мужчина, держа второго охранника в удушающем захвате и прикрываясь им как щитом. В отсутствие брони иглострел легко пробил бы их обоих, но первый охранник всё не решался стрелять.

И ему не было суждено выстрелить. Потому что я подошёл сзади, поднял бластер и врезал прикладом ему по затылку, отправляя в глубокий нокаут.

Негр при виде этого сильнее сжал руки, дождался, когда второй охранник перестанет царапать его шею пальцами, и отпустил безвольное тело.

– Свои! – заявил я, делая шаг вперёд, но бластер на всякий случай не опуская.

– Своих здесь нет, – мудро изрёк негр, глядя не на меня, а куда-то будто бы сквозь меня.

– Теперь есть! – ответил я, краем глаза подмечая движение сбоку. – Я от Франса, Эрин и Виктора. Знаешь таких, может быть?

– Первый раз слышу! – заявил негр.

Но зато сразу же прекратилось движение сбоку.

– Я знаю! – раздался усталый женский голос оттуда, и, повернув голову, я рассмотрел женщину лет тридцати, сжимающую в руке острую железку, явно откуда-то выломанную. – Это правда? Вы… Вы пришли спасти нас?

– Вроде того! – улыбнулся я. – Считайте, что сегодня ваш счастливый день. Раненые есть?

– У нас нет! – ответил мужчина. – Но ниже на уровнях, вроде бы, слышалась стрельба.

– Тогда ждите тут, а я сейчас! – велел я, и снова ступил на лестницу, спускаясь ещё на этаж ниже.

На втором этаже держали тоже двадцать заключённых, и они тоже успели справиться со своими охранниками. Сами успели справиться, вообще без моей помощи. Я уже знакомым образом коротко назвал им имена руководства «Шестой луны» и одного только этого оказалось достаточно, чтобы откровенное недоверие в их взглядах сменилось умиротворением и надеждой.

А вот на третьем этаже всё было не очень хорошо. Здесь держали всего десять заключённых, и на них приходились всё те же два охранника, так что нет ничего удивительного, что здесь восстание заглохло. Заключённые просто не смогли выйти из своих камер, потому что прижавшиеся к лестнице охранники на каждое движение отвечали короткой очередью из игл.

– Не вздумайте вылезать, твари! – вопил один из них, поливая стены яростно рикошетящими иглами. – Я вас всех тут положу и ничего мне не будет!

– Забавно! – произнёс я, появляясь у них за спинами. – Я как раз хотел сказать то же самое.

Охранники резко начали разворачиваться в мою сторону, но, конечно, не успели. Ещё на подходе я пнул тяжёлым ботинком скафандра одного под колено и с размаху ударил прикладом по затылку фирменным, никогда не подводящим, ударом.

Второй охранник успел развернуться и даже вскинуть свой иглострел, но движением на противоходе я ударил стволом бластера по его оружию, отводя его в сторону, и очередь прошла мимо.

Я «обмотал» руку с иглострелом своим бластером и шагнул вперёд, прижимая ствол снизу к подбородку охранника.

– Бросай! – велел я, глядя ему прямо в глаза, и по полу тут же загрохотал брошенный иглострел. – Умно! – похвалил я охранника, чуть отодвинул ствол от его головы и резко дёрнул вверх, заставляя приклад встретиться с его челюстью.

Второе бездыханное тело рухнуло на пол, а я повернулся к камерам, стены которых были избиты многочисленными иглами, и прокричал:

– Эй, вы! Выходите! У вас сегодня свидание с тремя замечательными людьми – Эрин, Виктором и Франсом, а я – ваше такси! И учтите – я долго ждать не буду!

Долго ждать и не пришлось. Через минуту я уже стоял на первом этаже в окружении сорока девяти мужчин и женщин разных возрастов. Ещё один, пятидесятый, увы, в первые же секунды тюремного бунта получил длинную очередь из иглострела, и спасти его не смогло бы даже чудо.

– Все вопросы потом! – сразу заявил я, понимая, что сейчас они меня ими просто завалят. – Двигаться за мной, не зевать, смотреть по сторонам и предупреждать только по делу! Сделаем всё как надо – и все вернёмся домой живыми! Кайто, Магнус! Выдвигайтесь к точке эвакуации!

Нет, в моей практике, конечно, были миссии по спасению заложников, и даже были миссии по-тихому выкрадыванию этих самых заложников… Но обычно на одного заложника приходилось пятнадцать бойцов…

А сейчас на полсотни заложников приходился всего один… И это всё при условии того, что с минуты на минуту персонал базы додумается воспользоваться комлинками, опросить всех, кто на связи и понять, что охрана тюремного блока не отзывается. После этого понять, где мы находимся, сколько нас, и кто вообще «мы» такие – лишь дело времени. Очень короткого, причём.

– Мы на точке! – раздался в комлинке голос Магнуса. – Встретили сопротивление, но справились без проблем!