Текст книги "Тайны затерянных звезд. Том 4 (СИ)"

Автор книги: Антон Кун

Соавторы: Эл Лекс
сообщить о нарушении

Текущая страница: 4 (всего у книги 15 страниц)

– То есть, ты боишься, что твоё прошлое… – начала Кори.

– Это не моё прошлое, – внезапно перебил её Жи. – Я не имею отношения к проекту ноль шесть ноль четыре.

– Неважно! – поморщилась она. – Ты боишься, что прошлое, которое имеет к тебе отношение, испортит тебе будущее?

– Если сильно утрировать, то ответ утвердительный.

– И для того, чтобы этого избежать, ты хочешь взорвать всю базу?

– Утвердительно. Это необходимо. Иного способа полностью уничтожить все следы проекта ноль шесть ноль четыре, включая информацию о нём, я не в состоянии просчитать.

– Складно звучит, – Кори покачала головой. – Вот только… Как уже правильно сказал Кар, а почему мы должны тебе верить? Мы же на самом деле не знаем, что творится в твоём роботическом мозгу, даже Кайто не знает, хоть и клянётся в обратном! Если ты на самом деле какой-нибудь робот-шпион, который запрограммирован врать и юлить, ты всё это мог придумать прямо сейчас, на ходу! И мы даже не в состоянии поймать тебя на лжи, потому что ты, с-сука, робот! Ты логичен, и твоя логика неоспорима, поэтому даже ложь твоя будет строиться на логике! Что мешает тебе запудрить нам мозги и заручиться нашей помощью для того, чтобы на самом деле достроить грёбаную бомбу и рвануть Виту ко всем чертям, чтобы уничтожить спейсер, как это и планировалось ранее, а? Вот что тебе мешает?

– Отсутствие необходимости, – бесстрастно ответил Жи. – Война давно окончена. Уничтожать планету и спейсер сейчас нет ни единой причины. Это только трата времени и энергии.

– Ага, примерно так бы я и ответила на твоём месте! – хохотнула Кори, не опуская меча. – Вот только кто знает, нет ли у тебя у самого в голове тоже эдакой «бомбы»? Какой-нибудь скрипт, который сработал, когда ты увидел бомбу, и заставил тебя привести её в действие? Какая-нибудь установка, оставшаяся после войны? Я знаю немало примеров, когда вернувшихся с долгих боевых действий людей переклинивало от любой мелочи и они превращались в монстров, уж поверь! Так что мешает тебе быть таким же, только роботом? Вот скажи мне – что?

– У меня нет ответа на эти вопросы, – в голосе Жи даже будто бы послышались нотки печали. – Я не способен предъявить неоспоримые доказательства правдивости своих слов. Единственное, что я могу привести в качестве иллюстрации своих намерений – тот долгий срок, что я нахожусь в экипаже корабля и все те действия, которые совершил за это время. Если этого мало, то больше мне добавить нечего.

– Ага, так я и знала! – торжествующе заявила Кори, взмахнув мечом. – Нет у тебя никаких доказательств! А, значит, ты и в самом деле вполне можешь заставить нас собирать чёртову бомбу, прикрывая это благими намерениями! Кар, ему нельзя верить, ты же сам сказал! Он может нас обмануть!

Я перевёл взгляд на Жи, а потом опять на Кори, которая смотрела на меня со странной смесью страха и злобы в глазах.

Ничего не отвечая, я поднял руку, медленно и осторожно положил сверху на её пальцы, сжимающие меч, и надавил.

Кори удивлённо округлила глаза, но послушно опустила руку, так, что плазменная дуга лизнула бетонный пол.

А потом я быстрым шагом преодолел разделяющие нас и Жи пятнадцать метров и хлопнул его ладонью по плечу:

– Давай, железка. Говори, что надо делать.

Глава 7

– Давай, железка. Говори, что надо делать, – я хлопнул робота по плечу.

Если бы Жи умел удивляться, он бы наверняка удивился. Но удивляться Жи не умел, такой функции у роботов не было в принципе, а если бы у какого-то робота и была, то точно не у Жи – ему она просто не нужна в силу его спецификации.

Поэтому вместо него удивилась Кори:

– Кар, ты… Что делаешь⁈ Почему⁈ Ты же сам говорил!.. – растеряно забормотала она.

– Говорил, – я перевёл взгляд на Кори. – А теперь говорю обратное.

– Но почему⁈ Ты же сам говорил, что Жи может врать нам! Что он может иметь свои, тайные мотивы! – не отступала Кори.

– Так могло быть, – кивнул я. – Но сейчас я прихожу к выводу, что это суждение было ошибочным. Не забывай, что Жи – робот. Даже если он шпион, лгун, обманщик, короче, кем его ни назови – он в первую очередь робот. А у роботов на первом месте всегда стоит логика, которая диктует им идти к цели самым быстрым и наименее энергозатратным путём. Даже если предположить, что Жи действительно повредился умом и хотел провернуть диверсию, думая, что это как-то поможет давным-давно проигравшим в войне роботам, у него были способы сделать это намного проще. Если всё, что ему нужно – это наша помощь, чтобы достроить и активировать бомбу, он мог, например, напрямую сообщить о том, что здесь есть база роботов и предложить её исследовать. А уже тут, зная, что мы почти ничего не способны ему противопоставить – ну серьёзно же не способны! – заставить нас под угрозой смерти помочь ему.

– Но нас могло пойти больше, чем двое! – стояла на своём Кори.

– Могло, – не стал отрицать я. – На одного. Максимум, двух. Кайто и Пиявка – единственные, кто мог бы отправиться с нами. И как по-твоему, кто из них смог бы что-то сделать с геологическим роботом, чья обшивка четверть минуты выдерживает даже температуру магмы? Пиявка бы его скальпелями заковыряла или коктейлями своими заколола б?

– А если он не знал, что тут бомба, и только сейчас решил её активировать? – Кори продолжала гнуть свою линию.

С одной стороны, похвальная осторожность. Это всяко лучше, чем её безрассудство. Но с другой, пора уже понять логику действий Жи. В конце концов, она знает его намного дольше, чем я.

И тем не менее, я продолжил терпеливо объяснять:

– Вопрос остаётся всё тот же – зачем городить такой сложный и долгий план с рассказами и убеждениями, – я пожал плечом. – Мы уже здесь. Жи даже не нужно никуда идти. Просто разыграй дружелюбного соседа, подпустив нас поближе, обезоружь, воспользовавшись заминкой – а дальше всё то же самое. Угроза смерти и физических увечий, или непосредственное их причинение, починка бомбы и большой бадабум. Так что нет, лично я не вижу ни одного варианта, почему Жи стал бы рассказывать все эти истории, и уж тем более не стал бы говорить о собственной мотивации к уничтожению базы. Это логично только в одном случае – если его планы и вправду крутятся вокруг уничтожения этой базы и её секретов. И ничего кроме.

– Человек, назвавшийся Каром, уже не в первый раз демонстрирует близкую к идеальной способность логически мыслить, – прогудел Жи, и мне даже послышались нотки уважения в его голосе, хотя, конечно, их там быть не могло даже в теории. – Среди роботов он вполне мог бы сойти за своего.

– Спасибо, обойдусь! – усмехнулся я.

Сомнительный комплимент – сравнить меня с роботом.

Хотя, понимая логику Жи, можно не сомневаться, что это высшее признание, какое только человек может заслужить в глазах робота.

– Но с чего вы вообще взяли, что уничтожение базы поможет? – Кори вздохнула, глядя на Жи – видимо, начинала сдаваться. – Нет никакой гарантии, что нет других таких же баз, на которых проводили такие же исследования! Такие же заспиртованные люди, которые, если верить тебе, Жи, напомнят о событиях Великого Патча!

И она была права. В том смысле, что в её рассуждениях была своя логика.

– Вероятность такого события крайне мала. Я оцениваю её примерно в четыре процента, – монотонно ответил Жи. – Все базы роботов обладали единой базой данных, которая синхронизировалась так быстро, как быстро между ними перемещались сами роботы, перенося с собой информацию. В местной базе данных нет никаких упоминаний о том, что проект ноль шесть ноль четыре или схожие с ним проводились где-либо ещё. Тем не менее, такая вероятность существует и где-то действительно может находиться подобная база. Но так, как у меня нет точной информации на этот счёт, в данный момент я склонен считать, что их не существует. Если моё суждение изменится, уничтожение аналогичных проектов в других местах также станет приоритетной задачей.

Эта информация полностью меняла расклад. Теперь сомнений в правоте Жи не осталось совсем. И я решил привести Кори ещё один аргумент:

– Кстати, подумай ещё вот о чём! – я ткнул в сторону Кори пальцем. – Как сказал Жи, бомба готова почти полностью, а теперь представь, что будет, если кто-то когда-то наткнётся на эту базу и решит её достроить и активировать?

– Да кому это надо⁈ – выпучила глаза Кори. – Уничтожать целую планету, уничтожать важный транспортный узел… Какой психопат на это пойдёт⁈

– Ну, допустим, лично я знаю целое сообщество людей, которые только порадуются, если Администрация лишится очередного важного ресурса. Я тебе даже больше скажу – мы к этим самым людям вообще-то за помощью собираемся обратиться. Может, ты тоже про них что-нибудь слышала? «Шестая луна» называется.

Кори отчётливо хмыкнула, но спорить не стала. Она тоже прекрасно понимала, что «лунатики» не упустят своего шанса нагадить Администрации, особенно если для этого и делать-то почти ничего не придётся.

– А даже если и не они, – продолжил я. – Какие-нибудь пираты высадятся на Вите, найдут это место, достроят бомбу и начнут шантажировать Администрацию – давайте нам, мол, кучу денег, а то взорвём тут всё к чертям.

– Но Администрация не ведёт переговоров с террористами, – нахмурилась Кори. – А это однозначно попадает под определение терроризма.

– Точно! – я кивнул. – Поэтому они пойдут на штурм планеты. А бандитам придётся выбирать – или сдаваться или всё же подрывать бомбу. И второй вариант, конечно, не так вероятен, как первый, но зато и исход его намного, намного хуже. Я всё это к чему – подобное оружие вообще не следует оставлять в свободном доступе. И надёжнее способа его похоронить, чем тот, что предлагает Жи, я не вижу.

– С такой точки зрения я вопрос не рассматривал, – прогудел Жи. – Но не могу не признать правоту рассуждений.

– Ну! – я пихнул робота в железный бок, но лишь сам покачнулся от этого. – Я же говорил! Железная логика! Давай, показывай, что нужно делать! А ты не бойся, подходи. У тебя тут вообще главная роль, по сути дела. Я с одной рукой точно не смогу нормально работать.

– Ох, не нравится мне всё это… – вздохнула Кори, но все равно потушила меч и подошла к нам. – Имей в виду, Жи, я теперь тебя вечно буду подозревать.

– Ты и так подозревала, – равнодушно ответил Жи. – Просто скрывала это.

– Откуда ты знаешь? – окрысилась Кори.

– Просчитал, – холодно ответил робот, и развернулся снова к бомбе. – Для того, чтобы привести мой план в исполнение, необходимо отделить стартовый заряд, который мы видим перед собой, от остального каскада бомб, заложенных в толще коры. После этого требуется доделать механизм инициации, активировать его и можно улетать с планеты. Таймер сделает всю работу, как говорят люди.

– И почему же ты не мог сделать это сам? – буркнула Кори. – Если ты всё это знаешь.

– Я всё это знаю, потому что загрузил в себя всю документацию по проекту ноль шесть ноль три и провёл соответствующие вычисления. А сделать это самостоятельно я неспособен по причине своей спецификации. Мои манипуляторы не рассчитаны на подобную мелкую работу. Сборкой проекта ноль шесть ноль три занимались другие роботы, с более детализированными конечностями. Например, роботы-няньки.

Я не удержался и хмыкнул. Кори посмотрела на меня со злостью.

– Да что? – я улыбнулся и пожал плечом. – Ну смешно же! Роботы-няньки собирают ядерную бомбу на базе, где в колбах плавают выпотрошенные люди. Как будто в каком-то дешёвом голофильме ужасов, разве нет?

– У тебя очень странное понимание слова «смешно»! – вздохнула Кори и махнула рукой. – Ладно, Жи. Уговорил. Что делать надо?

Мы с роботом «уговорили» Кори настолько, что она даже согласилась остаться с ним наедине, пока я хожу наверх, чтобы связаться с кораблём и доложить, что у нас всё хорошо, мы живы и целы, и в скором времени вернёмся на борт. Заодно я предложил вызвать к нам Кайто, который хорошо разбирался в технике, но Жи ответил, что за время, пока они садятся, и техник добирается к нам, мы уже закончим.

Так как маленький азиат вряд ли имел хотя бы какие-то навыки передвижения по глухому лесу, с Жи было трудно не согласиться. Даже если бы мы запросили помощь Кайто, получили бы мы её через час, никак не меньше.

Да и не нужна она была, если говорить совсем уж честно. Как сказал Жи, бомбе для полного завершения не хватало только проводки, которую нужно было протянуть в правильных местах и в правильных направлениях, ну и соединить, конечно, где нужно. И вот как раз с этим у нашего железнорукого друга были проблемы – он не был способен сделать даже простейшую скрутку, если провод был тоньше пальца. Я даже не поверил сперва, но потом, глядя, как он рвёт провод за проводом, демонстрируя это, вспомнил, что он, на минуточку, геологический робот и ему чаще приходится иметь дело с твёрдыми прочными камнями, чем с тоненькими проводочками.

Провода мы добыли прямо тут же – с помощью меча Кори и встроенного лазера Жи порезав стоящие вдоль стен научные станции и контрольные пульты. Они уже были не нужны – робот скачал с них всё, что требовалось, а запустить таймер на бомбе можно было автономно. Поэтому мы вскрывали корпуса и доставали целые косы проводов, которые потом разбирали на отдельные жилы.

А дальше началась монотонная работа по зачистке и скручиванию концов проводов, чтобы они превратились в хоть какое-то подобие коннектора, позволяющего подключить к разъёмам на бомбе. Идеальным вариантом было бы, конечно, нацепить нормальные коннекторы, или хотя бы паяльником нанести припой на скрутки, но ничего подобного у нас не было, и приходилось заканчивать термоядерную бомбу, что называется, на коленке. Причём буквально, потому что мне, с одной рукой, приходилось зажимать провод между коленями и пальцами крутить жилы, превращая их из медной метёлки в плотный наконечник.

– А подземные бомбы точно не сработают? – с сомнением спросила Кори, глядя, как Жи возится с бомбой, снимая части обшивки, чтобы добраться до механизма, который он собирался отключить.

– Утвердительно, – ответил робот. – Таймер стартового заряда связан с лифтом, который при инициации должен опустить заряд на глубину двадцати метров, где и располагается следующий заряд. Ликвидация этой связи не позволит лифту сработать, и взрыв стартового заряда произойдёт прямо здесь.

– Подземный термоядерный взрыв для инициации основного заряда… – хмыкнул я, продолжая скручивать провод за проводом. – Лучше и не придумать!

– У стартового заряда сравнительно небольшая мощность, – равнодушно ответил Жи. – Разрушения на поверхности будут минимальными. Расчётный радиус повреждений – полтора километра.

Полтора километра это прямо впритык к тому месту, где захоронен «Спектр». Остаётся только надеяться, что корабль не заденет, а то неудобно получится. Думал, что отдаю ящеру удобную квартиру, а отдал на самом деле железный гроб. Хотя обшивка корабля может и защитить…

Хватило сорока минут, чтобы мы набрали и скрутили достаточное количество проводов, после чего мы взялись за подключение. Там, где гнёзда позволяли – подключал Жи, быстро и точно. Там, где не позволяли – например, располагались глубоко в конструкции или нужно было подключить несколько проводов рядом друг с другом, – подключали мы с Кори. Чуть медленнее и не так эффективно, как робот, который не делал ни единого лишнего движения.

По пути несколько плохих скруток по закону подлости развалились, и пришлось под тихие маты скручивать провода заново, заодно наращивая длину, чтобы не развалились снова, но в итоге мы справились.

Спустя семьдесят минут после начала работы бомба окуталась проводами и стала похожа на шарик перекати-поля. Жи даже проверил подключение всех проводов встроенным в палец тестером и подтвердил, что всё исправно.

– Откуда у тебя вообще электротестер? – с подозрением спросила Кори, которая, похоже, теперь вообще любое движение Жи готова была воспринимать подозрительно.

– Заложен в конструкцию изначально, – как всегда, робот ответил на тот вопрос, который был задан, а не на тот, который девушка подразумевала.

– Я имею в виду зачем он тебе? Ты же геологический робот!

– Используется для определения токопроводящих материалов в тех случаях, когда требуется определение иили точечное изъятие именно их, – без запинки ответил Жи. – Аналогичным образом моя конструкция снабжена направленным датчиком радиации, магнетометром, газоанализатором и термометром. К сожалению, магнетометр и датчик радиации уже давно утратили свой функционал и заменить их в данный момент не представляет возможным.

– Когда-нибудь я сяду и буду искать всю информацию, какая только есть в сети, на тему таких роботов, как ты! – пригрозила ему Кори. – Я за сегодня узнала о тебе больше, чем за всё прошедшее время!

– Ты бы узнала и раньше, если бы интересовалась, – хмыкнул я. – А вместо того, чтобы тратить время на поиск информации, лучше спроси Кайто. Он её всю уже давно нашёл, сдаётся мне. А уж присесть на свободные уши, обладатель которых, к тому же, сам активно ищет информацию, ему вообще за счастье будет.

– Разберусь! – скривилась Кори, и перевела взгляд на бомбу. – Так что… Мы закончили?

– Утвердительно, – прогудел Жи. – Осталось только запустить таймер, установленный на час.

– Почему именно на час? – опять прищурилась Кори. – Я думала, бомба срабатывает сразу! Ты же говорил, это оружие мести!

– Таймер бомбы изначально был выставлен на пять минут, – холодно ответил Жи. – Три минуты требовалось на работу лифта, чтобы опустить бомбу на нужный уровень, ещё одна – на подключение стартового заряда к основному каскаду, и ещё одна – на случай непредвиденных обстоятельств. Я увеличил это время до часа, чтобы гарантировать то, что мы не окажемся в зоне взрыва.

– А роботы, которые тут работали во время Великого Патча? Они как собирались отсюда эвакуироваться за пять минут?

– Никак. Они должны были прекратить своё существование вместе с планетой. Это считалось допустимыми потерями.

Кори слегка поёжилась от такой жестокой формулировки, пусть даже сказанное касалось не людей, а роботов. Всё же, несмотря на внешний скепсис и подозрительность, она в глубине души воспринимала Жи если не как друга, то как члена экипажа – точно. И мысли о том, что Жи мог быть среди этих «допустимых потерь» её пугала. Привыкла она к нему.

Да что там – я и сам уже смирился с присутствием под боком огромной железки!

– Жду команды, чтобы инициировать отсчёт, – подытожил Жи, и замер возле бомбы.

– А зачем тебе наша команда? – съязвила Кори. – У тебя вроде как есть своя голова на плечах.

– Утвердительно. Но вы помогали мне с реализацией плана, а значит имеете равные со мной приоритеты по инициации запуска. Без вашего одобрения я не могу запустить отсчёт.

Мы с Кори переглянулись, и хором сказали:

– Запускай!

Глава 8

Когда мы вернулись на корабль, до взрыва оставалось ещё двадцать минут. Вполне достаточно для того, чтобы никуда не торопиться, но всё равно Кори сразу же отправилась на мостик – готовиться к взлёту. Ну а мы с Жи немного задержались в шлюзе. Вернее, я задержался, и попросил робота задержаться тоже, а он, в отсутствие причин, по которым мог бы отказать, послушно остался.

Вот и хорошо. У меня было к нему несколько вопросов, которые не хотелось задавать при Кори.

– Как так получилось, что Кори только сегодня узнала про тебя… Ну, всё, что узнала? Я думал, вы достаточно давно вместе летаете.

– Понятие «давно» относительно, – равнодушно ответил Жи. – На это предположение можно ответить как утвердительно, так и отрицательно. Что же касается вопроса – ранее никто не запрашивал эту информацию и не касался её в разговорах. Как следствие, она не озвучивалась.

– И тебя даже не волнует… – я оборвал сам себя, посмотрел на Жи и вздохнул. – Ну, в смысле, конечно, тебя не волнует, ты же робот. Ох, как же с тобой нелегко…

– Кайто не жаловался, – вот клянусь, ещё бы чуть-чуть, и робот хмыкнул бы при этих словах!

– Да Кайто, по-моему, сам наполовину робот! – я махнул рукой. – Поэтому ему с тобой просто! Мне – не настолько. Вот умом я понимаю, что с тобой нет смысла разговаривать как с обычным человеком, в смысле, образами, интонациями, подразумевая что-то и понимая, что ты поймёшь этот скрытый смысл… Вот понимаю, а всё равно периодически пытаюсь по привычке.

– Это характерно для всех людей. В отличие от остальных членов экипажа, ты ещё подходишь к вопросу максимально логично и с пониманием. Остальные, даже зная о моём небиологическом происхождении и о невозможности использовать по отношению ко мне привычные словесные конструкции, всё равно продолжают это делать.

– Ну да, – хмыкнул я. – Кори вообще вон заявила, что не доверяет тебе… Хотя я, честно говоря, не понимаю, как вообще можно доверять или не доверять роботу. Робот запрограммирован или на одно, или на другое, и степень твоего к нему доверия не заставит его изменить линию поведения. А значит и сообщать об этом бессмысленно. Неужели она этого не понимает?

– Она безусловно понимает, – будь Жи человеком, он бы, наверное, в этом месте пожал плечами. – Просто Кори обладает такими чертами характера, как импульсивность и склонность к необдуманным словам и поступкам. Она всегда говорит первое, что придёт на ум, даже если это не совсем правильно характеризует её мысли на данный момент.

– Ну, это я заметил, – хмыкнул я, снова против воли вспоминая «Навуходоносор» и безумного Семецкого. – Только не вполне понимаю, к чему ты это.

– Полагаю, что своей фразой «Не доверяю» Кори хотела сказать немного другое. Примерная формулировка звучит так: «Я узнала о тебе новую информацию, которая пока ещё укладывается в моей голове. И, до тех пор, пока она не уложится, я не способна дать переоценку своего к тебе отношения».

– Занятно! – я усмехнулся. – В таком переложении это звучит не обидно даже по человеческим меркам, не то что по твоим, железячным. А самое забавное – ты, скорее всего, даже прав. Вполне вероятно, что так оно и есть.

– Исходя из того, насколько я успел изучить характеры членов экипажа, вероятность того, что я прав находится в районе восьмидесяти процентов, – хладнокровно ответил робот.

– Кстати, об этом, – я щёлкнул пальцами. – А как ты вообще…

Но договорить я не успел. Комлинк в ухе внезапно заговорил голосом капитана:

– Эй, мужчины!.. И роботы… Куда вы там пропали? Мы готовы взлетать, всем занять свои места!

– Ладно, потом поговорим, – я кивнул Жи. – Пойду займу своё место в кресле. Мне-то, в отличие от тебя, перегрузки и турбулентность при взлёте ещё как страшны.

Однако, сразу улетать с Виты мы не стали – вышли в космос и повисли на орбите, наблюдая за происходящим на поверхности. Не только и не столько глазами, разумеется, сколько сканирующим излучением в различных диапазонах.

– Бум! – тихо произнёс Магнус через десять минут после того, как мы вышли из атмосферы.

Одной рукой он гонял по экрану своего поста карту планеты, а другой – чесал за ухом свернувшегося на коленях кометика.

– Большой? – так же тихо спросила Кори из-за рычагов управления. – Бум?

Она явно до сих пор опасалась, что что-то пойдёт не по плану, и планета прямо сейчас начнёт ходить ходуном, раскалывая сама себя на магмоточащие куски.

– Ну так… – Магнус покачал рукой. – В масштабах планеты вообще ни о чём. Километрах в пятидесяти от эпицентра никто даже не понял, что «бум» вообще произошёл.

– Вот и славно! – улыбнулся я и посмотрел на Кори.

А Кори косо посмотрела на Жи, который, конечно же, тоже присутствовал на мостике, но ничего не сказала.

– Кто бы мог подумать, что я когда-нибудь увижу базу роботов! – вздохнул капитан.

– Так ты и не увидел! – хохотнула Пиявка из своего кресла. – Ты на корабле торчал, как и мы!

– И то верно! – согласился капитан. – Но всё равно, побывал на планете, где эта база есть… Была. Даже таким мало кто может похвастаться.

– Какие твои годы! – вымучено, будто через силу, улыбнулась Кори. – Побываешь ещё! Правда, Жи?

– Нейтрально, – робот, конечно же, не ответил на её подколку. – Вероятность побывать на какой-то другой базе роботов не поддаётся просчёту из-за отсутствия необходимости на ней присутствовать. При наличии такой необходимости я мог бы произвести подсчёты…

– Ой, всё, помолчи, зануда! – поморщилась Кори. – Ладно, с этим мы закончили. Дальше что?

– Как что? Продолжаем полёт! – капитан пожал плечами. – У нас всё ещё осталось незаконченное дело! Возвращаемся на прежний курс к спейсеру!

– Курс к спейсеру да! – отрапортовала Кори, вернувшаяся в своё обычное состояние, и развернула корабль.

Дальнейший путь не принёс никаких неожиданностей. Мы без проблем скакали от спейсера к спейсеру, нигде не задерживаясь дольше, чем это требовалось. Да и не требовалось, по сути, нигде – только на последнем прыжке пришлось слегка поторчать в очереди из трёх кораблей, каждому из которых нужно было в тот же спейсер. А с учётом того, что два из них были большими тяжёлыми грузовиками, которым приходилось маневрировать, заходя на правильный угол, медленно и осторожно, ожидание слегка затянулось.

– В такие моменты я даже жалею, что Тоши-Доши сделал все спейсеры доступными для всех и бесплатными! – капризно заявила Кори, для которой, как для любого пилота, висеть в космосе без движения было самой страшной пыткой.

– А потом ты вспоминаешь, сколько денег мы бы к этому моменту потратили, если бы они были платными, и успокаиваешься, – хохотнул капитан. – Да к тому же это не Тоши-Доши сделал, а Администрация!

– Но по требованию Тоши-Доши! – не сдавалась Кори. – Если кого и благодарить за это, то его!

– Так благодарить или нет? – уже в открытую улыбался капитан. – Ты уж определись!

Кори ничего не ответила, только надула губы и спрятала глаза за волосами.

– Не ной! – примирительно произнёс капитан. – Скоро уже прыгнем!

И мы действительно через каких-то пятнадцать минут уже входили в кольца спейсера под тем единственно возможным углом, что должен был привести нас к нашей цели.

И целью нашей была серая станция «Калари», одна из самых новых, одна из самых удалённых от центра обжитой части космоса. Пока ещё небольшая, не обросшая полипами внешних модулей, она располагалась в звёздной системе Валора по соседству с двумя планетами, одна из которых была не приспособлена для жизни в принципе, а вторая являлась молодым, едва-едва тронутым руками и инструментами человека, промышленным миром. Собственно, «Калари» именно по этой причине тут и появилась, и с момента появления выполняла примерно ту же роль, что Рока-младшая для своей старшей сестры.

Ну, и ещё одну, конечно. Тайную.

Когда нас отправляли сюда, нахальный связной заявил, что нас тут встретят. «Нас» – это меня, капитана и Кори. Вернее, изначально речь шла только о последних двух, но капитан настоял, чтобы с ними шёл «плюс один», и это условие было принято.

Корабль пристыковался к станции и огонёк над шлюзом загорелся зелёным, сообщая, что можно выходить.

– Если возникнут проблемы, говорить буду я, – предупредил я остальных, и они лишь молча кивнули. Они, конечно, тоже были в курсе плана, который я хотел предложить «лунатикам» на реализацию, но лишь в общих чертах. И первый же неудобный вопрос запросто поставил бы их в тупик.

Но оказалось, что никаких вопросов нам задавать не будут. По крайней мере, первое время. И это стало понятно в тот момент, когда внешние шлюзовые двери раскрылись, и мы увидели, что нас встречают.

И кто конкретно нас встречает.

Это был тот же самый наглый связной, у которого мы принимали задание и который позже, во главе команды «лунатиков» прилетал на Проксон. Понятия не имею, как он сюда успел добраться раньше нас, но факт есть факт – он стоит прямо перед нами. Мы, конечно, ещё на Вите потеряли сколько-то времени, но ведь и он тоже сначала должен был закончить дела в бывшей вотчине Мартинеса, прежде чем лететь сюда! И то пришлось бы ему гнать на полную, не считаясь с топливом и износом!

И всё ради того, чтобы лично нас встретить?

Бред какой-то.

– Здорова, чумбы! – широко улыбнулся связной, едва только двери открылись. – Я ждал вас пораньше!

Он ещё и ждал нас! Ещё и пораньше!

Да что тут вообще происходит⁈

Кори тоже посмотрела на связного с явным недоверием во взгляде, и лишь один капитан принял всё как должное… Ну, или очень хорошо сделал вид, что принял.

– И тебе не хворать! – чуть более небрежно, чем следовало бы, ответил капитан. – Как на Проксоне всё прошло?

– В лучшем виде! – широко улыбнулся связной. – И всё благодаря вам!

– Отлично! – капитан слегка улыбнулся. – Рады это слышать. Значит, теперь можем идти на встречу к вашему руководству?

– Не так быстро, чумба! – хохотнул связной. – Сперва, конечно же, мы должны проверить, чтобы у вас не было с собой оружия! Сами понимаете, шау-фау всякие там.

Я не понимал, что такое «шау-фау», но требования к отсутствию оружия были логичны. Правда в моей памяти были ещё слишком свежи воспоминания о том, что произошло в последний раз, когда я оказался без оружия на серой станции, но я их отбросил. Я-то умею учиться на своих ошибках, и повторения той ситуации не допущу. Точно не теперь, когда я знаю, что там вообще можно было.

Кори, конечно же, попыталась протащить с собой меч, но связной не позволил. Тогда уже она сама упёрлась рогом – мол, без меча никуда не пойду! Мы с капитаном хотели даже вовсе оставить её на корабле, чтобы не портила атмосферу, но в итоге оказалось, что Кори согласна оставить на корабле батарею от меча, тем самым сделав его практически бесполезным.

– В чём тогда смысл, чумба? – непонятливо пожал плечами связной, но на условие согласился.

А я вот понимал, в чём смысл. Слишком дорог Кори её меч, доставшийся от матери, чтобы идти куда-то без него. Даже странно, что на базе Ватроса, в самом начале нашего знакомства, она согласилась его оставить.

Хотя нет, не странно. Это как раз отлично объясняет, почему она была такая нервная всё то время, что провела вне корабля. И почему именно с тех пор перестала расставаться с мечом. Не понравилось, надо полагать. Травмирующий опыт, он такой.

Связной неспешно повёл нас за собой через помещения станции. Я ожидал, что он будет двигаться быстрыми резкими шагами, как тогда, при первой встрече, словно постоянно пытаясь оторваться от нас, но нет. В этот раз он будто бы никуда не торопился – двигался себе в спокойном ритме, периодически оборачиваясь и поглядывая, не отстали ли мы.

– Слушай, – я не отказался от возможности воспользоваться этим. – А как вообще тебя зовут?

– А тебе зачем, чумба? – усмехнулся он.

– Ну, если я правильно понимаю ситуацию, то в скором времени нам с тобой придётся работать… Если не вместе, то в рамках одной структуры, – я пожал плечами. – А значит, придётся контактировать.