Текст книги "Статус "Занят" (СИ)"

Автор книги: Анна Яфор

сообщить о нарушении

Текущая страница: 6 (всего у книги 11 страниц)

Глава 20

То, как выглядела на следующее утро Тамара, только подтвердило мои самые худшие предположения. Она сияла. Глаза в буквальном смысле лучились светом, будто внезапно наступил Новый год и Дед Мороз принес долгожданные подарки.

Наверное, так и было. Украдкой разглядывая коллегу, я почти не сомневалась в том, какой именно подарок она получила. Все указывало именно на это. Силина даже перестала злобно рычать на Лику и больше не сверкала гневными взглядами в мою сторону. Выглядела, как в нашу первую встречу: милой, нежной и какой-то по-особенному домашней.

Климов в самого утра был на операции, поэтому посмотреть на них вдвоем я не могла. К счастью. Одни только мысли об этом рождали странное свербение внутри.

Меня здорово напрягало происходящее, и еще больше напрягало, что никак не получалось справиться с этими неуместными чувствами. Дина наверняка сказала бы, что я влюбилась, но на этот счет, еще даже не поговорив с подругой, я припасла внушительные аргументы.

Никакая это не влюбленность! Просто Климов умел производить впечатление, а у меня давно никого не было. Обычная физическая реакция на шикарного мужика. Тело слишком хорошо помнило все, что было. А было хорошо. Феерически ярко, так что до сих пор кровь начинала бурлить всякий раз, когда возвращалась в памяти в те минуты. И да, я не прочь повторить. Давно бы уже сдалась… не будь он таким разгульным котярой. Не против коротких романов, но не с тем, кто трахал все, что движется. Не хочу становиться одной из многих. НЕ ХОЧУ!!!

– Кофе хочешь? – Тамара – сама любезность. Я даже слов не разобрала до конца, но взорвалась, с трудом удерживая накопившиеся внутри эмоции.

– Не хочу! – заявила не про кофе, конечно, но женщина все равно сделала круглые глаза.

– Да ладно, я же не настаиваю. Ты чего такая нервная? Может, ромашки заварить? Если ты за пациента из восьмой переживаешь, то не надо. Там все сложно, конечно, но Ваня с утра смотрел его. Сказал, что должен выкарабкаться.

Я незаметно ущипнула себя за запястье, отрезвляясь болью. Нельзя так себя вести! Тем более, на работе. Хорошо, что Тамара сама придумала объяснение моему поведению, и в этом существовала хоть какая-то логика. Волноваться из-за пациентов куда разумнее, чем из-за гулящего мужика.

– Спасибо, Том, – в очередной раз приказала себе успокоиться, и это, кажется, наконец-то удалось. – И правда раздергалась, жалко деда.

Меня с детства учили, что ложь – это плохо, и я любыми способами старалась избегать вранья. А сейчас опять отступила от собственных принципов.

Неприглядная выходила картина, и все это нравилось мне меньше и меньше с каждой минутой. Отношения, даже временные, должны быть другими. Ровными и здоровыми. Чтобы не хотелось напиться успокоительного или зарыться под одеяло, прячась от всего света. И уж тем более не должно было возникать желания стереть с лица земли соперницу. Да и не соперница она мне вовсе, пусть крутит, что хочет и с кем хочет! Я ведь совсем недавно осуждала Тамару за такую вот бешеную реакцию, а теперь сама едва не уподобилась ей. Пора завязывать с Климовым и с моими нездоровыми мыслями о нем!

– Ирина Владимировна, а хотите, я присмотрю за вашим пациентом сегодня? Во время дежурства. Буду специально заходить почаще, мало ли что.

Оказалось, что наш разговор слышал Рогожин. Я перевела взгляд на парня, искренне улыбнувшись ему. Мальчишка все еще не оставил намерений закрутить со мной роман, но это выглядело так мило и трогательно, что ничуть не напрягало. Да и не шел он дальше красноречивых взглядов и таких вот попыток услужить.

– Спасибо, Коля, буду рада, если подстрахуешь. Он жаловаться не любит, а приступы случаются все чаще. Если что, сразу звони мне.

Рогожин радостно закивал, а я сгребла в стопку истории болезни и отправилась прочь из ординаторской. Лучше поработать в холле, а потом сразу уйти на обход, тогда наверняка удастся избежать встречи с Иваном. Не видеть его вместе с Тамарой и не ломать голову, представляя, было у них что-то прошлой ночью или нет. Я знала, что эта дурь скоро меня отпустит, а пока нужно лишь выждать и успокоиться.

Зачем-то все же купила кофе в автомате, поморщившись от невыразительно вкуса. Зато без ненужных ассоциаций! Вот только зря надеялась, что смогу поработать в одиночестве. Совсем скоро рядом на диванчик подсела Лика.

– Ты зачем это сделала? – в ее глазах было столько возмущения, что я даже испугалась. Начала судорожно перебирать в голове, о ком из пациентов она могла говорить. Что я пропустила или упустила в лечении?

– Что сделала? Выписки-то не было еще.

Лика закатила глаза и прошипела:

– Ты дурой-то не прикидывайся, Ир. Я про Климова говорю! Зачем ты его отпустила к Тамарке?

– А-а-а… – ее возмущенное заявление досадливо отозвалось внутри. Будто и без того невкусный кофе из автомата успел еще и остыть, став совершенно отвратительным. – Так он уже большой мальчик. Может гулять, где хочет. Не собачка, чтобы его на привязи держать.

– Ты это Томке расскажи, – хмыкнула Лика в ответ. – Она спит и видит, как его в загс затащить и привязать к себе на веки вечные.

– И что? Сам разберется, с кем ему проводить время.

Женщина задумчиво покачала головой.

– Иногда за свое счастье надо бороться.

– Я не буду бороться за мужика! Это они должны нас добиваться! Не наоборот!

– Ты со своей гордостью останешься одна, – Лика даже не попыталась скрыть сочувствие во взгляде. – А она заберет его себе. Со всеми вытекающими. Уверена, что хочешь, чтобы эта милая овечка с такой легкостью увела твоего мужчину?

– Если мужчину можно с такой легкостью увести, значит, он не мой.

– Или еще не понял, что твой.

Разлившаяся внутри горечь вырвалась наружу нервным смешком.

– Предлагаешь его просветить? – Лика не ответила, но по ее глазам и так было понятно, что именно это она и предлагала. – Ну нет, увольте! Никогда не делала и не собираюсь делать ничего подобного! И давай больше об этом не будем, ладно? Тема закрыта. Раз и навсегда!

Глава 21

Принять решение намного труднее, чем потом последовать ему. Работы, как я и думала, на новом месте оказалось предостаточно. Район, где располагалась больница, был одним из самых оживленных в городе, и сюда чаще, чем в другие места, везли сложных пациентов. После аварий или какие-то запущенные случаи. Иногда приходилось часами стоять в операционной.

Да, с Климовым. Мы так и оперировали с ним чаще всего в паре: Дельману понравился наш тандем. Хотя, к чему скрывать, мне он тоже нравился. Тем более что в операционной рядом со мной был другой человек. Иногда казалось: совершенно другой. Вроде бы те же лукавые глаза над маской, пронизывающе рассматривающие меня. Те же подколки и иногда совсем не под суровые рабочие обстоятельства шутки. Время от времени хотелось стукнуть его чем-то тяжелым, чтобы осадить и немного привести в чувство. Но при этом не могла не любоваться руками. Мастерством, которое завораживало, и это чувство не утихало, не снижалось, а только росло день ото дня.

А когда я переставала думать о Климове и Тамаре, вот именно так, вместе, становился легче. Почти хорошо. В конце концов, меня это вообще не должно было волновать. Мы все коллеги и ничего другим не связаны. А личные отношения этих двоих – на то они и личные, чтобы только их касаться.

Правда, стоило мне поделиться своими размышлениями с подругой, как та тотчас подняла меня на смех.

– Ир, ты мне хотя бы не ври, ладно? Я же тебя знаю, как облупленную. Лучше сразу скажи, что влюбилась. И вместе придумаем, что делать дальше.

– Да ничего не надо делать! – уверенность в ее голосе возмутила. Я не собиралась влюбляться. Да, поддалась обаянию этого котяры, но на него так реагировала каждая первая. К сожалению, и я не стала исключением. Но зато у меня хватило ума и сил вовремя остановиться!

Дина выслушивала мои аргументы, все так же смеясь.

– Остановиться у тебя с Беловым ума хватило. Выставила его за дверь и из жизни. А этот Климов так прочно в твоем сердце обосновался, что теперь не выпрешь, даже если на аркане тянуть. Не понимаю только, чего ты так сопротивляешься. Он же продолжает тебя обхаживать?

Продолжал… еще как… Ни шутки его, ни многозначительные намеки, ни красноречивые взгляды никуда не делись. Как и попытки зажать меня и облапить в любой удобный и не очень момент.

По сути, Дина сказала то же самое, что уже не раз повторила мне Лика. Только это мало что меняло, уверенность, что я поступаю правильно, не подпуская Ивана к себе, только росла.

– Если тебя так беспокоят его отношения с этой докторшей, спроси напрямую. Есть у них что-то или нет. Имеешь право, он же флиртует с тобой. Ты должна понимать, что происходит.

– Да, с этой докторшей и со всеми остальными, – я не могла не рассмеяться в ответ. – С Тамарой, с Настенькой, с Танюшей, со Светой, с Агриппиной… Дальше перечислять? Дин, я надежности хочу. А не вздрагивать каждый раз, когда он посмотрит вслед очередной юбки. Не сходить с ума, находясь на дежурстве, от мыслей, дома ли он или в постели с очередной бабой, потому что резко приспичило. Не верю я ему, понимаешь? Потому не хочу давать никаких шансов, ни ему, ни себе. Не хочу увязнуть во всем этом по уши. И влюбиться не хочу, чтобы не страдать потом и не собирать себя по кусочкам.

– Уже, – заявила подруга. И в ответ на мой недоуменный взгляд пояснила. – Уже влюбилась. Причем не только в талантливого врача. В этого, как ты выражаешься, котяру, тоже. Слушай, а познакомь меня с ним, а? – выдала совершенно неожиданно, повергая меня в полнейшую растерянность.

– Зачем это еще?

Динкины глаза хитро блеснули, а на губах заиграла загадочная улыбка. Вот такое ее поведение я терпеть не могла: обычно дальше следовало что-то, из ряда вон выходящее. Какая-нибудь авантюра, точно не способная закончиться ничем хорошим.

– Хочу понять, кто лишил покоя мою непробиваемую подругу. Посмотрю на него вблизи, только и всего. А ты что подумала?

Я вряд ли смогла бы внятно объяснить, что именно подумала, но предложение мне точно было не по душе. Но Дина не дала расслабиться и подумать, чем это может быть чревато.

– Так, завтра у меня выходной, заеду к тебе на работу. Ближе к концу смены. И уже на месте решим, что делать дальше.

– Да что ты делать-то собралась? – я почувствовала, что закипаю.

– Роман с твоим Климовым закручу, раз сама не хочешь, – хихикнула подруга. – И не говори потом, что я тебя не предупреждала!

Глава 22

Дина не передумала, хоть я и надеялась, что бредовая идея, пришедшая ей в голову, только идеей и останется. Но нет: подруга действительно заявилась ко мне на работу. Появилась в отделении такая яркая и нарядная, будто не отпахала смену с самого утра, а только что вернулась из расслабляющей загородной поездки.

В отличие от меня, только что выбравшейся из операционной, в которой пришлось провести целых шесть часов. Я почти не чувствовала ног, спина нещадно ныла, и больше всего на свете хотелось поскорее оказаться дома и завалиться спать.

Оперировать сегодня пришлось не с Иваном, его с утра даже почти не видела. А в паре оказалась с Тимохиным. С ледяным красавцем, с которым мы до сих пор обменялись всего несколькими фразами. Во время работы говорили, конечно, но сугубо по делу. Сейчас даже смешно было вспоминать предположение Силиной о том, что у нас с Дмитрием что-то могло бы получиться. Похоже, неудача в личной жизни наложила серьезный отпечаток: он действительно не был расположен к общению с женщинами.

Впрочем, меня это мало беспокоило. Пусть лучше так, чтобы не пришлось тратить эмоциональные силы еще и здесь. С каждым днем мое желание заниматься только работой незаметно таяло. И все из-за человека, совершенно этого не заслуживающего.

– Давай, показывай! – зашептала Дина, вытащив меня из ординаторской в коридор и указывая на стоящего у сестринского поста Тимохина. – Это ОН?

При слове «он» ее тон повысился до такой степени, что мне резко захотелось чем-то прикрыть рот подруги. Еще не хватало, чтобы кто-то услышал, как мы обсуждаем мужиков!

– Ну чего, и правда хорош. Очень колоритный экземпляр… – любопытство в глазах Дины сменилось откровенным интересом. – Слушай, подруга, – она повернулась ко мне. – ты точно уверена, что он тебе не нужен?

Я рассмеялась, потянув ее обратно в ординаторскую. Честно говоря, не знала, как отнесутся коллеги к посторонним там – обычно гости в кабинет не заходили. Но лучше было обо все поговорить не в коридоре, где то и дело появлялись пациенты и бегали медсестры, прислушиваясь к нашим словам.

– Это не он, Дин. Так что свои восторги можешь спрятать обратно.

– Как не он? – изумилась подруга. – То есть ты хочешь сказать, что у тебя на работе целый рассадник потрясающих типов? А вакансии у вас есть?

Она, разумеется, шутила, и теперь засмеялись мы уже вдвоем. В этом была вся Динка: умела поднять настроение, да и за словом в карман никогда не лезла. И выражения не старалась подбирать, говорила то, что действительно думала.

– Слушай, ну, серьезно! Почему ты с этим не закрутила? Неужели твой Климов лучше?

– Климов никакой не мой! – я глянула на прикрытую дверь с опаской, ведь в любой момент мог кто-то войти. Включая этого самого «немоего», который обладал просто фантастическим талантом появляться в самые неподходящие моменты. – А Тимохин – тот, которого ты увидела, – вообще не намерен с кем-то строить отношения. Что-то там в прошлом…

Подробностями чужой личной жизни я делиться не собиралась, но Дина все додумала сама.

– О, какая-то трагедия? Это же еще интересней! Просто еще не нашлась та, которая исцелит его душевные раны. Как думаешь, сгожусь на эту роль?

Я всмотрелась в ее лицо, пытаясь понять, шутит она опять или действительно заинтересовалась Тимохиным. Если так, то лучше сразу все оборвать, переживаний из-за несчастной любви для лучшей подруги я совершенно не хотела, как и того, чтобы она становилась для кого-то попыткой забыть прошлое. Это в юности можно было тешить себя наивными мечтами о том, что мы способны своими чувствами творить для других чудеса. А в нашем возрасте уже нужно другое. Стабильность. Покой. Уверенность. И уж точно не завоевание кого бы там ни было.

– Дин, это плохая идея. Тебе проблем в жизни мало? Хочешь еще добавить, причем самостоятельно?

– Фу, какая ты скучная! – скривилась она в ответ. – Ну, правда, Ир. Мы же один раз живем, и этой жизни надо радоваться. А ты нудишь, как старая бабка. Все не так.

– Показалось, или я в самом деле слышу глаголы истины? – неожиданно раздалось от дверей, и я закатила глаза: конечно, ну разве мог он не появиться?! И снова, как уже не впервые при встрече с ним поняла, что закипаю. – Это что у нас здесь за фея с такими потрясающими откровениями?

Его взгляд окатил меня с головы до ног, а потом улыбка стала шире, когда мужчина обернулся к Дине.

И теперь уже показалось мне. Что в глубине серых глаз мелькнуло такое знакомое, такое откровенное приглашение. Я скрестила руки, обхватывая плечи, потому что внутри как-то резко полыхнуло болью. И трепыхнулась обида: он только вчера флиртовал со мной, а сейчас пялился на мою подругу. Да так, что я почувствовала себя лишней.

– Скорее, ведьмочка, а не фея, – Дина отчего-то прямо засияла, поднимаясь навстречу этому нахалу. – Рада познакомиться, Иван. Много слышала о вас. Я – Дина.

– М-м-м? – мурлыкнул он и, вместо того чтобы пожать протянутую руку, склонился к ней с поцелуем. – Интересно, от кого? Неужели Ирина Владимировна поделилась впечатлениями? Вы же мне расскажете? А то от нее ничего не могу добиться.

Боль в груди стала острее. Теперь мне хотелось стукнуть не только Климова, но и подругу. Зачем она так на него смотрела? Сама ведь только призналась, что ей понравился Тимохин. Неужели тоже пала жертвой чар этого мартовского кота? Нет, она не могла! Только не она!

– Пойдемте, посекретничаем? – не выпуская ее пальцев из своей лапищи, он направился к двери. Предательница Динка и не думала возражать, с готовностью двинулась следом, нелепо хихикая в ответ на его заявление. А мужчина уже у самого выхода повернулся ко мне.

– Вы же не против, Ирина Владимировна?

Глава 23

Я еще никогда не была так против, как сейчас, но не признаваться же в этом! Разве можно сказать, что внутри все клокотало, и хотелось разреветься, как маленькой девочке? Сроду не считала нужным выказывать слабости, еще и перед мужчинами. И теперь тоже не собиралась.

У меня хватило сил пожать плечами и отвести взгляд за окно, как будто начавшийся там дождь интересовал значительно больше всего прочего.

– Делайте, что хотите, Иван Сергеич. И с кем хотите. С каких это пор вам мое разрешение понадобилось?

Сказала больше для Дины, чем для него, с остатками надежды на то, что подруга опомнится. Конечно, она предупреждала, что готова заняться Климовым, раз этого не хочу сделать я. Но мне-то казалось, что шутила! А теперь лучшая подруга даже не обернулась на мое заявление!

Когда за ними закрылась дверь, потребовалось немало усилий, чтобы не смести со стола все его содержимое. Как я могла допустить, чтобы это все настолько меня зацепило? В какой момент утратила контроль над ситуацией? Ничего ведь не изменилось, мне по-прежнему не нужны были отношения, особенно с таким типом, как Климов. Никаких взаимодействий, кроме как по работе. Почему же не оставляло чувство, что упускаю нечто важное? Почему все острее становилась боль?

В ординаторскую влетела Тамара, тут же гневно засверкав глазами.

– А с кем это Ваня сейчас ушел?!

– С моей подругой, которая ненадолго зашла в гости, – глядя на балансирующую на грани истерики женщину, я слегка пришла в себя. Не хватало еще уподобиться этой неадекватной особе! Ни один мужчина не стоил того, чтобы терять голову.

– И ты отпустила? – в глазах Силиной заблестели слезы вперемешку с ужасом.

– А надо было удержать? Кого из них? Том, тебе не надоело бегать за мужиком? Должно же быть наоборот, а ты только унижаешься. Зачем?

– Я не унижаюсь! – она замотала головой. – У нас с Ваней все очень хорошо… начинает складываться. Просто нужно время.

Да уж, хорошо… Ее же в буквальном смысле трясло от страха, когда в поле видимости Климова появлялась какая-то привлекательная девица. И похоже, это оказалось заразно, иначе чем еще объяснить мое состояние?

– Судя по тому, что жениться он не торопится, времени у тебя предостаточно.

Я впервые говорила с ней так резко и откровенно, но по-другому уже не могла. Пора было все это прекращать. И ее излияния, и собственные неуместные переживания.

Женщина явно вознамерилась возражать и дальше, что-то мне доказывая, но больше слушать я не собиралась. В который уже раз в подобных ситуациях отправилась в холл, надеясь, что там удастся собраться с мыслями и дописать, наконец, истории болезни. А потом домой – и плевать, чем там занимается лучшая подруга и этот…

Но мечтам о спокойной работе сбыться не удалось. Как всегда появившись в самый неподходящий момент, Климов сграбастал меня в объятья.

К подобным выходкам я привыкла: руки он распускал часто, но и вырваться обычно было нетрудно.

– Что-то вы быстро с Диной закончили. Стареете, Иван Сергеич, силы уже не те, да?

– Да ты ревнуешь, Ириш! – широкие ладони облапили меня сильнее, притискивая к сильному телу.

– Не надейся! – я дернулась, делая очередную попытку вырваться. Только ничего не вышло: он держал слишком крепко, да и сопротивляться на самом деле не хотелось. Вдруг поняла, что мечтаю совсем о другом: прильнуть к его груди, уткнуться носом чуть пониже ключиц и выслушать признание о том, что Динка ему совсем не понравилась. И все остальные – тоже. – За подругу переживаю, разобьешь ей сердце, а мне потом слезы утирать и подушкой работать. Как-то нет такого желания.

– А какое желание у тебя есть? – он щекотнул дыханием шею, рассылая по коже россыпь мурашек, опять лишая адекватности. Низ живота противно заныл. Это еще и для здоровья вредно: испытывать такое сильную физическую потребность в другом человеке.

– Тебя не касаются мои желания! – выдала то, что должна была сказать, а непослушные руки потянулись к его вискам. В коротких волосах не зарыться, но как же приятно просто прикасаться… Чувствовать легкое покалывание в пальцах, вдыхать запах. Так близко. Так сладко…

– Согласен, вообще не касаются! – настырные руки умудрились расстегнуть пуговицы на халате, и теперь вырисовывали что-то уже на обнаженной коже. – Поехали ко мне?

– Это еще зачем? – все-таки высвободилась из цепкой и дурманящей хватки.

– Я, как истинный джентльмен, приглашаю тебя на кофе. Здесь же ты пить не хочешь.

– Какой кофе, Климов? После смены выспаться надо.

– Так мы и не будем его пить, – ухмыльнулся он. – Но должен же я как-то заманить тебя в свою берлогу.

– А, так это был тонкий дипломатический ход? Я-то думала, ты всегда правду-матку в лицо рубишь.

– Тебе правда нужна? – он сощурился и опять улыбнулся своей коронной улыбкой нализавшегося сметаны кота. – Ладно. Хочу тебя. Просто безумно. Такой стояк, что аж больно. Как вижу – ни о чем другом думать не могу. Поехали, Ир. Ты же сама хочешь того же самого, я знаю. Вижу. Хватит уже упираться и бегать от меня.