Текст книги "Статус "Занят" (СИ)"

Автор книги: Анна Яфор

сообщить о нарушении

Текущая страница: 9 (всего у книги 11 страниц)

Глава 34

Разумеется, я не слышала ни о каких Тамариных планах. Подробностями по завоеванию Климова со мной она точно не делилась. Да и ни с кем, как мне казалось, – о таких вещах разве рассказывают? Даже странно, что Лика оказалась в курсе.

Я нахмурилась, уставившись на коллегу, и приготовилась слушать. Но женщина лишь ехидно вскинула брови.

– Как маленькая, Ир, честное слово! А ведь умный человек! Или это любовь тебя такой сделала?

– Какой такой? – отвела взгляд, рассматривая чуть заметные трещинки на стене. Чувствуя себя действительно полной дурой. Больше всего на свете сейчас хотелось броситься в операционную, где работал Иван. Дождаться его у двери, повиснуть на шее, не стесняясь окружающих и услышать что-то из его шуточек. Ощутить, что он рядом и заинтересован во мне не меньше, чем я в нем.

– Наивной и неуравновешенной, – Лика усмехнулась. – Совсем не такой, какой должна быть взрослая, уверенная в себе женщина. Тем более, у тебя есть все шансы его заполучить.

– Ты говоришь, как о каком-то трофее, – я поморщилась. – А это всего лишь бабник, которого к тому же пытаются завоевать еще и другие.

– Да плевать на других, Ира! Не сравнивай себя с ними. Если он тебе нужен – вперед.

Я задумчиво посмотрела ей прямо в глаза. Какую цель преследовала эта женщина? С трудом верилось в то, что она желала нам с Климовым простого человеческого счастья. Но и в какой-то корысти тоже не было смысла упрекать. Если бы Лика хотела устранить меня, как потенциальную соперницу, прибегла бы совсем к другим методам. Наверняка, помани она Ивана – не устоял бы. Таких женщин не бросают и от них не отказываются первыми. И расстаются, в основном, по их инициативе.

– Зачем тебе это нужно? – решила спросить напрямую. Смысл гадать, если я все равно не могла прийти к какому-то адекватному пониманию? – Сводничество – явно не твое, так какая причина?

В обращенном ко мне взгляде отчетливо отразилось снисхождение. Лика покачала головой.

– Поразительно, как глупеют влюбленные. Ты подводные камни ищешь, только совсем не там, где надо, – и в ответ на мой незаданный вопрос пояснила: – Да, Климов бабник. Причем матерый, и до твоего появления у нас я была почти уверена, что это не лечится. Потому и сама рассталась с ним, уже ведь говорила. Но теперь понимаю, что, возможно, дело в другом. И он до сих пор просто не встретил ту женщину, с которой хотел бы прожить жизнь.

– Почему ты думаешь, что я и есть эта женщина? – слышать такое предположение было приятно, но ничуть не убедительно. Особенно после того, что успела узнать об Иване.

Лика снова хмыкнула.

– Между вам искрит, и я сейчас не о сексе. Странно, что ты сама этого не видишь.

Снова ощутила себя растерянной и беспомощной, как перед операцией, которую никогда не делала. Даже показалось, что затряслись руки, чего давно уже не испытывала. Я научилась справляться с кучей проблем в жизни, стала взрослой и самодостаточной. Не испытывала недостатка ни в друзьях, ни в общении. Но этот мужчина ворвался в мою реальность, перевернув все с ног на голову. Заставил чувствовать то, к чесу не привыкла. Ждать и волноваться, мечтать о чем-то невероятном. Сходить с ума, как глупая влюбленная девчонка в ранней юности. И выхода я по-прежнему не видела. Как и того искрения, о котором упомянула Лика. С сексом-то как раз все было понятно, а вот большее…

– Лучше сделать и жалеть – помнишь? – задумчиво улыбнулась продолжающая рассматривать меня коллега. – Тамара сейчас именно по такому правилу действует, а тебе не мешало бы у нее поучиться.

Ответить я не успела: предмет нашего разговора появился в конце коридора. И, как часто бывало, в окружении свиты. С двух сторон пристроились две молоденькие практикантки на высоченных шпильках, подходящих для ужина в дорогом ресторане, но точно не для смены в больнице. До неприличия коротенькие халатики открывали стройные ноги. Внутри растеклась ехидная горечь: бедняга Климов, наверняка не знает, на кого из этих двух красоток вначале обратить внимание. Обе с придыханием и нескрываемым обожанием смотрели на него, вслушиваясь в то, что он говорил. Правда, я почти была уверена, что смысла слов они не различали. Просто таяли в его обществе, как мороженое в жаркий день. Того и гляди, лужицей к ногам стекут.

Тамара выпорхнула из ординаторской как раз в тот момент, когда троица подошла к двери. Будто специально ожидала, выбирая наиболее подходящий момент для эффектного появления. Нарядная, с ярким и действительно красивым макияжем. Я и хотела бы придраться к ее внешности сейчас, найти какие-то недостатки, излишнюю вычурность ли что-то еще, но не могла. Как из салона красоты, причем поработали с ней явно отличные специалисты.

– Ванечка, так мы договорились? Поможешь мне собрать шкаф?

Банальная донельзя уловка, да только рассмеяться не получилось. Потому что Климов смерил Силину взглядом с ног до головы. И зачем-то посмотрел на меня, вопросительно приподнимая бровь. Сзади снова хмыкнула Лика, незаметно толкая в спину.

Но я никогда не дралась за мужчин. И сейчас не собиралась. Особенно за того, кто, похоже, именно это и добивался.

Горло словно кислотой обожгло, когда растянула губы в улыбке и бросила Тамаре перед тем, как развернуться и уйти.

– Конечно, поможет, Том. Он же мастер на все руки. И не только руки.

Глава 35

Потом пожалела о сказанном несметное количество раз. Когда вернулась с работы в пустую квартиру и вместо ужина мерила шагами кухню, бесцельно всматриваясь в темнеющую за окном улицу. Когда не смогла уснуть, то ворочаясь, не находя покоя, то пялясь теперь уже в потолок, на танцующие на нем тени. Они кривились, выкручивались в нелепые узоры, будто насмехаясь над моей глупостью. Именно глупостью. Чем иным можно было бы объяснить то, что я натворила? Добровольно сдала все позиции. Отказалась от того, что было так нужно.

В голове вертелись правильные аргументы. Будь Климов хоть немного заинтересован во мне, ни за что не повелся бы на ухищрения Тамары. Если бы стремился к нашим с ним отношениям, поступал бы совсем иначе. Добивался бы меня, убеждал в своих чувствах. Я все это понимала, но лишь рассудком. А сердце упрямо ныло, не желая соглашаться с действительностью, и от картинок, что мелькали в моем воспаленном воображении, хотелось выть в голос.

Представляла их, вдвоем. В тесном лифте, тащащемся между этажами слишком долго. В коридоре Тамариной квартиры, возле того самого шкафа, который на самом деле собирать было вовсе не надо. В душе, в клубах душистой пены, под дразнящими струями воды. В постели…

От этих мыслей внутри все переворачивалось. Я комкала дрожащими пальцами собственную простыню, кусала губы, отчаянно стараясь не разреветься. Плакать было нельзя ни в коем случае: не хватало еще, чтобы завтра кто-то заметил следы слез на моем лицо. И хоть о чем-то догадался.

Ненавидела Ивана и злилась, посылая в его адрес все самые гадкие слова, которые приходили на ум. Раз за разом убеждала себя, что такой бабник и гад мне не нужен.

Да только не помогало. Боль терзала внутренности, пульсировала в венах, отравляя, и щипала солью веки. И хоть я не призналась бы в этом никому на свете, многое бы отдала, чтобы вернуться к дурацкому разговору в больнице. И все переиграть. Не отпустить его к ней. И не страдать сейчас от безысходности и от пресловутой неразделенной любви.

Так и не уснула, провертевшись в постели до самого утра. Едва только затеплился рассвет, вскочила, зачем-то торопясь в ванную. Как будто душ мог отрезвить. Это тоже мало что изменило, но хотя бы физически удалось смыть с себя липкую усталость.

Скрывая бледность от бессонной ночи, накрасилась ярче обычного. И в больницу приехала задолго до начала смены в надежде, что найдутся пациенты или занятия, требующие неотложного вмешательства. Работа всегда помогала, не раз спасала меня и от дурных мыслей, и от всевозможных проблем. Надеялась, что в и этот раз будет то же самое. Я отвлекусь на любимое дело и забуду и о Климове, и о Силиной, и о других его пассиях.

– Ну-ну, – хмыкнула Лика, завидев меня в ординаторской. Она полулежала на кушетку, отдыхая после дежурства до начала рабочего дня. – Трудоголизм, пожалуй, может заменить секс, но вот с любовью этот номер не прокатит. Дура ты, Ир. Прости, но не могу не сказать.

Я втянула воздух губами, которые даже помада не спасала от сухости. Тряхнула головой, не глядя на женщину.

– Пусть буду дурой, значит. Это все равно лучше, чем связаться с бабником, а потом жалеть об этом всю жизнь.

– Да кто ж спорит… – задумчиво отозвалась Лика. Поднялась, направляясь к кофемашине. Когда кабинет наполнился ароматом свежемолотых зерен, я внезапно поняла, как сильно устала. Словно не утро было, а целая смена прошла и несколько тяжелых операций. Даже в голове туман.

– Будешь? – Лика придвинула ко мне чашку с ароматной пенкой. – Могу отдать два аппендицита, ты же собралась выложиться сегодня на полную?

– А с кем ты в паре? – я поискала глазами график на стене.

– Тимохин и Рогожин, не бойся, – она снова хмыкнула. – Томочка наша Дельману ассистирует весь день, а Климов полчаса назад звонил, выпросил отгул.

– В смысле отгул? – я тут же забыла, что мечтала не видеть Ивана как можно дольше. При мысли о том, что он сегодня не появится в больнице, на душе стало еще тоскливее. – Зачем ему?

Лика пожала плечами.

– Понятия не имею, говорю только, что Дельман передал. Дела какие-то. Видимо, не терпящие отлагательств.

Какие могут быть дела у Климова после прошлой ночи, даже думать не хотелось. Я резко глотнула кофе и тут же закашлялась, обжигаясь, когда в этот самый момент распахнулась дверь, впуская сияющую Тамару.

Глава 36

Мое глупое сердце сделало кульбит и забилось где-то в районе горла. И стало горько-горько во рту, словно я глотнула какого-то противного лекарства и не могла теперь избавиться от отвратительного привкуса.

Слишком счастливой выглядела Силина. В буквальном смысле светилась, отчего черты лица казались и выразительнее, и намного привлекательнее.

В глазах искрило откровенное довольство, и от одной мысли о причинах такого ее состояния сделалось тошно. Не ошиблась, значит, в своих худших предположениях. Осчастливил ее Климов прошлой ночью.

Тамара так давно к этому стремилась, что и неудивительно было вовсе. Добилась, наконец, желаемого.

Теперь уже точно не отлипнет от него. И, зная Томкину напористость, я вполне могла предположить дальнейшее развитие событий. Даже приготовилась услышать, что Иван взял отгул, чтобы отнести заявление в загс. А может, и вовсе взялся договариваться о предстоящей свадьбе.

Силина всем своим видом демонстрировала торжество, разве что в голос не кричала об этом.

– А чего вы такие кислые, девочки? – внимательно осмотрела нас. – Такой чудесный день.

– У кого как, – буркнула в ответ Лика. Наградила меня красноречиво-недовольным взглядом: мол, а я тебе говорила! И направилась к выходу, демонстративно огибая продолжающую лучезарно улыбаться Тамару.

– Что это с ней? – та несколько ошарашенно посмотрела вслед и повернулась ко мне. – Дежурство тяжелое выдалось? Ну это же не повод портить настроение другим! Хотя… – она снова заулыбалась. – Сейчас его трудно испортить.

Я закашлялась, поперхнувшись подступившей к горлу горечью. Выходит, жизнь может поменять направление так быстро. За одну-единственную ночь. Вчера еще Тамара выступала в роли охотницы, а сегодня уже празднует победу. А это значит, что такой мужик мне и даром не нужен. Не нужен ведь?

Придвинула к себе стопку историй болезней с твердым намерением забыться в работе. Если после того, что было между нами, Климов так легко сменил свои предпочтения, тогда тем более надо забыть о нем. И как можно скорее.

Первая же карточка действительно помогла отключиться. Пациент попался сложный, и, вникая в его проблемы, я забыла о своих. Правда, ненадолго. Ровно до того момента, когда Тамара с грохотом отодвинула стул, усаживаясь рядом. Вытянула руку перед собой, но так, чтобы и я непременно увидела. Бледно-розовый маникюр на изящных пальцах. И… кольцо.

Тонкий золотой ободок и сияющий камень. Слишком большой, просто вызывающе. Не заметить такой, не обратить внимание и не начать рассматривать было невозможно.

Я и рассматривала. Прикусила щеку изнутри, сглатывая солоноватый от проступившей крови комок. Но зато это позволило не впасть в истерику. Не поддаться чувствам, которые так и норовили вырваться наружу.

Смотрела и думала о каких-то глупостях. Например, почему Климов выбрал такое кричащее украшение. Это точно станет мешать в работе, да и непохоже на него было. Хотя что я знала вообще об этом человеке? Влюбиться угораздило, а вот понять лучше – нет.

Что там говорила о нем Лика? Такие не женятся? Слишком ненадежный и непредназначенный для семейной жизни? Ошиблась, выходит. Тамара не только в постель его заполучила, еще и добилась того, о чем мечтала больше всего на свете. И хотя я даже приблизительно не представляла, как ей это удалось, факт от того не менялся.

– Тебя можно поздравить? – удалось даже проговорить так, чтобы голос не задрожал. И не вцепиться ей в физиономию после того, как она улыбнулась еще шире, кивая.

– Да-а-а… Решили не тянуть, зачем? Раз все так удачно складывается.

Глава 37

Я никогда не страдала от нехватки красноречия, но сейчас все слова как будто исчезли. Увязли в горле колючими иголками, не желая складываться во что-то связное.

Климов, как же ты мог?! Злилась, ненавидела его и ревновала. Неистово, до удушающей темноты в глазах. Знала ведь, что бабник, что легко ведется на любую юбку. Но чтобы в загс после одной-единственной ночи? Что такого оказалось в этой Тамаре, что он повелся?

– Решили, что поженимся без особого шума, – Силина продолжала капать мне на мозги, лишая последних остатков самообладания. – Зачем нам церемония и гости, это же не главное. Да и договорить так проще, не придется ждать целый месяц. Правда же здорово?

В ее взгляде, обращенном ко мне, было столько тепла и восторга, что я действительно сдерживалась из последних сил. Не хватало еще сорваться и устроить истерику!

– Конечно, здорово, – не узнала собственный голос, так противно он проскрипел. – Зачем нужны какие-то формальности, если два сердца наконец-то нашли друг друга?

Она не уловила в моих словах сарказма. Наоборот, как будто еще больше впечатлилась. Приподняла руку, продолжая любоваться кольцом. И впрямь красивым. Сколько денег Иван отдал за него? И когда успел, если они только вчера вечером оказались в постели? Не ночью же бегал по магазинам!

Но где логика – и где Климов? Он ведь всегда действовал по только ему известным правилам и принципам. И потому было совсем не удивительно, что, решив круто поменять свою жизнь, он сделал это в одночасье. Вот так: одним роскошным жестом.

А я сама виновата – слишком долго его динамила. Видимо, упустила тот самый момент, когда ему захотелось перемен.

– И правда, Том, о каких формальностях может идти речь? – откуда-то нашлись силы выдавить глупейшую фразу. Покрепче стиснула папки с историями болезней, унимая дрожь в пальцах. Поднялась из-за стола, не глядя на женщину. – На свадьбу же никого звать не будете, я правильно поняла? Тогда сейчас скажу: счастья вам и всего-всего…

Голос все-таки дрогнул, но увлеченная рассматриванием собственного кольца, Тамара этого не заметила. Кивнула, тоже не глядя на меня, и расплылась в еще более широкой улыбке.

Не знаю, как отработала этот день. С Силиной, к счастью, удалось больше не пересекаться, а операции отвлекли от тоскливых мыслей в голове. Но только сердце все равно продолжало ныть, особенно, когда встречала во время коротких перерывов понимающий и одновременно осуждающий взгляд Лики.

Даже мелькнула мысль позвонить подруге и вытянуть ее после работы в какой-нибудь ресторанчик. Заказать вина и расслабиться, позволяя себе отключиться от обаятельного гада, поступившего так отвратительно. А еще лучше: выпить за его счастье. Если, конечно, оно в принципе было возможно с душной Тамарой. В это верилось с трудом, я не могла представить Климова не только женатым, но еще и женатым на Томке, но факты от того не менялись. Правда, подумала – и решила не встречаться с Диной. Она наверняка, как и Лика, стала бы упрекать меня в том, что упустила свое счастье. Еще и бы советы взялась давать, а как раз к этому я была вообще не готова.

Да и видеть никого не хотелось, если честно. Хорошо понимала, что напиваться – не выход. Помочь может, но ненадолго, а потом только хуже станет. Тем более, завтра – снова рабочий день, и надо иметь ясную голову. В конце концов, ни один мужик не стоит того, чтобы из-за него страдать и терять покой.

Звонок в дверь раздался, когда уже собиралась спать. Хоть и понимала, что впереди, скорее всего, еще одна бессонная ночь, попытаться уснуть все же стоило. Просто полежать и расслабиться, в крайнем случае, чтобы не выглядеть завтра похожей на зомби.

Кого могла принести нелегкая в такое время, я даже не представляла. Дина не приехала бы без предупреждения, отец с Мариной редко бывали в городе, да и тоже наверняка сообщили бы о своем визите. Решив, что это, скорее всего, кто-то из соседей, даже не стала одеваться – только набросила тонкий халат на ночную сорочку. Но, открыв дверь, тут же застыла, стягивая вновь задрожавшими пальцами полы на груди, тщетно пытаясь укрыться от слишком пристального взгляда, моментально обшарившего тела с ног до головы.

Глава 38

– Адресом ошибся, Климов! – желание хлопнуть дверью, да посильнее, было таким острым, что я едва сдержалась. Прямо в красках представила, как ударяю его в лоб, оставляя по ту сторону входа. Нет, ну какой наглец! Он ещё посмел явиться ко мне после всего, что случилось!

Интересно, зачем? Похвастаться внезапно устроенной личной жизнью? Или сожаления мои увидеть хотел? Ну, в таком случае зря надеялся. Как бы больно мне ни было, показывать это я не собиралась. Ни за что!

– Убирайся! Терпеть не могу незваных гостей! – вышло более чем грубо, но другого он и не заслуживал. Пусть Тамара лебезит перед ним, ей теперь по статусу положено.

– Было бы сейчас утро, я бы решил, что ты не с той ноги встала, – ухмыльнулся Климов. Привалился спиной к стене, разглядывая меня.

Опоздала выставить – невольно мелькнула мысль. Теперь можно было только выталкивать силой. А силы эти точно неравны, и мне меньше всего на свете хотелось к нему прикасаться. Что, если руки дрогнут, и он это почувствует?

– Тяжёлый выдался день? – мужчина приподнял бровь. – Рычишь-то ты чего?

Мне не только рычать – вцепиться в него хотелось. Расцарапать ухмыляющуюся физиономии, причинить хоть какую-то боль. Сделать что-нибудь, что позволило бы ему осознать, каково это: чувствовать себя использованной и преданной.

– Еще какой тяжёлый! – я задохнулась от накатившей слепящей обиды, вспоминая счастливую Тамару и кольцо на ее пальце. – Но тебя это не касается! Иди, откуда пришёл!

– Нда-а-а… – задумчиво протянул мужчина. – Только я порадовался, что у нас с тобой все хорошо, как надо сначала начинать. Какая муха тебя укусила, а, Ир?

Не муха, а наипротивнейший слепень. Впился в кожу, ядом распространяясь по крови и отравляя внутренности.

– У нас не все хорошо, Климов. Потому что никаких нас просто нет!

От возмущения даже ногой притопнула, и в этот момент перехватила его взгляд. Какой-то нереально усталый. И только сейчас заметила и непривычную бледность, и тени под глазами, словно у него не выходной был, а несколько подряд тяжёлых дежурств.

Поняла в один миг – и тут же сама себя осадила. Нельзя было его жалеть, ни в коем случае! Потому что легко было поддаться жалости, и снова пасть жертвой обаяния этого гада, который, даже уставший и едва стоящий на ногах, все равно оставался самым привлекательным мужчиной. И волновал меня ничуть не меньше.

– Уже и нет, Ирина Владимировна? – он улыбнулся, и я зависла, рассматривая сухие губы. В уголках проступили крошечные трещинки, и мне почти до физической боли захотелось обвести их языком. Смягчить, увлажнить – и ещё больше: почувствовать вкус этих губ на своих.

Оказывается, я безумно, просто нереально соскучилась. Настолько, что даже наличие у него невесты не особенно влияло на эти ощущения. Меньше их точно не делало. Но не признаваться же ему!

– У тебя, я смотрю, свободный вечер выдался, да, Климов? Что, Тамара дежурит? Не получается продлить вчерашнюю идиллию, и потому ты решил заявиться ко мне? Ну, так не по адресу, поищи другую дуру!

Его брови сошлись к переносице, а в глазах отразилось такое недоумение, что я засомневалась в правоте своей версии. Но лишь на минуту. Ведь такими вещами, о которых говорила Тамара, не шутят. И кольцо было вполне настоящим. А я лучше останусь одна до конца жизни, чем стану делить любимого мужчину с кем бы то ни было. Если он выбрал не меня – пусть валит на все четыре стороны, скатертью дорога!

– Ир… – голос прозвучал хрипло, но совсем не той соблазняющей хрипотцой, к которой я успела привыкнуть. Что-то другое слышалось в нем, и оттого сердце зашлось в немыслимом ритме. Забилось от странной, необъяснимой тревоги. – Я не очень готов выяснять отношения. Давай мы с тобой поругаемся в следующий раз. А сейчас ты просто впустишь меня.

– Даже не мечтай! – я затолкала эту тревогу как можно глубже внутрь себя, стараясь не обращать внимания. – То, что ты заявился без приглашения, не даёт тебе права рассчитывать на моё внимание. Уйди – так всем будет лучше!

Так в самом деле лучше. Наверно. Так должно быть правильнее, но от собственных слов сделалось тошно. Я упускала какую-то важную деталь, и никак не могла понять, что именно.

– Правда хочешь, чтобы я ушёл? – Иван криво усмехнулся.

– Больше всего на свете! – выкрикнула быстрее, чем успела это осознать.

Он кивнул и распрямился, качнувшись в сторону двери. А в следующее мгновенье охнул, как-то нелепо оседая. И я застыла, с ужасом рассматривая тянущийся за ним по обоям багрово-красный след.