Текст книги "Империя Тени. Эормия (СИ)"

Автор книги: Анна Таира

сообщить о нарушении

Текущая страница: 16 (всего у книги 26 страниц)

Глава 23. Доран. Наместник Столицы

Доран не решался явиться в Академию даже с визитом. Раньше он и сам проводил регулярно летние лекции, его любили слушать студенты, а сейчас он боялся переступить даже «порог».

То ему казалось, что его появление в Академии вскоре после обряда, привлечёт слишком много внимания. То у него попросту не было времени. То он боялся, что следившие за ним люди Торха узнают что-нибудь лишнее.

Он уже давно попросил Астарха разобраться со слежкой, и лучший в Империи разведчик оказался бессильным что-либо предпринять. Ему катастрофически не хватало людей, почти все они оказались запертыми в других мирах.

Доран мог с лёгкостью повидаться с Асари хотя бы иллюзией, но побоялся что ему придётся снова объяснять почему она должна быть в Академии, а не с ним. И нужно признать, он боялся, что приведённые доводы не убедят даже его самого.

Слишком сильно было желание обнять Асари. К ней тянуло каждую секунду, тянуло каждую частичку его тела. Оказывается, что это было невыносимо больно находиться так далеко от своего проводника. Что же чувствовал тогда Кендрик, находясь вовсе в другом мире, в то время как его проводник осталась здесь? Нужно было бы навестить её, узнать не нужно ли ей чего.

Но это потом. Сейчас у Дорана были важные вопросы, которые нужно решить в срочном порядке. Герцог Абел назначил свой приём на следующий день после осеннего равноденствия. Почти полтора месяца было в запасе, но к приёму нужно было хорошо подготовиться.

Доран решил встретиться с Наместником столицы в Императорском парке. Здесь их физически не смогли бы подслушать, а магию он почувствовал бы сразу. Так у него была возможность полностью контролировать, то, что слышат шпионы.

– И неизвестно, когда Император сможет вернуться? – поинтересовался Ала.

Наместник – невысокий мужчина, с седыми волосами, на целых две головы ниже Дорана. Он слегка прихрамывал на левую ногу и потому они шли достаточно медленным шагом, чтобы сопровождающей их охране то и дело приходилось останавливаться, стараясь не приближаться. Но, несмотря на хромоту, Наместник очень любил долгие прогулки.

– Нет, точного прогноза дать никто не может, – ответил Доран.

Он всегда ходил быстрым шагом и теперь медлительность Алы его раздражала, но он сам был виноват. Стоило встретиться в более замкнутом пространстве.

– Вы хотите сказать, что столице и дальше придётся кормить четыре дополнительных генерала с их армиями? Как долго? Может лучше перенаправить их в провинции?

Этот вопрос уже обсуждался и ни раз, но генералы сошлись во мнении с Дораном – армии останутся в боевой готовности в столице пока от Императора не поступит иных приказов.

– Нет, – сказал Доран слегка покачав головой. У него было право давать приказы от имени Императора, но в этом вопросе он был полностью согласен с генералом Ацгерсом. – В этом пока нет необходимости. Всё же наша столица подготовлена и к такому варианту развития событий. Припасов должно быть достаточно. Или это не так?

Прекрасный летний денёк. Доран любил жаркую погоду, по его вкусу в Центре бывало слишком холодно. И кто установил эти нормы, на которые ориентируются маги-погодники? Будь воля Дорана, он бы вообще упразднил этих магов, позволив природе естественно устанавливать свои порядки.

В связи с поднявшейся температурой, многие обитатели Центра предпочли выбраться в парк. И, разумеется, выбрали для этого именно Императорский. Самый большой и ровный из всех парков. Ступеней здесь было мало, а деревьев много. Водопады же сменяли разнообразные фонтаны.

От морского побережья этот парк был дальше всех, уютно окружив полумесяцем площадь перед Императорским дворцом. В середине парк сужался наподобие песочных часов, для того чтобы туннелем пройти под лестницей ведущей к парадному входу во дворец.

Императорский парк, Императорский дворец и судя по недовольным лицам посетителей парка в их сторону и перешёптываниям, Доран зря выбрал для прогулки с Наместником именно этот парк. Хотя, возможно, он лишь зря накручивал себя, полагая что все кругом его ненавидят.

– Я за провизию не переживаю, – ответил Наместник, проследив взгляд Дорана. – Герцогства исправно выполняют свои обязательства. Но военное положение, накладывает отпечаток на атмосферу города, вы же понимаете.

– Думаете, армия начнёт скучать?

– Непременно. Они хоть и расположены за стенами города, но вход в столицу им не запрещён. А я не понаслышке знаю, какими бывают солдаты, когда у них нет приказов. Городской стражи не хватит в случае чего.

– Бунта в армии нам ещё не хватало.

Точнее ему. Наместник не относился к строгим начальникам. В его обязанности входило лишь управление Столицей, а вот армия к нему отношение не имела. Генерал Столицы – Ацгерс, вот кто был за неё в ответе.

В связи с военным положением, он становился верховным генералом, объединяя под своим крылом армии Эормии, Марикота, Боэла и Келтаса. И лишь Доран, как носитель императорской печати мог отдавать приказы ему. Вот только Ацгерс по своей гордости слушался лишь одного Императора и ему было безразлично, кому была оставлена печать.

– Может, стоит просчитать все варианты? – сказал Наместник, привлекая внимание задумавшегося Дорана обратно к себе.

– Я их обдумываю, поверьте. Не вчера родился. Но генералов из столицы отсылать нельзя. А где генералы, там и их армии.

– Значит будем надеяться, что генералы смогут удержать порядок среди своих людей.

Первая встреченная пара, решившаяся подойти близко. Мастер Ульмрик со своим племянником. Вежливо поклонился, как Дорану, так и Наместнику. Взгляд не отвёл. Старик, мастер големов, эксцентричный человек. К Дорану всегда относился с подобострастием. Даже когда Верховный маг был ещё студентом.

Ульмрику восьмую ступень присвоили лишь по необходимости. Он лучше всех разбирался в искусственных созданиях и именно он создал новые типы стражей-големов. На его счету изобретение не одного десятка новых моделей механизмов, которые теперь можно встретить во всей Столице. Талантливый учёный, но слабый маг.

Остальные же высшие маги остерегались подходить близко к Дорану. Даже для банального приветствия. Он словно стал для всех изгоем. Стремительно же их мнение изменилось.

– Скажите, какое настроение среди ваших герцогов? – спросил Доран, в очередной раз замедлившись.

– Хотите знать, поддерживают ли они по-прежнему Императора? Или вас?

– Прямо хотите говорить? – покосился на него Доран. Откровенность Наместника его часто удивляла.

– Вы меня знаете, я не люблю недосказанности. И всегда говорю прямо. Слухи ходят упорные. И многие им верят. По мнению многих из герцогов Императора уже нет в живых.

– И убедить их в обратном у меня нет шанса?

– Их убеждать не нужно. Никто из них не посмеет предать Императора, пока есть хоть крохотный шанс что он вернётся. Другое дело – вы.

Доран посмотрел на Наместника, невольно сверху вниз. Впрочем, он на большинство людей так смотрел из-за своего высокого роста. Ала был гордым, проницательным и умным управленцем. Достаточно пронырливым, чтобы сохранять свою должность на протяжении трёх сотен лет. Немалый срок, весьма почётный. Нужно будет поздравить его с юбилеем.

– Продолжай, – сказал Доран.

– Торх настойчиво всех убеждает, что предателем окажетесь именно вы. Убьёте официального наследника, сами сядете на трон. И если Император вернётся, то убьёте и его.

Доран почувствовал накатившее негодование, но не выдал его ни малейшим жестом или мимикой. Самоконтроль был его сильной стороной, но именно благодаря ему он прослыл хладнокровным человеком.

– И этому верят? – спросил Доран.

– Мало кто. Все прекрасно помнят вашу историю.

Судя по их поведению, это вряд ли, подумал Доран.

– А вы? – спросил Доран не посмотрев на Наместника. Со стороны Алы послышался тяжёлый выдох.

– Как бы я к вам не относился, моя верность целиком принадлежит Императору. И раз он, уходя оставил императорскую печать вам, то ваше слово для меня – закон.

«Закон». Проныра, доверие к которому может дорого стоить. Во всей Империи было лишь два человека, к которым у Дорана было абсолютное доверие: Император и Огелан. Но одного в столице нет, он в Нирмарте, а другого втягивать в интриги не хотелось.

Огелан был герцогом по крови, принадлежал к древнему Дому. Прежний Император был ему родственником, пусть и дальним, но по своей натуре Огелан был учёным, ничуть не интересовавшимся политикой. За что и расплатился однажды своей семьёй. А теперь под его крылом укрыта Асари. Нет, Огелан будет последним, кого Доран привлёк бы к своим проблемам.

– Хорошо бы и другие герцоги меня поддерживали также, – задумчиво проговорил Доран.

– У вас будет шанс заручиться их поддержкой лично. Я вызвал их в столицу.

– Зачем? – удивился Доран.

Абел был единственным герцогом, кто прибыл в столицу из своей провинции. И даже его приезд наделал много шума. Что же тогда будет, если приедут остальные? Доран про себя попытался перечислить тех герцогов, что могли бы приехать, но Наместник перебил его счёт:

– Торх решил сыграть с нами в игру, – сказал он. – Не считаете, что нам нужно расширить игровое поле? Как по мне, я люблю, когда игра проходит с размахом.

Доран покосился на ухмыляющегося Наместника и заподозрил, что в его словах крылось нечто большее. Личного интереса выступать против Наследника у него не было. И теперь у Дорана появился новый вопрос: а в чём же, собственно, интерес Алы во всей этой игре.

– Не боитесь такого соперника как Торх? – спросил с недоверием Доран.

– Я был Наместником, когда он ещё пешком под стол ходил.

А ещё ты был тем, кто принял Торха ко двору, назначив его одним из генералов Эормии.

– С тех пор многое изменилось, – Доран отвернулся от Наместника, продолжив наблюдать за посетителями парка. – Тот же Император теперь другой.

– Припоминаете мне, что я предал прошлого императора и принёс присягу нынешнему?

– Разве это не так? Что мешает вам снова сменить лагерь?

– Вы правы. Гарантий я дать не могу. У меня есть лишь моё слово, которое, как выяснилось, может быть изменчивым. Но вы действительно думаете, что наш Император сохранил бы мне должность Наместника не будь он уверен в моей верности?

Доля правды. Доран отговаривал Императора от такого решения, но оказался не прав. Интуиция у Императора в таких вопросах была отточенной. Он был рождён править, пусть и родился вторым сыном.

– Как выразился советник Серши: «Императора сейчас здесь нет».

– И за это вы сослали советника в самый дальний угол мира? Легко он отделался, кстати, – попытался шутить Наместник, но Доран не был расположен к веселью. Ала глубоко вздохнул, не встретив ответной улыбки. – Мы оба знаем, чем Император сейчас занят. Не знаю как для вас, а для меня это очень много значит. Я не хуже вас понимаю, что лишь Дартан может противостоять Тёмному. И пока он это делает, моя верность принадлежит ему.

– Надеюсь, что это так.

Возникла пауза. Доран вновь забывшись, ускорил шаг и Наместнику пришлось перебирать ногами быстрее.

– Ваше право мне не доверять, – привлёк к себе внимание Наместник, слегка запыхавшись, – но без меня у вас мало шансов. – Доран остановился. – Как и у меня без вас. Не думаете же, что Торх сохранит мне жизнь, взойди он на трон? Не лучше ли нам поддерживать союз?

– Вы же понимаете, что мне не особо нужны союзники, чтобы удержать Академию до возвращения Императора.

– А какова будет цена? Вы об этом подумали? Сколько тогда Домов падёт от гнева Императора, когда он вернётся? Не лучше ли этого не допускать?

Ала был прав. Целиком и полностью. По воле Императора уже были стёрты несколько Домов. Об этом боятся говорить. Геральдики предателей тут же уничтожались. Все, кто был с ними в родстве в ужасе от этого родства отрекались. Отец Императора правил в своём мире жёсткой хваткой, не зря он поместил на свой герб волка. И своему сыну привил тот же обычай.

– Вы правы, – спокойно согласился Доран. – Значит вы вызвали герцогов. И они дали ответ?

– Да, все явятся в соответствии с приказом.

– Вот так вот официально? Нельзя было просто попросить?

– Торх должен видеть серьёзность наших намерений. Особенно сейчас, когда он обрёл своего проводника. Вы же своего… У меня не было времени лично выразить вам соболезнование. Мне сложно представить себе, что вы чувствуете. Могу лишь предположить, что это сильный удар для вас.

– Да, благодарю за соболезнования. Мы все надеемся на милость Единого, но не все из нас её достойны.

– Уверен, и вы обретёте счастье в семье когда-нибудь.

– Этот обряд был последним. Могу вас заверить.

Доран возобновил движение, давая понять, что эту тему затрагивать лучше не стоит. Наместник с неудовольствием последовал за ним.

В парке было хорошо, воздух слегка остужался фонтанами, перебивая даже бриз с моря. Слишком тёплый ветер, видимо близится гроза. Уже четвёртая за последние два месяца. То и гляди, водохранилища переполнятся. Будет хотя бы чем занять скучающую армию.

– Что ж, – заключил Наместник. – Даже без проводника вы куда могущественнее Торха.

– И он об этом не забывает…

– Хотите дать мне распоряжения прежде, чем я вернусь во дворец?

– Нет. Вы лучше меня знаете, как управлять Столицей. Даже в такое время. Держите меня в курсе. Когда явятся герцоги, я хотел бы с ними увидеться.

– Разумеется. Для этого я их и вызвал. Кстати, об одном из них. Это правда?

– Вы про племянницу?

– Да, – подтвердил Наместник. – Откуда она взялась? Ни с того ни с сего?

– Она прибыла из Марикота. Это всё, что я имею право вам сказать.

Наместник недовольно нахмурился.

– Это случайно не внучка его дяди? – спросил он с привычной для него настойчивостью. – Может поэтому он о ней не распространялся?

– Да, это она, – подтвердил Доран. – Вы о ней знали?

– Знал о её существовании, но я думал, что она умерла вместе со своими родителями в годы болезни. Видимо он всё же сумел вывезти её тогда из карантина.

– Да… наверное это так. – Доран нахмурился. Он то знал наверняка что Огелан не успел, по его же словам, уберечь кроху. В прошлую их встречу Огелан так и не дал пояснений на этот счёт.

– Что ж, раз у герцога Целеардинского объявилась наследница, то это всё упрощает.

Доран про себя усмехнулся. Он и сам планировал всю эту встречу ради этого разговора, но лишний раз убедился в проницательности Наместника.

– Уже строите насчёт неё планы? Не рановато ли? Она как-никак претендует стать высшим магом.

– Вы думаете, что я стану сватать её кому? Вовсе нет. Я же не сваха какая-нибудь. Хотя союз Дома Целеардин и Дома Каматин мог бы сильно нам помочь. Она точно станет высшим магом? Нужно бы обсудить это с герцогом.

Доран едва покачал головой, но так, чтобы у Наместника не было бы шанса этого не заметить.

– Я бы на вашем месте, не рисковал лезть к нему сейчас с подобными предложениями. Особенно в отсутствие Императора. Строго говоря, свету Огелан её ещё не явил: девушка не была представлена при дворе. И, поверьте, на то были причины.

– Хотите сказать, что племянница с Императором уже знакомы?

– Я вам ничего не говорил.

Наместник вновь нахмурился, и демонстративно почесал свою седую бородку. Огелан будет недоволен новым слухам. Но чтобы иметь возможность не впутывать Огелана, Дорану придётся втянуть в эти интриги кого-то другого. И лучше кандидатуры, чем Наместник ему не найти.

– Ясно, значит вот в чём причина такого неожиданного приезда герцога Абел.

– Причина его приезда – это деловое сотрудничество с герцогом Целеардинским. И никакой другой.

Наместник был полноват и уже довольно стар, да и больная нога говорила о том, что он устал. Высшие маги болеют редко и все их болезни не лечатся обычными методами. У Алы не было никого кроме жены. Завести наследника они так и не решились. Его Дом умрёт вместе с ним, но его самого это никогда не беспокоило.

Доран знал, что Наместник щедро участвовал в благотворительности. Он содержал городские школы и монастыри. Практически все доходы Алы распределялись на развитие его земель. В своём поместье он не жил, но не забывал развивать города, принадлежавшие ему. Кто унаследует всё это богатство его не волновало. Он всегда говорил, что его земли унаследуют простые люди. И лишь о них он заботился. Это вызывало в Доране уважение.

– Кажется, я вас полностью понял, Верховный, – сказал Наместник без тени улыбки. – Можете не волноваться, ни герцог Абел, ни его дочь помехой не станут. Да и другие герцоги поймут причину, почему герцог Целеардинский столько лет скрывал свою племянницу.

– Не зря Император доверил вам управление Столицей, Наместник, – вторя его серьёзному тону ответил Доран. – Надеюсь, ко дню осеннего равноденствия уже ни одного герцога не останется сомнений по этому поводу.

Доран был доволен, что Ала понял всё верно, но в глубине души чувствовал недовольство своей совести. Когда Аммия поймёт, что Доран их договорённость не намерен сдержать, её будет сложно убедить, что всё это лишь игра. Но слишком большие ставки были в этой игре.

Глава 24. Император. Белая звезда

Чёрный огненный шторм сметал всё на своём пути: будь то демон или человек. Чёрная непреодолимая завеса огня отделяла Императора от остального мирозданья. Ярость требовала выхода, и он поддался ей даже не заметив, как сквозь завесу с трудом пробралась тонкая фигурка в потрёпанном сюртуке.

Инстинктивно почувствовав угрозу, Император резко обернулся. Он увидел врага, целящегося в него из пистолета. Этот враг показался ему знакомым, но его собственные воспоминания тонули в омуте где-то вдалеке. До них было не дотянуться. Не думая, Император выбил волной оружие из рук противника и также мгновенно оказался подле, ухватив врага за горло.

Ненависть и ярость съедали изнутри, он чувствовал это. В таком состоянии Император безжалостно уничтожал любого, кто смел выступить против него. Но сейчас его рука остановилась сама собой.

Он сжимал тонкую шею девушки со светлыми каштановыми волосами. Половина её лица была скрыта синяком и ссадиной, но глаза девушки… Изумрудные чистые глаза смотрели на него с ужасом. Император застыл как статуя, не смея пошевелиться.

Маленькая рука девушки дотронулась до его пальцев, не скрытых доспехами. Она не пыталась убрать руку и освободиться от удушающих тисков, она лишь коснулась и в миг мир изменился.

Ещё секунду назад перед Императором был враг, посмевший нацелить на него орудие, а теперь на её месте засияла звезда. Белая звезда чистого света. Глаза заболели от такой яркости, но он не закрыл их.

– Остановись… – раздался с трудом шёпот девушки, – ты убьёшь их.

Сияние стихло, но на Императора навалилось другое чувство. Он теперь ощущал боль, отчаянье и страх, не свои, других людей. Только теперь он заметил людей, что защищали церковь.

От нахлынувших чужих эмоций ему захотелось отбросить от себя девушку, но он не успел. Император увидел, как к белой маленькой руке, что касалась его, протянулась рука Тени. Хищная неестественная длинная длань потянулась к белой звезде. Чистый свет манил её.

Только в этот момент Император с ужасом осознал, что поддался воле Тёмного. Он даже не заметил этого. Доран был прав, боясь отпускать его одного. Вот только самому Тёмному Император в этот момент был безразличен. Он хотел лишь одного – коснуться чистого света звезды.

Вероника, так её звали. Тёмный знал её, а через него знал и Император. Девушка была нужна ему, ведь она была ключом, что могла принести ему желанную победу.

Глаза девушки расширились, Император ощутил её панику и желание вырваться, но в тот же миг, как Тень коснулась белого света, вспыхнула молния. Все ощущения на мгновение затмились жгучей резкой болью. И это была боль его собственного тела. Император, отлетев от девушки, упал на землю. Тень исчезла, так и не заполучив желанное.

Император поднялся на ноги сразу, несмотря на острую боль в груди. А вот у девушки ушло несколько мгновений, прежде чем у неё получилось подняться. Она стояла шатаясь. Ткань на груди медленно пропитывалась кровью, но она смотрела на него без страха или ненависти.

Девушка стояла, словно ожидала последнего удара. К своему изумлению, Император чувствовал всю её боль и страх. Её сердце бешено колотилось, но внешне она выглядела собранной и совершенно спокойной. Истинный воин.

Недолго было им ещё смотреть друг на друга. Земля содрогнулась, и камень мостовой пополз под ногами. Император взлетел вверх, избежав падения, но реакция девушки оказалась не так хороша. Трещина расширялась стремительно, поглощая всё на своём пути. Поглотила она и девушку, не успевшую отскочить. Император попытался ухватить её, но не успел. Вероника провалилась вниз.

Императору хорошо были известны эти разломы. Они появлялись каждый раз, когда оболочка молодого мира рушилась и он точно знал куда вела бездна. Она вела в междумирье.

Взгляд Императора прояснился, став прежним. Чем бы эта молния ни была – она прогнала Тёмного прочь без права вернуться. Ещё ни разу Император не ощущал себя таким свободным. В нём больше не было тьмы и теперь он чётко видел город и людей в нём. Но девушка… Она упала в междумирье, а это было очень плохо для неё же самой. Там ей не выжить, если она недостаточно сильный маг.

Император не сразу заметил, когда к нему на алых как кровь магических крыльях подлетела испуганная Иида. Она, как обычно, попыталась скрыть страх за маской ярости, но Император слишком хорошо её знал.

Её красноватая кожа слегка просвечивала, обнажая все жилы и кости. Волосы её были бледными, цвета сукровицы. Прямыми жёсткими прядями они лежали за спиной. Клыки её были много длиннее человеческих, а на руках вместо ногтей – когти. Кто угодно, лишь мельком взглянув на неё, понял бы, что она не человек. Но для Императора она была куда человечнее большинства.

– Император! Вы ранены! – проявила беспокойство Иида, заметив пробитый нагрудник. – Где эта дрянь? Я разорву её своими руками!

Она злилась, выпустила когти, как кошка, готовясь разорвать невидимого врага. Император же не обратил на неё никакого внимания, он продолжал смотреть туда, где недавно стояла девушка. Он всё ещё чувствовал её.

– Успокойся, Иида, – всё же сказал он. – Девушки здесь больше нет. Она упала в разлом.

Император взлетел вверх и осмотрелся. Город в руинах и виной тому были не только демоны, но, видимо, и он сам. Как он мог не замечать его? В который уже раз он поддался влиянию Тёмного? И что его спасло в этот раз?

Вопросов возникло слишком много, но было не до поисков ответов. Сейчас город нуждался в его защите. Твари лишились своих предводителей, и теперь бесконтрольно сметали всё на своём пути и разлом был всё ещё не закрыт.

Люди внизу оборонялись как могли. Доран говорил про этот мир. Техническое развитие достигло индустриальной эпохи. Такую эпоху Империя переросла много столетий назад, но здесь, очевидно, к ней только подобрались.

Пороховое оружие, мечи изогнутой формы, доспехов не видно. Магией они пользовались грубо и неуверенно. Всё, как и предупреждал Доран. Где-то здесь должна быть женщина по имени Асои – связная Дорана. Именно на её душу был нацелен камень портала.

Холодный воздух резанул по лицу, помогая Императору отвлечься от непривычных ощущений. Он вздохнул полной грудью. Зима? Нет, пожелтевшая листва на низких деревьях говорила о том, что была осень. Но воздух был чересчур холоден и сух, он пронизывал даже сквозь магическую защиту доспеха.

Холод хорошо прояснил голову. Мысли вернулись к привычному потоку. Солнце светило ярко и высоко. Оно скрывалось за прерывистой бурей, но давало достаточно света. Затмение прошло, а Источник Нирмарта по всей видимости был ещё цел. Тёмный до него не добрался. Император справился с сыном Тёмного, и теперь Его войском никто не управлял. Но даже так демоны оставались грозными врагами.

Разлом всё ещё был открыт. Об этом говорило разорванное пространство вдалеке. Его люди должны быть там. Он помнил, что отдал им приказ закрыть разлом.

Вместе с Иидой они полетели в сторону, откуда выползали демоны. Нужно было как можно скорее помочь закрыть брешь в мир Тёмного, пока не подоспели другие генералы. Как Император и надеялся – его люди уже преуспели. Они оттеснили демонов, что выбирались из тёмного мира и не давали им пройти. Другая часть его людей, защищала троицу, что заклинанием закрывали разлом. Император присоединился к ним, добавив свои силы.

Магия крови, которую используют служители, чтобы разорвать пространство между измерениями, считается самой древней и сильной магией. Даже магия света с ней не сравнится. И эта магия всегда оставляет следы. Боль и кровь – именно то, что делает наш мир отличным от мира Тёмного, и служители научились использовать эту силу на пользу себе.

В демонах нет крови, боль они также не испытывают, что делает их грозными врагами. Но магия крови работает по строгим законам и эти законы хорошо известны всем боевым магам.

Разлом закрылся с трудом, угомонить бушующие потоки родившегося мира невероятно сложно, залатать разрыв в тканях меж реальности ещё сложнее. Но не зря же в свиту Императора входили лучшие из лучших.

Едва ткани сомкнулись, земля вновь содрогнулась. От того места, где закрылся разлом, стали расходиться новые трещины, расширяя воронку. Император понял, что что-то не так.

– Император! – обратился к нему молодой маг, одетый в кольчугу поверх мантии, – Оболочка мира рухнула слишком резко. Местный Источник слишком быстро наполняется магией! – Элрой, так звали этого мага, указал на небо, где продолжала виднеться неестественная буря. – Потоки слишком сильные!

– Что ты хочешь этим сказать? – спросил Император, догадываясь об ответе.

– Разлом вскоре откроется вновь, буря разрывает латку. И… подкрепления можно не ждать. Даже если я установлю схему пути, портал в Химот продержать не получится.

– Пробуй. Твоя задача – портал. А пока будем обходиться тем, что есть.

Император вновь призвал меч, готовясь к продолжению боя. Он ожидал что в следующий раз демонов поведёт не один сын Тёмного. Недостатка в силе здесь не было, и то хорошо. Достаточное количество магии – это всё что ему было нужно. Его людей ему вполне хватит, чтобы отбыть вторжение, а там видно будет.

– Рикон! – обратился Император к своему командиру. – Лети к городу. – раздал он приказ. – Возьми оборону площади на себя. Амос, ты выяснил, где местный Источник?

– Да, Император, он прямо под площадью, по ощущениям не глубоко, но не думаю, что к нему есть готовые ходы.

– Тогда твоя, Рикон, задача защищать Источник. Не дайте демонам приблизиться к площади. Мирт, твой приоритет защита местных. Тоже лети к площади, увидишь сюрприз для себя. Отступаем.

Спустя несколько минут, так и не дав передохнуть защитникам, над землёй вновь начало разрываться пространство. Открывался новый разлом.

* * *

Когда Ника ускользнула в сторону воина в чёрных доспехах, сказав, что нужно его остановить, Гелен счёл это безумством. Но последовал за ней. Он хотел помочь, вот только пробраться сквозь плотную завесу огненного шторма у него не вышло.

Огонь рассеялся окончательно, и единственное, что увидел Гелен было то, как Ника провалилась под землю. А воин в чёрных доспехах спокойно парил над трещиной на своих чёрных крыльях.

Как Асои потом его увела обратно к старой церкви Гелен помнил смутно. Помнится она на него даже прикрикнула, когда он стал обвинять воина в том, что тот убил Нику. Асои лишь сказала, что они не знаю, что там произошло, а Император – единственный кто может им помочь.

Этот воин оказался Императором, и прибыл он из далёкого мира специально, чтобы помочь Игорту с демонами. Асои призвала его. Она знала обо всём. Гелену пришлось ей поверить, поскольку демоны не ослабили своего нападения, потеряв командира.

Император улетел к разлому. Вроде его удалось закрыть поначалу. Раздались радостные крики защитников. Но радость их длилась недолго, поскольку вскоре открылся новый разлом и был он в этот раз больше первого.

Несколько воинов Империи присоединились к защите, взяв командование на себя. Но Гелен без колебаний признал, что эти воины являлись умелыми командирами.

Они перегруппировали людей Асои и устанавливаемый ими купол защиты так, чтобы у демонов был лишь один путь к атаке. Тот высокий воин в тёмно-зелёных доспехах, с длинным луком за спиной, полностью взял на себя оборону. Оказалось люди Асои все без исключения знали их язык и понимали его команды.

С лучником прилетел и другой воин. Цвет его магических крыльев был фисташковым, что казалось так не соответствовало крепкой внешности парня. Плотный, невысокого роста юноша оказался умелым мечником. Он взял на себя остальное командование и сам встал в первых рядах.

К нему присоединился и Гелен. Что-то в этом юноше с фисташковым магическим мечом в руках располагало. То, с каким азартом он расправлялся с демонами воодушевляло. Битвы ему явно нравились.

Но, наверное, Гелена больше привлекал магический меч в руках парня. Он тщательно наблюдал, пытаясь понять, как у него получается удержать энергию в образе меча.

Юноша ловко прикрыл засмотревшегося на меч Гелена и что-то проговорил на непонятном языке. Он улыбнулся. Было так сложно поверить, что этот дружелюбный парень прибыл вместе с тем, кто убил Нику. Хотя, возможно, всё было не так как показалось. Он ведь в действительности не видел, что произошло на самом деле.

Гелен вернулся к битве. Эта волна демонов оказалась куда сложнее, среди них были и такие, которые обладали внушительного вида когтями и клыками. Совсем непохожие на людей, да и людьми-то никогда не бывшим, скорее всего.

Магический меч парня очень заинтересовал Гелена. То, с какой лёгкостью он рассекал им врагов восхищало. Свою саблю Гелен уже потерял – её попросту переломил один исполинский демон своей пастью и выплюнул даже не поморщившись. А вот меч Мирта, кажется, так он представился, с этим демоном справился с завидной скоростью. Рассёк пополам, игнорирую толстенную шкуру.

Именно поэтому в этот момент Гелен просто мечтал о своём собственном магическом мече, с тщательностью наблюдая за каждым движением юноши в нелепых зеленоватых доспехах.

Мирт, заметив, как пристально на него смотрят, усмехнулся и знаком показал на свою грудь, туда, где сердце. Он что-то проговорил и сделал движение от которого его магический меч на миг исчез, а затем вновь появился.

Гелену не нужно было понимать слова, чтобы сообразить, о чём только что сказал Мирт, движения ему были понятны. Он попытался повторить и, о чудо, у него получилось призвать магический меч, который оказался насыщенного земляного цвета.

И в тот же момент у него представился шанс этот меч опробовать – одна из тварей как раз неслась прямо на него. Гелен попытался отбиться от демона, но у него не получилось. Меч, едва коснувшись тела противника, растворился. Мирт в очередной раз защитил его от верной смерти, за что Гелен будет ему благодарен ещё очень долго.