Текст книги "Бал потерянного времени"

Автор книги: Анна Руэ

сообщить о нарушении

Текущая страница: 6 (всего у книги 12 страниц)

Глава 12

Первые пары уже начали танцевать. Я смотрела на их слаженные движения: казалось, что у танцующих была общая школа хореографии и теперь они хвастались ею перед остальными гостями.

А что же делать мне? Я вообще не умею танцевать совсем. И уж тем более танцы, которые были в моде двести лет назад. И я стала отчаянно пытаться запоминать все шаги и повороты.

– Позвольте вас пригласить? – Леон поклонился Элоди и протянул ей руку. И хотя она в последние дни часто задирала нос, танцевать с ним она пошла.

Леон – настоящий смельчак, этого у него не отнимешь. Не зная ни одного танца, он просто смешался с танцующими, на этот раз вместе с Элоди. Я невольно засмеялась, глядя на него. Было видно, что он не имел ни малейшего представления, сколько надо пройти шагов и когда повернуться. Но он как-то водил Элоди среди других пар, и они почти не бросались в глаза. И прежде всего потому, что в масках и париках они были неотличимы от остальных гостей.

Вдруг ко мне тоже протянулась рука.

Я заморгала и почти застыла на месте от испуга. На меня смотрел Матс. Он... хотел танцевать со мной!

– Ведь мы не должны привлекать к себе внимания, – прошептал он и улыбнулся краешком губ.

Я испуганно сглотнула, представив себе, что сейчас окажусь на танцполе, и всё же взяла его руку.

– Присмотрите за Бенно? – торопливо попросила я Виллема и подтолкнула к нему брата. – А ты ни на шаг не отходи от Виллема, – строго наказала я ему.

Бенно кивнул, а Матс уже тянул меня в круговорот танцующих. Музыка зазвучала ещё громче, и мне стало ужасно жарко. Никогда ещё я не стояла так близко к Матсу.

К счастью, на мне была маска, и она закрывала мои красные щёки. С другой стороны, хорошо бы сейчас увидеть Матса без маски. Мне было трудно понять, что сейчас творится в его душе.

– Ты узнаёшь их? – спросил он у меня через пару минут, ведя меня в сторону немолодой пары.

Я была так озабочена тем, чтобы случайно не отдавить Матсу ногу, что пока ещё не смотрела вокруг.

– Возможно, это родители Рафаэля, – прошептал Матс. – Как думаешь?

– Да, это они, – сказала я. Теперь и я уловила возможное сходство. Отец Рафаэля был коренастый мужчина с брюшком. Но самое главное – у него тоже не было одной руки. Я заметила это ещё во время турнира. Такое не скроют никакие маски и костюмы.

В отличие от мужа мать Рафаэля была очень маленькой и худой. У неё были светлые волосы, и на турнире она укладывала их в замысловатую высокую причёску.

Леон и Элоди, кажется, тоже их заметили – они всё время танцевали рядом с ними. Мы с Матсом, переглянувшись, тоже стали двигаться в их сторону: может, мы сумеем подслушать их разговор, если окажемся рядом. Но родители Рафаэля танцевали молча, а маски скрывали их эмоции, и мы не могли определить, тревожатся ли они за своего сына.

Мне очень хотелось спросить их об этом, вселить в них надежду, сказав, что мы ищем Рафаэля. Но тут мелодия закончилась, и пара ушла с танцпола.

Леон знаками дал нам понять, что они с Элоди пойдут за ними. А мы с Матсом остались на второй танец.

Если здесь родители Рафаэля – значит, наверняка должны быть и родители Эллы.

Следующая мелодия, которую заиграл оркестр, была более медленной, и кружившийся вокруг нас вихрь сменился спокойными шагами. На миг я испытала облегчение, потому что не успевала запомнить все движения, но тут Матс неожиданно прижал меня к себе, и у меня замерло сердце.

Я и в нормальной обстановке тонула в тёмных глазах Матса. Иногда он смотрел на меня так, будто я единственная девушка на свете. Сейчас в его взгляде было столько тепла, что я даже поверила: всё будет хорошо. Пока Матс смотрит на меня так, мне не страшно ничего на свете, и я просто... счастлива.

Я вдруг поняла одну вещь. Если я сейчас не решусь сказать Матсу о своих чувствах к нему, то, наверное, не решусь на это никогда. Но тут же засомневалась: а что, если Матс всё-таки разочаровался во мне и мои чувства его уже не интересуют?

Нет, я должна рискнуть. Правда, я не могла представить ничего ужаснее, чем получить от Матса отказ, но... эти мысли не могли меня остановить. Я просто лопну, если наконец не скажу ему об этом.

И тогда я прижалась к нему ещё ближе и увидела, как он вытаращил глаза. Вот и наступил тот самый момент. Я больше не могла притворяться, что всё нормально. От волнения у меня шумело в ушах. Будь что будет.

– Матс, – выдохнула я и сглотнула. – Я... в общем, я... – Сердце мчалось галопом. – Я давно хочу сказать тебе одну вещь. Но... до сих пор я этого не сделала, потому что... ну да...

– ...потому что думаешь, что я всё ещё злюсь на тебя? – спросил он. – Да я вообще никогда не могу на тебя злиться. – Он криво усмехнулся. – Во всяком случае, дольше двух минут. Да и то если очень постараюсь. Но иногда всё равно делаю так, чтобы ты не думала, что ты...

– ...что я тебе нравлюсь? – прошептала я пересохшими губами и торопливо выдавила: – Ты... ты мне тоже нравишься. Даже очень. И мне кажется, что не только нравишься, а даже больше.

Матс неожиданно остановился, и я действительно чуть не наступила ему на ногу. Он молчал. Ужасно долго. Слишком долго. Неужели я всё просто придумала?

Я умирала. Здесь и сейчас.

– Почему... почему ты не говорила мне об этом раньше? – У Матса был такой взгляд, словно ему что-то упало на голову. – После того случая на турнире я думал, что ты не хочешь, чтобы мы дружили, как раньше. Ты всегда как-то странно смотришь на меня, когда я рядом.

– Только потому, что я нервничаю, – призналась я.

– Но... Ты для меня самая классная девчонка на свете! Ты ведь сама знаешь! Почему ты так долго... – Матс замолчал, а я после его слов чуть не упала.

– Я для тебя самая классная девчонка на свете?! – В душе у меня взорвался фейерверк из петард, ракет счастья, и они вылетали одна за другой. – Правда?

– Люци Альвенштейн... – он улыбнулся своей самой широкой улыбкой, – так ты до сих пор этого не знаешь? Все уже давно знают – почему же ты не знаешь?

В голове беспорядочно метались разные мысли – и ни одной важной. Оркестр заиграл громче, но я не слушала музыку. Сейчас я наберусь смелости, встану на цыпочки и...

– Дорогие высокородные дамы и господа! – загремел вдруг на весь зал голос, и я чуть не оглохла.

Матс тут же отпустил меня и оглянулся.

Поскольку я ещё не пришла в себя от волнения и видела всё расплывчато, я на всякий случай держалась за Матса.

Перед нами на сцене в конце зала стоял Эдгар и смотрел на участников бала!

Он изменился и выглядел совсем не так, как две недели назад на турнире – казался гораздо старше, словно после нашей последней встречи прошли не недели, а годы. Его лицо потеряло юношескую округлость, и на нём обозначились скулы. Волосы он снова коротко стриг и зачёсывал на пробор.

Разговоры и смех вокруг мгновенно стихли.

– Добро пожаловать! – воскликнул Эдгар. Мне бросилось в глаза, что он единственный не надел маску, и она болталась у него на руке. – Я безмерно рад, что вы откликнулись на моё приглашение и прибыли на бал-маскарад «Через все времена», украсив своим присутствием сегодняшний праздник! Наслаждайтесь этим вечером и празднуйте вместе с нами начало нового времени, отсчёт которого начнётся с этого бала.

Я огляделась по сторонам посмотреть, как гости реагируют на слова Эдгара. Позади меня две женщины начали перешёптываться, и одна из них засомневалась, принадлежит ли вообще Эдгар к высокородным.

– Имел ли он право собрать всех нас? – спросила вторая женщина.

– Не имею представления, – ответила первая. – Но где же Элоди де Ришмон?

Эти негромко звучащие и пропитанные ядом вопросы меня не удивили. Для этих людей происхождение Эдгара играет большую роль. Гости продолжали перешёптываться.

Я не сомневалась, что Эдгар просчитал все шаги. Ведь он совсем не глуп. Даже наоборот. Казалось, его совершенно не волнует, что говорят о нём гости. Они собрались здесь, а остальное не важно.

Вдруг передо мной появилась женщина, и я невольно уставилась на неё. Несколько секунд я находилась в таком замешательстве, что не могла пошевелиться и даже забыла, что надо дышать.

Я знала эту женщину. Я узнала бы её за сотню метров, как бы она ни была одета. Даже маска, закрывающая половину её лица, ничего не меняла. Её движения навсегда впечатались в мою память. Я ведь думала, что она умерла на турнире в Англии... что Эдгар убил её. Но она стояла здесь, прямо передо мной, и протягивала мне поднос с напитками.

Это какой-то абсурд. Баронесса фон Шёнблом предлагает мне что-то выпить! И при этом она, единственная в зале, одета в старинный наряд служанки, какие до недавнего времени были приняты в доме де Ришмонов.

Мне просто не верилось, что такое возможно. Машинально я ещё сильнее сжала руку Матса, когда баронесса устремила на меня взгляд. Но её глаза казались стеклянными, а сама она напоминала механическую куклу. И хотя я ненавидела баронессу всей душой – особенно после турнира в Англии, – мне стало легче оттого, что она пережила нападение Эдгара.

Что же произошло? Почему на баронессе платье служанки, а не один из её дорогих нарядов? И вообще она не похожа сама на себя. Как будто она...

А в следующую секунду я догадалась. Ну конечно! Так Эдгар отомстил баронессе. В конце концов, ведь она годами заставляла его и Хелену прислуживать ей, и он носил униформу слуги.

Так что же Эдгар с ней сделал?

Баронесса выглядела измождённой, даже дряхлой. Но прежде чем я смогла понять, что с ней не так, Эдгар официально объявил начало бала.

Я снова посмотрела на сцену. Эдгар стоял там уже не один, рядом появилась ещё одна фигура. Сначала послышался стук трости, и возле Эдгара остановился мужчина, которого мы никак не ожидали увидеть.

Это был Сирелл де Ришмон.

Глава 13

– Мы все бесконечно рады, что наш высокочтимый Сирелл де Ришмон выздоровел! – сказал Эдгар. Продолжить ему не дали бурные аплодисменты в зале.

Настроение гостей мгновенно переменилось в сторону эйфории. Вернулся их прежний предводитель, и все вздохнули с облегчением. Некоторые даже стали скандировать имя Сирелла. Но я думала только о том, как сильно он постарел.

Впрочем, причина понятна. Сирелл провёл много времени в больнице, где, конечно, не мог пользоваться «Ароматом вечности», и время грызло его.

Я не понимала, как же Эдгар вообще смог освободить Сирелла от действия магического аромата, превратившего его в камень, – ведь его действие считалось вечным.

– Отец!

Крик Элоди. перекрыл громкий гул голосов в зале. Она вырвалась из рук Леона и, подобрав юбку, побежала к сцене.

– Чёрт! – выругался Матс, и я знала причину его недовольства.

Элоди выдаст нас. И если Эдгар пока ещё ничего не знал – теперь он узнает.

Чёрт, чёрт!

В несколько прыжков Элоди взбежала по ступенькам на сцену и бросилась Сиреллу на шею:

– Отец! Ты проснулся! Ты живой!

Но Эдгар тут же оттащил Элоди от Сирелла и что-то ей сказал, после чего она растерянно тряхнула головой.

Сирелл почти не шевелился. Он стоял словно деревянная фигура и не проявлял никаких эмоций.

– У него каменное сердце, – шепнул мне Матс, и при виде этой сцены у меня тоже перехватило дыхание. Всё-таки Сирелл – отец Элоди! Как он может быть к ней таким равнодушным?! Она знала, что он лежит в коме без надежды на выздоровление. Теперь он пришёл в себя, но даже не сообщил об этом дочери!

– Отец, я так рада... – читала я по губам Элоди. Или мне это показалось? Мы стояли слишком далеко от сцены, и я не могла слышать, что она шептала.

Сирелл не удостоил дочь даже взглядом. По её щекам текли слёзы, я видела их даже отсюда.

Я посмотрела на баронессу. Сирелл выглядел так же странно, как и она. Не исключено, что на них действовал какой-то аромат.

Тут на сцену выбежали трое слуг, только что ходивших с подносами по залу. Они схватили Элоди за руки и попытались отвести её без скандала к краю сцены. Элоди подчинилась и не сказала больше ни слова. Мне показалось, что она искала нас глазами в зале и словно просила помощи.

– Извините нас за этот маленький инцидент! – снова обратился к гостям Эдгар. – Как я уже говорил, мы все, конечно, необычайно рады, что Сирелл де Ришмон снова среди нас! – Эдгар повернулся к отцу. – Наступил торжественный момент: наш предводитель хочет объявить всем радостную новость. Это так?

Сирелл сделал шаг. Стукнула трость. Он посмотрел со сцены на гостей.

– Мои дорогие высокородные! Как приятно видеть вас всех здесь, в этом удивительном столетии, когда вся жизнь идёт так, как и должна идти. – Он с заметным усилием опирался на палку, но продолжал говорить твёрдым голосом. Его слова звучали размеренно, словно заученные наизусть. – В самом деле, у меня есть для вас невероятная новость, и она касается моего преемника на посту предводителя высокородных.

По залу пробежал гул, и многие гости посмотрели в сторону Элоди. Но я уже догадалась, что будет дальше.

– По зрелом размышлении я решил освободить Элоди де Ришмон от всех обязанностей моей преемницы.

– Отец! – воскликнула Элоди, но осеклась, увидев, что Сирелл гневно нахмурился.

– Её место, – продолжал Сирелл, – займёт Эдгар де Ришмон, мой давно пропавший сын! – Голос его становился всё громче, чтобы перекрыть возгласы в зале. Сирелл стукнул тростью о деревянный помост, призывая всех к тишине. – Несомненно, для большинства из вас это неожиданность. Но Эдгар – мой родной сын, и он более уместен в роли предводителя, чем девушка. Он сможет достойно возглавить наше общество. – Взгляд Сирелла медленно направился к Элоди. – Элоди де Ришмон, напротив, освобождается от всех обязанностей и всех привилегий семьи. Она больше не высокородная. – Он сделал паузу, и я поняла, что его следующие слова будут ужасными. – Раньше у меня была дочь, но не было сына, – сказал Сирелл. – Теперь у меня есть сын, но больше нет дочери.

Элоди громко зарыдала и, вырвавшись из рук слуг, выскочила из зала. Я заметила, что Леон тут же пробрался между ошеломленных гостей и, стараясь быть как можно незаметнее, побежал за ней.

Я не знала, что и думать, и пыталась осмыслить ситуацию. Что замыслил Эдгар? Действительно ли он хочет стать новым предводителем высокородных? Но это же полный абсурд, и я не представляю его в этой роли! Ведь он ненавидит высокородных!

Но Эдгар и Сирелл де Ришмон на этом не остановились. Эдгар снова вышел вперёд, а Сирелл стоял, опираясь на трость дрожащей рукой.

– Дорогие гости! – снова зазвучал на весь зал голос Эдгара. – Как ваш будущий предводитель, я убеждён, что отныне высокий титул нужно будет заслужить. Таковы правила Нового Времени. В том числе и для нас, высокородных.

Он действительно сказал – «нас, высокородных»?

В зале зашептались. Никто не знал, как отнестись к услышанному. Ведь все присутствующие получили этот титул при рождении. И если в чём у высокородных не было проблемы, так это в том, что они должны что-то зарабатывать.

– Давайте теперь из прошлого, в котором мы сейчас находимся, заглянем в будущее! – крикнул Эдгар залу. – Я приготовил нечто удивительное, и оно примирит вас с новыми правилами.

Шум мгновенно смолк.

– Чтобы развлечь вас вечером, я придумал сюрприз. Как только музыканты оркестра снова возьмут в руки свои инструменты, прошу всех гостей принять участие в танцах. Важное условие: никто не должен снимать маску!

Снова зазвучала музыка, и все устремились на танцпол. Внезапно возле нас появился Даан и позвал нас.

– Что случилось? – спросила я, и Даан с серьёзным лицом кивнул на правый край сцены.

У меня чуть не вырвался радостный крик: на краю сцены стояла Элла!

Она казалась такой же робкой, как и на турнире. Маленькая Элла Фредерикс с длинной каштановой косой. А рядом с ней я увидела Рафаэля де Ришмона! Светлые волосы, плотная фигура – он выглядел так же, как две недели назад, словно за это время ничего не произошло.

Мы нашли их! Наконец-то.

Теперь нужно незаметно вызволить их отсюда.

– К сожалению, они по-прежнему находятся под действием «Тумана верноподданничества», – шепнул мне Даан, и тогда я поняла, что показалось мне странным в баронессе и Сирелле. Эдгар сделал с ними то же самое, что и с двумя детьми.

– Виллем поговорил с их родителями, – продолжил Даан. – Они уверены, что Элла и Рафаэль проходят у Ришмонов обучение, и очень удивились, что мы спросили про них.

– Значит, Эдгар уже контактировал и с ними, – вздохнула я. – Родители уверены, что с детьми всё в порядке и что они делают всё это добровольно.

Даан кивнул:

– Поэтому нам придётся похитить их отсюда против их воли. Сами дети с нами не пойдут – во всяком случае, пока они одурманены магическим ароматом.

И тут я испугалась. Мы даже не подумали об этом, хотя это было так очевидно. Но мы сосредоточились только на поисках. А то, что ребята не захотят, чтобы мы их освободили, нам и в голову не пришло... И пока это было для нас проблемой.

Глава 14

В воздухе витало радостное предчувствие. Гости танцевали, гуляли по залу, всем не терпелось узнать, какой сюрприз приготовил Эдгар. Со всех сторон до меня доносились волны воодушевления; я, как сентифлёр, чувствовала всё, что переживали эти люди. Мне казалось, что радость высокородных кружится по паркету вместе с ними.

Но что кроется за этим? Я снова взглянула на Эдгара; он по-прежнему стоял на сцене и с довольным видом наблюдал за гостями. Неужели он всерьёз собирался участвовать в празднике вместе с высокородными? Вот так, без скрытого умысла?

– Что он задумал? – шепнула я Даану.

Старый ароматекарь озадаченно потёр лоб:

– Не знаю. Нам придётся ждать и внимательно наблюдать за происходящим. Возможно, скоро Эдгар спустится в зал, и тогда нам удастся подойти к ребятам.

Я кивнула и украдкой взглянула на Матса. У меня вдруг запылали щёки. Я же чуть не поцеловала его! При мысли об этом у меня порхали бабочки в животе. Нет, сейчас надо думать о другом. В конце концов, сначала надо позаботиться о Рафаэле и Элле. Мы должны сосредоточиться на этой задаче.

Я должна сосредоточиться!

Я обвела глазами зал. Баронесса в старинном платье служанки, держа в руках поднос с напитками, ходила среди гостей, и двигалась она подобно роботу.

Я поймала себя на мысли, что мне её жаль. Какой бы сильной ни была моя неприязнь – то, что с ней сделал Эдгар, ужасно.

Оркестр смолк, и гости с возгласами восторга вдруг куда-то устремились. Я встала на цыпочки, чтобы разглядеть, в чём дело.

За высокими окнами зала разыгралась настоящая феерия. Невероятно! Это был самый дорогой фейерверк, какой я когда-либо видела! Петарды с треском взлетали в небо – и там расцветали сверкающие огненные розы.

– Я и не знала, что раньше тоже были такие штуки, – прошептала я, когда Матс встал рядом со мной.

Он пожал плечами:

– Я тоже не знал.

Интересно, подумала я, это и есть сюрприз Эдгара? Нет, конечно нет. Не для того он потратил столько сил и средств, чтобы развлекать высокородных.

Фейерверк всё ещё продолжал озарять небо, а в это время оркестр заиграл снова и в более быстром темпе. Танцующие пары вернулись на паркет. Слуги отложили подносы и тоже стали приглашать гостей, которые стояли на краю танцпола.

Это значило: все должны танцевать. Хотя Эдгар после появления Элоди наверняка заподозрил, что мы где-то рядом, – где мы, он всё же не знал. Пусть так будет и дальше.

Матс уже подал мне руку и снова повёл на танцпол. Даан тоже нашёл себе партнёршу – такую старую, что я даже восхитилась, с какой ловкостью они двигались в танце.

Виллем, держа Бенно за руку, показывал ему основные па танца. Мой маленький брат! Это ведь я должна с ним танцевать!

Матс заметил мой взгляд:

– Виллем присматривает за ним не хуже сторожевой собаки. Не переживай. – И он снова крутанул меня – да так, что у меня закружилась голова.

В другом конце зала я увидела Леона и Элоди: их тоже пригласили вернуться на танцпол. Элоди сняла маску. Лицо у неё было опухшим – должно быть, она плакала. Но после всего, что случилось, это никого уже не удивляло. Я чувствовала, как во мне нарастает злость на Эдгара. Наверняка он с помощью магического аромата внушил Сиреллу, что тот больше не любит свою дочь.

Мне было искренне жаль Элоди. Хотя я считала Сирелла монстром, он всё-таки её отец, и у Элоди больше никого нет, потому что её мать, насколько я знаю, давно умерла.

Мне даже трудно представить, как это больно. У моего папы свои чудачества, и мне порой бывает за него неловко, но я люблю его. И он тоже любит нас с Бенно – больше всего на свете. Бенно всегда будет его сыном, а я – дочерью, что бы ни случилось в нашей жизни и как бы сильно мы его ни огорчили.

Фейерверк на улице достиг, похоже, высшей точки. Световые блики плясали на полированных стенах бального зала.

Снова послышались ахи и охи, и под потолком зала поплыли красочные клубы ароматических паров. На нас стали падать мелкие капельки.

– С ума сойти, – услышала я голос Матса и кивнула:

– Действительно, сюрприз.

Эдгар не преувеличивал. Я никогда не видела ничего подобного. Искры рисовали на потолке прекраснейшие картины: цветы, звёзды и даже маленькие флаконы; они мерцали у нас над головой, а потом проливались сверкающим дождём.

Пока мы с Матсом танцевали, я стала искать глазами Бенно. Сначала я его не увидела – цветные облака расползались по залу, висели над головой танцующих, а потом снова взмывали к потолку. Где же он? Я с тревогой шарила взглядом по залу и вскоре обнаружила брата рядом с Виллемом, неподалёку от Даана.

– Давай перейдём туда? – шепнула я Матсу. – Хочу быть поближе к Бенно.

– Сделаем. – И Матс повёл меня по танцполу к моему брату, Виллему и Даану.

Мы двигались среди колышущихся шёлковых кринолинов и развевающихся локонов париков. От напряжения я судорожно вцепилась в Матса, а он, с улыбкой разжав мне пальцы, бросил на меня успокаивающий взгляд. Я перевела дух, но глаз с Бенно больше не спускала. Во всяком случае, я пыталась это делать, хотя поток танцующих всё время уносил нас в сторону.

Мы безостановочно кружились под музыку оркестра, когда среди гостей снова вспыхнуло волнение. Пары продолжали с воодушевлением танцевать, но вокруг стали раздаваться какие-то смешки.

Во мне зашевелились нехорошие предчувствия, и действительно, я снова увидела в зале поднимающийся туман. Что, если фейерверк не главный сюрприз карнавала?

Бенно, к счастью, по-прежнему стоял рядом с Виллемом. Я отыскала и Леона с Элоди. Тем не менее мне показалось, что танцпол как-то... пустеет. Неужели некоторые гости покинули зал? Так рано?

– По-моему, тут что-то не так, – прошептала я Матсу сквозь грохот музыки.

И снова этот поднимающийся от пола туман. На этот раз я заметила его раньше: он полосами тянулся по залу и вскоре растворялся в воздухе.

К фейерверку он не имел никакого отношения – он струился откуда-то ещё. Дождик из искр должен был нас просто отвлекать!

Я посмотрела туда, где стояла баронесса фон Шёнблом, но её там уже не было.

Рядом со мной исчезла женщина в розово-красном шёлковом платье с огромным кринолином, на который я за последние минуты наткнулась раз восемь, не меньше. Её партнёр остался один.

На сцене аплодировал Эдгар:

– Замечательно! Первые уже отправились!

– Уже отправились? – повторил Матс и посмотрел на меня. – Что он имеет в виду?

Очень хороший вопрос. Я насторожилась: ни Эллы, ни Рафаэля на сцене уже не было. Их не было нигде, словно они провалились сквозь землю. Как же мы сможем их спасти?!

Я показала Матсу на опустевшее место, но он и сам уже это заметил.

– С началом нового времени всех вас! – крикнул Эдгар и опять зааплодировал. – Встретимся в веках!

Оркестр тут же заиграл громче, и музыка наполнила зал. До сих пор я как-то не обращала внимания, что оркестр время от времени делал маленькие паузы, после которых каждый раз... в зале оказывалось на парочку гостей меньше. Онемевшими и явно встревоженными оказывались только те, у кого ароматический туман похитил партнёра, – остальные пары, ничего не замечая, кружились в танце.

Как Эдгар это делает?! Как могут люди так внезапно исчезать? И куда они деваются?

У нас под ногами снова пополз туман, и оркестр сделал очередную паузу.

Неожиданно кто-то закричал, и я заметила, как переменилось настроение. Всё больше гостей на танцполе стояли с озадаченными лицами, а многие буквально растворились в воздухе. Зал наполовину опустел. Несколько человек бежали через танцпол к дверям, но двери были заперты. Стоящие возле них прогоняли всех назад. Из бального зала никого не выпускали.

Мы оказались в ловушке. Это и был сюрприз Эдгара.

– Ну... ну... дорогие высокородные дамы и господа! – раздался голос Сирелла. Сидя нога на ногу в кресле на сцене, он наблюдал за толчеей в дверях, а потом стукнул три раза тростью по деревянному настилу.

Эдгар прислонился к колонне на краю сцены и смотрел на гостей.

– Не волнуйтесь! – крикнул он и помахал гостям рукой. – Идите сюда! Наш бал-маскарад только сейчас становится забавным. Продолжайте танцевать и не обделайтесь в свои дорогие панталоны!

Кто-то из гостей неуверенно засмеялся, а оркестранты снова взялись за инструменты. Заиграла новая мелодия. Всех вернули в зал.

Значит, Эдгар постепенно становится самим собой, подумала я. Мне всё сильнее делалось не по себе.

Пары снова закружились в танце словно от безысходности. Видимо, гости были уверены, что, несмотря на численное превосходство, у них нет шансов против слуг Сирелл а де Ришмона. Похоже, они знают его лучше, чем я думала. Но им надо бояться не Сирелла. Им надо бояться Эдгара. Понимают ли они это?