Текст книги "Бал потерянного времени"

Автор книги: Анна Руэ

сообщить о нарушении

Текущая страница: 2 (всего у книги 12 страниц)

Глава 3

Я была дома уже два часа, но голова у меня всё ещё гудела. Но хотя бы не тошнило и я была в состоянии снова отвечать на вопросы Бенно. Я ещё раз крепко обняла своего маленького брата. После турнира в Англии мне было не по себе, когда я надолго оставляла его.

– Ой! – пискнул Бенно, которому надоели мои крепкие объятия. Он даже не заметил моего отсутствия – так быстро волшебный аромат перенёс нас туда и обратно.

В общем, я отпустила его и лишь взъерошила ему волосы.

– Хочешь ещё добавки? – спросил папа.

– Конечно! – кивнула я, и мы вместе с Бенно протянули свои тарелки, которые папа, как всегда, щедро наполнил новой порцией рисовой каши.

Родители по-прежнему находились под действием аромата «Беззаботная нота», и меня ужасно мучила совесть. Аромат выкинул у них из головы буквально все заботы. И хотя это было очень удобно – мне не приходилось ни за что оправдываться перед ними, – я чувствовала себя виноватой, потому что сами они не знали, что с ними случилось. Мысленно я оправдывалась, что делала всё это только для того, чтобы отыскать Эллу и Рафаэля. Ведь я не могла одновременно быть здесь и ходить в школу. Мы ни за что не поступили бы так, если бы ситуация резко не ухудшилась. Но тем не менее мне не казалось это правильным. Как говорится, благими намерениями вымощена дорога в ад.

Отправляя в рот очередную ложку, я дала себе слово больше никогда не делать ничего подобного. Надо было как можно скорее найти другое решение. С такими мыслями, слушая весёлую болтовню родителей, я доела кашу и встала.

– Всё было вкусно, папа! – сказала я и сдёрнула со стула Бенно, не обращая внимания на его протесты. – Мы немного прогуляемся... э-э... подышим свежим воздухом.

– Ну конечно. – Папа улыбнулся с набитым ртом, продолжая жевать. – Делайте что хотите. Всё остальное просто бесполезная трата времени.

В нормальной ситуации я бы засмеялась и поблагодарила его за то, что мне больше не придётся помогать ему дома по хозяйству. Но, увы, мне было не до шуток.

Мама давно уже листала газету. Похоже, тут ничего не изменилось. Хотя теперь она меньше реагировала на новости, но всё-таки читала их.

– Желаю приятного отдыха, – пропела она, не поднимая головы, когда мы уже вышли из кухни в коридор.

– Я хотел попросить ещё добавки, – простонал Бенно и стал упираться. Но я на правах старшей сестры строго покачала головой:

– У нас нет времени, Бенно. Ты вернёшься и поешь, ладно? Сейчас нам нужно пойти в аптеку ароматов. – Ещё совсем недавно я говорила о нашей тайне только шёпотом. Но теперь папа с мамой слышали только то, что им хотелось слышать.

– Ну лаааадно, – простонал мой младший брат и поплёлся за мной. Мне пришлось признать, что он уже не такой маленький: во всяком случае, он быстро понимает по моему тону, важное у меня дело или нет.

* * *

В оранжерее, расположенной прямо за нашей старой виллой, всё было как обычно. Единственное, что менялось, – время цветения многочисленных растений. После всех драматических событий я полюбила оранжерею ещё больше: там всё происходило регулярно и по законам природы. В зависимости от времени года пространство наполняли новые краски и ароматы. Растения вырастают, цветут, вянут и исчезают, чтобы снова возродиться на следующий год.

Такими мыслями о бессмертии я пыталась подготовиться к картине разгрома в аптеке ароматов. Но ведь она снова возродится и расцветёт, уговаривала я себя. Возродится во всём своём блеске и великолепии.

Из сарая для инвентаря мы с Бенно спустились вниз в потайной ход, который вёл в аптеку. Мы много раз ходили по нему, но сегодня ноги у меня словно налились свинцом. С тяжёлым вздохом я открыла дверь.

Как я и ожидала, меня сразу встретила знакомая смесь ароматов. В нашей аптеке пахло как всегда чудесно. Но уже в следующее мгновение я застыла на месте. Мне хотелось закрыть глаза, чтобы не видеть этот ужас. Разноцветные флаконы, в которых бурлила, искрилась, сверкала загадочная жидкость, – где они?!

При виде разгрома, устроенного здесь людьми Эдгара, я каждый раз испытывала почти физическую боль. После нашего возвращения из Англии прошло уже две недели, но аптека выглядела всё хуже. Ни один флакон не стоял на своём месте, хотя Ханна, бывшая хозяйка виллы и наследница аптеки ароматов, приходила сюда убираться каждый день. Ей помогали наш бывший садовник Виллем и его дочь Хелена, но, поскольку всё приходилось тщательно сортировать, каждый этап уборки длился целую вечность.

– Привет! – поздоровалась я, погружаясь в унылую атмосферу, которая встретила нас в аптеке ароматов под виллой «Эви».

Здесь стояла тишина, нарушаемая стуком каблуков Ханны по каменному полу. С усталым лицом она пыталась навести порядок. Услышав мой голос, она тут же подошла к нам с Бенно.

– Как чудесно, что вы пришли, – сказала она и крепко прижала нас к себе. У меня сразу стало легче на душе.

– Мне холодно! – раздался в тишине капризный голос, от которого у меня мгновенно встали дыбом волоски на руках.

Я высвободилась из объятий Ханны и повернулась на звук голоса:

– А что она тут делает?!

В разодранном бархатном кресле сидела Элоди де Ришмон. Как всегда, в платье-футляре, тёмные волосы безупречно причёсаны.

Я ничего не понимала. Гордо вскинув голову, она сидела в нашей аптеке ароматов, да ещё жаловалась, что ей холодно!

Ханна, застонав, бросила на меня извиняющийся взгляд.

– Мне пришлось взять её с собой, – шепнула она. – Не могла же я оставить её одну в моём доме! – Вместо ответа я закусила губу, а Ханна снова повернулась к Элоди: – Тогда в следующий раз одевайся теплее и помоги мне убираться! Движение всегда согревает.

– Что я слышу?! – Элоди вскинула подбородок и прищёлкнула языком. – Я вам не прислуга.

– Нет, конечно, нет – и не уборщица, и не кухарка, я знаю, – согласилась Ханна. – Но раз уж ты у меня в гостях, тебе придётся жить по моим правилам. А значит, иногда вставать с постели, как бы ужасно это ни казалось. – Ханна закатила глаза. – Во всяком случае, чтобы не умереть от голода и не потонуть в собственном беспорядке. Кухарка, уборщица и служанка Хелена Бур уволилась, и заниматься этим больше некому.

Не успела Элоди что-то возразить, как за моей спиной открылась дверь:

– Помощь нужна? Вам хочет помочь самый красивый мужчина на всей Лавандовой улице!

Леон! Ойе!

– Самый красивый, да ещё мужчина? – засмеялся Матс, появившись следом за Леоном. – И о чём ты мечтаешь по ночам, братец?

– Конечно, помощь нам очень нужна! – Ханна улыбнулась Леону. – Но ты мне окажешь неоценимую услугу, если куда-нибудь сходишь с мадам де Ришмон. Тут ей холодно, а у нас нет сейчас ни времени, ни нервов, чтобы решить эту проблему.

Тут усмехнулся даже Бенно, а широкая улыбка Леона, наоборот, погасла, и он как– то неуверенно посмотрел на Элоди.

– Э-э... ладно. На улице светит солнце. Может, прогуляемся по саду?

– Превосходная идея. – Элоди встала с кресла и подала Леону руку. Тот кивнул на дверь, предлагая Элоди идти впереди, а потом с лёгкой паникой на лице повернулся ко мне.

Я улыбнулась уголками губ и показала ему большой палец. Бедный Леон. Ему будет тяжело. Я лучше четыре часа буду надписывать новые этикетки, чем хоть одну минуту шляться с Элоди по саду! Но Леон есть Леон. Он расправил плечи и попытался начать разговор о погоде. Из коридора до нас донеслись его торопливые фразы, потом скрипнула дверь сарая, и снова стало тихо.

Развеселившись, я повернулась к Ханне. Она покачала головой и снова взялась за работу. Я сделала несколько шагов по разорённой комнате, пытаясь решить, с чего начинать. Глаза остановились на одной из полок, где стояли пока ещё не рассортированные флаконы. Но сначала мне захотелось осмотреть всё помещение.

Дверь в кабинет была распахнута. За ней слышался голос Виллема. Слов я не разобрала, но поняла, что он там не один. Я подошла к шкафу, стоящему возле двери. Кабинет был небольшой, там помещались только письменный стол с дисковым телефонным аппаратом и картотечный шкаф с поднимающейся шторкой, где хранились старые записные книжки Даана. Мы не пользовались кабинетом, только проходили через него в лабораторию, где хранились наши ароматические вещества и дистиллятор.

Тут я услышала какой-то неразборчивый шёпот. Это была Хелена, дочь Виллема и... мать Эдгара.

После возвращения из Англии я ещё ни разу не говорила с Хеленой. Просто не знала, что ей сказать. И скорее всего она чувствовала то же самое – после всего, что устроил Эдгар. Наверняка она, мать, тоже считала себя виноватой, и ей было неловко за своего сына. Или нет? Я этого не знала.

– Он не только похитил Бенно, – услышала я слова Виллема. – Пойми же! Он похитил и двух других детей, одурманив их очень опасными ароматами!

Хелена не ответила.

Виллем вздохнул:

– Я не смогу помочь Эдгару, если ты не поможешь нам. По крайней мере, расскажи мне, что тебе известно о нём. Даан ищет его. И Бонски тоже. Рано или поздно они его найдут. Ты же сама понимаешь! И чем раньше это случится, тем будет лучше для всех.

– Но как я могу быть уверена, что вы не причините Эдгару зла? – дрожащим голосом спросила Хелена. – Ведь вы давно махнули на него рукой и, по-моему, не остановитесь ни перед чем, если...

– Эдгар мой внук! – Виллем повысил голос. – Поверь хотя бы мне! Ему никто не причинит вреда. Я позабочусь об этом, Хелена. Но... – Виллем тяжело вздохнул. – Его нужно остановить. Ты должна это понять.

– Хорошо, – неуверенно ответила Хелена. – Если ты обещаешь, что с Эдгаром ничего плохого не случится, я тебе верю.

– Спасибо, – сказал Виллем, а я поскорее повернулась к соседней полке и стала разбирать флаконы, чтобы он не заметил, что я подслушивала.

Глава 4

Во второй половине дня я с уцелевшими флаконами, которые мне удалось найти в аптеке ароматов, пришла к плавучему дому, где жил Даан. Мы договорились встретиться и обсудить, что делать дальше. Ведь время безвозвратно уходит. За эти две недели мы так и не нашли Эллу и Рафаэля. Они наверняка по-прежнему находятся под действием «Покорного облака» и делают для Эдгара то, что он требует. Мы не имеем права оставлять в его власти этих детей – ведь они всего на два-три года старше моего шестилетнего брата.

– Люци, подожди! – услышала я за спиной голос Матса. Он соскочил с велосипеда и, прислонив его к перилам лестницы, спускавшейся к каналу, побежал по мосткам ко мне.

– Ты рано приехал, – сказала я, не понимая, зачем Матс помчался за мной. – Встреча начнётся через полчаса.

– Я знаю. Но ведь ты тоже приехала раньше.

Мне показалось, что он нервничает, а когда он отступил от меня на шаг, я тут же поняла, что между нами всё ещё висит в воздухе нечто невысказанное. В последние дни я застывала при появлении Матса, словно деревянная фигурка, и это было нелепо. Я уже просто не знала, как с ним себя вести. Ведь, с одной стороны, в Англии я выяснила, что Матс испытывает ко мне гораздо более сильные чувства, чем я думала: когда я стояла рядом, сердце у него бешено колотилось.

Сначала я обрадовалась этому, но потом, увы, всё пошло наперекосяк, причём по моей вине: я воспользовалась своим талантом сентифлёра, чтобы узнать о его чувствах, и теперь у меня перед глазами стояло разочарованное лицо Матса, который это заметил. И хотя потом он сказал, что больше не обижается, наши отношения с тех пор стали непростыми. Я часто спрашивала себя, не изменились ли его чувства ко мне. Может, я теперь ему не нравлюсь? Мне было ясно: я должна срочно поговорить с ним... Но как начать этот непростой разговор?

Не успела я что-то сказать, как Матс постучал в дверь плавучего дома.

– Даан много всего умеет, я знаю. – Он подмигнул мне. – Но вот дара ясновидения у него точно нет. И скорее всего он не откроет сейчас дверь, потому что не догадывается, что ты уже пришла и стоишь тут ждёшь.

Я вымученно улыбнулась шутке Матса, а уже в следующее мгновение дверь открылась.

– Люци, Матс! – удивился Даан. – Как хорошо, что вы тут! Заходите! У нас столько дел. Я просто не знаю, за что браться.

Мы прошли за ним по узкому коридору в дом-лодку – такой же причудливый и запутанный, как вилла «Эви». Здесь в кадках росли деревья разной высоты, и я всегда боялась заблудиться, если хоть на шаг отстану от хозяина в этом странном месте. Мне очень нравился плавучий дом Даана, почти так же, как и наша вилла «Эви». И в воздухе здесь даже висела похожая смесь запахов, ещё издалека возвещающая о соседстве с аптекой ароматов.

Я снова мысленно поблагодарила Бонски за то, что он заблаговременно, пока мы были на турнире, перенёс в безопасное место ценные флаконы и вещества. Если бы не его предусмотрительность, нашей аптеки ароматов, пожалуй, уже бы не было, и мы бы утратили сразу все магические ароматы. Но, к счастью, Бонски умеет заглядывать вперёд, и они вместе с Дааном оборудовали в трюме дома-лодки временную лабораторию.

Даан кивнул нам, и мы спустились следом за ним по винтовой чугунной лестнице.

– Мне срочно нужна ваша помощь. Тут слишком много флаконов, горшочков и тиглей. Я уже в них запутался.

При виде бесчисленных разноцветных флаконов у меня от радости захватило дух. Я вдыхала сохранившиеся в воздухе следы когда-то созданных ароматов, и меня постепенно наполняло знакомое ощущение счастья. Всё выглядело почти так же привычно. Аптека ароматов не разгромлена – просто она на время переселилась в плавучий дом Даана.

– С огромной радостью! – ответила я и спросила, что нужно делать.

Даан поручил нам рассортировать флаконы по категориям, а сам принялся разбирать наш старый дистиллятор, чтобы его тщательно прочистить.

Радуясь, что наконец снова попала в аптеку ароматов, я взялась за работу. Не отвлекаясь на разговоры, мы с Матсом сортировали ароматы. Сначала на вечные и мимолётные, а затем по их действию – некоторые обладали лечебным эффектом, другие причиняли боль, третьи вызывали сновидения и так далее.

От радостного волнения я часто путала флаконы, но Матс каждый раз деликатно меня поправлял.

Оказываясь рядом с ним, я каждый раз лихорадочно искала возможность легко и беззаботно начать разговор о наших чувствах. Но как только я вспоминала его разочарованное лицо... Я прикусила губу, чтобы не ляпнуть какую-нибудь глупость. Погружённая в свои мысли, я разбирала флаконы. Всё-таки это было хорошо знакомым занятием.

* * *

Так, молча, мы проработали целый час. Наконец я поставила на полку последний флакон, пошевелила плечами, разминая их, и повернулась к Даану:

– А что, Виллем пока ещё не нашел карту ароматов? – поинтересовалась я, хотя уже знала, каким будет ответ старого ароматекаря. Ведь карта исчезла после того, как я по собственной глупости показала Эдгару аптеку ароматов. Тогда я доверяла ему. Но всё же в душе я надеялась, что карта просто случайно попала не на своё место и скоро отыщется.

– К сожалению, нет, – как и ожидалось, буркнул Даан. – Это было бы слишком хорошо, чтобы быть правдой. Наверняка она у Эдгара, и он знает, как ею распорядиться. – Даан помолчал, потом отложил в сторону тряпку, которой протирал дистиллятор, и серьёзно посмотрел на меня. – Люци, я тут думал над тем, что сказал Матс. О том, что у нас более сильная позиция, чем у Эдгара, и... Я считаю, что нам самое время воспользоваться нашим превосходством.

– Что вы имеете в виду? – спросила я.

– Нам нужна помощь. – Даан почесал подбородок. – Помощь Элоди.

От возмущения у меня перехватило дыхание. В первый момент я пыталась себя убедить, что ослышалась и неправильно поняла Даана. В последнее время он постоянно что-то бормотал, погружённый в свои мысли, и часто даже было трудно сообразить, что он имел в виду.

– Мы блуждаем в темноте, Люци. – Даан наклонил голову набок и взглянул на меня. – И у нас больше нет времени. Мы должны наконец найти Эдгара. Поэтому я попросил Виллема и Ханну пригласить Элоди на нашу встречу.

Я глотнула воздуха, а Матс положил руку мне на плечо.

– Виллем пытался найти родителей Эллы и Рафаэля, – продолжал Даан. – Но они тоже внезапно исчезли. По словам их соседей, вроде бы уехали в отпуск в Италию. Это уже странно. Кто уезжает в отпуск в такой ситуации? – Он снял очки и провёл ладонью по лицу. – Нам пора действовать. И у нас нет другого выхода – придётся позвать на помощь Элоди.

Меня успокоило тёплое прикосновение Матса, и я постаралась взять себя в руки. Меня охватили сомнения. Я хотела понять Даана и как можно скорее найти возможность помочь Элле и Рафаэлю, но в то же время не желала ни минуты видеть рядом с собой Элоди, и уж тем более посвящать её в наши дела. При её попустительстве мой брат оказался в опасности и чуть не умер. Из-за неё! Я никогда ей этого не прощу.

Ни при каких обстоятельствах.

– Вы уверены, что мы действительно можем посвятить её в наши секреты? – спросила я, пытаясь как можно осторожнее высказать свои сомнения, хотя мне больше всего хотелось заорать во всю глотку: «НЕТ, НИ ЗА ЧТО!»

– Люци, – Даан слегка улыбнулся, – Элоди давно знает все секреты аптеки ароматов. Она и сама изготавливала некоторые ароматы, и, возможно, ей известны кое– какие рецепты, придуманные Эдгаром, но только она помалкивает. К тому же она сентифлёр. А этот талант... я считаю, что у неё он более мощный, чем мы с тобой думаем. Тебе предстоит открыть ещё столько тайн. Поэтому нам нужно приложить все силы, чтобы Элоди поделилась с нами своими способностями и знаниями. Боюсь, это возможно лишь в том случае, если мы пригласим её к сотрудничеству.

Я скрестила руки на груди:

– Почему вы считаете, что Элоди вообще станет нам помогать? Она как-то не слишком славится своей добротой и самоотверженностью.

– Возможно, – согласился Даан. – Но всё-таки я абсолютно уверен, что мы можем рассчитывать на её поддержку. Посуди сама: эта девушка не только потеряла отца – её предали все, кому она доверяла. Кроме нас, у неё никого не осталось. Поверь мне – Элоди обязательно будет нам помогать... если только мы дадим ей такую возможность.

Я не нашла ни одного довода, чтобы возразить Даану, сказала только, что не держу на Элоди зла. Ничуточки.

Потом повернулась к Матсу:

– А ты как считаешь? – В моём голосе прозвучало всё моё недовольство.

Матс развёл руками:

– Я считаю, что Даан прав. Хотя лично мне не хочется видеть Элоди среди нас.

– Тогда ладно, – буркнула я и сдалась. Я опять боялась сказать что-нибудь, о чём потом буду жалеть.

Тут зазвенел звонок, и я вздрогнула.

– А! Вот и они! – Даан шагнул к винтовой лестнице и позвал нас за собой.

В салоне мы поздоровались с Виллемом, Ханной и Элоди. Я изо всех сил старалась не хмуриться. На Элоди по-прежнему было платье-пенал, но волосы она на этот раз убрала в высокую причёску. Проходя мимо, она уколола меня взглядом. В салоне сразу запахло жасмином – её любимыми духами.

Даан не стал терять время и положил на стол записную книжку в кожаном переплёте, которую я нашла под письменным столом Сирелла в резиденции «вечных».

– Скорее всего там нет ничего, что помогло бы нам, – сказал он. – Ведь Эдгар положил её просто как приманку. Но я надеюсь, что вы обе, применив ваш талант, что-нибудь обнаружите. – Он посмотрел сначала на Элоди, потом на меня. – Ведь что-то всегда остаётся. Эдгар действовал крайне нагло. И всё-таки... каждый оставляет следы. Пожалуйста, исследуйте эту книжку и попытайтесь извлечь из неё всё, что сможете.

Всё это время Элоди сидела с гордо поднятой головой, а меня чуть не тошнило при мысли о том, что мне придётся работать вместе с ней. Но ведь сейчас речь не обо мне, а о том, что нужно найти Эллу и Рафаэля.

Даан кивнул мне, словно прочёл мои мысли:

– Может, вы поработаете вдвоём? А мы, чтобы не отвлекать вас, подождём здесь. Вы просто позовите нас, когда будет нужно.

Я молча кивнула, показала Элоди на винтовую лестницу и первой спустилась вниз. Нам понадобятся наши флаконы, чтобы определить то, что невозможно увидеть глазами.

В трюме я кратко объяснила Элоди, как рассортированы ароматы. Всё остальное ей предстояло выяснить самой.

Элоди не обращала внимания на мою враждебность. На её губах даже играла осторожная улыбка.

– Спасибо, Люци, – сказала она. – Вот уж никогда не думала, что ты пустишь меня в вашу ароматеку.

– Скажи спасибо Даану. Это его идея. – Я швырнула на стол записную книжку в кожаном переплёте – так, словно возвела между нами стену. – Давай начнём.

Элоди никак не реагировала на мои колкости, даже бровью не повела. Вместо этого она посмотрела на записную книжку и спросила:

– Что ты предлагаешь?

Вообще-то я была уверена, что это она засыплет меня указаниями, лишь бы показать, что я разбираюсь во всём хуже неё и что у меня мало опыта. Она только притворяется такой деликатной? Да наверняка.

– В общем... – Я кашлянула. – Давай сначала попробуем вот это. – Я подошла к полке, взяла свой новый флакон и протянула его Элоди.

– Что это? – Элоди посмотрела на этикетку. – Такого аромата я ещё не знаю.

– Я придумала его только что. Это «Пар оракула». Он покажет нам – по крайней мере, теоретически – то, о чём человек умалчивает. Он отыскивает тайны, оставшиеся на предметах, и может что-то рассказать о встречах, случившихся в прошлом. Если нам повезёт, аромат, возможно, расскажет что-нибудь о прежнем владельце записной книжки. О том, что он сделал или сказал, когда она лежала рядом с ним.

Элоди вытаращила глаза:

– Это же как раз то, что нам нужно!

С трудом преодолев неприязнь, я заставила себя показать Элоди мой новый аромат. В конце концов, Даан говорил разумные вещи: нам нужна помощь Элоди, так как мы до сих пор в полном тупике. Поэтому я открыла «Пар оракула» и капнула на книгу. Над каплей тут же заклубился пар всевозможных оттенков зелёного цвета и застлал нам глаза.

В следующее мгновение раздался какой– то непонятный шум. Звук был глухой и вырывался к нам из зелёного пара. Шум снова затих, и мы по-прежнему ничего не видели. Из тумана струилось лишь какое-то настроение или... я не знала, что это, и ещё сильнее сосредоточилась на тумане над книжкой. Из него клубилось что-то непонятное, похожее на пену от моющего средства. Что-то, чего я не могла уловить.

Во мне зашевелилось нехорошее предчувствие, но я всё равно вдыхала и вдыхала аромат. Меня подгоняла неукротимая решимость, которая исходила не от меня. Появилось ощущение, что мной управляет чужое чувство. Вдруг мне ужасно чего-то захотелось: во мне зашевелилась зависть – ко всем, ко всему, а родившаяся во мне ненависть охватила душу. Ненависть к Элоди, к «вечным», Сиреллу, баронессе, а ещё к Даану и Виллему и... ко мне самой! Во мне бурлила ненависть, и я чуть не задохнулась от неё. Тяжело дыша, я хватала воздух, но лёгкие свело судорогой, и у меня началась паника.

Стукнув кулаком по столу возле записной книжки, я прохрипела в полном отчаянии «Прекратить!», но туман так плотно окутал меня, что я, растерявшись, утратила все ориентиры. Здесь ли ещё Элоди? Где я вообще нахожусь – всё ещё в плавучем доме Даана? Кто я вообще такая? Из-за этой завладевшей мной ненависти я не узнавала себя.

Где-то далеко, в тумане, хрипло дышала Элоди, но я её не видела. Изо всех сил я сделала вдох и набрала в лёгкие как можно больше воздуха. И сразу что-то изменилось. Я почувствовала себя совсем маленькой, глупой и никчёмной. Я поняла, что я никто, ноль без палочки, не нужный никому на свете человек. Меня накрыла волна тоски. Мне не давало покоя что-то ещё: я что-то искала и непременно хотела найти, но не имела ни малейшего представления, где мне надо искать.

В следующий момент снова всё изменилось. Вспыхнула ярость и ещё более сильная ненависть ко всем, кто внушил мне, что я глупый. Хотя это они глупые! Это они никому не нужны, а я – я ведь настоящий гений и единственный в этом мире, от которого зависят все.

«Единственный?» – мысленно переспросила я. Почему я думаю о себе в мужском роде?!

Я снова закашлялась и поперхнулась. Но тут кто-то похлопал меня по спине и протянул стакан воды. Одновременно я ощутила дуновение ветра, туман начал рассеиваться, и воздух стал свежим. Я взяла стакан и стала пить.

Кашель прошёл, и я увидела трюм дома– лодки. Возле меня стояла Элоди. Она забрала у меня пустой стакан. Кроме того, она открыла один из круглых иллюминаторов и проветривала каюту.

– Как ты, тебе лучше? – спросила она. – Ну и мощный же аромат ты состряпала!

– Что... что это было? – Я тупо смотрела на Элоди: она выглядела совершенно нормально, не то что я.

– Это были чувства Эдгара – они остались на кожаной обложке, – а твой «Пар оракула» сделал их ощутимыми для нашего сердца. Ты забыла? Мы сентифлёры! Мы иногда так сильно воспринимаем чувства других, словно они наши собственные.

Я без сил рухнула на стул.

– Такая ненависть... и одновременно такая... мания величия, – пробормотала я. – Неужели Эдгар испытывает это?

Элоди кивнула:

– Если твой аромат не обманывает, тогда так и есть. Впрочем... ничего подобного я никогда не испытывала.

Я жадно глотала свежий воздух, не зная, что и сказать. Ведь Элоди только что спасла меня. Но мне не хотелось даже думать об этом и уж тем более благодарить её. Хотя без её помощи я, возможно, и не смогла бы освободиться от этого аромата.

– Эдгар ищет что-то конкретное, да? – спросила я.

Элоди села напротив меня на край стола:

– Я тоже это почувствовала. Вот только вопрос – что он ищет. Ты могла бы это выяснить?

– Нет. – Я покачала головой.

«Бесполезный, идиотский флакон», – добавила я мысленно. Мой «Пар оракула» чуть не отправил меня на тот свет и ничем нам не помог.