Текст книги "Кудряшка не твоя. Второй шанс (не)возможен (СИ)"

Автор книги: Анна Лапина

сообщить о нарушении

Текущая страница: 1 (всего у книги 13 страниц)

Анна Лапина
Кудряшка не твоя. Второй шанс (не)возможен

Глава 1

Олеся

Раздраженно поглядываю на дверь директора школы, куда собираюсь отдать дочь. Мы еще две недели назад прошли с дочерью вступительные экзамены, и нас приняли, но не в тот класс, куда нам нужно. Хотя и я, и моя подруга просили, чтобы наших дочерей зачислили в один класс.

– Ты там еще долго? – спрашивает муж в трубке. На фоне жужжит фен, что вызывает у меня легкую улыбку.

Оставь Андрея с дочерью одних дома, и дом превратится в салон красоты.

– Жду еще! – устало вздыхаю.

– Так у тебя еще сорок минут назад встреча должна была состояться, – напоминает он, будто я забыла. – Я тебя специально записал так, чтобы ты потом успела в автошколу!

– Там какая-то важная шишка у него в кабинете, – раздраженно рассказываю. – Попросил немного подождать. Но я уже почти час здесь сижу! Еще немного, и опоздаю!

– Надо было мне с тобой ехать! – недовольно отвечает муж. – Я бы быстро им показал, что к чему.

– Ладно уж! Оставь! – бросаю, взмахнув рукой. – Главное, чтобы директор пошел на уступки, и Илю перевели в один класс с Ирой. Иначе будет трагедия! И у нас, и у Айдаровых!

Моя дочь еще не сильно капризничать будет, а вот Ира устроит родителям апокалипсис.

– Если не выйдет, я сам съезжу и все решу, – заявляет муж со всей готовностью.

– Андрей, не стоит, – прошу, потому что знаю его методы воздействия на людей. Заплатит. А потом и без того дорогущая школа будет тянуть из нас деньги.

– Я сам решу, надо или не надо, – обрывает меня, отчитывая. – Это комфорт моей дочери. Кто, если не я?

Его ответ вызывает улыбку, особенно если учесть тот факт, что Иля ему не родная дочь. Ильяна – моя дочь от первого брака. Правда, бывший муж даже не знал, что я беременна, когда мы развелись.

С Андреем мы поженились, когда малышке было три года. Но Андрей полюбил ее всей душой, и порой мне кажется, что больше, чем меня.

Она его маленькая принцесса, которую он готов баловать каждую секунду. Его избалованная папина дочь.

Да и Кудряшка, как мы называем дочь из-за ее кудрей, в нем души не чает. Первым делом утром всегда обнимает его, а уже после замечает меня.

Я не ревную дочь к нему. Я счастлива, что в ее жизни есть такой человек. Папа, который ради нее готов горы свернуть.

– Олесь, – муж переходит на шепот, – а твои гели все отмываются? Кудряшка мне что-то нанесла на волосы, бараньи закорючки на голове сделала, чтобы я на нее был похож… Водой же смоется, да? У меня завтра важная встреча.

– Ну не знаю, – тяну с улыбкой. – Смотря какой гель… Возможно, будешь ходить барашком неделю…

Андрей – удивительный человек. Илю любит так, что ни в чем ей отказать не может. Однажды он с розовыми ногтями ходил на работу, как-то с заколками, и теперь пришла очередь гелей.

Гели все отмоются, но не поиздеваться над супругом – нельзя. Грех!

Несдержанно хохочу, представляя Андрея с кудрями и бантиками.

– Олесь, купи что-нибудь, чтобы срочно отмылось! – панически просит муж. – У меня завтра важные переговоры. Если я приду туда как барашек кучерявый, меня никто всерьез воспринимать не будет.

В ответ продолжаю смеяться.

И ведь даже не учится на своих ошибках. Если Кудряшка завтра попросит вновь гель нанести – он согласится.

Андрей – лучший отец для моей дочери.

– Подумаю, как решить твою проблему, – отвечаю ему, с трудом прекратив смеяться.

Надо будет дочери еще лаки для волос показать. Пусть пробует новую процедуру в своем домашнем салоне красоты.

Увожу взгляд в сторону кабинета директора, чтобы проверить, вышла важная шишка оттуда или нет, но замираю. Мой взгляд упирается в мужчину, который смотрит на меня.

Секунду вглядываюсь в знакомый силуэт и пораженно замираю, узнав в мужчине своего бывшего мужа.

Максим…

Отец моей дочери…

Тот самый мужчина, от которого я сбежала в свое время…

Максим

– Долго еще? – ворчит Ксюша – впервые с того момента, как мы пришли сюда, оторвавшись от листания ленты.

– Не знаю, – равнодушно бросаю, изучая документы, которые мне предоставили.

– Зачем вообще это нужно, Максик? – ноет она, надув свои и без того пухлые губы. – Не понимаю! За этих детей отвечает государство! Зачем тратить на них деньги? Тем более на какую-то там школу…

А я не понимаю, зачем иду на поводу у отца и женюсь на тебе.

Бросаю в ее сторону раздраженный взгляд, и невеста тут же выпрямляется и цепляет на лицо улыбку, поняв, что перегнула палку.

– Ну, то есть… – пытается она оправдать свою эгоистичную натуру и привычку думать лишь о себе. – Не понимаю, почему они в обычной государственной не могут учиться? Зачем им эта навороченная? Все равно ведь и там, и там научат и считать, и читать, и прочее.

– Потому что даже среди детдомовских детей есть одаренные, – сдержанно тяну, скрывая свои истинные чувства к невесте. – И благотворительный фонд моей семьи дарит гранты на образование таким детям. Или, по твоему мнению, они не заслуживают такого? – с вызовом бросаю ей.

– Ты… ты злишься на меня, Максим? – состроив невинную мордашку, спрашивает Ксюша. – Я не хотела, просто я думала, что мы сегодня свадьбой будем заниматься, а мы здесь и…

Тошнит от ее наигранности.

Я женюсь на ней такой. Зачем она и дальше продолжает фальшивить? Одно дело, когда ее задачей было охмурить меня, но сейчас-то уже все бессмысленно.

Она станет моей женой в любом случае.

Я отвечаю за свои ошибки.

– Привыкай к этому, Ксюша, – строго чеканю. – Вся женская часть моей семьи занимается благотворительным фондом. И моя мать, и моя сестра. И даже ты отныне будешь этим заниматься.

Наказываю и ее за ее ошибку. Более чем уверен, что она подстроила все. Ведь три года ничего не было, а здесь раз – и беременна.

Ксюша заметно старается унять свое негодование, но держит улыбку, чтобы не показать свою истинную натуру.

Ксюша из хорошей семьи. Единственная и любимая дочь бизнес-партнера моего отца. Избалованная куколка с единственным желанием удачно выйти замуж и продолжить дальше жить в свое удовольствие.

Не люблю таких девушек. Без целей. Без амбиций. Без собственного мнения. Но скоро Ксюша станет моей женой. Спутницей жизни, той, кто подарит семье долгожданного наследника.

Отец возлагал надежды о наследнике на мою младшую сестру, но ее муж четко дал понять, что его детям есть что наследовать. Эстель, моя сестра, позицию мужа поддержала. И все свалилось на меня.

Более двух лет отец давил на меня с этим браком, но я отказывался. А три года назад я сдался и предложил компромисс. Публичный роман. Для галочки.

Но Ксюша знает, как управлять мужчинами, и вскоре наш публичный роман превратился в настоящий. Хотя я никогда не воспринимал это как роман. Мы вместе появлялись на публике, подтверждая альянс наших родителей. И я периодически приезжал к Ксюше, когда моему организму это требовалось. Мы всегда предохранялись, но неделю назад Ксюша объявила о своей беременности. За столом с нашими родителями. Так моя любовница стала невестой.

Ребенок мой. Это я точно знаю. Ксюша не так глупа, как хочет казаться. Она не стала бы мне изменять. Ее измена означала бы конец наших отношений и пути к сумашедшему богатству, каким ее семья никогда не обладала и не сможет обладать.

Нет, я не жалуюсь на свою жизнь. Я более чем доволен. Ребенка я всегда хотел. Да и Ксюша привлекательная девушка. Знает, как себя вести в обществе. Когда лучше промолчать, а когда можно высказать свое мнение. Опять же в плане близости меня вполне устраивает.

Я почти всегда на работе, поэтому времени с ней общаться и наблюдать ее эгоистичность и избалованность у меня мало.

То, что нужно для меня! Ребенок, красивая жена для картинки и довольный отец.

Этот брак – выгодная сделка моих родителей и родителей Ксюши.

А тот брак, который я выбрал сам – я сам же и разрушил…

– Извиняюсь за ожидание! – директор школы возвращается в свой же кабинет в компании тучной, но внешне приятной женщины. – Познакомьтесь, это Светлана Викторовна! Она любезно согласилась выделить несколько дней и съездить в детский дом, чтобы провести тесты. Для пятиклассников в один день, а для первоклассников в другой. По результатам будем распределять места, – произносит, опускаясь в свое кресло. – Наша школа также подумала, и мы согласны поспособствовать и организовать дополнительный класс для ваших детей!

– Нет! – резко отвергаю его предложение. – Я бы хотел, чтобы дети из детских домов были перемешаны с другими детьми. Не стоит сразу же отделять. Для таких детей важна социальная адаптация.

– Да, как скажете!

Они согласны на все. Лишь бы моя семья лично проспонсировала школу. Мне уже намекнули на обновление спортзала, и я любезно согласился.

– А вот от дополнительных мест мы бы не отказались, – с нажимом произношу.

– Да, конечно! – восклицает директор. – Светлана Викторовна, что скажете?

– Предлагаю в понедельник провести тест для пятиклассников и в среду для первоклассников, так как они требуют больше внимания, – мягко произносит женщина. – Устроит?

– Я должен буду присутствовать? – уточняю, мысленно достав свой ежедневник и попытавшись найти окно в эти дни. Ни одного… Сегодня единственный более-менее свободный день.

– Желательно, – тянет она.

Так-с, и что делать?

Бросаю взгляд на свою невесту, оценивая на предмет помощи, но быстро замечаю, что она вновь в своем телефоне. Вздыхаю и возвращаю свое внимание на женщину.

– Моя сестра будет, – говорю Светлане Викторовне. – Она является учредителем благотворительного фонда.

Эстель сейчас занята своими делами, но думаю, что сможет выделить время для тестов. А если и она не сможет, то что-нибудь придумаю.

– Хорошо! – кивает женщина.

– Спасибо вам за встречу! – благодарю всех, собрав предварительные документы обратно в папку. Встаю на ноги и бросаю взгляд на невесту. Та не реагирует на меня. – Ксюша, мы уходим! – отвлекаю невесту от ее телефона.

– Да? – вскакивает радостно. – Пойдем! Наконец, – первой несется на выход, вылетев словно пробка. Даже меня не ждет.

Что я там говорил про то, что она знает, как себя вести? Это явно относилось к многочисленным светским вечерам, где она любит блистать, а не тех мест, где ей неприятно быть.

Когда у нас появится ребенок, ему явно нужна будет нянька. Ксюше будет на него плевать.

Пф-ф! Родит ребенка – и пусть катится куда хочет. Готов ей пожизненное содержание на островах оплачивать.

– Еще раз до свидания, – прощаюсь с директором и Светланой, после чего покидаю кабинет.

По пути застегиваю свой портфель, куда засунул документы, которые нужно будет отдать матери и директору детского дома.

Оглядываю уже пустой коридор и смотрю в сторону выхода, закатив глаза, когда не обнаруживаю Ксюшу.

Сбежала.

– Ну не знаю. Смотря какой гель… Возможно, будешь ходить барашком неделю, – звучит за спиной женский голос, который заставляет мое сердце остановиться. А затем счастливый мелодичный смех, разрывающий сердце.

Это не может быть она!

Меня оглушает. Воспоминания обрушиваются ливнем, подталкивающим меня к пропасти.

Оборачиваюсь в сторону звука и замираю при взгляде на ту, что покорила мое сердце много лет назад, а потом ушла… по моей вине.

Делаю шаг к ней.

Девушка с волнистыми волосами вскидывает взгляд, и наши глаза встречаются, ломая нас двоих, как две спички, что уже сгорели… Заставляют пепел гореть дальше.

Моя Олеся… Здесь… Передо мной…

Делаю еще один шаг и Олеся словно ошпаренная вскакивает со скамейке, на которой сидела. Судорожно подхватывает свою сумку и отворачивается от меня. Трясущимися руками, она стряхивает с плеч свою густую волнистую копну волос. Она словно бы пытается скрыться за этими волнами. От меня. От нашей встречи и собственного волнения.

Никогда не видел ее с такими волосами. Она обычно всегда выпрямляла, считая кудри неухоженными и некрасивыми. Но она явно ошибалась. Ей так идут эти волны…

Метры, что разделяют нас и мгновения, что я изучаю ее – кажутся бесконечно длинными. Перед глазами проносятся все что мы пережили вместе. Все ссоры, печали, и сразу же их перекрывает то, счастье и любовью, что были между нами всегда…

Пока я не совершил роковую ошибку. Обвинил жену в том, что не может держать язык за зубами. А сам то? Не смог тогда промолчать…

Внутри все сжимается от чувства жалости, злости и бессилия.

Олеся кажется нимфой, что исчезнет с секунды на секунду.

Дверь кабинета директора вновь открывается. Светлана Викторовна уходит, минуя меня, будто меня здесь нет. Сразу же за ней выглядывает директор. Мужчина осматривает коридор и останавливает свое внимание на Олесе.

– Олеся Игоревна, извиняюсь за ожидание! – расплывается он в улыбке. – Проходите! Поговорим!

Олеся медленно оборачивается к нему. Несколько секунд смотрит на него, затем на меня и гордо вскидывает подбородок.

– Я спешу, Михаил! Вы задержали нашу встречу на целых сорок минут! Завтра муж зайдет и решит все проблемы лично, – бросает он властным, уверенным тоном с легкой ноткой вызова.

Одним лишь ответом она отвечает директору и одновременно мне. Дает сигнал, чтобы и не думал лезть к ней. Чтобы и не думал подходить.

В ее взгляде горит огонь. Всем своим видом она показывает, что ей не нужны мои объяснения и оправдания.

– Я очень извиняюсь, Олеся Игоревна…

Олеся ничего ему не отвечает. Разворачивается и уходит в противоположную мне сторону, оставляя мне лишь одну возможность наблюдать за тем, как подпрыгиваю ее кудри при каждом шаге. И понимание, что это больше не моя Олеся.

– Максим Александрович? – директор переводит взгляд на меня, словно бы только сейчас заметил меня и не понимает, почему я еще не ушел.

Его голос слегка напряжен и осторожен, как и улыбка на его лице.

– Кто была эта женщина? – спрашиваю его в лоб.

– Мама одной из первоклассниц, – отвечает он растерянно. – Вчера меня набрал ее супруг и попросил о встрече. Но причины я не знаю.

В его глазах появляется любопытство, но вряд ли он что-то из меня вытянет. После развода с Олесей я привык держать рот на замке.

– Спасибо, – сухо отвечаю, развернувшись и направшись на выход.

– Максим Александрович, выход в той стороне, – указывает мужчина в ту сторону куда ушла Олеся.

Кивнув ему в знак благодарности повторяю путь Олеси.

Может попробовать ее догнать?

Ускоряю шаг и лечу на выход, оглядываясь во всевозможные стороны, словно бы Олеся могла спрятаться от меня. Но ни по пути, ни на парковке я свою бывшую жену не нахожу. Только раздражающую будущую, сидящую рядом с машине.

– Максик, – противно тянет невеста, пока я завожу двигатель. – Смотри вот такое платье хочу. Как думаешь, мне пойдет? – тычет мне своим телефоном в лицо.

Морщусь и легко толкаю ее руку обратно, лишь мазнув взглядом по экрану.

– Нет, – качаю головой. – Тебе нельзя живот пережимать. А это в талии будет жать.

– Почему? – наивно спрашивает, словно бы не понимает особенностей своего положения.

– Сама подумай, – стараюсь сдержать в голосе свои эмоции и объяснить все спокойно и терпеливо. – Ты беременна. Лишнее давление может спровоцировать выкидыш.

– Из-за этого ребенка одни проблемы! – вскакивает она, чуть не задыхаясь. – Ты даже не прикасаешься ко мне теперь! Боишься, что повредишь малышу. Это ненормально!

Не прикасаюсь я к ней по другой причине, но это уже мелочи.

Все внутри переворачивается от одного лишь слова. Ребенок…

Ребенок… У Олеси есть ребенок? Олеся мама? Уже?

Стоп! Если ребенок первоклассник, то ее ребенку должно быть семь лет где-то. Ну может шесть! Но…

Замираю от неожиданно стрельнувшей в голове мысли.

А что если у Олеси ребенок от меня? Что если она ушла тогда беременной?

Тихо нашептывает голос в голове.

Да бред! Была бы беременной мне бы сказала!

Хотя…

Не, Олеся адекватная женщина! Она бы мне сказала, если бы мы разводились, когда она в положении.

Но эта мысль о том, что у Олеси может быть ребенок от меня всё равно остаётся, как мутная тень в моем разуме, и я не могу избавиться от неё полностью…

– Максик, я что-то устала… – противно хнычет моя беременная невеста на соседнем сидении, кажется, уставшая от листания ленты. – Может, поедем отдохнем?

Бросаю взгляд на нее и отчего-то становится еще противнее. Это притворно уставшее лицо. Но от чего ей уставать? Вся ее жизнь заключается в шопинге, листании ленты и светских мероприятиях.

Понимаю, что беременность тоже вносит свой вклад в ее самочувствие, но она такой была всегда.

– Завезу тебя домой, – предлагаю ей, заводя двигатель. Говорю ровно и спокойно, пряча раздражение в голосе.

Это твоя невеста, Максим! Ты должен смириться и принять то, что сделал.

– Я о море, – отвечает она, расплывшись в улыбке, которая еще недавно могла и правда растопить меня. – Я что-то уже устала от Москвы. Может, на море поедем?

– Я поехать не смогу, – коротко отвергаю ее следующее предложение о том, чтобы мы поехали вдвоем. – Выбери подругу, с которой полетишь. Я оплачу вам билеты. Лучше будет, если полетишь со своей мамой, чтобы она приглядывала за тобой.

Ксюша глубоко вздыхает и надувает губки от притворной досады.

– А с тобой? – спрашивает она тихо, заглядывая мне в глаза. – Я хочу с тобой. Со своим женихом!

– У меня полно работы, – отвечаю сухо, без оправданий. – Я пока не могу отлучиться.

Мой ответ невесту злит. Не на шутку, злит. И хоть она старается сдержаться, но недовольство выливается через край.

– Ты вообще никогда не отдыхаешь! Такое чувство, что кроме работы, у тебя в жизни ничего нет.

Хочу съязвить в ответ, но помня о ее беременности, сглатываю все и лишь коротко бросаю:

– Такова жизнь, – пожимаю плечами, поворачивая на очередном перекрестке. – Едем по организационным вопросам? Свадьба?

Ее лицо в секунду озаряется улыбкой и счастьем. Одно лишь предложение заставляет ее забыть о своих обидах.

– Да! Наконец! – восклицает она, хлопнув в ладоши, как маленький ребенок.

– После я хочу заехать в клинику. На УЗИ. Посмотреть, как наш малыш, – буднично оповещаю ее.

– Хорошо, – кивает она, а в глазах появляется теплота. Ксюша опускает руку на свой живот. – Я в прошлый раз даже головку видела! Врач показывала. Сама бы даже не поняла. Малыш еще кроха! И вообще, это так необычно… во мне ребенок!

– Дети – это счастье, Ксюша…

А что если у Олеси все же от меня ребенок? Что если она была обижена до такой степени, что решила не говорить мне? Или она вышла замуж сразу после моего развода?

Мне нужны справки. Нужна информация. Иначе я так и буду сомневаться.

Завтра заеду к мужу сестры. Попрошу его узнать о Олесе.

И почему не сделал этого, когда Альберт вернулся в нашу семью?

Да, сглупил. А сейчас мне лучше подготовиться к любому ответу. Даже тому, что бывшая жена скрыла от меня сына? Или дочь?

Глава 2

Олеся

Сердце колотится так бешено, будто хочет вырваться из груди. В такси я села словно в тумане. Мысли путались. Дыхание сбилось. Руки дрожали, и идея ехать в автошколу показалась чем-то сюрреалистичным в моем состоянии.

Уже подъезжая к дому, более-менее прихожу в себя и звоню инструктору, попросив отменить занятие. Вру, что плохо себя чувствую. Благо мой муж платит ему достаточно, и один пропуск занятия мне разрешают.

Захожу домой, сразу окунаюсь в атмосферу тепла, смеха и домашнего уюта. Мой маленький мирок, в котором я готова всю жизнь прятаться. Вся гостиная наполнена звонким, непрерывным смехом моей Кудряшки и её любимого папочки.

– Ну пап, ты же красавчик! – хохочет дочь, а в её глазах – счастье и радость.

– Я барашек, а не красавчик! – с тем же хохотом отвечает ей Андрей.

– Кудряшки – это красиво! Ты же сам мне так говорил! – напирает и напоминает ей она в ответ.

Волосы у нашей дочери – нечто! Кудри такие, что любой позавидует. Это у нее от меня. Правда, у меня волосы длинные, и мои кудри больше похожи на красивые волны.

Всю свою жизнь я выпрямляла волосы, считая их ужасными, но во время беременности у меня не было ни сил, ни денег – я смирилась. Потом всегда ходила с хвостом или косой, а став женой Андрея, дала волю своим волосам.

Андрею нравятся мои волосы и кудряшки. Он готов тратить все свои деньги, лишь бы мы и не думали скрывать свою природную красоту.

И мне уже начинают нравиться мои волны.

Кудряшка же с самого детства была в восторге от своей прически, поэтому желание моего мужа исполняется.

– У девочек красиво! – протестует Андрей.

Я остановилась в проходе, оперевшись о дверной косяк, и наблюдаю за этой парочкой. Внутри меня что-то приятно греет. Это простая радость, покой и улыбки в их голосах, их взглядах. Всё наполнено любовью. Настоящей. Тихой. Уютной.

Дочь сидит на коленях у Андрея и собирает его кудряшки в хвостики пальцами, что её очень веселит.

– Пап, ты очень красивый! – продолжает наш маленький гурман.

– Когда все тебя увидят…

– Тогда пойдут в церковь молиться, – заканчивает за нее Андрей.

– Ну пап! – восклицаю я.

Андрей тяжело вздыхает.

– Иля,– называю я дочь с улыбкой, – и она, переведя взгляд на меня, вскакивает и бежит ко мне. Быстро обнимает и ведёт к своему папе, к его «жертве красоты».

– Мам, я сделала папе из волос красавицу! – тянет меня за руку, чтобы показать своего папу-барашка.

Андрей не шутил – Иля его закрутила на мелкий стайлер. Сделала из его густой шевелюры настоящее афро – безумие.

– Правда, красавчик? – спрашивает дочь, с надеждой заглядывая мне в лицо. Ждет подтверждения своему таланту стилиста. – Ты уже в него влюбилась, мам?

Я старательно сдерживаю смех, не позволяя даже улыбке пробиться, потому что если я улыбнусь, то сейчас начнется смех.

– Влюбилась! – отвечаю ей и тонко намекаю мужу. – Как та шуба в салоне…

Там была такая же – одна. Кучерявой.

Андрей поджимает губы, явно поняв, к чему это. Мы тогда с ним долго хохотали, когда смотрели на ту шубу.

– Тебе с хвостиками помочь? – спрашиваю дочь, указав на её три пальмочки на голове у Андрея.

– Не, я сама, мамуль,– отмахивается, потеряв ко мне интерес.

– Тогда я переоденусь и пойду что-нибудь приготовить, – говорю я.

Готовка всегда помогала мне отвлечься от мыслей. А сейчас в голове много мыслей… о бывшем муже.

– Лесь, всё хорошо? – бросает мне в спину муж.

– Ага. Наслаждайся СПА, Андрюш…

На кухне делаю всё на автомате. Отвлечься совсем не получается. Мысли о Максиме возникают как из ниоткуда при любом действии.

Прохожу по его внешности. Почти не изменился. Всё такое же. Но грустнее, угрюмее.

Кормлю семью, укладываю Илю спать, и, вернувшись в спальню, помогаю мужу с его «безобразием» на голове. Мылю ему голову, нанося все смывающие средства, что у меня есть.

После сушки кое-где остаются витки, но я обещаю выпрямить их утюжком утром.

Всё настолько просто и привычно, что кажется – ничего не меняется. Но внутри всё неспокойно, всё сложно.

И надо было нам увидеться! Да ещё и где – в школе! Что он там вообще делал?

– Лесь, – Андрей обнимает меня сзади в кровати, и я заметно напрягаюсь.

Обычно я не избегаю внимания мужа, но не сегодня. Сейчас всё внутри меня отказывается от этого.

– Андрей, – шепчу, чувствуя вину перед ним. – У меня нет настроения.

Он осторожно касается губами моего затылка, оставляя там поцелуи. Его объятия становятся тёплыми и приятными.

– Вижу, – выдыхает он мне в волосы и устраивается поудобнее позади меня, чтобы поговорить. – Поэтому и спрашиваю, что случилось. Весь день поникшая ходишь. Не разговариваешь. Словно не с нами. Что-то случилось? В школе? Не смогла договориться?

– Ты можешь сам решить проблему с переводом? – уклоняюсь от другого его вопроса.

Я не хочу сейчас говорить об этом. Максим и так слишком много занимает место в моей жизни сегодня. Хотя бы в постели с мужем я не хочу вспоминать о нём.

– Конечно! – восклицает он. – Я сразу предлагал! И не переживай. Нашей дочери не будут делать поблажки только из-за того, что я что-то сделаю для школы.

Сомневаюсь, но уже всё равно.

Несколько минут мы лежим в тишине. Муж продолжает меня обнимать, носом зарывшись в мои волосы. Но он не спит, чувствую это по его дыханию и пальцам, которыми он играет словно на пианино на моём животе.

– Андрей? – тихо зову мужа.

– Да, мама Кудряшка, – отзывается он, чмокнув в плечо.

– Я встретила бывшего мужа… – признаюсь ему, потому что за три с половиной года брака у нас с Андреем никогда не было секретов. Он знает всю мою ситуацию с бывшим мужем. Я знаю о некоторых особенностях здоровья Андрея. У нас здоровые отношения, без ревности, драм и секретов. Для меня это лучший вариант.

– Что?

– Я просто его увидела, – разворачиваюсь к нему. – Он меня. Мы не разговаривали. Ты не думай, – сразу же успокаиваю его. – Но я не могу прийти в себя. До сих пор!

– Чувства к нему вернулись? – спрашивает слегка ревниво. Впервые за всё время нашего брака он меня ревнует.

– Нет, в другом деле,– качаю головой, чувствуя слёзы, которые вот-вот покажутся миру. – Я словно окунулась обратно в то время, когда мы разводились. Вся эта боль, обида и… Я понимаю, Андрей, что у меня всё хорошо! Я более чем счастлива с тобой, и мне ничего не нужно! Я не хочу к нему возвращаться! Просто вся эта боль… Не могу справиться именно с этим… С тем, что хочу закрыться и плакать.

Андрей поднимает руку и аккуратно стирает мои слёзы с уже мокрых щёк. Муж притягивает меня в свои объятия и позволяет дальше говорить, выговариваться и выливать свою боль.

– Я понимаю, что он тогда не со зла мне всё то наговорил. Но так больно…

– Не плачь! Всё хорошо! Прошло уже! Прошло! – успокаивает он, поглаживая по голове. – Я рядом! Кудряшка рядом! Мы твоя семья! Мы больше не позволим никому сделать тебе больно.

– Я знаю, Андрей! Поэтому прости, что вообще с тобой об этом говорю, но просто надо было выговориться!

– Я миллион раз тебе говорил, что со мной ты можешь говорить на любые темы! Я твой муж, и одна из моих обязанностей – быть рядом, когда тебе плохо,– коротко целует в висок.

Прижимаюсь к мужу в ответ и вскоре успокаиваюсь от его поглаживаний и нашёптываний. Засыпаю в его объятиях.

У меня лучший муж на свете. Пусть у нас нет большой любви, и мы поженились вначале по фиктивным причинам, чтобы не забрала опека мою дочь, – я безумно благодарна судьбе за Андрея. Он внимательный, чуткий, добрый и самый замечательный. Опять же, дочь мою любит как свою.

Последний год он просит у меня ещё одного малыша. Сына – в комплект к дочери. Мы стараемся, и я даже соблюдаю порой странные ритуалы для зачатия, но пока ничего не выходит.

Мы проходили обследование у врачей, и с нашим здоровьем всё хорошо, но пока без результата. Ещё полгода – и, возможно, решимся на ЭКО.

Андрея неудачи не расстраивают, меня – да, потому что я так хочу подарить мужу его малыша, его мини-копию с густой шевелюрой, милой улыбкой и таким же огромным сердцем.

Хочу это сделать в благодарность за всё, что Андрей делает для меня и Или.

Моя подруга говорит, что добрых и хороших людей надо клонировать. Андрея определённо надо! А пока такого изобретения нет – пользуемся клонированием через детей.

Утром просыпаюсь от привычного аромата кофе в постель. Каждое утро Кудряшка и Андрей просыпаются раньше меня. Завтракают вместе, а затем дочь приходит ко мне с чашечкой кофе, которую ей помогли приготовить помощники по дому. Ставит её на тумбу и принимается меня будить. Для меня это уже привычно и буднично.

– Хватит спать, мамуль! – мурлычет доченька на ухо, обнимая меня. – У нас дела!

– Какие? – спрашиваю её, зевнув в ладошку и потянувшись в кровати.

– Ну… – Кудряшка выпрямляется. – Я иду в зоопарк с Альбертом, Эстель и их малышами, а ты едешь к дедушке надолго. Так папа сказал.

– Точно! – вскакиваю, начав бегать по комнате, потому что из-за всех вчерашних переживаний забыла о том, что свекры ждут меня. Я обещала им помочь в одном деле. И подвести не имею права.Дочь садится на кровать и молча наблюдает за моей беготнёй.

– Мам, а мы с Ирой в один класс пойдём? – спрашивает меня в тот момент, когда я весь шкаф перерываю в поисках нужной блузки.

– Папа сегодня узнает, – бросаю ей, на секунду остановившись, вспомнив, почему я сама вчера не уладила этот вопрос. – Но да! Будете вместе! Не переживай.

– Папа сказал, что мы скоро пойдём покупать всё к школе, – болтает дочь мечтательно, глубоко вздохнув. – Ручки, пенал. Сказал, что мне можно будет самой выбирать всё! Что я только пальчиком буду показывать, а он покупать.

– Отлично! – отзываюсь. – Твой папа настоящий молодец!

Кроме того факта, что дочь захочет тетради с принцессами или зверьками, а в школе попросили купить обычные зелёные тетради без рисунков.

Порадует дочь Андрей, а отказывать потом придётся мне.Так же, как и всегда. Андрей малышке отказать не может, а я вынуждена.

– А так рада, что у меня есть папа Андрей! – восклицает дочь, заставляя меня одновременно радоваться её словам и грустить. – Мне никакой больше папа не нужен! Мой папочка самый лучший и любимый!

– Он тоже тебя любит очень сильно!

– А тебя? – вопрос дочери застигает меня врасплох.

– Думаю, да… – хмыкаю, останавливаясь.

Мы никогда не говорили с Андреем о любви. Не говорили «Я люблю тебя». Но его любовь чувствуется в заботе, во внимании и в том, сколько всего он делает для меня лично. Как и моя чувствуется в заботе о нём.

И вообще никакие признания от мужа мне не нужны.

– А почему вы тогда ещё одного ребёнка не заводите? – продолжает дочь с утра меня грузить вопросами. – У Иры есть братья, а у меня нет. Я тоже хочу, мама.

– Кудряшка…

– Просто ещё аист не приходил за заказом? – встаёт и подходит ко мне. – Дядя Захар так нам с Ирой сказал. Что просто мимо них в лесу пролетал аист, а мимо нас нет. Может нам тоже в лес съездить? Тогда у вас точно появится малыш с папой!

– Ну… можно попробовать, – отвечаю ей, коснувшись рукой своего живота. – Но сейчас у папы работа! Спросим его, когда у него будут пара свободных дней и поедем. Ладно?

– Спасибо, мамочка! Ты у меня тоже самая лучшая!

– Я тоже тебя люблю, – притягиваю её и чмокаю в макушку. – Иди собирай рюкзачок, чтобы поехать к Альберту.

Завожу дочь к Лапиным вместе с водителем. Пока я не получила права, Андрей настаивает на водителе – если не может подвести, он лично едет сам.

Честно признаюсь, хоть и согласилась на это, мне все же неловко помыкать кем-то. Звонить водителю, отрывать его от дел и чувствовать себя госпожой.

С домашними помощниками мне контактировать проще: они пусть и помогают, но мы благо с ними особо не пересекаемся. Они лишь помогают с уборкой, незаметно для меня, а готовка – большая часть работы на мне.

А вот с транспортом сложнее. Именно поэтому я решила учиться водить сама – чтобы не дергать человека по делу и без него.

Это проще, чем переубеждать моего упрямого мужа, что мне не нужен водитель и я спокойно могу доехать куда нужно на такси.

С пустым желудком Лапины меня не отпускают: напоив чаем и накормив до состояния колобка, отпускают катиться дальше по делам.