Текст книги "Босс Мой нежный зверь (СИ)"
Автор книги: Анна Эдельвейс
Соавторы: Анжелика Дюбон
сообщить о нарушении
Текущая страница: 7 (всего у книги 13 страниц)
Глава 21
Глава 21
Светлана
Мы уже выходили из ресторана, я с удовольствием пыталась исчезнуть из заведения, где к вечеру роскошь била как из фонтана, входило всё больше нарядных гостей. Зал сиял, сверкал вечерними туалетами дам и мне искренне хотелось провалиться в своей юбке “карандаш”, скромной блузе и в чёрных, дермантиновых сапогах до колена! Ну, Данилов! Умеет же создать неловкую ситуацию.
И как видно, я не до конца измучила собственную гордость. Чуть ли не на пороге мы нос к носу столкнулись с парой. Мужчина, полноватый кудряш, в бабочке под тройным подбородком расставил руки:
– Юра, сколько лет, сколько зим. Рад тебя видеть.
Я не слушала о чём говорили мужчины. Всё моё внимание привлекла к себе его спутница. С волосами цвета калёной меди, в ярко-зелёном полуоткрытом платье, с чудесным зелёно-чёрным цветком в волосах, усыпанном стразами, она выглядела роскошно. И я, в офисном костюме и в сапогах.
– Юрий, представь меня своей очаровательной спутнице, – толстяк уже нашёл мою руку, потянул к губам.
У меня первое желание было провалиться сквозь землю, второе заорать, что я не спутница, а третье – стукнуть Данилова. По его прихоти я стояла “Фросей из деревни” на фоне разодетых павлинов, на радость спутнице толстяка с бабочкой!
Девушка в зелёном выгибалась сверкающей ящеркой, с удовольствием красуясь своим нарядом. Все смотрели на меня со странным любопытством. Я собралась, как можно спокойнее сообщила:
– Здравствуйте, я Светлана Ширяева, помощница в офисе Юрия Матвеевича.
Смело представилась, чтоб сразу закончить ненужные симпатии, вопросы и предположения.
Неожиданно Юрий притянул меня за талию, при всех ткнулся носом мне в волосы:
– Света, присядь, я на минуту. У меня деловой разговор.
Если бы он знал, как много для меня значила его поддержка в эту минуту! Сердечко прям синичкой вспорхнуло, я спокойно выдохнула. Снова почувствовала запахи, звуки. Божечки, что значит мужчина рядом!
– Да, девочки, присядьте, мы на минуту:– знакомый моего босса махнул нам своими пальцами-сосисками, указывая на столик неподалёку, кивнул официанту:
– Мороженое и шампанское для дам.
Я видела настырный, нагловатый взгляд той, в компании которой надо было дождаться мужчин. В глазах у неё была не то что жалость, а презрение ко мне, что ли. Или мне показалось? Надо же, такая ситуация неловкая. Если бы я могла, я бы ушла не задумываясь. Нельзя. В конце-концов я с боссом, у него деловой разговор и я вынуждена его ждать.
Мы с незнакомкой присели за ближайший столик, я искоса наблюдала за Юрием, отошедшим к окну. Он стоял, засунув руки в карманы. Красивый мужчина, воплощение Джеймса Бонда в лучшей его версии. А вот его знакомый в профиль выглядел ужасно! Из под его подбородка колесом выкатывалась грудь, переходящая радиусом где то под ремень. Точно, не спортсмен. Колобок какой-то.
Девушка в зелёном, в отличие от меня, рада была остаться со мной.
– Ты та самая Света, о которой в наших кругах столько говорят?
Я подозрительно уставилась на зеленую саламандру, ящерицей развалившуюся по столику. Её руки в высоких изумрудных перчатках расположились на скатерти, крутили витую ножку вазочки с мороженым, а глаза просто горели любопытным огнём. Она жеманно водила глазами, подрагивала накладными ресницами:
– Расскажи, Света, что там за история с вокзалом? Это правда, что Данилов тебя там нашёл?
Рыжая решила начать с войны? Не страшно.
Я чуть откинулась на спинку стула, подтянула пушки к бою . Эта саламандра в зелёном даже не сказала, как её зовут? ну что ж, придётся дать сдачи:
– Как тебя зовут? А, впрочем, неважно.Ты такая некрасивая, я всё равно тебя не запомню.
Потом я сделала приветливое лицо, доверительно наклонилась к ней:
– Представь, наш дворянский род секретарш в нелётную погоду, когда самолёты спят в ангарах, пользуется поездом. Это такая длинная железная гусеница с колёсами, привозит людей на вокзал. По рельсам ездит. Ну, ты же, наверное, не в курсе. Ты ведь на метле летаешь, как все приживалки при богатеньких папиках?
Я смотрела ей прямо в глаза.
Она вспыхнула, промямлила:
– Между прочим, мне о тебе жена Юрия рассказала.
– Какая из них? Та, что из ступы вывалилась в его приёмной и он её на х*й послал? Представляешь, при всех служащих. Можешь всем подружкам рассказать. Это не сплетня, это факт. Ой, офис потом гудел.
Конечно, теперь у нас разговор не клеился. К счастью, подошёл Юрий (убью его за эту компанию). Я встала, дама в зелёном осталась сидеть.
Её толстый спутник потёр ручки:
– Ну, девочки, подружились? В другой раз встретитесь, будет о чём поговорить, да?
– Да, – кивнула рыжая. На меня не смотрела.
– К сожалению, думаю, что нет, – я простодушно улыбнулась толстяку с бабочкой под подбородком:
– У меня плохая память на глупые лица.
Юрий внимательно посмотрел на меня, ничего не сказал. Придерживая за локоть повёл к выходу. Зато я сказала, со всей силы пытаясь оставаться гордой и правильной девушкой:
– Юрий Матвеевич, а давайте, вы в другой раз меня предупредите заранее, я оденусь в ресторан соответственно.
– Что? О чём ты, Света?
– Ну, у меня жемчужная нитка есть. Искусственная, конечно. Но хоть как то понаряднее, а не то как сегодня. Я в офисной одежде среди дам в бриллиантах и в перьях чувствовала себя неловко.
– Так вот почему ты такая никакая. А я то уж и не знал что думать.
Мне хотелось залезть ему в мозги и просеять их через сито. Что он не знал? Что у него брат похотливая, подлая скотина? Или что для женщины важно блистать пёрышками в окружении других женщин?
Данилов чмокнул меня в лоб, скомандовал:
– Идём.
Тоже мне, падре. Наградил отеческим поцелуем.
Я даже спрашивать не стала куда мы снова "идём". Бесполезно. Плелась за ним в чёртовых сапогах. Оптимистично думала, что на сегодня приключений хватит. А вот напрасно я так подумала!
Глава 22
Глава 22
– Всю неделю будешь ворчать? – голос Данилова горячим бархатом опалил ухо.
Как тут не возмущаться? На улице почти ночь, бестолковый день никак не заканчивался, у меня стёрты ноги неудобной обувью. Я снова серой мышью просидела в ресторане среди расфуфыренных куриц. Отхватила “вокзальную оплеуху” от какой-то дуры. И теперь должна была ехать неизвестно куда.
Я стояла перед открытой задней дверью его звезлёта, а мой босс стоял позади меня. И что то мне подсказывало, искал момент “помочь” мне скалолазно влезть в салон.
Вздохнула, полезла на заднее сидение, (если кто-то думает, что говорить “полезла”, некрасиво, то я соглашусь. Но в данном случае по другому не скажешь. Ступенька начиналась где то на уровне колена).
Данилов отпустил водителя, сам сел за руль.
– Света, какой тебе цвет нравится?
– В смысле, Юрий Матвеевич. Шторы люблю светлые. Платье хочу красное. Мужчину хочу сильного и непременно в зелёном костюме цвета парижской зелени. А воздушные шарики разноцветные, как конфетти.
Босс смотрел на меня в зеркало заднего вида круглыми глазами.
– Ты пошутила про зелёный костюм?
– Ага, – беспечно кивнула.
– Что у тебя в голове?
– Честно?
– Говори уже.
– Я стесняюсь.
Данилов покрутил головой, вытерпел паузу, поторопил:
– Ну скажи, не томи.
– Это не то что вы подумали, босс. В моих девичьих грёзах одинокой разведёнки нет места эротическим фантазиям. Но боль, которую я терплю, не передать словами.
Данилов включил аварийку, резко съехал к тротуару, выскочил с водительского сидения, рванул мою дверь:
– Света, где болит?
У меня от неожиданности пересохли губы. Когда же я откушу свой язык! Облизнула пересохшие губы, сглотнула, прошептала:
– Сапоги натёрли.
Данилов перевёл глаза на мои ноги. Я думала, он сейчас выкинет меня из машины.
– Света, такое терпеть нельзя. Сейчас всё исправим.
– Да не надо, я на днях пойду, куплю,...
Никто меня не слушал. Юра ( о, про себя я его уже называла Юра), что то искал в телефоне:
– Ну вот, нашёл приличный магазин. Сейчас, потерпи.
Ну я и дура! Мне хотелось надавать себе подзатыльников. Наверное, из за нервов я перестала контролировать что говорю. Сдались мне эти сапоги. От того, что брутальный атлант крутился возле меня, от его дымящейся тестостероном энергии у меня голова шла кругом. Я давно и безнадёжно тянулась женскими фибрами к этому грубияну и никакие доводы разума не могли смять мою симпатию. Шикарный мужчина задурил мне голову своим присутствием. Надо брать себя в руки и думать, что говорю. Вот куда мы сейчас отправимся!
Через пятнадцать минут мы подъехали к обувному бутику, Данилов вёл меня к нему как раненого во все части тела бойца. Причём слепого и умственно отсталого. Придерживал меня за спину и под локоть. Он внимательно заглядывал мне в лицо, ловя последние признаки моей жизни, а я упорно смотрела в заснеженный асфальт, скрывая, что как раз вот эта самая жизнь бьёт из меня фонтаном стеснения.
От одного его прикосновения у меня бабочки в животе превращались в бестолковых мустангов и сталкивались друг с другом под рёбрами.
Помнится мне, всего пару недель назад я резвым конём скакала по строительному мусору, шастая по лужам. Он и там проявил себя джентельменом, нёс меня через строительные хляби, перекинув через плечо.
В бутике мне было неловко сидеть на диване, передо мной высились коробки. Девушка-продавец сидела передо мной на маленьком стульчике, вынимала модели из коробки, демонстрировала, вежливо улыбалась.
Данилов уже стянул с меня сапог, у меня заела молния на другом (да что же это, я постаралась незаметно дёрнуть её посильнее, сцарапанула палец до крови). Идиотка! Устроила шоу.
Повернулся к продавцам, облепившим Данилова как мухи. Как они смотрели на него! Мужчина в ролексах стоял на одном колене перед обычной офисной девчонкой и стягивал с неё (с меня), сапог! Нонсенс! Где это видано, что боги колени гнули перед секретаршами. Знали бы они, что я прибыла к нему с вокзала, как заметила “саламандра”, вообще бы в обморок упали.
Наконец, я рассталась с сапогами, выбрала кроссовки на меху. Бежевые, с леопардовым принтом на боковушке. Безумно красивые! А какие удобные! Я просияла. Данилов озабоченно заглянул в лицо:
– Тебе точно удобно? Давай что то ещё подберём.
Я от избытка чувств просияла, потрясла его за руку:
– Юрий Матвеевич, спасибо. Я вам с карты деньги верну.
И тут я посмотрела на ценник. Ёлки, как билет на Кубу. Оптимизма поубавилось, я печально украдкой взглянула на босса.
Он воздел глаза к потолку, вероятно. искал ответ на моё обещание вернуть деньги.
Итак, я стала хозяйкой обуви, которая мне и не снилась. Ноги чувствовали себя в раю, а я себя на седьмом небе от счастья. Когда обувь жмёт, тесным кажется весь мир. Но стоит её снять, и мир снова белый и пушистый!
Гордо подхватила босса под локоть и царевной прошла до ступенек на зависть продавщицам. Миновав дверь, сообщила:
– Спасибо большое.Отвезите меня домой.
– Ты решила покомандовать что мне делать? – в его голосе звякнули металлические нотки.
– Вы обещали на меня не орать.
– Не обещал.
А ведь и вправду не обещал. Вот же… Я сменила указание на вопрос:
– Можно мне домой?
– К кому?
– Ко мне, конечно.
– Нет. Нам по делу ещё в одном место, – он двусмысленно протянул,: – А потом домой поедем. К тебе.
– Всё бы вам шутить, султан моей зарплаты. – я буркнула, стараясь не вдаваться в смысл его фраз.
Подошла к машине, собиралась снова карабкаться на заднее сидение, Данилов подхватил меня под локоть:
– Садись со мной.
– Это зачем это? – настороженно спросила, попятилась: – мне и сзади хорошо.
– Я тоже люблю позу сзади, но мы её позже попробуем. Сейчас сядь рядом.
Он заржал настоящим мужским смехом. Это когда он обрадовался собственной шутке и решил, что развеселил весь мир. Мне же хотелось снять кроссовку и треснуть его по башке.
Остряк!
Глава 23
Глава 23
Первый раз я сидела рядом с боссом в салоне на переднем сидении. В качестве пассажира. Тот день, когда ехала за рулём этого ледокола, не считается. Тогда я была в трансе от ответственности и других эмоций не испытывала. Теперь была возможность рассмотреть Данилова в движении.
Казалось, он сросся с машиной. Его уверенность и спокойствие передавались мне. Ехать было приятно, я вертела головой, рассматривала витрины, людей, снующих на улице.
Те, кто водит машину, отлично знают, как это сидеть рядом с водителем психом.
Когда раньше я сидела в машине со своим бывшим мужем, постоянно делала музыку погромче, чтоб не слышать его матов о том, что все вокруг козлы. А уж если я сидела за рулём, то бывший муж вообще угомониться не мог. Шипел, цвакал и нервно одёргивал меня на каждом перекрёстке.
Я, между прочим, ни разу ничего не нарушила и машину даже не царапнула. А его штрафы прилетали каждый месяц.
Ещё раз взглянула на своего босса. Вот, спрашивается, зачем я сравниваю его со своим бывшим, вообще сдурела.
Юрий красиво, мощно и спокойно держал руль, я смотрела на его кулачищи, на пальцы, без напряжения скользящие по коже рулевого колеса. Зависла глазами на запястье, на волосках чёрной шерсти, пробивающиеся из-под манжетов. Пальцы у дяденьки были тоже волосатые, аккуратно подстриженные ногти.
Странно, если бы у него были когти как у росомахи, я бы тоже не удивилась. Мужчина был весь на контрасте. Озверевший и недоступный ни для какой логики, совершенно невоспитанный хам, застращавший сотрудников, и одновременно красивый, благородный с потрясающим чувством юмора человек.
Чем дольше я смотрела на него и дышала с ним одним воздухом, тем больше меня лихорадило. Приятная тёплая волна от его энергетики давно укутала сердце некоторыми неприличными мыслями. Мне трудно было признаться себе, но этот мужчина нравился мне. Сексуально нравился. Может быть это был мой первый раз, когда в собеседнике я видела объект, с которым была готова к отношениям.
От собственных мыслей кружилась голова, чтоб не выдать себя, отвернулась в окно, чуть прикрыла глаза, с удовольствием вспоминая тот поцелуй у него в прихожей. Ах, сколько бы я отдала, чтоб повторить его снова.
Когда мы подъехали к следующему зданию, был уже поздний мартовский вечер.
Юра открыл тяжёлую деревянную дверь, пропустил меня вперёд. Я вошла и ахнула.
Тёмное царство бархата, сверкающих камней, чего то роскошного, дорогого и недоступного на полках. Всё переливалось, сияло. Ювелирный магазин проглотил меня алладиновой пещерой.
Я даже не могла оценить размеры помещения, в котором мы оказались. Всё тонуло в полумраке бархатной тишины. Откуда то неслышно к нам подошёл пожилой мужчина:
– Давненько, Юра, не видел вас. Не заходил уже сколько лет?
– Не было той, ради которой стоило наведаться, Адам Натанович.
– О, так вы со спутницей?
Любопытные маленькие глазки на круглом лице ощупывали меня, мужчина улыбнулся:
– Кольца? Помолвка?
– Пойдёшь за меня?– Данилов смотрел на меня без улыбки.
Я замотала головой:
– Не шутите так, Юрий Матвеевич. Что я вам плохого сделала.
– С кольцами чуть позже, – это он говорил толстяку, потом повернулся ко мне:
– Я тебя про цвет спрашивал. Какого цвета тебе камни нравятся?
Мне? Камни? Я перетряхивала мозги, пытаясь откопать там хоть один приличный вежливый ответ. Я и камни – мы никогда не видели друг друга.
– Постой Света. Ты говорила, у тебя какие то бусы есть. А, жемчужные. – повернулся к ювелиру: – Что, Адам Натанович, найдём приличную нитку жемчуга?
– Обижаете, Юрочка. Лучший жемчуг может быть только у меня. А какие серьги для той нитки! Тихоокеанские ракушки плакали на берегах Мьянмы, расставаясь с жемчужинами.
Передо мной на тёмно-синей палитре сафьяна лежало ожерелье из бусин. Я никогда не видела настоящего жемчуга, а теперь понимала, что больше ни с чем его не спутаю. Матовое сияние с серебристым налётом, с молочным свечением изнутри хотелось трогать, прижать к лицу, прикоснуться и замереть, ощущая драгоценный холод жемчуга. Я смотрела на драгоценность и не могла оторвать глаз.
– Вы, Юрочка, тонкий ценитель женской красоты, – пел льстец, – что же вы стоите. Помогите своей девушке примерить на себя элегантность веков.
Я недоуменно молча смотрела на босса. Отлично знала, что так просто драгоценности не дарят. Пролепетала:
– Даже не думайте, я не приму ваш подарок.
– Это рабочий аксессуар. Будешь увольняться, сдашь.
Он уже надевал на меня ожерелье, у меня расстаяло дыхание, я как заворожённая смотрела на украшение, по хозяйски расположившееся у меня на шее и скользнувшее под ворот.
Тяжёлое, на удивление тёплое, оно покорило меня. Чувствовала себя королевой. Видна была совсем небольшая его часть, всего пара жемчужин в небольшом вырезе блузы, но как же это было красиво!.
– Серьги, Юрочка – толстяк уже совал Данилову следующий футляр в руки. Я перестала выделываться, сама примерила серьги, повернулась к зеркалу. Это я?
Надо отдать должное ювелирным хитростям. Правильное освещение, тишина, драгоценности, офигительно красивый мужчина рядом– и ты в плену. Извечном плену собственного женского очарования, роскоши, мужской щедрости.
У меня сияли глаза. Я как будто ожила, как будто не было моего бестолкового брака, грязного развода, года тотальной нищеты, Данилова-младшего.
На меня из зеркала смотрела красивая женщина, достойная самого лучшего!
– Света, ты безумно хороша. Идём.
Данилов тащил меня за руку, я уплывала в сказку. С ума сойти! Мне обязательно хотелось оглянуться на себя в витрине, полюбоваться каплями перламутра в ушах, я пока бежала к машине, то и дело трогала серьги пальцами. Прежде чем сесть за руль, Данилов скинул пальто, пиджак. Ему тесно было в одежде, я видела, что рукава трещат, стягивают его движения. Уже сидя в салоне рядом с боссом повернулась к нему:
– Спасибо вам большое.
– Перестань выкать. Говори мне ты.
– Вы мой начальник.
– Это на работе, Света, я начальник. А здесь я твой любовник. Просто ты этого ещё не знаешь.
– Знаете что, любовник, забирайте свои безделушки и прощайте.
– Ещё раз выкнешь, трахну прямо на месте. Так понятно?
Пока я выбирала цензурные слова для ответа, Данилов придвинулся ко мне поближе:
– Дай полюбоваться.
Он не спрашивая отодвинул ворот пуховика, наклонился, посмотрел на мою шею. Бесцеремонно расстегнул пуговку, расширил вырез. Я замерла. Его пальцы потянулись к следующей пуговке, его лицо было слишком близко. Долгий пронзительный взгляд растёкшимся кипящим оловом проникал в меня.
Я знала, что сейчас будет.
Его взгляд скользил от моей груди к губам, лишая меня последнего благоразумия. Эйфория от близости мужчины кипела в котле моих чувств. Я уже дышала его энергией, порывом. В воздухе между нами звенело напряжение, воля, разум – два предателя – покинули меня.
Казалось, если он протянет ещё секунду, я умру от ожидания. Горячие, нежные прикосновения его губ касались моих мимолётно, чуть вжимаясь и отстраняясь на миг, с каждым разом впечатываясь всё плотнее. Оттолкнуть его не было сил, я просто впитывала ту нежность, что брала меня нахрапом, терзая мои губы.
– Едем к тебе, – горячий шёпот коснулся сердца, обжигающие поцелуи снова закрыли мне рот, я не могла ответить.
Глава 24
Глава 24
В главе присутствуют эротические горячие сцены.
Его рука нежно скользила по моей спине, придерживая меня на ступенях, я чувствовала какая она горячая через ткань. Вошли в гостиницу, пока шли к лифту, видела, как девочки на ресепшн скромно опустили головы.
Всем всё было ясно.
В лифте он стоял у меня за спиной. В отражении , в зеркале я видела его всего, он стянул с меня пуховик, тот кучей свалился на пол. Юра прижал меня к себе, я лопатками чувствовала какой он твёрдый, железный. Откинула голову ему на грудь, по коже пустились впляс мурашки. Что же я делаю, сомнения скромно вынырнули из подсознания. Нежность накрыла меня волной, затопив все праведные размышления.
Я была счастлива попасть в плен к мужчине.
Его руки легли мне на бёдра, он плотно прижался ко мне со спины, я стыдливо ощущала бугор его паха. Смотрела в зеркало на его руки, видела, как его пальцы комкают на мне одежду. У меня перехватило дыхание, когда он крепче подался к мне, зарылся лицом в волосах.
Я ухватилась за его запястье, стараясь сдержать натиск руки, плотно прижавшую мой живот. Я вспыхнула от такой ласки, опустила голову, всё ещё не веря самой себе, что решилась на близость с ним.
У меня хватило смелости снова поднять глаза на зеркало и видеть в отражении себя, его голову, руки, чувствовать его парфюм. От предвкушения кружилась голова.
Лифт плавно дёрнулся, открыл двери, предложив нам выбраться из тесноты. Мы шли к моей двери не прикасаясь друг к другу. Наверное, мы настолько были полны ожиданием друг друга, что любое прикосновение искрой бы взорвало воздух между нами. Мы бы просто не дошли до номера.
Пока шла по коридору, аккуратно расстегнула жемчужное ожерелье, лёгко сняла серьги. Войдя в номер не стала включать свет. Матовые переливы жемчуга в лунном свете моего гостиничного номера казались голубыми, холодными каплями. С тихим стуком камни легли на столик в прихожей, я скинула туфли. Щёлкнула захлопнувшаяся за нами дверь, я замерла, чувствуя, как Юрий подошёл ко мне со спины.
Я обернулась. Вела ладонями по его каменному торсу, вдыхала запах терпкого парфюма, чувствовала приятное покалывание щетины на своих щеках. Он не торопился прикасаться ко мне губами. Дразнил, медленно ведя обжигающим дыханием по щеке, плавно спускался к шее, рукой крепко прижал затылок.
Один его поцелуй, и с меня слетели все запреты, мысли “можно или нельзя”, всё растворилось, исчезло. Первобытное, влекущее в вечный грех чувство, желание подчиняться мужчине, отдаться ему, принять в себя – свело с ума. Теперь я просто подчинялась его желанию, мне это нравилось, я тонула всё глубже в ощущениях опытных рук.
Впервые я чувствовала, что мужчине нравится моё тело. Распятая на кровати под его взглядом, с широко разведёнными бёдрами, я подчинялась мужскому желанию.
Мужчина дразнил меня, нависая и не прикасаясь. Неспешно снимал рубашку, одежду, я таяла, мысленно приближая мгновение. Рассматривала его тело, следила как его руки расстёгивают пряжку ремня, как сползает ткань, оголяя крепкие, накаченные мышцы бёдер.
Внушительный член, вырвавшийся из боксёрок ошарашил размером и готовностью, я в смущении закрыла глаза.
Стоило ему положить ладонь мне на живот, у меня огонь рванул по жилам.
Юра скользил ладонью всё ниже, туда, где заканчивался лобок. Плотно прижал клитор, вращая большим пальцем, горячо растирая его. Я чуть не вскрикнула от острого удовольствия. Чувствовала, как он вводит пальцы в меня, раздвигая и растягивая. Глубоко, ритмично, мощно толкаясь во мне, он выбивал из меня стоны, я выгибалась ему навстречу, пропадая под такой лаской.
Мысли стайкой покинули меня, я наслаждалась и не верила, что это происходит со мной. Не было сил терпеть эти прикосновения, он откровенно трахал меня пальцами, не сводя глаз с лица, заглушая мои стоны жёсткими, глубокими поцелуями. Я выгибалась в пояснице, сама всё глубже насаживалась на его пальцы, стонала, мне хотелось большего, мне нужны были его губы, руки, он весь.
Раскалённый член пронзил меня сразу, на всю глубину. Первый раз я кричала под мужчиной. Удовольствие от обладания, подбирающаяся издалека волна густого, сладкого, запредельного спазма заставляла дрожать, я напряглась. Живот скрутило судорогой, непередаваемое удовольствие рвануло, ударило в позвоночник, растеклось по пояснице, по телу, скопилось под рёбрами, в животе, под коленями…
В животе пульсировало, толчки глотками хватали всё, что собралось внутри меня, я лежала без сил, чувствуя, как Юрий поднял мои бёдра и без устали вбивался в меня ещё и ещё.
Потом, уставшая, измученная лаской лежала, остывала придавленная тяжестью его тела, нежно касалась пальцами его затылка. Не было сил даже могать. Лениво наслаждалась ощущением, простите за грубость, но иначе не скажешь – мощно оттраханой женщины, не в силах была даже чувствовать.
Не помню как уснула, да и сон ли это был. Скорее я провалилась в дивный обморок. Когда пришла в себя, лежала неподвижно на его груди, всеми силами отгоняя приближающееся утро. Рассветные лучи ещё мирно спали под плотным, сапфировым предрассветным покрывалом ночи.
Далёкие фонари за окном осыпали комнату золотистыми бликами, мне казалось, я в сказке. Волшебство ночи в объятиях сильного мужчины делало меня счастливой. Чувствуя безнаказанность, с тайным удивлением смотрела на то самое оружее, что так хозяйничало во мне пару часов назад.
Крупный член, измучивший меня огненной лаской, манил и не давал покоя. Потянулась к нему, коснулась ладонью, он тут же отозвался, сильно толкнулся мне на встречу, выпрямляясь и зверея на глазах. Крепкий, толстый, перевитый венами, с хорошо очерченной головкой, он, как вздыбившийся зверь искал свою жертву. Я потянулась к нему губами, ласкала языком, баловалась, дразнила, играла.
Но, предмет, предназначенные получать всё сполна не собирался со мной шутить. Чувствовала, Юрий намотал мои волосы на кулак, пружинил членом мне в губы, потом оттянул меня, оказавшись сзади.
Всё что происходило после вовсе не казалось игрой. Крепко удерживая меня на весу, мой мужчина развёл мои бёдра широко, сразу вошёл в меня сзади и теперь вбивался крепко, беспощадно, наполняя меня потрясающей истомой.
Я тёрлась сосками о простыни, от желания впускать в себя его горячий член ещё и ещё – комкала простыни, чтоб не кричать от переполняющих чувств. Вжималась лицом в подушку. Его пальцы терзали меня там, придавливая клитор, я всеми фибрами наполнялась чувственностью, клитор болезненно ловил прикосновения, я вот вот готова была потерять сознание.
Оргазм, снова сокрушительный – остановил на секунду сердце, оно радостно пропустило удар, потом бухало в висках, в груди, разнося сладкие толчки по всему телу. Юра не останавливался, чувствовать удовольствие и вбивающийся в тебя член одновременно было необыкнвенным потрясением, я и не знала, что так бывает, что женщины умудряются не умереть от счастья в такие минуты.
Пришла в себя, когда за стеной шумела вода. Юра уже был в ванной. Подтянула до подбородка одеяло, укрылась. От приятной усталости собралась в клубок, дождалась, пока он выйдет, смотрела на Юрия другими глазами. Этот мужчина сделал меня своей женщиной и я пока не понимала, что мы будем с этим делать дальше.
Он пытался справиться с манжетами, спросил, буду ли ждать его. Мурлыкнула ему в ответ что то неясное. Как мне дождаться его, если два дня для влюблённой женщины это целая вечность. Вдруг не дождусь и помру от тоски по его губам.
Слышала, он ушёл, дверь захлопнулась.
Я лежала на спине, привыкая к тому, что нежданное утро всё же наступило. Лениво хлопала глазами, чувствовала себя такой счастливой, желанной. У меня появился мужчина, о котором и мечтать не смела. Вернее нет, не так. Я стала любовницей потрясающего нежного зверя, которого приютила в своём сердце, испив всю прелесть, предназначенную для мужчины и женщины.
Постепенно выныривала из любовного морока, возвращаясь в реальность.
