Текст книги "Босс Мой нежный зверь (СИ)"

Автор книги: Анна Эдельвейс

Соавторы: Анжелика Дюбон
сообщить о нарушении

Текущая страница: 10 (всего у книги 13 страниц)

Глава 31

Глава 31

Юрий

В главе присутствует описание эротических сцен.

Звонил и звонил, раз за разом, Света не брала телефон. Забыла в гостинице, потеряла, сломала?

Убежала с работы пораньше, может быть решила пробежаться по магазинам? Теплом накрыло сердце.

Позвонил на работу, время пять. И там тишина. Что такое, может случилось что?

Сорвался с командировки на день раньше. За один бесконечно долгий день без Светы охренел, твою мать. В самолёте велел не будить, не отвлекать. Закрыл глаза, думал о своей Светке. Вспоминал её запах, глаза, руки.

Света ведь никогда не пыталась мне понравиться. Ни грамма кокетства, ноль жеманства, минимум косметики. Сколько наблюдал за ней в ресторанах – она не собиралась никому нравиться. Светка из той породы, что нравится уже, без стараний. Всегда настоящая. Днём на позитиве. Ночью жаркая и сладкая.

Я никогда не любил флирт. Жеманные взгляды, блять, эти “сюси-пуси”, фу, как кот с бантиком на шее. Мне нужны ясные и чёткие границы во всём. Я со Светой даже не понял, что влюблён по самую печень, что у меня яремная вена собралась узлом и бьёт пульсом в челюсть, стоит только подумать о ней. От одной мысли о ней член толкался похотливым котом в ширинке, я сам готов был мурлыкать и подвывать мартовскими серенадами.

Хотел до безумия касаться щекой её волос, щетиной на скулах вести по её душистой макушке вдыхая запах любимой женщины. Воспоминания вязли, барахтались в закипающей крови.

Какую ночь она мне подарила.

Вспоминал, что трясти от возбуждения в тот вечер меня начало ещё там, в машине, рядом со Светкой.

Два взаимоисключающие чувства бились горячими волнами, сшибаясь друг с другом. Низ живота гудел напряжением, я ничего не соображал , охваченный жаром желания, мне нужна была эта женщина, вся, без остатка. Тёрся о неё, импульсы били в голову, меня разрывало от желания выпустить младшего друга на волю.

Кабина лифта – тесная, неуютная, никак не могла доехать до нашего этажа. Стянул с неё пальтишко. Коснулся губами её шеи, у меня сорвало тормоза. Понял одно, у Светы не осталось ни одного шанса на спасение. Моя. Ласкал её плечи, вдыхал запах, а грудь распирало от совершенно незнакомого мне чувства. Не было такого раньше. Это “что то” обволакивало сердце, не давая ему сдохнуть от пожара страсти, от безумной жажды насладиться женщиной.

То, что поселилось в груди никак не находило названия, это было что то мягкое, горючее, как тополиный пух и нежное, как облако. Блять, да это нежность! Неужели меня, здоровенного кабана развезло на такое. Кто бы мне сказал об этом пару недель назад, сразу отхватил бы в харю. Я оторопел, впервые меня прострелило нежностью к женщине, которую хотел.

Поймал в зеркало её глаза: – она подманивала меня! Где то глубоко под рёбра ударила первая волна сладкого вожделения. Член дёрнулся, у меня дыхание сорвалось в хрип. Страсть жгла обоих изнутри.

Каждый шаг к её номеру казался вечностью. Хотел взять её на руки, чувствовал, одно прикосновение к ней, не выдержу, прижму к стене, трахать буду прямо в гостиничном коридоре. Долго, крепко, так, чтоб стонала, кричала от восторга.

Вошли в бархатную темноту жарко натопленного номера. Развернул женщину к себе, рывком дёрнул кофту, вытаскивая её из юбки, уставился в темноте на грудь, белыми полукружьями вздымающейся от её рваного дыхания. Скручивал бретельки с плеч, меня трясло, пока задирал на ней юбку. Она упиралась мне в грудь ладонями, шарахая разрядами , как оголёнными проводами.

Припечатал обе её руки над головой, прижался к ней, чувствуя, как она прогнулась в пояснице, поддаваясь мне. Целовал её, тянул в себя её губы, расстегивая другой рукой юбку. Шурша, она чёрным лебедем свалилась на пол, туда, где уже валялось всё остальное.

Схватил её на руки, вжал в стену, подсадил на себя. Ласкал поцелуями её грудь, желанную, горячую, с крепкими тёмными сосками, держал руками ягодицы, толкался в неё. Светка крепко обняла меня ногами, я проник пальцами под бельё. Касался шёлковой влажной кожи промежности, отодвинув в сторону кружево, нащупал вход, трахал её пальцами, ловя у своих губ её всхлипы.

Как пьяный донёс свою добычу до спальни, опрокинул женщину на кровать. Она подалась от меня, пытаясь сесть, столкнул её в подушки.

Стягивал с неё трусики, развёл её колени, смотрел на открывшуюся бутоном промежность, чуть не сдох.

Стоял над ней, стягивал с себя рубашку, брюки. Смотрел, как в лунном свете играет её грудь, призывно двигаясь в такт дыханию, как собрались ягодами крупные горошины сосков. Смотрел на обнажённую женщину, чёрт, меня торкало с каждой секундой всё больше. Распаляло, видел, как она трепетала под моим взглядом.

Встал перед ней, подтянул её на себя, шире развёл бёдра. Прижал ладонью горячий лобок, смотрел ей в глаза, она чуть задрала подбородок.

Большим пальцем скользил, придавливая всё сильнее клитор, два других беспрестанно двигались в ней. Готовая к любви, женщина изнывала, чувствуя мои пальцы, извивалась под моими ласками.

Шёпот срывался с её губ, она молила прекратить пытку, а я хотел растянуть эти волшебные мгновенья вожделения и животной похоти. Какое наслаждение видеть женщину, изнывающую от ласки. Я слышал её стоны, чувствовал, как плотно она сжимает пальцы внутри себя, её горячая теснота жаждала большего.

Крепко обхватив её ягодицы, чуть приподнял и вошёл в неё раскалённым членом на всю глубину. Замер, не в силах пережить прелесть, с оттяжкой входил в неё снова и снова, слышал как она стонет, бьётся подо мной.

Моя женщина замерла, её живот сцепило судорогой, она кричала, комкая простыню. Слышал, как резкими спазмами её скручивает изнутри, пульсирует, жжёт.

Уже не останавливаясь входил в неё всё яростнее, сильнее. Взрыв, поток неизведанного наслаждения бил меня крупными импульсами внизу живота. Никогда, ни с одной женщиной мне не было так хорошо. Нет таких слов, чтоб нарисовать всю картину.

Я кончил настолько ярко, у меня туманом заволокло сознание. Приходил в себя, лёжа на ней, мычал от восторга, во мне всё пульсировало наслаждением, разнося по венам горячую сладость.

Проснулся как от толчка. Выработанная годами привычка просыпаться во время въелась в меня до самых костей.

Утром меня будет ждать самолёт, я оставлю пылающую нежностью женщину спать до рассвета, сам потащу в сердце поселившееся чувство в небеса во всех смыслах.

У меня в запасе ещё было несколько мгновений, чтоб продлить свидание. Лежал, закрыв глаза и закинув руки за голову. На моей груди спала моя женщина, чуть слышно дышала, разметав водопад волос по подушке. Любовался ею, боялся пошевелиться, чтоб не разбудить её.

Её рука скользнула по моему животу, смело накрыла пах, развязав новый узел желания. Горячий спазм рванул по члену, вздыбил его. Сжатый её рукой, член с наслаждением пульсировал в женской ладони.

Света, перевернувшись на живот и приподнявшись на локтях коснулась губами головки. Всё. Я сдох. Сцепив зубы отдавался прелести изысканной ласки, чувствовал горячий шёлк её языка, слизывающий напряжение с члена, плотное кольцо губ, проталкивающее в себя мою плоть.

Горячее кольцо её рта сжималось всё плотнее, я собрал её волосы в кулак, направляя и сдерживая её захват. Она брала меня так нежно, мне хотелось большего. Оттянул её от себя, навалился сверху, выгнул к себе спиной. Она послушно прогнулась, коленом развёл её бёдра, не было сил держаться. Вошёл с рыком, утренние игры в прелюдии мне удавались особенно плохо. Вернее, вообще не удавались. Контролировать себя не получилось, я напал на неё диким зверем.

Отдохнувший, я готов был трахать её бесконечно. Горячая, тесная, она впускала меня на всю глубину, прогибалась. В бушующей страсти то и дело откидывала голову назад, рычала. Мне нравилось доводить её до исступления, толкаясь пальцами в клитор и тараня её членом. Она стонала так аппетитно, я заводился всё больше.

Держал её на весу другой рукой, не давая женщине рухнуть без сил от сотрясающего её оргазма. Вжал её в себя, зашёлся в мощном приливе сам, повалился рядом с ней. Накрыл её рукой, она не шевелилась, полностью обессилев.

Через минуту я был в душе. Остывал под струями воды, торопился.

Света лежала на спине, целомудренно натянув на себя одеяло, улыбалась.

– Приеду через пару дней. Будешь ждать?

Она улыбалась, перекатилась на бок, лукаво выглянула из под запутавшихся волос. Прошептала:

– Буду.

Из воспоминаний меня выкинуло толчком, в первую секунду даже не понял, где я. Это самолёт выпустил шасси. Ещё минут десять-пятнадцать и мы приземлимся. Встречать у трапа меня должен Глеб.

Дорогие мои, самые лучшие читатели!

Следующие главы будут выходить чере день. Обнимаю вас!

Глава 32

Глава 32

Юрий

В аэропорту меня должен был встречать Глеб. Надо было решить единственно скользкую тему, так неудачно связывающую наши два предприятия. В свое время разделив наследство отца, каждый пошёл своей дорожкой. Только младший братец, как всегда, свернул на мою.

И хоть я его не пустил к себе, он пиявкой таки присосался, выгреб, сука, для себя местечко, наныл через матушку офис рядом с моим, поставщиков моих, сбытчиков и тех моих. Матушка умерла, больше некому было вступиться за ленивого хитреца суку-братца. Пришло время разрулить эту никому ненужную байду.

Предприятие Глеба тянуло меня ржавыми жерновами в бесполезную суету. Я тратил своё время него, на его бизнес, будучи совершенно не заинтересованным. Всё, хватит, мальчик подрос, теперь всё сам.

Самолёт приземлился, заглянул в телефон, – всё надеялся на веточку от Светы. Впрочем, с чего бы это. Наши отношения переступили определённую черту, но рабочие сложились как сложились, Света и раньше мне не звонила, так с чего бы вдруг она позвонила сейчас. Не мог усидеть на месте, рвался к ней, хотел увидеть, услышать, вдохнуть её запах.

У трапа стояла моя машина, водитель сидел за рулём, у открытой двери джипа стоял братец с открытым зонтом. С неба капало и этот гусь перепончатый не мог не покрасоваться:– в распахнутой замше, в белоснежной рубашке, в галстуке от Лардини. Ну, кто бы удивился. Павлин при перьях. Время позднее, не увидит же его никто, нет, Глеб не Глеб, если не пожеманиться хотя бы перед стюардессами.

Сел в машину, протянул руку за папкой, только сейчас взглянул в лицо Глебу. Твою мать!

– Блять! Что у тебя с рожей, Глеб?

Я смотрел на иссиня– багровый кровоподтёк, расплывающийся от носа вверх к глазу, на жёлтое пятно от старого синяка. Через весь распухший нос полоска пластыря.

– А, ерунда, – Глеб пытался быть беспечным, отмахнулся, но я видел, глазки у него забегали.

– Сцепился с кем?

– Да нет, – он ухмыльнулся, – с девушкой опять не поладил.

– Она решила переломать всё что выросло на твоём лице?

– Не обращай внимания.

Глеб гундосил, морда у него и вправду была какая то страшная:

– Да что там за девка у тебя такая свирепая? Первый раз вижу, чтоб женщина мордобоем страдала. У неё что, пояс по карате?

– Да не обращай внимания, – Глеб отнекивался, юлил, да и хер с ним. Пусть сам со своими бабами разбирается. Вообще, конечно интересно посмотреть на женщину, не побоявшуюся дважды отоварить в рожу здорового мужика.

– Вот что братец. Я разрулил наш с тобой последний узел. Сейчас приедем, поднимемся ко мне в кабинет. Познакомишься с документами. Завтра соберём совет, у меня будет несколько предложений. Ты должен быть готов. Почитаешь материалы, подготовишься, хочешь, привлеки своих юристов. Разделимся с тобой.

– Не думал я, что ты откажешь мне в поддержке, Юра.

– Причём здесь поддержка. Вопрос давно решённый. На днях просто поставим последнюю точку. Ты царь своего королевства, загостился на моей территории. Пора и честь знать. Вали к себе.

– Почему такая срочность?

– Ты охренел, Глеб? Какая срочность, я уже год постепенно вывожу тебя из моего бизнеса. У тебя свой кошелёк, иди, блять, работай на свой.

– Нам с командой время надо.

– Сколько?

– Неделю.

– Хер тебе. Мы уже год мусолим эту тему. Все документы готовы. Два дня и хватит. Всё подготовлено моими ребятами.

– Юра, время позднее, давай завтра все рабочие моменты. В отличие от тебя, я ночами не работаю.

Я обернулся к нему, смерил его взглядом:

– А говоришь поддержка тебе нужна. Работал бы больше, глядишь, не выгнал бы я тебя. Ты сейчас куда?

– Домой меня подбросьте.

– Сам подбрасывайся. Я в офис еду, документы просмотрю. Пусть твой водила жопу оторвёт и работает. Распустил всю команду ты Глеб.

– Не нуди, Юрец. Зато от меня люди не сбегают.

– Добро, Глеб. Дальше на хуй. В смысле на такси. – повернулся к водителю: – Высади барина.

Джип выплюнул моего братца на обочине, сразу стало легче дышать. Всё, что ему полагается по разделению, отгребёт завтра, а сейчас я скорее в офис и потом к Светлане.

Подъехали к офису. Водитель остановил меня вопросом, когда я направился к ступеням.

– Юрий Матвеевич, коробку с бантом к вам в кабинет поднять или домой?

– Коробку? А, коробку… Пусть полежит. Позже заберу.

Это я Светке купил роскошную шубу в подарок. Длинную, тёплую, в пол. А то ходит в какой-то розовой китайской наволочке.

Прошёл к лифту. Собственно, был поздний вечер, Светы в принципе не должно было быть в офисе. А как же хотелось, чтоб была. Собственно, она и не знает, что я приехал. Должен быть только завтра. Чёрт, где её телефон.

Зайду, брошу документы, посмотрю как там и сразу к ней в гостиницу.

Приехал на 35 этаж, вышел из лифта, в коридоре горело дежурное освещение. Прямо от лифта было видно, что за прозрачными дверями приёмной темно, там никого нет.

Вошёл, чиркнул выключателем. У Светки за столом, на стеллажах как в операционной стерильная чистота и порядок. Дёрнул дверь к себе. Всё вроде как всегда, с порога осмотрел кабинет, бросил папку сверху на сейф, хотел выйти. Внимание привлёк белый лист по центру на чёрном столе. На моём столе.

Так могла оставить документ могла только Света. Это была её манера класть документ ровно по центру. Там рядом лежало что то ещё. Мне уже было неважно что. Я видел только лист А-4.

Тревога взвилась, задрала хвост, рванула когтями гадким пречувствием.

Сердце надсадно ухнуло.

Подошёл к столу, издалека видел Светкин размашистый почерк, перепоясавший лист. Читал, буквы прыгали кузнечиками. Заявление на имя Данилова… уволить по собственному желанию, дата…

Что? Вчера?! Что могло случиться вчера, мы расстались с ней вчера ранним утром в её номере. Она мягким котёнком улыбалась мне из вороха одеял, всё же было хорошо.

Так, не понял. Её сегодня не было на работе и мне об этом никто не доложил? Сука из отдела кадров должна была тут же сказать. Чёрт, как бы она это сказала, если заявление лежит у меня на столе, она просто сама не в курсе. Твою мать, почему никто не хватился Светы и не сообщил мне!

Так быстро я давно не пересекал площадь между офисом и гостиницей. Влетел в холл, протянул руку, мне сразу вложили ключ-магнит от её номера.

Я нетерпеливо смотрел на чёртовы двери лифта, неторопливо захлопнувшиеся , на плавно скользящий лифт. Лучше бы пешком по ступенькам пробежал. Вылетел в коридор. Бежал к Светкиному номеру. Распахнул дверь. Автоматически включился свет.

Прошёл по номеру. В комнате пахло ею. Да нет же, она не выехала. Рванул на себя дверцу шкафа. Всё на месте, вот её костюмы, всё в чехлах, Светка аккуратистка до мозга костей. Сел на её кровать, схватил подушку, вдыхал её запах. Соображал каким то задним умом. На деревянных ногах вошёл в ванную. Тут я принимал душ вчера ранним утром.

Всё на месте, вон шампуни, мочалки. И всё же что то не то. Вернулся в комнату, прошёл мимо шкафа, который сам же и открыл. Ебать… До меня дошло.

Мои дорогие читатели, если роман вам нравится, прошу подарить нам с героями вашузвезду! Это самая лучшая поддержка для автора!

Глава 32.1

Глава 32.1

Юрий

Прошёл по номеру. В комнате пахло ею. Да нет же, она не выехала. Рванул на себя дверцу шкафа. Всё на месте, вот её костюмы, всё в чехлах, Светка аккуратистка до мозга костей. Сел на её кровать, схватил подушку, вдыхал её запах. Соображал каким то задним умом. На деревянных ногах вошёл в ванную. Тут я принимал душ вчера ранним утром.

Всё на месте, вон шампуни, мочалки. И всё же что то не то. Вернулся в комнату, прошёл мимо шкафа, который сам же и открыл. Ебать… До меня дошло.

В шкафу висели только новые тряпки и те, что она купила для работы. Аккуратно развешенные на плечиках блузки, отдельной шеренгой юбки.

Уже угадывая, что сейчас увижу, вернулся к обувной полке. Так и есть. Новые ботинки, сапоги, всё сиротливо жалость друг к другу. Рухнул на кровать. Потёр лоб. Что случилось? Где моя Света? Ушла от меня?

Надоело. Встал, расправил плечи. Ишь ты, сбежала значит. Закуталась в свой розовый лапсердак, нацепила старые идиотские калоши и гордо сбежала?! Что не так то? На что она могла обидеться? Или снова решила показать свой гордый саблезубый характер… Захотела выдрессировать меня. Ждёт, что буду бегать за ней, возвращать? Скорее всего сама себе что то придумала, что то решила, и ушла. Да и чёрт с ней. Скатертью дорога.

Таких Свет полный земной шар. Вагон и маленькая тележка. Всё, на хер. Вырву из сердца эту занозу. Свалила и чёрт с ней. Ишь ты, писаришка хренова.

Ударил кулаком в стену, сорвалась картина со стены, шмякнулась под ноги. Вдарил по ней ногой что было сил, она разлетелась в щепку.

Вышел в бешенстве. Для меня оставалось загадкой поведение Светы, и в этой загадке я разбираться не собирался. Вышел на воздух, холодный вечер швырнул в лицо мокрый ветер. Блять, ненавижу эту раннюю весну. Эту серую промозглость, слякоть, грязь. Сел в машину, рыкнул:

– Домой.

Ехал, голову свербила какая то несостыковка. Что то я недоглядел, как будто не развидел. Эмоции в голове брали верх. Светкино лицо – чистое, нежное, родное светилось лучезарной улыбкой из под вороха одеял на скомканных горячих простынях.

Какой улыбкой она меня провожала, такую улыбку только ангелы с небес нечаянно роняют. Вдруг меня торкнуло. Пакет! На столе в моём кабинете рядом с заявлением Светы лежал пакет, на который я не обратил внимание. Блять, ой дебил! Ой дебил конченный!

– Давай, братан, назад, в офис!

Водила, умница, без звука выворачивал руль, повернул через две сплошные по направлению к центру. Я сидел как на горячей сковородке, твою мать, у меня пердак подгорал! Не знаю, чего я так торопился, мне думалось, я сейчас вернусь в офис , в том пакете будет лежать отгадка, или хоть какое то здравомыслимое объяснение что случилось с моей женщиной.

Блять, вот где она?!

Охрана вытянулась по стойке смирно. Мужик -сторож смотрел на меня спокойно, для него было не в новинку видеть меня в нерабочее время на работе. И то, что я мотался туда-сюда нормальное явление.

Лифт на радость приехал сразу, поднимался долго, сука, какого хера я запёрся под крышу, вечно эта потеря времени в покатайках между этажами. Всё блять, братец выскуливал вместе с дизайнером: престижно, модно, респектно. Тьфу, балбес. Хера я у них на поводу оказался. Завтра же переведу свою приёмную на второй этаж. Вот найду Светку и переведу.

Влетел к себе в кабинет. Включил свет, в два прыжка оказался у стола. Схватил пакет. Я понял что там. Пулей в сердце высыпалось то, что лежало в канцелярском коричневом конверте. Жемчужная нить и серьги.

Я сидел в кресле, крутил в руках жемчуг и ничего не понимал. То, что жемчуг лежал у меня на столе, значило только одно: это личное. Света смертельно обижена на меня, за что? Раз вернула после ночи любви драгоценности, значит обиделась.

Случайно заметил в конверте сложенный листик. Блять, записка. Пальцы дрогнули, пока доставал. Её почерк.

“Зря ты потратился на жемчуг. Я НЕ ПРОДАЮСЬ.

Кстати, поздравляю, спор у брата ты выиграл”.

Ничего не понял. Какой спор? Что у этих женщин в голове?

Я завис взглядом на стенке напротив. В мозгах проворачивались слова “спор, брат, выиграл” Каким хером вылез Глеб, какой спор… Бесцельно сидел, хлопал глазами, пока моё внимание не напоролось на кое что. Я ещё сам не понял что это, но уже осторожно крался к входной двери. Пятно крови возле дверной ручки. Это же кровь? Ну да.

Я внимательно рассматривал смазанное пятно возле ручки, осмотрелся, понимал что я на пороге “великого открытия” , буквально ещё чуть-чуть и все пазлы сложатся.

Камеры! У меня в кабинете есть камеры и посмотреть мне надо их немедленно.

Взялся за телефон. Вызвал начбеза. Мне надо посмотреть записи, и чем скорее, тем лучше. Что, если это Светкина кровь. Что же произошло…

Начбез сидел напротив меня, время было заполночь. Я который раз пересматривал запись с камеры наблюдения, где моя женщина отбивается от моего брата. За Глебом уже отправили, но его нигде не могли найти. Дома не появлялся, его телефон не отвечал. Дрыхнет, сука у какой нибудь кикиморы под юбкой и телефон отключил.

Тяжело смотрел на начбеза:

– Найди мне эту падлу из под земли.

– Найдём, Юрий Матвеевич.

– Потапова ко мне вызови. Проверь, Ширяева, может быть, поездом отправилась в свою срань, в этот, как его. В Марьяновск.

Начбез вышел, я снова и снова смотрел на мониторе как моя Светка сражается за свою честь. Бедняга. Смелая, до боли хрупкая, до умопомрачения чистая девчонка перекусила нос козлу за сто килограмм весом. Видел, как она отлетела на пол.Скрипел от ярости зубами, пока эту мразь разыщут, сотру зубы в порошок.

Зажмурился, взвыл.

В руках глухо стукнули жемчужины друг о друга. Как моя Света радовалась,там, в ювелирном магазине. Как глаза горели. Моя женщина сияла. Прошептала “спасибо”. За такую благодарность хотелось ей подарить весь этот магазин и ещё два в придачу. Собирался осыпать звёздами мою женщину. Только мою ли теперь?

Услышал, щёлкнули двери лифта. У меня раздувало вены от его шагов.

Глеб ещё не вошёл, перед глазами уже стояла красная пелена.

Мои дорогие читатели! Очень жду ваших комментариев...