Текст книги "Академия отвергнутых. Худшая на отборе (СИ)"

Автор книги: Анна Дрэйк

сообщить о нарушении

Текущая страница: 7 (всего у книги 14 страниц)

Глава 23 – Наказание

– Ну, и куда мы идем? – Я стараюсь говорить спокойно, но внутри всё сжимается.

– Ко мне в спальню, – невозмутимо отвечает Бэрсинар, а я не сказать, что слишком удивлена. Примерно такого ответа я и ожидала.

– Снова захотелось принять небольшую ледяную ванну? – Иронизирую я.

– На этот раз, я всё предусмотрел и никакого льда не будет, с ухмылкой отвечает Бэрсинар, внося меня в свои покои, будто невесту.

Ага, невесту. Мне светит только роль вечно рожающей наследков кошки. Не более того.

Про свадьбу можно и не мечтать.

Хм, а может сыграть на этом?

Ну, чтоб хоть как-то остудить его пыл. Для многих мужчин разговоры о женитьбе действуют гораздо лучше ледяного душа.

– И что же мы с вами, Ваше Величество, будем делать? – преувеличенно официально обращаюсь к нему, садясь на край кровати и целомудренно оправив подол платья, чтобы оно прикрывало колени. – Быть может играть в шахматы? Так вам будет скучно. Играю я не слишком впечатляюще. Да и надоедает быстро.

– Я думаю, что мы займемся чем-то поинтереснее? – Бархатисто мурлыкает Бэрсинар, проведя пальцем по моему плечу. – Так, чтоб весело и приятно было нам обоим.

– Поедим? – С надеждой уточняю я. – Я между прочим ещё не завтракала даже.

– Давай еду отложим на потом. Сейчас займемся кое-чем другим, – Бэрсинар склоняется ниже и его взгляд соскальзывает с моих глаз, на губы и я невольно закусываю нижнюю, пытаясь унять нарастающий жар, распространяющийся по телу.

Не помогает, поэтому, я быстро вскакиваю и отхожу в центр комнаты. Подальше от дракона и волн возбуждения, которые от него исходят.

Но Бэрсинар поднимается и сделав шаг, оказывается возле меня.

– Куда же ты так спешишь, м? – Он усмехается, приподняв уголок губ и положив руку на талию, привлекает меня к себе.

– Спешу здесь не я, а ты, – отвррачиваюсь, чтобы не видеть этих потемневших от его желания глаз из-за которых и моё самообладание вот-вот может улететь в бездну. – Я не могу так, понимаешь? Осознание того, что я для тебя буду всего лишь рожающей самкой меня убивает. Я не могу так. И никогда не смогу смириться с тем, что мой мужчина после проведения ночи со мной, поднимется и уйдет к другой женщине. Я собственница и никогда с этим не смирюсь.

Считай, что когда я кого-то выбираю, то сама становлюсь как дракон нашедшей истинную. Только без всякой метки.

С шумом вдохнув воздух, я наконец решаюсь снова посмотреть Бэрсинару в глазу, ожидая увидеть там насмешку или издевку, но вижу там совсем другое – удивление. Даже надежду.

– То есть, хочешь сказать, что всё же приняла наконец, что я твой мужчина и ты будешь со мной? – Переспрашивает он меня.

Я легко качаю головой.

– Ты вообще меня слушал? Это всё неважно, если ты будешь одновременно с кем-то ещё. С другой женщиной.

Бэрсинар мягко берет меня за подбородок и вглядевшись мне в глаза, улыбается:

– Значит, не буду.

Я несколько раз моргаю.

– Постой, что? Что ты сказал?

– Я сказал, что не нужна мне другая женщина. Мне ты нужна. Если роль моей законной и единственной супруги тебя не пугает, то что ж. Так тому и быть. Я приму такое решение.

Он склоняется

– Я… нет… я еще не готова, – упираюсь я ему в грудь двумя руками, но это ни на что не влияет.

– Зато готов я.

Бэрсинар подхватывает меня на руки. Комната совершает оборот и я вновь понимаю, что лежу на кровати, а обе мои руки прижаты к подушке над головой, горячей ладонью Бэрсинара.

– Пусти, – шепчу, глядя в темно-фиолетовые глаза Бэрсинара.

– Даже не подумаю, – усмехается он. – Чтоб ты снова сбежала или выкиинуоа очередное безумие? Неееет, – он качает головой и на удивление быстро расправляется с моим платьем, в один момент, стягивая его вниз и швыряя на пол. – Я тебя еще не наказал за прошлые разы.

Горячая, чуть шершавая ладонь проводит по моему животу, и спина покрывается мурашками. Бэрсинар садится, обнимает меня и снова целует шею. Чуть покусывая, добирается до лямки и зубами тянет в сторону.

Мысли начинают путаться, а тело будто живет своей жизнью.

Я, не давая ему отстраниться, выгибаюсь навстречу и обнимаю его ногами за талию. Просто поцелуев почти сразу становится недостаточно. Я ведь понимаю, что могу получить гораздо больше.

Бэрсинар в этот миг ослабляет застёжку белья, и бесполезный элемент одежды летит куда-то в сторону.

Дракон гладит меня по щеке, не прекращая целовать шею и ключицы, спускаясь к груди. Осторожно обхватывает и надавливает на самую чувствительную часть большим пальцем.

Я прогибаюсь в спине, но едва чувствую, что мои руки освободились, тут же выравниваюсь и жадно начинаю покрывать его шею поцелуями. Сперва просто захватываю губами, но этого кажется мало. Я прижимаю кожу зубами. Оторваюсь только когда чувствую, как пульс Бэрсинара участился. Взглянув на него, вижу белокожего с горящими глазами, зрачки которых расширились и полностью вытеснили радужку. Красивый. Потрясающе красивый. И почему-то решивший взять именно меня.

Дыхание у Бэрсинара сбивается. Он захватывает губами мою грудь, лаская другую пальцами. Провожу по бедру рукой, по нижней части живота и резко под бельё, заставляя застонать. Бэрсинар начинает целовать жарче и сжимать сильнее. В животе разгорается ноющая, но такая приятная боль желания. Его пальцы лишь дразнят, очерчивают самые чувствительные точки кругом. Умело, именно так, как нужно мне. Бэрсинар приносит удовольствие одним прикосновением. Но хочется большего. Всего его. В себе.

– Бэрсинар, – провожу ногтями по его спине от лопаток до плеч, пытаясь притянуть его к себе. – Иди ко мне...

– Нет. Ты наказана, – шепчет он на ухо, – сейчас моя очередь дразнить. За неподчинение, – его пальцы гладят вокруг ноющих от желания точек, не касаясь. – За то, что постоянно убегала от меня. – Бэрсинар сжимает грудь сильнее, а пальцы внизу дразнящие касаются там, где мне особенно хочется. – Хотя, не знаю, кому из нас сложнее…

Последнее слово он выдыхает мне в губы, а после, вместе с жарким поцелуем, входит пальцами.

– Бэрсинар, – вскрикиваю, прогибаясь ему навстречу, царапая ногтями по спине.

Он в ответ захватывает губы, так что теперь все мои стоны становятся нашими общими, но плавно двигаться пальцами не перестает. Жар внизу живота нарастает, становится уже невыносимым. Настолько, что я даже пытаюсь отстраниться, но Бэрсинар не даёт. Вжимает бедро в кровать и продолжает, двигая внутри пальцами, вырывая уже не просто стоны. Ещё несколько движений. Я кричу на всю комнату и бьюсь под его руками. Тело сотрясается, по шее катятся капли пота, а внизу живота раз за разом будто спускается туго натянутая пружина.

Я уже ничего не понимаю. Теряю себя, память, понимание того, где я нахожусь. Существуют только руки Бэрсинара, его потрясающий сладкий запах с оттенком ириса и губы, от которых невозможно оторваться. Всё кружится. Я не понимаю, когда оказываюсь на спине, чувствую жаркий поцелуй в нижней части живота, заставивший вскрикнуть особенно громко, а после в глазах темнеет.

Я пытаюсь позвать, притянуть к себе, попросить прощения, лишь бы закончить эту пытку и наконец ощутить его, но Бэрсинар, похоже, обиделся сильнее, чем я думала. Пальцы держат меня на грани, то ускоряясь, то, перед самым пиком, замирая, накрывая промежность ладонью и не выпуская жар. Живот сводит от ноющего томления. Бэрсинар ласкает грудь, покусывает живот. Наконец, спускается и проводит широкую обжигающе горячую полосу языком. Тело в очередной раз сводит сладкой судорогой. Мышцы сокращаются сами по себе. Я улыбаюсь полубезумно и подрагиваю.

– Бэрсинар, пожалуйста, – захрипела я. – Не могу больше, – зрение пропадает, но на смену ему приходят не тяжёлая тьма, а яркие воздушные мерцающие краски.

Если он что-то и сказал, я не слышу, но ласку не прекращает. Напротив, ускоряется, распаляя ещё больше, а за миг до пика наслаждения замер и отстраняется, бросив меня онемевшей от болезненного желания и заставляя взвыть. Кажется, в этот момент я и правда выпадаю из реальности. Была лишь тянущая боль замершего наслаждения, от которой сводит зубы. Спина выгибается. В этот момент Бэрсинара не хватает как никогда раньше. Я зову его.

Подрагивающие пальцы поднимают мои бёдра, а следом резкий толчок, и сквозь темноту перед глазами сверкнули разноцветные искры долгожданного оргазма. Я вскрикиваю и раскидываю руки, но следующий толчок выбивает из меня новый стон и с каждым движением они становятся всё громче, переходя в крик и сплетаясь с горячими выдохами Бэрсинара над ухом. Я знаю, всё только начинается. Знаю, что в плену, и Бэрсинар может делать всё, что хочет.

Темп нарастает, отзываясь ноющей, но такой приятной болью. Я сжимаю в кулаках простынь так, что кисти побелели. Мир кружится, как на карусели. Бэрсинар, рваными движениями целует шею, не сдерживается и прихватывает кожу. Я вскрикиваю, потом громче, когда он сунет руку под спину и царапнет вдоль позвоночника. Выпрямляется, и мои ноги оказываются у него на плечах, делая толчки ещё глубже, а крики обоих громче. Позже я осознаю себя сверху, чувствуя его полностью. Всего. Мало и в то же время слишком много. Он наполняет меня до краёв. Так что становится сладко и невыносимо горячо одновременно.

Я закричала уже, кажется, сотый раз, но сейчас вместе со мной застонал Бэрсинар и, обняв, завалился набок, крепко прижимая к себе и тяжело дыша.

Когда разноцветные пятна расселились, первое, что я вижу, – это насыщенно синие глаза и взмокшая чёрная прядь, прилипшая ко лбу. Потягиваюсь, чтобы убрать, но рука да и всё тело до сих пор дрожат. Луч света падает Бэрсинару на лицо, и он недовольно сощуривается. Только сейчас я соображаю, что время близится к полудню.

Ого. Ого!!!

– Кажется, этой ночью мы побили какой-то рекорд, – слабо шепчу я.

– Это была всего лишь разминка, – хмыкает Бэрсинар в ответ, но в этот момент, раздается стук в дверь.

– Ваше Величество, прошу прощения, но вас всё утро разыскивает Олдин Асколо, – слышится вкрадчивый голос камердинера. – Мне передать, чтобы вас не беспокоили?

Бэрсинар тяжело вздыхает, но отвечает.

– Нет, скажи, что я скоро подойду к нему.

Глава 24 – Официальное признание

– Проклятье, как не хочется выходить, – Бэрсинар слегка прикусывает мне плечо. – Моя б воля, ты б вообще у меня из постели не вылезала.

– Тогда я бы очень быстро пришла бы в негодность, – слабо улыбаюсь я.

– Нет, ну в уборную, душ и поесть, так и быть, я бы тебя отпускал, – усмехается Бэрсинар. – Тем более, что душ и еду можно прекрасно совмещать с сексом.

– С каждым словом ты пугаешь меня всё больше, – я качаю головой, а после хмурюсь. – Бэрсинар, а ты… ну… хорошо своего дядю знаешь?

– До смерти его истинной, да. Они часто приезжали. Я правда совсем маленьким был. Но помню, что они оба мне казались просто ангелами, особенно по сравнению с отцом. Он у нас конечно…, – Бэрсинар цокает языком и возвращается к теме, – но когда тётя умерла, то всё разом изменилось. К нам он больше не приезжал, зато отец вроде ездил на первых порах. Боялся, чтоб тот дядя с собой ничего не сделал.

Бэрсинар помолчал и продолжил:

– То, что выдержал даже удивительно. Вероятно всё же придумал себе какую-то цель.

Я закусываю губу, снова колеблясь – рассказывать или нет.

– Он просто вчера приходил, разговаривал со мной, ну и… странно себя вел. Говорил, что и Джозефа специально пригласил, чтобы ну… я и с ним тоже спала.

Бэрсинар поджимает губы и обрисовывает кончиками пальцев линию моего оголенного плеча.

– Эми, ты должна понимать. Мой дядя не в себе. Он не просто так сложил с себя полномочия. Его слова и реальность совпадают далеко не всегда. Но твоего бывшего, – Бэрсинар опускает голову. – Чтоб я и на километр от тебя не видел. Поняла меня?

– Поняла-поняла, – со вздохом отзываюсь я.

И хоть ревность вполне понятна, но мне всё равно как-то не по себе.

– Ладно, тебя же ждут вообще-то, а мне нужно себя в порядок привести. Хотя бы наряд поменять.

– Ты и так в порядке, – Бэрсинар целует меня в шею. – И наряд твой, – он чуть приподнимает легкое одеяло, которым я укрыта и мурлыкает. – Просто идеален.

– Но к обеду я так выйти не смогу. И вообще, у тебя еще отбор невест идет, помнишь?

– Он уже завершен, – ухмыляется Бэрсинар. – Сейчас пообщаюсь с дядей, соберу всех в тронном зале и сообщу о его официальном завершении.

– Какой быстрый, – я склоняю голову к плечу и не удержавшись, легонько провожу пальцем по уголку его губ. – Я вообще-то не давала согласия.

– А я его и не спрашивал, радость моя, – Бэрсинар склоняется ближе и захватывает мои губы неспешным поцелуем, который постепенно становится всё более и более жадным.

– Так, надо идти, – резко и будто с усилием прерывает он сам себя. – Иначе, мы сейчас с тобой пойдем на второй круг, а потом на третий. И так, до бесконечности.

Бэрсинар поднимается и направляется в душ, а я невольно наслаждаюсь его шикарным оголенным торсом и фигурной мускулистой спиной.

Ох, хорош гад. Нечего сказать.

Но когда он скрывается в ванной, я хватаю вещи и наспех одевшись, выхожу в коридор.

Мне нужно прийти в себя, после всего произошедшего и собраться с мыслями.

Быстро переодевшись, я решаю зайти к Лоре и всё обсудить, но её комната оказывается закрыта.

Странно, где она ходит?

Ладно, чем себя занять я пока не знаю, поэтому иду в небольшую столовую на веранде, где нам обычно накрывали столы.

Вдруг, там будет какой-то перекус?

Я медленно и осторожно иду по коридору, стараясь не думать о том, что произошло между нами с Бэрсинаром. В голове всё еще возникают яркие образы: его прикосновения, горячие поцелуи, нежные шепоты. Я стараюсь сосредоточиться на том, что ждет меня дальше.

Когда я вхожу на веранду, то обнарудиваю, что легкие закуски там действительно есть.

Но помимо них там находятся Вероника, Луиза и Катарина, чему я совсем не рада.

там действительно не так много народу.

– Всем добрый день, – небрежно машу я рукой и подхожу к столу на котором стоят свежие фрукты и выпечка, и, не раздумывая, беру яблоко и булку с творогом.

– Проголодалась, да? – хихикает Луиза.

– Немудрено, – подхватывает Вероника и обе проглатывают по ехидному смешку.

Что ж, чего-то похожего я и ожидала.

А вот то, что Катарина смотрит на меня совершенно спокойно – немного удивляет.

– Рада, что у вас такое хорошее настроение, – усмехаюсь я и кусаю булку.

А в этот момент в кухню входит Джозеф и я едва не давлюсь.

Он-то что здесь делает? Разве не должен был вчера уехать.

Бывший муженек останавливается, увидев меня, и его лицо расплывается в улыбке.

– Эми! Как приятно тебя видеть! – восклицает он, подходя ближе, будто лучший друг. – Ты кажется хорошеешь ежеминутно.

Я невольно напрягаюсь, но стараюсь не подавать вида.

– Придумай какие – нибудь новые комплименты, ладно? Эти я уже слышала. – отвечаю, стараясь говорить спокойно. – И вообще, а ты почему еще здесь?

– Да вот, жду, когда Император сделает очень важное объявление, – он наклоняется к столу и берёт пару пирожков. – Догадываешься о чем?

Я понимаю, что не хочу обсуждать это, особенно с ним. Но вместо этого кидаю взгляд на Джозефа. Он кажется таким беззаботным, и в его глазах нет никакой тени злобы или намерений.

Но я уже попадалась в подобную ловушку и больше ему не верю.

– Не знаю, – отвечаю, стараясь говорить уверенно. – Возможно, что-то о свадьбе. Или об отборе.

Лицо Джозефа меняется, и он какое-то время смотрит на меня с искренним интересом.

– Действительно? Это было бы неожиданно, – произносит он, и я чувствую, как внутри меня закипает раздражение.

– Да, неожиданно, – повторяю я, стараясь не поддаваться эмоциям.

В этот момент на веранду входит камердинер и торжественно сообщает, что Бэрсинар собирает всех в тронном зале. Я стараюсь не выдать своего волнения, но внутри меня всё сжимается.

– Похоже, нам нужно идти, – говорит Джозеф, поднимаясь. – Пойдём вместе?

Я кидаю на него короткий взгляд, но понимаю, что не хочу идти с ним.

– Нет, я пойду сама, – отвечаю, стараясь быть вежливой.

– Как хочешь. Увидимся там, – говорит он, и я наблюдаю, как он уходит из веранды.

Следом выходят девушки, а я еще некоторое время стою одна и только сделав глоток воды,

тоже направляюсь к тронному залу. Сердце колотится в груди, и я пытаюсь справиться с волнением. Как бы там ни было, я должна быть готова к тому, что произойдет.

Когда я открываю двери зала, я вижу, что там уже собрались все. Бэрсинар стоит в центре, его уверенный вид вызывает у меня восхищение. Он выглядит великолепно в своем наряде, а его глаза сияют.

– Все, пожалуйста, займите места, – говорит он, поднимая руки, чтобы привлечь внимание.

Я медленно пробираюсь к нему, стараясь не отвлекаться на взгляды собравшихся. В голове всё ещё крутятся мысли о том, что он может объявить.

– Спасибо, что пришли, – начинает Бэрсинар, его голос звучит уверенно. – Я собрал вас здесь, чтобы сообщить о завершении отбора невест. Мы выбрали ту, кто станет моей супругой. Да, досрочно. Потому что не вижу смысла тянуть.

В зале нарастает напряжение. Я чувствую, как мои колени подкашиваются. С каждым его словом сердце бьется всё быстрее.

– Итак, я рад объявить, что моей невестой и императрицей Астэриала будет леди… – он делает паузу, и в этот момент мне кажется, что время останавливается. Мой взгляд встречается с его, но он тут же отводит его и громко произносит. – Катарина Орсон.

Глава 25 – Раздача счастья

В тронном зале нарастает гул. Все взгляды устремлены на него, а я чувствую, как щёки заливает горячая краска.

Делаю шаг вперед и только, когда на сгиб локтя Бэрсинара, ложится ладонь возникшей рядом Катарины, которая сверкает счастливой улыбкой, до меня наконец доходит, что он назвал не моё имя.

И я замираю, понимая, что это снова произошло – я доверилась, а меня просто использовали и растоптали.

Странно, но сейчас я даже чувствую какое-то извращенное наслаждение.

Будто мой внутренний голос злорадно посмеивается: “Видишь, а я ведь говорил, что все мужики одинаковые. А ты снова доверилась. Сама виновата. Так тебе и надо”.

Вокруг все ликуют. Чествуют будущую императрицу, поздравляют, а Катарина в отличии от Бэрсинара останавливает взгляд на мне.

Я вижу в нем победу и торжество, но никакой злости по отношению к ней не испытываю совсем.

Это не она мне что-то обещала и не она обманула.

Поэтому, я широко улыбаюсь и тоже радостно выкрикиваю:

– Поздравляю! Да, здравствуют император и императрица Астэриала!

Все по очереди подходят их поздравлять и я иду в числе первых.

– Вы такая красивая пара, – продолжаю широко улыбаться я. – Желаю, чтобы ваш союз длился вечно и был полон искренней любви. Ну и конечно достойных наследников.

– Спасибо, – растерянно, но все равно счастливо улыбается Катарина.

А вот Бэрсинар скорее похож на мрачное каменное изваяние.

– Эмили…, – глухо зовет он и я сама не знаю как нахожу в себе силы посмотреть ему в глаза.

– Да, Ваше Величество? – Я присаживаюсь в реверансе. – Что вам будет угодно?

– Я бы чуть позже хотел поговорить с тобой.

– Спасибо за такую честь, но я не думаю, что стоит оставлять вашу будущую супругу одну, – голос спокойный, но обжигающе холодный.

Именно то, что сейчас чувствую я внутри себя. – Вряд ли это будет уместно.

И изобразив еще один реверанс, я отхожу в сторону, позволяя остальной толпе гостей желающих поздравить новоиспеченную императорскую пару.

Я разворачиваюсь, чтобы покинуть зал, но громкий и властный голос бывшего императора заставляет обернуться:

– Дамы и господа, давайте простим молодому Императору его пыл и не будем отрывать его от молодой супруги. Раз они уже решили поговорить наедине. – Я вижу как Бэрсинар раздраженно покидает зал, а за ним торопливо семенит расстроенная Катарина.

Но обдумать это я не успеваю, потому что Асколо продолжает:

– Хоть наш молодой император и определился со своим выбором раньше заявленного срока, это не значит, что мы забыли о своих обещаниях.

Все прекрасные девушки участвующие в отборе, так же заслуживают счастья и любви. Прошу вас, прекрасные дамы, выйдите в центр зала.

Не знаю, что задумал этот старый козел, но мне это не нравится.

Я нехотя возвращаюсь обратно.

Рядом становится Лара, которая за последние дни будто похорошела. Вся светится изнутри, а на губах то и дело играет счастливая улыбка.

Уж не связано ли это с тем молодым распорядителем?

Если да, то я искренне надеюсь, что хоть у неё всё сложится.

– Итак, мы решили осчастливить Вас и одарит Императорской милостью, соединив узами брака с аристократами. – Продолжает вещать Асколо. – Конечно же, учитывая их желания.

Вероника Лоус, вы отдаетесь в супруги маркизу Ромзил Ирсу.

Вперед выходит громадный темноволосый мужик с длинными волосами убранными в хвост.

От одного его взгляда можно в обморок от страха свалиться.

Но Вероника, подбегает и хватает его за руки:

– Роми, ну наконец-то вместе!

– Да, – коротко, но на удивление нежно отзывается громадина

– Луиза Ромулл, теперь супруга маркиза Самантуса Фаела.

Эти двое были более сдержанны, но тоже явно не были против.

– Лара Тард, – продолжает Асколо и моя подруга вздрагивает, а я сжимаю её ладонь.

Пусть только этот гад попробует отдать её какому-нибудь ублюдку.

Разорву на мелкие клочки.

– Лорд Кайл Райзон, – проговаривает бывший Император и вперед выходит советник Бэрсинара.

Чуть смущаясь, он всё же подходит к Ларе и опустившись перед ней на колено, целует тыльную сторону ее ладони.

– Почту за честь, если Вы, леди Хотт окажите мне такое счастье и согласитесь стать моей супругой.

Лара смахивает слезы с уголков глаз и поспешно кивает:

– Да. Тысячу раз да.

Снова звучат аплодисменты, а я уже искренне улыбаюсь, глядя как Кайл и Лара сближаются в робком, но невероятно милом поцелуе.

Как же я рада за неё. И как хорошо, что она оказалась на этом отборе. Теперь, возвращение в академию отвергнутых ей не грозит.

В отличии от меня.

– И наконец, Эмили Хотт, – называет меня Асколо. – Вашим супругом будет…

– Постойте, что значит моим супругом? У меня не может быть супруга. Меня нужно вернуть в академию отверг… в смысле благочестивости.

– Ну, что ты, дитя, – ухмыляется старый император. – Я же сказал – мы осчастливим всех. А тебя, в особенности. Ведь мы не только подобрали тебе супруга, но и оставляем жить при дворце.

Это он говорит чуть тише. Только мне. А после, снова громогласно объявляет:

– Итак, Эмили Хотт отдается в руки лорду Джозефу Райсу.

Я смотрю как ко мне с торжествующей ухмылкой грациозно подходит Джозеф и остановившись рядом, произносит:

– Ещё раз, здравствуй, моя новая старая супруга. Видишь, я снова осчастливил тебя браком со мной. Вероятно, нас всё же предначертано судьбой быть вместе.