Текст книги "Академия отвергнутых. Худшая на отборе (СИ)"

Автор книги: Анна Дрэйк

сообщить о нарушении

Текущая страница: 10 (всего у книги 14 страниц)

Глава 34 – Странное предложение

Я чувствую, как холодный пот пробегает по спине. Старый дракон пугает одним своим присутствием.

Но впервые, я здесь не одна, а с Бэрсинаром.

Он в отличии от меня выглядит совершенно невозмутимо.

– Какое послушание, дядя? Ты не в себе, – Бэрсинар морщится. – Да, возможно ты и правда пригласил меня для каких-то своих жутких и зловещих целей. Вот только, ты упустил один совсем небольшой моментик, – изливается он.

– О чем ты говоришь? – Фыркает Асколо. – Забыл, что ты все еще детеныш с неокрепшими крыльями и молочными зубами. О каких вообще непонятных моментах идет речь?

– Например о тех, что ты сам назначил меня Императором, – Бэрсинар медленно опускает подбородок и ухмыляется. – Теперь, я – здесь власть. Привыкай, дядюшка. Мы можем с тобой дружить. И жить мирно. Но если ты продолжишь вести себя настолько неадекватно, то я просто объявлю всей Империи, что ты не в себе и сошлю тебя в место, где ты не сможешь навредить ни мне, ни тем более моей истинной.

На мгновение воцаряется тишина. Я ощущаю, как напряжение в воздухе растет, словно натянутая струна. Асколо свирепо сверкает глазами.

Глаза вновь становятся янтарными, зрачки превращаются в черные узкие вертикальные полоски, а на руках проступает мерцающая чешуя.

Ой-ой, это плохо.

Он будто готовится к нападению.

– Ты смеешь угрожать мне? – голос Асколо проносится громовым раскатом под сводами замка. – Ты всего лишь щенок, который не знает, что такое настоящая сила. Ты думаешь, что корона защитит тебя от меня? Ты глубоко ошибаешься. Здесь все подчиняются мне. Все верны мне. Потому что знают, что за собой влечет неповиновение.

Честное слово, в другой момент я бы просто развернулась и убежала. Настолько Асколо выглядит пугающим.

Но Бэрсинар продолжает стоять с прежней невозмутимостью. Даже больше – он в открытую издевается над ним.

– Ты себя-то слышишь, дядюшка? – Бэрсинар с усмешкой качает головой. – Твоя сила основана на запугивании, а теперь вместо тебя пришел другой правитель. Как считаешь, сильно они будут скучать по тому, кто их тиранил? Твоё время прошло, – он разводит руками. – Вот и всё. То, что я всё ещё веду с тобой беседы, а не сослал в замок в горах под стражу – это целиком жест доброй воли. Но моё терпение не безгранично.

Асколо сжимает челюсть, его движения становятся более резкими. Я вижу, как его рука сжимается в кулак, и мне становится страшно.

Но внезапно Асколо медленно выпрямляется, а его чешуя медленно исчезает. И я замечаю, что его глаза, хоть и полны ярости, но начинают постепенно смягчаться, принимая человеческий вид.

Он делает шаг назад, словно взвешивая свои слова.

– Да… да… знаешь… прости, мальчик мой. Ты прав. Я был слишком резок, – произносит он, и качает головой. – Я не всегда соображаю, что говорю. Пожалуй, мне пора посидеть а отдельной комнате, – посмеивается он. – И да, Бэрсинар. Империя нуждается в лидере, который услышит её голос. Нуждается в молодой крови. В тебе, – он делает паузу, его взгляд становится проницательным, – но ты должен понимать, что править опаснее и сложнее, чем ты считаешь. Тебе необходим мудрый и опытный наставник рядом.

– Только если этот наставник не будет пытаться меня одурманить, – хмыкает Бэрсинар.

– Нет-нет, с этим покончено. Просто хотел посмотреть на твою реакцию, – поднимает ладони Асколо и смотрит в мою сторону. – И приношу извинения тебе, Эмили, за всё, что я тебе причинил.

– Постараюсь пережить, – криво улыбаюсь я.

Чтобы этот старый дракон мне не говорил, я ему вообще не верю.

– Знаете, в качестве жеста доброй воли, у меня есть предложение, – обаятельно улыбается Асколо. – Как насчет того, что я лично займусь организацией вашей свадьбы? Приглашу твоего брата и отца. Как раз и сам с ними пообщаюсь. А Эмили познакомится с будущей родней.

Почему-то теперь я пугаюсь даже больше, чем когда Асколо орал и превращался в дракона.

– Вы же вроде выдали меня замуж за Джозефа, а Бэрсинару определили Катарину.

Асколо посмеивается.

– Ох, и штучка она у тебя, мальчик мой. Я б на твоем месте боялся бы её обидеть. Такая точно ничего не забудет.

Я чувствую, как напряжение в воздухе становится почти осязаемым. Асколо явно пытается взять ситуацию под контроль, но Бэрсинар не собирается так просто сдаваться.

Бэрсинар смотрит на дядю с нескрываемым недоверием, его глаза сужаются, словно он пытается разгадать очередную уловку старого дракона.

– Организовать нашу свадьбу? – переспрашивает он, его голос звучит скептически. – Прости, но я не думаю, что это хорошая идея. Ты ведь наверняка что-то задумал, верно?

Асколо издает тихий смешок, его глаза блестят с хитрецой.

– Задумал? Что ты, мой мальчик. Я всего лишь хочу помочь своей семье. Разве в этом есть что-то плохое?

Я чувствую, как по моей спине пробегает холодок. Что-то в тоне Асколо заставляет меня насторожиться. Он явно что-то замышляет, но пока не показывает своих истинных намерений.

Бэрсинар хмурится, его подозрения явно не рассеиваются.

– Ты ведь не просто так предлагаешь это, – говорит он, его голос становится жестче. – Что ты хочешь взамен?

Асколо поднимает руки в примирительном жесте, но в его глазах я вижу проблеск торжества.

– Ничего, мой мальчик. Я просто хочу помочь тебе и Эмили. Разве это так плохо? – Он делает паузу, а затем добавляет с легкой улыбкой: – Хотя, если ты настаиваешь, я мог бы попросить об одном одолжении. Ничего серьезного, просто небольшая услуга.

Бэрсинар напрягается, его подозрения явно растут с каждым словом Асколо.

– Какая еще услуга? – спрашивает он, его голос звучит предостерегающе.

Асколо делает шаг вперед, его улыбка становится шире.

– Ну, скажем, я хотел бы, чтобы ты позволил мне присутствовать на вашей свадьбе. Как семья, понимаешь? Я бы хотел быть там, чтобы поздравить вас обоих.

Я замираю, ожидая реакции Бэрсинара. Что-то в этом предложении кажется мне слишком хорошим, чтобы быть правдой. Асколо явно задумал что-то еще, и я боюсь, что это может обернуться для нас большой бедой.

Глава 35 – Обсудить наедине

Я чувствую, как холодный пот все еще стекает по спине, и сама атмосфера вокруг нас меняется на глазах. Слова Асколо, звучавшие ранее как громовой раскат, теперь становятся странно мягкими, но от этого не менее пугающими. Я смотрю на Бэрсинара, который остается невозмутимым, и не могу понять, что происходит в его голове.

– Ты действительно думаешь, что я доверю тебе организацию своей свадьбы? – произносит Бэрсинар с легкой усмешкой, его голос полон иронии. – Это все равно что попросить волка охранять овец.

Асколо, не обращая внимания на нас, продолжает свою речь. В воздухе нарастает напряжение, и я чувствую, как его слова пытаются убедить нас в доброй воле, но за его улыбкой скрываются темные намерения.

– Да, я понимаю, что доверие – это не то, что можно просто так вернуть, – продолжает Асколо. – Но, поверьте, у меня есть свои причины. Я хочу, чтобы Империя процветала, и только вместе мы сможем этого добиться.

– Процветание Империи? – переспросил Бэрсинар, поднимая бровь. – Или же ты просто хочешь сохранить свое влияние на троне, пока твои дни не сочтены?

В глазах Асколо промелькивает искра ярости, но он сдерживается. Я чувствую, как его натянутое спокойствие начинает трещать по швам, и это напоминает мне о взрывоопасной ситуации. Вместо того чтобы разразиться гневом, он собирает силы.

– Послушай, племянник, я не хочу ссориться с тобой, – произносит он, и его голос звучит почти уговаривающе. – Но ты должен знать, что правление – это не игра. Вокруг полно врагов, и я не могу позволить, чтобы кто-то из них воспользовался твоей неопытностью.

В моем сердце поднимается тревога. Ситуация становится все более запутанной, и я не могу не думать о том, что Асколо может замышлять что-то коварное. Однако Бэрсинар, похоже, не собирается отступать.

– Я не ребенок, – заявляет он, его голос становится твердым. – Я готов взять на себя ответственность за Империю, но не за счет своего достоинства. Я не позволю тебе манипулировать мной.

Асколо, кажется, поражен такой смелостью. На мгновение его лицо искажено, но потом он снова собирается с силами.

– Хорошо, – произносит он, чуть наклоняя голову. – Мы все еще можем работать вместе. Если ты примешь мою помощь, я обещаю, что буду мудрым и осторожным советником. Я не намерен навязывать свои идеи, лишь направлять тебя на верный путь.

В этот момент мне становится по-настоящему страшно. Я не понимаю, искренен ли Асколо или это лишь маска, скрывающая его истинные намерения. Я оборачиваюсь к Бэрсинару, пытаясь поймать его взгляд, чтобы понять, как он к этому относится.

– И какова будет твоя цена за эту «помощь»? – спрашиваю я, не выдерживая, и мои слова висят в воздухе.

Асколо смотрит на меня, и его улыбка становится чуть более широкой.

– Просто позвольте мне быть частью этого процесса, – отвечает он, его голос становится почти убаюкивающим. – Я хочу, чтобы вы оба знали, что я здесь, чтобы помочь.

Я чувствую, как напряжение в комнате растет. Мы с Бэрсинаром обменяемся взглядами, полными недоверия и тревоги. Я знаю, что Асколо не просто так предлагает свою помощь. В его глазах я вижу проблеск хитрости, который заставляет меня насторожиться.

– Ты не можешь ожидать, что мы просто примем твое предложение, – произносит Бэрсинар, его голос звучит сдержанно. – Мы не собираемся ставить нашу судьбу в твои руки.

– Какой у вас план? – спрашивает Асколо с легким интересом, его глаза блестят. – Я могу предложить вам выход. Империя нуждается в сильном правителе, а вы – в мудром наставнике. Это взаимовыгодное сотрудничество.

Я чувствую, как по спине пробегает холодок. Мы находимся на краю пропасти, и каждый наш шаг может обернуться катастрофой. Бэрсинар, казалось, продолжает думать, но я вижу, как его лицо наполняется решимостью.

– Я подумаю над твоим предложением, – говорит он, и в его голосе звучит непреклонность. – Но я не обещаю, что приму его.

Асколо кивает, его улыбка остается на месте, но в глазах я вижу тень угрозы:

– Я бы на твоем месте хорошо подумал, племянничек.

Мне всё это не нравится. Мы будто топчемся на одном месте.

Точнее, топчутся они, а у меня уже не хватает ни терпения, ни выдержки за этим наблюдать.

И в конце концов, меня начинают раздражать оба, а это очень плохой знак.

Знак того, что я снова начну творить глупости.

Еще несколько секунд я искренне пытаюсь сдержаться, но в конце концов эмоции берут верх над здравым смыслом.

Как всегда.

– Позвольте вас перебить, многоуважаемые Императоры, – я с трудом сдерживаю сарказм и замечаю краем зрения, как Кайл заранее обреченно вздыхает. – Дело в том, что обсуждая организацию всей этой свадьбы, вы забыли одну маааааленькую деталь.

Бэрсинар изгибает бровь.

– Обсудить твоё подвенечное платье?

– Близко, – киваю я. – Но на самом деле вы оба забыли спросить меня. А я, например, замуж не собираюсь.

– Эмили, ты опять? – Хмурится Бэрсинар. – Или это из-за Джозефа?

– Это из-за того, что замужем я была и ничего хорошего не видела.

– Хочешь быть просто истинной, которая рожает наследников? – Уточняет Асколо. – Так это даже лучше.

– Я просто хочу, чтоб от меня все отстали. – Я фыркаю. – И со свадьбой, и с родами. Знаешь, Бэрсинар, – я смотрю на дракона. – А ты можешь вернуть меня назад в академию? Дворцовая жизнь не для меня.

Бэрсинар хмыкает и качает головой:

– Очень смешно, но нет. Но раз ты от всего устала, – он ухмыляется. – Иди к себе в комнату и жди меня там. Я найду способ тебя расслабить.

Глава 36 – Пугающие намерения

Я смотрю на Бэрсинара и прищуриваюсь. Его ухмылка, в сочетании с тем, как он произнес «расслабить», вызывает у меня мурашки по коже, но я стараюсь не поддаваться на провокацию. Внутри меня бушует буря эмоций – от раздражения до неожиданного влечения.

– Расслабить? – повторяю я с притворным недоумением и закатываю глаза. – Это ты так называешь свои методы?

Асколо, стоящий неподалеку, перехватывает мой взгляд, и в его глазах я замечаю искру интереса. Он, похоже, не против наблюдать за нашим обменом репликами, и это лишь добавляет мне смелости. Я вздыхаю, понимая, что вместо того, чтобы выбраться из этой ситуации, только усугубляю её.

– Эмили, – говорит Бэрсинар, приближаясь ко мне. Его голос становится более интимным, и я чувствую, как внутри меня загорается искра. – Ты знаешь, что я никогда не заставлял тебя делать то, чего ты не хочешь. Но я уверен, что тебе нужно немного времени, чтобы понять, что ты на самом деле чувствуешь.

Я отступаю на шаг, стараясь сохранить дистанцию, но в то же время не могу проигнорировать, как его близость наполняет комнату напряжением. Вокруг словно замедляется время, и я чувствую, как каждое его слово отзывается в моем сердце.

– И что же ты предлагаешь? – спрашиваю я, пытаясь сохранить равнодушие в голосе, хотя внутри меня все начинает накаляться. – Поехать на выходные в какие-нибудь дремучие леса и проводить время с дикими зверями? – добавляю с сарказмом, но в глубине души понимаю, что это предложение звучит заманчиво.

– Ну, почему нет? – Хмыкает он, но затем наклоняется ближе, и его голос становится мягким и низким. – Но это чуть позже. Сначала, предлагаю составить план и немного пофантазировать насчет будущего. В нашей комнате.

Я закатываю глаза, но в то же время чувствую, как во мне растет интерес.

– А здесь никак нельзя? – пытаюсь я возразить, но в этот момент Асколо кивает нам, словно подсказывая, что пора двигаться дальше.

Бэрсинар берет меня за талию и ведет к выходу. Я сопротивляюсь, пытаюсь притормозить, но делаю это больше из вредности или чувства противоречия. На самом деле, поговорить нам действительно нужно. Я чувствую, как его рука, крепко обнимая мою талию, передает тепло и уверенность. Мы выходим за дверь, и в коридоре тихо, только слышно наше дыхание и отдаленный шорох.

Бэрсинар останавливается и смотрит на меня, словно читая мои мысли. Его глаза полны искренности и чего-то глубинного, от чего у меня перехватывает дыхание.

– Эмили, – произносит он с замедленным дыханием, – иногда нам нужно сделать шаг в неизвестность, чтобы понять, что действительно важно.

– Шаг в неизвестность? – подхватываю я, стараясь сохранить легкость в голосе, хотя внутри меня все начинает накаляться. – И ты думаешь, что это я?

Его улыбка становится шире, и я не могу не ответить ей. Внутреннее противоречие – продолжать с ним спорить или отпустить все на волю – начинает угасать.

– Конечно. Ты и неизвестность – это одно и то же слово. Потому что я никогда не знаю, чего от тебя ждать. Это даже пугает.

Я усмехаюсь, пытаясь скрыть смущение.

– Да, бойся меня, жуткий дракон.

– Боюсь, – копирует мое выражение лица Бэрсинар. – Особенно страшно мне из-за того, что ты со мной делаешь.

– И что же я с тобой делаю? – Я изгибаю бровь, чувствуя, как напряжение между нами растет. – Или ты так обиделся за то, что я тебя подожгла?

– Хех, это мелочи, – Бэрсинар медленно склоняется ко мне. Его дыхание касается моего лица, и я замираю, не в силах отвести взгляда. – А вот то, что ты вытворяешь с моими мозгами – это уже тянет на государственное преступление.

– До того, что вытворяет твой дядюшка мне очень и очень далеко. Он тебя зельем каким-то опоил, ты же понял?

– Умеешь ты убивать всю романтику, – хмыкает он, но его голос звучит так, словно он все еще не может отвести от меня глаз. – Но с дядей я разберусь. Можешь не забивать свою прекрасную голову таким.

Слова Бэрсинара словно обжигают меня, и я чувствую, как по спине пробегает холодок. «Разберусь» – это звучит угрожающе, и в то же время меня тянет к нему, как магнитом. Я не могу отвести взгляда от его лица, от того, как его губы слегка приподняты в улыбке, которая одновременно и игрива, и опасна.

– Ага, конечно. А ты в курсе, что я теперь вроде как снова жена Джозефа? – Я делаю шаг назад, стараясь создать физическое пространство между нами, но в то же время ощущая, как нарастает напряжение. Мое сердце колотится, и я стараюсь сохранить уверенность в голосе. – Считаешь, что дядя просто так про свадьбу упомянул? Уверена, он собирался сообщить это при всех твоих родственниках.

Лицо Бэрсинара немедленно мрачнеет. Я вижу, как его губы сжимаются в тонкую линию, а глаза наполняются яростью, словно в них вспыхнула молния. Атмосфера вокруг нас становится плотной, как натянутая струна, готовая в любой момент лопнуть.

– Дядюшка… ну он и скользкий гад, – произносит он, сквозь зубы, его голос становится жестче, и я ощущаю, как меня охватывает холодок. – А твой Джозеф, – фыркает Бэрсинар, его слова звучат как угроза, – знаешь, его существование очень сильно усложняет мне жизнь. Но это легко исправить.

– Ты о чем? – настораживаюсь я, чувствуя, как в воздухе витает угроза. Внутри меня поднимается волна тревоги, и я ненадолго теряю дар речи, осознавая, что игра зашла слишком далеко.

– Брак без согласия мужа ведь нельзя разорвать, – хмыкает Бэрсинар, его тон становится угрожающе игривым, и в его глазах сверкает азарт, как у хищника, поджидающего свою добычу. Я чувствую, как мурашки пробегают по коже. Он делает шаг ко мне, и я, инстинктивно, отступаю еще немного назад, но за спиной у меня уже стена.

– Поэтому, я или заставлю вновь от тебя отказаться, или… – он изгибает уголки губ в хищной ухмылке, и в глазах его читается безумный азарт. – Ты просто станешь вдовой.

Я замираю, ощущая, как холодок пробегает по позвоночнику, как будто кто-то прошелся по моим костям ледяной рукой. Кажется, в воздухе повисла тишина, и теперь все вокруг кажется еще более напряженным. Я вижу, как его фигура приближается ко мне, и сердце стучит так, словно хочет вырваться наружу.

В этот момент я осознаю, что Бэрсинар не просто шутит. Напряжение в его голосе и уверенность в движениях заставляют меня осознать, что он не остановится ни перед чем, чтобы добиться своего. Я ловлю себя на мысли, что его слова резонируют во мне, вызывая страх и желание одновременно. Я всегда знала, что он опасен, но сейчас это ощущение стало более явным, более реальным.

Глава 37 – Соскучился

– Ого, кое-кто у нас оказывается злобный жестокий дракон? – Изогнув бровь, я делаю шаг назад, стараясь скрыть дрожь.

– А ты не знала об этом? – Бэрсинар не дает отступить, притягивает к себе за талию и захватывает губами тонкую кожу на моей шее.

Я с трудом подавляю стон.

– Знала, но не настолько же. Убивать – это уже слишком.

– Нет слова “слишком”, если речь идет о тебе. – Бэрсинар смотрит мне в глаза. – Ты не понимаешь, что я за свою истинную разорву любого. Мне плевать кто между нами.

– Да, я заметила на общем приеме, – не сдерживаю сарказм. – Катарину ты тоже разорвал или это касается только её одежды?

– Ты ревнуешь что ли? – Бэрсинар ухмыляется.

– Хочешь сказать, чтоб я прекратила? – Я с вызовом вскидываю голову.

– Нет, – Бэрсинар склоняется ко мне еще ниже. – Хочу сказать, чтобы ты продолжала. Это дико возбуждает. Поэтому, пожалуй…, – он одним движением подхватывает меня на руки. – Отложим убийство твоего бывшего на потом.

– Немедленно прекрати. Поставь меня на место или я тебя сожгу!

Пытаюсь возмущаться, но Бэрсинар лишь посмеивается.

– Давай-давай. Как раз быстрее избавлюсь от одежды. Точнее от её остатков.

Прежде, чем я нахожу, что ответить – мы оказываемся в его спальне. Здесь все слишком знакомо и воспоминания о нашей прошлой ночи заставляют низ живота заныть в предвкушении.

– Если ты решил, что можешь делать со мной всё, что хочешь не обращая внимания на моё желание, то ты сильно ошибаешься. – Объявляю я, а сама стараюсь избегать смотреть Бэрсинару в глаза.

Слишком горячо от его взгляда и пламени истинности не нужно.

– Как раз наоборот, радость моя. – Бэрсинар ухмыляется. – Я очень даже обращаю внимание на твоё желание. И сейчас, ты очень хочешь…, – комната совершает оборот и я оказываюсь на кровати. – … меня.

– Предатели у меня желание не вызывают, – я пытаюсь встать, но Бэрсинар меня удерживает поцелуем.

И меня накрывает странным ощущением. Хочется одновременно и рассмеяться, и заплакать. Запутавшись в ощущениях я не делаю ни того, ни другого.

А Бэрсинар, не оставляет шанса разобраться.

Привлекает к себе за плечи и захватывая мою нижнюю губу своими, потом переходит к верхней, после чего плавно толкнувшись языком, проникает внутрь и провеит по небу, будто дразнясь.

Я всё ещё сражаясь с собственной гордостью и ставшими вдруг непослушными мышцами, обнимаю и притягиваю его ближе. Моя ладонь скользит выше, вдоль позвоночника к затылку. Отвечаю на поцелуй. Сперва робко и неуверенно, но через миг смелее, с вызовом, прикрывающим страх и даже отчаяние.

Бэрсинар скользнув под подол моего платья, проводит ладонью по бедру.

Рывком стаскивает с меня белье, после чего добравшись до ягодицы, крепко её сжимает, одновременно смещая поцелуи в область шеи.

А когда я, инстинктивно запрокидываю голову, он склоняется ко мне, поцеловав место, где сходятся края декольте платья и внезапно выдает:

– Прости меня, – он нависает над моим лицом, разглядывая так, будто не видел целую вечность. – Я должен был догадаться, что дядя выкинет какую-то гадость. Но считал, что раз я дракон, то неуязвим.

– Обманешь меня еще раз – я просто сбегу и поверь, ты меня не найдешь, – я угрожающе сужаю глаза, – Хватит с меня обмана и предательств.

– Я этого больше никогда не сделаю, – Бэрсинар снова целует меня. – Демоны, да я сам чуть не двинул. Пытался осознать, что происходит. Почему я делаю то, что делаю… почему рядом Катарина, хотя мне нужна только ты, – отстранившись Бэрсинар проворно освобождает меня от оков и платья, и остатков белья. – Но и ты...ещё раз увижу тебя рядом с Джозефом или любым другим мужчиной – просто убью его, а с тобой, – он хмыкает разберусь иначе.

– Звучит соблазнительно, – дразнюсь я, прижимаясь к его плечу.

– А ты еще более рисковая, чем я думал, – целует меня в шею, потом перемещается ниже и языком проходится по верху одной одной груди, а потом принимается за вторую.

Дождавшись моего шумного выдоха, он подается назад, после чего, на удивление нежно поглаживает меня по ногам, потом мягко разводит их в сторону и проведя языком по внутренней стороне бедра, добирается до самого верха, подвинув меня к себе и начинает осторожно скользить влажным языком и губами по самым чувствительным местам.

Я никак не могу собраться с мыслями. Будоражит уже то, что что он был рядом. Снова рядом. Всё хорошо.

Когда я успела впасть в такую зависимость от него? Может истинность играет в обе стороны?

Я бездумно скользнула пальцами по спине Бэрсинара к его пояснице. Сдерживаться все сложнее и я невольно сжимаю в кулаке одеяло.

Бэрсинар мурлыкнув, кладет левую ладонь мне на грудь, рисуя на соске невидимые спирали. А пальцы правой, он подносит к моим губам и я бездумно их облизываю, после чего они присоединяются к его губам и языку. Там. Внизу.

Нежно, но напористо ускоряя темп.

– Стой… подожди, – выдыхаю я, прикусив губу. – Иди ко мне.

– Потом, – шепчет Бэрсинар и продолжает. – Сейчас всё для тебя.

Мысли рассыпались, словно состояли из песка. Я пытаюсь удержаться в настоящем, но проигрываю.

Комната кружится будто безумная карусель.

Бэрсинар знает, что делает. Знает все мои самые отзывчивые точки, хотя мы с ним и были только раз. Но ему этого явно хватило.

То облизывая вокруг самых чувствительных мест, то касаясь прямо их. Придерживает мою ногу, когда я инстинктивно попыталась её сжать. И снова ускоряет темп, в одном ритме с моим ускоряющимся пульсом.

А потом сердце будто наоборот остановливается. Та тяжесть, внизу живота, которая мягко и томительно сдавливала с каждым новым движением Бэрсинара, будто взрывается изнутри сотней чего-то лёгкого, сделав меня саму практически невесомой.

Край сознания чувствует, как Бэрсинар смещает поцелуи вверх. По животу, груди шеи.

Потом его дыхание на миг отдаляется. Слух улавливает щелчок пряжки на ремне.

И он снова оказывается рядом, прижимая к себе так тесно, что кажется хочет задушить в объятиях.

Я бездумно целую его в широкое плечо. Одной рукой притягивая его за шею, целуя в губы, второй провожу по позвоночнику вниз и поглаживаю поясницу кончиками пальцев.

После чего улыбаюсь, заглядывая в бездонную темно – синюю пелену глаз, а сразу после провожу языком по нёбу.

– С ума меня сводишь, дурею от тебя так, что сожрать охота, – Бэрсинар улыбается почти безумно, после чего смотрит на меня заблестевшими, кажется ещё более глубокими зрачками. И закинув мою ногу себе на талию, толкается мне на встречу. Сначала это происходит очень медленно, в размеренном ритмичном темпе. Он то и дело целует меня в губы, в шею, в плечо. Но чем больше он ускоряется, тем беспорядочнее становятся поцелуи и более рваным почти хриплым дыхание.

Но когда с моих губ уже готов вот-вот сорваться надрывный стон, Бэрсинар внезапно, чуть отстраняется.

Поцеловал меня в плечо и перевернув на живот, подтягивает к себе ближе за бедра так, что я оказываюсь стоящей на коленях, упираясь ладонями в кровать.

На шею вновь ложится горячий поцелуй, длинные пальцы поглаживают поясницу, после чего он снова входит, теперь в новом положении, позволявшем взвинтить темп до предела.

Я инстинктивно прогибаю спину и ощущаю как он собирает мои волосы в кулак, чуть натягивая на себя. Не больно, но и этого хватает, чтобы обозначить свою полную власть надо мной и сейчас меня пьянит это ощущение принадлежности.

Бэрсинар выдыхает все прерывистее, я не вижу, но уверена, что он закусывает губу и хмурится, боясь проронить лишний звук.

А потом почти наваливается на меня и взвинчивает скорость до предела. Контроль над мыслями и собственным телом вновь сбивается, а в следующий миг, я не удерживаюсь и падаю на локоть, глотая стон и зажимая рот ладонью. В глазах темнеет и, похоже, мой мир просто ломается. Но это причиняет не боль, а наслаждение.

Бэрсинар останавливается, одной рукой обняв мой живот и прижимая к себе. Видимо пытался совладать с дыханием, а потом падает на бок, по прежнему обнимая.

– Что ж, а теперь можно обсудить убийство Джозефа и нашу с тобой свадьбу, – довольно ухмыляется он.