Текст книги "Академия отвергнутых. Худшая на отборе (СИ)"

Автор книги: Анна Дрэйк

сообщить о нарушении

Текущая страница: 3 (всего у книги 14 страниц)

Глава 8 – Первое задание

Так нужно что-то сказать, чтоб Император успокоился, а то даже страшно представить куда его заведет фантазия.

– Конечно, Ваше Величество, Император может иметь наложницу, – я мило улыбаюсь. – А знаете, что он еще может?

– Интересно послушать, – прикладывает палец к подбородку Бэрсинар.

– Он может не иметь наложниц, – я развожу руками. – Неожиданно, правда? Возможности Императора действительно поражают.

Уголки губ Бэрсинара еле уловимо дергаются то ли в гримасе раздражения, то ли в сдерживаемой ухмылке.

С ним не понять. Слишком каменное лицо.

Но совершенно внезапно проявляет активность Катарина, которая бросается вперед и обогнув стол, буквально встает передо мной, загородив от Императора.

– Ох, прошу прощения, Ваше Величество, будьте милосердны и не сердитесь на Эмили. Она же из простых. В высшие круги выбилась только благодаря своему мужу – лорду Джозефу Райсу.

Бэрсинар хмурится.

– Мужу? Это еще что значит? В отборе невест участвует замужняя женщина?

– Да нет, что вы. Никто бы никогда не допустил подобного, – Посмеивается Катарина. – Просто бедняжка обладает настолько ужасным характером, что её супруг выдержал только месяц, а после сдал в академию отвергнутых на перевоспитание, – она прокашливается в кулак. – Ну, а потом вероятно осознал, что его терпению пришел конец и развелся с ней. А несчастная Эми все еще его любит. Так страдает, ах, – она как заправская актриса театрально прижимает руки к сердцу.

– Вот это сострадание, – я смещаюсь чуть в сторону и отвечаю ей такой же “искренней” улыбкой. – Кто бы мог подумать, что в этой маленькой груди, бьется такое большое сердце.

– Почему это в маленькой? – оскорбляется Катарина. – У меня идеальная грудь. Быть может, Император, желает убедиться? – Бросает она томный взгляд на Бэрсинара.

– Вот это самоотдача, – я несколько раз киваю, изображая вдохновение.

Император снова поражает своим умением сохранять невозмутимость.

– Убедиться само собой можно, – он склоняет голову к плечу. – Но всё ведь познается в сравнении, не так ли? – Снова взгляд на меня от которого мне не по себе.

Чего он никак не уймется?

– Я плохой вариант для сравнения. – На всякий случай отступаю назад. – Знаете, природная скромность не позволяет. И вообще, я не достойна такой чести и всё такое прочее. Что ж, меня зря муж на исправление сдал?

Император на удивление хмурится:

– Это что же за академии у вас в Астэриале такие, куда мужья жен сдают?

– Ну, официально – это академия Благочестивости, – я развожу руками. – Где из безнадежных девушек, делают чуть менее безнадежных.

– И как? Успешно? – Прищуривается Бэрсинар, на что я лишь прикрываю ресницы и скромно улыбаюсь. – Это вам судить, Ваше Императорское Высочество.

Он лишь хмыкает, а после снова хмурится:

– Но раз ты была замужем, а теперь снова на отборе невест, так скоро после разрыва, выходит мужа ты своего не любила? Как же тогда мне надеяться на твои чувства?

Сама не знаю почему, но при воспоминании о Джозефе у меня болезненно стягивает горло. Будто кто-то душит невидимой рукой. Но я всё же нахожу в себе силы улыбнуться и ответить:

– Никак, Ваше Величество. Мужа я любила и люблю наверное до сих пор. Но это неважно. В любом случае, я так поняла, что чувства женщины – это последнее, что вас интересует в этой самой женщине.

Бэрсинар прищуривается:

– На основании чего такие странные выводы?

– Ну, вам нужна достойная жена-императрица для политического влияния – это раз, – начинаю я загибать пальцы. – Истинная – для рождения наследника и укрепления власти – это два. Ну и наложница для удовлетворения желаний – это три, – я развожу руками. – Прошу прощения, но нигде нет и намека на чувства.

И снова Бэрсинар обжигает меня взглядом потустороннее синих глаз, после чего медленно склоняется к моему уху и шепчет:

– Забыла еще про одно требование. Самое важное – это покорность.

Такая близость вызывает странные мурашки по коже. Я не привыкла, чтобы какой-то мужчина, кроме бывшего мужа находился рядом со мной на таком неуловимом расстоянии.

Поэтому, сглотнув воздух я делаю очень быстрый шаг назад:

– В таком случае, я вам точно не подхожу. Наверное мое присутствие на отборе дальше не имеет смысла.

– Так просто сдаетесь? Какое разочарование, – цокает языком Бэрсинар. – Я ожидал большего. Или всё дело в отсутствии на столе мяса?

Хм, а этот Император тот еще манипулятор, да?

– В любом случае, так просто с отбора я вас не отпущу. Вы должны провалить хотя бы один этап.

– О, ну это я с удовольствием, – киваю я с уверенностью.

– К слову, – Бэрсинар поднимает голову и окидывает взглядом всех на веранде. – Пока мы с вами беседовали, как раз шла подготовка к первому этапу. Он произойдет сегодня в полночь. И это бал. Вот только, – он усмехнулся. – Все ваши наряды были временно изъяты, а в том в чем вы одеты сейчас – появляться на балу запрещено.

Поэтому, – он взглянул на кристальные часы, висящие на колонне. – У вас есть ровно пять часов, чтобы решить эту проблему. Кто не справится, тот покинет отбор уже на первом этапе. Желаю удачи и вдохновения, дамы, – Бэрсинар едва заметно кивает, а его глаза вновь бликуют необычным для нашей империи почти магическим светом.

Он разворачивается в полнейшей тишине и спокойным уверенным шагом покидает веранду.

Но едва за Императором закрываются двери, как воздух сотрясают истеричные выкрики Катарины, Вероники и Луизы, которые начинают метаться вперед – назад наперебой предлагая варианты того, где и как достать платье в такой короткий срок.

Ко мне подходит Лара и неуверенно кладет мне ладонь на плечо:

– Ну и что делать, Эми?

Я пожимаю плечами, все еще глядя на дверь веранды за которой скрылся Бэрсинар, после чего улыбаюсь:

– Предлагаю заняться действительно важным делом, – отодвигаю стул и сажусь за накрытый стол. – Наконец-то нормально поесть.

Глава 9 – Творческий полёт

Первыми выскакивают Вероника и Луиза, переговариваясь на ходу, а я в этот момент с удовольствием отправляю в рот вкуснейший маринованный грибочек с сыром.

– Лар, ты тоже поешь. – Оборачиваюсь я к подруге.

– Совсем ненормальная, – цедит Катарина, проходя мимо меня к двери, но внезапно останавливается и на удивление сильно сжимает моё плечо. – Ты б поменьше с Императором говорила. Слишком много внимания привлекаешь. Чтоб платье себе отыскала самое худшее из возможных, поняла меня? И ты тоже, – бросает она испуганной Ларе, после чего делает шаг к двери и едва не сталкивается с официантом, который несет несколько блюд на подносе.

– Лучшие отбивные и окорока для мисс Эмили Хотт, – торжественно объявляет он, ставя передо мной всю красоту, источающий божественный аромат от которого желудок жалобно урчит.

– О, чудесно, отбивнушечки мои, – я радостно потираю ладони в предвкушении, но на мгновение хмурюсь и поднимаю взгляд на официанта. – А вообще, странно. Нам Император уже задание на отбор дал. Я вполне могла уже уйти готовиться к нему.

– Его Величество сказал, что Вы точно не уйдете пока не поужинаете, – с поклоном ответил официант, а я от удивления поднимаю бровь.

Очень интересно. Это когда Бэрсинар меня успел так хорошо понять?

– Эми, – Лара осторожно присаживается рядом. – Наверное нам всё же стоит заняться платьями.

– Поешь и займемся. Тем более, что вариантов особых нет. Что-нибудь сообразим.

Я смотрю на стол, и в голове мелькает идея, которая одновременно и сумасшедшая, и захватывающая.

– Лара, – я поворачиваюсь к подруге с улыбкой. – У меня есть безумная мысль

– Именно этого я и опасалась, – тяжело вздыхает Лара. И что ты снова придумала?

– Мы можем использовать то, что у нас под рукой. Ограничений на материал же нет, верно? Листья и трава – почему бы и нет?

– Я думала ты предложишь сделать себе платье из мяса, – хихикает Лара.

– Нет, тогда бы в бальный зал я бы уже пришла без него, – тоже посмеиваюсь я. – Съела бы по пути.

– Ну, я думаю вся мужская часть дворца во главе с Императором была бы только за, – продолжает шутить Лара, а после внезапно кивает.

– Знаешь, да. Считаю, что попробовать стоит.

Доев то, что было на тарелках, мы с Ларой берем у прислуги необходимые инструменты и отправляемся в сад.

Хорошо, что листья и трава еще достаточно сочные, а не сухие. Иначе было бы больше проблем.

Я взяв ножницы, аккуратно отрезаю большие сочные листья с ближайших деревьев. Лара собирает длинные стебли травы, из которых планируем сделать основу.

После чего усаживаемся в уголке сада и погружаемся в работу: она плетет каркас из травы, который послужит основой нашего наряда, а я размещаю листья в разные позиции – одни служат фоном, другие – декором.

Два часов спустя передо мной настоящее произведение искусства. Это платье – само воплощение природы: зелёные оттенки переплетаются красными и золотыми листьями.

– Давай добавим цветов для изюминки?»

– предлагает Лара.

Я соглашаюсь. Несколько ярких соцветий теперь украшают платье, придавая ему ещё большее очарование. Тонкая лоза превращается в пояс, а одна веточка с мелкими цветочками – в браслет на моей руке.

– Так, а теперь ты, – выставляю я палец. – Мы еще успеваем

Лара тут же тушуется.

– Да нет, я наверное лучше вообще не пойду.

– Еще как пойдешь. Или хочешь, чтоб я одна в такой красоте вышагивала? – Прищуриваюсь я. – Не-не, возражения не принимаются. Давай. У нас еще здесь полно цветов. Тем более, ты ведь так любишь живопись. Вот и давай, создай шедевр для себя самой.

Лара чуть краснеет, но потом кивает.

– Хорошо, давай.

Мы приступаем к работе уже над её импровизированным платьем.

Между нами царит дух творчества и немного сумасшедший настрой, который только подогревает веселье.

– Знаешь, – усмехается Лара, плетя очередной ряд травы, – если я когда-нибудь выйду замуж, хочу платье именно из листьев. Добавим ещё парочку бабочек – и будет просто шик!

Я не могу удержаться от смеха:

– Тогда твоя свадьба точно попадёт в раздел самых обсуждаемых событий года: "Невеста-эльфийка покорила не только сердце жениха, но и всю флору вокруг!”

Мы перешучиваемся, пока я пытаюсь прикрепить пышный букет цветков к верхней части платья.

– Как думаешь, эти травинки придадут мне больше загадочности или сделают похожей на ходячий гербарий? – подмигиваю я ей.

Лара делает вид, что серьёзно задумалась: – Скорее второе. Но зато ты точно будешь самой оригинальной дамой на Бал-маскараде.

Мы не можем перестать смеяться.

Едва мы заканчиваем наши шедевры, я встаю на ноги и принимаюсь кружиться, показывая результат работы.

– Эми, осторожнее! С такой скоростью листья могут слететь раньше времени! Или ты всё же решила заявиться на бал обнаженной? – лукаво замечает Лара.

– Я пока в раздумьях, – весело отвечаю я.

– Пожалуй, это самый красивый наряд, который я когда-либо носила, – признается Лара, восхищенно рассматривая себя в отражении.

Я улыбаюсь, чувствуя гордость за нашу работу. Я смотрю на часы и понимаю, что время уходит.

– Нам нужно поторопиться! – говорю я, подгоняя её. – Бал начнется очень скоро, и мы должны быть готовы.

Наспех уложив волосы, мы направляемся в зал.

И прямо перед дверьми туда, Лара, крепко сжимает мою ладонь:

– Спасибо, Эми, – шепчет она, – за то, что веришь в меня и что поддерживаешь. У меня никогда в жизни не было такого человека.

– Зато теперь есть, – улыбаюсь я в ответ. – Ну, идем всех поражать.

Когда перед нами открываются огромные двери бального зала я едва не слепну.

Внутри всё кажется сказочным: потолки украшены кристаллами, мерцающими в свете сотен свечей, а стены обиты роскошным бархатом глубоких винных оттенков. Пол покрыт зеркальной плиткой, отражающей свет люстр как звёзды на ночном небе.

Зал полон гостей и само собой остальных претенденток, каждая из которых выглядит как произведение искусства. На них наряды из атласа и шёлка, расшитые жемчугом и драгоценными камнями.

Наверняка их посыльные соревновались в скорости покупки и доставок нарядов во дворец.

Но само собой особенно выделяется Катарины.

Молодая герцогиня Орсон облачена в платье ярко-красного цвета. Материал её наряда переливается как раскалённый металл, а длинный шлейф сворачивается за ней, словно языки пламени. Её осанка и гордый взгляд говорят о полной уверенности в своей победе.

Она подходит к нам с притворной улыбкой:

– О, девочки, вы просто очаровательны! Кто знает, может быть, в следующий раз получите приглашение на бал садоводов?

Её замечание вызывает у окружающих тихий смех.

Ох, в другом моменте я бы непременно ответила ей так как могу. Но сейчас я в некотором роде работаю на неё, поэтому приходится сдерживаться.

Но всё же дерзкая улыбка мелькает сама собой:

– Благодарю за комплимент, Катарина. Мы просто решили, что стоит попробовать что-то более натуральное и живое – вдохнуть немного свежего воздуха в этот зал. И кстати, будь осторожна, а то еще платье на тебе загорится, когда снова увидишь Императора. Будет очень жаль такую красивую ткань.

Катарина делает шаг назад и невольно сжимает губы, но вскоре её лицо расплывается в злорадной улыбке.

– Удачи вам обеим, – произносит она с насмешкой, – вам понадобится.

Я отвожу взгляд от неё и ощущаю, как вокруг зала нарастают разговоры и смех. В этот момент двери зала распахиваются, и в комнату входит Император Бэрсинар. Все взгляды мгновенно обращаются к нему, и атмосфера в зале меняется.

Он выглядит величественно, облачённый в тёмно-синий камзол с золотыми вышивками, черные волосы аккуратно уложены, а холодные насыщенно синие, проницательные глаза обводят толпу.

Я чувствую, как сердце невольно замирает. Его присутствие наполняет зал магией и напряжением. Он останавливается, смотрит на нас, и я ощущаю его взгляд, словно он проникает в самую душу.

Катарина, заметив его, тут же меняет своё поведение. Она подходит к нему с притворной грацией, её голос становится сладким и лукавым:

– Ваше Величество, как приятно видеть вас на нашем балу! Мы так ждали вашего появления.

Бэрсинар, не обращая внимания на её фальшивую любезность, поворачивается к нам. Его взгляд останавливается на моём платье, и я чувствую, как волнение охватывает меня.

Почему-то кажется, что он вот-вот со мной заговорит, но он обращается сразу ко всем:

Император слегка поднимает руку:

– Добро пожаловать в мой дворец. Сегодняшний вечер полон сюрпризов, я вам гарантирую, так почему бы не начать их прямо сейчас? Поэтому, объявляю начало лунного бала и первый танец.

Зал взрывается величественной мелодией, а Бэрсинар проходит мимо Катарины и с легким, полным достоинства поклоном, протягивает мне руку:

– Леди Хотт, окажите мне честь?

Я буквально кожей чувствую прожигающей ненавистью взгляд Катарины да и вообще всех присутствующих кроме Лары.

Первый танец Императора со мной? Но почему?

Я что плохо справляюсь с заданием герцогини?

Так, нужно срочно сделать что-то безумное и исправить ситуацию.

Катарина Орсон

Глава 10 – Императорский приказ

– Конечно, Ваше Величество, – я с удивлением замечаю, что не сразу решаюсь ответить на приглашение Бэрсинара.

Как будто прикосновение к нему, может грозить мне чем-то особенно опасным.

Но всё же, собравшись с духом, я вкладываю свою ладонь в его.

Музыка заполняет зал, и первые аккорды величественной мелодии разливаются по воздуху, мое сердце начинает биться быстрее. Император Бэрсинар, с грацией и уверенностью, выводит меня на середину танцевального зала.

А я пытаюсь на ходу придумать, что же такого сделать, чтобы подтвердить звание худшей.

Упасть? Наступить на ногу Императору? Внезапно начать петь?

В принципе, все три варианта меня устраивают, поэтому начну по порядку.

Я делаю неловкий шаг настраиваясь на падение, но дракон, настолько легко и непринужденно подхватывает меня за талию, будто бы уже заранее знает, что я собираюсь исполнить что-то подобное.

И чтоб меня! Бэрсинар посылает мне такой лукавый взгляд, что я и вправду начинаю думать, что он догадался.

Про мясо и мой ужин понял, про мою попытку упасть тоже.

Какой-то слишком проницательный у нас Император. Меня это начинает нервировать.

В этот момент музыка усиливается новыми аккордами, Бэрсинар одаривает меня пристальным взглядом своих нереальных, магическо синих глаз и мир вокруг нас будто растворяется – остаемся только мы и музыка.

Первый шаг легкий и плавный, словно мы вместе скользим по воздуху. Я ощущаю, как рука Императора уверенно обнимает мою талию, а его взгляд проникает в самую душу. Он ведет меня по залу с такой уверенностью, что кажется, будто мы танцуем уже не в первый раз.

– Весьма занимательный наряд, – произносит он, наклоняясь ближе, так что его дыхание касается моего уха. – Это платье подчеркивает все твои прелести. Но если желала подчеркнуть свою связь с природой, то был вариант показать свою естественность и раскрепощенность еще больше. Не скрывая ничего.

Потрясающее заявление. Хотя, чего ждать от мужчины, которому подавай и супругу и истинную, и наложницу сразу?

– Прошу прощения, но наряд о котором вы говорите предназначен только для особенного зрителя, – я медленно приподнимаю уголки губ и с вызовом смотрю на него. – И в куда более уединенном месте.

Мы движемся в ритме мелодии. Но наш танец мне самой больше напоминает опасную схватку.

Движения Императора точны, выразительны и молниеносны. И каждый раз, когда он притягивает меня к себе всё ближе, я чувствую, что проигрываю ему.

А танец становится всё более страстным и откровенным.

Бэрсинар притягивает меня ближе, и я, не в силах устоять перед его напором, подчиняюсь его движениям полностью.

Когда он наклоняется ко мне, чтобы шепнуть очередной неприличный намек, я ощущаю, как его голос обвивает меня, словно магическая нить.

– Разве, существует кто-то особеннее Императора? – Изгибает он бровь. – А насчет уединенного места, то это легко устроить, Эмили.

Я чувствую, как его слова проникают в меня, и смущение вновь меня окутывает. В ответ я пытаюсь сохранить уверенность:

– И всё же нужно быть кем-то еще более особенным, чем Император.

– И кем же? – Ухмыляется Бэрсинар.

– Мужчиной, которого я люблю.

На мгновение Император останавливается и, глядя мне в глаза, произносит:

– Что за странная игра в недоступность? Ты уже была замужем, Эмили. А значит, изображать целомудренную деву смысла нет. – Снова плавное движение ко мне и Бэрсинар настойчиво шепчет мне на ухо. – Я хочу тебя. Сразу захотел. Поэтому, после этого бала, жду тебя в своей спальне. Тебе будет оказана честь провести ночь в постели Императора.

Слова Бэрсинара звучат как рокот грома в тишине, и в этот момент мир вокруг словно останавливается. Я чувствую, как замирает сердце, а в душе поднимается буря эмоций. Взгляд Императора полон решимости и страсти, и я осознаю, что он не шутит.

– Жду тебя в своей спальне, – повторяет он, и его голос звучит так, будто каждое слово – это заклинание, которое не оставляет мне выбора.

Я с трудом отвожу взгляд от его синих глаз и пытаюсь собрать мысли в кучу. Как я могла позволить себе так далеко зайти? Я не готова к такому повороту событий, но его уверенность и притяжение словно завораживают меня.

– Ваше Величество, – произношу я с легкой дрожью в голосе, стараясь сохранить достоинство. – Неужели вы думаете, что можно так просто взять и забыть о всех правилах и условностях?

– Правила созданы для того, чтобы их нарушать, – отвечает он с улыбкой и прижимает меня к себе ещё теснее, так что я чувствую его тепло и силу. – Особенно когда речь идет о желании. Моём желании.

Я чувствую, как внутри меня борются страх и волнение, но в глубине души появляется искушение. Бэрсинар – не просто Император. Он – загадка, и его притяжение становится все сильнее. Я хочу узнать его ближе, но потерять себя саму и уступить мужчине еще раз в своей жизни – боюсь гораздо сильнее.

Я пытаюсь найти слова, чтобы ответить, но они застревают у меня в горле.

На моё счастье музыка исполняет последние ноты мелодии и я складываю губы в легкую улыбку.

С невесомым прикосновением к его плечу, я делаю шаг назад и слегка наклоняю голову:

– Благодарю за возможность разделить этот удивительный момент с Вами, Ваше Величество. И позвольте сказать, что ваша последняя шутка была просто великолепна. У вас замечательное чувство юмора.

После этих слов я изящно выскальзываю из круга внимания Императора и направляюсь к столам, стоящим у левой стены Сердце колотится быстрее обычного от пережитого напряжения.

Меня почти сразу догоняет Лара:

– Я не слышала всего разговора, – начинает она шепотом. – Но вижу по твоему лицу – было жарко?

Я лишь киваю в ответ:

– Даже с перебором. Теперь мне нужно срочно поесть, чтобы успокоиться. А лучше – выпить.

Пока я выискиваю глазами что-нибудь спиртное, рука уже сама тянется к клубнике, которую я обмакиваю в шоколаде

Но едва слизываю его языком с ягоды, как над головой раздается знакомый окутывающий баритон.

– Эмили, ты не собираешься делиться?

Вздрогнув, я оборачиваюсь и вижу Императора, который наблюдает за мной с искренним интересом.

Да чего он привязался ко мне, демоны его дери?!

– А разве здесь мало другой клубники? – Изгибаю я бровь.

– Я хочу именно твою, – ухмыляется Бэрсинар, после чего обхватив мое запястье подносит его вместе с клубникой к своим губам и откусывает кусочек:

– Сладко и необычно, – он смотрит на меня чуть потемневшими глазами. – Как я и предполагал. И кстати, – Бэрсинар склоняется к моему уху. – Даже не думай ускользнуть. Считай то, что я тебе сказал во время танца – императорским приказом. Даже не вздумай ослушаться меня. Поверь, в гневе я тебе не понравлюсь.

– Да вы и так мне не особо-то по вкусу, – срывается с губ само собой.

Бэрсинар ухмыляется.

– Ты поменяешь свое мнение. Или вкус. Уж не сомневайся.