Текст книги "По ту сторону свободы (СИ)"

Автор книги: Анна Бойцан

сообщить о нарушении

Текущая страница: 6 (всего у книги 15 страниц)

Мар копала слишком глубоко – в исчезновение девушки в золотом платье, в тени, которые, как Лив теперь знала, были вампирами. А если она уже наткнулась на него? Лив сглотнула, прогоняя образ Мар с её дерзкой улыбкой, заменённый пустыми глазами. Страх был липким, настойчивым, и она злилась на себя за него. За Мар. За себя. За Дориана, который, несмотря на свою силу, не мог просто остановить это всё.

Лив встала, босые ноги коснулись холодного пола, и она рывком распахнула окно шире. Влажный воздух пах дождём и озоном, но вместо облегчения только усилил тревогу. Она вдохнула, пытаясь унять дрожь, и облокотилась на подоконник.

– Не спится? – голос Дориана раздался так внезапно, что Лив вздрогнула, чуть не ударившись о раму. Он уже стоял в дверях, уставившись на Лив. Его глаза смотрели с той пугающей проницательностью, от которой её пульс сбивался.

– Господи, Дориан, – выдохнула она, прижимая руку к груди. – Ты обязан перестать подкрадываться. Я чуть не умерла.

Он усмехнулся, шагнув в комнату. Его движения были плавными, но напряжёнными, как у хищника, прислушивающегося к шороху.

– Услышал окно, – сказал он, голос низкий, с хрипотцой. – Решил проверить, не сбежала ли моя гостья.

– Очень смешно, – буркнула она, но голос был тише, чем хотелось. – Я не могу спать. Мар не отвечает. И я... – она запнулась, опустив взгляд. – Я боюсь, Дориан. За неё. За себя. За этот твой план. Теперь ещё охотники... Как мы справимся?

Дориан подошёл ближе, остановившись в паре шагов. Его взгляд стал серьёзнее, но без сомнений – только холодная уверенность, от которой Лив чувствовала себя защищённой и уязвимой одновременно.

– План в силе, – сказал он твёрдо. – Охотники ничего не меняют. Новички хотят не просто крови. Они хотят власти. Признания. Уважения в этом городе. И лучший способ это получить – убить парочку охотников. Понимаешь к чему я веду? Они хотят показать, что они могут бросить вызов и выйти сухими. Это игра, Лив. И я думаю они хотят, чтобы я заметил. Чтобы я среагировал.

Лив нахмурилась, сжимая футболку.

– То есть ты не можешь их просто прикончить? – Её голос сорвался от злости. – Они похищают людей, Дориан! А ты про какие-то правила?

Он вздохнул, провёл рукой по волосам, и Лив уловила в нём усталость – древнюю, тяжёлую.

– В городе не только Приход Кристофера, – сказал он спокойно, но с тяжестью. – Есть другие. Для них новички не преступники, пока не нарушают старые правила – не убивают открыто, не оставляют тел, не разоблачают нас. Похищения? Они назовут это «охотой». Если я начну убивать их без причины, признанной всеми, это развяжет войну. А я не хочу этого. Не сейчас.

Лив сглотнула, её глаза блестели от страха и решимости.

– Тогда что? – спросила она, шагнув ближе. – Я всё ещё приманка?

Дориан смотрел на неё, и его взгляд смягчился. Он шагнул вперёд, почти касаясь её, но остановился.

– План в силе, – сказал он тихо. – Но мы будем готовиться тщательнее. Ты станешь быстрее. Умнее. Я научу тебя. А Мар... она в порядке. Мои люди присматривают за ней. Она просто слегка перебрала вчера и весь день глотает аспирин и бегает здороваться с фаянсовым другом.

Лив посмотрела на него, скорчив рожицу, выражающую одновременно «фу» и сочувствие. Страх отступил, но не ушёл окончательно. Она кивнула, но её голос дрогнул:

– Ты всегда так спокоен. Это иногда бесит, знаешь?

Дориан рассмеялся – тепло, коротко, и его рука коснулась её плеча, оставив тёплый след.

– О, дорогая, – сказал он, голос ниже, с дерзкой ноткой. – Если бы я не был спокоен, ты бы сбежала. Или... – он наклонился ближе, глаза блеснули, – ждёшь, чтобы я тебя разозлил? Тогда у тебя точно была бы причина для бессонницы.

Лив закатила глаза, но её губы дрогнули. А потом она выпалила:

– Дориан, останься сегодня. Не уходи...

Он замер, его бровь выгнулась, и в глазах мелькнула искра.

– Остаться? – переспросил он полушёпотом. – Лив, ты уверена? Я ведь могу быть очень плохим соседом по комнате.

Она сглотнула, пульс заколотился, но она шагнула ближе, её голос был твёрдым, несмотря на дрожь:

– Я знаю. И... я хочу, чтобы ты меня укусил.

Дориан прищурился, его улыбка стала острее, но в ней мелькнула тревога.

– Повтори, – сказал он, голос низкий, как шёлк, но с напряжением. – Ты просишь меня... укусить тебя? Лив, это не игра.

Она подняла подбородок, её глаза блестели от страха и упрямства.

– Я не играю, – сказала она, голос дрожал, но был настойчивым. – Если меня укусит кто-то из новичков, я не хочу замереть от боли. Не хочу быть беспомощной. Я хочу знать, как это – чтобы привыкнуть. Укуси меня. Пожалуйста.

Дориан смотрел на неё, его глаза потемнели, и воздух сгустился, как перед грозой. Он медленно обошёл её, остановившись сзади, и Лив почувствовала его тепло – живое, обжигающее, как пламя, слишком близкое, чтобы не задеть. Его рука скользнула по её животу, пальцы легли чуть выше талии, мягко, но с намёком на силу, и Лив вздрогнула, её дыхание сбилось. Напряжение сковало её, каждый мускул ждал боли, но доверие к нему – хрупкое, но настоящее – держало её на месте.

– Лив, – сказал он, и её имя в его устах звучало как заклинание. – Ты хоть понимаешь, о чём просишь? Это не просто укус. Это... – он сделал паузу, его взгляд прошёлся по её шее, и Лив почувствовала, как её пульс бьётся под его пальцами, – это как открыть дверь, за которой нет пути назад. И, чёрт возьми, ты делаешь это так красиво, что я почти готов забыть, почему это плохая идея.

Её щёки полыхнули, но она не отступила. Она медленно убрала волосы с шеи, оголяя кожу, её пальцы дрожали, но жест был решительным, почти дерзким, как будто она перенимала его игру.

– Я не хочу пути назад, – шепнула она, голос дрожал от смеси страха и чего-то ещё, чему она не могла дать имя. – Я хочу знать. Хочу чувствовать. Хочу... чтобы это был ты.

Дориан выдохнул, его пальцы на её талии дрогнули – еле заметно, но Лив уловила это, и её губы тронула лёгкая, почти коварная улыбка. Она училась у него – дразнить, играть, держать его на грани.

– Ты играешь с огнём, Оливия, – шепнул он, его голос был тёмным, почти мучительным, и его губы коснулись её уха, не касаясь кожи. – И, чёрт возьми, я хочу сгореть. Но... – он сделал паузу, его дыхание обожгло её шею, и Лив почувствовала, как её кожа покрылась мурашками, – если я укушу тебя, это будет не потому, что ты боишься. Это будет, когда ты будешь умолять меня, потому что не можешь иначе. А сейчас... – его пальцы скользнули по её шее, задержавшись на пульсе, и Лив ахнула, её тело невольно подалось к нему, – ты заставляешь меня думать, как сложно держать себя в руках.

Она повернулась, её глаза встретились с его, и в них был вызов.

– Я серьёзно, Дориан, – выдохнула она, голос хриплый, но со сталью. – Перестань отговаривать. Я не отступлю. – Она наклонила голову, ещё сильнее оголяя шею, и добавила, её голос стал тише, но с лёгкой насмешкой:

– Или ты боишься, что не справишься?

Дориан замер, его грудь вздымалась, словно он сдерживал бурю. Его глаза потемнели, и Лив увидела в них не только желание, но и страх – не за себя, а за неё. Он наклонился, его губы скользнули к её шее, и Лив замерла, её дыхание остановилось. Она почувствовала лёгкое давление – не укус, а прикосновение его клыков, острых, как иглы, но таких осторожных, что её кожа лишь задрожала. Она ждала боли, но вместо неё Дориан поцеловал её – медленно, мучительно, его губы были тёплыми, почти горячими. Поцелуй длился, его рука на её животе сжалась сильнее, и Лив ахнула, её тело подалось к нему, словно само знало, чего хочет. Жар разлился по её венам, как расплавленный мёд, и она почувствовала, как её колени подгибаются, но Дориан держал её, его губы всё ещё на её шее, дразнящие, но не кусающие. Её пальцы впились в его руку, и только когда Лив, едва слышно, выдохнула его имя, он замер.

– Последний шанс передумать, – прошептал он.

– Не передумаю, – ответила она. – Только... сделай это быстро.

Он отстранился, его глаза горели, но губы изогнулись в кривой улыбке, полной напряжения.

– Ты не знаешь, что это со мной сделает, – сказал он, голос низкий, почти рычащий. – Я не хочу быть тем, кто тебя сломает, Лив. Не хочу, чтобы ты стала... – он запнулся, его взгляд скользнул по её шее, и он добавил, тише: – ...чем-то, что ты возненавидишь.

Она сглотнула, её глаза расширились, но она кивнула, её пальцы впились в его руку, всё ещё лежащую на её животе.

– Я доверяю тебе, – шепнула она, голос дрожал, но был твёрдым. – И я не возненавижу тебя. Я хочу быть готовой. Укуси меня. – Она наклонила голову снова, её глаза сверкнули, и она добавила, с лёгкой насмешкой: – Или мне пойти и найти Веронику? Она уже точно не стянет мяться. А тебе потом придётся её убить.

Дориан выдохнул, его взгляд стал почти диким, и он рассмеялся – коротко, хрипло, но в этом смехе была капитуляция. Он наклонился снова, его губы коснулись её шеи, и на этот раз Лив почувствовала резкий укол – быстрый, как вспышка. И когда его клыки вошли в кожу, это было совсем не так, как она ожидала.

Она вскрикнула, но скорее от накала напряжения, её тело дёрнулось, но боли не было. Вместо неё – жар, как будто её кровь вскипела, разливаясь по венам, как нектар, и странное, пугающее удовольствие, сильное – возможно самое сильное, которое она испытывала за свою жизнь, от которого её кожа тут же покрылась огненными мурашками. Дориан сделал один глоток, его рука сжала её талию, удерживая, а потом он отпрянул, отстранившись так быстро, что Лив пошатнулась.

Лив стояла, пошатываясь, в глазах плыло, но это не была слабость – это было потрясение.

Она обернулась, её глаза были широко распахнуты, дыхание прерывистое, словно воздух из комнаты исчез и ей не хватает кислорода. Она коснулась шеи – два крошечных прокола, тёплых, но кожа пылала, и её тело всё ещё дрожало от того, что она почувствовала.

– Это... – выдохнула она, голос тихий, растерянный. – Это не больно. Это было... как огонь, но... живой. Как будто... – она запнулась, её щёки вспыхнули, – как будто моя кровь хотела, чтобы ты продолжил. Это так и должно быть?

Дориан стоял в шаге, его грудь вздымалась, словно он боролся с ураганом. Его глаза были тёмными, но губы изогнулись в самодовольной улыбке.

– Чёрт возьми, Лив, – сказал он, голос хриплый, с насмешкой. – Конечно, это было так. Потому что я не хочу делать тебе больно. В моём мире всё зависит от намерения. Моего намерения. И если я не хочу боли – её не будет. – Он шагнул ближе, его взгляд скользнул по её шее, и он добавил, тише: – Теперь ты знаешь какие... – он сделал паузу, подбирая слово, – ощущения я хочу тебе приносить.

Лив ахнула, её лицо пылало, и она ткнула в него пальцем, скрывая смущение.

– Ты... серьёзно? – выдохнула она, но её губы дрогнули в улыбке. – Я ждала агонии, а ты... сделал это... так? – Она наклонила голову, её глаза сверкнули, и она добавила, с лёгкой провокацией: – Может, мне стоит попросить ещё раз, чтобы проверить?

Дориан рассмеялся – низко, тепло, мягко сжав её руку.

– О, ты научилась играть, Лив, – шепнул он, голос дерзкий, но тёплый. – Но знаешь что? Я останусь. Не потому, что ты просишь. А потому, что, чёрт возьми, я не хочу уходить. И если ты ещё раз посмотришь на меня так, я могу забыть все свои правила.

Лив сглотнула, её сердце колотилось, но она улыбнулась, её глаза сверкнули вызовом.

– Тогда забудь, – бросила она, игривым шепотом. – Но если укусишь без спроса, я проткну тебя обсидианом. И не думай, что я блефую.

Дориан расхохотался, его смех заполнил комнату, и он уселся в кресло с ленивой грацией.

– Договорились, – сказал он, подмигнув. – Но, знаешь, Оливия, мне кажется, ты хочешь чего-то совсем другого. И я намерен остаться здесь и подождать, пока ты сама это признаешь.

Лив фыркнула, её щёки горели, но она легла в постель, всё ещё чувствуя жар в венах. Через несколько минут Дориан присоединился к ней, мягко обняв её сзади. Внезапно, даже для себя самой, у неё появилось желание задать вопрос:

– Чем я тебя привлекла, Дориан? – Лив затаила дыхание, ожидая ответа.

– Ты спрашиваешь, потому что тебе интересно или потому что хочешь убедиться в моей искренности? – тихим, но серьёзным тоном ответил Дориан.

– Я не знаю. Просто ты – первый в мире вампир, всесильный, бессмертный... А я – обычная. И ты можешь взять любую... Всё это чертовски похоже на эти глупые романы и от этого только хуже.

– Могу. Но хочу тебя. Не как в твоих романах, а по-настоящему – тебя. Всю, с твоими страхами, сожалениями, вызовами, глубиной и твоим крышесносным запахом. – Он провёл кончиками пальцев по её спине и Лив прогнулась под этим прикосновением, но тут же сжалась, сама не понимая почему. Ей стало некомфортно от этого, будто она давала обещание, которое не могла выполнить прямо сейчас.

– Т-с-с... Тише, расслабься, Лив. Я не стану переходить черту. – Дориан приподнялся и погладил её по волосам. – Ну же, выдыхай... – его шёпот ласкал слух, и это действительно сработало.

– Да, просто...

– Не нужно ничего объяснять. Спи, девочка. Завтра наступит очень скоро.

Лив выдохнула. Дориан был прав, завтра наступит и может принести с собой множество вызовов, которые ей нужно будет принять. Страх за Мар не ушёл, но теперь он был дальше, заглушённый внезапно возникшим доверием и чем-то новым – искрой, которую она готова была принять.

Она закрыла глаза, чувствуя его взгляд, и подумала, что, может, эта игра ей нравится больше, чем она ожидала.

Глава 14.

Лив проснулась, когда солнечные полосы прорезали комнату сквозь плотные шторы. Голова гудела от недосыпа, а на шее всё ещё пульсировала память о вчерашнем – два едва заметных прокола, но тело помнило, как кровь будто пела под его губами. Дориана рядом не было, но в воздухе осталась тень его нахальной усмешки. Лив фыркнула и откинула одеяло. Надо проверить Мар. Я не могу просто так верить его «всё под контролем».

Она надела джинсы, черную футболку и отправила сообщение:

«Еду к тебе. Без возражений.»

Ответ пришёл быстро:

Смайлик с языком и сообщение «Только умоляю, с кофе. Макси. Без сахара.».

Лив закатила глаза, но невольно улыбнулась. Мар жива и всё так же язвит.

***

Квартира подруги пахла цитрусовым парфюмом и жасмином. Мар открыла дверь растрёпанная, в оверсайз-футболке с надписью: «Спать – моё хобби» и фирменной ухмылкой, которая всегда как-то успокаивала.

– Выглядишь, будто гналась за оборотнем, – хмыкнула она, забирая латте. – Этот твой Дориан всё ещё таинственный мачо? Или ты уже разгадала секрет его дерзкой улыбки?

Лив рухнула на диван.

– Не начинай, – пробурчала она, но щёки слегка запылали. Чёрт, Мар, если бы ты знала, как он... Она прогнала мысль о его губах на своей шее. – Я волнуюсь за тебя, а ты прикалываешься. Почему вчера не отвечала?

Мар плюхнулась рядом, скрестив ноги, её лицо стало серьёзнее, но в глазах мелькала искра азарта.

– Окей, Лив, держись, потому что это... ну, просто дико, – начала она, её голос дрожал от смеси удивления и неуверенности. Она откинулась на спинку дивана, теребя край футболки. – Я была практически в тупике с тем парнем. Ни счётов, ни договора с сотовой компанией, ни банковских карт. И вот, я начала рыть дальше, и... – она сделала паузу, её брови сдвинулись, – я нашла старый полицейский архив. Дело о пропаже. Двадцать семь лет назад! Его звали Джозеф Моррингтон. Женат, жена подала в розыск, но его так и не нашли. И, Лив, – она наклонилась ближе, её голос стал тише, – я видела фото. Это он. Тот же парень из клуба. Я... моё чутьё кричит, что это один и тот же человек. Но, блин, как? – Она рассмеялась, но смех был нервным. – Я же не сумасшедшая, правда? Двадцать семь лет, Лив! Может, это его сын? Или... я не знаю, может, он в какой-то банде... Но лицо – один в один! Всё это слишком странно, чтобы быть совпадением.

Лив замерла, её сердце заколотилось, пальцы впились в стаканчик так, что картон хрустнул.

Джозеф Моррингтон.

Мар была слишком близко к истине, но Лив не могла выдать ей правду про мир клыков и крови. Она сглотнула, стараясь держать голос ровным.

– Мар, подожди, – сказала она, её голос был твёрдым, но дрожал от тревоги. – Ты уверена? Фото из архива, двадцать семь лет... это мог быть кто угодно. Может, просто похож? Бывают же эти, как их, двойники! Даже у селебрити такое встречается. Люди ведь не...– она запнулась, подбирая слова, – не остаются такими же через столько лет. Может, это действительно его родственник? И, если, как ты сама сказала, замешана банда, то... Мар, это в любом случае звучит опасно. Ты не можешь просто так копать в такие дела. Ты можешь пострадать! – Лив наклонилась поближе к подруге и перешла на шёпот. – Тебя могут убить.

Мар нахмурилась, её пальцы нервно теребили стаканчик.

– Да, а ещё я заметила слежку... – она понизила голос, её глаза забегали. – Чёрный седан, тонированные окна. Я заметила его пару дней назад, думала, паранойя. Но вчера ночью он стоял под моим домом. Я выглянула в окно – кто-то сидел внутри, просто смотрел. Утром его не было, но... – она сглотнула, её голос стал тише. – Мне не кажется, Лив. И я не могу просто бросить это дело. Речь идёт о жизнях девушек. В общем, у меня есть адрес его жены. Она ещё жива. Я хочу съездить, поговорить. Может, она знает что-то, что объяснит всё это. Или... – она запнулась, её глаза сверкнули, – или подтвердит, что я не схожу с ума.

Лив почувствовала, как холод пробежал по спине. Мар, ты не понимаешь, во что лезешь. Она наклонилась ещё ближе, её голос стал жёстче, но в нём была мольба.

– Мар, послушай меня. Ты не можешь просто взять и поехать к какой-то женщине, которая, возможно, связана с... с чем-то опасным. Ты говоришь про слежку, про парня, который пропал двадцать семь лет назад, и думаешь, что это безопасно? – Она сделала паузу, стараясь смягчить тон. – Я не говорю, что ты ошибаешься, но... Но если ты всё-таки решишь ехать к этой женщине, то только со мной, поняла? Я поеду с тобой. Так будет безопаснее.

Мар посмотрела на неё, её брови взлетели, но потом она кивнула, уголки губ дрогнули в лёгкой улыбке.

– Ладно, мамочка, – сказала она, но в её голосе было облегчение. – Договорились. Только с тобой. Но, Лив, я не могу остановиться. Это как пазл, и я уже вижу кусочки. Я... – она запнулась, её глаза стали серьёзнее, – я чувствую, что это важно. Не знаю почему, но чувствую.

Лив сглотнула, её сердце сжалось. Ты слишком близко, Мар. Слишком. Она заставила себя улыбнуться, но внутри всё кричало, что нужно рассказать Дориану. Как можно скорее.

– Хорошо, – сказала она мягко. – Но без самодеятельности. Обещай.

Мар закатила глаза, но кивнула.

– Ладно, ладно, обещаю. Но если станешь меня отговаривать, я замолчу навсегда. И кстати... – она вдруг смягчилась, глаза засияли. – Я не совсем одна. Познакомилась с парнем. Лиам. Перевёлся к нам на криминалистику. Лив, он как вышедший из Netflix – высокий, серые глаза, вежливость на уровне «открою дверь и мир». Мы недавно до трёх ночи обсуждали дело, он помог разобраться с уликами.

– Ты рассказала ему? – шумно выдохнула Лив, её голос был резче, чем хотелось. – Мар, ты серьёзно? Мы говорим о пропавшем человеке, слежке, а ты болтаешь об этом с каким-то малознакомым парнем? Здесь твоя чуйка как? Отказала, пав жертвой его накачанного торса вероятно, да?

– Ну не все же маньяки, – рассмеялась та. – Он... тёплый. Как котик, который обожает булочки с изюмом. И, кстати, его первая реакция была: «Может, не стоит?» – звучит знакомо, да? Если бы хотел втянуть, подстрекал бы. А он переживает, но остаётся рядом. У нас с ним такой мозговой штурм... с перерывами на обнимашки.

Лив вздохнула. Тревога не унималась, но она постаралась скрыть это. Лиам... слишком идеальный. Это не к добру. В этот момент зазвонил телефон – галерея. Голос босса был раздражён: снова задержка с доставкой, и Лив нужно будет быть на месте, как только картина приедет. Она пообещала перезвонить и посмотрела на Мар.

– Мне пора, – сказала она, вставая. – Но, Мар, серьёзно – не теряй голову. Если Лиам вдруг начнёт странно себя вести – сразу мне. Договорились?

Мар подмигнула, провожая её.

– А ты следи за своим красавчиком, – усмехнулась она. – Он на тебя смотрит так, будто хочет... ну, ты поняла. Не мешало бы, между прочим.

Лив фыркнула, щёки полыхнули, и она поспешила к выходу.

***

Дориан ждал у чёрной машины – гладкой, с тонированными стёклами, от которой веяло его стилем: сдержанная сила, дорогая небрежность. Он прислонился к дверце, в кожаной куртке, с ленивой улыбкой, которая всегда сбивала Лив с толку. Его взгляд скользнул по ней – медленный, изучающий, будто он видел её впервые. Щёки Лив вспыхнули, и она мысленно выругала себя за это.

– Проверила подругу? – спросил он, голос низкий, с лёгкой насмешкой. – Или это была попытка сбежать после вчерашнего?

Лив фыркнула, подходя ближе, её кроссовки тихо скрипнули по асфальту.

– Если бы я хотела сбежать, – сказала она, вскинув бровь, – ты бы даже не заметил.

Он усмехнулся – коротко, беззлобно, но глаза блеснули.

– Сомневаюсь, Оливия.

Она закатила глаза, но уголки губ дрогнули. Чёрт, почему он выглядит так, будто не старается, а всё равно цепляет? Чёрная рубашка, чуть расстёгнутая у ворота, волосы, растрёпанные ровно настолько, чтобы казаться небрежными. Это раздражало. И притягивало.

– Мар в порядке, – сказала она, голос стал серьёзнее. – Но она продвинулась. Нашла дело о пропаже. Джозеф Моррингтон, двадцать семь лет назад. Говорит, уверенна, что это тот же парень, которого мы видели в клубе. Меня пугает, что она так близко... К правде. И... – она понизила голос, – у неё появился помощник.

– Помощник? – прищурился он, едва заметно напрягшись..

– Парень. Лиам. Они познакомились совсем недавно. Он учится с ней на криминалистике и теперь помогает с расследованием. Говорит, тоже интересуется делами пропавших. Очень вовремя, правда?

Дориан выпрямился, откинув голову. Лицо осталось спокойным, но в глазах мелькнул острый интерес.

– Лиам, значит... Ладно. Я разузнаю. Может, просто совпадение. Студент, увидел красивую девчонку, узнал, что она копает под что-то громкое, решил впечатлить.

Он посмотрел на Лив, чуть склонив голову.

– Или ты думаешь, что это не случайно?

– Пока не знаю. – Она поёжилась. – Но он как будто из воздуха материализовался.

Мар ему доверяет, как-то слишком быстро. И я не уверена, что мне это нравится.

– Разберусь, – спокойно сказал он. – Но ты тоже не перегибай. Может, она наконец просто нашла кого-то, кто её действительно понимает.

– Ты серьёзно? – Лив усмехнулась, но без веселья. – Теперь ты ещё и романтик?

Он шагнул ближе, и между ними почти не осталось воздуха. Его запах – кожа, пряность, что-то острое – окутал её, и Лив сглотнула, стараясь не отвести взгляд.

– Нет, – сказал он, голос низкий, почти ласковый. – Может я просто умею отличать паранойю от интуиции. В отличие от тебя.

Её сердце стукнуло сильнее. Она прищурилась.

– Забавно слышать это от человека, который появляется всякий раз, стоит мне выйти из дома, – парировала она. – И вечно шутит про мои попытки сбежать.

Дориан улыбнулся, его глаза блеснули.

– Превентивные меры, – мягко сказал он. – И, знаешь, ты вроде не против, чтобы я был рядом. У нас же договор.

Лив бросила на него недовольный взгляд.

– Да, но вряд ли кто-то напал бы на меня днём посреди оживлённой улицы, – буркнула она, скрестив руки. – Хотя... ладно, я благодарна. За помощь. И вообще...

Он наклонился ближе, улыбка стала опаснее.

– Можешь не продолжать. «Благодарна» было достаточно. И я должен признать, что моё присутствие рядом не всегда обусловлено сохранением твоей безопасности... иногда просто моим желанием.

Молчание повисло между ними, тяжёлое, электрическое. Дориан отступил, открыл пассажирскую дверь, и его движения были нарочито лёгкими.

– Поехали. Прогуляемся. Я знаю место, где продают лучший кофе в этом городе.

– Так куда же ты меня повезёшь? – спросила она, садясь в машину, её голос был игривым, с лёгкой ноткой предвкушения.

– В одно небольшое кафе, – ответил он с слегка загадочной улыбкой. – Там кофе варят прямо на костре – это придёт напитку необычный аромат и пикантную горчинку.

– Звучит... вкусно. – В её голосе проскользнуло любопытство.

– Я подумал, что тебе понравится. – Он посмотрел на неё, и в его глазах мелькнула тёплая искра.

В машине воцарилась лёгкая тишина, наполненная особенным напряжением – и одновременно уютом. Лив впервые почувствовала, что может позволить себе чуть больше, чем раньше.

– Знаешь, – начала она тихо, – иногда мне кажется, что я просто учусь играть по твоим правилам.

Он слегка улыбнулся, не отводя взгляда.

– Ты уже давно играешь, просто раньше не замечала.

Она наклонила голову, её глаза блеснули.

– Может, – сказала она, её голос стал ниже. – Но теперь я хочу понять, насколько далеко могу зайти.

Дориан взглянул на неё, его улыбка стала острее.

– Осторожнее, Оливия, – сказал он, голос хриплый. – Это игра со спичками. А я, – он сжал руль и сильнее надавил на газ, – не намерен тушить пожар.

Лив медленно выдохнула, её щёки пылали, но она не отступила.

– А если огонь – это то, что нужно? – шепнула она, её голос дрожал, но был дерзким.

Он замолчал, его взгляд потемнел, и на секунду Лив подумала, что он остановит машину прямо здесь. Но он лишь тихо сказал:

– Тогда мы оба должны быть готовы к последствиям.

***

Кафе «Огненные зерна» ютилось между старой пекарней и магазином виниловых пластинок. Деревянная вывеска поскрипывала на ветру, а запах свежезаваренного кофе смешивался с дымом горящих дров. Внутри было тепло, уютно: потёртые деревянные столы, мягкий свет ламп, лёгкий треск огня в углу. За прилавком стоял лысоватый мужчина в грубом фартуке. Увидев Дориана, он кивнул и без слов начал готовить два стаканчика.

– Тебя везде знают? – пробормотала Лив, скрестив руки. – Кажется, даже на краю мира у тебя были бы знакомые.

Дориан усмехнулся, прислонившись к прилавку.

– Лив, – он наклонился, его шёпот коснулся её уха, – у мира нет края. – И уже обычным тоном: – Я просто оставляю хорошее впечатление.

– Или след, – парировала она, глаза сверкнули. Она взяла стаканчик, тёплый, пахнущий дымом и горькими зёрнами. – Иногда на шее.

– Ты правда хочешь, чтобы я это прокомментировал? – спросил он, голос низкий, с лёгкой угрозой.

Лив наклонилась чуть ближе, её пальцы обхватили тёплый стаканчик, а глаза поймали его.

– Хочу, чтобы ты перестал думать, что я та же девчонка, которую ты вытащил из переулка. – Её голос был твёрдым, и даже немного дерзким. – Я взрослею, Дориан. Быстрее, чем ты думал.

Он смотрел на неё, слишком долго, слишком близко, и Лив почувствовала, как её пульс бьётся в висках. Потом он медленно выдохнул.

– Так что, маленькая смелая поджигательница? – Дориан смотрел на Лив вопросительно, но с искрами предвкушения и азарта. – Ты готова поиграть с пламенем?

Лив прикусила губу, стараясь скрыть улыбку, но она не отступила.

– Посмотрим, кто сдастся первым, – шепнула она, пальцы коснулись его груди, чувствуя твёрдость мышц под рубашкой.

Мужчина за прилавком кашлянул, протягивая второй стаканчик Дориану. Момент лопнул, как мыльный пузырь. Лив фыркнула, пряча смущение за глотком кофе. Горький, с дымным послевкусием, он был слишком похож на Дориана – грубоватый, но самобытный.

***

Квартира встретила их тишиной. Солнечный свет лился через окно, оставляя золотые блики на стенах, на картинах, которые теперь казались Лив понятными. Она чувствовала, как кровь гудит в венах – от его взглядов, слов, лёгких касаний в той кофейне. Она была уверена: как только дверь закроется, между ними всё случится. Тело знало это раньше, чем разум. Она хотела его. И Дориан знал – его дерзкая улыбка, горящие глаза, напряжённая линия плеч кричали, что он на грани.

Дверь щёлкнула, и он оказался перед ней быстрее, чем она моргнула – с вампирской скоростью, от которой дыхание сбилось. Его руки легли на её талию, сжимая с едва сдерживаемой силой. Лив ахнула, когда он прижал её к стене, холод штукатурки обжёг спину. Губы Дориана нашли её шею – тёплые, жадные, медленный поцелуй, от которого она задрожала. Пальцы впились в его кожаную куртку, сердце колотилось.

– Лив, – хрипло шепнул он, дыхание обожгло кожу, – скажи, что хочешь.

– Хочу, – выдохнула она, голос дрожал, но был твёрдым, уверенным. – Хочу тебя.

Его глаза сверкнули, и он поцеловал её – глубоко, яростно, язык скользнул по её губам. Лив застонала, тело подалось к нему, растворяясь в его тепле. Он двигался сначала медленно, дразня, но потом – быстро, как вспышка, и в этот момент в её восприятии что-то изменилось. Мир словно исказился, его движения были слишком рваными, его руки, только что сжимавшие бёдра, вдруг оказались на талии, а затем её футболка улетела на пол с пугающей скоростью. Он двигался так быстро, что казался размытым пятном, а в его глазах горел тот же огонь, который Лив видела в нём, в тот самый вечер его откровения. Она почувствовала резкий укол страха.

– Дориан... подожди...

Он не остановился сразу. Губы скользили по шее, руки сжимали талию, и страх вспыхнул ярче, сдавив грудь. Лив толкнула его, голос стал громче, почти криком:

– Дориан, хватит!

Он замер. Глаза расширились, дыхание сто ещё тяжелее. Дориан отстранился, подняв руки, показывая, что не тронет. Лив задрожала, она обхватила себя руками, глаза блестели от страха и стыда. Почему я испугалась? Я же хотела...

– Лив, – сказал он, голос хриплый, полный вины. – Прости. Я... увлёкся. – Он шагнул назад, и выдохнул, успокаиваясь. – Ты в порядке?

Она кивнула, горло сжалось. Она хотела его, но в тот момент он был слишком... нечеловеком. Тело решило за неё, и она ненавидела себя за этот страх.

– Я... – начала она, но слова застревали где-то в горле. – Я хотела, но... ты... это было слишком... – Она запнулась, не находя слов.

Дориан кивнул, взгляд смягчился. Он медленно поднял её футболку с пола, протянул ей, затем взял плед с дивана и осторожно накинул на её плечи. Его движения были медленными, человеческими, будто он боялся спугнуть её.

– Значит, рано, – сказал он тихо, голос тёплый, но твёрдый. – И это нормально, Лив. Нет – значит нет. Я обещал уважать твой выбор. И держу слово.

Лив сглотнула, встретив его взгляд. В его глазах была искренность, и это разрывало её. Она кивнула, прижимая плед к груди.

– Спасибо, – только и смогла прошептать она.

Дориан не ушёл. Он смотрел на неё, и даже сейчас его харизма – лёгкая улыбка, тёплый взгляд – сбивала её пульс. Он шагнул к кухне, голос стал легче, почти игривым:

– Ты вся дрожишь, Оливия. – Он открыл буфет, достал кружку. – Чай? Или что покрепче? Я, конечно, любитель кофе, но и чай заваривать умею.