Текст книги "Ловушка для строптивой (СИ)"

Автор книги: Ани Марика

сообщить о нарушении

Текущая страница: 5 (всего у книги 13 страниц)

Молчу, губы поджимаю. Понимаю, что, скорее всего, так и было, просто женщины по своей природе слышат то, что хотят слышать, и делают выводы соответствующие. Собственно, я сама такая же. Признаю.

– Возвращайся к себе, Гас. Я останусь здесь, – растеряв воинственный настрой, прошу.

– Пока альфа не вернётся или пока ты не вернёшься в стаю, я буду рядом с тобой, Яр-ина, – отвечает он. – Куда занести твои вещи?

– В дом заноси, – фыркаю и, круто развернувшись, ухожу. Не вижу смысла спорить, всё равно ведь останется. Он приказ получил от своего альфы, чтоб его маги ослепили!

Вот он, муж, желающий помириться с женой! Даже сам не пришёл. Бету своего оставил. И даже не самого главного!

Двуликий ловко укладывает два сундука друг на друга и, подняв их, идёт за мной. Отправляю Кору на кухню, там, судя по звукам, уже Лаура проснулась, сама остаюсь в прихожей. Контролирую оборотня, хоть и понимаю, что он ничего не сделает. Если хотел бы, уже сотворил.

Гас быстро переносит мои сундуки и отдаёт опять тело зверю. Барс ложится теперь прямо на крыльцо и, положив мохнатую голову на лапы, смотрит голубыми озёрами глаз на меня.

Подавив желание пригласить хищника, закрываю дверь и поворачиваюсь к сундукам. Открываю первый попавшийся. Все наряды сложены, упакованы. Надо же, всё собрали в первозданном виде.

– А ты богатая принцесса! – присвистывает Нико, проходя мимо меня и заглядывая через плечо.

– Угу, очень, – бурчу и, схватив за ручку один сундук, тяну в комнатку. Сейчас переоденусь в своё и за завтраком подумаю о новом плане. Возможно, с Лаурой посоветуюсь.

На кухне меня встречают все домочадцы. Женщина насмешливо поглядывает на меня, но ничего не говорит. Показывает на соседний стул и миску с кашей.

– Доброе утро, – коротко улыбнувшись, устраиваюсь за столом.

– Светлого, – кивает та.

Дети разбавляют завтрак своими разговорами и отвлекают от мыслей про оборотней. Самбелл хнычет, хочет поехать вместе с Нико и мамой в лес.

– Ну я уже большой, мне девять! – упрямо возмущается мальчик. – Ты сама говорила, что тебе нужны помощники.

– Ты останешься, Самбелл! – строго чеканит Лаура. – Приглядишь за Корой.

– За Корой может присмотреть Ярина! – тычет в меня пальцем.

– Ярина не обязана сидеть с твоей сестрёнкой!

– Я могу, Лаура. И мне не сложно, раньше с детьми работала, – выпаливаю раньше, чем задумываюсь. – То есть возилась с детьми много. У нас в поместье много деток жили, и я за ними присматривала.

Женщина молчит несколько секунд. В окно хмуро смотрит, но всё-таки кивает.

– Идите собирайтесь, – бросает мальчишкам.

Пацаны залихватски улыбаются. Самбелл в щёку меня целует, и они убегают. Кора тоже за ними хвостиком несётся. Мы остаёмся одни.

– В стаю не вернёшься, чё ли? – спрашивает Лаура, задумчиво меня осматривая.

– Я ведь вчера уже сказала, что не нужна им. И Гас здесь только потому, что я «печать мира». Меня надо охранять и беречь. Сама понимаешь. Поэтому нет, я не собираюсь возвращаться лишь потому, что они принесли мои вещи и прислали стражника, – говорю и чувствую, как внутренне закипаю. В очередной раз злюсь на мужчин. – Если тебя не устраивает, я всё пойму и съеду незамедлительно. Вообще, думала посоветоваться, что мне делать дальше?

– Мне двуликие не мешают никак, – отмахивается женщина. – Что делать? Я вчера поспрашивала одного знакомого о тебе. Он сказал, что ты из большого рода магов. Почему не вернёшься в отчий дом?

– Потому что им я тоже не нужна, – вздыхаю и опускаю голову. – Никому не нужна. Отец отдал меня замуж в качестве залога мира. Братья хотели убить, чтобы войну развязать. Мужья отправили в дальнюю провинцию, чтобы не мешала жить.

– Мужчины, – хмыкает, закатив глаза. – Всё ещё надеются, что держат этот мир под контролем. Живи, Ярина, своей головой. Не убегай. Начинать всё сначала тяжело. Но ты упрямая, это видно, и целеустремлённая. Покажи и докажи всем, что ты не просто «печать».

– Спасибо, так и планировала, просто они ведь не отстанут, – улыбаюсь, распрямляю плечи, чувствуя некую уверенность от добрых слов. Всё же всем нам нужна небольшая поддержка и плечо. Пусть женское, но крепкое.

– Не отстанут, и бегством ты от них не избавишься, – соглашается Лаура и поднимается. – Обустраивайся спокойно. Нас до вечера не будет. Понадобится помощь – обратись к Сури, соседке, у неё тоже двое девочек, подскажет.

– Не волнуйся, я правда раньше детьми занималась. У меня целая группа из двадцати ребятишек пяти-шести лет были. Мне с детьми лучше получается найти общий язык, чем со взрослыми.

– Ну да, ты ещё сама ребёнок, – усмехается Лаура.

Мы с Корой провожаем часть семьи. Долго машем им вслед. Пока я мешкаю, ребенок вовсю наваливается на барса и тискает. Вот так, мне гладить нельзя, а шестилетке можно. Где справедливость?

– Пойдём, малышка, осмотрим наше богатство, – предлагаю я, протянув ладонь.

Девочка тут же отпускает зверя и убегает в дом.

Глава 14

На удивление день в компании Коры пролетает замечательно. Мы долго перебираем сундуки. Придумываем игру с модными показами. Наряжаемся. Кутаю малышку в шубку. Даю играться со шкатулкой и драгоценностями. Ребёнок так сильно радуется, перебирая мои вещички. К себе прикладывает несколько отрезов. Всё же во всех мирах и во все времена девочки остаются девочками. Любят обновки, блестяшки и платья.

Одно из платьев я решаю перешить на ребёнка. И делюсь с ней своими мыслями по поводу праздника. Кора в восторг приходит.

Пересмотрев наряды, мы идём с ней на рынок, прихватив один из кошелей. Я ещё на всякий случай подкалываю мешочек, оставленный дражайшей свекровью. Мало ли что может пойти не так. Мне чужого внимания не надо.

Естественно, за нами следует один барс. Но я не обращаю внимания на Гаса. Мы покупаем продукты, сладости, разнообразную бижутерию и большую красивую куклу с ярко-розовыми волосами и пышным платьем. Кора сама выбирает эту игрушку, а я не могу отказать ребенку. Также беру в подарок для Лауры и мальчишек обувь. Заметила, что у пацанов изношенные ботинки, потерявшие мех. Упаковываю покупки, и мы возвращаемся домой.

На улицу мы выходим только после дневного сна. Уже вечереет, и во дворе носятся куча детишек от пяти до девяти лет. Кора убегает к подругам, сажусь на скамью между двумя домами и открываю книгу.

– Привет, – ко мне подсаживается одна из соседок.

– Здравствуйте, – киваю ей.

– Я Сара, живу в этом доме.

– Ярина, – представляюсь с улыбкой.

– Откуда ты? И почему за тобой ходит двуликий? – спрашивает женщина, указывая на дремлющего в тени дома барса.

– Из Нордвелла. Долгая история, Гас просто присматривает за мной, – отмахиваюсь я. – Лаура сказала, у вас две девочки.

– Да, вон они носятся. Катина и Джульет, – женщина показывает на двух малышек постарше, что вместе с Корой играют в куклы.

Мы с соседкой недолго сидим в тишине. Смотрим на детей. Я чувствую некую неловкость и придумываю ответы на самые каверзные вопросы, которые могут последовать. Но женщину окликает грубый окрик.

– Сара! – рявкает вышедшая из дома старуха. – Лоботряска, ты опять забыла отвезти пряжу, ещё и ужин за тебя делай, пока ты сидишь на лавочке языком чешешь! Вот вернётся мой сын, заставлю его выгнать тебя, криворукую!

– Ой! – вскакивает женщина, нервно оглядывается на детей, потом на старуху.

– Иди, я присмотрю за девочками, – помогаю ей принять решение.

– Правда? Спасибо, я быстро.

– Не торопись.

Девочки даже не замечают отсутствия мамы. Увлечены новой куклой и яркой бижутерией.

Я наблюдаю за бытом этой деревушки. Рассматриваю прогуливающихся женщин, молодых и не очень. Некоторые дамы красноречиво поглядывают на барса. Даже притормаживают и рассматривают его как невиданную зверушку. И вот что удивляет меня. В деревне нет ни одного мужчины старше тринадцати и младше девяноста лет. Во всяком случае, я не вижу ни одного. Возможно, они на работе и приходят поздно. Делаю пометку спросить у Лауры.

Дождавшись Сару, отдаю её девочек и забираю Кору домой. Мы готовим ужин для всего семейства. Печём пирожки с яйцом и луком. Ребенок таких ещё не ела, а у меня фирменный рецепт от бабушки. Готовим мясо с картошкой. И варим компот из сухофруктов. Вот что значит деньги появились. Я полрынка скупила на радостях и от жадности.

– Гас, – выглядываю в окно. Барс голову поднимает. Мне совесть не позволяет дальше игнорировать двуликого. – Иди в дом.

У хищника морда удивлённо вытягивается. Аж смешно становится, и я хихикаю. Машу рукой, мол, давай дуй скорее, пока я добрая.

Через несколько минут мужчина заходит. Неуверенно топчется на пороге. Вроде бы не должен оставаться наедине с женой альфы. Но дом чужой и мы не одни. Ребёнок вот есть.

– Яр-ина, – басит, заглядывая на кухню, – тебе что-то нужно?

– Нет, проходи садись. Ужинать будем. Я вот приготовила вкусное жаркое и пирожки.

– Ты готовила? – и столько изумления в голосе, аж обидно становится. Мне ж многого не надо: научить, как пользоваться их магплитой, – а продукты тут от земных ничем не отличаются, разве что вкусом более насыщенным и ярким.

– Я ей помогала, – встревает девочка, грудь выпятив. Усмехаюсь и целую в тёмную макушку.

– Да, большую часть делала Кора, – с улыбкой соглашаюсь и помогаю ребёнку занять стул.

Гас чешет затылок и задумчиво проходит к столу. Накладываю мужчине горячее с горкой. Пододвигаю корзину с пирожками, наливаю компот и переключаюсь на малышку. Ухаживаю за ней и, только убедившись, что всё у всех есть, сажусь сама.

Двуликий несколько минут рассматривает, как ест ребёнок. Обнюхивает свою чашку. Ей-богу, даже обидно становится, я ж его не отравлю. Что за недоверие? Хочется высказать своё громкое фи! Но Гас, наконец, ест. Жуёт и, прикрыв глаза, урчит. Как кот!

– Вкусно, – выдаёт с набитым ртом.

И я прощаю этому оборотню всё недоверие. Улыбаюсь, тоже приступаю к ужину.

– А как тебя зовут? – Кора вовлекает мужчину в беседу и задаёт миллион вопросов в минуту. Гас не раздражается и не отмахивается от ребёнка. Отвечает честно и серьёзно.

Сытно поев, девочка убегает в комнату к кукле своей. Мы остаёмся наедине.

– Спасибо, всё было очень вкусно, – мнётся парень. – Я вправду не хотел тебя обижать.

– Ты не обижал, – отмахиваюсь, сжимая в ладонях кружку с напитком. И, как назло, опять вспоминаю мужей моих нерадивых.

– Может, вернёшься в стаю?

– Нет.

Гас недовольно замолкает и хмурится. Нас прерывает подъезжающая повозка. Мужчина тут же встаёт и выходит. Семеню за ним и встречаю уставшую Лауру с мальчишками.

– Привет, бегите умываться и ужинать, – машу ребятам, сама иду помогать перетаскивать тюки с травами, кореньями и грибами в амбар.

Двуликий оттесняет меня. Под обалделый взгляд Лауры в один заход подхватывает несколько мешков и несёт в пристройку.

– Нормальный у тебя стражник. Такой в быту приходится, – усмехается женщина.

– Да уж, – бормочу, поглаживая бок старенькой лошадки.

– Как день прошёл, не сильно Кора капризничала?

– Вообще не капризничала. Мы повеселились на славу, – рапортую я. – Так что можешь смело оставлять её на меня. И вообще не волноваться.

– Посмотрим, – хмыкает Лаура и уводит за уздцы лошадку.

Оборотень опять перевоплощается в барса и остаётся на крыльце. А я вторую партию домашних кормлю своими кулинарными изысками.

– Я всё спросить хотела, почему мужчин так мало? – задаю мучающий меня вопрос.

– Большинство мужчин война забрала, – бурчит Лаура, причмокивая и тянясь за очередной сдобой. Двигаю корзинку ближе к ней. – Оставшиеся – моряки, чтоб их море поглотило. Работают на судах и приплывают несколько раз в год. Заделают жене очередного ребёнка и уплывают, а мы тянем быт и растягиваем принесённую получку до следующей встречи.

– Ясно, – вздыхаю я. Всё оказалось прозаичнее.

– Как видишь, справляемся и без мужчин, – отмахивается от грустной темы женщина.

Согласно киваю. И строю планы грандиозные по открытию самого настоящего садика. Детей вон полно во всей округе. Соберу группу небольшую. Может, даже сниму в аренду помещение или дом. Обустрою. И соседям станет полегче, и я без дела сидеть не буду. Главное, чтобы эти планы никто не разрушил!

Глава 15

Хантер Роар

– И зачем ты меня остановил? – цедит Себастьян, вырывая конечность из моего захвата.

Молчу. Провожаю удаляющуюся повозку с женой и сдерживаю мечущегося внутри зверя.

Несколько дней назад я заметил братьев Дэлейн, едущих под покровом ночи по Мерринской пустоши. Обычно маги, да и двуликие, стараются не путешествовать по пустыне после заката, так как разбойники и мародёры всех мастей собираются, делят куш, перепродают товар и охотятся на диких зверей, что выходят на охоту в ночное время.

Меня они не пугали, и зверь гнал без остановок. А вот что братьев гнало, было любопытно узнать. Я не стал их останавливать, просто шёл за ними. Удивительно, но путь наш был одинаковый.

И если бы не Себастьян, догнавший меня возле Ледяного плато, не упустил бы этих магов. Но побратим отвлёк на себя, мы опять схлестнулись, теряя драгоценное время.

Он ходил к старейшине, который нас поженил. И выяснил, что мир ещё не закреплён. Только консумация брака закрепит окончательно перемирие. Себастьян решил, что причина нашей тяги к жене – это незакреплённая до конца связь. Древняя кровь тянет нас к девушке.

– Твою магию – возможно, – сказал я тогда. – Мной не управляют ваши ритуалы! Здесь другое.

Оставив побратима добираться на санях через плато, рванул к Авроре. Чувствовал, что нужен ей. Чувствовал, что не просто так братья Дэлейн проделали такой долгий путь. Уже планировал, как поймаю их на помощи в побеге и с чистой совестью загрызу.

Слишком поздно я выяснил, кто именно стоит за покушением на Аврору. И если бы ипостась не гнала меня обратно к девушке, не сбивала лапы в кровь, желая поскорее быть рядом, возможно, мы бы никогда не нашли злоумышленников и наша жена была бы уже мертва. Потому что братьев Дэлейн никто и не подозревал. Оба мага нежно относились к малышке. На нашей свадьбе просили быть деликатнее с их сестрёнкой, барышня очень впечатлительна и пуглива.

Правда, где-то нас обманули. Уехавшая в чужой повозке девчонка совсем не похожа на испуганную и кроткую аристократку. И я даже не уверен, что это наша жена. Только брачная татуировка не даёт сомнениям развиться.

– Хантер! – выводит из раздумий побратим. – Бесы тебя раздери!

– Не торопись, – коротко отвечаю, передавая ему оставшуюся без наездника лошадь. – Если мы сейчас снова применим грубую силу и заберём Аврору, она окончательно закроется от нас. Ты сам слышал, девчонка на грани суицида. Только что её чуть не убили собственные братья. Мы обошлись с ней грубо. Она обижена и права в своей обиде.

– И что ты предлагаешь?

– Предлагаю показать, что даём ей право выбора и возможность самой вернуться. Девчонка росла в тепличных условиях. Майер писал, что она не знает даже базовых вещей. Она не сможет долго жить одна. Сама прибежит, когда столкнётся с трудностями. Ты поезжай, уладь вопрос с Дэлейнами. Я разберусь со своей стаей. За Авророй присмотрят беты. Да и я поселюсь поблизости. Понаблюдаю. Присмотрюсь.

– Предлагаешь оставить вас наедине, пока я в Аркадии улаживаю нашу с тобой проблему? – прищуривается Себастьян, вокруг него опять магия искрит, и силовое поле ширится, пугая лошадей.

– А ты хочешь напугать девчонку своим нестабильным магическим фоном? Что, если не сдержишь эмоции и покалечишь кого-нибудь на глазах у жены? Или вообще её?

– Твой зверь тоже нестабилен, – огрызается, но вроде соглашается отступить.

– Вдали от Авроры – да, – нехотя признаю свою слабость к девчонке.

Мы седлаем коней и возвращаемся на горный тракт, где оставили нагов, пришедших на помощь, и двух будущих мертвецов.

Поблагодарив двуликих, Себастьян перехватывает верёвки, которыми связаны братья Дэлейн, и тянет их за собой.

– Ч-ш-што с-с этим-то делать? – спрашивает начальник стражи Валлиона, указывая на сваленные женские вещи.

– Заберу их.

Задерживаюсь ненадолго. Вожусь с повозкой, забрасываю обратно наряды, нахожу мешочки среди них и верчу в руках.

Вот почему я в должной мере не почуял запах Авроры! Зато сейчас чую запах собственной матери на тряпках.

Еле сдерживаю ипостась, прикрепляю повозку к своему коню и скачу вслед за Себастьяном.

В поселении уже вовсю кипит жизнь. Беты ждут меня, низко опустив головы. Понимают, что облажались. Хотя теперь винить их сложно. Они бросили охоту и вернулись, когда услышали крик девушки. Если бы не моя собственная мать, нашли бы раньше по запаху.

– Хантер, – выбегает вперёд радостная Дия.

Низко рычу, останавливая женщину. Замечаю выходящую из моего дома маму.

– С возвращением, сын, – улыбается, остановившись на крыльце.

Швыряю под ноги найденные мешочки.

– Ты должна была стать ей матерью и научить жить в стае.

– Я так и сделала, – вскидывает выше голову.

– Поэтому дала ей мешочки, скрывающие запах? – спешившись, подхожу ближе. Мама пятится, но голову не склоняет. – Думала, я не почую тебя, женщина?

– Я хотела обезопасить стаю.

– Или помочь братьям Дэлейн? – прищуриваюсь, нависая. – Из-за тебя мою жену похитили! Из-за тебя её чуть не убили! Из-за тебя чуть не началась война! Забыла уже, как похоронила двоих мужей?

– Я бы никогда не помогла магам! Девчонка ещё утром говорила о побеге. Спроси Дию, она подтвердит, – отвечает, сверкая звериными глазами.

– Ты пошла против моего выбора, Киара! – перехватываю за горло, не давая отойти. – Ты пошла против альфы! Отныне, Киара, тебе запрещено заходить в мой дом и звать меня сыном. Ты часть стаи и только!

Отпускаю мать и отворачиваюсь к ждущим бетам.

– Из-за магички ты отрекаешься от меня? – не унимается женщина.

– Девчонка, менее одного дня ставшая мне женой, приняла законы стаи. Подчинилась и поехала в чужую империю. Покорно вручила свою жизнь и безопасность в руки тех, кого боялась всю свою жизнь, – чеканю со злостью, разворачиваясь обратно. Между нами встаёт Майер, остро чувствуя мой гнев. – Ты росла с нашими устоями и знала законы оборотней. Ты должна была первой принять её и стать опорой. Показать всем, что принимаешь выбор альфы. Выбор твоего сына.

– Это не твой выбор! Так решил их Совет! Их магия, – рычит двуликая, указывая на Себастьяна.

– Хантер, ты всё не так понял, – к нам с улыбкой идёт Дия. – Я не знаю, что сказала тебе Аврора...

– Не приближайся, если жизнь дорога, – предупреждаю, еле сдерживая зверя. Двуликая замирает на последней ступени, удивлённо брови вскидывает. – Только потому, что ты самка, я сохраню тебе жизнь, Дия. Ты изгоняешься из стаи. Убирайся!

Разворачиваюсь к двуликим и повышаю голос:

– Любой, кто приютит Дию, будет изгнан вслед за ней.

Барсы склоняют головы.

– Ты не посмеешь так со мной поступить! – выкрикивает девушка со злостью.

– Ещё слово, и я не посмотрю на то, что ты женщина.

Дия поджимает губы, но больше не решается вступить в спор. Себя обнимает, голову опускает.

– Гас, собери вещи, спусти сундуки и отправляйся в Валлион. Позаботься о безопасности Авроры и ни на шаг не отходи. Братьев Дэлейн бросьте в яму. Ими займёмся чуть позже.

Себастьян передаёт в руки оборотней заключённых и спрыгивает с коня.

– На втором этаже есть свободная комната и купальня. Можешь остановиться там, отдохнуть, – приглашаю побратима и ухожу в дом.

Поднимаюсь на второй этаж и останавливаюсь в комнате, которую выбрала Аврора. Глубоко вдыхаю остаточный запах девушки и прикрываю глаза. Зверь скребётся внутри, желая незамедлительно отправиться к ней. Болезненно тянет и скручивает мышцы.

Нужно было с ней поехать. Я ведь хотел так сделать. Хотел с той самой минуты, как вереница карет выехала из дома побратима. Хотел догнать и познакомиться в пути с той, кого мне навязали. С той, кто захватил мой покой. Принял желание за слабость, за чужеродную магию.

Но сейчас понимаю, что ни одна магия не способна повлиять на двуликого. Мешочки, что скрыли запах Авроры, не изменили моё отношение к ней. Мою тягу к ней.

Майер и Гас бесшумно заходят следом и останавливаются у порога. Молчат. Ждут.

Я усмиряю ипостась, обещаю ему, что совсем скоро добьёмся нашу женщину и вернём её домой.

– Это моя вина, Хантер. Я должен был остаться с девчонкой, – хрипло говорит названый брат. Ждёт моего гнева.

– Да, должен был, – соглашаюсь, сжимая кулаки, и разворачиваюсь. – Приступай, Гас.

Молодой бета быстро принимается за работу. А мы с Майером уходим вниз.

– Выдели для сопровождения пару двуликих. Пусть едут с Себастьяном в Аркадию и проследят за ним, – продолжаю я, заходя в кабинет.

– Торвальд и Кессар поедут, – кивает он.

– Говори самое срочное, Май. Поскорей закончим, допросим братьев Дэлейн, и я уеду. Меня какое-то время не будет. Ты остаёшься за старшего.

– Поедешь за Яр-иной?

– За кем? – переспрашиваю, не понимая, о ком он говорит.

– Аврора узнала, что двуликие между собой общаются и представляются вторыми именами, и решила сменить имя. Сказала, раз она теперь в стае, то будет жить по нашим законам. Просила звать её Ярина.

– Вот как, – хмыкаю я и хлопаю по плечу. – Замечательное имя. И больше ей подходит.

– Соглашусь, – усмехается двуликий.

Глава 16

– Что ты хочешь сделать? – удивляется Нико, выслушав мою идею.

– Нарядить ель и устроить детский праздник. Так что, вы поможете мне? – с энтузиазмом повторяю и перевожу взгляд с пацанов на девочек.

– А что за праздник? В честь чего? – поближе присаживается Самбелл, стряхивая снежок с новых ботинок.

– В честь мира во всём мире, – пожимаю плечами, придумывая на ходу. – Я расскажу тебе сказку, которую слышала от бабушки.

– Так, я пошёл сена дам скотине, – машет рукой старшенький и, закатив глаза, пропадает в сарае.

– Я хочу сказку! – прыгает вокруг меня Кора, а за ней две соседские девочки.

Глубоко вздохнув, рассказываю им историю о своей Земле. О месте, где нет магии и двуликих. Где живут простые люди, работают каждый день, водят детей в сад. Но среди этой серой рутины и безликих будней есть одна волшебная ночь. И к ней готовятся всем миром.

Дети поют песни, танцуют, играют и поздравляют друг друга. Родителям своими руками подарки готовят. С нетерпением ждут волшебную ночь и пишут письма с пожеланиями. И в эту ночь происходит чудо. Дед Мороз, добрый волшебник, приходит в гости, кутает всю страну в снег, рисует на окнах снежинки и оставляет под ёлкой подарки для детей.

Та красочно описываю, аж сама в роль вживаюсь. И мне опять становится очень грустно, потому что я здесь, а не дома. И переодетый в Деда Мороза папа не придёт ко мне. Хотя он такое уже лет двадцать не делает, но всё же.

– Ну что? Устроим нам праздник?

– Да! – радуются шестилетки, а Самбелл задумчиво губу жуёт и смотрит на лежащего в нескольких метрах барса.

– Мама не разрешит, и денег лишних нет, – наконец выдаёт пацан.

– А зачем нам деньги? Мы сами сделаем игрушки на ёлку. Остальное беру на себя.

Мальчик плечами пожимает. Мол, делай, я помогу, но считаю это всё полной глупостью. Оно понятно, он на Нико равняется. Я не унываю. У меня в помощницах три девочки шести лет. Уж мы-то шухер наведём.

Целых три дня вынашиваю план и составляю список необходимого. Осматриваю ёлку, что растёт у дома. Она пожухлая и некрасивая. А хочется разукрасить самую красивую. Даже сетую, что пушистые ели только у леса растут.

– Так сруби, – предлагает Лаура.

– Ой нет, я за сохранность природы, знаешь ли.

Всё же не усложняю и оставляю ёлку в покое. Украсим, магические светильники повесим и спрячем залысины у дерева.

Днём, пока Лаура работает, а Нико на учёбе, я занимаюсь с детьми. Увлекаю Самбелла и его друзей. Постепенно мальчишки и девчонки присоединяются к нашему кружку самодеятельности. Сами предлагают разные идеи.

Я делаю ещё один забег с Корой на рынок. Скупаю разнообразные безделушки, которые пригодятся для создания атмосферы. Швейный набор, блестящие отрезы материи и мех. Также в книжной лавке покупаю цветную бумагу, картон, кисти с красками. Продавец за бесплатно отдаёт несколько плотных коробок. И я окунаюсь в создание правильной атмосферы.

Родители детей по началу скептически относятся ко мне, но, видя, что детвора занята и под присмотром двуликого, – меня они, похоже, за взрослую не считают, – занимаются своими делами.

К третьему дню даже сами приводят отпрысков к нашему дому. Мальчишки стругают деревянные игрушки, девочки шьют кукол и разнообразных зверей. Мы вместе мастерим из коробок фигуры оленя с санями. Рисуем красками на окнах узоры.

Лаура ворчит, мол, нашла куда деньги девать, лучше бы что-то путное начала, вложила куда. Но не мешает моему вдохновению творить.

К обеду женщина внезапно раньше обычного возвращается. И не одна. Вместе с мужчиной. Тем самым, кто меня обсуждал и целоваться к ней лез.

– Это Ширек, – басит подруга. – Мой знакомый и маг четвертого круга.

Я прочла книгу по теории магии и знаю уже, что у магов этого мира силы измеряются мифическим кругом. Высшим маг считается первого круга. Самый слабый, соответственно, десятого круга. А вот кто эти круги выдаёт или как они их проходят, в книге не описано.

– Здравствуйте, – киваю, косясь на двуликого.

Мирно дремавший барс тут же вскакивает и низко рычит, не давая мужчине подойти ближе. Он, к слову, без дела тоже не сидел. Помогал по хозяйству, рубил дрова, таскал стремянку за мной, когда я украшала фасад и крышу нашего дома.

– Это Гас… друг, – представляю оборотня.

– Так что там тебя не устраивало? – отвлекает Лаура и утягивает мужчину за дом, где на небольшом пустыре одиноко растёт ёлка. Вскочив, откладываю вышивку и семеню за ними. Барс тут же трусит следом.

– Ель не пушистая и недостаточно зелёная? – спрашивает у меня. – Так старая уже, высохшая. Срубить пора.

– Не надо её рубить, – останавливаю женщину и закрываю дерево собой. Мы ещё не начали украшать, но я уже спланировала, как закрыть проплешины.

– Отойди, девица, – требует Ширек, почёсывая бороду.

С опаской отхожу. Разглядываю его. Если подобрать правильный костюм. Он может Деда Мороза сыграть. Только согласится ли?

Мужчина обходит по кругу пятиметровую ель. Пальцами двигает. Как вдруг воздух вокруг густеет и вибрирует.

Разноцветные сверкающие нити появляются в пространстве и тянутся к его пальцам. В клубок собираются. Он из них что-то плетёт. Бормочет себе под нос и, вскинув руки, окутывает этим свечением ель.

Дерево светится, мерцает и на глазах отращивает недостающие ветви. Оно словно оживает, ввысь вытягивается и зеленеет.

– Вот это магия! – обалдело выдыхаю, прижимая ладони к губам. – Ширек, а вы можете сыграть роль Деда Мороза?

– Кого? – хмурится суровый мужчина и смотрит на Лауру.

– Не может, вон Гаса переодевай, – ревниво отвечает женщина. Вообще-то так и планировала, но тут появился более подходящий кандидат.

– Ладно, прости, – пожимаю плечами и отступаю.

– Я сегодня поздно вернусь, – понизив голос, отводит в сторону. – Ты не против остаться одна с детьми?

– Нет конечно, иди спокойно, – понимающе улыбаюсь. Свидание у неё, ясно ведь.

– Спасибо, Ярина, – Лаура обнимает меня слишком крепко, аж кости хрустят, и уходит вместе со своим кавалером.

Провожаю удаляющуюся пару. Отчего-то завидую этой женщине с непростой и тяжёлой судьбой. Просто потому, что она в этом мире не одна. У неё есть дети, даже вот мужчина есть, который принимает её такой. А от меня все пытаются избавиться.

Это во мне обида на мужей говорит. Честно говоря, я ждала эти дни, что они явятся. Страшилась с одной стороны, что насильно увезут. Даже в голове выстраивала диалоги с ними.

Нашла о ком думать, дура!

Сама себя ругаю. Представляю, как они наслаждаются каждый в своих домах. С близкими.

Шумно выдохнув и расправив плечи, осматриваю вновь ель. Щупаю, пытаюсь найти фальшивые части веток. Но вроде бы всё настоящее, и это так необычно.

– Ярина, – окликает Нико, – я с друзьями к озеру ухожу.

– Какое ещё озеро? – прищуриваюсь и осматриваю группу подростков.

– Да тут, за холмом, у леса, – машет он и, развернувшись, идёт.

– Я с ним, – тут же оставляет в сторону недоделанную фигурку лошадки Самбелл и бежит к брату.

За мальчишками собираются и остальные малолетки. Даже Кора бросает рисовать и подпрыгивает рядом, прося отпустить её.

– Так, никто никуда не пойдёт, – останавливаю я десяток шестилеток. – Гас, держи оборону!

– Ну, пожалуйста, мы всегда туда ходим, – канючит Джульет. – Нам мама разрешает!

– Сейчас я спрошу у Сары и тогда решу, – строго чеканю и бегу к соседке.

– Пусть идут, Ярина, – машет женщина, как только озвучиваю появившуюся проблему. – Они до твоего появления часами торчали у озера.

Получив разрешение у одной мамаши, отпускаю детей и сама иду. Всё же обострённое чувство ответственности не даёт мне отпустить их одних. И пусть деревня здесь как одна большая семья и чужих нет, мало ли что может случиться. Конечно же, Гас меня не бросает.

Нико и мальчишки постарше уходят далеко вперёд. За ними многочисленная детвора шумно и весело направляется к опушке леса.

Подростки съезжают с заснеженного холма вниз, прямо к прибрежью замерзшего озера. Перехватываю спешащую за старшими малышню.

– Сначала я, – грожу пальцем и бочком-бочком скольжу вниз. – Гас, иди ко мне и лови их.

Барс съезжает на мохнатой заднице, рассмешив малышню и меня. Тут же перевоплощается в мужчину и выставляет руки, готовый ловить детей.

– По одному спускайтесь, – велю детворе.

Шестилетки ответственно выстраиваются в шеренгу и, весело хихикая, катятся в наши с Гасом руки. Пока я тут слежу за техникой безопасности и спускаю по одному малышей, ребята постарше уходят далеко вперёд, прямо к центру озера.

– И что тут интересного? – поймав последнего пацана, осматриваю локацию.

А потом понимаю, что подростки играют на льду во что-то похожее на хоккей. Вместо шайбы у них мяч, обмотанный в шкуру, вместо клюшек – самодельные палки, больше похожие на клюшки для гольфа, чем на хоккейные, вместо коньков – специальные накладки на ботинки.

Они размечают ворота, ставя на границы камни, делятся на команды и играют. Детвора рассредоточивается по берегу ледяного озера и болеют за своих старших братьев. К слову, зоны для зрителей тоже предусмотрены. На небольшом расстоянии лежат поваленные деревья и пеньки.

Нормальное развлечение. Честно, думала, будет что похуже. Усевшись на одно дерево, поднимаю Кору, и мы болеем за Нико.

До самого заката подростки гоняют мяч клюшками. Команда Нико побеждает. И, завершив матч, ребята шутливо пихаются. Громко спорят и обещают в другой раз непременно отыграться.

– Поздравляю, Нико! – визжит Кора и, спрыгнув с моих колен, бежит к брату.

Всё происходит так внезапно и быстро. Я улыбаюсь и хлопаю с шестилетками, приветствуя победителей. Кора по льду, на котором полтора часа носились десяток подростков, бежит.