Текст книги "Ловушка для строптивой (СИ)"

Автор книги: Ани Марика

сообщить о нарушении

Текущая страница: 11 (всего у книги 13 страниц)

– Светлого дня, отец, – сухо отвечаю, коротко улыбаясь. Но не делаю попыток попасть в его объятья. Мужья решили, что ему не стоит знать о подмене душ. Во всяком случае, пока. Он и так потерял двух сыновей. Неизвестно, что выкинет, когда узнает и о дочери.

– Замечательно выглядишь, нам нужно непременно позавтракать вместе. Прогуляться, – не замечает моей холодности близкий родственник.

– Если мужья согласятся, – перекладываю ответственность на чужие плечи и невинно улыбаюсь.

Лорд Дэлейн поджимает губы и недовольно смотрит на мужчин. Чего это ему не нравится? Сам ведь настоятельно рекомендовал мне смириться и принять этот брак. Вот послушалась его совета. Приняла. Даже наслаждаюсь, можно сказать.

– Пойдём, Яра, – проигнорировав чужое недовольство, Хантер тянет нас к зданию.

Мы поднимаемся по узким ступеням в башню и попадаем в круглое, довольно просторное помещение с арочными окнами и большим столом переговоров в центре.

– Что-то мне страшно, – говорю, занимая одно из кресел в пустом зале.

– Мы рядом, Яри, – подбадривает Себастьян, располагаясь на соседнем кресле и переплетая наши пальцы.

Глава 35

Постепенно зал Совета заполняется. Сначала заходят старейшины в тёмных одинаковых мантиях, отличия только в нагрудных значках. Серебряные круглые талисманы, внутри которых круги поменьше. Как объясняет Себастьян, по этим значкам можно понять уровень мага. Свой он не носит, да и мантию не надевает, так как каждая собака знает кто он такой. Очень самонадеянно.

Сразу за магами заходят альфы. Все здоровые, бритоголовые, массивные. Большинство в меховых накидках, а один и вовсе с длинным змеиным хвостом. К нагам я уже немного попривыкла, поэтому не таращусь с любопытством на десятиметровую конечность, что кольцами ложится вокруг кресла.

– Так в честь чего собрание, – рычит тихо один из двуликих. Нетерпеливо поглядывая на нас.

Все взоры устремляются на лорда Дэлейна как на главу Совета магов. Он единственный не занял кресло. Стоит опершись кулаками об стол.

– Совет созвал наш архивариус и хранитель баланса Валериан, – говорит он, цепко сканируя наши переплетённые с мужчинами пальцы.

Один из старейшин медленно поднимается и открывает потемневшую от времени и местами обугленную книгу. Поискав нужный текст, мужчина выпрямляется.

– Прежде чем я начну, хотелось бы знать, проснулась ли в Авроре магия? – спрашивает он скрипучим, почти безжизненным голосом.

– Нет, – отвечает Себастьян, чуть сильнее сжав мои пальцы. Ловит удивлённый взгляд и коротким кивком, просит довериться ему. Я и так верю мужу, поэтому лишь пожимаю плечами.

– Хорошо. Значит у нас есть ещё время, – расслабляется Валериан и достаёт из книги свиток. – Дело в том, что ритуал который мы провели луну назад подделка. Печать не хранит мир. Она – ловушка.

Его кривой палец направляется прямо на меня. Сидящие мужчины все как один поворачивают головы и хмуро таращатся на наше трио. Испуганно прижимаюсь к Хантеру, мой альфа чуть вперёд поддаётся и низко, предупреждающе рычит.

– Объяснись, – режет льдом Себастьян и поднимается, дабы власть и силу показать.

– Конечно, милорд, я всё расскажу и даже зачитаю, – соглашается старейшина, разворачивая свиток. – В теле Авроры Дэлейн спрятана разрушительная и древняя сила. Когда триада сольётся полностью – душами, телами, любовью магия проснётся. Разрушительница Живого. Она пожрёт леса, реки, людей, магию. Весь мир.

– И откуда вы это выяснили? – слишком спокойно уточняет муж.

– После казни братьев Дэлейн вы велели конфисковать их имущества и записи. Среди них был найден этот дневник, принадлежащий их предку – дракону. Последнему, кто вступил в такой союз и в жилах его жены текла разрушительная магия. Она начала столетнюю войну и убила бы всё живое, если бы он не остановил её.

– Как? – выпаливаю я. – Как остановить эту магию?

– Убить носитель, – припечатывает Валериан, смотря прямо в глаза.

Вздрогнув от такого вердикта, сжимаю крепче руку Хантера. Можно мне обратно на Север. В дом Лауры. В деревню к детям.

Дальнейшее собрание проходит как в тумане. Я не прислушиваюсь к рычаще-грозным голосам. Прижимаюсь к боку моего оборотня и смотрю в пустоту, обдумывая услышанное. Во мне уже проснулась магия. Я её не особо чувствую, но почему-то знаю, что она не несёт плохого.

Теперь последние минуты жизни Авроры видятся в другом свете. Девушка узнала, что носит разрушительную магию и сама себя остановила? Я совершенно точно не собираюсь так завершать новую жизнь. Но судя по вскочившим мужчинам, вариантов у меня нет.

Из ступора выводит рык Хантера. Первобытный и грозный. Аж поджилки трясутся. Рядом стоящий альфа отшатывается от этого рыка. Встрепенувшись, осматриваю помещение, останавливая взгляд на лорде Дэлейне. Глава Совета выглядит совсем поникшим и никак не участвует в собрании. Сидит, поджав губы и даже не смотрит на нас, изучает эту книженцию.

– Только подойди к моей жене, – гремит Себастьян, заряжай в ладони тёмный пульсар. – Это всё проделки культа чистоты! Со смертью Авроры мир окончательно будет разрушен и потонет в крови.

Я почему-то в этот момент думаю о своей подруге Лауре. Она боялась выходить вновь замуж и открываться Ширеку. Боялась потерять его в очередной войне, а я убедила женщину, что войны больше не будет. Она может потерять детей. Или что ещё хуже, умереть.

– Надо им сказать, – шепчу я, дёргая за рукав Себастьяна. Он поворачивается и смотрит пытливо. – Про смерть Авроры надо сказать.

Мужчина молчит, переглядывается с побратимом. Хантер кивает, соглашаясь со мной. Архонт первого круга вскидывает руку, прекращая гвалт. Собравшиеся нехотя затыкаются и даже возвращаются в свои кресла.

– Мы не хотели говорить это сегодня из-за лорда Дэлейна, но в свете новых событий вам нужно знать, – муж приобнимает меня и смотрит на главу Совета. – Аврора умерла в ночь бракосочетания.

– Что? – хрипло переспрашивает отец девушки и со скрипом кресла, встаёт.

– Было покушение. И оно закончилось смертью девушки. Но древний ритуал, который мы провели притянул душу другого человека. Нашей истинной пары. Мы активировали печать.

– Истинные пары – это миф, – фыркает один из альф, кажется, медведей.

– Мы тоже так считали, но перед смертью братья Дэлейн подтвердили это. Драконья кровь, что течёт в нас притянула избранницу.

Наступает идеальная тишина, прерываемая лишь моим громким дыханием. Страшно чёрт возьми. Их около двадцати сильных, магически одарённых. А нас всего трое. Точнее двое, себя за боевую единицу я не считаю. Даже убежать далеко не смогу на каблуках и в платье. Присутствующие убивать слава звёздам не торопятся, обдумывают услышанное. А я смотрю на папашу моего бренного тела. Он держится за сердце, переваривает и как бы его удар не хватил. Мне, конечно, он не понравился, но всё же отец как никак.

– Это ничего не меняет. В ней всё ещё спит разрушительная сила, – обвинительно тычет в меня ещё один альфа.

– Валериан сказал, сила проснётся после полного слияния тела и души. Души Авроры в этом теле нет, значит слияние не состоится, – хмыкает Себастьян.

– Ещё раз укажешь на мою жену, загрызу, – мрачно угрожает Хантер, светя голубыми глазами.

– Если на повестке дня нет больше важных вопросов мы пойдём. У нас ещё переезд на носу, – ставит точку архонт и помогает мне подняться.

– И вы вот так просто их отпустите? – удивляется маг, судя по значку седьмого уровня. – лорд Дэлейн, скажет же что-нибудь! Вы глава Совета магов! Это уже не ваша дочь…

Мой двуликий муж, рывком перехватывает мага за шею, отросшими звериными когтями впивается в горло и протяжно рычит. Мужчина с хрипом замолкает и испуганно выпучив глаза, вытягивается в струнку. Сидящие рядом маги, вскакивают, собирая в руках энергию.

Хантера закрывает серебристым куполом магия Себастьяна. Во второй руке маг аккумулирует свой светящийся хлыст, чуть смещается закрывая ещё и телом оборотня. И показывая всем, что применит его в случае атаки.

Впервые оба мужа выступают единым фронтом и самое интересное без каких-либо договорённостей. Мои синхронисты могут работать сообща не только в соблазнении, удивительно просто. Без слов, даже без взглядов и жестов.

Двуликие в конфликт благоразумно не лезут, но напряжённо ждут развития событий. А вот маги переглядываются между собой и встав, собираются в одну кучку. Явно планируют начать драться.

– Отпусти его Хантер, – хрипло просит лорд Дэлейн, подняв ладони вверх. – Прежде чем совершать самосуд и выносить вердикт, который перевернёт весь наш мир, нужно проверить достоверность источников.

– Что бы вы там не проверяли, ответ один. Любой, кто посягнёт на мою жену, умрёт в тот же час. И мира не будет, моя стая за свою альфу-самку загрызёт любого, – выплёвывает оборотень, разжимая пальцы и отпуская шею несчастного.

Себастьян убирает свой купол. Переплетаю руки с Хантером, а архонт приобнимает меня, закрывая немного спину. И мы под гробовое молчание покидаем это собрание.

Глава 36

До замка архонта мы добираемся беспрепятственно. Нас никто не останавливает и даже не гонится, что радует. Мужчины напряжены и молчаливы. Я благоразумно не лезу пока. Сама обдумываю всю эту ситуацию и силюсь нащупать эфемерную магию, что течёт во мне.

– Милорд, – в холле нас встречает мужчина в летах. Судя по униформе, местный дворецкий, – в жёлтой гостиной вас ждёт леди Тейра.

Себастьян челюсть до желваков сжимает и бросает на меня тяжёлый взгляд. Тоже губы поджимаю и, выпустив его руку, отступаю.

– Я поднимусь наверх, – говорю, независимо расправив плечи.

Маг перехватывает за кисть и ведёт меня на встречу с его любовницей. Хантер следует за нами и тихо, недовольно порыкивает.

Мы заходим в гостиную. Почему она называется жёлтой, остаётся загадкой. Потому что комната совершенно не жёлтая, а в серо-белых тонах. На диванчике расположилась красавица брюнетка в роскошном, довольно фривольном платье. Пьёт чай, как истинная аристократка, оттопырив мизинчик, и при виде Себастьяна, слащаво улыбаясь, поднимается.

– Что ты тут делаешь? – гремит голос архонта, стирая эту улыбочку с лица дамы.

– Светлого дня, милорд, миледи, альфа, – напрочь игнорируя злость, чопорно приветствует она нас. – У меня деликатный разговор к архонту.

– Говори, – нетерпеливо рычит Себастьян.

– Боюсь, этот разговор не для посторонних ушей, – она делает акцент и бросает на нас с двуликим пренебрежительный взгляд.

– Говори при моей семье, мне скрывать от них нечего, – рубит маг.

– Несколько дней назад я стала невольным свидетелем заговора против вас, – сохраняя гордость, говорит Тейра. – И пришла предупредить. Ведь нас многое связывает, Себастьян.

Я знала, что она не преувеличивает. Он, по сути, ради меня бросил её. Или не бросил, мы как-то не говорили об этом. Но сейчас, слыша из уст женщины об их общем прошлом, я чувствую острый укол в груди, что болью разрастается во всём теле. Не думала, что встреча с бывшей мужа может причинить столько боли.

– Выслушай её, я всё же пойду к себе, – бормочу, пятясь.

– Яри, – Себастьян разворачивается и пытается поймать меня.

Развернувшись, выбегаю из комнаты и вскрикиваю от оглушающего взрыва. Меня, словно щепку, сносит ударной волной в сторону. Больно приложившись о стену, а после о мраморный пол, отключаюсь.

В себя прихожу в безликой, стерильно белой палате. Голова раскалывается, всё плывёт перед глазами, и тошнота бьёт в горло. Похоже, сотрясение заработала.

Морщась от боли, поворачиваюсь и осматриваю помещение. Рядом в кресле сидит Хантер. Держит крепко мою руку и, положив голову на край койки, спит. Себастьяна нет, возможно, он со своей любовницей остался.

Свободной рукой тянусь к мужу. Зарываюсь пальцами в густые шелковистые волосы. Он, вздрогнув, просыпается. Вскакивает, заметив моё пробуждение, и прижимает к своей груди.

– Задушишь, – пищу с глупой улыбкой.

– Ты меня испугала, Яра, – хрипит Хантер, опуская обратно на подушки. – Как себя чувствуешь? Где-нибудь болит? Сейчас лекарей позову.

– Нет, нет, стой. Просто побудь со мной и расскажи, что случилось. И где Себастьян? – останавливаю и притягиваю обратно. Даже двигаюсь, освобождая немного места.

Двуликий послушно ложится рядом и крепко стискивает. Дышит шумно в мои волосы и гладит ручищами.

– Он с этой, да? – осторожно спрашиваю. – С Тейрой?

– Кто? – отстраняется муж и хмурится. – Себ? Он всю ночь подпитывал тебя и вытягивал магией. Сейчас в Аркадию ушёл, разбирается с заговорщиками.

– Их поймали? А мы где? И откуда вытягивал? – облегчённо выдохнув, заваливаю новыми вопросами.

– Да, благодаря той женщине мы нашли главных заговорщиков, – кивает хмурый муж. – И там замешаны не только маги. Несколько двуликих тоже не желают мира. Мы в Нордвелле, на Севере. И вытягивал из-за грани. Ты чуть не умерла. Опять!

Последнее Хантер говорит с неким укором. Словно я специально планировала. Закатываю глаза и просто утыкаюсь в его грудь. Хорошо, что не умерла. А то, мало ли, вернулась бы к Диме. А он бы меня до новой смерти запилил. Знаю его, он может.

– Расскажи, что произошло? – глухо прошу, немного расслабившись. Кажется, даже головная боль притупилась.

– Злоумышленники заминировали замок. Первый удар пришёлся именно на холл. Его хорошенько завалило, тебя отрезал рухнувший потолок. Пока Себастьян сдерживал бушующий огонь, я разгребал проход к тебе. Благо подоспел Лорд Дэлейн. Сразу после Совета старейшин он ехал к нам. Увидев зарево, ринулся на помощь и вызвал магов. Я не стал ждать и забрал тебя на Север, Себ открыл портал. Но ты не приходила в себя и с каждой минутой угасала, – Хантер стискивает меня сильнее, словно переживает прошедший день снова.

– Всё уже хорошо ведь. Я жива, – шепчу, поглаживая по плечам моего всегда строгого, сурового оборотня. Альфу целой стаи барсов.

Мужчина держит моё лицо в тёплых ладонях. В глаза заглядывает и, уткнувшись лбом в мой, замирает.

– Ты моя жизнь, Яра, – хрипло выдыхает он. Столь искренне и горячо. Аж внутренности трепещут и слёзы наворачиваются на глаза. Его потребность во мне настолько ощутима и осязаема, словно он окутывает меня невидимой вуалью.

Всхлипнув, прижимаюсь губами к его губам. Поцелуй получается солёным из-за моих слёз, но безумно сладким. Столько нерастраченной нежности в каждом движении. Хантер открывается с новой стороны. Он ласково и неспешно целует, языком скользит и совершенно не напирает. Дыхание моё выпивает и гладит почти невесомо. Словно я хрупкая ваза и он боится меня сломать.

Нас прерывают незваные гости. Встрепенувшись, отрываюсь от мужа и поворачиваю голову. Улыбаюсь широко и радостно.

– Привет, мелкая. Заставила поволноваться! – бурчит беззлобно Лаура, отпуская пальцы дочери. Кора бежит ко мне с широкой улыбкой, но в последний момент останавливается и бросает взгляд на оборотня.

– Иди ко мне, малышка, – помогаю ей преодолеть робость и раскидываю руки. Девочка охотно обнимает.

Хантер встаёт и занимает своё кресло, давая мне возможность пообщаться с друзьями.

– Я так волновалась, – шепчет ребёнок.

– Мы все волновались, – бурчит Нико, топчась рядом.

– Спасибо, мои дорогие. Я соскучилась по вам, – шмыгаю носом растроганно.

– Я тоже по тебе скучал, – кивает Самбелл, тоже обнимает сразу после Коры.

В палату заглядывает сердитый Майер. Бета мужа подмигивает мне, переводит взгляд на Хантера, коротко мотает головой и закрывает дверь.

– Я вас оставлю, вернусь быстро, родная, – вскакивает оборотень. Целует в макушку и спешно выходит.

– Что-то назревает? – бормочу, провожая спину мужа.

– Перемены, – задумчиво тянет Лаура, падая на освободившийся стул. – Рассказывай, что там было у магов. Ты прошла круг? Какой уровень?

Со вздохом описываю все события прошедших дней. Словно это было не три дня назад, а минимум месяц. Да, быстро же я вернулась на Север, но теперь совершенно с другим настроением. А ещё влюблённая. Об этом я тоже рассказываю подруге.

– А вы как тут? Хантер позвал?

– Я приняла предложение Ширека, и мы переехали из Валлиона к нему, – делится своими новостями подруга.

– То есть он здесь, в Нордвелле, живёт и ездил к тебе в Валлион? – переспрашиваю, замечая, как перекосило старшего сына Лауры. Нико, видно, не рад новому отчиму.

– Не ко мне. У него в Валлионе поставки артефактов, вот и ездил, – отмахивается женщина и переводит тему: – Твои-то такой переполох устроили. Весь Нордвелл на ушах. Я рада, что вы разобрались с вашими разногласиями.

– Я тоже, – признаюсь, ловя очередной недовольный взгляд подростка. Так, кажется, меня ревнуют. Приятно, чёрт возьми.

Нашу беседу прерывает Гас в компании незнакомой женщины. Лаура поднимается и спускает с постели Кору.

– Ладно, ты отдыхай. Мы тебя позже навестим.

Киваю и машу рукой Гасу. По этому оборотню, оказывается, тоже соскучилась.

– Светлого дня, Ярина, – басит здоровяк. – Это Элма, наша лекарка. Она осмотрит тебя, и если всё хорошо, я провожу тебя домой.

– Доброе утро. Ладно, – соглашаюсь, садясь ровнее. – Тебя опять назначили моим личным стражем?

– Я сам вызвался, – бурчит слегка смущённо, вызывая улыбку.

Глава 37

После осмотра местного лекаря меня отпускают на все четыре стороны. И выдают мазь, чтобы обрабатывать ожоги и раны. Их я как-то не сразу заметила. Только когда Элма начала развязывать с рук, предплечья и груди бинты, увидела. К слову, голова у меня тоже была перебинтована, а на лбу алела неровная рана. Эльма также рассказала, в каком состоянии меня принёс их альфа. В руке был осколок стекла, нога сломана, но Себастьян магией срастил кости. А на груди краснел ожог, но шрамов никаких, слава всем звёздам, не останется. Мазь поможет. И моя внутренняя магия, ага.

Поблагодарив знахарку, я набрасываю на плечи пальто, ноги прячу в сапоги и с помощью Гаса медленно плетусь на выход из дома Элмы. У крыльца, остановившись, таращусь на две усатые морды, которые с моим появлением вскакивают и головы мохнатые склоняют.

– А кто это? – спрашиваю у двуликого.

– Это Кессар и Торвальд, – машет Гас.

– Привет, ребята, – улыбаюсь и вовремя одёргиваю себя, чтобы не погладить хищников.

– Пойдём, мы проводим, – басит оборотень, придерживая за локоть.

– А не много ли охраны? Мы же на Севере, к тому же в стае. Вы сами говорили, тут самое безопасное место, – бубню, осматривая заснеженное поселение.

Что ни говори, но мне очень нравится быт оборотней-барсов. Чувствуется некая сплочённость. Добрососедство. Скорее даже родство. Дети от мала до велика носятся без присмотра. Женщины прогуливаются неспешно или работают сообща. Мужчины… Их я нахожу на лобном месте – большой круглой поляне с потухшим костром. Хантер среди этих качков-переростков совсем не теряется. Даже выделяется, я бы сказала.

Он будто чувствует мой взгляд, вскидывает голову и смотрит на меня, светя кошачьими глазами. Улыбаюсь и машу. Показываю, что в целости и безопасности с тремя бетами. Оборотень ответно кивает, мол, сейчас подойду, и возвращается к беседе. Надо же, я поняла его без слов.

С глупой улыбкой сворачиваю к нашему домику и замедляюсь. К нам идёт моя свекровь с большой корзиной. Двуликие ведут себя странно. Два барса тут же выходят вперёд, закрывая меня от женщины, и предупреждающе рычат.

– Чего это они? – бормочу, смотря на Гаса.

– Тебе запрещено здесь быть, Кьяра! – внезапно очень грозно рычит этот амбал.

– Эй! Это матушка альфы, поуважительнее, – укоряю, пихая молодого мужчину в бок.

Барсы, как и Гас, удивлённо таращатся на меня. Даже женщина останавливается в двух метрах.

– Зайдёте в дом? Хантер занят, – машу в сторону лобного места.

– Я хотела только навестить тебя, – говорит двуликая, поджимая губы. Она протягивает объёмную корзину. – Здесь всё свежее и горячее.

Протиснувшись между неповоротливыми боками двух барсов, забираю тару. Тяжёлая, зараза. Сразу передаю Гасу, пусть подержит.

– Спасибо. Но, может, всё-таки зайдёте?

– Нет, – мотнув головой, свекровь спешно уходит.

– Что происходит? – верчу головой, смотря на барсов и на Гаса, как на единственного умеющего в данный момент говорить.

– После того как тебя похитили, Альфа изгнал Дию, а от Киары отрёкся и запретил приближаться… – объясняет бета, понизив голос.

– Вот это новости! – обалдело выдыхаю и поднимаюсь по ступеням к крыльцу. – Но она же его мама, и мне существенно ничего не сделала. Ну, наговорила разного не особо приятного.

– Она намеренно скрыла твой запах. И тебя похитили, – бурчит Гас, занося в дом корзину.

– А тебе теперь можно заходить одному вместе со мной в помещение и не бояться быть убиенным? – удивляюсь очередному новшеству. Помню ведь, как он топтался у порога, не смея переступить его.

– Ты приняла нашего Альфу, стала частью стаи. Теперь можно, – улыбается залихватски, негодник. Ещё и подмигивает.

– Это что, я могу потрепать шкурки ваших ипостасей? – разворачиваюсь к вольготно устроившимся котам на улице.

– Можешь, но лучше не надо. Это будет нервировать альфу.

– Ну ладно, лучше его потреплю за шкурку, – хмыкаю и прохожу на кухню.

– Тебе ещё что-нибудь нужно? – спрашивает Гас.

Мотаю головой, и мужчина уходит, оставляя меня одну. Глубоко вздохнув, подхожу к корзине, которую оборотень поставил на стол, и открываю крышку. Внутри нахожу фрукты, хлеб и глиняные горшочки с горячей едой.

– Ты почему не в постели? – раздаётся за спиной голос мужа.

Испуганно вздрогнув, разворачиваюсь, держась за сердце. Себастьян, судя по мерцающей за спиной стене, только вышел из портала. Бегло осмотрев меня, муж шагает ближе и подхватывает на руки. Охотно льну к нему, оплетаю руками шею и ногами торс для надёжности.

– Скажи, что всё закончилось, Себ, – шепчу, стискивая его крепко-крепко.

– Почти, Яри. Тебя больше никто не тронет, малышка, – отвечает он и целует ласково в шею.

– Кстати, о Тейре… – опомнившись, отстраняюсь на вытянутых руках.

– Я давно порвал с ней, – перебивает он, предвосхищая мой вопрос. – Между нами ничего не было после женитьбы.

Расслабившись, киваю и сама целую его в губы. У всех ведь есть прошлое. У них вот такое. Красивое, высокомерное и вредное. Но они уже связаны с одной маленькой мной самыми крепкими узами.

– Яра! – гремит из прихожей голос второго мужа и прерывает наши милости.

– Как же он мне надоел, – ворчит архонт в губы, стискивая сильнее.

– Это взаимно, – бурчит ушастый двуликий, заходя в кухню. Без того небольшое пространство с приходом мужчин уменьшается в размерах. – Что хотела эта женщина?

– Твоя мать? – повернув голову, смотрю на оборотня. Тот кивает. – Принесла нам обед. И вообще, я считаю, что ты слишком сурово поступил. Она твоя мама, Хантер.

– Я не меняю своих решений, а у тебя постельный режим, – бурчит альфа, забирая из рук побратима, и бодро несёт на второй этаж.

– Расскажите мне, что вы там замышляете? – возмущённо ёрзаю, оглядываясь на Себастьяна. – Моё имя очищено? Убивать не придут?

– Да, нет, – коротко отвечает несносный маг, провожая нас до спальни. Прямо у кровати забирает моё тельце и отворачивается. – Иди, Хантер, занимайся делами. Ты запустил свою стаю. А я побуду с женой. Расскажу ей всё в мельчайших подробностях.

– Ей нужен полный покой для восстановления, – глухо рычит двуликий, но не спорит больше. Лишь в губы целует и, бросив предупреждающий взгляд на побратима, выходит.

Себастьян пинком закрывает дверь, опускает меня на ноги. И тянет простенькое платье наверх.

– Это тебе только будет мешать, – с хрипотцой заявляет на мой удивлённый взгляд и попытку остановить раздевание.

Глава 38

Честно говоря, я, грешным делом, подумала, что муж мой магически одарённый набросится на меня и начнёт исполнять супружеский долг. Как-то даже возбудилась и совершенно точно не собиралась сопротивляться. Можно уже признаться самой себе, что я хочу их. И даже слабость в теле не остановила бы.

Но Себастьян переиграл меня.

Оставив на мне только тонкую сорочку, уложил на кровать и, вытянув из небольшой наплечной сумки склянки с жирным кремом, начал обрабатывать по новой мои раны.

– Элма уже всё помазала и мазь оставила, – замечаю я, пряча глубоко внутри некое разочарование.

Даже немного смущаюсь, что мужчина занимается моими повреждениями. Помню, мне в прошлой жизни удаляли желчный пузырь. Операция недолгая, восстановление быстрое, но на животе оставались пять небольших ран от лапраскопа. Они заживали в течение недели, и их нужно было каждый день обрабатывать и заклеивать пластырем.

Так вот, Дима отказывался даже смотреть на мой живот и то, как я его обрабатывала. Боялся травмировать свою тонкую душевную организацию. Видите ли, увидев их, он больше может не захотеть меня. Отмазка так себе, согласна. Но бывший умел играть словами и преподносил это очень красиво.

Себастьян же невозмутимо срезает чистенькие, только обновлённые бинты. Зачёрпывает этот крем и густым слоем растирает. Даже нос не морщит.

– Лорд Дэлейн сделал для тебя эту мазь, сказал, что работал над ней всю ночь, – говорит, размазывая по предплечью мягкими массирующими движениями.

– Давай я сама это сделаю, – предпринимаю попытку, когда он, оставив в покое руку, стягивает с плеч тонкие лямки, чтобы добраться до повязки на груди.

– Ты стесняешься меня? – выгибает бровь архонт.

– Нет, просто это некрасиво, – пожимаю плечами, прижимая ладонь поверх бинта. – Я не привыкла, чтобы за мной ухаживали.

– Это всего лишь ожог, Яри. Мазь впитается и уберёт все повреждения быстрее той, что дала тебе Элма. Дай мне позаботиться о тебе, – терпеливо объясняет Себастьян.

Убираю руку и смиренно лежу. Муж зачёрпывает ещё белёсой консистенции и, убрав повязку, мягко размазывает по груди. В его действиях нет ничего двусмысленного. Но отчего-то я возбуждаюсь. Еле прикрытые тонкой материей острые вершинки выпирают на обозрение Себастьяна. Его взгляд опускается ниже и кадык дёргается.

Я даже забываю о своих расспросах по поводу нападения и последствий. Смотрю прямо в потемневшие глаза мужа. Вряд ли я сейчас выгляжу сексуальной и желанной.

– Перевернись на живот, – хрипло просит он.

– На спине тоже есть ожоги? – спрашиваю, послушно переворачиваясь.

– Небольшая царапина, – отвечает муж и стягивает с меня сорочку.

Мужские пальцы касаются плеч, поглаживая, он растирает всю спину до самых ягодиц. Двигается уверенно и нежно. Прикрываю глаза, наслаждаясь массажем. Чувствую, как жар поднимается и охватывает каждую клеточку. Никогда ещё я не возбуждалась от простого массажа. Да и не помню вообще, когда мне в последний раз делали массаж. Сейчас же желание столь остро накрывает сознание и хочется большего. Хочется, чтобы он навалился и ворвался в меня. Хочу ощутить его везде.

– Ах… – срывается с губ тихий стон.

Себастьян шумно выдыхает, и шеи со спины касаются его губы. Он накрывает собой, совершенно обнажённый. Когда успел раздеться?

Меня ловко переворачивают обратно. Муж нависает, дышит тяжело и смотрит голодным взором. Перекинув через меня одну ногу, он запирает моё тело под собой. И продолжает свой чувственный массаж. Его пальцы всё ещё в креме и так легко скользят по моему телу. Накрывают грудь, мнут и тискают обе полусферы. Заставляя меня выгибаться и стонать громче.

Он сползает ниже и снимает последний барьер. Гладит внутреннюю сторону бёдер. И скользит по влажным складкам.

– О боже! – задыхаюсь я, вытягивая руки. – Себастьян!

Наши губы сталкиваются в жадном поцелуе. Оплетаю его шею руками, боясь потерять. И, охнув, закатываю глаза от невыносимо желанной наполненности.

Себастьян медленно и плавно соединяет нас, продолжая клеймить голодным поцелуем и сжимать моё тело. Замирает, отрываясь от губ. Ловит мой затуманенный взгляд и, качнувшись несколько раз, увеличивает темп.

– Да, малышка… – хрипло подбадривает Себастьян, ловя мои стоны губами и двигаясь с невероятной амплитудой. – Моя Яри! Моя вкусная девочка!

Каждое слово буквально вбивает в меня. Растворяя моё сознание в невероятном наслаждении. Меня накрывает мощной волной оргазма. Я теряюсь в пространстве и времени, содрогаюсь в сильных руках. Слепо цепляюсь за плечи мужа и кричу от столь острого удовольствия.

С хриплым полустоном-полурыком муж догоняет меня в своём освобождении. Наваливается, тяжело дышит, все мышцы напряжены. Крепко оплетаю, в себя сильнее вжимаю.

Он поднимает голову, и мы замираем, смотря друг на друга. Опустошённые и переплетённые. Без лишних слов, пустых обещаний, просто утопаем друг в друге. И этот миг необратимо что-то меняет между нами. Пусть мы не признаёмся. И не говорим о любви. Но я ощущаю его любовь ко мне в этом взгляде, объятьях, поцелуе, долгом, нежном, сладком. В каждом движении. Просто чувствую. Просто знаю.

С осознанием этой простой истины засыпаю, опустошённая и счастливая.

Просыпаюсь, судя по солнцу, ближе к вечеру. Улыбаюсь сама себе и стараюсь не двигаться, чтобы не разбудить лежащего рядом мужа. Себастьян тоже уснул и во сне навалился на меня. Устал. Хантер ведь сказал, что он всю ночь меня спасал, а утром уехал разбираться с Советом магов.

Они оба так переживали за меня. Волновались. А их внимание и забота? Обо мне и вправду никто никогда так не заботился и не ухаживал. Так ведь и влюбиться недолго. Хотя кого я обманываю, я уже их полюбила.

Мой брак с Димой сейчас кажется таким неестественным, ненастоящим. Не было у нас такой близости, доверия, участия. Не было такого единения. Мы словно просто сосуществовали в одном пространстве и пытались подстроить друг друга под свои рамки.

Мне хотелось заботы, внимания, ухаживаний, романтики. Любви, в конце концов. Той самой, чтоб на разрыв, чтоб до глубины души. А Дима хотел удобную молчаливую служанку, которая будет обслуживать его, родителей и друзей с ног до головы. Ах да, ещё чтоб выглядела как модель, чтоб не стыдно было выводить в свет и показывать народу.

Внизу что-то грохочет, выводя меня из раздумий. Себастьян ворочается и просыпается. Сонно взирает на меня, и на его лице расцветает чарующая, чуть плутоватая улыбка.

– Привет, – шепчу, тоже улыбаясь, и пальцами скольжу по смуглой коже груди.

– Как себя чувствуешь? – хрипит он и, чуть толкнув, заставляет лечь на спину. Осматривает мои руки и грудь.

Смущённо опускаю глаза, я совершенно голая. А он так тщательно смотрит, аж в дрожь бросает. И опять я возбуждена! Да что ж такое-то! Это можно остановить? Хотя нет, не надо останавливать!

– Всё зажило, – резюмирует муж, целуя грудь, прямо туда, где ещё пару часов назад алел ожог.

Плавно скользит ниже и, перехватив губами вершинку, всасывает. Заставляя выгнуться и охнуть. Зарываюсь в его волосы с платиновыми прядями. Мысленно усмехаясь, что кое-кто дорвался.

– Так и знал! – рявкает Хантер, заходя в спальню.

Вздрогнув, распахиваю глаза и стыдливо пытаюсь спрятаться от гнева второго мужа. Себастьяна вот вообще не пугает появление побратима. Он вскидывает голову и смотрит на двуликого с некой усталостью.